Чтобы связаться с «Николай Николаевич Зубец», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

V.17. Загадка деревяшек



ВЛАДИСЛАВ ЗУБЕЦ

ЧАСТЬ V. ПРОШЛИ ЭШЕЛОНЫ


V.17.
Загадка деревяшек
(продолжение V.16)

Т
ропинка по корням, пружинящим брусникам:

– В небытие еще одну библиотеку…

Такую вот – кольчемскую, с бревенчатыми стенами и печкой, кою топят солидными поленьями.

Трещат дрова, Пиратик дожидается –

– Горячие лучи в таежное окошко…

Экстерриториальность? Ходи средь стеллажей. Забытые названья:

– Умиляйся…

Н
е торопись! Не порти, что осталось:

– Пружинящая мокрая дорожка…

Стена чужой тайги. А справа – огороды –

– Фиалка у жердины…



Цветок вполне нездешний.

Ф
иалка и расстроила? Попробуйте представить –

– К брусникам некасаема…

И нет моей вины, что пьеса еще тянется, что пережил отшельника –

– Что мне давно пора освободить просцениум…

Н
о у меня есть свойство – люблю закрыть эпоху:

– Закрыть абонемент…

Я и в Кольчеме с тем же:

– Ах, синяя тьма…

Огороды с листвянками? Действительно высокая трагедия.

Н
астраиваю роль:

– Конец такой, хоть плачь?

Но ведь и тут не выйдет – библиотека заперта. Вот парадокс:

– Я все еще читатель!

И сумерки влияют с прицельным попаданьем.

Т
рагедия –

– Трагедия…

Я склонен к трагедийности? Вот и фиалка – о том же темнела. Кстати, движок почему-то молчит:

– Может быть, рано?

Да нет – уж пора бы.

С
идел и ждал чего-то:

– Ступеньки – тоже классика…

Войди в тайгу – попробуй? Не вернешься. Ограда из жердин, какой-то угол дома:

– Все прочее уже неразличимо…

Т
ьма уж не синяя? Кончен закат –

– Он ведь и был по традиции…

Помни ступеньки, приют предназначенный –

– Помни березки кустистые…

П
иратик по традиции свернулся под березами. Лежит в сухой траве и изредка мерцает:

– Сейчас пойдем, косматый…



Хотя спешить нам некуда. Как, впрочем, и всегда, когда я жил в Кольчеме.

Я
об афише клубной –

– Оборванной афише…

Но это так – слегка, по ходу пьесы. Мираж ведь непридуманный:

– Возможно, ясновиденье…

А может быть, Кольчем пугал своеобразьем.

С
вет так и не зажегся. Кольчем как будто вымер:

– Мои шаги по дОскам тротуара…

До дальнего конца –

– Конца за магазином…

Где были те – теленок и собачка.

М
ои шаги:

– Запомни тишину…

Бревенчатые стены? И заборы, которые из палочек, стоящих вертикально.
Селенье свайное –

– Загадка деревяшек…

У
«Алки» на двери тоже замок. Сам я сей факт, наверно, не заметил бы, но выступил из тьмы китаец одноногий:

– Не отдадут десятки, они от тебя прячутся!

Э
ксперимент в развитии? К «читателю» впридачу – я все еще «этнограф»:

– Кольчем не отпускает…

Сидят внутри и будут так сидеть:

– Голубчики, на сутки просчитались!

В
еселое злорадство на досках тротуара. Нарочно, чтобы слышали, китайца успокоил:

– Еще зайду! Не могут обмануть…

Китаец растворился, как и возник загадочно.

И
вновь один на досках тротуара:

– Заветное свершается…

Кольчем, но без кольчемцев? Древнейший из древнейших, устойчивый во Времени. Древнее Сикачей, Помпеи, Баальбека.

Н
о не дают сегодня философствовать! Из тьмы образовалась взъерошенная Дина. «Хайвэ» до изумления – хватает за рукав, куда-то тянет, пьяная невиданно.

П
ортвейн не впрок – с Борисом поругалась. Домой не пожелала и ключ не отдала. Борис, конечно, рамы обе высадил. И Дина теперь тянет:

– Пойдем вместе?

О
, камера-обскура! Ну почему так вышло, что подружился с самыми:

– Изо всего Кольчема?

Испортили сиесту, и черт их все наносит. Кольчем как будто вымер, а эти всё такие.

Н
о Дина все цепляется и норовит свалиться. Не бросишь же певунью с растрепанными патлами. Зову пересидеть в бунгало, на крылечке. И что б вы думали:

– Если нальешь, пойду!

Н
у что за прелесть эти информаторы? Не истребить легенду о бутыли. Готовность пить – до состоянья трупа. И вот:

– Нальешь – пойду…

Тут вовсе непотребство.

Н
у ладно:

– Отпирай!

Но Дина не спешит. Протягивает ключ с застенчивой улыбкой:

– Он будет меня бить…

Каков матриархат? В Кольчеме его нет и, безусловно, не было.

З
амок отброшен – дверь сама открылась. Борис великолепен:

– Иди, сучка!

Но драться не способен – его бросает в стороны. И «сучке» ничего не угрожает.

Я
ухожу, не слушая воробушков:

– Израненные руки, патлы…

Мордой в стену? Да провались вы пропадом – ушел, не обернувшись. Те что-то там чирикали, но я уже не слушал.

Т
ут выступил из тьмы китаец одноногий:

– Теперь будут вставлять…

Бесстрастно комментирует. Возможно, летописец кольчемских безобразий:

– А я не удивлюсь?

Он из театра теней.

И
этому не спится! Кольчем как будто вымер, а он, как привидение, блуждает:

– Загадочный Кольчем…

Загадочная ночь? Особенно – китаец одноногий.



Благословенна тьма и тишина? Тропическая ночь – из серии прогулочных:

– Хотя луна отсутствует, хотя довольно холодно…

А сыро – так уж вовсе безусловно.

И
выводы оставим? Они на чердаке, а то и в Верхнем мире, где все вперед расписано.
Опять Кольчем – я вновь с ним примирился:

– Мои шаги по доскам тротуара…

Н
ам больше ничего не надо друг от друга:

– Такими и останемся…

Друг к другу благосклонными? Пусть даже и чужими –

– Но все-таки и все-таки…

Вот именно – возможно, будет книга.

Так прОжит день, обещанный воронами. Свалил ответственность, и думать больше незачем. Баюкаю Пирата на крылечке:

– Не знаю, сколько времени…

А свет так и не дали.

К
рякают утки во тьме за Ухтой –

– Вот пролетели над крышей с трещотками…

Этому типу я тоже завидую:

– Птицы полночных морей…

Т
ак было и так будет:

– Небесная дорога…

Пират во сне вздыхает:

– Счастливый как всегда…

Я запускаю руку в шикарный мех загривка:

– Тот тип – ведь это я…

И все еще в Кольчеме.

Н
а все еще горячую плиту насыплю зимних листиков багульника:

– Так было и так будет…

Мечтания на канах? И день, каким бы ни был, меня уж не касается.

Кстати, опять ореол у свечи? Это копилось с утра понемногу. Пик настроений попал на сиесту:

– Ну, а теперь отпустило…

Я
поднимаю свечу с ореолами. Тени бросаются –

– Добрые тени?

Дом мой такой – поворот вокруг печки:

– Вот Диоген по-кольчемски!

Т
ени и светоч? Последний эффект? Я продержался, как было предписано:

– Занавес…

Самый последний сегодня – пьеса была содержательной.

Привиделись мне крошечные айсберги. И так им было радостно сверкать:

– В свободном плаванье…

Фигурные, знакомые? Да, да – ведь Река Времени:

– Позвольте, не в Кольчеме ли…

– Да, да – на Амазонке.




Продолжение (Глава V.18.): https://www.beesona.ru/id97/literature/107376/


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 23
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Поэма
Опубликовано: 25.04.2020




00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1