Чтобы связаться с «Владимир Александрович Жуков Жуков», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Скеля и Кряж


Трагикомическая история произошла в одном из крымских пансионатов, куда в летний период, устремляется публика для развлечений и борьбы с разными недугами с помощью мойнакских и чокракских грязей, радоновых, жемчужных, хвойных и прочих ванн, гидромассажа, душа Шарко и других процедур в большом арсенале санаторно-курортного оздоровления.
Была бы в наличии валюта: евро, доллары, российские рубли, гривны, и можно целый день нежиться в жемчужных ваннах в тщетных поисках жемчуга, заказывая шампанское, пиво, водочку, боржоми или нарзан…
Солнце, море и целебный воздух раскрепощают чувства. И поэтому, гармонично сочетая приятное с полезным, женщины прячут обручальные кольца и превращаются в незамужних, а мужчины — в холостяков. Вспыхивают бурные, но короткие, лишь на время путевок или курсовок, курортные романы, подтверждая постулат: бес в ребро, седина — в бороду...

Довелось испить сию чашу капитану третьего ранга в отставке, подводнику Максиму Кряжу, мужчине статному, не утратившему морской выправки, приехавшему отдохнуть душой и телом. По теории вероятности так совпало, что в бархатный сезон в пансионат пожаловала экзальтированная дама бальзаковского возраста Одарка Скеля с крупными телесами, бюстом седьмого размера, живым весом, эдак килограммов под 130. Обычные весы, используемые во время медосмотра при заполнении санаторно-курортной книжки, зашкалило.
Пришлось даму взвешивать на больших весах, используемых в столовой пансионата для приема продуктов питания. По поводу своего телосложения и пышных, далеких от классики форм, она не комплексовала. На замечания с оптимизмом отвечала: «от крупной женщины зимой много тепла, а летом тени».
Охотно удовлетворяла потребности объемного шлунка (желудка) Постоянно, что-то жевала, перемалывала массивными, выпирающими вперед челюстями, словно жерновами, то гамбургеры, то хот-доги и фаст-фуды с пальмовым маслом. В довесок к меню на камбузе пансионата Скеля стала завсегдатаем Макдональдс, где ее встречали с распростертыми руками, как неприхотливого и ненасытного поглотителя канцерогенных блюд. Она за один присест уминала за двоих-троих посетителей. Ни в чем себе не отказывала, не по дням, а по часам прибавляла в живом весе. Обильные мясные, мучные и десертные блюда формировали ее богатырскую плоть.

Неизвестно, какой недуг приехала лечить пышногрудая дама, но очень обожала поваляться в грязи и попрыгать с вышки. Поджав под себя ноги, зажмурив глаза с восторженным кличем «Виват!», бомбой падала вниз. Вода в бассейне после встречи с ее тучным телом выплескивалась через парапет на плитку и долго не могла успокоиться, исходя кольцами из эпицентра, будто там возник гейзер.
Кто-то из персонала пансионата порекомендовал Одарке для сжигания избыточного жира и достижения оптимального баланса веса комплекс процедур: сауну, плавание, в т. ч. прыжки с вышки и обязательно активный секс, ради которого, собственно некоторые озабоченные господа и дамы едут на ЮБК.
. С первой же встречи в столовой, а затем в бассейне Скеля положила свой шальной черный, словно агаты, глаз на Максима, проявив к нему неподдельный интерес. Атлетически стройный и энергичный с большим горбатым носом (признак высокого темперамента) офицер-подводник стал объектом ее неукротимого вожделения. Не только сексуально озабоченные мужчины волочатся за каждой юбкой, бывает и наоборот. Вопреки ожиданию Одарки, стального цвета зрачки капитана, лихорадочно не заблестели. Она ощутила его равнодушие, хотя настойчивых попыток завладеть вниманием не оставила. Напротив, это разожгло в ней азарт, подтвердив пушкинский постулат о том «чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей».
Кряжу, утомленному тысячами миль подводного плавания, в отличие от измученного нарзаном монтера Мечникова, больше нравились женщины тонкие, стройные и звонкие. Предпочитал девиц намного моложе себя, чтобы ощутить музыку пылкой юности. Когда он стал проявлять знаки внимания жгучей Веронике двадцати пяти лет от роду, это не то, что возмутило, а взбесило Одарку, считавшую себя эталоном неземной красоты.
— Чтоб, ему зеньки выпучило, что он нашел в этой швабре? — вслух негодовала она. — Сухая, как вобла, ни кожи, ни рожи…
По мере того, как роман между офицером и блондинкой приближался к кульминации — неизбежному постельному апофеозу, в крупногабаритной душе соперницы раскаленной магмой закипала ревность. Сначала, узнав, что объект ее неразделенной любви женат, имеет дочку и сына, намеревалась сообщить о амурах его супруге. Однако, посчитала, что это довольно примитивный способ мести, к тому же, на курорте время стремительно, дорога каждая минута. Пока письмо дойдет, истечет срок путевки, а на срочную телеграмму поскупилась.
Другая мадам на ее месте, перешла бы на диету, ограничила в меню калорийную пищу, предпочитая соки и овощи. Скеля своим вкусам изменять не стала. Часто, затаившись в номере, в антрактах между завтраком, обедом, ужином и сном устраивала себе дополнительное питание, известное по библии, как чревоугодие, а в просторечии как обжорство. Среди ночи, ощутив тягучие позывы ненасытного желудка, бревном скатывалась с широкого ложа и торопилась к холодильнику, забитому салом и другими продуктами на случай ЧП. Почти до утра клацала стальными зубами-протезами, уминая и грубую, и пикантную пищу, будь то сало-бекон с цыбулей, чесноком или оливы с крабовыми палочками. Едва она, отрыгивая и икая, медленно, как статуя, выбиралась из-за стола, из всех щелей сбегались столь же прожорливые рыжие прусаки и крупные черные тараканы. По версии горничной Кристины, уставшей бороться с нашествием насекомых, этих паразитов Скеля привезла с семью килограммами сала и консервами в старом, коричневого цвета советском чемодане с металлическими уголками и заклепками.
Во время бессонных ночей невостребованной Афродите*, вместо любовных утех, доставляло удовольствие в темноте давить тараканов своими слоновьими стопами. Одарка, испытывая радость от специфического хруста. Тем не менее, неистребимое племя стойко сопровождало обладательницу антикварного чемодана во всех поездках. Благо среди ночных рубах, лифчиков и прочего нижнего белья и пакетов с салом, луком и чесноком хватало затаенных мест для откладки яиц и интенсивного размножения.
Однажды в отчаянии она хотела окатить чемодан кипятком, но вовремя хватилась из-за опасения испортить раритетную вещь, к которой прикипела и душой, и мощной десницей.
Вскоре ее осенила идея. Выбрала удобный момент, когда Максим, бодрый, довольный пылким романом с Вероникой, появился в бассейне и погрузился в воду, радуясь прохладе. Скеля в оранжевом купальнике, подчеркивающем ее пышные формы, объемную талию с тремя жировыми складками, поднялась на трехметровую вышку для прыжков. Ничего не подозревающий отставник оказался поблизости.
Стиснув зубы, чтобы не вырвались крики «виват или браво!», она, сконцентрировавшись, тяжелой бочкой прыгнула вниз. Со снайперской точностью угодила в своего «возлюбленного».
Под многопудовой тяжестью, ощутив богатырский удар, Кряж, словно субмарина при экстренном погружении, пуская пузыри воздуха, камнем ушел на дно.
«Что это было? Может, торнадо, якорь или мина?» — промелькнуло в его сознании. Лишь на дне, придя в себя, ощущая сломанное ребро, боком, как краб подполз к металлической стремянке и увидел ухмыляющуюся, злорадно-ликующую прыгунью.
— Ой, ой, Макс Савельевич, какая приятная встреча! Как вы здесь оказались? — вытаращила она на страдальца магически-черные очи. У Кряжа от потрясения перехватило дыхание, а она с куражом продолжила: — Наверное, охотились на рыб, крабов и раков? Поздравляю с уловом!
— Что ж ты, зараза, наделала? — с трудом, превозмогая боль, выдавил из себя травмированный подводник.— Скалой с неба свалилась. Какая в бассейне может быть рыба. Это ты за мной охотишься, проходу не даешь.
В ответ Скеля ударила широкой, как весло, ладонью по воде, окатив его брызгами. Кокетливо рассмеялась и, не моргнув глазом, заявила.— Бабник, благодари, что я с пятиметровой вышки не прыгнула. Раздавила бы в лепешку, костей не собрал.
Женщина огладила свои богатырские, как у метательницы ядра, диска или молота бедра.
— Ты у меня попляшешь, за сломанное ребро по судам затаскаю! — в отчаянии пригрозил Максим.
— Ответишь за гематому на моей ягодице, — не осталась она в долгу. — Не суетись, мы — квиты.
Предстоящие судебные разборки Одарку мало занимали, уязвленное честолюбие было отомщено. Действительно, если красота — страшная сила, то ревность — дикая.
Обитатели пансионата и соседнего санатория после этого случая опасливо обходили Скелю стороной. Мало ли что, чокнутой бабе на ум взбредет?

* Афродита — по древнегреческой мифологии богиня любви.


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 16
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Юмор
Опубликовано: 24.08.2020




00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1