Чтобы связаться с «Анатолий Овчинников», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Анатолий ОвчинниковАнатолий Овчинников
Заходил 9 дней назад

История второй советско-финской войны, глава 8.

8. «Вспомним, как все начиналось...»

22 июня Финляндия объявляет о своем нейтралитете в начавшейся войне между СССР и Германией. Был ли это «ход конем» или, все-таки, тайная надежда зернышка остаться целым меж двух жерновов – споры идут до сих пор. Мировые правительства, тем не менее, принимают это заявление к сведению, в том числе Советский Союз и Германия. Правда, велеречивый фюрер проговорился в своем обращении к немецкой нации по поводу начала новой войны: он назвал финнов союзниками. Что делать – тексты автор сочинял на ходу, без бумажки, как говорится: что у пьяного на уме, то у Гитлера на языке. Финское правительство потребовало (или попросило) немцев опровергнуть, вернее, перевести это заявление на язык дипломатии в том смысле, что они просто сочувствуют немецкому народу в его борьбе. На следующий день Молотов пытался узнать у финского поверенного в делах, что означает это заявление Гитлера и «насколько нейтрален финский нейтралитет». Однозначный ответ получен не был. Получены только встречные претензии и вопросы к советскому правительству по поводу каких-то второстепенных проблем (обстрел финского корабля, пролет советских самолетов над финской территорией и т.п.).

За сутки до начала войны 21 июня в отношениях СССР и Финляндии произошло одно странное событие: финны позволил себе высадить десант на демилитаризованных по условиям мирного договора Аландских островах (бывших финских), которые запирают вход в Ботнический залив. При этом они арестовали сотрудников советской миссии – три десятка человек. Это сегодня подобный отчаянный демарш вызывает недоумение: как можно решиться на подобное грубое попрание статей договора, за которое можно было поплатиться и аннексией этого жизненно важного для Финляндии архипелага. Но уже на следующий день – 22 июня – Советскому Союзу стало совершенно не этих финских«шалостей». Получается, идя на такой шаг, финны были уверены в своей безнаказанности?

Боевые действия на северном участке советско-германского фронта начались 28-29 июня с наступления немецкого горнострелкового корпуса на Мурманском направлении. Но перед этим, а именно 25 июня произошли решающие события именно в советско-финских отношениях. Вкратце суть их такова: утром 25 июня советские ВВС начинают массированные налеты на объекты в нейтральной все еще Финляндии, и вечером того же дня парламент страны объявляет нам войну. Попробуем разобраться в этом важнейшем ключевом вопросе об «агрессоре и жертве» - who is who?

Советская историография за послевоенные десятилетия приучила нас к мысли о «неизменно миролюбивом Советском Союзе», вынужденным защищаться от «агрессивных планов финской военщины». Население СССР при этом было под 200 миллионов человек, а Финляндии меньше 4 миллионов. Этому посылу вторят и большинство современных исследователей. Но есть и противоположные мнения: Сталин мечтал выстроить мировую республику Советов, и Финляндия была одним из этапов на пути осуществления этого глобального замысла.

Мы уже упоминали о бесспорных фактах подготовки Финляндии к войне с СССР в союзе с гитлеровской Германией, будут они представлены и далее. Но подготовка, готовность к войне, пусть даже и желание её должны предполагать и casus belli (повод к войне). Чисто эмоционально он у финнов присутствовал: это желание отвоевать отнятые у них по результатам Зимней войны территории и, по возможности, реализовать идеи о пан-Суоми чуть ли не до Урала.

Финское правительство, готовясь к новой войне с бывшей метрополией в союзе с фашистской Германией, подстраховалось относительно сроков своего выступления: оно было намечено через две недели после начала немецкого. Наверняка, в переговорах с немецким Генштабом о своем участии в войне против Советов финское командование приводило неведомые нам аргументы о причинах отсрочки своего выступления, но основой их внутренних резонов явственно выступал одно: надо выждать, надо посмотреть, как оно пойдет. А вдруг Советы раздавят Гитлера - и где тогда будет наша маленькая любимая родина, если мы вылезем преждевременно? Поэтому надо «чуток обождать» и финны терпеливо ждали, пока явственно не обозначился (как тогда всем казалось) полный разгром основных сил Красной Армии.

Но! Несмотря на полную готовность к войне, финны все же выжидали и не дразнили «русского медведя» до поры до времени. Как вдруг! С раннего утра 25 июня начались массированные налеты советской авиации не только на военные объекты страны, но и на города. Несколько дней 250 бомбардировщиков в сопровождении до 230 истребителей, правда, с затухающей день от ото дня интенсивностью, выгружали бомбы на Финляндию. При этом Советский Союз не выставил Финляндии никаких претензий и не обозначил никаких предлогов к своим действиям. По признанию командования ВВС это был превентивный удар: бомбардировка нейтральной страны по подозрению в нехороших намерениях.

Аргументы изложены, в частности, в капитальном труде генерала ВВС Кожевникова [ ] и на страницах 6-томника «История Великой Отечественной войны» [ ] , в последующем растиражированные поколениями исследователей. Советское командование было убеждено в неизбежности в самое ближайшее время массированных налетов люфтваффе на Ленинград с территории Финляндии, которые оно и постаралось предотвратить собственным обезоруживающим ударом по аэродромам врага.

Эта убежденность основывалась на следующих фактах.

Первое. Еще до начала вторжения германской армии в СССР в два часа ночи «по Москве» был отмечен пролет «со стороны Финляндии» 18 самолетов Ю-88 в сторону Ладожского озера и истока Невы. При этом не производилось какого либо воздействия на объекты в нашем тылу, предположительно «Юнкерсы» произвели минировании фарватера на Неве. Что было бы весьма странно: смысл таких минных постановок непонятени заведомо ничтожен – после возможного подрыва пары баржпоследовало бы траление ... и все. Скорее всего, это был разведывательный полет в целяхвскрытия системы ПВО, причем количество самолетов постами наблюдения (ВНОС) было явно преувеличено. Самолеты люфтваффе в те дни могли прилететь только с территории Восточной Пруссии – радиуса действия даже полностью загруженного Ю-88 (до 2500 км) вполне для этого хватало. Утверждение «летели со стороны Финляндии» это совсем не одно и тоже, что с «аэродромов в Финляндии, где их попросту не было [ ]. Хотя у Барышникова в [ ], со ссылкой на финского автора, речь идет именно о финском аэродроме Утти. В других источниках [ ] говорится, что немецкие самолеты сели в Утти на дозаправку после выполнения задания и затем отправились обратно на свои базы в Восточной Пруссии. В этой зоне могли оперировать только самолеты I-го Воздушного флота люфтваффе, но они не базировались в Финляндии в июне 1941 года и нет данных об использовании ими здесь «аэродромов подскока» [ ] .

У Барышникова дается ссылка на еще одного финского историка (Х.Сеппяля) – цитата: «...с финского воздушного пространства... атаковали район Ленинграда еще до начала войны». Термин «атаковали» нами понимается буквально – то есть, наверняка, было какое-то огневое воздействие. Но, нет никаких свидетельств, что на Ленинград упала хоть одна пуля с воздуха в июне месяце 1941 года. Но как бы там ни было, само определение «атаковали с финского воздушного пространства» совсем не означает, что именно с территории Финляндии. Пролет немецких самолетов «над и со стороны Финляндии» не обязательно мог означать согласие финской стороны на подобные действия люфтваффе – оно вполне могло таким образом нарушать воздушное пространство суверенного государства. В действительности и этого не было: немцы в первые дни войны летали под Ленинград с аэродромов в Восточной Пруссии, на обратном пути могли садиться и заправляться на финских аэродромах и не более того [ ]. Трактовка советским командованием согласованности действий Финляндии и Германии возобладала над «презумпцией финской невиновности»благодаря всего одной букве «О»: сравните – «с территорииФинляндии» и «сО стороны территории Финляндии».

Второе. В качестве обвинений финской стороне в заведомо агрессивных намерениях в [ ] приводится такой факт: 22 июня в 3 часа 30 минут утра (а это время начала общей атаки немцев по всей границе с СССР) согласно докладу начальника ПВО Ленинградского военного округа замечено 14 немецких бомбардировщиков, - далее цитата - «вылетевших из Восточной Пруссии, которые также использовали Финляндию для своего временного базирования в осуществлении налета на Ленинград». Заявление не совсем понятное по смыслу и бездоказательное, скорее предположительное – ведь также можно было сказать, что «Юнкерсы» использовали Швецию, или Данию, или даже Гондурас. По всем современными немецким архивным данным [ ] по крайней мере весь июнь 1941 года немецкие самолеты I-го воздушного флота (и любые другие) не базировались и не использовали в качестве промежуточных баз аэродромы на территории Финляндии и прилегающих островах. За исключением всего трех самолетов-разведчиков Дорнье-17.

Третье. Сообщение из [ ]: 14 самолетов Ме-110 пытались атаковать (дата и время не указаны) наш аэродром под Выборгом, но были отогнаны силами ПВО и скрылись в сторону Финского залива. Ме-110 – это тяжелый двухмоторный истребитель-бомбардировщик с радиусом действия всего до 400 км. В первые дни войны он мог долететь до Выборга только с территории Финляндии. Но! В составе авиации I-го воздушного флота люфтваффе таких самолетов попросту не было [ ]. Ближайшее авиационное подразделение с Ме-110 базировалось в Северной Норвегии (5-й воздушный флот, всего 6 единиц Ме-110, откуда никоим образом эти самолеты не могли долететь до Выборга. Получается, какая-то байка, рожденная в суматохе и хаосе первых часов и дней войны в отчетах сил ПВО Выборгского района живет и побеждает десятилетия. За Ме-110 часто принимали только что появившееся в войсках наши Пе-2 и обстреливали их из всех видов оружия. Да что там новейшие «пешки», с земли не всегда различали свои бомбардировщики СБ и немецкие Ю-88 и Хейнкель -111 и лупили и по тем и по этим.

Четвертое. 22 июня утром, уже после начала военных действий, как это утверждается все в том же [ ], 18 бомбардировщиков Ю-88 пытались атаковать объекты в Ленинграде, но были отогнаны силами ПВО, часть из них ушла бомбить Кронштадт (9 самолетов на всю базу Балтфлота). В данном сообщении, вроде бы, Финляндия не упоминается, но само это событие вставлено в описание прочих налетов «со стороны Финляндии» и таким образом подразумевается, что и этот налет (вернее, попытка налета) был совершен с той же стороны.

Пятое. Цитата: «23 июня 18 бомбардировщиков (ох, не зря цифра 18 «гуляет» в описании трех из пяти налетов – подозрительное постоянство, вроде бы привязанное к двум эскадрильям самолетов, но наводящее на мысль, а не об одном и том же факте рассказывается в разных интерпретациях?), взлетев поздно вечером с территории Финляндии (вот откуда это известно!?), пытались прорваться кгороду со стороны Карельского перешейка. У Сестрорецка их встретил плотный зенитный огонь, и они разделились. Часть ушла на Кронштадт, но их и там отогнали, остальные не смогли прорваться к Ленинграду и улетели в сторону Финляндии». Конец цитаты. Похоже на повторное описание одних и тех же событий. Взлетев... с территории Финляндии... Этот факт предполагается как само собой разумеющийся, без ссылок на документы и очевидцев. Но некому было взлетать с финских аэродромов 23 июня 1941 года (кроме самих финнов, у которых не было «Юнкерсов»)!

Шестое. Цитата из [ ]: «Из Генштаба поступали сведения (дата и время не указаны, а это очень важно), что немецкое командование готовит авиаудары по Ленинграду, для чего сосредотачивает на финских аэродромах крупные силы авиации». Разведданные оказались совершенно ложными, по крайней мер, относительно наличия сил люфтваффе в данной зоне и его планов. Реальные бомбардировки Ленинграда началисьтолько с момента занятия немцами советских аэродромов в районе Новгорода и Пскова в середине июля.

Седьмое. Опять цитата: «Тогда же стало известно о переброске самолетов 1-говоздушного флота на аэродромы в Мальми под Хельсинки». Когда конкретно «это» стало известно – дата и время – не указывается, а это опять-таки важно. Фактически же не было никакой «переброски». Не кого было перебрасывать.

Но вот уже в ночь с 23 на 24 июня штабы ВВС ЛенВО получили карты с расположением аэродромов на финской территории, и днем 24 июня была разработана операция по массированному налету советских ВВС на эти аэродромы и инфраструктуру Финляндии. Получается, что операция по возмездию была задумана только на основании семи приведенных выше фактов (или домыслов) насчет налета на объекты в СССР исключительно немецких самолетов, причем в совершенно незначительных количествах, но, возможно – только возможно – с финских аэродромов. Просто подозрений в намерениях оказалось достаточно для ответного воздушного нападения. Как в басне Крылова: «Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать...». Сами пролеты немецких самолетов, если они и были, в совершенно незначительных количествах для трехмиллионного города, не могли представлять реальной угрозы, особенно при мощи ПВО Ленинградской зоны, которая была непреодолимой завесой для одной-двух эскадрилий противника. Недаром, выжившие немецкие пилоты с содроганием упоминали о «работе» над двумя «L» -это Лондон и Ленинград и тремя «M» - это Мальта, Москва и Мурманск. Систему ПВО Ленинграда мы рассмотрим в следующих главах.

Да, Финляндия была готова к войне, планы операций составлены и согласованы с немцами, цели и задачи определены, но... Запустить маховик войны позволила именно эта бездумная, бессмысленная, бесполезная (как оказалось) для целей войны атака советской авиации на все еще нейтральную страну, с которой, на минуточку, действовал договор о взаимопомощи. К тому же наспех подготовленный (или спланированный еще до войны?) и плохо согласованный одновременный налет сотен боевых машин помимо серьезных потерь в технике и,главное, в пилотах (финское ПВО отработало качественно) показал плачевные результаты. Погибло170 пилотов при потере 71 самолета, в работе [ ] они представлены поименно. Сюда еще не включены разбитые и поврежденные при авариях и катастрофах самолеты, а это еще десятка два машин. При штурмовке финских аэродромов финские ВВС лишились всего 1 (одного!!!) самолета и несколько были повреждены, при этом все их бомбардировщики - -английские «Бленхаймы» (аналог нашего СБ) остались целы.Погиб 21 человек и 100 человек ранено, причем поровну военных и гражданских. Серьезных повреждений военной инфраструктуры также не произведено. Гора родила мышь и очередную советско-финскую войну.

Утром того же рокового для советско-финских отношений дня 25 июня 1941 года вдобавок к воздушному нападению артиллерия советской базы на полуострове Ханко начала обстрел сопредельной территории. Перед этим, правда, наши позиции пытались бомбить немецкие самолеты, но артобстрел достался нейтральным на то время финнам. Ответный огонь финны открыли в 22-45, дождавшись официального объявления войны своим правительством. Так начиналась героическая оборона Ханко, воспетая в книгах, воспоминаниях, учебниках и кинофильмах – с нападения.

Разумеется, по отчетам генералов ВВС (Кожевников и Новиков – [ ]) превентивные налеты на Финляндию потрясли до основания всю военную машину вражеской страны, причем без потерь с нашей стороны. Были уничтожены едва ли не половина ВВС Финляндии, заодно и виртуальных немцев. Действительность оказалась печальной и унизительной. Но, главное, вечером 25 июня Финляндия объявила СССР войну и мы опять оказались в роли агрессора (в глазах мирового сообщества). Когда финны вышли в августе 1941 года к старой границе госсекретарь США поздравил финского посла «с восстановлением исторической справедливости и освобождением Карелии» [ ]. Правда, сочувствие американцев финнам не помешало им заключить совместно с Великобританией 29 сентября 1941 года договор с СССР о поставках материалов и вооружения[ ].

Реальная беспомощность и никчемность нашей авиации при заявленных маршалами выдающихся успехах требует отдельного специального осмысления. На самом деле – странно! Авиационная техника – примерно на уровне тогдашних мировых стандартов, летный состав достаточно обучен и тренирован. В том числе многие летчики прошли боевую обкатку в Испании, на Халхин-Голе, в Китае, в Зимней войне... Орденоносцы... Командиры авиадивизий и авиаполков, штабные офицеры тоже не вчера из кавалерии пришли, у всех за плечами и опыт, и налет часов... Но результат?! Пока поставим целую строку вопросительных знаков, может, в ходе дальнейших исследований что-то прояснится.

Ну, а пока советская авиация «громила» скопления мифических финно-немецких ВВС, подлые и коварные финны заканчивали сосредоточение в лесах на Кандалакшском, Сортавальском, Ребольском, Ухтинском, Выборгском и Петрозаводском направлениях. И опять могучая и всеведущая советская разведка почему-то прозевала конкретные силы, средства и направления главных ударов противника. Бесцельное бомбометание завершилось 30 июня. К этой дате в Прибалтике немецкие танковые клинья форсировали Зап. Двину и двигались по Эстонии ко Пскову. Западный фронт был окружен и разгромлен, такая же картина обозначилась и на Юго-Западном фронте. Операция ВВС Ленинградского фронта и Балтийского флота против Финляндии была вынужденно свернута по необходимости перенацеливания оставшихся сил на более угрожаемые участки войны – под Новгород и Псков. К тому же немцы подбирались уже и к Таллинну – главной базе Балтийского флота.

Вот так совершенно необязательное решение даже не высшей инстанции дало нам еще одну войну. Возможно, в предвоенных планах советского командования воздушная акция против Финляндии и предусматривалась в начальной стадии некой будущей войны, но она никак не соответствовала сложившимся обстоятельствам. Судите сами: 22 июня вечером в войска поступает знаменитая Директива №3 об отражении всеми силами германского нападения, в течение 23 июня в Генштаб и Наркомат обороны продолжали приходить противоречивые сведения. Только 24-25 числа стала проясняться обстановка, стало понятно, что Красная Армия быстро и повсеместно отходит вглубь страны, неся большие потери. И вот кому могло придти в головув этих условиях уже в ночь с 23 на24 июня распорядится об организации воздушного нападения на Финляндию? Из все того же источника [ ] следует, что на запросы и доклады из ЛенВО о пролетах немецких самолетов в Ленинградской зоне начальник Генштаба Жуков, раздраженный и замотанный неотложными делами в критической обстановке, в ожесточении бросил: «Бейте эту сволочь!» Какую именно сволочь он не уточнил, но в Ленинграде поняли так, что финскую и «взревели сотни моторов». Было 12 часов дня 23 июня. Войну с Финляндией, таким образом, начали всего лишь штабы ВВС и ПВО Ленинградского округа?

Понятно, что Финляндия была готова к войне (помните, «мобилизация – это война»), сроки выступления утверждены и согласованы с немцами, но все же... Повод к объявлению войны дала именно эта безумная и поспешная акция. После взрывов десятков тонн бомб на своей земле финский Парламент волей-неволей заявил о состоянии войны с СССР. Бомбардировки нейтральной (хотя бы и формально) Финляндии стали сказочным подарком финским «ястребам» в правительстве и армии и лично Маннергейму с Гитлером. Теперь финские правители выглядели ангелами с крылышками, на которых вновь набросился усатый сатана Сталин.

Предположим на минутку, что в хаосе первых дней войны с Германией кто-то из высшего руководства СССР «не дал бы добро» на реализацию замысла штаба ВВС ЛенВО (весьма вероятно, что эта информация прошла мимо Сталина – уж он-то точно мог представить что может означать подобная акция для перспектив войны и мировой политики). Если бы удалось сдержаться и не отвечать на явные приготовления финнов к войне. Да, скорей всего, финская армия все равно бы перешла в наступление 10 июля, как и было обещано немцам, ибо вряд ли Маннергейм и Рюти удержались бы от такого соблазна, видя как разбегаются «красные орды» перед вермахтом. Но! Тогда уже на следующий день Финляндия получила бы заодно войну и с Великобританией, а в перспективе и со США. Тогда она была бы страной-агрессором в глазах мирового сообщества (а это и есть Англия и США), и в случае неизбежной победы блока СССР-Британия-США правящую верхушку Финляндии ждал трибунал, а страна была бы однозначно полностью оккупирована Советами на правах победителя. А так Сталин буквально «уломал» Черчилля объявить войну финнам только 6 декабря 1941 года, а США так и вовсе провели с ними «политику мирного сосуществования» - как по Троцкому: ни мира, ни войны. Да и было ли в таком случае столь безоглядное рвение у финского солдата, которое он проявил в лесах и болотах Карелии в 1941 году?!

В боевых документах частей и соединений Ленинградского (Северного фронта) сам факт объявления войны Советскому Союзу со стороны Финляндии остался практически незамеченным (об этом подробней будет далее). Не в каждой дивизии сочли нужным даже упомянуть о такой «мелочи». О чем это говорит? – о том, что война с Финляндией предполагалась сама собой, о том, что политруки и комиссары накачивали солдат соответствующей пропагандой о «белофинских агрессорах», которые спят и видят, как бы оттяпать кусок Советской Родины. Командиры всех уровней также были аналогично настроены и накачены высшими инстанциями. Далее мы увидим, как при получении известия о немецком нападении 22 июня – а, как правило еще и до него – дивизии всех карельских армий РККА начинают выдвижение к финской границе (не к немецкой), занимая заранее обустроенные позиции и сооружая новые. Война с Финляндией предполагалась без всяких дополнительных уточнений, распоряжений и объявлений. Достаточно было поднести спичку к этой пороховой бочке, но эту спичку мы подбросили сами.



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 15
Количество комментариев: 0
Метки: Ленинград, ВВС, бомбардировка, объявление войны
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Эссе
Опубликовано: 02.12.2019




00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1