Чтобы связаться с «Анатолий Овчинников», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Анатолий ОвчинниковАнатолий Овчинников
Заходил 1 день назад

История второй советско-финской войны 1941-1944 гг. гл.17.

17. Бои на Петрозаводском направлении в августе-сентябре 1941 г.

Развитие событий на этом направлении надо рассматривать в тесной связке с начавшимся 31 июля наступлением финнов в зоне 23 армии, состоявшем из трехстороннего, сходящегося на Сортавалу, выдвижения вновь созданного финского I армейского корпуса (три пехотные дивизии - 7пд, 19пд, 2пд) и атакой IIак финской армии на направлениях Лахденпохья-Хитола-Кексгольм. Гораздо позднее – 21 августа – финский IVак начал наступление на Выборг. Такое значительное разнесение по времени основных этапов финского наступления в Карелии (10 июля-31 июля-10августа-22 августа) позволило финскому командованию ввести в заблуждение противника и соответственно маневрировать резервами.

На Петрозаводском и Олонецком направлениях тем временем образовалось своеобразное «затишье перед бурей», борьба здесь приняла на некоторое время позиционный характер с попытками контрнаступления как со стороны войск 7 армии, так и с финской стороны. 2 августа германское ОКХ (главнокомандование сухопутных сил) попросило финнов возобновить наступление вдоль восточного берега Ладожского озера в направлении Лодейного Поля (у реки Свирь) и принять участие в штурме Ленинграда. Маннергейм временно отказался, сославшись на опасность такого движения из-за наличия за спиной его VI армейского корпуса так называемого «Суорярвского выступа» в советской обороне, угрожающего тылам и левому флангу финской группировки. Он предложил немцам вначале «срезать» этот выступ силами наступающей здесь немецкой 163пд – чего немцам никак не удавалось сделать благодаря стойкому сопротивлению советских частей, конкретно 52 полка 71сд.

Начало августа ознаменовалось провалом второй попытки наступления советских войск на Петрозаводском направлении. Два танковых батальона опять застряли на лесных тропах (как и в июле), прорыв к Суорярви и к ст.Лоймола не удался. В ЖБД-7 этот факт изложен обтекаемыми и гладкими формулировками, типа: противник оказывает упорное сопротивление, отходя под натиском таких-то частей. Правда, отход это измеряется в сотнях метров, и после 14 августа речь идет уже об отражении вражеских контратак. Причем, если в начале ежедневных отчетов стандартно говорится, что части армии удерживают занимаемые рубежи, то к окончанию того же дня констатируется «отход под давлением превосходящих сил противника». А наутро снова: «Части занимают рубежи». Факт взятия финнами 15 августа Сортавалы – ключевого пункта обороны в Северном Приладожье, повлекшим за собой окружение двух наших дивизий, в ЖБД-7 никак не отражен. Также как и оставление в конце августа Суорярвского выступа.

Вплоть до начала решающего наступления финнов на Петрозаводск 4 сентября боестолкновения в ЖБД-7 описываются все теми же штампами: «занимаем рубежи, но под давлением превосходящих сил противника они оставлены». Хорошо, хоть так, без окружений и котлов, что в это время происходило с частями соседней 23-й армии. В череде постоянных отступлений светлым и радостным пятном выглядит следующее событие в жизни 7 армии (это после того как на участке 52сп противник в очередной раз прорвал фронт): Указом Президиума Верховного Совета КФССР 52сп награжден Почетным Красным Знаменем (все с большой буквы). Противника, впрочем, это Знамя не остановило.

4 сентября возобновилось наступление VIак финской армии по восточному побережью Ладожского озера (вдоль ж.д. и шоссейной дороги). Три пехотных дивизии и егерская бригада после самого мощного за всю войну артобстрела прорвали оборону 7 армии, состоявшей всего лишь из одной дивизии (это 3-я Ленинградская дивизия народного ополчения) и то без одного полка, бригады морской пехоты, двух «строевых» полков (452сп и 7 мотоциклетный) и двух отрядов «истребителей» (почти без артиллерии) - то есть, прорвали финны совсем уж «дырявую» оборону из наспех собранных и кое-как вооруженных частей. Все вместе в штабных документах это именовалось «группа генерала Цветаева». А больше никого и не было... (генерал Цветаев впоследствии будет командовать армиями на Южном фронте). Уже через три дня финны преодолели 80 км (судя по темпам продвижения, сопротивления они не испытывали) и достигли рубежа реки Свирь у Лодейного Поля (Свирь – это река, она же широкая протока, соединяющая Онежское и Ладожские озера в их южной части). Свирь была тем рубежом, далее которого планы финского командования не простирались. Не давая передышки советским войскам, финская егерская бригада, ударом от Лодейного Поля на восток стремительно, уже через сутки, 8 сентября, перерезает у станции Свирь Кировскую ж.д. В тот же день финский VII армейский корпус (две пехотные дивизии) ударом от Ведлозеро на восток захватывает станцию и узел ж.д. Красная Пряжа (где совсем недавно располагался штаб 7 армии РККА). Следующим этапом финского наступления предполагался штурм Петрозаводска – столицы КФАССР, города и порта на Онежском озере.

17.1. Сражение за Петрозаводск в августе 1941 года.

К середине сентября финская армия «Карелия» овладела почти всем северным берегом реки Свирь и начала наступление с юга, севера и с запада на Петрозаводск.

4 сентября состоялись переговоры Маннергейма с начальником ОКХ Йодлем, в ходе которых главнокомандующий финской армии отказался содействовать немцам в планировавшемся штурме Ленинграда [ ]. В этом отказе не был морально-этических сомнений и ностальгии по городу юности бывшего кавалергарда, все было гораздо прозаичнее: силы маленькой Финляндии были на исходе, а экономика находилась на грани краха с угрозой голода в ближайшую зиму. Кроме того, Маннергейм привел Йодлю такой факт: за август каждая рота его армии потеряла один взвод из четырех – то есть 25% потерь только за один месяц. Временные успехи доставались финнам дорогой ценой.

Но пока дела у финнов шли блестяще. 1-я егерская бригада продвигалась к Петрозаводску с юга вдоль ж.д., VIIак направил одну дивизию через леса между шоссе Красная Пряжа-Петрозаводск и железной дорогой, что стало неожиданным для нашего командования, а другую дивизию вдоль шоссе. Группа «Ойнонен», к которой присоединился IIак, переброшенный с Карельского перешейка (вот он – маневр силами), наступал с северо-запада. Итого непосредственно на Петрозаводск наступали 4 дивизии и 3 бригады. Что могло противопоставить этому натиску советское командование? С севера на юг Петрозаводск обороняли следующие части и подразделения, обозначенные в штабных документах «группа генерала Антонюка» (затем Аввакумова): отдельная группа подполковника Таммола, батальон 52сп, роты Петрозаводского гарнизона, 24мсп, 9мсп, остатки 2 танкового полка, 10 запасной полк, отдельные дивизионные подразделения 71сд и далее – 272сд. Или же примерно 7 расчетных полков – две расчетные дивизии. Финны опять имели на этом направление значительное превосходство в силах. К тому же авиация противника имела превосходство в воздухе. О действиях ВВС 7 армии в ЖБД-7 говорится общими фразами: «Уничтожали живую силу и технику противника» - без конкретизации. Упоминаются разрушенные мосты, уничтоженные артбатареи, обозы... В донесениях о действиях наших ВВС едва ли не красной строкой проходят сообщения о сброшенных на финнов десятков и сотен тысяч листовок (едва ли не ежедневно). Содержание их не раскрывается, смысл и цель этих затратных мероприятий непонятен: жертвовали самолетами и летчиками, чтобы завалить противника макулатурой? Вряд ли в эти дни под Смоленском на немцев вываливали листовки с предложением сдаться, а вот здесь – пожалуйста! Вера в пролетарскую солидарность зашкаливала.

Быстрый, всего лишь за три дня выход финской армии к реке Свирь с предыдущих позиций у реки Тулокса однозначно прошел мимо внимания руководства Карельского фронта, Генерального штаба и Ставки. Этот очередной прорыв финнов с севера в сторону Ленинграда, наряду со взятием немцами 8 сентября Шлиссельбурга (исток Невы у Ладожского озера) обозначил начало Ленинградской блокады. Одновременно с выходом финнов к р.Свирь, даже на неделю ранее, 2 сентября, на Карельском перешейке финны вышли на старую границу в 25-30 км от Ленинграда, создав прямую угрозу городу с севера. То есть, произошло то, из-за чего Советский Союз воевал с Финляндией еще в 1939 году. Удавка вокруг города стремительно затягивалась. Но ради исключения такой возможности именно 4 сентября и надо было пресловутой «любой ценой» удерживать позиции на р.Тулокса и у Ведлозера, не допуская прорыва финнов к Свири. Ибо тогда еще оставалась бы возможность снабжения Ленинграда по ж.д. ветке от Петрозаводска на юг через Лодейное Поле и Волхов и далее. По крайней мере, линия побережья Ладоги, находящаяся в наших руках, была бы в полтора раза длиннее и могла бы создать тем самым более широкие возможности для снабжения города и войск. В Генштабе точно «проморгали» сосредоточение без малого 4-х финских дивизий на узком участке прорыва, противостоять чему пришлось плохо оснащенным и малочисленным частям 7 армии. Так, 3-я Ленинградская дивизия народного ополчения (несколько тысяч гражданских лиц с трехлинейками под командованием кое-как наспех обученных командиров) сразу после начала здесь финского наступления попала в окружение, была рассеяна по лесам и перестала существовать как боевая единица [ ]. Финским войскам после трехдневного прорыва к Свири оставалось примерно столько же до соединения южнее реки с немцами (120 км). Справедливости ради надо сказать, что советское командование, все же, имело какую-то информацию о готовящемся наступлении, так как 2 сентября (накануне финского наступления) в Лодейном Поле начала выгружаться 314сд, а 5 сентября в Петрозаводске – 313сд (это были свежие полностью оснащенные людьми и техникой дивизии из резерва Ставки). Там же сосредотачивалась и 272сд, но эти силы не успели к решающим событиям у реки Свирь и только смогли заполнить все расширяющиеся бреши в советской обороне [ ].

О потерях в 71сд за август 1941 г. Потери эти оценить довольно сложно, так как неизвестно начальное состояние частей дивизии после июльских боев, состав и количество пополнений, постоянные передислокации и переформирования частей, бригад, оперативных групп также не добавят точности в подсчеты. В донесениях о потерях 71сд за август фигурируют следующие полки: 52сп, 126сп, 367сп, 131сп (сформированный в конце июля из 131 запасного полка), 237 гаубичный артполк, отдельные батальоны и подразделения. При этом 126сп сражался на 50 км севернее описываемых основных событий на Петрозаводском направлении, а 367сп передавался в 168 дивизию, поэтому сведения о потерях этих частей объективно не могли попасть в общий журнал своевременно. После тщательного подсчета по отдельным донесениям штаба 71сд о потерях дивизии за август получается [ ]: убитых – 812 человек (в том числе 10-12, расстрелянных по приговору трибуналов), без вести пропавших – 1054 человека. Последнее обстоятельство поражает: превышение количества пропавших без вести над числом убитых воинов говорит – да просто о поражении говорит, о постоянных отступлениях, о горьких последствиях окружений. Эти «пропавшие», увы, в большинстве своем оказались в финском плену. Но вспомним о 25% потерь финской армии за тот же август и попробуем сравнить с нашими. В общие (санитарные) потери входят также выбывшие по ранению и болезни. Количество раненых за август в 71сд оценочно получим, умножив на 3 количество убитых и тогда, сложив убитых, пропавших без вести и раненых, получим порядка 4300 человек потерь дивизии за месяц. Не зная списочного состава частей на 1 августа, мы точно не можем определить, сколько это в процентах, но, например, от штатной численности в 14500 человек получается 30%. В реальности, как это ни прискорбно, больше (так как дивизия не имела довоенной численности после июльских боев даже с учетом маршевых пополнений), но цифры, по крайней мере, одного порядка с финскими потерями в 25%. Если бы удалось добиться хотя бы такого уровня «размена» на других фронтах, то Гитлер 1941 год не пережил бы.

17.2. Финны и немцы на реке Свирь в сентябре-ноябре 1941 г.

На рубеже реки Свирь наступательный порыв финской армии на этом направлении несколько угас. Но предварительно им практически с ходу удалось форсировать довольно серьезное водное препятствие – ширина Свири доходит до 100 м, а скорость течения в отдельных местах до 10 км/час. Финны создали на южном берегу Свири огромный плацдарм – до 100 км по фронту и до 20 км в глубину. Им оставался еще один рывок, еще одно усилие до «стыковки» с немцами, наступавшими на Тихвин в 120 км южнее, чтобы тем самым создать второе кольцо окружения Ленинграда и окончательно удушить город. Но!..

Финны утверждают, что Маннергейм просто-напросто не пошел дальше на юг (напомним, что к середине сентября Петрозаводск в тылу Свирской группировки финских войск еще держался, и оттуда финнам вполне можно было ожидать удара с севера на юг в тыл войскам на Свири). Наши историки, между тем говорят, что финны уткнулись на Свири в советскую оборону и, понеся перед этим в кровопролитных боях со вновь прибывшими свежими советскими дивизиями большие потери, далее наступать были не в состоянии. Интересно, что 11 сентября глава МИД Финляндии проинформировал посла США в Хельсинки, что они не будут участвовать в штурме Ленинграда. Между тем, 3 октября после завершения боев за Петрозаводск госсекретарь США поздравил посла Финляндии в Вашингтоне с «освобождением Карелии» [ ].

23 сентября 7 армия становится Отдельной и подчиняется напрямую Ставке, где, похоже, поняли ее значение для судьбы Ленинграда. Командарма Гореленко сменяет генерал армии Мерецков как «специалист по Северу». Гореленко становится его замом. Для Мерецкова – бывшего командующего Ленинградским военным округом и, тем более, бывшего начальника Генерального штаба РККА - назначение на армию не ахти какое, но, учитывая, откуда он прибыл – с Лубянки – этот факт стал для него спасительным. У Сталина в начале войны очень быстро расходовались генералы: по данным [ ] за 1941 год погибло, попало в плен генералов (и приравненных им по званию комиссаров), а также расстреляно по приговорам трибуналов – 107 человек. Ну, а поскольку Мерецкову кроме пьяной генеральской болтовни предъявить было нечего, то ему и было позволено командовать не самой мощной армией и не на самом «горячем» участке войны.

Кирилл Афанасьевич сразу с тюремных нар попал в полуокруженный Петрозаводск, штурм которого финны как раз и начали 20-21 сентября и вступил в командование деморализованной и в беспорядке отступающей 7 армией. 6 октября Мерецков издает такой интересный и показательный приказ по армии (стилистика, орфография сохранена): «Личной проверкой Командарм Генерал Армии тов. Мерецков установил, что в армии никто по деловому не занимается учетом людей и вооружения, что командиры и комиссары частей и соединений не знают сколько у них бойцов, какие за день потери в людском составе и вооружении не выявляя причины преступной убыли оружия и тем самым покрывают предателей и изменников бросивших оружие. Учет запущен» [ ]. Говоря современным языком: бардак! В таких условиях действительно трудно было бы сдержать финнов на Свири, прояви они большую настойчивость.

Мерецков энергично пытается спасти положение как под Петрозаводском, так и на Свири. К тому времени финны закрепились на плацдарме, составлявшем две трети длины реки, в наших руках оставался поселок и станция Лодейное Поле, далее от него в сторону Ладожского озера линия фронта шла по реке, а вблизи устья уже наши имели свой небольшой плацдарм на «финской стороне» - на северном берегу Свири. Против этого плацдарма была сосредоточена немецкая 163пд двухполкового состава, выше по реке располагались четыре финских пехотных дивизии VI армейского корпуса, где к тому времени в ротах оставалось по 30-35 солдат. Наши войска на Свири состояли из пяти дивизий (368сд из Вологды, 114сд из Перми, 314сд из Казахстана), трех морских стрелковых бригад и даже одной 46-й танковой бригады (62 танка – 7КВ, 25 Т-34, 30 Т-26).

В конце сентября-начале октября следует попытка противника форсировать Свирь в ее нижнем течении, но она была отбита. Но, зато 21-22 октября два батальона314сд переправляются на правый берег и захватывают плацдарм напротив Лодейного Поля и удерживают его несколько дней. Там почти все и остались, не дождавшись приказа об отступлении, финны говорят о 600 убитых наших бойцов из состава этого десанта. В результате захвата противником железной дороги от Лодейного Поля на Вологду 7-я армия оказалась отрезанной от баз снабжения и месяц до освобождения Тихвина (и железной дороги на Тихвин) держалась на запасах Свирьстроя (стройка ГЭС). Кстати, на Свирьстрое был в свое время создан Свирьлаг как филиал гигантского БелБалтлага и при подходе финнов к Петрозаводску и их прорыву к Свири из части заключенных, спецпоселенцев, вольных и подневольных людей, лесорубов были спешно сформированы две стрелковые дивизии по 15 тысяч человек каждая, их даже успели частично вооружить. Но оказавшись на воле, большая часть спецконтингента разбежалась с полученным оружием в руках и принялась грабить окрестные поселки, склады и магазины [ ]. Названия многих населенных пунктов и отметок на карте Карелии той поры носят весьма специфические названия: трудколония, просто лагерь, бараки (очень много бараков), колония малолетних, спецпоселение...

Бои на Свири к концу осени также постепенно сошли на «нет». Финнам удалось сохранить свое «предмостное укрепление» перед мощной водной преградой в виде обширного плацдарма на южном берегу Свири. Свирь стала считаться пограничной рекой новой Финляндии, пограничной с каким-то предполагавшимся полуколониальным образованием Германии на месте русского Севера. Немцы не сумели выйти через Тихвин на соединение с финнами на Свири, более того, 8 декабря им пришлось оставить Тихвин (чем было значительно облегчено снабжение наших войск и Ленинграда), город взяла 4-я армия, которой к тому времени командовал все тот же Мерецков (на 7-ю армию вернули Гореленко). Угроза создания второго блокадного кольца вокруг Ленинграда была устранена, немцы перебросили свою 163пд на Кандалакшское направление, а финны здесь стали устраиваться на зимовку. До лета 1944 года.

17.3. Бои за Петрозаводск в сентябре 1941 г. Потеря города. Действия ВВС.

Петрозаводск обороняли остатки частей Петрозаводской Оперативной группы генерал-майора Антонюка, но непосредственно обороной города руководил бывший командарм-7 Гореленко. Под его началом были сосредоточены внушительные (на бумаге) силы: четыре дивизии, бригада и местные «истребители»-ополченцы с чекистами. Всего 17800 человек при 37 орудиях и даже 30 танках. Дивизии эти были собраны из потрепанных в предыдущих боях частей. Так, 313сд, хоть и прибыла из резервов Ставки, под Петрозаводск отправила только один стрелковый полк (остальные два полка были направлены на Свирь) и артполк, имеющий, правда, только 24 орудия. 272сд была здесь только в двухполковом составе. 37сд была наспех сформирована из остатков 52сп, 1061сп, 15мсп НКВД и стрелковой бригады, сформированной «из местных ресурсов». Здесь же на южных подступах к Петрозаводску оборонялись остатки 3-й Ленинградской дивизии народного ополчения, одна часть которой после двух окружений вышла на подступы к Петрозаводску, а другая к р.Свирь. Из начального количества ополченцев в середине июля в 8500 человек к середине октября в строю оставалось всего лишь 300 живых бойцов. Артиллерия этой дивизии состояла в начале боев всего из двух батарей трехдюймовок образца 1902 года – тех самых, на деревянных колесах. Вот так!

Малочисленные подразделения без боевой слаженности при постоянных переформированиях и переподчинениях никак не могли противостоять слаженному натиску финского VII армейского корпуса, 4 дивизии и бригада которого 2 октября вошли в столицу КФССР.

Во всех исторических работах по обороне Петрозаводска и боях на Ладожско-Онежском перешейке в сентябре 1941 года (особенно советского периода) для усиления ноты глобального численного и технического превосходства финнов на этих участках говорится о поддержке финского наступления несколькими танковыми батальонами. Но батальон этот был один–единственный на всю Финляндию, да и тот едва ли мог добраться до Петрозаводска в полном составе после двух месяцев боев. Основополагающая монография по истории войны в Карелии [ ] грешит подобными «плачами Ярославны» во многих случаях, негодуя при этом во вступительной главе о неких фальсификаторах истории, бороться с которыми как раз и выпало данному труду. Утверждается там же [ ], что при прорыве финнов от р.Тулокса (восточный берег Ладоги) 4-7 сентября дорогу финским наступающим колоннам расчищали многочисленные пикирующие бомбардировщики Ю-87, хотя на самом деле в финских ВВС таковых не числилось ни единого, а пикировщики люфтваффе базировались в это время слишком далеко от места событий, чтобы помочь союзнику. Да и не до финнов было в эти дни немцам: именно 8 сентября они вышли к истоку Невы и взяли Шлиссельбург, замкнув тем самым кольцо блокады вокруг Ленинграда.

Такая интересная деталь. Ладно бы в статьях и книгах о воздушных боях в данной зоне постоянно упоминаются «Мессершмитты» в противостоянии с нашими асами, так даже в ЖБД-7 также частенько упоминаются Ме-109. Дело в том, что в финских ВВС Ме-109 в августе-сентябре «Мессершмиттов» еще не было, а «Мессеры» люфтваффе базировались, также как и Ю-87, слишком далеко, чтобы как-то эффективно противодействовать нашей авиации. Само понятие «вражеский истребитель» постепенно трансформировалось в «Мессер»-«Мессершмитт», которое стало нарицательным. Как у нас слово «фриц» служило обозначением немецкого солдата. И кстати, в боевых донесениях по штабу 7-й армии (стр. 150-170) факт какого-либо существенного воздействия на наши войска пикирующих бомбардировщиков врага при прорыве финнов к Свири никак не отражен. Равно как и присутствие при штурме финнами Петрозаводска «нескольких танковых батальонов» противника (отмечены только небольшие группы танков всего до 20 единиц). И кто тогда фальсификатор истории?

Остатки советских частей 7-й армии после боев за Петрозаводск отходили, преследуемые финнами, на север к Медвежьегорску и частично на юг к Свири, куда дошли не все. Войска отходили на Медвежьегорск практически без оставленного тяжелого вооружения по непроходимым «медвежьим» тропам. Общие потери РККА на данном участке фронта составили с 20-25 сентября по 2 октября (практически всего за неделю) 4300 человек убитыми, раненными и без вести пропавшими. Оставлено 18 орудий и даже бронепоезд [ ]. В приказе по армии об отходе 37сд и 272сд и оставлении Петрозаводска упоминается и танковый батальон – это, видимо, 106 отд.тб, количество боеспособных машин не уточняется.

Немного о действиях ВВС в операциях под Петрозаводском. Практически ежедневно в ЖБД-7 говорится о десятках боевых вылетах самолетов ВВС 7-й армии на разведку, бомбометание и штурмовку войск противника. При этом эффект от действий авиации описывается, как правило, общими фразами типа: «Авиация ВВС армии в течение такого-то дня уничтожала бомбардировочными и штурмовыми ударами войска и артиллерию противника» (при этом указываются направления атак и населенные пункты). Приводятся конкретные показатели уничтоженной техники противника, складов и даже штабов. За сентябрь 1941 г. по отчетам ВВС уничтожено 195 автомашин, 19 танков, сбито 10 самолетов противника, при этом потеряно своих самолетов (в том числе от аварий) - 26 единиц из всего имевшегося на середину сентября авиапарка 7-й армии примерно в 150 самолетов – это семь полков [ ]. Потери в авиации, как видим, огромные – до 18% за месяц - и это без ожесточенных воздушных боев.

Некоторое сомнение вызывает заявленная цифра в 19 вражеских танков, уничтоженных только авиацией только одной армии и только за один месяц. Тогда как согласно приведенной в [ ] статистике на долю авиации приходится всего до 5% потерь вражеской бронетанковой техники. Это что же, прочие противотанковые средства должны были уничтожить за это время еще 19х20=380 танков?! Итого 400?! А их всего было 80 на всю вражескую армию в данной зоне (это в лучшем случае). Ответ прост: банальные приписки пилотов и командования ВВС. Как по танкам, так и по автомашинам и прочим вражеским объектам, также и по сбитым самолетам неприятеля. Последним грешили и финские ВВС, и немецкие. В октябре действия ВВС имели уже не такие масштабы. По данным ЖБД-7 от 13 октября в семи авиаполках армии числилось 45 исправных самолетов и 21 в ремонте – всего 66. После этого до конца октября было потеряно еще 9 машин (итого за октябрь – 11). Сбито самолетов противника: 3 точно и 6 «предположительно», уничтожено 77 автомашин (танки больше не упоминаются). С другой стороны, в источнике «В небе Заполярья» [ ] по данным на 7 сентября в семи полках ВВС 7-й армии было всего 152 самолета. Куда могли деться в таком случае (152-66=86) 86 наших самолета всего за 36 дней не очень-то напряженных воздушных схваток – непонятно! Цифры потерь уж очень «грубоприблизительны» в различных источниках, но, если опираться на них, то за месяц на данном направлении советские ВВС теряли более 50% самолетов. Цифры просто чудовищные.

Несколько характерных «примет» сражения за Петрозаводск. ЖБД-7 в записи от 12.09 приводит размышления командарма о причинах наших поражений: «Оборона наша пассивна, фронты растянуты, резервы отсутствуют (для удара по флангам), отдельные части отходят без приказа, управление войсками остается ненадежным и негибким, отдельные части вместо уничтожения противника, вышедшего на фланги и в тылы, оставляют основные дороги и уходят в леса и болота (это обстоятельство – наверное, основная причина поражений – авт.). Противник легко и быстро прорывает наши позиции из-за слабого инженерного обеспечения и оборудования заграждений». Запись от 14 сентября – это пересказ приказа Ставки о создании заградотрядов: «Опыт борьбы с немецким фашизмом показал (в приказе по 7 армии даже не переделано на «финский фашизм» - авт.), что в наших стрелковых дивизиях имеет место немало панических и вредных элементов, которые при первом же нажиме со стороны пр-ка, бросают оружие и начинают кричать: «Нас окружили» и увлекают тем самым за собой остальных бойцов (а где комиссары? – авт.)... Организовать в каждой стрелковой дивизии заградотряд из надежных бойцов численностью до батальона...».

Их записи в ЖБД-7 от 16 сентября: «На нашу сторону перешли два финских перебежчика из нового батальона, сформированного их отпущенных из тюрем политзаключенных и осужденных дезертиров». Это как понять - финский штрафбат, или таким образом выдохшаяся уже в сентябре Финляндия выгребала «по сусекам» последние резервы живой силы? Далее из ЖБД-7: «18.09 явились 30 (тридцать! –авт.) финских перебежчиков, а на следующий день еще 23 человека»! Вот это да! Вряд ли такое массовое явление стало следствием «бомбардировок» финских позиций листовками с предложением о сдаче в плен, хотя, и не без того. Финнам надоело воевать и наиболее сообразительные, несмотря на победные марши армии Маннергейма по всем направлениям, надеялись пересидеть смутное время хотя бы и в советских лагерях военнопленных. Потери в финской армии тоже были огромные и непривычные для мирной - до определенной поры страны (о потерях – в конце книги).

После взятия Петрозаводска Маннергейм продолжал игнорировать просьбы немецкого союзника о походе на юг от реки Свирь ради соединения с немцами в районе Тихвин-Волхов и окончательного удушения Ленинграда. В его решении, опять же, гуманитарную составляющую обнаружить трудно – ему (и всей Финляндии) абсолютно не нужны были земли Ингерманландии-Ленинграда (разве что пройтись разок в парадном строю по покоренному городу). Финляндии и ее главнокомандующему вполне было достаточно отомстить русскому соседу за предыдущее унижение в 1939-1940 гг. и создать обещанную народу Великую Финляндию от Ботнического залива до Белого моря (на территориях родственных народов). Поэтому Маннергейм, не взирая на призывы фюрера и Йодля с Кейтелем о стыковке под Волховом, после взятия финнами Петрозаводска начал операцию по «окончательному освобождению Восточной Карелии», то есть районов Медвежьегорск-Беломорск, «повернув» свои войска от Петрозаводска на север, а не на юг как того желали немцы (г.Беломорск - это ключевая станция Сорока на Кировской ж.д. и, если бы финнам удалось ее взять, то сообщение страны с Мурманском было бы прервано).

К октябрю 1941 г. страна Финляндия, несмотря на успехи в битве с восточным соседом, надрывала в этом противостоянии последние силы – не зря было столько дезертиров и перебежчиков. Но для броска на север от Петрозаводска до Медвежьегорска (к Беломорканалу) инерции наступления еще хватало. Хотя выход за два месяца на расстояние в 150-200 км от Петрозаводска до Медвежьегорска броском назвать трудно. Медвежьегорск финны взяли 5 декабря.

17.4. Взятие финнами Медвежьегорска.

В первой половине октября части финской армии вышли на западный берег озера Сегозеро в 40-50 км северо-западнее Медвежьегорска, преодолевая сопротивление 71сд и 37сд РККА на этом направлении. К концу месяца (уже в условиях северной зимы) они заняли господствующие высоты у станции Масельская (севернее Медвежьегорска), чем создали сосредоточенным здесь нашим войскам угрозу очередного окружения. 10 октября из этих частей была сформирована Медвежьегорская Оперативная группа в составе 37сд, 71сд, 313сд (один полк) и 2-й стрелковой бригады. 15 октября под Медвежьегорск прибыла 289сд (второго формирования). Эти части и дивизии были к тому времени уже серьезно потрепаны в предыдущих боях и дивизии имели в своем составе не более 2500-3000 человек л/c. Так, 1070сп 37-й дивизии имел в строю всего два батальона по 250-300 человек.

IIак финнов к 19 октября вышел к реке Суна (река-протока от Поросозеро к Онежскому озеру) юго-западнее Медвежьегорска - в 60-70 км. 3 ноября финны заняли Кондопогу – станцию и порт на Онежском озере севернее Петрозаводска на пути к Медвежьегорску. 5 ноября эта колонна финских войск, наступающая на Медвежьегорск с юга соединилась с финскими частями на р.Суна – таким образом, Медвежьегорск оказался полностью обложен противником со стороны суши. В разгар этих событий командарм-7 Мерецков убывает командовать 4-й армией на Волховский фронт, и в командование вновь вступает не очень-то удачливый генерал Гореленко.

После относительно длительной перегруппировки войск и получения пополнений 30 ноября два финских корпуса пошли на штурм Медвежьегорска. Город считался ключом к Беломоро-Балтийскому каналу и довольно крупным портом в северной части Онежского озера. Потеряв Медвежьегорск, советское командование в данном районе испытывало бы дополнительные трудности в снабжении войск и в общем ведении операций. Неизвестно, прибывало ли пополнение (а главное, техника и артиллерия) в дивизии Медвежьегорской ОГ, но город продержался всего 3-4 дня, бои продолжались даже на улицах города, он порой переходил из рук в руки, но 5 декабря начался вынужденный отход советских частей из блокированного финнами города на восток на порт Повенец, в том числе и по льду Онежского озера.

6 декабря настырные финны, что называется «на плечах отходящего противника» врываются, в том числе и в Повенец. Советские войска, ведя частью сил арьергардные бои, сумели к 13 декабря закрепиться на восточном берегу Беломорканала (восточней города Повенец). А вот 6 и 7 декабря на южном крыле Беломорканала произошли знаковые, примечательные и даже грандиозные события. Для справки: температура воздуха –37. Гражданские суда Беломорско-Балтийской флотилии, не получив вовремя указания о месте зимовки кораблей, прибыли в порт Повенец, как им это было предписано ранее, где они благополучно вмерзли в лед и вскоре достались финнам вместе с экипажами. Но этими кораблями, как и самим каналом, финнам воспользоваться не удалось.

6 и 7 декабря специальные команды из саперов и работников канала начали подрывы шлюзов и плотин, начиная с нижних бьефов. Поначалу ледяная шуга заполнила городок Повенец на высоту в 1 метр, а после последовавшего взрыва плотины на водоразделе ледяное цунами хлынуло через канал в Онегу, сметая все на своем пути. Несколько финских танков (бывшие наши Т-26 и даже один Т-34) были буквально опрокинуты вместе с десятками автомобилей и повозок, моментально вмерзая в лед на диком морозе. Основная масса финских солдат успела разбежаться, но многие остались в ледяной могиле до следующего лета. О судьбе жителей поселка не сообщается.

Зато верхняя северная часть канала оставалась в наших руках и успешно действовала как водная артерия вплоть до конца войны. Такая вот она, неизвестная северная война. Для полноты картины приведем следующий документ.

Приказ

«Командования Медвежьегорской оперативной группы Советских войск о разрушении населенных пунктов и отдельных строений в случае вынужденного отхода частей группы».

Во время вынужденного отхода наши части не всегда уничтожают населенные пункты и различные жилые помещения, которые противник использует в дальнейшем для жилья. Наступившие холода при недостатке теплой одежды у противника (это у финнов-то?! – авт.) создают трудности для ведения войны, оставленные неуничтоженными населенные пункты облегчают борьбу в зимних условиях. Поэтому основной задачей борьбы зимой является лишение противника всякой возможности расположиться в жилых помещениях, заставить мерзнуть его под открытым небом... Военный Совет приказал:

1. Разрушать и сжечь дотла все населенные пункты, отдельные строения: бараки, сараи, избы (выделено мной – авт.) и т.п. в тылу у противника на расстоянии 40-50 км в глубину от переднего края и 20-30 км вправо и влево от дорог.

2. ....

в) Все пункты в пределах указанных границ: бараки, отдельные избы на островах... и населенные пункты... уничтожить, широко использовав артиллерию..., команды разведчиков, лыжников, снабженных бутылками с горючей жидкостью, гранатами... Населенные пункты (следует перечисление – авт.) подлежат уничтожению преимущественно авиацией (вот безопасная работа для наших доблестных ВВС – жечь собственные деревни без всякого противодействия! – авт.)

...

4. При вынужденном отходе наших частей... уводить с собой и заранее эвакуировать советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты и даже отдельные строения.

Подобные приказы издавались в ноябре-декабре 1941 года и под Москвой на основании общего приказа Ставки ВГК №428 от 17.11.41г. Легендарная Зоя Космодемьянская как раз и была в подобном отряде по уничтожению жилых строений, чтоб немцам негде было погреться. Собственное население при этом рекомендовалось, как видим из вышеприведенного приказа, эвакуировать. О судьбе советских граждан, не успевших эвакуироваться вместе с поспешно отступающими войсками родной рабоче-крестьянской Красной Армии нигде не сообщается. Об этом можно только догадываться. И что стало с жителями Повенца после ледяного цунами при -37 градусах тоже неизвестно. Финские корреспонденты снимали только свою вмерзшую в лед и исковерканную морозом технику и общие виды замерзшего поселка.

В эти дни началось и успешно развивалось контрнаступление советских войск под Москвой. 6 декабря финнов ждал еще один сюрприз: Великобритания объявила, наконец, Финляндии войну, а вслед за ней и все ее доминионы. 7 декабря после Пирл-Харбора США были вынуждены объявить войну Германии (а Финляндии – нет!) и таким образом, перед Финляндией замаячила перспектива оказаться в одной лодке с побежденным агрессором. Воинственный пыл «горячих финских парней» подостыл основательно, правители страны подвели свой народ к грядущей катастрофе.17. Бои на Петрозаводском направлении в августе-сентябре 1941 г.

Развитие событий на этом направлении надо рассматривать в тесной связке с начавшимся 31 июля наступлением финнов в зоне 23 армии, состоявшем из трехстороннего, сходящегося на Сортавалу, выдвижения вновь созданного финского I армейского корпуса (три пехотные дивизии - 7пд, 19пд, 2пд) и атакой IIак финской армии на направлениях Лахденпохья-Хитола-Кексгольм. Гораздо позднее – 21 августа – финский IVак начал наступление на Выборг. Такое значительное разнесение по времени основных этапов финского наступления в Карелии (10 июля-31 июля-10августа-22 августа) позволило финскому командованию ввести в заблуждение противника и соответственно маневрировать резервами.

На Петрозаводском и Олонецком направлениях тем временем образовалось своеобразное «затишье перед бурей», борьба здесь приняла на некоторое время позиционный характер с попытками контрнаступления как со стороны войск 7 армии, так и с финской стороны. 2 августа германское ОКХ (главнокомандование сухопутных сил) попросило финнов возобновить наступление вдоль восточного берега Ладожского озера в направлении Лодейного Поля (у реки Свирь) и принять участие в штурме Ленинграда. Маннергейм временно отказался, сославшись на опасность такого движения из-за наличия за спиной его VI армейского корпуса так называемого «Суорярвского выступа» в советской обороне, угрожающего тылам и левому флангу финской группировки. Он предложил немцам вначале «срезать» этот выступ силами наступающей здесь немецкой 163пд – чего немцам никак не удавалось сделать благодаря стойкому сопротивлению советских частей, конкретно 52 полка 71сд.

Начало августа ознаменовалось провалом второй попытки наступления советских войск на Петрозаводском направлении. Два танковых батальона опять застряли на лесных тропах (как и в июле), прорыв к Суорярви и к ст.Лоймола не удался. В ЖБД-7 этот факт изложен обтекаемыми и гладкими формулировками, типа:противник оказывает упорное сопротивление, отходя под натиском таких-то частей. Правда, отход это измеряется в сотнях метров, и после 14 августа речь идет уже об отражении вражеских контратак. Причем, если в начале ежедневных отчетов стандартно говорится, что части армии удерживают занимаемые рубежи, то к окончанию того же дня констатируется «отход под давлением превосходящих сил противника». А наутро снова: «Части занимают рубежи». Факт взятия финнами 15 августа Сортавалы – ключевого пункта обороны в Северном Приладожье, повлекшим за собой окружение двух наших дивизий, в ЖБД-7 никак не отражен. Также как и оставление в конце августа Суорярвского выступа.

Вплоть до начала решающего наступления финнов на Петрозаводск 4 сентября боестолкновения в ЖБД-7 описываются все теми же штампами: «занимаем рубежи, но под давлением превосходящих сил противника они оставлены». Хорошо, хоть так, без окружений и котлов, что в это время происходило с частями соседней 23-й армии. В череде постоянных отступлений светлым и радостным пятном выглядит следующее событие в жизни 7 армии (это после того как на участке 52сп противник в очередной раз прорвал фронт): Указом Президиума Верховного Совета КФССР 52сп награжден Почетным Красным Знаменем (все с большой буквы). Противника, впрочем, это Знамя не остановило.

4 сентября возобновилось наступление VIак финской армии по восточному побережью Ладожского озера (вдоль ж.д. и шоссейной дороги). Три пехотных дивизии и егерская бригада после самого мощного за всю войну артобстрела прорвали оборону 7 армии, состоявшей всего лишь из одной дивизии (это 3-я Ленинградская дивизия народного ополчения) и то без одного полка, бригады морской пехоты, двух «строевых» полков (452сп и 7 мотоциклетный) и двух отрядов «истребителей» (почти без артиллерии) - то есть, прорвали финны совсем уж «дырявую» оборону из наспех собранных и кое-как вооруженных частей. Все вместе в штабных документах это именовалось «группа генерала Цветаева». А больше никого и не было... (генерал Цветаев впоследствии будет командовать армиями на Южном фронте). Уже через три дня финны преодолели 80 км (судя по темпам продвижения, сопротивления они не испытывали) и достигли рубежа реки Свирь у Лодейного Поля (Свирь – это река, она же широкая протока, соединяющая Онежское и Ладожские озера в их южной части). Свирь была тем рубежом, далее которого планы финского командования не простирались. Не давая передышки советским войскам, финская егерская бригада, ударом от Лодейного Поля на восток стремительно, уже через сутки, 8 сентября, перерезает у станции Свирь Кировскую ж.д. В тот же день финский VII армейский корпус (две пехотные дивизии) ударом от Ведлозеро на восток захватывает станцию и узел ж.д. Красная Пряжа (где совсем недавно располагался штаб 7 армии РККА). Следующим этапом финского наступления предполагался штурм Петрозаводска – столицы КФАССР, города и порта на Онежском озере.



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 10
Количество комментариев: 0
Метки: Петрозаводск, Медвежьегорск, Беломорканал, 7 армия РККА в 1941 г.
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Эссе
Опубликовано: 12.03.2020




00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1