Чтобы связаться с «Лариса Луканева», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Лариса ЛуканеваЛариса Луканева
Заходила 22 часа 47 минут назад

Германия. По насиженным местам... Часть 6.


Жизнь налаживается, или правильнее сказать, стабилизируется. У мамы звёздный час: она капризничает, командует, а мы потакаем и исполняем, всё, что она велит. Дома она тоже всё время пытается это проделывать, но там этот номер прокатывает редко.

Теперь ей не скучно, она встретила немку-землячку из соседней деревни, переехавшую в Германию по программе репатриации. Есть общие разговоры, есть общие воспоминания. Наши люди везде, хоть они и не наши.

Мама заклинает, чтобы я в её отсутствие не ссорилась с отцом. Не ссориться нам трудно, мы слишком похожи друг на друга, однако, действительно, не ссоримся, так как сидим по разным углам и не разговариваем. Без мамы папА тише воды ниже травы, обычно их двое против меня. Заедает мелкий быт: маму вкусно кормят в клинике, я разогреваю полуфабрикаты в микроволновке, папА гордо жарит картошку и яйца с беконом. За папА я спокойна: три кафе в шаговой доступности - деньги у него есть. А от скуки и от нечего делать он всё крутит, вертит и настраивает - техника новая, инструкции нет. Первым пострадал холодильник: замороженные яйца теперь можно шелушить, не сварив. Мне тоже пытался помочь, но после его визита, я всё вернула на место - инженерная жилка иногда не к добру. В магазин мы ходим вместе: я читаю этикетки от продуктов, а папА пополняет и катает тележку. Телевизор не работает (ха-ха), заняться нечем, отобрал у меня бельё, стирает и сушит сам, варит маме суп, моет посуду - золотце, а не папочка. И совсем он не подкаблучник, просто не может сидеть без дела, а великих дел тут нет.

Уже знакомый мне дяденька опять долбится в окно. Жалюзи, правда, на этот раз он поднял сам. Оказывается, не я тупая, а поднимается всё с другой стороны. И кому как не ему об этом знать - мы тут приезжие! Целый час он что-то тёр, мазал и красил. На время ремонта я скрылась в туалете: не люблю когда заглядывают в комнату, при живом-то жильце.

Кто живёт в соседних апартаментах мы не знаем. Иногда слышим шорохи, иногда приглушенные голоса, иногда шум воды - соседи-невидимки.

После девяти вечера жизнь замирает. Наш человек ещё только выходит на прогулку, а немцы уже припарковали свои машины, выключили свет и почивают сном праведника в ожидании нового трудового дня. Мы тоже общий порядок не нарушаем, так как по нашему времени уже два после полуночи.

Разбудила СМС от мошенников: «Ваша карта заблокирована ЦБ РФ» и какой-то кривой мобильный номер. Расчёт на мгновенный испуг: действительно, страшно оказаться без денег в чужой стране. В своей, впрочем, тоже. Интересно, можно ли тут петь на улице с перевёрнутой кепочкой?!

Каждый день ездим в клинику. На улице пахнет весной, свежестью и цветами. Все скамейки во дворе и в близлежащем кафе покрыты густой жёлтой пыльцой - осторожно, окрашено! Судя по двум огромным овальным выемкам, кто-то уже окрасился. Пациенты ползают по коридорам на костылях, у них послеобеденная прогулка, где они переговариваются между собой и громко хохочут. Мы пока ещё ползаем на функциональной койке, ждём анализов и разрешения вставать.

Вставать таки не разрешили, пришли какие-то непонятные результаты, так что доктор решил подстраховаться и велел лежать до конца недели. Мама приуныла и ждёт, что мы будем её утешать и подбадривать. Утешители из нас, как из хромой собаки фокусник: посмеиваемся, да в шутку ругаем доктора, которые почти не отходит от больной, сутками в клинике. У медсестёр дневная смена 6 часов, ночная 12. Считается, что после шести часов неустанной беготни, она уже не сможет внимательно относиться к больным. Ночью, за исключением реанимационной палаты, работы меньше, а оплата выше. Очень строго в клинике следят за тем, чтобы человек не перетрудился. Мы не против: дежурящих сутками напролёт фурий мы уже видели.

На вторые сутки начинается программа реабилитации: мальчик-медбрат гладит нашей больной пузо. Хорошо пристроилась! Массаж мягкий, щадящий, делается еле слышными движениями и мама хронически недовольна, что немцы не додумались прислать ей двух бугаёв, которые бы мяли её наперегонки изо всех сил.

По субботам парковка пуста: никто не хочет болеть, у всех уикэнд, кроме нас и докторов. Мы тоже не хотим, но приходится. Для снятия стресса у меня тут только безалкогольное пиво и свиные сардельки. На восьмой день я ожила и стала замечать красоту: каштановые аллеи, благоухающие кустарники и аккуратные прилизанные клумбы с весенними цветами - голова идёт кругом. Божественно заливается птицы. Думаю, что это соловьи, хотя ни разу не слышала как они поют.

Доктор знает два русских слова «карашо» и «карасиво». Что «карасиво» мы не знаем, мама решила, что это она. КТ в клинике нет, возили в соседнюю, штурманом была не я, поэтому снесли два знака, запрещающие въезд, а затем припарковались на месте для инвалидов. К счастью, полицая поблизости не оказалось, плакали бы наши 800 евро. Будут теперь ценить мой посильный вклад в дело управления автомобилем. А КТ оказался хорошим - скоро на выписку!

На фото работа автора. Немецкий городок. Скетч. Бумага, фломастеры. 21х30 см. 2018 г.


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 10
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Миниатюра
Опубликовано: 18.06.2018




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1 1