Чтобы связаться с «Вадим Песегов», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Искушение страстью - "Превратности любви". Глава 7

Назвние: Искушение страстью - "Превратности любви"
Автор: Песегов Вадим Сергеевич
Категория/Рейтинг: NC +18
Жанр: Любовный роман/Эротическая проза
Статус: В процессе написания
Аннотация:
Роман повествует продолжение первой части «Искушение страсти», все будет точно так же, старая команда врачей главного героя которого выделили в деревни целый отдел кардиохирургии. Одна глава, одно дело которое будет разгадывать главный герой, поддавшись как всегда искушения головоломки. Все это будет происходить на фоне всех тех же персонажей, что и были в первом томе рассказа. Старые герои, старая команда врачей, старые сексуальные связи, только лишь случайные новые знакомства и развратные эротические сцены в которых будет попадать главный герой. Начну сначала с пролога описание которого, будет достаточно долгим и в конце раскроет истинную сущность главного героя, почему он будет вести развратную жизнь как вел в первом томе этого рассказа.
От автора:
Ввиду сложности размещения романа на сайте буду выкладывать по одной главе. Советую перед прочтением этой части прочесть первую, сюжет начнется сразу же как заканчивается первый том "Искушения страстью", так и тут сюжет перейдет с новым делом, все персонажи, что были раньше полностью сохраняться. Рассказ будет идти со слов Оксаны, как автор т.е. я представляю её внутренний мир, переживая, наслаждения, запахи и вкусы. Хочу предупредить невозможно все передать словами, поэтому оставляю в тексте только самое важное.
В романе могут быть использованы сцены сексуального грязного характера, а так же в некотором роде жестокая "грязная" лексика в редких случаях чтоб подчеркнуть истинную сущность характера главного героя.
Это пока еще сырой черновик, который будет в последствии обрабатываться!

Глава 7

Безжалостные лучи восходящего солнца, ярким палящим светом проникали через пластиковое окно приемного кабинета клинической деревенской больницы. За стеклом большого окна, вертикальные жалюзи которого были наполовину открыты, колыхался в медленном танце большой тополь, издавая приятную песнь шелеста листьев и веток. По другой стороны входной двери кабинета слышались оживленные разговоры пациентов, что терпеливо дожидались своей очереди за дверью. В самом кабинете чувствовалась легкая прохладная обстановка, проникающий поток свежести воздуха, через открытое на вертикальное проветривание, окно в кабинете, будоражила своими разносортными ароматами цветущей зелени на территории больничного дворика. Чарующий запах с наполовину допитой кружки кофе на столе, завораживал ароматом карамели, бодрящая сила которого насытила своим вкусовым оттенком воздух в кабинете.
Белая тонкая облегающая ткань блузки, хорошо подчеркивала рельеф тела Оксаны, отлично отображая очертание пышной груди, благодаря v-образному вырезу через которое она проглядывалась. Короткая черная мини юбка, отлично сочеталась с черными чулками, которые с гармонией нежности прилегающего материал и его тепла облегали сексуальные ноги Оксаны, лоснились при попадании на них солнечного света. Черные туфли на высоком каблуке отлично дополняли эротическую красоту ног Оксаны, когда она ими так покачивала, положив ногу на ногу. Феноменальной завершающей чертой образа Оксаны, служил её парфюма «RoseSauvage» от Антони Висконти, восхитительный аромат дикой розы, в великолепном сочетании с приморским апельсином. Стерильная маска на лице Оксаны, скрывала прелесть перегара безмерно выпитого прошлой ночью с Катериной красного вина, а пышная прелесть волнистых золотистых волос была скрыта под белым медицинским колпаком. Лазурная голубая красота глаз была скрыта за стеклами мелких очков, через которые смотрела Оксана, пытаясь не выдать своим взглядом бурное похмелье.
— Входите, пожалуйста — предложила Оксана, крикнув, оживленной толпе пациентов, что терпеливо ждала за дверью
«О… блядь заебись, придется еще теперь и детьми заниматься, а это что папаша, что ли хм… такая схожесть, похоже, что Алексей Константинович брат для этой женщины», предположила мысленно Оксана, разглядывая через стекла своих очков вошедших пациентов.
Первый в кабинет вошел мужчина, в котором Оксана сразу же разглядела Алексея Константиновича, в гоночной команде которой она выступала, заменив его гонщиков. Мужчина был одет в белую шелковую рубашку с длинными рукавами, что отлично сочеталась с черными брюками и такими же по цвету черными остроносыми туфлями, лакированных, до изумительного блеска. Белокурая женщина, что вошла следом за ним, схожесть очертания лица показалось Оксане сильно знакомый. Женщина имеющий чарующий оттенком пепельный цвет волос, была одета в длинное белое платье, стиль пошива которого больше напоминал сарафан, под его пышным низом отчетливо выглядывали белые туфли на высоком каблуке. Держа за руку маленькую девочку, что вошла в кабинет, на вид которой было лет около четырех, она прошла по кабинету вместе с ней к столу, за которым сидела Оксана, внимательно разглядывая своих посетителей.
— Прошу присаживайтесь — сонной интонацией голоса предложила Оксана, кивнула на свободную пару стульев по другую сторону стола — И так с чем пожаловали, мда… что-то дочка у вас бледная
— Она не разговаривает у нас
Сразу же внесла некую коррективу в разговор, белокурая женщина с угрюмым видом, по очертанию скул и поникшему выражению лица, Оксана смогла догадаться, как она настрадалась с этим ребенком.
— Так значит, не разговаривает — ухмыльнулась Оксана, скрывая красоту алых накрашенных губ за стерильной повязкой на лице — Давайте-ка мы её послушаем, что-то хрипы в легких меня волнуют, скажите жалобы на проблемы с дыханием давно у неё?
— Наверно с рождения — ответила женщина, когда Алексей Константинович, не узнавая вовсе Оксану, отошел к окну
— Так наверно или с рождения — повторила навязчиво свой вопрос Оксана, вставая со стула, расправила смявшуюся юбку на бедрах, надевая стетоскоп, что висел на шее — Так стойте, погодите, как тебя зовут?
Обратилась Оксана к девочке, обходя вокруг стола стукая звонко каблуками по кафелю, вызывая своей походкой у мужчины, что стоял у окна в кабинете пристальное внимание на себя.
— Она у нас не говорит — еще раз смутилась эта женщина, помогая для Оксаны, закатать розовую футболку на теле девочке, что повернулась спиной — Я не знаю в чем дело, мы все перепробовали, но она молчит
— Нет-нет всю футболку снимать не обязательно — возразила Оксана — Лишь чуть-чуть закатайте
— Скажите у вас все врачи, так распущенно одеваются тут? — возмутился мужчина, посмотрев на Оксану взглядом требующего ответа
— Ну, если вам не нравиться…. — прислоняя ушко стетоскопа к телу девочки, Оксана замолчала
Систоло-диастолический шум во 2 и 3 межреберье привлек внимание Оксаны, ярко выраженные хрипы в легких говорили о назревающей легочной гипертензии. По температуре тела девочки, когда Оксана коснулась её кожи резиновыми перчатками, смогла догадаться, что у малышки жар и признаки бактериальной пневмонии были на лицо. Внешний вид девочки говорил о сильном отставании в развитии худенькие ручки и ребра были отчетливо прорисованы, на первый взгляд казалось, словно девочку морили голодом. Симптомы утомляемости были видны на лицо, так же прорисовывалась картина тахипноэ, при прослушке стетоскопом, Оксана смогла выявить неритмичность сердца.
— Я задал вам прямой вопрос дамочка — настойчиво требовал ответа Алексей Константинович, совсем не отдавая себе отчет с кем разговаривает — Да от вас же перегаром за километр несет, как только вошли в кабинет, я думал, меня обоняние обманывает но….
— Как зовут девочку? — игнорируя доводы этого мужчины, обратилась Оксана к женщине, что казалось матерью для этого ребенка — И сколько точно ей лет, такое чувство, будто вы знаете, её не кормите
«А вот эту уж родинку я на всю жизнь запомнила», внезапно заметила Оксана очень знакомое ей родимое пятно на спине девочке с левой стороны.
— Аришка… — тихо прошептала Оксана имя девочки, которую слушала стетоскопом, чем очень удивила женщину, у которой девочка сидела на коленях
— Как вы…?! — удивилась очень сильно женщина, поставив ребенка на ноги — Постойте ваш голос, это же ты, не может быть! — испуганно встала она со своего стула с опаской смотрела на Оксану
— В чем дело Мария? — удивился Алексей Константинович реакции женщины, с которой пришел, медленно подошел и встал между ними — В чем дело сестра ты знаешь этого врача?!
— И вы бы Алексей Константинович меня бы знали, если бы не были бы так высокомерны, это же я для вас тогда выиграла ту самую гонку — снимая стерильную маску с лица, говорила Оксана, представ перед ним
— Мама! — неожиданно вскрикнула девочка, случайным образом узнав Оксану, обвила своими тонкими ручками её талию
— Арина ты что говоришь?! — удивилась и сильно обомлела женщина, по всей видимости, как будто услышала первое слово от своей дочери
— Оксана Владимировна не может быть! — удивился Алексей Константинович — Романов мне так и не сказал, что за врач тут в этой больнице, так же как и Тихонов, видимо решили меня удивить
— Так все мы уходим Арина — заявила белокурая женщина, грубо схватив ребенка за руку, повесив сумочку на плечо, направилась, потащив за собой, малышку за руку к входной двери
— Вы никуда не пойдете! — с криком выбежала за ней в коридор Оксана — Эй охрана немедленно задержите дамочку с ребенком, ребенка мы госпитализируем, а эту чокнутую в кутузку
Прокричала Оксана на весь коридор, обращаясь к проходящему рядом охраннику, звонко стукая каблуками по бетонному полу больничного коридора поликлиники.
— Я сказала вам немедленно задержать эту женщину — повторила еще раз Оксана свои требования, вцепившись в руку женщины — А ты моя дорогая никуда уже с ней не пойдешь ты и представить себе не можешь, что мне пришлось пережить без Аришки
— Вы не посмеете!!! — громко закричала женщина, как только охранник подошел к ним, схватив её за руку — Кого вы слушаете я мать этой девочки, она моя дочь
— Может быть, ты и мать — говорила с усмешкой Оксана, позволяя ребенку, что освободилась из рук этой женщины спрятаться у неё за спиной — Но это я выкормила этого ребенка, просыпалась с ней ночами, ходила с ней, держала на руках, учила всему, что она сейчас умеет
Кричала на весь коридор клиники Оксана, напугав нескольких пациентов своим буйным голосом с похмелья, совершенно не обращая внимания на девочку, что стояла у неё за спиной.
— Ма… ма… мама! — задыхаясь сильной отдышкой, едва проговорила девочка, упав на колени больничного коридора, вырвало кровяной жидкостью на черные чулки Оксаны
— Аришка! — испугалась Оксана, упав на колени перед лежащей без сознания девочкой — У неё приступ, бригаду санитаров с носилками сюда
— Аришка! — испугалась белокурая женщина, хотела вырваться, когда охранник крепко держал её за руку, встав рядом с ней
— Оксана Владимировна, что с ней?! — испуганно спросил, подходя Алексей Константинович, по его одному выражению глаз было видно, как он сильно напуган
— Санитаров сюда живо — прокричала Оксана, игнорируя вообще этого мужчину — А ту дуру увидите и заприте пока районный следователь не приедет
— В чем дело Оксана Владимировна что случилось?! — подошел с испуганным лицом Алексей Константинович со спины к Оксане
— Два миллиграмма эуфиллина живей — прокричала Оксана медсестрам, что вбежали в процедурный кабинет — Если честно Алексей Константинович, я не знаю что с моей дочерью и похоже у меня теперь есть дело — испуганным выражением продолжила она рассуждать
— А что с моей сестрой Марией? — волновался этот мужчина — Что с ней будет?!
— Не знаю! — ответила, сильно испугавшись, Оксана, заметив рвоту кровью девочки на бетонном полу — Увидите её живо и до приезда районного следователя никуда не отпускать, даже в туалет следить за ней в оба
— Почему так строго?! — возразил брат этой женщины, обращаясь к Оксане — Она моя сестра, мы можем все уладить
— Как тогда два с половиной года назад?! — напомнила ему Оксана, тем самым заставила его задуматься, когда в этот момент уводил охранник эту белокурую женщину вдоль по коридору
Санитары бежали с каталкой по коридору в тот момент, когда проходящие рядом и за спиной Оксаны пациенты, с ужасом смотрели на впавшую в обморок девочку, что с тяжелыми хрипами в легких, лежала на полу клиники. Бетонный пол был заляпан кровью, по внешнему виду было видно, как девочку лихорадит, на одной части лица девочки, что не была прижата к полу, было отчетливо видно, как выступил пот. Тяжелая дыхательная недостаточность была следствием тяжелой легочной гипертензии, как могла предположить в этот момент Оксана с отеком легких.
— Доставьте девочку в палату — обратилась Оксана, к санитарам взяв из рук медсестер шприц с эуфиллином — Мы её госпитализируем
Снимая колпачок с иглы шприца, с трудом обнаружив подходящую жилку на ручке ребенка, Оксана ввела содержимое шприца в вену девочке, задыхающейся от приступа. Мгновенное действие этого вещества тут же начало проявлять свое действие как вазодилататор, попадая в кровеносную систему девочку, тут же начало расширять кровеносные сосуды. Эуфиллин начал расслаблять мускулатуру бронхов, снимая «бронхоспазм». Заметно стало повышено частота сердечных сокращений, за счет действия эуфиллина, а так же произошло заметное сужение легочных артерий. Девочка лежала на коленях у Оксаны, снова смогла нормально дышать, продолжая смотреть на Оксану снизу вверх изнеможенным несчастным взглядом.
— Оксана Владимировна — испуганным голосом обратился Алексей Константинович — Скажите с моей племянницей все будет нормально и у меня к вам теперь появился очень конфиденциальный разговор
— Хотите конфиденциальный разговор — вынимая иглу из вены девочки, заявила Оксана, надевая снова колпачок на шприц — Вставайте в очередь!
Гордой самодовольной походкой направилась Оксана, по коридору шикарно покачивая бедрами, улыбаясь роскошной улыбкой безупречно красиво накрашенных алых губ. Роскошная пышная прелесть золотистых волос, что волнами стала пробрасываться, как только Оксана сняла белый медицинский колпак со своей головы, посыпая водопадом её плечи и обвивая, словно виноград её шею. Делая глубокий вздох проникающей через окно в коридоре свежести воздуха, Оксана глубоко вздохнула ртом, выражая на обозрения сочную прелесть груди, что скрывалась под покровом белой блузки, за которой проглядывался черный кружевной бюстгальтер. Каждый изгиб на бедрах Оксаны, подчеркивал очерк безупречно красивых ног, когда она так притягивающее виляя попкой, пытаясь отобразить максимальную эластичность упругих прелестей своего тела, где каждый изгиб прорисовывался за черной материей мини юбки.
***
Удобное кожаное кресло в рабочем кабинете Оксаны, вызвало восхищение, утопая в нем полностью, она лелеяла себя нежностью, материла, что соприкасался с её кожей. Скинув черные туфли с ног, Оксана чувствовала, через открытое окно в кабинете, как проникала завораживающая сила прохлады воздуха, что окутывала лаской нежности её тело. Притягательная сила аромата черного терпкого кофе насытила атмосферу воздуха в кабинете своей изысканной силой запаха. Жалюзи на больших пластиковых окнах были наполовину прикрыты, пропуская лишь часть света, которому удавалось проскочить через брешь могучего ствола тополя, крупные ветки которого были усеянного большой листвой, что колебался в такт дуновения ветра за прозрачным стеклом. На стеклянном столе в центре кабинета, было разложено несколько бумаг, раскрытые книги, а так же папка с собранным анамнезом на поверхности стола тоже имела место в центре. Мягкие подушки украшали угловой диван в правом углу кабинета, а так же аккуратно застеленный плед, говорили о том, что кто-то провел ночь в этом кабинете.
— Девочка четырех лет
Начала объяснять Оксана, пьяной интонацией собственного голоса, утопая в кожаном глубоком кресле. Оксана нисколько не скрывала даже сладкий аромат перегара, которым веяло с её алых губ пропитанной сладостью кофе со вкусом карамели. Медленно кончиками своих пальцев, Оксана закатала короткую юбку на бедрах, положив ногу на ногу.
— Поступила к нам с хронической легочной недостаточностью — рассказывала Оксана, сминая нежно гармошкой чулки на ногах — Отставание в физическом развитии видно сразу, так же ощущается резкая нехватка веса для её возраста
— Оксана Владимировна вы что пьяная?! — удивилась Валентина, словно почувствовала, как витала в атмосфере воздуха сладость перегара, выдыхаемая с губ Оксаны
«Сука догадливая, твое-то блядь, какое дело!», подумала Оксана, с трудом сдерживая эмоции, чувствовала в своем теле ужасный синдром похмелья.
— Это к делу отношения не имеет — ничуть не смутилась Оксана таким заявлением, начиная коготками закатывать свои черные чулки
— Оксаночка ты ведь только что вышла из комы, тебя чудом удалось спасти, ты зачем, так сильно напилась прошлой ночью?! — ласковой интонацией голоса, разговаривая, словно с ребенком, упрекнула Марина Викторовна
— Подозрения на легочную гипертензию и гипертрофию правого желудочку, что опять же может объяснить сильную пульсацию легочной вены
Игнорируя воспитательные речи Марины Викторовны, продолжила рассказывать Оксана, получая наслаждения от прохладного воздуха, проникающего через открытое окно в кабинете, свежесть которого обволакивало её тело.
— И так что вызывает у нас повышенную утомляемость, тахипноэ, рвоту кровью, лихорадку, потливость на лице ребенка?!
Скидывая со своих ног чулки на пол, перечисляла симптомы Оксана для своих коллег сидя в кожаном кресле. Положив специально ногу на ногу Оксана, специально выражая тем самым эластичность своих безупречно упругих бедер. Ощущая душную обстановку в кабинете из-за сильного похмелья, Оксана расстегнула верхнюю пуговицу на своей блузке, выставляя на показ еще больше красоту сочной груди, скованную оковами черного кружевного бюстгальтера. Сладостная сила перегара исходила из губ Оксаны, насыщая воздух своей силой безмерно выпитого прошлой ночью количества вина, а так же вместе с этим сама ощутила на своем теле сильную утомляемость.
— Так же у девочки заметен признак плохой переносимости легких физических нагрузок, стоило лишь ей немного ускоренно пройтись, так сразу же случился припадок
— Сочетание таких симптомов может, по всей видимости, давать только дефект межжелудочковой перегородки — предположила Вероника, открывая папку собранного анамнеза поступившей маленькой пациентки
— Да если бы его не исключили два с половиной года назад — возразила Оксана, понимая, что этот диагноз уже она сама для себя вычеркнула — Почитайте карту девочки, она перед вами, лучшие врачи не могли определить что с ней, до тех пор, пока она не попала к нам
— «Аортальная недостаточность» объясняет похожую симптоматику — предположила Валентина, облокотившись на спинку стула на котором сидела, повернулась к Оксане
— «Аневризмой синуса Вальсальвы» по моему мнению, больше подходит — вынесла свое мнение Марина Викторовна, посмотрев на Оксану гордым самовлюбленным взглядом
— Аортальный порок, выражающийся в аневризматическом выпячивании стенки аорты в области корня, в месте расположения полулунных клапанов — пояснил Ларионов, посмотрев так искоса на Марину Викторовну — Марина Викторовна вы что, в самом деле, думаете, что дело в аорте?
— Проведите ЭКГ и рентгенографию грудной клетки девочки — не став дальше слушать дискуссию своих коллег Оксана одела на свои ноги, черные туфли, что лежали на полу возле кресла — А так же возьмите общий анализ крови, посев крови, анализ мочи — вставая медленно с кресла, расправила она юбку на бедрах
— Что мы надеемся там найти? — усомнилась в таком неожиданном распоряжении Вероника
— Подтвердите бактериальную пневмонию
Поднимая запачканные в кровавой рвоте чулки с пола, пояснила Оксана, изгибая спину, шикарно выставила эластичную прелесть своих бедер перед коллегами.
— А ты, куда сама собралась Оксаночка?!
Сомнительной интонацией голоса спросила Марина Викторовна, заметила, как Оксана звонко стукая каблуками по линолеуму на полу, направлялась к входной двери.
— А мне нужно уладить некую проблему с удочерением этой девочки! — застенчиво улыбаясь, ответила Оксана, проходя мимо мусорного ведра, что стояло у входной двери, кинула туда свои чулки — Уж… больно не хочется отдавать её больной мамаше — придавая поразительную красоту изгиба своим скулам, объясняла она
— Удочерить?! — переспросила, сильно удивившись Вероника — Насколько я понимаю, ты никогда вообще никогда не хотела детей, а что, вдруг выйдя из комы, ты кардинально переменила свое решение — снимая очки со своих глаз, высказывала впечатление темноволосая кудряшка
— Видимо кома очень сильно меняет людей — изобразила Оксана чудесные ямочки на щечках, открывая входную дверь кабинета — Да и Вероника без лишних вопросов, закончишь сама в поликлинике за меня прием пациентов, пока мне надо уладить некую маленькую формальность
Обратилась Оксана к темноволосой кудряшке, что так на неё посмотрела, будто хотела выплеснуть на неё свои эмоции. Проявив просто колоссальное терпение и выдержку, Вероника Ларионова, просто кивнула головой в знак согласия, когда все остальные коллеги, не принявшие участие в этом диалоге, так внимательно на неё посмотрели. По угрюмому, скорее даже поникшему выражению лица Вероники, Оксана смогла догадаться, насколько сильно она озадачила её своей просьбой.
— Что если проделанные все тесты не дадут нам нужного результата? — поинтересовался, вмешиваясь в беседу Ларионов, внимательно разглядывая записи медицинской карты девочки
— Тогда пойдем глубже — ответила Оксана, перешагивая через высокий порог открытой двери, красивы жестом сгибая ногу в колено, выражая тем самым эластичность своих бедер — Проблема точно существует, и я надеюсь её найти в сердце
— Оксана Владимировна вы уже уходите?! — внезапно отрываясь от жидкокристаллического монитора, спросила Валерия
Глубоко вдыхая парфюм «PurePoisonотChristianDior», которым пахло словно распустившейся цветок тело этой женщины, Оксана уловила этом запахе некую сексуальную страсть. Сочетание и гармоничность этого запаха вкушала в себя прелесть апельсина, мандарина и бергамота. Феноменальной чертой аромата столь завораживающего ароматом женского парфюма служил водоворот танца страсти с жасмином соединенный с непревзойденной силой вкусового оттенка гардении. Собранная воедино сила ароматов собранных воедино позволяла обладательнице столь притягательного запахом парфюма вскружить любому кавалеру голову.
Внешний образ женщины блондинки сочетался с белой блузкой, имеющий шикарный v-образный вырез, красиво облегающая её тело, а так же отчетливо прорисовывая грудь. Короткая белая юбка, прекрасно облегала бедра, подчеркивая каждый эротический изгиб, а так же отлично вырисовывая талию Валерии. Роскошные туфли на белом высоком каблуке, отлично сочетались с ногами этой женщина, кожа которых напоминала золотистый загар. Удивительная пышная укладка русых волос Валерии, придавала её образу некоторую частичку эротической, вызывающей при взгляде на неё похоть.
— Нужно срочно заскочить в одно место
Ответила Оксана, перешагивая через высокий порог открытой двери, красивым жестом согнула ногу в колено, отобразив максимально эластичность своих бедер.
— Посреди рабочего дня? — удивилась Валерия, оправляя очки на глазах — Тихонов будет в ярости, если вы покинете пределы больницы
— Но ведь ему об этом никто ведь не скажет — изумительной улыбкой улыбнулась Оксана, отразив изгибом губ скрытую похотливую застенчивость, закрыла за своей спиной дверь кабинета
— Вы еще как минимум месяц должны отработать в поликлинике
— У меня есть дело
Звонко стукая каблуками по линолеуму приемной, возразила Оксана, направляясь к входной двери, специально кончиками пальцев, стряхнула стопку листков расположенных на краю стола, за которым сидела Валерия. Стопка важных бухгалтерских деклараций с печатями и штампами, а так же важными подписями упала в плавном падении, рассыпаясь, перемешиваясь в воздухе, упала на пол, разлетаясь к тому же по полу. Решив поиздеваться Оксана, будто нарочно, специально наступая на один из упавших на пол листков, каблуком черных туфель. Изображая злорадную невинную ухмылку Оксана, придавая ангельское очертание своим скулам, изображая ямочки на щечках, не спеша подошла к входной двери приемной, шикарно при этом покачивая своими упругими бедрами.
— Оксана Владимировна! — вскрикнула, изображая свое возмущение суровым взглядом глаз блондинка, подрываясь тут же со своего кожаного кресла на котором сидела — Что вы наделали?!
— Ой, прости Валерия! — отобразив стервозную ухмылку, обернулась, ответила Оксана, опираясь одной рукой на своё выставленное бедро, открывая входную дверь приемной, кончиками пальцев повернула ручку в форме шара по часовой стрелке — Я наверно случайно махнула рукой
— Ну, тут же были ваши бухгалтерские отчеты работы всего вашего отдела
— Я же сказала, прости!
— А кто это все собирать будет и раскладывать?! — высказывая недовольства, белокурая женщина села на колени на пол линолеума, принялась собирать листки в стопку — Вот вы даже на один из листков наступили, придется все переделывать, а этот лист с подписью главврача этой больницы
— Я думаю, Тихонову не составит труда еще раз поставить свою печать и расписаться — хитрой ухмылкой улыбнулась Оксана, перешагивая через высокий порог открытой двери приемной
«Ебаная блядь дура, и как тока у меня с ней могло быть что-то общее?!», подумала Оксана, с грохотом захлопнув дверь за своей спиной, заставив женщину, оставшуюся в приемной громко взвизгнуть, когда она испугалась громкого такого хлопка.
— Оксана Владимировна — обратилась проходящая мимо медсестра, волосы которой напоминали цвет изысканного каштана, а веснушки на её щечках так забавно смотрелись — Рада вас видеть в добром здравии, не ожидала, конечно, но я думала вы в поликлинике
— Хм… как же, если я не ошибаюсь Анна…
— Нет, я Маша — поправила рыжеволосая девушка Оксану, когда она прошла мимо неё
— Ну, так вот Маша — ухмыльнулась Оксана — Работа в клинике сплошная скука, а я хочу чего-то интересного, то над чем можно было подумать
— Очень рада за вас, что вы нашли себе дело — взаимной симпатии улыбкой ответила рыжеволосая девушка, направляясь дальше по больничному коридору
«Блядь и с такими вот идиотами, мне приходится работать», глубоко и изнуренно вздохнула Оксана, глотая воздух ртом, застенчиво улыбнулась самой себе в отражении до блеска начищенного стекла на пластиковом окне в коридоре, где ярким отблеском на стекла отразилась красота её улыбки.
Вестибюль больницы был наполнен пациентами в назревающий полдень, большая часть которых были пожилые люди, собравшиеся у стойки регистратуры. Яркий проникающий свет лучей солнца, озарял помещение фойе больницы, падая прямыми лучами на мраморный пол больницы. Две медсестры в очаровательных коротких белых халатиках, весело общаясь возле большого цветка фикуса, что украшал интерьер холла больницы и был расположен у массивных перил центральной лестницы, которая вела на второй этаж, разглядывая что-то интересное в экранах своих сенсорных телефонах, юные сотрудницы больницы издавали звонкий приятный звуку смех. В воздухе пахло разными вкусовыми ароматами парфюма, поднимающихся навстречу двух мужчин врачей, обсуждающих очень интересный диагноз одного из своих пациентов, кивнули Оксане головой в знак приветствия, не прерывая своей беседы, когда она спускалась по ступенькам, ведя кончиками пальцев по массивным перилам. Так же приятный запах чарующий нежными оттенками лаванды и жасмина, которым пахли тела, спускающихся рядом с Оксаной двух медсестер. Двое молодых парней, лет двадцати восьми на вид, вошли в центральный холл поликлиники, словно не обращая внимания, один из парней разговаривал по телефону, направляясь в сторону регистратуры со своим товарищем, что шел за ним, следом копаясь в сенсоре своего телефона.
— Вот это новость — тихо прошептала самой себе, удивилась Оксана, как в двери больницы вошел Романов под руку с Катериной
Романов был одет в черный деловой костюм, его черный пиджак сильно выделялся на фоне обыденной деревенской жизни людей в этой больнице. Белая рубашка под пиджаком этого мужчины, бросалась в глаза, ярко выражалась при всей его темной одежды, брюк и остроносых лакированных до блеска туфлей. Очаровательная улыбка Романова, словно он затеял что-то плохое, привлекла внимание Оксаны, как только она медленно спускалась по ступенькам, замедлила свой шаг, пытаясь еще лучше разглядеть выражение его лица.
— Сергей Викторович — послышался голос Тихонова, со стороны коридора, где располагался кафетерий больницы — Очень рад, что вы смогли приехать, я если честно еще пока не видел Оксану Владимировну, но её выходка по отношению, к нашим пациентам, крайне не простительна вы уж простите, что вас пришлось оторвать от дел
— Я уже в курсе Алексей Радионов мне уже все рассказал — ответил Романов, улыбаясь коварной улыбкой, обвивая талию Катерины своей рукой — А вот уже и наша Оксана Владимировна, я думаю, она нам все объяснит, так как гражданку Радионову уже отпустил следователь, посчитав, что это нелепый случай
— Оксанка что случилось?
Освободилась от объятий Романова, Катерина тут же направилась на встречу к Оксане, звонко стукая каблуками своих туфель по мраморному полу вестибюля.
Черный пиджак Катерины, отлично выражал красоту изгибов её фигуры, отображая роскошную сочную прелесть груди и талию, притягивающую внимания восхитительными возбуждающими похотью формами. Короткая черная мини юбка, похотливо развратной брюнетки, отлично отображала красоту сексуальных эластичных бедер, плавно переходя тут же в черные чулки с эротическими кружевами красиво вырисованными на них. Шикарные черные туфли на удивительно высоком каблуке, дополняли особую изюминку сексуальной страсти к образу Катерины. Завершающим феноменом помимо чарующей пышности волнистых черных волос этой девушки, служил бесподобный аромат ночной фиалки, его яркая гармония в сочетании с жасмином, словно в танце страсти разных оттенков тонких по запаху этого парфюма, вызвали при одном тока вздохе ураган сексуальных эмоций. Красивые вызывающие движения этой брюнетки завораживали взгляд, особенно четко прорисованные изгиб эластичных бедер которым она так вальяжно виляла, направляясь к Оксане на встречу.
— Не успела даже глазом моргнуть, как отпустили эту мерзавку, что украла у меня ребенка, подлым образом, два с половиной года назад — возмутилась Оксана, нахмурив алые губки, позволяя чарующей нежностью ласке рук брюнетки обвить свою талию, впадая плавно в её объятия
— Какого еще ребенка? — удивилась сильно таким подробностям Катерина, держа руки на талии Оксаны, на шаг отошла от неё назад, пристально пытаясь смотреть ей в глаза
— Моего ребенка — пояснила еще раз еще более убедительной интонацией голоса Оксана — Я у неё четыре года назад, в 2014 году, роды приняла, когда она была пьяная в стельку, мы её забрали из какого-то грязного притона, я тогда еще работала фельдшером в бригаде неотложке, сразу же после института
— Оксана Владимировна вы что пьяная?! — возмутился Тихонов, состроив недовольное очертание своего лица — Вы же только что вышли из комы и пьете так сильно?
— Да не пьяная я — выдыхая бурный поток перегара безмерно выпитого прошлой ночи вина, с трудом ответила Оксана, ощущая жуткую слабость во всем теле — Ну выпила там чуточку
Пользуясь обольщением своего тела, Оксана состроила чарующее очертание своих скул, изобразив на алых губах красивую улыбку. Почувствовав легкую врывающуюся в помещение через открытую главную дверь больницы, прохладу свежести воздуха, Оксана ощутила, как он с нежностью обволакивал её обнаженные ноги, проникая за грань черной короткой юбки. Глубоко вдыхая ртом воздух, насыщенный силой пропитанного ароматом цветущей листвы на улицы, Оксана испытала легкое вдохновляющее сексуальное возбуждение, попадая своим телом врывающего в помещение прохлады воздуха, почувствовав как начала эмоционально расслабляться.
— Катерина ты ведь говорила, что не разрешишь так много пить Оксане Владимировне на нашем вчерашнем вечере
Обратился Романов, иронизируя недоверие к темноволосой развратнице, что споила Оксану прошлой ночью.
— Ну, было там маленько — обвивая бедра Оксаны, распутная брюнетка легонько ущипнула её за бархатистую кожу эластичных ягодиц, так что она тихонько взвизгнула, стиснув зубы — В конце-концов, я же не могла за ней следить весь вечер
Засмущалась Катерина, явно почувствовав себя неловко, взглядом своих глаз, с которым посмотрела на Оксану, была готова словно истязать её за такую подставу.
— Я так понимаю Оксана Владимировна
Быстро меняя тему, неприятного разговора, начал рассуждать Романов, направляясь к стоящим посреди вестибюля девушкам.
— Вы удочерили девочку, как только гражданку Радионову лишили за такой образ жизни прав и до того самого момента как вас с ней подло разлучили она считалась вашей дочерью
— Вы очень проницательны Сергей Викторович — с сарказмом подметила Оксана, подмигивая глазом своей темноволосой подруге — Чтобы там она не говорила, я ей теперь не отдам ребенка
— Хм… тогда мы очень в затруднительном положении
— Прошу прощения Сергей Викторович — прервал его доводы Тихонов, подходя к Оксане на несколько шагов — Насколько я понимаю, вы взялись за дело этой маленькой Арины Радионовой, что поступила к нам сегодня утром в тяжелом состоянии
— Это мое дело — возразила Оксана, понимая к чему, клонит Тихонов — И мой отдел, если я решила взять это дело, значит, я его решу
— Только вот за место Вероники Ларионовой — внес некую ясность Тихонов, состроив удивительно хитрое выражение глаз — В поликлинике вести прием пациентов будите вы Оксана Владимировна, пока ваша команда будет проводить все возможные анализы и производить чудеса диагностики
— Почему именно я должна работать в клинике? — возмутилась Оксана, надувшись, как кобра на этого мужчину — Я лучше буду вести дело
— Согласен — опять коварной улыбкой, словно подражая Романову, улыбнулся Тихонов — Вы будите заниматься этим делом Оксана Владимировна, безусловно, ведь оно ваше, но после пяти часов вечера, как только закончите прием пациентов в клинике
— Но ведь…
— Оксана Владимировна! — возразил тут же Романов, коснувшись согнутой в локоть руки Оксаны, кончиками своих теплых пальцев
— Вы должны понимать Оксана Владимировна — радушно с коварством улыбки уверял Тихонов, поправляя воротник своего черного пиджака — Что ваша власть в этой больнице, имеет теперь хоть какой-то придел
— Как же я буду заниматься девочкой — придавая иронию своему голосу, Оксана пыталась сыграть на чувстве жалости этих мужчин — Если я буду постоянно до пяти работать в клинике, я так не смогу решить, эту загадку
— А вы попробуйте — настойчиво твердил наглым до безразличия голосом Тихонов — А теперь прошу вас проследовать в ваш кабинет в поликлинике и сменить Ларионову Веронику Валерьевну
— Вы слышали, что вам сказал Валерий Валерьевич — шлепнув Оксану легонько ладошкой по бедрам, ласковое жгучие прикосновение поверхности ладони, она ощутила, через ткань тонкой юбки, просил выполнить просьбу заведующего больницей Романов — После пяти займетесь своим дело лично
— Блядь! — прошипела коброй Оксана, повернувшись к своим ненавистным собеседникам
— Да и помните Оксана Владимировна! — крикнул вслед Тихонов — Жизнь этой девочки чье дело вы взялись вести, теперь на вашей полной ответственности и совести, смотрите не загубите его
— Да и еще пусть это вас не удивляет Оксана Владимировна — предупредил Романов — Гражданка Радионова, тоже имеет полное право присутствовать в палате и при лечении своей дочери, пока еще, ваши на неё права никем не доказаны
— Оксанка прости! — прокричала с иронией голоса Катерина, оставаясь снова в объятиях Романов, с тоскливым взглядом посмотрела вслед уходящей Оксане — Я правда ничего тут не могла для тебя сделать
— Оксана Владимировна не думайте, что вы так можете теперь приходить пьяной на работу, чтоб это был в последний раз — поставил в известность Тихонов, чуть повысив интонацию своего голоса, говорил уходящей вслед Оксане
«Блядь самодовольная кучка идиотов, и эта сука еще с ними», с ненавистью подумала Оксана, стараясь из-за всех сил контролировать бурю нахлынувших эмоций, звонко стукая каблуками черных туфель по мраморному полу вестибюля.
Глубоко вдыхая воздух, Оксана отображала всю сочную прелесть своей груди в момент, когда так глотала воздух ртом, проходила мимо скопления в очереди пациентов, что стояли возле стойки регистратуры. Ощущая, как внутри все переполняется гневом, Оксана не заметила, как поразительная золотистая укладка её волос приобрела необычайно сексуальную пышность. Гордой, быстрой походкой, Оксана выражала красоту эластичных бедер, проходя мимо молодых парней, что стояли в очереди за своими медицинскими карточками, почувствовав на себе оценивающие мужские взгляды. Оксана немного приободрилась духом, замечая, как парни так с сексуальным животным голодом в глазах на неё посмотрели. Направляясь по больничному коридору, Оксана почувствовала, как её одолевает желание строптивой развратной похоти, неконтролируемая вспышка гормонов, мешала оценить адекватность собственного рассудка.
***
Направляясь по коридору поликлиники, Оксана ощущала, какой был душный воздух из-за большого количества людей, собравшихся в коридоре. Такое чувство возникало, направляясь по коридору, как будто каждый пациент так внимательно смотрел на Оксану, что нисколько её не смутило, а лишь дало чувство собственного восхищения своим телом. Выражая своей походкой необузданность и непокорство, Оксана прошла по коридору, среди толп пациентов, собравшихся в очереди людей ожидающих покорно очереди к своим специалистам. Звонко стукая каблуками черных туфель по бетонному полу Оксана, шикарно покачивая бедрами при каждом шаге отображая особую их эластичность. В воздухе пахло выделяемым телом потом десятка, сочетание парфюма было от самого резка до более нежного и женственного приятного аромата цветов гардении и жасмина. Яркий свет светодиодных светильников над головой в коридоре, почти не раздражал глаза Оксаны, в отличие от жуткой нехватки воздуха, что она испытывала, переживая синдром сильного похмелья.
— У вас Наталья Валентиновна — услышала Оксана голос Вероники, когда открывала дверь своего рабочего кабинета в поликлинике — Артериальная гипертония первой стадии, это заметно по вашему давлению 160110, отсюда жалобы на периодическую головную боль, проблемы со сном и небольшие сердечные боли
— Что назначим этой женщине?!
Обратилась к Веронике рыжеволосая медсестра, взяв листок из сложенной стопки бумаги на столе, чтобы выписать рецепт. Молодая рыжеволосая девушка, которая представилась Марией, с которой Оксана встретилась в коридоре, была одета в легкий белый халатик, красиво выражающий эротические формы её юного и прекрасного тела. Прекрасная гармония парфюма под названием «Bright Crystal (Versace)», имел сочетание верхних вкусовых оттенков юза и гранат. Базовые средние ноты этого чудесного аромата состояли из мускуса, прелести махагони и амбара. Завораживающим феноменальной нотой сердца, которую Оксана смогла уловить именно от рыжеволосой медсестры, входя в кабинет, состояла чарующая прелесть запаха лотоса, магнолии в сочетании с гармонией завораживающей страсть ароматом пионом.
— «Бетаадреноблокаторы» — предложила Вероника, что так активно расписывала в карточке, сидящей напротив неё женщины пациентки — Старый проверенный метод, по моему мнению, лучше подойдет да, конечно же, диету, которую я вам расписала и несколько дней абсолютный покой — рассуждала темноволосая кудряшка, что-то быстро царапая ручкой в карте пациентки
— Оксана Владимировна — обратила свое внимание рыженькая девушка, как только Оксана перешагнула высокий порог открытой двери — Что-то случилось?!
— Да нет — скривила Оксана губки, прикусывая краешек губы, прошла по кабинету, звонко стукая каблуками по кафельной белой плитке — Просто пришла сменить Веронику Валерьевну
— Что Тихонов заставил тебя передумать?! — чуть отрывая взгляд от карты пациентки, посмотрела Вероника сквозь стекла надетых очков на вошедшую Оксану
— А что другой альтернативы этому быть не должно?! — удивилась Оксана столь прямолинейной логике мышления темноволосой кудряшки, подходя медленно к столу за которым она сидела
— Наталья Валентиновна — вырывая из рук медсестры листок с рецептом, поставила на нем быстро свою подпись и печать, вручила его женщине, что сидела за столом напротив неё — Пропьете курс этих лекарств и через неделю в этот кабинет на повторный прием
— Хм… умно «Конкор» — заметила Оксана название лекарства в рецепте, что подавала Вероника для пациентки — Подкладываешь под свою попку подушку безопасности лишь потому, что это лекарство зарекомендовало себя в большинстве случаев и дало хоть какой-то результат
— Даю — заявила Вероника, вставая со стула снимая очки со своих глаз, занимая тактику словесной обороны — Потому что это лекарство помогает людям, а не то, что вы подумали, прошу Оксана Владимировна место теперь ваше
— Ты займись полным общим развернутым анализом крови, собери анализ мочи, посев крови и прочие анализы которые можно сделать хочу, чтобы вы исключили бактериальную пневмонию, у девочки, похоже, развивается туберкулез легких
— Лихорадка при туберкулезе легких допустима только при массивном поражении организма болезнетворными бактериями — усомнилась Вероника в доводах своего начальника — Наталья Валентиновна вы идите, придете сюда через неделю — повторила она еще раз свою просьбу пациентки, что так удивленно смотрела на Оксану, продолжая сидеть на стуле
— Девочку вырвало кровью мне на чулки — возразила Оксана, не обращая любопытства со стороны женщины, что так на неё смотрит, продолжала доказывать Веронике свою точку зрения
— Простите вы ведь Орлова?! — неожиданно спросила женщина, вставая со стула, коснувшись нежностью прикосновения своих пальцев руки Оксаны
— Хм… а вы кто такая?! — недовольно поинтересовалась Оксана, выражая возмущение и в то же время оценивая своим взглядом женщину, что прервала её дискуссию
Удивительно легкая темная синяя ткань, по своему свойству напоминающая лён, составляла на изумление длинный фасон платья темноволосой женщины, цвет волос который напоминал восхитительный оттенок каштана. Довольно аппетитные формы, грудь, что вызвала восхищение, а так же сочные бедра этой женщины, хоть она и не казалась толстой, но изгибы на её теле, пусть и большие, но придавали образу этой женщины скрытую эротическую притягательность. Удивительное сочетание «Angel Schlesser Esprit de Gingembre for Women», насыщал воздух терпким и интенсивным запахом восточного имбиря, но завораживающую силу ароматного парфюма придавала чарующая гармония мускуса, белого перца и необычайный вкусовой оттенок лотоса. Удивительные темно-синие туфли, так удачно подобранные к фасону платья, имели средней величины каблук, что даже необычайно прекрасно украшали крупные ноги пациентки, на которую Оксана так критично посмотрела.
— Да ничего — возмущенно ответила женщина, проявляя н6еобычайное терпение, все же высказала и выразила свою сущность в следующем — Я вообще-то к вам пришла на прием, а вы где-то пропадаете и прерываете прием пациентов, бог знает насколько, я буду жаловаться Тихонову
— Да блядь хоть в министерство здравоохранения
Грубо ответила Оксана на возмущения женщины, спокойно шикарно выражая красоту своих бедер, подошла к креслу, что освободила Вероника, поправив короткую юбку села в него.
— Да как вы смеете?!
Громко вскрикнула недовольно пациентка, таким противным до боли железным голосом, что показался Оксане на момент когда её мучало сильное похмелье, чрезмерно раздражительным.
— Оксана! — возразила тут же Вероника
— А это от кого тут так алкоголем прет? — еще больше возмутилась эта женщина, что нарывалась на скандал — Вы, что приходите на работу пьяной?!
— Блядь вот заебись!
Грязно выругалась, глубоко вздохнула Оксана, утопая в нежности кресла, положила ногу на ногу, заметив строгий взгляд со стороны Вероники, решила промолчать. Погрузившись в удобное кожаное кресло Оксана, полностью облокотилась головой, на его спинку и закрыла уставшие веки глаз. Отображая красоту своих упругих бедер, короткая юбка которых открывала часть этой прелести, Оксана закрыла спокойно глаза, пытаясь насладиться тишиной.
— Наталья Валентиновна прошу, пойдемте! — уверяла Вероника разбесившуюся женщину, что хотела уже кинуться на Оксану, замахиваясь своей сумкой — Я покажу вам аптеку, где лучше всего купить прописанный вам рецепт — открывая дверь, успокаивала вежливостью голоса, она разъяренную пациентку выталкивая её из кабинета, с ненавистью посмотрела на Оксану
— Я это так не оставлю! — раскричалась громким криком женщина, когда Вероника взяла её за локоть — Я буду жаловаться, а то ишь чего удумала, огрызаться тут со мной вздумала, сопля малолетняя я ей….
«Блядь ведь можно было просто промолчать», лелея себя в удобном кожаном кресле, выразила грязные мысли Оксана, погружаясь в гармонию тишины, когда дверь кабинета закрылась, а за дверью уже были слышным приглушенным тоном возмущенные возгласы этой женщины.
— Позвать может следующего пациента войти — предложила рядом сидящая на стуле рыжеволосая девушка, что была крайне удивлена наглостью поведения Оксаны
— Подожди — снова глубоко вздохнула Оксана, жадно глотая воздух ртом, встала с кресла, расправляя юбку на бедрах — Давай устроим небольшой перерыв
— Вы ведь даже еще не работали
— Поверь мне — обходя медленно кресло, Оксана специально вильнула перед девушкой своими бедрами, направляясь к большому пластиковому окну, звонко стукая каблуками черных туфель по кафелю пола — Выслушивать вот это, что сейчас было, это уже сама по себе работа
— Ах… у нас как раз сейчас обед я с подругой хотела в кафетерий сходить — жалостливым взглядом голубых глаз посмотрела рыжеволосая девушка на Оксану
— Не вижу причин для того чтобы….
Дверь кабинета тихо скрипнула, издавая механический щелчок, медленно открылась, на пороге показалась медсестра, цвет волос который напоминал пепельный оттенок. Девушка на вид около двадцати лет, вошла в кабинет, перешагивая через порог открытой двери. Удивительный оттенок серых глаз преобладал в очертание её взгляда, напоминал по существу такой же пепельный цвет её волос, однако отлично сочетающейся с розовой прелестью губ молодой девицы. Короткий белый халат, прекрасно облегало тело белокурой красотки, что вошла в кабинет, звонко стукая по кафелю каблуками черных туфель, что изящно дополняли её стройные ножки. Упругие худые бедра все же имели притягательные форма изгиба. Скромный рельеф выражающей себя груди, что была скрыта за красным бюстгальтером, хорошо выглядывающим из-за v-образного выреза белого халата, притягивал к себе внимание Оксаны. Чудесное сочетание парфюма этой девушки имела название «Incanto Heaven Salvatore Ferragamo», верхние чарующие ноты этого запаха были грейпфрут и зеленое яблоко. Базовой композицией аромата средних нот вкушала в себя аромат мускуса и фиалки. Пленяющая нота сердца имела напоминающий по своему вкусовому свойству розовый пион. Прекрасная кожа ног этой девушки, цвета золотистого оттенка, притянула взгляд Оксаны, когда она, перешагивая через порог открытой двери, ступила на кафельную плитку пола.
— Ох… Машка я думала ты тут одна — удивилась проходя по кабинету белокурая девушка подходя к столу за которым сидела её рыжеволосая подруга — Я и не знала что тут будет Оксана Владимировна, я думала, что тут будет Вероника Валерьевна
«Блядь две суки меня так возбудили, после этой чокнутой дуры пациентки, представляю уже себя как тону в ласке их нежных ручек, задыхаясь громкими стонами», искушая себя похотливыми мыслями подумала Оксана, прикусывая краешек губы, медленно чарующим движением бедер подошла к пластиковому подоконнику окна.
— Машка мы можем с тобой поговорить?
— Оксана Владимировна вы разрешите нам отлучиться ненадолго в кафетерий выпить по чашечки кофе?! — обратилась рыжеволосая медсестра к Оксане
Открывая алые губы, Оксана чувствовала, как внутри неё закипали сексуальные эмоции, опираясь руками на подоконник, она изогнула спину и выставила бедра, закрывая глаза, хватала ртом воздух. Переступая с ноги на ногу, опираясь руками на подоконник, пластикового окна, Оксана не могла контролировать волну эротических соблазнов, что кружили её голову, с закрытыми глазами представляло свое тело в руках этих девушек. Желание голодной строптивой сексуальной похотью охватывала разум и сознание Оксаны, с учащенным прерывистым дыханием она запрокинула голову, оставляя веки глаз закрытыми, хватала воздух ртом. Нижнее кружевное белье под черной короткой юбкой, пропиталась влагой, от одного только голоса двух медсестер, что отошли к кушетке, для осмотра пациентов.
— Просто наверно Оксана Владимировна себя плохо чувствует — ответила тут же рыжеволосая медсестра, вставая со стула, поправляя халат на своих бедрах — Похоже допоздна поседели с подругой
— Оксана Владимировна — подошла сзади белокурая медсестра, Оксана распознала её по нежному тону голоса — Можно я Машку возьму в кафетерий ненадолго, кофе попить и сразу же её вам верну
— Ах…
Сама не ожидая от себя, Оксана издала громкий насыщенный нежностью сексуальной страсти стон, выдыхая воздух ртом. Выставив эластичную красоту бедер, начала как озабоченная кошка, скрести коготками по гладкой поверхности подоконника.
— Утомилась наверно, что ли твоя начальница — ухмыльнулась белокурая девушка, обращаясь к своей подруге тихим шепотом — Пойдем, наверно пусть дальше….
— Можно только нежно — сладко мурлыча озабоченной кошкой, ответила Оксана в пустоту кабинета, когда дверь за её спиной тихо закрылась
Легкий сквозняк бодрящей свежести воздуха из закрываемой двери хлынул потоком на обнаженные ноги Оксаны. После чего дверь снова внезапно открылась, издавая легкий механический щелчок. Бурлящая лавина проникающего воздуха в кабинет окутывала лаской завораживающего касания тело Оксаны. Атмосфера воздуха дикой волной необузданной страсти насытила воздуха возбуждающей похоть ароматом ночной фиалки.
— Все искала твой кабинет — послышался голос Катерины у входной раскрытой двери кабинета
— Оксана как ты?! — голос Кости, что стоял за спиной Катерины, удивил Оксану больше всего
— Костя?! — тихо прошептала Оксана, открывая глаза — Но что вы тут делаете? — обернулась она, опираясь бедрами на подоконник
— Да вот пришли тебя проведать — ухмыльнулась Катерина, входя в открытую дверь кабинета, красиво перешагивая через высокий порог, отобразила красоту эластичных бедер — А Костя так и не смог удержаться, как только узнал про девочку, которой ты занимаешься
— Оксана скажи она твоя дочь?
— Даже если так — прошептала Оксана дрожащей губой, ощущая неприятную эмоциональную ситуацию, что охватила её — Разве это что-то изменит в наших отношениях, у тебя ведь тоже, кажется, есть дочь
— Нет-нет — ухмыльнулся этот мужчина, входя в кабинет, прикрываясь фальшивой улыбкой, застенчивым взглядом взглянул на Оксану — Это все даже меняет, я ведь правда за время наших с тобой отношений, даже не знаю какая ты, ты мне даже не даешь и шанса проявить себя
— Арина Радионова не родная дочь нашей Оксанки, я навела быстро кое-какие справки по тому случаю четыре года назад, в 2014 году, должна сказать ты герой — пояснила Катерина, доставая из своего темно-синего кармана пиджака, большой тонкий телефон
— Только ради этого ты сюда пришла, чтобы поиздеваться надо мной? — возмутилась Оксана, нахмурив губы — Арина моя дочь, я её вырастила, я для неё все делала, пока блядь её родная мамаша блядовала направо и налево!!!
— Ты можешь восстановить ей права на этого ребенка? — словно, как будто цепляясь за последнюю соломинку, обратился Костя неожиданно к Катерине
— Костя?! — воскликнула Оксана, сильно удивилась такому неожиданному повороту событий
— Если это хоть как-то может спасти наши отношения — подошел к Оксане этот мужчина, взяв ей за руки, внимательно посмотрел ей в глаза
— А разве с ними что-то не так? — придавая очертание застенчивости своим скулам, преобразила красивые ямочки Оксана на своих щечках — По-моему, я даже живу у тебя, после комы, скажу даже больше, сплю с тобой в одной постели
— Но не занимаешься со мной сексом? — возразил Костя, подошел к столу, к которому подошла Оксана, красиво виляя упругими бедрами
— Оксанка ты что, правда, хочешь вернуть этого ребенка?
Закрывая входную дверь кабинета, прерывая их любезную дискуссию, поинтересовалась Катерина, опираясь на неё спиной, держа в руке пластиковый стакан с сахарной прелестью карамели, что держала кончиками своих пальцев. Согнув изящно ногу в колено, поставила каблук черных туфель на её поверхность. После чего распущенная взглядом чарующих глаз брюнетка, закрыла дверь на внутренний замок.
— Сейчас ведь в больнице тихий час, а у врачей уже обед — пояснила Катерина, облизывая кончиком языка свои губы
— И поэтому я хочу побыть сейчас с вами — прикусывая краешек губы, ответила неуверенным голосом Оксана
— Но частичка тебя все же хочет быть с этой девочкой — заверил Костя, пытаясь мыслить элементарной логикой, обвивая своей рукой талию Оксаны, прижал её тело к себе
— Скажи — обратилась Оксана, положив руки к нему на плечи, внимательно посмотрела в его серые глаза — Ты когда-нибудь во что-то или в кого-то по-настоящему вкладывал душу?
— Ой, да брось ты!
Посчитав это занудным суеверием, махнула рукой Катерина, направляясь к ним, звонко стукая каблуками черных туфель по кафелю. Обладая шикарной прелестью распутной улыбки, виляя бедрами развращенная эротическим соблазном брюнетка, подошла к столу поставила пластиковый стаканчик с кофе на его поверхность.
— Ты сама как себя чувствуешь? — спросил Костя, коснувшись кончиками своих больших пальцев бедер Оксаны — Я слышал вы вчера, с Катериной неплохо повеселились, что не помнишь, как дома оказалась
— Ну да я проснулась — положив голову к нему на плечо, тихо ответила Оксана, почувствовав, как пальцы этого мужчины, чуть-чуть задрали краешек её юбки — А тебя уже не было с утра в постели
— Прости — коснулся он жгучим прикосновением губ Оксаны — Нужно было уладить дела в мастерской, машин скопилось много
— Ну и частично я ему не давала проходу — улыбаясь обаятельной улыбкой, щедро накрашенных алых губ, говорила Катерина, вставая за спиной у Оксаны
— Зачем ты взяла свою машину, когда еще была в состоянии глубокого похмелья?
Словно начал читать нотации Костя, поднимая на кончиках пальцев край юбки Оксаны, оголяя прелесть бархатистой кожи упругих бедер. В этот момент Оксана ощутила, как стало учащаться сердцебиение, дыхание становилось неровным и прерывистым. Переступая с ноги на ногу, Оксана, ощущая грудью прижимая к мужчине, как словно лев звериным чутьем дышал Костя, от чего стенки влагалища постепенно начали насыщаться влагой. Водоворот эмоциональных ощущений, бурлил бурной страстью в сознании Оксаны, жгучие поцелуй губ Кости, которое было несколько секунд назад, запустил свою реакцию, склоняя разум к глубокому сексуальному разврату.
— Ой, да, боже мой, Костя! — вмешалась тут же в разговор Катерина, не давая даже ответить Оксане, что на некоторое время раскрыла прелесть алых губ перед этим мужчиной — Давай пока у них обеденный перерыв мы просто проведем это время все вместе
— Ну, раз уж сама Катерина предлагает — ухмыльнулась Оксана, ощущая мужские пальцы рук Кости у себя под юбкой, что медленно ползли по её упругой коже бедер вверх — Костя!
— А что тут такого? — поразительной красоты придала очертание улыбки своим губам Катерина, касаясь своими пальцами пуговиц белой блузки Оксаны — Пусть себе снимает все же ты его девушка, ведь так?
— Но не здесь же! — хотела возразить Оксана, ощущая бархатистой кожей бедер, как ласковым скольжением, сползала резинка черных кружевных трусиков
— А почему нет Оксана — успокоил Костя, присаживаясь на колени своими нежными мужскими руками, полностью спустил трусики по ногам Оксаны — Сейчас ведь обед, пациентов в клинике нет, да и самих врачей наверно тоже
— Но ведь я буду… — перешагивая через черные трусики, что лежали на полу, пыталась вразумить их Оксана, почувствовав, как Катерина полностью расстегнула пуговицы на её блузке
— Тш… — прислонил Костя указательный палец к губам Оксаны и убедительным взглядом внушающим подчиниться посмотрел ей в глаза — Для этого здесь и Катерина, твоих стонов даже стоя за дверью, никто не услышит
— Не знаю, что вы задумали — придавая алым губам Оксана, распущенность, похотью улыбки, позволяя Катерине, что стояла у неё за спиной, снять с себя белую блузку — Но если я заведусь, Костя придется постараться
— Ничего — касаясь пальцами блестящей бляшки пояса Оксаны на юбке, заверил он, с ловкостью расстегнув его — Я постараюсь
— А я прослежу, чтобы он это сделал — нежностью обжигающего воздухом шепота шептала Катерина под ухо Оксане, скинув на пол снятую с неё белую блузку
— М… Костя, что же ты делаешь — почувствовала Оксана как молния на её юбке, под воздействием мужских пальцев издала легкий скользящий звук — Можно было её не снимать
— Но я хочу — заявил Костя, принуждая своими пальцами начал стягивать черную короткую юбку по бедрам Оксаны, когда она, стоя так между ним и Катериной так шикарно виляла бедрами, словно змея, исполняющая опасный танец под дудку своего хозяина — Видеть тебя голой
— Ты не видеть меня голой хочешь — перешагивая через лежащую на полу черную юбку, радушно улыбнулась Оксана, ощущая пальцы Катерины на застежки своего бюстгальтера — Ты поиметь меня голой хочешь
— А разве это не одной и тоже — возразила Катерина, возбуждающим слух шепотом прошептала под ухо Оксане, с легкостью расстегнув застежку её черного кружевного бюстгальтера
Сковывающие сочную грудь оковы бюстгальтера, мгновенно ослабили тиски давления, а нежность мягких подушечек его чашечек, плавно покидала розовые соски Оксаны. Медленно чарующим прикосновением лямки черного кружевного бюстгальтера скользили по рукам Оксаны. Жгучие касание обжигающих губ Катерины к плечам Оксаны, пленили разум, насыщая стенки влагалища безмерным изобилием влаги. Влияние прохладной свежести воздуха в кабинете на обнаженное тело Оксаны, быстро охватили тиски пальцев Катерины, что тут же начали подушечками пальцев разминать её пышные груди, прижимая спиной к себе. Медленно присаживаясь на край стола, Катерина кончиком своего языка водила по алым изнемогающим по поцелую губам.
— А что даже прелюдий не будет? — удивилась Оксана, как Костя, повиливающим движением положив руки на её талию, развернул спиной к себе
— Я твои прелюдия — тихо прошептала Катерина, в раскрытые губы Оксаны, когда Костя наклонил её к поверхности стола
Опираясь руками на поверхность стола, Оксана почувствовала обжигающее прикосновение ладоней рук Катерины на своей груди. Жгучая касание крупная ладони руки Кости легла на изогнутую спину Оксаны, пока другой рукой он диктовал ей, как должны быть раздвинуты ноги. Под воздействием руки Кости, Оксана положила согнутую наполовину в колено ногу на поверхность стола. Держа Оксану за бедро, Костя продолжал стоять у неё за спиной, просунув другую руку между её раздвинутых ног, положив свою обжигающую теплом ладонь ей на лобок.
— С того самого момента, как ты вышла из комы — заявил Костя, остановив влияние своих пальцев на губах влагалища Оксаны — У нас не было секса, ты вечно увиливала
— Ну, Костя — понимая в каких, крепких мужских руках, Оксана оказалась, решила не сопротивляться, почувствовав тонкие пальцы руки Катерины в своих золотистых волосах — Просто ты просил, тогда, когда я этого явно не хотела
Наблюдая внимательно, как Катерина снимает сидя на краю стола свою юбку, Оксана ощутила легкий холодок проникающего воздуха, через её раздвинутые, под действием пальцев рук Кости, стенки влагалища. Белая длинная штора, что висела на пластиковом окне, благодаря прохладному порыву воздуха, врывающемуся в кабинет, коснулась своей необычайной нежностью материала, из которого она была выполнена, изогнутой спины Оксаны, лаская её кожу чарующим прикосновением. Горячая возбужденная огнем сексуальной страсти промежность Оксаны, стала насыщаться прохладной свежести воздуха, проникая обволакивающей лаской промеж её раздвинутых стенок влагалища. Голова кружилась от водоворота нахлынувшей сексуальной страсти, казалось бы вечностью, продолжительные минуты, пока Катерина снимала с себя юбку и нижнее белье под ней, скинув темно-синие трусики на пол, снова села на стол, раздвинув ноги перед Оксаной.
— М… Оксанка ты так прошлой ночью владела языком — подмигнула Катерина, снова впутывая свои пальцы в волосы Оксаны
— Ты же не полностью разделась — возразила Оксана, ощущая влияние руки Катерины, что приближала её лицо к своим раздвинутым ногам
— Мне это не обязательно — улыбнулась Катерина, держа крепко Оксану за пучок волос
— А мне тогда зачем это нужно? — возмутилась Оксана, приблизившись к влагалищу Катерины своими губами
— Еще как нужно — проводя по изогнутой спине Оксаны кончиками пальцев, Костя другой рукой расстегнул ширинку на своих джинсах
— Зачем? — поинтересовалась Оксана, когда Катерина свободной рукой, которой не держала её за волосы, раздвинула кончиками пальцев свои половые губы
— Ну же давай Оксанка
Сладко простонала Катерина в ожидании, когда же Оксана коснется своим языком её влагалища, стенки которого уже изнывали вкусить нежность прохлады ласки языка, насыщенного щедрым изобилием слюны.
— Сейчас все будет — заверил Костя
— Костя ну хоть удовлетвори свою даму ты, что сразу так — возмутилась Оксана, заметив краем глаза, как Костя спустил свои джинсы до кроссовок, после чего шелест упаковки от презерватива
— Сейчас удовлетворю Оксана
— Надеюсь мне понравиться уж я очень….
Не успела договорить Оксана, как раскрыла рот от внезапного шокирующего проникновения пропитанного холодной смазкой презерватива мужского пениса внутрь своего влагалища. Широко раскрыв алые губы, Оксана хотела застонать, но смогла это осуществить, издавая сладкий глухой стон во влагалище Катерины, всунув в неё свой язык. Мужчина своими мощными руками крепко держал Оксану за талию, обеими руками, медленно начиная вводить в неё свой член. Ощущая столь насильственное проникновение пениса Кости внутрь своего влагалища. Оксана почувствовала нежность пупырышек презерватива, что скользили по стенкам её влагалища, так чувствительно соприкасаясь с ними вызывая ураган неконтролируемых сексуальных эмоций. Проникающий пенис, этого мужчины, во влагалище Оксаны ей показался безмерным, как и бесконечные секунды столь насильственного сексуального мучения. Все это время Оксана корчила губы, не могла нормально играть своим языком в обители влагалища Катерины, изобилие влаги которого сочилось на прохладную поверхность её языка. Оксана не могла чувствовать уже жуткую боль проникновения, Костя силой сжал её грудь, а другой рукой крепко прижимал за бедро к своему телу.
— М… Костя — простонала Катерина, держа руку в волосах Оксаны, плотно прижимала её лицом к своей промежности — Нижнее можешь, а то я чувствую, как зубы Оксанки внутри меня скрепят от боли, как бы не укусила
«Блядь догадалась все-таки сука, что мне пиздец как больно», подумала в этот момент Оксана, издавая сладкий глухой стон от обжигающего прикосновения ладони Кости на своей спине, ощущая на языке вязкость влаги влагалища Катерины.
Перейдя на колоссальную резкость, когда Костя уже жадно целовал шею Оксаны, а она в тот момент извивалась в его крепких оковах, старательно языком вылизывала влагалище Катерины, корча при этом губами. Большой пенис этого мужчины очень глубоко входил внутрь стенок влагалища Оксаны, от чего захватывала дух, проникая так рьяно с такой неистовой силой, доставляя ужасную нестерпимую сексуальную боль. Через мгновение, которое показалось вечностью, когда Оксана была уже почти на пике своих эротических эмоций, твердый член Кости, медленно покинул её насыщенное влагой влагалище. Прежде чем он полностью вышел из влагалища, Оксана успела ощутить, как он заметно стал слабеть. Холодая смазка презерватива, уже успела нагреться от столь жестокого трения, а скольжение его пупырышек уже раздражали чувствительные стенки влагалища Оксаны. Руки этого мужчины так сильно облюбовали бедра Оксаны, словно не хотели покидать их территорию, задержавшись еще на упругих ягодицах.
— Только не говори что ты! — возмутилась Оксана, скрепя зубами ощущая еще боль внутри влагалища от насильственного проникновения члена этого мужчины
— А чего ты ожидала? — застенчиво задал вопрос Костя, разглаживая бедра Оксаны
— Блядь — прошипела с ненавистью Оксана, ощущая мокрым клитором, кончик высохшей смазки презерватива, что едва пульсируя, еще все касался его — Я думала, ты еще мог хотя бы чуть-чуть дольше
— А я думал, тебе было больно — держа ладонями своих рук на ягодицах Оксаны, он повернул её к себе лицом — Вот и не хотел тебя долго истязать болью — продолжая держать за бедра, он посадил её на край стола рядом с Катериной
— Ты ведь кончил в меня! — возмутилась Оксана, произнося это, достаточно громко — Какого хера!
— Во-первых — возразил Костя, взяв Оксану за руки, когда она сидела на краю стола — Я ведь не в тебя кончил, а в презерватив, а это играет большую роль, я всегда учитываю и принимаю во внимание твои потребности и желания Оксана
— Но ты кончил, когда твой член был во мне! — возмутилась обиженно надув губы Оксана, прикрываясь руками, скрестила их на груди, повернулась спиной к Кости
— Успокойся — тихо прошептала Катерина, опуская со стола свои ножки, касаясь каблуками своих туфель белого кафельного пола — Ничего у тебя не случится, даже я знаю, когда у тебя овуляция и месячные — шокируя подробностями, изумительной улыбкой улыбнулась брюнетка, выражая красивое очертание скул и изгибы своих алых губ
«Вот сука дотошная, даже обмануть его не дает!», прикусывая краешек губы, нахмурила алые губки Оксана.
— Не делай так больше — затаила обиду Оксану, понимая, что этот мужчина поступил вопреки её выбору, все же решила просто банально поиздеваться над его чувствами
— Чего ты так боишься Оксана? — спросил нежным голосом Костя, положив использованный презерватив на край стола — Вложить в кого-то душу и потом снова лишиться этого?
«Боже Костя как ты банален», ухмыльнулась Оксана, изображая прекрасное очертание алых губ, ощутила она приятное теплое дыхание этого льва за своей спиной.
Приятные крепкие руки Кости обхватили Оксану за талию со спины, после чего у себя под ухом она почувствовала, его тяжелое горячие дыхание, что возбужденным жгучим потоком вырывалась из его губ. Оксана решила проявить свою непокорность перед ним, быстро встала на четвереньки, на поверхности стола. Оставаясь в такой позе чуть с раздвинутыми ногами, Оксана не обращая внимания на Катерину, что стояла сзади, состроила хитрое выражение своих губ.
— Ты все равно не имел права так со мной поступать — почувствовав жгучие касание его ладони на своей спине
— Но и ты пойми — леской голоса шептал Костя, другой рукой разглаживал свисающие с плеча, словно водопадом волн золотистые волосы Оксаны — Что только я и Катерина чувствуют к тебе взаимную симпатию, мы тебя любим
— Я конечно не совсем в восторге от вашей симпатии Костя
Возразила, играя с ним в любезности Оксана, возбуждая стоящего перед собой мужчину соблазнительным движением кончика языка по своим губам, оставляя на них щедрый слой слюны. Ощущая нежность прикосновения ласковых рук Катерины на своих ягодицах, Оксана почувствовала, как её вновь охватывает эмоционально дикий сексуальный голод. Ласковым касанием морозящей нежностью пальцев, Катерина положила пальцы одной руки на мокрые половые губы Оксаны, еще сохранявшие богатство изобилие влаги. Другой рукой Катерина, кончиками пальцев, словно придерживала лобок Оксаны, обжигая её влажное влагалище жаром огненного возбужденного похотью страсти дыханием. Оксана издала насыщенной нежностью своего голоса стон, когда Костя схватил её за роскошную прядь золотистых волос, сжимая их в кулаке, он чуть наклонил её голову к поверхности стола.
— Хм… что-то мне подсказывает — говорила Оксана, опираясь локтями на стол, выгнула как кошка спину, почти губами касалась вялого члена Кости — Но я не буду этого делать
— А придется — заявил Костя, словно хотел ввести свой член в рот Оксане, когда она отвернулась от него — А Катерина в этот раз сделает мне одолжение
— Какое одолжение?! — опасаясь, поинтересовалась Оксана, ощущая как пальцы Катерины, медленно развели в стороны стенки её влагалища
Широко открыв рот и полностью раскрыв глаза, Оксана внезапно сразу ощутила проникающей в неё холод, что моросил легкостью завораживающего касания. Буквально тут же Катерина всунула свой палец, по среднюю фалангу, внутрь влагалища Оксаны. Постепенно начиная глубже пропихивать палец во влагалище Оксаны, развращенная похотью брюнетка вдобавок ко всему впилась нежностью своих ласковых губ в её клитор. Костя, держа Оксану за пучок золотистых волос, когда она так широко раскрыла рот, испытав глубокий эротический шок от насилия Катерины. В этот момент Костя всунул в ротовую полость Оксаны свой член, который был пропитан запахом резины, а его головка была покрыта щедрым слоем вязкой спермы, которую она почувствовала, когда член прошел вовнутрь её раскрытых безупречно алых губ. Вялый член Кости, влагу и вкус спермы чувствовала Оксана у себя во рту, медленно завораживающе коснулся поверхности её языка, щедро заранее насытившегося богатством собственной слюны. Катерина очень искусно обсасывала клитор Оксаны, от чего она чувствовала, как нежность её губ завораживала лаской сосательных рефлексов, а тонкий женский палец достаточно приятно танцевал танец страсти, извиваясь промеж мокрых стенок влагалища.
— М…. ммм… — извивалась Оксана как истязаемый зверь глухими мучительными стонами, почувствовала, как возбудившись до придела собственных мучений распущенная эротическим соблазном Катерина, легонько прикусила клитор зубами
— Тише Оксана! — пленительной нотой мужского голоса успокоил Костя, положив ладонь руки на изогнутую спину Оксаны
Обжигающая теплом ладонь мужской руки ползла по спине Оксаны, медленно приближаясь к её ягодицам. Катерина словно возбуждалась от того как легонько прикусывала клитор Оксаны зубами, всовывала глубоко внутрь её влагалища свой палец. Чувствуя своим языком, как головка пениса, пульсируя, набирая снова обороты неконтролируемого соблазна, вошла в глотку Оксаны. Изнемогая сладкими стонами в оковах своих сексуальных насильников, Оксана открыла внезапно глаза, почувствовав палец Кости на своем анусе. Медленно круговыми движениями, он разминал пальцем отверстие, без проникновения в Оксану, после чего быстро с резкой болью всунул свой палец внутрь.
— Мммм…. — издала Оксана громкий глухой стон
Не имея возможности даже пошевелить головой, находясь в хватке этого дикаря, что держал Оксану крепко одной рукой за волосы. Другой рукой нестерпимой уже болью насиловал анус Оксаны своими пальцами, стараясь как можно шире развести его стенки. Голова кружилась от переизбытка ощущений, находясь в таких сковывающих тисках своих насильников, Оксана испытала поистине невозможной для неё силой оргазм. Член Кости проникал так глубоко в глотку Оксане, что становилось трудно дышать. Такое сексуальное насилие продолжалось недолго, горячая помесь жидкой пленительной страсти, словно выстрелом жидкости быстро насытила горло Оксаны.
Медленно высовывая вялый пенис из горла Оксаны, пока она ерзала по всему его стволу губами, оставляя на нем отпечаток яркого цвета алой помады. Продолжая дальше извиваться, когда палец Катерины медленно покинул насытившуюся влагой обитель влагалища Оксаны, поразительной лаской ущипнула при этом за мокрый пропитанной изобилием влаги клитор. Тщательно губами Катерина обсосала клитор Оксаны, оставляя на нем и на влагалище яркий размазанный отпечаток алой помады. Костя тут же отпустил волосы Оксаны, полностью высовывая свой член из её рта и палец из ануса. Оставляя половые губы Оксаны разведенными, Катерина смачно сплюнула туда завораживающим холодом соприкосновения своей слюны, от чего пробежала моментально дрожь по всему телу.
— Что это сейчас было?! — пытаясь отдышаться, возмущенно спросила Оксана, ощущая вязкий остаток слизи спермы на своих губах и её вкус у себя во рту — Что блядь на вас нашло?!
— Тише Оксана — пытался успокоить Костя
— Куда блядь тише твою мать — продолжала возмущаться Оксана, повернувшись к нему спиной, стиснула зубы от остатка боли внутри своего влагалища и ануса
— Оксанка я хотела тебе помочь
Дрожащим голосом уверяла Катерина, расправляя юбку на своих бедрах, облизывая кончиком своего языка пропитанные тонким слоем влаги влагалища Оксаны алые губы, помада на которых была полностью стерта.
— Я заметила, это когда ты кусала мой клитор — распущенной похоть улыбкой улыбнулась Оксана, обернулась в пол оборота, посмотрела чувствительным взглядом на Катерину, что стояла за её спиной — Да вы меня просто изнасиловали
— Ой, как будто ты этого не хотела — заверил Костя, застегивая ширинку на своих джинсах
— Хотела — согласилась Оксана, ощущая привкус спермы у себя во рту — Но весьма не в такой форме, как это вы мне оба предоставили



Обиженно шепотом с ненавистью в голосе шептала Оксана, ощущая на свисающих с края стола ногах, нежность сквозняком сдувшей край шторы на её колено. Легкостью касания, материал этой белой шторы завораживал нежностью, когда Оксана сидела на краю стола повернутой спиной к Кости и Катерине. Состроив хищное выражение своих распущенных сексуальных развратом губ, Оксана с глазами дикой необузданной страсти смотрела на своих насильников, желая каждому из них отомстить поодиночке.
— Давай дома полностью на твоих условиях — предложил Костя шепотом под ухо Оксане
— Оксанка выпей — кончиками пальцев Катерина слегка пододвинула, еще сохранивший горячее тепло стаканчик с кофе — И больше не о чем не думай — расправляя волнистые золотистые пряди волос Оксаны, успокаивала она
— Вечером увидимся — вредным тоном голоса прошипела Оксана в сторону уходящей Катерины, любовалась прелестью упругих ягодиц — И на этот раз хочу чтоб твоя попка была сегодня в моей постели — заявила она со всей строгостью своего голоса
— М… Оксанка, конечно, увидимся — улыбнулась взаимно Катерина
— А с тобой я дома поговорю — оставаясь повернутой к нему спиной, шепотом говорила Оксана вслед Кости, что направляла к выходу из кабинета — И не пытайся даже куда-нибудь от меня скрыться, найду и убью
— Люблю когда ты такая — радостным голосом ответил Костя, открывая входную дверь кабинета
Врывающийся сквозняком в помещение поток воздуха, холодной свежестью охватил обнаженное тело Оксаны лаской прохлады. Столь чарующее блаженство холода тут же прекратилось, как только дверь закрылась за спиной Катерины. Оксана осталась сидеть одна на краю стола, ощущая нежность колебания края шторы на своем колене, придавая своим губам бесподобную улыбку восхищения. Бархатистая кожа обнаженного тела Оксаны, цвета спелого персика, пропиталась ароматом ночной фиалки, а так же мужским запахом частичек пота, что остались на ней. Скрестив руки на своей сочной груди, Оксана с разведенными в стороны ногами, сидела на углу стола, с ненавистью, обернувшись в пол оборота, смотрела на закрывшуюся дверь. Растрепанная пышность золотистых волос Оксаны слегка колебалась в такт проникающего потока воздуха в кабинет. Ощущая расслабляющую боль на мокрых стенках своего влагалища, с которых сладкой вязкостью сочилась слюна, Оксана улыбнулась самодовольной улыбкой, почувствовав в столь грубом сексе эмоциональное отвлечение от проблем на некоторое время.

***
Разбросанные вещи на полу кабинета, небрежно смятая белая блузка, лежала возле ножки стула на которой обычно сидят приходящие на прием пациенты. Черная мини юбка, была так же смята и лежала у ножки стола, когда пояс, от неё был расположен чуть дальше на метр у окна. Кружевные черные трусики лежали на полу белого кафеля, прямо почти посреди кабинета. Черный такого же цвета кружевной бюстгальтер лежал на полу под столом. На углу поверхности гладкого стола, на краю которого сидела Оксана, повернутая спиной к входной двери кабинета, лежал высохший презерватив, излучая в воздух атмосферы кабинета, противный запах резины. Полностью обнаженное тело Оксаны, было пропитано ароматом ночной фиалки, потом женской ласки от тела Катерины, а так же запахом мужского тела. Держа в руках пластиковый стаканчик с кофе, Оксана наслаждалась прелестью его сладкого вкуса карамели, который играл гармонию страсти, перемешиваясь с её слюной во рту. Лобок Оксаны и ноющее легкой расслабляющей болью влагалище было полностью измазано алой помадой, что стерлась с губ Катерины, когда находясь в пылу дикой необузданной страсти, придавала ласке сочных жарких поцелуев её половые губы.
Дверь кабинета тихо скрипнула, пропуская в кабинет легкий холод сквозняка, от которого шторы на окнах этого помещения закачались, словно море во время шторма в океане. Оксана даже нисколько не смутилась, продолжила сидеть, повернутой спиной к входной двери, обнаженной на краю стола, скрестив руки на сочной груди. Хлынувший аромат «Azzaro Club Women», насытил атмосферу в кабинете нежностью кашемирового дерева. После чего тонкая стройная обнаженная нога перешагнула через порог кабинета, касаясь каблуком черных туфель белого кафельного пола издавая легкий звонящий стук. Изящный белый халат врача облегал тело рыжеволосой Валентины, подчеркивая сексуальные неровности её аппетитного тела. Краешек красивого красного кружевного бюстгальтера этой привлекательной рыжеволосой девушки, проглядывался через v-образный вырез спереди врачебного халата. Чарующим движением своих упругих бедер девушка вошла в кабинет, держа обеими руками медицинскую карту юной пациентки, в которой были вложены снимки рентгенографии и ЭКГ.
— О… боже Оксана Владимировна! — чуть смутилась Валентина, тут же быстро закрывая за собой дверь — Что здесь произошло? — по выражению её лица, Оксана сразу же догадалась насколько представленная картина обстановки её шокировала
— А ты что сама не видишь? — ухмыльнулась Оксана, облизывая сахарную сладость карамели с губ, кончиком языка, отвечая издевающейся интонацией своего голоса — Я тут немного развлеклась
— Я даже боюсь спросить, что это лежит на краю вашего рабочего стола
— А ты внимательней посмотри — саркастично ответила Оксана, поставив пустой пластиковый стаканчик из-под кофе на стол, опуская ноги с края стола, медленно коснулась каблуками кафельной плитки пола кабинета — Может, сама догадаешься
Вставая на ноги со стола, Оксана, шикарно виляя бедрами, прошла по кабинету, звонко стукая каблуками черных туфель. Красиво изгибая спину, Оксана нагнулась, поднимая с пола кафельной плитки черные трусики. Довольствуясь красотой своего тела, что отражалась в зеркале напротив входа, висевшее справа от пластикового окна, Оксана направилась к черному кожаному креслу. Золотистые пряди растрёпанных волос Оксаны легонько колыхалась порывом проникающей свежести воздуха в кабинет.
— А что с вашей промежностью? — удивилась Валентина, заметила, как сильно было измазано влагалище Оксаны алой помадой — Она насколько я понимаю вся в помаде
— Насколько я понимаю у тебя снимки рентгенографии грудной клетки — игнорируя нотации рыжей коллегии, намекнула Оксана взглядом своих возбужденных глаз на папку, что держала Валентина в своих руках — Что удалось выяснить?!
— Признаки легочной гипертензии
Открывая медицинскую карту пациентки, докладывала Валентина, о проведенных исследованиях направляясь к столу, рядом с которым стояла Оксана, опираясь на его грань своими бедрами, положила кружевные трусики на край стола.
— Так же увеличение правых отделов сердце, особенно правого желудочка, ярко выражено усиление легочного рисунка
Продолжила рассказывать Валентина, когда Оксана легонько вытащила из открытой карты снимок рентгенографии. Положив снимок на стол, Оксана повернулась, спиной к рыжеволосой коллеге чуть раздвинув в стороны ноги, внимательно посмотрела на него. Взяв со стола свой футляр с очками, Оксана медленно открыла его, не обращая внимания, как Валентина направилась к столешнице, что находилась рядом с ширмы, где располагалась смотровая комната.
— На ЭКГ наблюдается перегрузка правого желудочка, наблюдается склеротическая форма гипертензии — пояснила Валентина, выкинув использованный презерватив в урну — Так же наблюдается уменьшение артериовенозного сброса крови
— Хм… — усомнилась Оксана, повернувшись снова к столу спиной, опираясь на него своими бедрами, принялась надевать на себя трусики, что взяла с края стола — Это объясняет отдышку, утомляемость, а так же тахипноэ, потливость на лице девочки и признаки явного физического недомогания
— Что касается самого характера ребенка — высказала впечатление Валентина, так внимательно посмотрела на Оксану — Девочка действительно слишком капризная и чуть что сразу начинает плакать, а так же я заметила, что у неё чувство необъяснимого беспокойство
— Хм… это стоит отметить для диагноза
Предположила Оксана, сладко издавая насыщенный нежностью своего голоса стон, чувствуя, как нежная резинка её трусиков ползет вверх по бархатистой коже бедер. Внезапный звонок сотового телефона, что лежал на поверхности стола напугал Оксану, когда она ощутила сдавливающее влияние резинки трусиков на своей талии, от чего громко резко взвизгнула, отскочив от стола. Смутившись немного своей бурной реакции, она прижала ладонь одной руки к своим губам и изображая постыдное очертание скул и румянец на щечках, взглянула испуганным взглядом на Валентину. Электронная игрушка с большим сенсорным дисплеем громко трезвонила мелодию dubstep на поверхности стола, придавая ко всему этому раздражительное жужжание.
— Может, возьмете телефон — предложила Валентина, указывая взглядом голубых глаз на разрывающейся, ритмичной мелодией сотовый телефон, что лежал на столе
— Возьми ты — возразила Оксана, прикусывая от волнения краешек губы, заметив высветившейся номер Вероники — А я пока оденусь, похоже, черноволосая кудряшка, хочет мне сообщить то, чего я и так не знаю
Лелея себя нежностью белой простыни, которой была застелена смотровая кушетка, Оксана расположилась на удобной мебели, подгибая под себя ноги в колени. Черная короткая юбка, шикарно облегала бедра Оксаны, отчетливо выражая каждый изогнутый рельеф, безупречный изгиб ягодиц, а так же красивую талию. Белая блузка, нежностью прикосновения, красиво подчеркивала изящные формы тела Оксаны, отчетливо выражая сочную грудь своим v-образным разрезом спереди, верхняя пуговица которого была слегка расстегнута, открывая обзор на черный кружевной бюстгальтер, что сковывал в оковах её пышную прелесть. Искушая свои губы лаской касания губной алой помадой, Оксана щедро оставляла на них слой чарующей прелести, придавая губам невообразимый сексуальный отблеск.
— Что-то случилось? — поинтересовалась Оксана, поднимая свой взгляд голубых лазурных глаз на Валентину, что подошла к кушетки, на которой она сидела
— У Арины почки отказывают — пояснила она унылым голосом, присаживаясь на край кушетки, расправила руками белый халат на бедрах — В моче наблюдаются признаки гематурии, а так же белок, плавающий крупными хлопьями в моче, еще раз подтверждает острую почечную недостаточность
— Что показал общий анализ крови, анализ мочи? — поинтересовалась Оксана, задвинув стержень помады обратно внутрь, смачно поерзала губами
— Вероника только собрала у неё все необходимые анализы, но они будут готовы только к завтрашнему утру, а посев крови будет вообще готов только через сутки
— У девочки явный признак «гломерулонефрита», только вот что его вызывает?!
С задумчивым видом предположила Оксана, поставив помаду на рядом стоящую маленькую тумбочку, возле кушетки.
— Будем лечить её от пневмонии? — спросила Валентина, дотронувшись легонько кончиками пальцев до колена Оксаны
— Анализы крови и мочи подтвердят пневмонию — рассуждала Оксана, ощущая нежность ладони Валентины на своей ноге — Так же объясняет её и гломерулонефрит, но никак не объясняет лихорадку
— А что если никакой лихорадке и не было? — предположила Валентина, разглаживая кончиками пальцев ногу Оксаны под её короткой юбкой в эрогенной зоне
— Ты что думаешь, я такая дура, не заметила признак лихорадки у девочки?
Возмутилась она, так критично на неё посмотрев, чувствуя, как рыжеволосая девушка явно начинает сама возбуждаться, разглаживая эрогенную зону ног под юбкой Оксаны.
— Может эта все-таки пневмония — настаивала Валентина на своем, приблизившись к губам Оксаны, выдохнула в них горячий обжигающий губы поток воздуха
— Ты уверена что гипертрофия и перегруз именно правого желудочка?
Поинтересовалась Оксана, не могла никак сконцентрироваться на мысли, встала с кушетки, лишив себя радости ласки от руки Валентины,
— Да это и объясняет легочную гипертензию
Подтвердила Валентина, с восхищением наблюдая, как Оксана встала с кушетки, прекрасным жестом выставив эластичную прелесть своих бедер перед ней.
«Блядь что же я такое поставила Аришке, два с половиной года назад, я ведь вынесла диагноз, объясняющий гипертрофию и перегруз правого желудочка», ерзая губами, Оксана направлялась к входной двери.
— Ах… да Валюша — застенчиво улыбнулась Оксана, обернувшись к ней в пол оборота — Мне нужно срочно подумать, ты ведь доработаешь за меня до конца рабочего дня, а взамен я освобожу тебя сегодня ночью от ненужных процедур и анализов
— Оксана Владимировна! — хотела возразить Валентина, вставая медленно с кушетки на которой сидела, расправляя ладонями рук халат на бедрах
— Я тебя обожаю Валюша — быстро Оксана направилась к выходу из кабинета, звонко стукая каблуками по кафелю белой плитке
Открывая медленно дверь, Оксана чуть не столкнулась с медсестрой, что входила в кабинет, рыжеволосая львица, почти чуть не пролила на себя несколько капель кофе, что держала одной рукой в пластиковом стаканчике. Сладкий медовый вкус кофе исходил из розовых губ голубоглазой рыжеволосой девушки, что застенчиво посмотрела на Оксану, когда она чуть не сбила её с ног, стремясь в спешке покинуть кабинет. Девушка, почти чуть не выронила пакет из рук полиэтиленовый пакетик, что держала кончиками пальцев, в котором были несколько ватрушек с чарующей прелести намазанного на них повидла. Врывающаяся сила сквозняка в кабинет, устремилась непомерной волной прямо в лицо этой девушке, придавая её рыжим волосам оттенок изумительного цвета каштана, удивительную пышность.
— Оксана Владимировна?! — с удивленным вопросительным взглядом, девушка вошла в кабинет, излучая из своих прекрасных розовых губ, оттенок медовой прелести, экстракт которого составлял составляющего кофе в кафетерии больницы — Вы уже уходите, но ведь рабочий день еще не….
— А для меня уже закончен
Застенчиво улыбнулась Оксана, перешагивая через порог открытой входной двери, кокетливо вильнула упругой эластичной прелестью роскошных бедер.
— Я буду жаловаться Тихонову!
Прокричала девушка вслед уходящей Оксане, когда она тут же плавно закрыла за своей спиной, когда вышла в коридор клиники.
Коридор поликлиники уже стал наполняться пациентами, что терпеливо ожидали своей очереди, усевшись на лавочках в коридорах, терпеливо ожидая, когда их вызовут. Насыщенная свежесть врывающегося воздуха в коридор исходила из открытого окна в другом конце коридора, обворожительная чарующая сила аромата черемухи и сирени, обогатила атмосферу этого помещения своими цветущими ароматами. Разящие ярким светом лучезарные лучи проникали ослепительной силой в коридор, озаряя его своим неистовым светом, оставляя красивый переливающейся отблеск на бетонном, начищенным до блеска, только что помытым техническим персоналом полом клиники. Постоянные разговоры мужчин и пожилых женщин, превратилось в какой-то неоднообразный гул лишь, когда Оксана проходила мимо них слишком близко, смогла разобрать их банальные жизненные проблемы. Пациенты более молодого возраста, почти все сидели с планшетами и телефонами, сенсорный дисплей, которых напоминали больше лопату, удивительно тонкие и большие, выражая четкую в хорошем качестве картинку интернет страничек. Проходящие мимо врачи, узкие специалисты клиники, проходили мимо Оксаны, приветливо кивая головой и выражая своим взглядом пафосное радушие, обыденной улыбки. Медсестры забегали из кабинета в кабинет, передавая карты пациентов врачам, с которым работали, постепенно начиная вызывать кого-то из них по фамилии.
— А что если предположить, что у девочки проблема в низком артериальном давлении, ведь да конечно, оно и было достаточно низким, чтобы вызывать утомляемость и сильное физическое изнеможение, но тогда, причем здесь почки и лихорадка — рассуждала шепотом Оксана, направляясь по коридору
— Атриовентикулярная блокада объясняет схожесть симптомов — коснувшись плеча Оксаны, пояснила Марина Викторовна, поравнявшись с ней в направлении по ходу в коридоре
Прекрасный белый халат, придавал очертание, невообразимым сексуальным формам этой женщины, выражая в её образе скрытую притягательность. Изумительный парфюм «La Roue De La Fortune», чарующий, вызывающий морю диких сексуальных ощущений, аромат гардении, пробуждал в ней некую скрытую привязанность. Шикарные распущенные белокурые волосы этой женщины, словно волны во время шторма в океане придавали укладке волос Марины Викторовны поразительную пышность и насыщенность разных оттенков этого пепельного цвета. Голубой завораживающий цвет глаз, пленял рассудок одним только взглядом. Аппетитные бедра, красивая талия, а так сочная, пленяющая изгибами грудь, все выражала в этом женщине все такие эротические мысли, желая при взгляде на неё мысленно раздеть.
— Но не объясняет лихорадку, почечную недостаточность — не согласилась с утверждением Оксана, заметив идущую рядом с собой эту женщину
— У девочки брадикардия — пояснила Марина Викторовна, придавая своим очертаниям лица и очаровательным скулам серьезность своих намерений — А почему ты не в клинике, ты ведь должна там сейчас быть до пяти
— Что показала ЭКГ тока честно — игнорируя её вопрос, задала своей, прищурив слегка глаза от ярких проникающих лучей солнечного света в коридор
— Если честно показало наличие легочной гипертензии
— Да-да — начиная нервничать, Оксана остановилась и возмущенно посмотрела на эту женщину, встав посреди коридора — Что-то кроме увеличения правого желудочка, его гипертрофию и перегруз
— Оксаночка! — пытаясь лелеять своей лаской, Марина Викторовна, обвила своей рукой талию Оксаны, медленно сделала к ней шаг, встав совсем в плотную — Мы начинаем лечение от пневмонии, мать этой девочки дала нам на это добро, температура не может постоянно подниматься
— Какая блядь еще мать?! — вскрикнула громким криком Оксана, привлекая к себе в коридоре посторонние внимание среди пациентов и проходящих мимо медсестер — Я её мать, я её вырастила тебе ясно, сейчас я этой суке все выскажу
— Оксана стой! — хотела возразить Марина Викторовна, не успев схватить Оксану за руку, направилась ускоренным шагом следом за ней — Оксаночка не надо, пожалуйста, скандалов у нас в больнице и так пока что проблем хватает
— Мы не знаем с чем, мы имеем дело — разъясняла Оксана ход своих мыслей, входя в фойе больницы — Антибиотики тут могут и не помочь, мы не знаем, что убивает эту девочку, а смазав картинку антибиотиками, мы так ничего не добьемся
— Зато это даст нам время разобраться с проблемой — прокричала, выражая протест, Марина Викторовна догнала Оксана, схватила её за рукав белой блузки — Ты не её мать, не тебе решать!
Столь рьяные крики Марины Викторовны в адрес Оксаны, привлекли посторонние внимание со стороны стоящих у стойки регистратуры пациентов. Проходящий мимо охранник, коренастый мужчина тридцати пяти лет, службы безопасности больницы, так удивленно посмотрел на них. Даже молодая парочка, что ворковала на лавочках у больших пластиковых окон вестибюля больницы, обратила свое внимание на весьма скандальную сцену. Проходящая за спиной Марины Викторовны пожилая женщина, так удивительно проницательным возмущенным взглядом так посмотрела на них, явно была поражена сильными накопившимися эмоциями.
— Я сама сейчас поднимусь в палату к Аришке и поговорю с этой женщиной
Заявила Оксана, вырывая свой рукав из хватки Марины Викторовны, направилась гордой самовлюбленной походкой к массивной центральной лестнице, что вела на второй этаж. Бедра Оксаны при каждом шаге имели очень изящное очертание прелестной сексуальной формы. Выражая скрытыми под черной короткой юбкой, красоту эластичных ягодиц, Оксана, звонко стукая каблуками по бетонному полу больницы, с хищной страстью выражала красоту изгибов своего тела. Замечая посторонние взгляды на своем теле, Оксана улыбнулась до изумления застенчивой улыбкой, чудесные скулы которой изображали, скрытую похоть, которая разыгралась в водовороте буре эмоциональных чувств. Делая глубокий вздох ртом, Оксана отобразила насыщенность прекрасным рельефом сочную грудь, что скрывалась в оковах черного бюстгальтера, спрятавшемуся, за белой блузкой. Лучезарная сила проникающих через стекло окна ярких лучей солнца, преображала разными оттенками золотистого цвета волнистые волосы Оксаны, чудесная пышность которых содержала в себе достаточно объемную укладку.
— Тогда я пойду с тобой — требовательно ответила Марина Викторовна, начиная подниматься вместе с Оксаной по массивным ступенькам центральной лестницы
— Ваше присутствие будет придавать мне еще больше уверенности — улыбаясь кривой улыбкой, согласилась Оксана, прикусывая пленительно краешек губы
— Оно лишь оградит тебя от безумия — возразила Марина Викторовна, слегка незаметно шлепнула Оксану папкой анамнеза пациентки по бедрам
— А что, по-вашему, может довести меня до безумия? — поинтересовалась Оксана, ощущая легкий осадок жгучего прикосновения пластиковой папке на бархатистой коже бедер
— Зная твой характер — рассмеялась Марина Викторовна звонким смехом, обвивая с поразительной нежностью талию Оксаны — То все что угодно
— Осторожней со словами Марина Викторовна — саркастичной улыбаясь саркастичной улыбкой, критично ответила Оксана, лелея себя нежностью руки этой женщины на своей талии — Неизвестно чем они для вас могут обернуться
Выражая каждым своим движение прелестное очертание своих форм, Оксана, красиво покачивая шикарной красоты бедер, направилась по больничному коридору.

***
Направляясь по больничному коридору, Оксана почувствовала жутко спертую душную обстановку воздуха. Закрытые окна в отделении стационара, где располагались больничные палаты, пропускали в само помещение достаточное количество света, но со свежестью воздуха здесь была абсолютный недостаток, такой, что даже белые занавески на окна не колыхались. За окном ярко светилось солнце, нависая над большим голубым деревенским небом, оно озаряло красоту цветущей зелени на улице. Яркие светильники люминесцентных ламп и безупречно белые стены с бежевой, как кофе с молоком краской. Старый линолеум с каким-то ромбическим рисунком, все это напоминало какой-то обыденный мрачный интерьер деревенской большой больницы. Постоянно бегающие из палаты в палату медсестры, а потом снова в кабинет, дежурный врач Эдуард Иннокентиевич, на время был снят с отделения скорой помощи, для обследования больных в отделении стационара. Медсестра с темными как уголь по цвету волосами, что сидела на посту, постоянно стукая, тонкими пальчиками по клавишам, не переставая через стекла своих тонких до изумления очков, напрягая зрения, смотрела в жидкокристаллический монитор.
— «Стеноз устья аорты» по моему мнению, тоже может подходить — выразила Марина Викторовна свою идею, гордо поднимая взгляд, в ожидании посмотрела на Оксану
— Что вызывает лихорадку и гломерулонефрит, который дает почечную недостаточность, рвоту кровью и прочие все предыдущие симптомы?!
Высказывала Оксана свои требования, проходя мимо молоденькой белокурой медсестры, что выходила из дверей одной из палат, убирая использованный шприц в раскрытую упаковку. Красивые выражающие формы безупречно юного тела этой девушки, привлекли внимание Оксаны, красотой скрытых под белым халатом изгибов. Девушка, закрывая дверь палаты за своей спиной, застенчивым взглядом из-за пряди белокурых прямых волос, посмотрела на проходящую рядом Оксану. За гранью, где заканчивается короткий белый халат, Оксана смогла разглядеть красоту белоснежной кожи стройных упругих бедер этой девицы. Оксана, возбудившись от мимолетного взгляда на эту девушку, специально дернула за красную папку, что держала Марина Викторовна в своей руке, изображая, будто хотела вытащить от туда снимок рентгенографии.
— Ой, я такая растяпа! — застенчиво с нежностью стона глубоко вздохнула Оксана, выражая безупречное очертание скул, придала им застенчивость — Я сама подниму
Не давая даже времени возразить Марине Викторовне, Оксана нагнулась, как кошка, стоя на каблуках, изогнула спину, выставив эластичную прелесть бедер специально перед проходящей девушкой.
— Естественно ты сама это поднимешь — стараясь скрывать нахлынувшее возмущение, через силу мило улыбнулась Марина Викторовна
— Ой, простите!
Наткнулась девушка на Оксану, выронив шприц из рук на ходу и чтобы сохранить равновесие, чуть ли не падая, оперлась руками, нежных ладоней, на выставленные бедра Оксаны.
— Да ничего это я сама во всем виновата — продолжая играть в банальности улыбки, Оксана, продолжала стоять посреди отделения, с изогнутой спиной, пыталась оторвать от пола снимок рентгенографии — Простите так неловко, вы мне не поможете, что-то никак не могу
— Конечно Оксана Владимировна — любезно согласилась девушка присев на карточки, сзади слегка ног Оксаны с легкостью оторвала рентген снимок от пола
Ощущая рядом с расставленными ногами жар от розовых губ девушки, Оксана едва контролировала свои желания. Когда белокурая девушка протянула снимок между ног Оксаны, что специально стала, переступать с ноги на ногу, показывая роскошную красоту бедер, была почти на пике возбуждения. Девушка аккуратно вложила снимок в протянутую руку Оксаны, придавая в этот момент сокрушительной сексуальной силой красоту улыбки. Юная медсестра позволила себе маленькую наглость, делая вид, что поднимает шприц с пола, выложенной белой мраморной плиткой, прислонилась ладонью чарующей холодом к задней части колена Оксаны.
«Блядь пускай так продолжаться будет вечно», возбудилась сильно Оксана от касания нежных пальчиков этой девушки к своей ноге.
— Ой, простите Оксана Владимировна — девушка легонько прижала пальцами тыльную сторону колена Оксаны, придавая вид опоры, чтобы не упасть, подняла упавший шприц с пола
«Нет-нет только не убирай», глубоко разочаровавшись, вздохнула Оксана, выражая свои страдания чувствительной ноткой насыщенного возбуждения едва слышным стоном.
— Да ничего — медленно ответила Оксана, пристально посмотрела безупречно пепельного цвета глаза этой девушки, когда она встала на ноги перед ней — Спасибо что подняла снимок
Поблагодарила Оксана, выражая шикарные формы сочной груди, глубоко вздохнула, набирая воздух ртом. Направляясь дальше по коридору, Оксана, красиво виляя бедрами и стукая звонко каблуками черных туфель по мраморной плитке пола.
— Это что сейчас такое было? — шепотом прошипела, словно змея Марина Викторовна
— Просто случайно выронила лист рентгенографии у вас из папки и не смогла его ногтями оторвать от пола — пожала плечами Оксана, застенчиво придавая красоту алых накрашенных губ
— Да ты и не пыталась — не согласилась с утверждением Марина Викторовна, схватив Оксану за локоть, отошла с ней к двери процедурного кабинета — Оксана если ты не можешь держать свои сексуальные фантазии при себе, то прошу хотя бы не здесь, не в больнице
— Я просто пыталась поднять снимок — выдернула свою руку Оксана из её грубых пальцев, отображая ранимую обиду, посмотрела на эту женщину — Больше прошу, не позволяйте так хватать своего начальника
— Ах… вот как ты заговорила — изумительная прелесть и изгиб губ этой женщины, скрытой таинственностью привлек внимание Оксаны
— Давайте пройдем в палату к Аришке — предложила Оксана, заметив весьма критичный взгляд Марины Викторовны
— Что же давай — согласилась Марина Викторовна — Попадись ты мне в доме у Романовых или у меня дома ты бы так уже не говорила — тихо прошипела она Оксане под ухо, коснувшись своими когтями её бедер
«До чего же наивная сука», злорадно улыбнулась Оксана, подходя к пластиковой двери палаты, распутно повиляла бедрами перед Мариной Викторовной.
— Что вызывает еще проблему с артериальным давлением?
Быстро сменила тему Оксана, придавая серьезность своему взгляду, коснулась кончиками пальцев пластиковой ручки входной двери палаты.
— И да мне нужно будет естественно повторить ЭКГ — распорядилась Оксана, медленно открывая входную дверь палаты девочки
— А чем тебя эта не устраивает? — удивилась Марина Викторовна
Вид из окон этой палаты выходил на больничную стоянку, обзор, которого был затруднен огромным тополем, что возрос могучим стволом с громадными ветками. Игра теней листьев этого тополя разносилась в строптивую страсть по покрашенным известкой стенам этой палаты. В самой палате был достаточно чистый воздух, над головой, возле входной двери работал кондиционер. Атмосфера легкого холода казалось обманчивой, как только Марина Викторовна закрыла за своей спиной дверь, прекращая пропускать сквозняк в палату, температура сразу же опять нормализовалась.
Женщина в белом платье, очаровательный пышный фасон которого напоминал сарафан, с мрачным, как смерть видом стояла возле окна, нервно теребила белые шторы на пластиковом окне. Алексей Константинович сидел в кресле, правом углу больничной палаты, с угрюмым видом на лице, этот мужчина, с тоской ранимой до боли видом печали смотрел на свою умирающую племянницу, что лежала на больничной койке, напротив него. Другая белокурая девушка, которую Оксана сразу же узнала, была его младшей сестрой, очень вызывающе одетая, короткая пышная белая юбка и такой же пышности белая блузка, придавали ей весьма извращенный облик. Вероника, что настраивала капельницу девочки в палате, вливая в неё физиологический раствор в сочетании с глюкозой, пыталась наполнить силами изнывающую девочку. Ларионов, что внимательно изучал снимок ЭКГ, встав возле матери этого ребенка, положив его на подоконник окна, медленно водил по нему своим пальцем.
— Мы считаем, что это бактериальная пневмония — говорила Вероника, настраивая капельницу, посмотрела удивленным взглядом на вошедшую в палату Оксану — Ты же обычно не навещаешь пациентов
— Так это она! — возмутилась молодая сестра Алексея Константиновича — Она твой врач, да брат, а ты что молчишь Мария, ей ты доверила лечить нашу племянницу?
— Температура уже 39,2 — игнорируя возмущения родственников пациентки, говорила Вероника, заметив с какой гордостью и походкой Оксана прошла по палате — Час назад была 38,5
— Это не бактериальная пневмония — возразила Оксана — Посмотри, как её лихорадит, выступившая потливость на её бледном лице говорит, что это не бактериальная пневмония
— Оксана это бактериальная пневмония — возразила Марина Викторовна — Она пока что единственная, что объясняет гломерулонефрит
— Нужно взять бак посев крови — Оксана продолжала стоять на своем, подошла к кровати девочки, игнорируя возгласы взбесившейся юной девушки — Да заткнись ты блядь уже!!!
— Да как ты смеешь так со мной разговаривать! — возмутилась девушка, раздулась как змея, посмотрев с угрозой на Оксану
— Анастасия Константиновна — вежливым тоном голоса вмешался Валерий Николаевич — Оксана Владимировна является лечащим врачом вашей племянницы — говорил он, вставая посреди палаты между Оксаной и этой ненормальной девушкой
— И к твоему сожалению её законной матерью — едва слышным шепотом произнесла это женщина в белом платье, что стояла у окна
— Мама! — вскрикнула девочка осипшим голосом, проснувшись, медленно открывая глаза, заметила Оксану в палате
— Аришка — подбежала быстро Оксана к кровати, села перед ней на колени — Как ты девочка моя, мама твоя врач и она будет заниматься твоим лечением?
— И ты меня больше не бросишь? — спросила девочка, изнывающим голосом, когда Оксана, медленно обняла её хрупкое маленькое тело
— Так это ведь она была два с половиной года назад тогда у подъезда?! — внезапно выразила свое впечатление молодая девушка, возмущенно оглядывая всех в медицинской палате — Как ты мог мой брат, допустить, чтобы она после всего этого….
— Чего этого Настя? — сидя в кресле, положил ногу на ногу, так удивительно посмотрел на свою младшую возмущенную сестру
— Она заявляет права на мою племянницу! — заявила белокурая девушка, выставив так изящно бедра, положила руку на свою тонкую осиную талию — Сделай же что-нибудь
— Оксана Владимировна, приняла роды у Марии, в тот момент, когда от неё все отвернулись в роддоме, приняла Аришку к себе, когда её хотели отдать в детский дом на попечение государства, а потом бы мы её никогда в жизни бы не нашли
— Ты говорил у тебя есть какой-то Рамазанов — внезапно обмолвилась женщина с тоскливым видом, повернулась, посмотрела на своего брата — Пусть решит эту проблему, если Романов не может пойти ей вопреки
— Чего вы так боитесь, Оксана Владимировна — не давая слово даже Вероники, тут же задал вопрос Ларионов — Нам нужно срочно начинать лечение от пневмонии, пока дело не дошло до крайностей
— Оксаночка — подошла медленно к кровати Марина Викторовна, присела на её край за спиной у Оксаны — Нам нужно снизить температуру Аришке, сейчас она уже 39,2 и растет, когда на момент поступления была совсем минимальной
— Аришка — дотронулась Оксана нежностью своих пальцев до подбородка девочки, заметив кровотечение на конъюнктиве глаза — Посмотри на меня, пожалуйста
— У неё кровотечение из глаза — заметила Марина Викторовна, внимательно посмотрев в глаза девочки — Как ты заметила?
— Пневмония не объясняет глазное кровотечение — пояснила Ларионов для женщины, что стояла рядом с ним у окна — Но мы не знаем, с чем имеем дело
— Грибковая инфекция — предложила Вероника свою идею, посмотрев внушительно на Оксану
— Золотистый стафилококк — вынесла предположение Марина Викторовна
— Вы, в самом деле, думаете, что у девочки скарлатина?! — удивилась Оксана такому суждению, посмотрев так удивленно на Марину Викторовну
— Нам нужно начинать лечение от температуры — заявила Вероника, встав перед кроватью возле Оксаны — Температура девочки уже растет, скора уже ничего нельзя будет делать
— Хорошо?! — согласилась Оксана, с материнской заботой посмотрела на изнывающую сильной отдышкой и тахипноэ девочку — Что ты предлагаешь?
— Лечить от грибковой инфекции — вынесла свое суждение Вероника — Оксана пойми, если будем тянуть с температурой, мы просто убьем эту девочку
— Мама! — изнемогающим голосом прошептала Аришка, взяв за руку Оксану кончиками своих нежных детских тонких пальчиков
— Да сделайте же вы уже что-нибудь — внезапно проявив эмоции, крикнула белокурая женщина, таким ранимым взглядом оглядела всех присутствующих в палате
— Осмотрите дом, в котором они остановились на предметы грибковой инфекции — распорядилась Оксана — А вы Марина Викторовна следите за девочкой этой ночью
— Может, вы лучше сами обыщите нашу комнату в доме Романовых — предложил Алексей Константинович, медленно вставая с кресла, поправил свой пиджак — Пока ваша команда врачей будет заниматься Аришкой
— Марина Викторовна можно ваш стетоскоп?! — спросила Оксана, протягивая руку, даже не посмотрев на неё
— Да вот, пожалуйста, тока, что ты надеешься там услышать, мы уже все прослушали вдоль и поперек — вложила Марина Викторовна свой стетоскоп в руку Оксаны
Систоло — диастолический шум во втором межреберье слева от грудины, который я с утра услышала у неё был не спроста — одевая стетоскоп, игнорируя семейные реплики семьи Алексея Константиновича, говорила Оксана — Сердце явно пытается сообщить нам о какой-то врожденной аномалии
— Может быть Тетрада Фалло — выдвинула свою версию Марина Викторовна
— Расслаивающаяся аневризма аорты больше всего кажется, тут подходит — выдвинула свою версию Вероника
— Может быть, стеноз устья аорты — предложил свою версию Ларионов
— Тетрада Фалло — одевая стетоскоп шепотом, через крики разъяренных женщин произнесла Оксана — Именно этот диагноз я поставила Аришке
— Тетрада Фалло объясняет бактериальную инфекцию, а то есть пневмонию
— Да что ты привязалась с этой пневмонией! — вспылила Оксана
— «Аневризмой синуса Вальсальвы» объясняет почти все симптомы — продолжал отстаивать свою точку зрения Ларионов
— Насколько я понимаю, это была теория Марины Викторовны
Красиво искривив губки, ухмыльнулась Оксана, сидя на кровати, положила ногу на ногу, красиво выражая прелесть бархатистой кожи эластичных бедер.
— Алексей! — крикнула с капризом младшая его сестра, прерывая дифференциальный диагноз команды Оксаны своим разъяренным тоном голоса — Я не позволю этой проходимке ковыряться в моих вещах, а тем более в нашей комнате
— Поговори с Рамазановым — тяжело вздохнула, предложила его старшая сестра, проходя мимо Оксаны, по выражению своих скул отобразила, как ей было неприятно это общество — Я не хочу, чтобы она занималась лечением моей дочери, она её просто убьет
Дверь медицинской палаты медленно открылась, легкий проникающий теплый воздух волной насытил атмосферу в палате ароматом пряного кориандра коллекции изумительного мужского одеколона «Drakkar Noir». Рамазанов был одет в легкую белую футболку, что отчетливо выражала формы его мускулистого тела, очертание крупных плеч и огромных рук. Бежевые легкие штаны, летнего фасона, трубами, отлично сочетались с такого же цвета мокасинами на его ногах. На этот раз этот мужчина предпочел оставить крупную щетину на своем могучем подбородке, что придавала образу его физиономии кавказское впечатление. Однако экстравагантная прическа его светлых волос, была сплетена в маленький хвостик за его спиной, что выделяло в нем некую солидность. Не замечая вовсе Оксану, он вошел в палату, когда она сидела повернутая к нему спиной, смутившись присутствия своего отца, не подавала даже и виду.
— Владимир Юрьевич — обрадовалась белокурая женщина, что чуть не столкнулась с ним когда подошла к входной двери — Вот вы то нам нужны
— В чем дело Мария Константиновна я прибыл сразу же, как Алексей мне позвонил, у вас что-то случилось? — взволнованно спросил Рамазанов
Марина Викторовна встала с кровати, закрывая своим телом обзор, не давая Рамазанову разглядеть Оксану за ней. Оксана сидела на кровати, прислонив ушко стетоскопа к грудной клетке Аришки, после того как закатала белую медицинскую рубашку на ней. Все тот же систола-диастолический шум, который Оксана слышала раньше, преобладал во втором и третье межреберье. Подозрение вызвало усиление и расщепление второго тона над легочной артерией, когда Оксана направила ушко стетоскопа чуть выше. Такой шум очень хорошо прослушивался на стенках легочной артерии. Выслушивая систолический шум на верхушке сердца, сдвигая чуть ушко стетоскопа влево, Оксана смогла распознать мезодиастолический шум, что указывал на недостаточность митрального клапана.
— А вот теперь дело уже становится очень интересным! — тихо прошептала Оксана, игнорируя жалобы и скандал сестер этого мужчины в палате
— Оксана что ты обнаружила?!! — дотронувшись кончиками пальцев плеча Оксаны, взволнованно спросила Марина Викторовна
— И где же ваш врач, что лишает вас права забрать вашу дочь из этой больнице?! — перестав слушать крики этих женщин, спросил Рамазанов
— Да вот же она — указала взглядом глаз Анастасия Радионова на кроватку со своей племянницей
— Хм… сейчас во всем разберемся — уверенным шагом направился Рамазанов к кроватке, но внезапно остановился, потеряв быстро всю угрозу выражения скул на своем лице
— В чем дело Владимир Юрьевич?! — испуганно спросила Мария Радионова, мама маленькой девочки, заметив, как остановился Рамазанов — Вы, что её знаете?
— Привет папа — вставая с кровати, застенчиво улыбнулась Оксана, расправляя коготками роскошные золотистые пряди своих шикарных распущенных волос
— Оксана! — удивился Рамазанов, встав рядом с Оксаной, взял её за руки — Я думал, что тут какая-то чокнутая, не дает забрать дочку этой чудесной семьи
— Так и есть — улыбнулась, изображая опять красивое выражая очертание своих изумительных скул Оксана — Это чокнутая является матерью и лечащим врачом этого ребенка, чья главная задача, состоит в том, чтобы поставить диагноз и следовательно исключить проблему
— Постойте-постойте — вмешалась Анастасия Радионова, громким криком разрывая объятия Рамазана и Оксаны, встала между ними — Она, что ваша дочь?
— Пиздец — прикусывая краешек губы, тихо прошептала Оксана — Ты, что только сейчас это поняла? — спросила она, посмотрев на эту девушку словно на дуру
— Этого не может быть — словно была шокирована таким поворотом событий Анастасия Радионова, заметив строгий взгляд Рамазанова, отошла к окну, не проронив ни слова
— Должен был заметить Владимир Юрьевич — подошел, поздоровался с ним Алексей Константинович — Оксана Владимировна своровала у вас вашу чудесную красоту глаз и примерные частичные изгибы скул лица
— Оксана — обратился Рамазанов, игнорируя его речи, пожал ему руку — У тебя есть минутка, хочу взять тебя, чтобы выбрать подарок для свадьбы Роксаны
— Подарок для свадьбы — поразилась Оксана, ухмыльнулась сразу же раскусила очевидные цели его намерений — Покупать подарок на деревенском рынке, со мной, хм… папа просто скажи, что просто хочешь провести со мной время
— Просто хочу провести с тобой время дочка — с душевной улыбкой ответил Рамазанов, взял снова Оксану за руки
— Лечите её от «бактериального эндокардита», он объясняет кровотечение на конъюнктиве глаза, так же кровотечение во рту, что заметно на её небах, лихорадку, гломерулонефрит….
— Но как? — удивилась Вероника, прерывая рассуждения Оксаны
— Что как?! — удивилась Оксана, делая себя в ласке крепких рук отца, так возмущенно посмотрела на темноволосую кудряшку — Если ты не знаешь, как лечить инфекционный эндокардит, то тебе здесь нечего делать
— Как ты догадалась, что это инфекционный эндокардит? — пояснила суть своего вопроса Вероника, продолжая смотреть удивленно на Оксану
— Инфекционный эндокардит Вероника — вдыхая насыщенный запаха пряного кориандра, издала нежный женский стон Оксана — Это лишь текучее осложнение основной причины нашей с вами болезни, которую нам предстоит выяснить
— Я начну лечение пенициллином — заявила Марина Викторовна — А ты Оксаночка удели время своему отцу
— Нет! — возразила тут же Оксана — Сначала сделайте посев крови на пике лихорадке Аришки, после чего установите, какой эндокардит её убивает инфекционный или грибковый, только после этого начинайте лечение
— Грибковый эндокардит плохо поддается антибиотикам пенициллинового ряда — пояснила Марина Викторовна — Умно Оксаночка, а теперь иди, проведи время со своим отцом
— Ты, правда, этого хочешь папа? — спросила, немного смущаясь своих коллег Оксана, посмотрев в глаза Рамазанову
— Мама! — тихо осипшим голосом прошептала девочка, что лежала на медицинской койке — Мама я не хочу, чтобы ты уходила
— Аришка доченька — состроив душевное очертание своих скул, Оксана присела на кровать рядом с побледневшей девочкой — Мама скора, вернется, я никуда от тебя не уйду, просто мне нужно отлучиться ненадолго и я сразу же вернусь
— Ты бросаешь меня? — ранимым чувствительным голосом, спросила девочка, вложив свои тонкие пальчики в руку Оксаны
— Все пошли вон из палаты — заявила Оксана, со строгостью своего взгляда обернулась и оглядела, тех кто стоял у неё за спиной — Папа ты подожди за дверью, я скора вернусь, Марина Викторовна подготовьте отчет для Тихонова и проведите анализ посева крови
— Да как ты смеешь! — возмутилась Мария таким заявлением
— Сестра пойдем — предложил вежливо Алексей Константинович, взяв свою сестру за руку — Дай нашему лечащему врачу, пообщаться с Аришкой, она, по крайней мере, считает мамой её, а не тебя
— Но Алексей! — возразила Мария Константиновна, упираясь, не желая покидать палату открытой двери, первым через которые вышел Рамазанов — Сделай что-нибудь, Аришка моя дочь
— Которую ты сознательно, зная, на что шла тогда, потеряла — пояснил Алексей Константинович, покидая палату вместе со своей старшей сестрой
— Ты же мой брат! — кричала в истерике она, не желая покидать палату, когда он вежливо вытолкнул её из открытой двери в отделение стационара — Сделай же что-нибудь!!!!
— Я и делаю… — ответил Алексей Константинович, закрывая дверь палаты, как только вышли последние со своей упертой сестрой, у которой внезапно проснулись материнские чувства
— Почему ты отдала меня?! — спросила девочка, когда Алексей Константинович покинул палату последний со своей старшей сестрой, плавно закрывая входную дверь за собой
— Я не отдавала тебя Аришка — пояснила Оксана, посмотрев на кровоточащий глаз девочки — Сейчас подожди, я закапаю тебе его, но тебе нужно будет поспать
— Ты хочешь от меня избавиться? — давила психологическими вопросами маленькая девочка, придавая интонации голоса ранимую печаль горечи детских слез
— Что ты нет! — возразила Оксана, положив свои руки на хрупкие плечи девочки — Я же люблю тебя и всегда любила, просто так получилось
— Ты предала меня! — расплакалась девочка, отвернулась от Оксаны на бок
— Нет Аришка — понимая глубину страдания ребенка за долгие прошедшие годы, Оксана, сильно растрогалась, ощущая внутри себя, что этот ребенок для неё самое дорогое — Некоторые вещи в жизни просто невозможно объяснить, не ранив кого-то
«Да как она может помнить что-то, ей же было всего полтора года, при таком возрасте это практически невозможно», ощущая жуткое волнение, размышляла Оксана, сидя на кровати положив ногу на ногу.
— Мама не уходи! — видимо почувствовав, как глубоко вздохнула Оксана, внезапно обратилась девочка, легонько повернувшись, посмотрела на неё
— Я и не собиралась Аришка, просто хотела закапать тебе глаза — обращая свое внимание, как девочка с трудом через хрипы дышит, Оксана посчитала это за симптомы инфекционного эндокардита — Сейчас только позову сестру, чтоб принесла капли
— А что другие доктора не могут?! — снова вложив свои хрупкие пальчики в руку Оксаны, поинтересовалась Аришка — Ты же вроде бы тут главная
— Твоя мама сказала, что ты вообще не говорила за все это время — удивилась Оксана, как хорошо эта девочка связывает сложные предложения
— Она мне не мама — возразила Аришка — Да и при них я не особо-то хотела говорить, они плохие люди — рассуждала девочка, держа Оксану за руку
— Ладно, я побуду с тобой, пока ты не уснешь — тяжело и изнуренно вздохнула Оксана, набирая воздух ртом, чувствовала, как Аришка своим характером начинает её изнемогать — Может ты кушать или пить хочешь?
— Ничего я не хочу — ответила плачущим голосом Аришка, крепко сжимая своими пальчиками руку Оксаны — Просто хочу побыть с тобой
— Я тоже хочу побыть с тобой Аришка — согласилась Оксана, легонько прижимая к хрупкому телу девочки — Но я хотела позвать медсестру, чтобы закапать тебе глазки, смотри как сильно он кровоточит
— Ты просто ищешь повод от меня избавиться — прокричала девочка, отторгая от тебя Оксану, вновь повернулась к ней спиной и заплакала — Ты никогда меня не любила, никогда и просто хотела от меня избавиться
Внезапные признаки беспокойства и панические атаки выглядели для Оксаны, как симптом неизвестной скрытой болезни, который она с очень большим желанием хотела разгадать.
«Очень интересно, а что если принять это за симптом, эмоциональное раздражение и приступы необъяснимой панической паники, указывают на проблему в мозгу», мысленно предложила Оксана, проворачивая мысли в голове, оставаясь сидеть на кровати и смотреть на капризы плачущей Аришки.
— Да ты права — иронизируя на чувствах девочки, Оксана решилась сыграть на её эмоциях — Я просто ведь хотел от тебя избавиться
— Убирайся отсюда! — прокричала Аришка, сквозь слезы уткнувшись лицом в подушку
— Я уйду — заверила Оксана, медленно вставая с кроватки девочки, расправила юбку на своих бедрах — Но только для того чтобы позвать сестру, чтобы закапала тебе глазки и маме нужно подумать, пойми я хочу чтобы тебе было легче….
— Мне легче только когда ты рядом — едва слышным бурчанием проговорила девочка плачущей интонацией голоса в подушку
— Маме нужно работать — строго заявила Оксана, посмотрев на девочку убедительным серьезным выражением взгляда лица — Мама будет лечить тебя! — звонко стукая каблуками по линолеуму в палате, она направилась к входной двери
— Ты еще вернешься?! — спросила девочка, когда Оксана уже подошла к двери
«Такое чувство, как будто она цепляется за последнюю соломинку, лишь бы меня удержать рядом с собой », подумала Оксана, тяжело вздыхая ртом, коснулась пальцами пластиковой ручки двери.
— Конечно вернусь — ухмыльнулась Оксана, роскошной алой прелестью губ, повернулась к девочке, опираясь спиной на дверь — Я же твой лечащий врач
— Ты моя мама — заявила девочка, чем очень сильно задела Оксану на эмоциональном уровне
— Я знаю это! — с трудом выговаривая каждое слово, ответила Оксана, медленно повернулась к двери, ощущая, как и её одолевает чувство панического беспокойства — И поэтому я сделаю все, чтобы ты жила долгой и счастливой жизнью
После чего не став дальше слушать нравоучительные речи девочки, Оксана открыла дверь, с холодной иронией на своем лице, вышла спокойно из палаты, медленно зарывая дверь за своей спиной. Тяжелое чувство волнения и переживая за здоровье Аришки волновало её больше всего, чем возмущения по поводу якобы бывшего предательства. Тяжело набирая вздох ртом, Оксана глубоко вздохнула, опираясь спиной на дверь палаты, согнула одну ногу в колено, облокотилась, ей на дверь. Медленно закрывая глаза, когда в голове еще звучал голос Аришки, Оксана не могла смериться даже с тем, как девочка столь критично стала к ней относиться.
— Оксана с тобой все в порядке?! — обратился Рамазанов, встав справа от Оксаны — Что-то не так, скажи, если что, не молчи, прошу тебя дочка
— Мне нужна эта девочка папа! — заявила Оксана, медленно открывая глаза, заметила своего отца, что своим мощным торсом, загораживал проникающие лучи через окно в отделении стационара
— Но эта девочка племянница Алексея Радионова, а он мой хороший знакомый
— А она моя дочь — пояснила Оксана, повысив тон своего голоса — А я твоя дочь, так что сделай что-нибудь уже, я не отдам им обратно Аришку
— Я посмотрю, что можно сделать — тяжело вздохнул, согласился пойти Рамазанов на просьбу Оксаны
— Я тут знаю отличное место — улыбнулась тут же обаятельной улыбкой Оксана, пытаясь поразить своего отца ослепительной красотой своих губ — Может, там поужинаем, ты ведь кажется, хотел со мной провести время — впадая в объятия Рамазанова, с нежностью голоса говорила она, положив голову на его крепкое, могучее плечо
— Ну, если и место и впрямь хорошее — теплые грубые руки этого мужчины скрестились за спиной Оксаны, прижимая её к своему телу, ответил Рамазанов
— Да местная забегаловка — застенчиво ответила Оксана, посмотрев на его мощное, покрытое грубой щетиной безупречно светлых волос лицо — Но там отменно готовят некоторые блюда, которые я обожаю, а я знаю, если ты меня любишь ты мне не откажешь в своем присутствии там
Ощущая пряный запах кориандра от этого мужского парфюма, Оксана, лелеяла себя лаской его крепких рук, внезапно вспомнила для себя события прошлой ночи у Романовых.



За день до этого:


***
Лазурное покрытое поистине красивой лучезарной зябью заката небо, было покрыто пышными пестрыми облаками, дающие красивое отражение заходящему за горизонт солнцу, составляя изумительное его очертание, разыгравшейся на нем бурной страсти природной гармонии. Легкий порывами ветер проносился над всей долиной над деревней, создавая едва слышный гул, что доносился с опушки леса. Неописуемая распустившаяся сирень чудесной прелестью своих кустов украшала деревенские улицы, насыщая их собственным природным ароматом. Огромные цветущие деревья, красивые белые ровные слегка искривленные березы, огромные дубы, тополи, ясени и даже клен, все эти могучие деревья исполняли чудесное звучание мелодии шелеста своих листьев и веток обдуваемым нежным потоком ветра. Запахи цветущей зелени, цветов разносились по всей деревенской округе, насыщая каждую отдельную улицу, своим специфическим оттенком цветущей там природной красоты. Покосившиеся деревянные заборы, неровный рельеф дорожного гравийного покрытия, который был почти усеян ямами. Не прекращающийся лай собак и мычание коров, проходящим малым стадом по деревенским улицам, стало обыденной частью этой деревенской жизни.
Завораживающая сила аромата «Les Fleurs: Violette от Molinard», кружила голу оттенками страсти запаха ночной фиалки. Прекрасное фиолетовое короткое платье облегало тело Катерины, отчетливо отображая на ней все самые притягивающиеся взгляду изгибы. Шикарный v-образный вырез спереди платья, отображал изящную прелесть манящей груди Катерины, взглянув на которую Оксана смачно облизнула свои алые губы, в тайне мечтая, чтобы эта сочная прелесть оказалась в её нежных руках. Прекрасный загар ног брюнетки имел оттенок спелого персика, придавал пленительный отблеск падающего на него света от освещения в салоне автомобиля. Отлично подобранные к цвету платья такие же по цвету фиолетовые туфли, прекрасно дополняли ноги Катерины, которые она так пленительно покачивала, положив ногу на ногу.
— Может, все-таки проведем этот вечер дома с Еленой? — предложила Катерина, положив ногу на ногу, специально отображая красоту эластичных бедер под фиолетовым платьем
— Может, все-таки заткнешься!
Возразила Оксана, скривив алые накрашенные до блеска губы, облокотилась нас спинку мягкого кожаного сиденья черного седана «MercedesBenz G-класс», что медленно как фрегат плыл по деревенским улицам. За темными стеклами задней двери, Оксана разглядела старые заборы бедных деревенских домов, деревянная крыша которых была покрыта старым раненным временем шифером. Красивая зябь заходящего за горизонт солнца, проникая через листья рядом проезжающего растущего тополя, очень ярко отражалась в лазурных глазах Оксаны, придавая им, восхитительный сказочный оттенок скрывающейся оттенок похоти. Ощущая бархатистой кожей ног кожаное сиденье, Оксана лелеяла себя нежность соприкосновения с ним, ощущая силу сексуального голода, что охватила её сознание, со страсть прикусила краешек губы.
— Костя уехал в свою мастерскую, у него там какие-то проблемы с клиентами, а я не собираюсь прозябать дома с его сестрой — заявила Оксана, положив ноги на сиденье, очень сексуально их подогнула под себя — Тем более, когда у Романовых такая эксклюзивная коллекция итальянского вина в погребе
— Тебе, по-моему, Романов тоже ящик выделил — дотронувшись кончиками пальцев до колена Оксаны, пояснила жаждущей интонацией голоса Катерина, так пристально посмотрела ей в глаза
— Который именно ты с моей матерью допила, когда я работала в клинике — отдернула Оксана её руку со своих белых чулок, обиженно нахмурила алые губки
— Кто же виноват, что ты так поздно домой пришла
— Я пришла после пяти — заверила Оксана, ранимым взглядом посмотрев на сою обольстительницу, указала взглядом на ящик шампанского, что стоял на полу автомобиля
— Оксанка! — улыбнулась шикарной эротической улыбкой Катерина — Романов меня точно убьет, тебе же пока нельзя пить, ты вот недавно вышла из комы
— Да плевать я хотела на этого Романова — возразила Оксана, с хищной страстью посмотрела на брюнетку, что так пленительно изогнула спину, потянувшись за бутылкой шампанского в ящике
— Только не попадайся тогда ему сильно на глаза
— Пойду в комнату к Коновалову — заявила Оксана, так внушительно наблюдая, как Катерина разворачивает шелестящую этикетку из фольги на пробке бутылки из-под шампанского, орудуя на ней искусно коготками своих пальчиков — Он точно не откажется увидеться со мной
— Пойдешь блудить только после того как я улажу все вопросы с Романовым и после того как закончим наши с тобой дела в постели — вырвала с натягом Катерина пробку из бутылки, где сразу же хлынула пена из горлышка бутылки, она тут же поднесла к ней свой бокал
— А если я не захочу этого — возразила Оксана, наблюдая, как Катерина чарующим жестом наливала шампанского в стеклянный бокал
— Тогда я тебя привяжу к себе — красивым оттенком безупречно серых глаз отобразила Катерина всю серьезность своих намерений, вручая Оксане в руку наполненный шампанским бокал
— Ну, ты и сучка Катерина — обрадовалась распутной улыбки этой брюнетки, Оксана коснулась своими пальцами холодной ножки стеклянного бокала — И как долго ты будешь с Романовым улаживать деловые вопросы, на его столе или в его кресле или может быть на диване в его кабинете?!
— Оксанка! — состроив обиженное выражение лица, возразила Катерина — Ты ведь сама прекрасно знаешь, что из всех своих женщин, которые как озабоченные кошки его обихаживают, он предпочитает тебя
— Да?! — удивилась Оксана, восхитительной прелестью улыбки, придавая алым губам развратную похоть, медленно поднесла наполненный шампанским бокал к своим губам
— Только не говори, что ты этого не знала — не согласилась Катерина, с прелестью удивительной улыбки на губах Оксаны — Да он ведь только и говорит о тебе в последнее время
— Если выбирать между ним и Коноваловым — наблюдая за игристой прелестью игристых пузырьков шампанского в своем бокале, Оксана эротическим жестом краешком своего языка облизнула алые губы — Я выберу Коновалова
Чарующая взрывающая пузырьками сила шампанского, стала обволакивать язык Оксаны, играя в гармонию страсти с её слюной, стала проникать внутрь её ротовой полости. Головокружительная сладость алкоголя шампанского так легко врывалась в Оксану, завораживая прелестью холодного сладкого вкуса. Смачно смакуя во рту прелесть вкуса шампанского, Оксана оставляла яркий алый слой помады на стекле своего бокала, когда с жадностью пила шампанское. Капли пленяющей холодом нежности падали с алых мокрых губ Оксаны, прямо на v-образный вырез её белой блузки, пропитывая тонкую льняную ткань прохладой обворожительного касания.
— Ты все еще его любишь? — проявляя глубокий интерес, спросила Катерина, положив руку на бедро Оксаны, чуть выше резинки её белых чулок
— Ой, да не смеши — рассмеялась Оксана, слизывая языком жадно с алых мокрых губ сладостные капли завораживающего вкуса шампанского — Просто у меня давно с ним не было ничего такого
— Оксанка у тебя же есть Костя! — упрекнула Катерина, начиная нервно теребить коготками резинку белых чулок Оксаны, поднося свой наполненный шампанским бокал к губам
— А у него есть еще и сестра, Марина Викторовна, а так же на крайний случай и ты, которая никогда не упустит случая с ним трахнуться, за моей спиной
Чарующим блеском лазурных голубых глаз посмотрела на брюнетку Оксана, поставив пустой бокал на пол в машине, прекрасно изогнув перед ней свою спину.
— Или ты думаешь, я не знаю, как ты к нему в постель залазишь, а ведь он между прочим ведь мой парень — создавая напряженную иронию в отношениях, ухмыльнулась красивым очертанием улыбки алых губ Оксана
— Насколько я понимаю, тебя такой порядок отношений всегда устраивал — радушно взаимной улыбкой одарила Катерина, глубоко вздыхая ртом, оторвала свои губы от пустого бокала
— Устраивает!
Согласилась Оксана, замечая как похотливые пальцы Катерины, прошли по её бедру бархатистой коже, вторглись за грань обзора черной короткой юбки.
— Но до тех пор, пока, кто-нибудь не диктует мне условиями, кому и с кем мне спать, а то смотри, я Кости блядь яйца на узел завяжу — остановила Оксана движение руки брюнетки, схватив её за запястье
— И с чего это ты стала такой циничной? — удивилась Катерина, заметив, как настойчиво Оксана не давала её руке проникнуть дальше
— Просто люблю крепко держаться за свое — заявила Оксана, отпуская руку Катерины, позволила себе насладиться теплотой её ладони, которую она прижала к её бедру
— А я тоже подписываюсь под твоё, как бы это сказать…
— Ты на самой первой строчке — вставая перед ней на четвереньки, заявила Оксана, обжигающим губы шепотом прошептала в раскрытый рот Катерины
Черный автомобиль под бурный шелест мелодии листьев, что громадными ветками нависали над его крышей, когда он проезжал по гладко асфальтированной дорожной части, медленно въехал в раскрытые красные большие ворота особняка Романовых. Огромный большой фонтан на центральной площади извергал мощный напор воды, бьющийся резко ввысь, после чего рассыпаясь в воздухе на составляющиеся мельчайшие капли воды, плавно падали вниз. Громадные нависающие над самой площади ветки деревьев играли тенями на цветной плитке танец страсти, жестикулируя такими движениями всю насыщенность этой природной гармонии звучания, когда обдувались потоком легкого завораживающей свежести ветра. На самой площади, возле громадного особняка не было машин, лишь несколько женщин, в черных вечерних платьях, стояли на массивных ступеньках крыльца, распивая в бокалах шампанское. В окнах этого большого дома на первом этаже было достаточно темно, однако можно было разглядеть, как игристые оттенки пламени свечи за их стеклами создавали гармонию необузданной страсти.
Сладостная сила слюны Катерины обволакивала язык Оксаны во время поцелуя, которым она так искусно пыталась удивить распущенную брюнетку, навязывая ей свои условия в этой голодной строптивой похотью игре. Обвивая руками талию Оксаны, что стояла перед ней на заднем сиденье черного седана, на четвереньках, искушая себя голодной страстью поцелуя. Головокружительная сила поцелуя и то как быстро Катерина приняла инициативу этой игры на себя, пленила Оксану, заставляя поддаться ласке её рук на своей талии, что уже проникли за грань материи белой льняной блузки. Нежным касанием подушек пальцев и кончиком своих коготков Катерина в момент хищной страсти поцелуя водила по бархатистой коже ребер Оксаны, покрывая щедро поверхность её прохладного языка богатым изобилием собственной слюны.
— М… уже приехали — облизывая губы Катерины, Оксана медленно вытащила свой язык из её рта, заметив, как машина медленно остановилась возле главного крыльца
— Хочешь, можем остаться в машине — предложила Катерина, дотрагиваясь кончиками пальцев до блестящей бляшки черного пояса на юбке Оксаны
— Если расстегнешь, придется и блузку мне снять — предложила Оксана, ощущая как кончиком коготков Катерина, желала разомкнуть бляшку её сковывающего пояса на юбке
— У тебя под ней ведь есть нижнее белье? — пленяющим слух шепотом спросила Катерина, прошептав это под ухо изнывающей в сладких стонах Оксане
— Ты думаешь я…
Замолчала Оксана, как задняя дверь их седана открылась и за ней стояла в красивом красном платье Виктория, как всегда изображая на своих розовых безупречных губах радушную приветливую улыбку. Красное шикарное платье очень красиво облегало верх этой белокурой девушки, отчетливо чашечками прорисовывая её скромных размеров грудь, ярко отображая очертание изгибов её талии, а дальше продолжалось необычайной пышностью, скрывая самый смак её прекрасного юного тела. Атмосфера воздуха в салоне автомобиля, что играла сладостным ароматом ночной фиалки, гармонируя с чудесной по свойству запаха дикой розы, сразу же насытилась обворожительной силой вкусового оттенка лаванды. Пленяющая красота голубых глаз этой девушки, навела некую распутную мысль в голове у Оксаны, особенно когда она так в тот момент посмотрела на них с Катериной.
— М…. какие люди Катерина и Оксана мы вас ждали, Сергей Викторович уже приготовил стол специально для ужина с вами в своем кабинете
Тонким до необычайной нежности писклявым голосом, сохраняя прелесть улыбки, говорила Виктория, держа дверь в салон открытой, пропуская в салон автомобиля завораживающей прохладой поток свежести воздуха.
— Закрой дверь! — прошипела недовольно на неё Катерина
— Нет!
Возразила Оксана, пролезая мимо Катерины, красиво изгибая спину, покинула салон автомобиля, обольщая показу своих роскошных бедер перед белокурой девушкой, что держала дверь открытой. Глубоко вздохнула ртом воздух, Оксана обернулась, положив руки на крышу автомобиля, встав спиной к Виктории, выставив изумительной красоты эластичные бедра перед ней, держа спину изогнутой. Роскошная пышная прелесть золотистых волос Оксаны, посыпали большими волнами плечи и шею, красиво завиваясь в завитки на её груди и спине.
— Ну же Виктория не искушай меня — прошептала Оксана, легонько повернув голову в её сторону, изобразила распущенностью своей улыбки тайное сексуальное желание — Мне очень не идет это черная юбка так ведь? — спросила она, намекая взглядом на свою черную юбку
— Ты хочешь, чтобы я её сняла с тебя?
Неуверенно поинтересовалась Виктория, замечая строгий взгляд Катерины, что уже вылезла из автомобиля, повесив сумочку Оксаны на плечо.
— И блузку, пожалуйста — простонала нежным стоном Оксана, повернув слегка голову, так искоса смотрела на неё возбужденным взглядом
— Оксана ведь холодно же — остановила Катерина руку Виктории, что дотронулась до талии Оксаны — Ты только после операции, недавно из комы вышла, может хотя бы, в дом зайдем — уверяла она жалкой интонацией своего голоса
— Виктория! — улыбнулась Оксана, коварством любезнейшей улыбки, оставляя голову повернутой, держа руки на крыше автомобиля — Если ты сама считаешь, что сегодня мне необходим секс, раздень меня — приказным тоном голоса, она дала этой девушке выбор
— Нет! — возразила Катерина, схватив за запястье Викторию
— Она дала мне выбор — уверяла Виктория, так испугавшись взгляда Катерины, что от страха и от обиды поджала дрожащую нижнюю губу
— Значит, ты считаешь, что у Оксаны будет сегодня секс? — возмущенно спросила Катерина, отпуская руку несчастной белокурой девушки
— У Оксаны сегодня будет секс — подтвердила дрожащим от страха голосом Виктория, коснувшись кончиками пальцев пояса Оксаны на её черной юбке
— Оксана ты можешь отказаться! — вмешалась опять Катерина, схватив белокурую девушку за руку, мешая расстегнуть бляшку пояса Оксаны неё юбке
— А зачем отказывать себе в удовольствие — распущенной эротическим соблазном улыбки улыбнулась Оксана
Чарующая ласка касания пальцев Виктории с легкую расстегнула блестящую бляшку пояса Оксаны на её черной юбке. Медленно расстегивая пуговицы с передней части юбки Оксаны, она очень аккуратно развернула её юбку, обнажив безупречную красоту бедер, что сразу же охватила легкая прохлада обворожительного холода. Столь же плавно она положила юбку Оксаны на крышу машины, так внимательно посмотрела на неё.
— Виктория ну же — требовательно заявила Оксана, указывая взглядом глаз на свою белую блузку, игнорируя как Катерина, словно надутая кобра, изводит себя ревностью — Если ты считаешь, что мне нужен секс, сними с меня эту блузку
— Ну, Оксанка! — выражая всю свою эмоциональную раздражительность, прошипела Катерина, вышагивая за спиной Виктории, раздражительно стукала каблуками своих туфель по цветной плитке — Ты у меня сегодня точно выпросишь
— Именно для этого я и раздеваюсь дура! — заявила Оксана, ощущая как нежность коготков пальцев Виктории со спины обхватили её талию, дотронулись до блестящих пуговиц белой блузки
— Нет, я сказала! — отдернула руку Виктории, Катерина встала между ней и Оксаной — Оксанка ты в своем уме, ты что творишь, раздеваться при гостях Романовых, это уже перебор
«Блядь вот именно этого я и добивалась, оказывается я для этой суки, что-то значу», мысленно обрадовалась Оксана, прикусывая краешек губы, повернулась лицом к Катерине, опираясь бедрами на заднюю дверь черного седана.
— Ты меня слышала Оксанка! — схватила она черную мини юбку с крыши машины и быстро обернула ею талию Оксаны — Я не доставлю тебе такого удовольствия
— А я и не прошу — ощущая нежность пальцев Катерины, с каким усердием, она обернула юбку вокруг её талии, быстро застегивала пуговице на юбке — Мне достаточно теперь просто знать, что я для тебя что-то значу
— А ты что раньше этого не знала? — достаточно искусно с коварством своей улыбки застегнула Катерина бляшку пояса на юбке Оксаны — Вот держи — вручила брюнетка ей белую кожаную маленькую сумочку
По очертанию изгибов на её скулах, Оксана смогла догадаться, что хватит испытывать её терпение на прочность, заметив с какой серьёзностью, она посмотрела ей в лазурные голубые глаза. Положив медленно руки на талию Оксаны, Катерина аккуратно расправила юбку на её бедрах, щекотливым жестом шлепнула её по упругим ягодицам ладошкой. Издавая легкий насыщенный нежностью возбуждения стон Оксана, шикарно придала форму своим алым губам, взяв свое темноволосую искусительницу под руку, обошла, красиво виляя бедрами, автомобиль сзади. Замечая на своих бедрах голодный сексуальный взгляд Виктории, Оксана специально, кончиками пальцев своей руки, скинула сумочку со своего плеча на землю. Чарующей лаской касания белая кожаная сумочка скользила по телу Оксану, повинуясь плавности изгибов формы её тела, упала на каменную плитку.
— Ой, прости — выразила Оксана красивое очертание застенчивости на своих скулах, скрашивая это красивой формой улыбки безупречно алых губ — Я такая растеряша — нагнулась она, выставив эластичную прелесть бедер, когда Виктория шла за ней
— Оксана! — громко вскрикнула белокурая девушка, видимо замечтавшись и остановилась, чтобы сохранить равновесие, на ходу, опираясь ладонями своих холодных рук на упругие ягодицы Оксаны — Я чуть не упала из-за тебя
— Только не говори мне, что это было чистой воды случайностью — прошипела Катерина, словно змея, нагибаясь под ухо Оксаны, обвивая сзади рукой её талию
«Заебись, зато как сработало, стоит в больнице отточить этот трюк», удивилась Оксана, поднимая с каменной плитки, упавшую сумочку, почувствовала прохладу ласковых рук Виктории на своих ягодицах.
— Блядь ну сумочка просто упала, что тут такого — возмутилась Оксана, ощущая, как с тяжелым дыханием Виктория нагнулась между её расставленных ног, поднимая выкатившейся тюбик помады из сумочки — Виктория, ты так великодушна
Поблагодарила Оксана белокурую девушку, что подняла для неё помаду с каменной плитки, которая выпала из сумочки при падении. Виктория, с трудом выгибая спину, сохраняя равновесие, обвивая, словно ветка винограда, прохладной нежности своих пальчиков бедро Оксаны, случайно просунув руку ей под юбку. Издавая насыщенный нежностью стон, Оксана почувствовала ладонь девушки между резинкой чулок и нижним краем черных кружевных трусиков. Испытывая неконтролируемый порыв бурно играющей сексуальной страстью Оксана, закрыла глаза, мечтая, чтобы такой момент продолжался для неё, как можно дольше, а в дальнейшем повторить такой же трюк с медсестрой в больнице.
«Блядь-блядь, только не убирай руку», изнывая насыщенной нежностью эротических стонов с закрытыми глазами, Оксана представляла в голове, как оказалась бы в ласке рук этой девушке.
— Оксана возьми — обратилась к Оксане белокурая девушка, убирая руку с её бедра, вложила ей в руку упавшую помаду
— Оксанка! — прошипела раздраженно Катерина, одарив бедра Оксаны жгучим прикосновения шлепка, оставляя на ягодицах яркий розовый осадок
— М….. — взвизгнула Оксана, стерпев боль, стиснула зубы, ощущая на бархатистой коже бедра жгучий осадок рьяной женской ревности
— Пойдем — нервно схватила Катерина за руку Оксану, потащила её за собой
Звонко стукая каблуками черных туфель, Оксана быстро поднималась по каменному крыльцу особняка Романовых, проходя мимо рядом стоящих на его ступеньках женщин. Изумительные дорогой материал вечерних платьев, открывал плечи, спину, шею и даже приоткрывал завесу очертания пышной груди благодаря красивому v-образному вырезу. Женщины громко смеялись, обсуждая чьи-то отношения, распивая шампанское со своих бокалов, столь распущенно выражали красоту своих тел, мимо рядом проходящей охраны дома Романовых. Самые изысканные дорогие парфюмы витали в атмосфере воздуха, Оксана не могла распознать запах не одного из них, так как количество запахов сильно перемешалось в гармонии страсти между собой. Сигаретный дым, что во своему составу напоминал свойственный оттенок экстракта розы, что курили некоторые из женщины, оставляя на фильтре щедрый отпечаток алой или розовой чарующей блеском помады.
— Ну, надо же сама Орлова Оксана Владимировна решила нас посетить
Узнала Оксана железный насыщенный манящей лаской женский голос Изабеллы, заметив её в открытых входных дверях особняка. Роскошные черные волосы этой женщины имели необычайно пышную укладку, извиваясь, словно море во время цунами в океане, играли волнами помеси необузданной страсти, посыпая необузданной стихией её плечи, обвивая так нежно шею с одной стороны, завиваясь на пышной груди. Ядовито-зеленое платье, очень сексуально облегало череду изгибов эротических форм на теле Изабеллы, выражая удивительной аппетитной талией, и роскошными бедрами всю скрытую привлекательность к своему образу. Восхитительная прелесть лаванды, была сокрушительной силой оружия этой женщины, аромат, который готов склонить перед собой любого, возбуждая необъяснимой притягательностью своих вкусовых оттенков. Зеленоглазый взгляд Изабеллы, заставлял каменеть от неожиданности, словно как будто на медузу смотришь, столь удивительная натура этой женщины, позволяла ей добиваться на своих приемах дорогих гостей, колоссально огромных финансовых успехов для своей семьи. Шикарные туфли удачно подобранные фасоном и цвету к платью очень четко гармонировали с изящной золотистой красотой ног Изабеллы Романовой, что проглядывалась благодаря вырезам на бедрах этого длинного зеленого платья.
— Как себя чувствуешь Оксаночка?! — поинтересовалась Изабелла, шикарно изображая своими изгибами тела при каждом шаге изящную притягательную скрытую под платьем форму своего тела — Рада видеть тебя в добром здравии
— Взаимно Белла — холодно ответила Оксана, не испытывая никакой скрытой симпатии к ней, проходя мимо Изабеллы Романовой, вошла в открытые двери особняка
— Белла не начинай — вступилась Катерина, дернув Оксану за рукав белой блузки, принуждая таким жестом подождать — Оксана только оправилась после комы, перенесла тяжелую операцию, она не готова играть в твои сексуальные игры
— А я и не прошу — ухмыльнулась роскошной улыбкой безупречно красивых алых губ Изабелла, отражая в своих зеленых глаз, игристый оттенок пылающих свеч в гостиной — Я просто рада тебя Оксаночка
— М…. Сергей Коновалов, наверно опять захочет бутылку нашего итальянского вина — словно специально играя на эмоциях Оксаны, говорила эта женщина, сохраняя прелесть своей улыбки на губах — Виктория позаботься, чтобы его пассии, что с ним, доставили бутылку вина
— Коновалов здесь не с женой?! — удивилась Оксана, так возмущенно посмотрев на Изабеллу, ощутила как поддается эмоциям, медленно делая шаг, переступила порог, входя в просторную гостиную богатого дома — И в какой он комнате?
— Изабелла не смей! — возразила Катерина, схватив Оксану за руку стала пробираться по красной дорожке в гостиной — У тебя есть Костя тебе ясно, что ты как кошка обихаживаешь этого Коновалова
— Второй этаж Оксаночка крайняя дверь по коридору направо возле большого окна с чудесным видом на наш сад — громко прокричала, ответила Изабелла, привлекая к себе огромное внимание своих собравшихся гостей в гостиной
Очертание игристых оттенков пламени свечи, танцевали танец страсти, стихией огня, завораживали каждым движением тени, создавая необычайную эротическую атмосферу романтики. На черных кожаных диванах в гостиной расположились богатые люди, министры, адвокаты, а так же юристы, экономисты и финансисты, из государственной думы Российской Федерации. Разглядывая богатые деловые черные костюмы, Оксану не смутил их образ распущенного поведения, особенно то, как эти мужчины вели себя женщинами. Делая вид, что так заигрывают, они в открытую, обнажали красоту их тел, укладывали на стол девушек, чуть ли не переходя уже к самой сути. Некоторые, из которых позволяли себе дорогое развлечение играли в покер по крупным ставкам, другие курили кубинские сигары, запах которых насытил атмосферу воздуха в гостиной, третьи мило ворковали с женщина, стоя на ступеньках главной лестнице этого дома, что вела на второй этаж. Молодые девушки официантки в одном нижнем белье разносили в сияющих серебряных разносах бокалы с шампанским, завлекая изящной прелестью своих юных тел, завлекали некоторых весьма влиятельных гостей этого дома за собой. Прекрасная рыжеволосая женщина, волосы которой напоминали переливающуюся красоту между красным и оранжевым, в сексуально белом открытом платье играла тихую спокойную мелодию, нежно нажимая на клавиши белого рояля, что находился у подножья большой лестнице.
— Интересно в этом доме — говорила Оксана, лелея себя лаской руки Катерины, что обвила её талию — Хоть когда-нибудь праздник прекращается
— Ох… Оксанка! — чудесной улыбкой застенчиво улыбнулась Катерина, скрывая легкую застенчивость формы очертания безупречно красивых скул — Романов ведет дела по крупному, а именно для этого он устраивает со своей женой для этих людей самые сказочные вечера
— Но ведь здесь все основано на примере секса и дикого разврата
— Именно так делаются дела — взяла рядом с проходящей девушкой бокал шаманского, продолжая улыбаться, пояснила Катерина, медленно вручила его Оксане
— Через постель в этой семье делаются всегда дела
Уточнила этот момент Оксана, проходила мимо девушки в откровенном розовом платье, что шла с бокалом шампанского, тело которой пахло как распустившейся цветок пиона. Восхитительный черный, как уголь цвет волос, роскошной пышностью отражался волнами, придавая девушке благодаря такой объемной укладке, эротическую силу своей сексуальности. Засмотревшись на эту девушку, Оксана подошла к барной стойки, мимо которой она проходила под руку с Катериной, пока её спутница отошла к незнакомому мужчине, что сидел за соседним столиком, заманчивым жестом подозвал её, поманив указательным пальцем. Достаточно откровенное платье, обнажало прекрасную белоснежную кожу распутной поведением пьяной девицы, отчетливо подчеркивало изгибы притягивающей формы тела, выражая упругость бедер. Шикарный v-образный вырез спереди отображал сочную грудь этой женщины, что так притягательно облегали розовые чашечки платья. Изумительное декольте, раскрывало всю красоту спины кожи этой женщины, до самих ягодиц, прорисовывалась изящная белая кожа этой незнакомки.
— Анжелика — окликнула эту незнакомка Изабелла, достаточно возбужденной интонацией своего железного голоса — Дорогая моя, я тебя тут кое с кем хотела познакомить
— М… Изабелла и с кем же это? — пьяной распущенной улыбкой удивительно красивых губ улыбнулась незнакомка, опираясь бедрами на высокий стул, возле барной стойки — Уж... не с этой ли блондинкой, она, по-моему, единственная кроме вашей занудной Виктории, кто обладает такой сильно вызывающей к себе внешностью
— Нет Оксаночка у нас девушка, занятая во всех планах, даже включая и женщин — пояснила Изабелла, плавно словно кобра, чаруя жестом красоты движения своих бедер, прошла мимо столиков в гостиной к барной стойки — Хотя если честно у тебя хороший вкус, единственная стоящая блондинка на нашем вечере
— Это вы так обо мне Изабелла Романова так высоко отзываетесь?!
Встав за спиной зеленоглазой хозяйки этого дома, ухмыльнулась Оксана, застенчиво выражая очертание своих безупречных скул. Играя в любезности, нервно постукивала по ножке хрустального бокала с шампанским, что держала обеими руками. Опуская застенчивый взгляд голубых лазурных глаз на игристую прелесть взрывающихся пузырьков в бокале шампанского.
— Полагаю, вы меня очень сильно переоцениваете
— Оксанка! — неожиданно встала Катерина за спиной Оксаны, обвивая со спины её талию — Хватит тут, с кем попало любезничать, пошли у нас есть деловой разговор с Романовым
— А что это ты мне вечно указываешь? — заигрывая с Катериной, Оксана скривила свои алые до изумительного блеска накрашенные губы, поднося медленно к ним бокал шампанского
— Прошу нас извинить — заявила Катерина, схватив Оксаны за локоть — Но эта блондинка, на этом вечере, на моем полном попечении, я за неё головой отвечаю
— Гм-м блядь да что ты говоришь! — возразила Оксана, чуть не поперхнулась глотком шампанского выплеснула его обратно в бокал — И с каких это пор ты у меня нянькой устроилась?
Высказывала Оксана свои возмущения, направляясь с Катериной к большой массивной лестнице, что вела на второй этаж. На перилах этой лестнице с неконтролируемой страстью целовал мужчина женщину, облокотив её упругими бедрами на поручни лестницы. Компания мужчин в строгих черных деловых костюмах собрались в пролете, где огромная лестница раздваивалась надвое и по обеим, края поднималась ввысь, чуть создавая изгиб. Дым их папирос, напоминал по своему свойственному составу запаха, напоминал вкусовой оттенок кубинского табака. По лестницам то и дело спускались молодые девушки официантки, держа в руках поднос забитый бокалами шампанского. В воздухе помещения пролета лестницы пахло самыми дорогами аромата парфюма, от мимо стоящих людей, мимо которых, поднимаясь по ступенькам, шла Оксана, шикарно при каждом шаге, наступая на ступеньки, выражала красоту своих эластичных бедер.
— Оксанка это не то место где можно себя так вести — упрекнула Катерина, делая замечание, шипела на Оксану словно змея
— Может, а ну его этого Романова — улыбаясь уже пьяной улыбкой, не согласилась Оксана с планом на вечер что выдвинула Катерина — Пойдем в твою тут комнату, закажем бутылку вина, да и пусть Виктория его нам принесет
— Ладно! — скорчив губы, согласилась Катерина, поднявшись на второй этаж этого дома — Моя комната предпоследняя дверь по тому коридору направо
— А ты что не идешь?! — залпом Оксана осушила свой полупустой бокал с шампанским, оставляя на его стекле смачный размазанный слой алой помады
— Заскочу ненадолго к Романову, обговорю одну проблему по поводу праздника дня поселка
Взяв пустой бокал из рук Оксаны, объяснила Катерина, поставив его на стоящий в коридоре небольшой стеклянный стол.
— Давай Оксанка не ошибись вот по тому коридору предпоследняя дверь направо — пояснила еще раз Катерина, обвивая талию Оксаны, прижала её к себе — Только я тебя прошу, не усни там, пока я с Романовым переговорю условия проведения праздника
— Все будет нормально котенок — сама не ожидая от себя, как быстро поддалась власти алкоголя шампанского, Оксана, заигрывая, слегка коснулась губ Катерины, ощущая нежность её руки на своей талии — Не усну, если как минимум две бутылки вина, скрасят мое одиночество
— Сообщу Виктории, чтоб занесла в мою комнату две бутылки вина — заверила Катерина, легким прикосновения подушечки указательного пальца коснулась алых размазанных губ Оксаны
— Давай недолго — нахмурив губы, заявила Оксана, шлепнув распущенную похотливую брюнетку по бедрам, ощущая на ладошке легкий нежностью материал её фиолетового платья — А то я со скуки напьюсь — расплывалась в улыбке она, ощущая, как выпитый алкоголь бьет по мозгам
— Обещаю я недолго — говорила Катерина, едва касаясь губ Оксаны, отпустила её из своих объятий
— Хм… смотри мне — кокетливо пригрозила Оксана указательным пальчиком, нахмурив алые размазанные помадой губки — Если в течение выпитых двух бутылок вина не появишься, я разнесу кабинет Романова — вильнув упругой прелестью бедер, ясно дала она понять о своих намерениях
— Ой-ой-ой грозная ты моя — чмокнула губами Катерина, совращая изгибами своего тела, направилась в противоположную сторону коридора
Шикарные темно-красные обои украшали стены этого коридора, а игристые оттенки горящей пламенной свечи в подсвечниках на стенах, создавали атмосферу дикой страсти. Чудесный аромат красных роз, настыл атмосферу воздуха в этом коридоре своим изысканным вкусом. За закрытыми дверями в коридоре слышался озорной женский смех, а за некоторыми их завораживающие слух сексуальная интонация стонов. В коридоре мужчина, прижимая своим телом темноволосую женщину к стене, срывал в бурной развращенной соблазном сексуальной похоти белое прозрачное платье, придавая на обозрение её, изнывающее в сладких стонах, прекрасное тело. Сладкие изнемогающие женские стоны, простирались по всей длине этого коридора, сводя с ума чарующими нотками сексуального вопля.
Оксана, шикарно виляя бедрами, направляясь по коридору, прошла мимо зверя, что уже насиловал женщину в коридоре, доставая из своих черных брюк возбужденный крепостью член. Пленяясь такому зрелищу, как он искусно управлял телом женщины, Оксана не могла контролировать свой внезапно возникший порыв сексуальных эмоций. Засмотревшись на парочку, Оксана прошла мимо нужной двери, остановилась у последней двери в коридоре. Смачно облизывая губы, оставляя на них тонкий слой слюны, Оксана заметила как этот мужчина, держа женщину за бедра, поднял её до уровня своей талии. Изнемогая громким эротическим стоном, привлекательная телом незнакомка, изогнула спину, обвивая руками шею этого самца, находясь в его крепких оковах, поддавалась ощущения бурных плотских ощущений. Изнывая жаром нахлынувших ощущений, Оксана, направляясь коридору, отражала в пьяных голубых до придела возбужденных глазах, яркие оттенки пламени горящих свеч в подсвечниках, пленительным жестом расстегивала пуговицы на своей белой блузке. Глухой стук каблуков черных туфель Оксаны, по красной ковровой дорожке почти не был слышен, скрываясь за громкими стонами женщин, она медленно скинула с себя на ходу белую блузку, что в плавно падении упала на пол. Медленно пальцами коснулась дверной ручки входной двери в комнату, Оксана отвлеклась от столь притягательной эротической картины, когда дверь, издавая механический щелчок, плавно открываясь вовнутрь.
— Хм… Сергей должна признать у вас есть некая тонкость к искусству — послышался звонкий нежный голос, когда Оксана открыла входную дверь комнаты — И вы конечно знаете, как удивить даму
— Да Виолетта — согласился Коновалов, что стоял в черном костюме спиной повернутый к двери, медленно подошел со спины к темноволосой девушке, которая стояла у окна — Кое-что в искусстве я все-таки понимаю
— Кое-что! — ухмыльнулась розовой очаровательной красотой губ, повернулась его спутница, заметив Оксану, входящую в их комнату — Ты кого-то ждешь?
— Нет, а что? — ответил он словно, не обращая внимания на вошедшую Оксану, посыпая обнаженное плечу девушки
— Вы что не видите что тут занято!!!
Раздраженно крикнул, не оборачиваясь Коновалов, как раз в тот момент, когда Оксана, позволяя у себя в голове роскошь сексуальных фантазий, вошла в их комнату.
«Ну, сука этот самец так горяч в коридоре, может, стоит вернуться к нему», колебалась Оксана бурными эротическими фантазиями, плавно закрывая за собой дверь, облокотилась на неё упругой прелестью своих бедер.
— Ох… блядь простите!
Заметила Оксана мужчину с девушкой, что стояли у окна в комнате, с таким возмущенным видом особенно девушка посмотрела так скрупулезно на неё
— Я наверно комнатой ошиблась, простите, пожалуйста — не придавая значению, кто там стоит, Оксана повернулась снова к двери и хотела выйти из комнаты
— Оксана! — достаточно быстро узнал неожиданного гостя Коновалов, оставив свою спутницу, поставил свой бокал с вином на рядом стоящий черного кофейного цвета комод, направился быстрым шагом к ней — Но что ты тут делаешь, ты уже поправилась, я слышал ты была при смерти? — засыпал он тут же на ходу вопросами
— Сережа прости!
Скрывая за коварством своего быстро назревшего сексуального помысла, Оксана улыбнулась застенчивой улыбкой алых губ, часть которой скрывалась за прядью распущенной пышной укладке золотистых волос.
— Сережа прости, я ведь не знала, что это ваша комната — говорила Оксана, продолжая улыбаться, выдавая свою распущенность пьяной кривой улыбкой — Если ты сам этого хочешь, я могу уйти и оставить вас….
«М… Коновалов, хочу проверить, что я для тебя значу, но сначала немного поиграю», прикусывая краешек губы, Оксана выдумывала в своей голове эротические фантазии.
Плавным жестом, совращая красотой пленяющих изгибов формы своего тела, Оксана лелеяла себя нежностью, соприкасаясь обнаженной спиной с гладкой поверхностью входной двери. Двигаясь в такт романтичной спокойно мелодии, что играла в этой комнате, Оксана виляла своими бедрами, замечая с какой страстью, этот мужчина смотрит на неё. Немного пошатнувшись, Оксана быстро, схватилась за руку входной двери, повернувшись к мужчине спиной, что медленно шел к ней на встречу, выставила перед ним эластичную красоту бедер, красивым очертанием выражающиеся за тонкой материей почти, прозрачной черной юбки.
— Нет, Оксана постой — возразил Коновалов, подошел к Оксане со спины схватил её за руку, когда она другой рукой уже держалась за руку входной двери
— Ну, надо же единственная нормальная блондинка, кроме этой нудной Виктории
Удивилась спутница Коновалова, что стояла у окна, с бокалом вина в руке, другой рукой теребила пряди почти прямых волос, изумительный оттенок цвета который был схож с углем, что так пленительно обвивали её тонкую шею с одной стороны. Яркое красное откровенное платье облегало тело этой юной девушки, оголенные белоснежная кожа хрупких плеч. Шикарный v-образный вырез, благодаря чашечкам этого стиля платья, придавал некий скромный объем груди для этой девушки. Красивое очертание изумительных изгибов тела, юной красавицы, прорисовывалась манящим силуэтом, притягивающих к себе прелестей, что были скрыты под столь тонкой льняной материей покрова этого вечернего наряда. Столь удачно подобранные к фасону этого ярко красного платья, были туфли на стройных ногах этой брюнетки, которые отлично сочетались с её бархатистой белоснежной кожей.
— Я уже начала думать
Пленяющей к себе нежностью голоса, выражала впечатление незнакомка, играя строптивой прелестью чарующих оттенков карих глаз. Поднося медленно стеклянный бокал с вином к своим розовым накрашенным, до блеска губам, она с какой-то хищной эротической скрытностью, отразила игристое пламя свечи, что ярко горела на настенных подсвечниках.
— Что Изабелла Романова начисто ненавидит блондинок, за все время что здесь, только Виктория и всё, единственная блондинка в этом мрачном убогом развратном доме — делилась она эмоциями, так грубо выражаясь, залпом осушила полупустой бокал с вином
— Оксаной стой, подожди — схватил Коновалов и другую руку Оксаны, не давая ей держаться даже за ручку двери — Я хотел с тобой поговорить
— По-моему Сережа — ухмыльнулась, играя с ним коварную игру, заявила Оксана, позволяя его рукам сковать себя, оставаясь повернутой спиной к этому мужчине — Тебе есть с кем поговорить
— Оксана стой да послушай — продолжал он держать Оксану за руки, свел их вместе за её спиной, стал держать их одной рукой, а другой обхватил её талию, положив горячую ладонь на живот — С тех пор как ты вышла из комы, у меня не было даже времени с тобой поговорить
— Хорошо — глубоко и изнуренно вздохнула Оксана, чувствуя жгучие прикосновение его ладони на своем животе — О чем ты хотел со мной поговорить? — спросила она, выдыхая сладкую силу перегара из своих губ
— Боже мой Сергей да она же пьяная — делая вид будто удивилась, внесла ясность эта девушка, поставив пустой бокал на рядом стоящий кофейного цвета комод — Пусть себе идет, может её в какой-нибудь другой комнате и изнасилуют
— Слышал, что она говорит?
Лелея себя в оковах рук этого мужчины, Оксана, оставаясь стоять повернутой к нему спиной, а лицом возле входной двери комнаты, запрокинула голову к нему на плечо. Позволяя его руке, сцепить её две заведенные руки за спину, Оксана застонала сладким нежным стоном, изнемогала от горячей другой его теплой пленяющей ладони на своем животе. Виляя перед ним очаровательной чарующей упругостью бедер, Оксана медленно закрыла лазурную голубую прелесть своих глаз, оставляя ярко накрашенные алые губы открытыми, жадно хватая ими насыщенный сладостью ароматов алкоголя воздух.
— Ты позволишь кому-нибудь пихать свой грязный член в меня? — не понимая из-за пьяного бреда, спросила Оксана, повернув к нему пьяный, изнемогающий сильным возбуждением взгляд
— Нет! — возразил тут же Коновалов, отпуская руки Оксаны — Да что на тебя нашло, ты почему такая пьяная?
— А ты почему мне читаешь нотации? — повернулась тут же Оксана к нему лицом — У тебя наскока я понимаю, есть спутница на сегодня, а я себе пойду, найду
— Я хочу чтоб ты осталась со мной — обвил он талию Оксаны теплой крепкой лаской руки, прижав её тело к себе плотную, так что она чувствовала его учащенное будоражащее дыхание
— И наверно, потому, что я в стельку пьяная? — поинтересовалась Оксана, улыбаясь ему ответ пьяной улыбкой, ощущая, как его пальцы коснулись её ягодиц, опускаясь медленно с талии — Разрешаю тебе лапать себя
— Я просто не хочу, чтобы ты уходила и всячески пытаюсь тебя удержать — говорил он пленяющей интонацией своего голоса, извергая сладкий перегар вина из своих губ
— Может, тогда предложишь и мне бокальчик вина — улыбнулась Оксана пьяной улыбкой, позволяя руке этого мужчине держаться за её ягодицы — Если конечно твоя дама не будет против
«Блядь вот когда он так смотрит, ну не могу я ему отказать, сука Коновалов!», не подавая никаких эмоций или мимике на своем лице, немного возмутилась Оксана, как легко пошла на провокации уговора этого мужчины.
— Я больше не хочу тебя терять Оксана — прошептал он под ухо Оксане, от шепота которого она намочила изливающейся влагой с влагалища на трусики
— Может, все-таки спросишь свою даму, захочет ли она чтобы я оставалась? — немного смутилась Оксана, оставаясь в объятиях Коновалова, задала ему прямой волнующий её вопрос — Шутишь!
Делая вид что удивилась, бурным возгласом выразила свои эмоции молодая брюнетка. Столь пленяющим взгляду движением своих тонких пальчиков коснулась наполовину полной бутылки вина, что стояла на комоде.
— Я здесь уже больше двух дней, а ты единственная блондинка, кроме нудной Виктории, что я тут вижу за последнее время, я уже чуть с ума не сошла, уже думала сама, что ли перекраситься
— А ты что-то имеешь против блондинок? — возмутилась Оксана, нахмурив губки перед мужчиной, что медленно отпустил её из своих объятий
— Хочу хоть какого-то разнообразия — увиливая от ответа, легко извернулась девушка, наливая в пустой стеклянный бокал вино из бутылки — А еще хочу выпить с тобой, если ты не против
— Выпить?! — удивилась Оксана, отходя на шаг от Коновалова, пошатнулась, но чудом осталась стоять на ногах — Со мной?!
— По-моему ей уже хватит! — возразил Коновалов, когда его спутница на этот вечер проходила мимо него с двумя почти полными бокалами вина
— А что это ты мне указываешь? — возмутилась Оксана, делая шаг к этой девушке, неловким движением хотела выхватить у неё из рук один бокал
Молодая брюнетка, не ожидая такой резкой реакции, выронила из рук один полный бокал вина, как раз в тот момент, когда Оксана едва коснулась его своими пальцами. Не успев удержать, в плавном медленном падении бокал начал падать, выливая всю алую прелесть вина на чулки и край черной мини юбки Оксаны, насыщая её одеяние сладостью чарующего запахом алкоголя. Бокал упал на пол, ударившись о светлый пол паркета, раскололся на две большие составляющие несколько осколков, что в разные стороны от соприкосновения с полом разлетелись по комнате. Завораживающие холодом потеки вина стекали по чулкам Оксаны, оставляя на ней сахарной вязкостью осадок.
— Блядь!!! — взвизгнула Оксана, отскочила на шаг назад, испугавшись разлетевшихся осколков бокала на комнате и резкого звона стекла
— Боже прости, пожалуйста — неловко извинялась девушка, боясь посмотреть даже на Оксану, скрыла отчаяние, на лице закрывая его бокалом вина — Правда я не хотела
— Само собой не хотела Виолетта — успокоил её Коновалов, медленно подошел к ней, взял у неё из рук оставшейся один бокал — Только давай больше бить посуду в этом доме не будем
— Придется теперь чулки снимать, вместе с юбкой
Прикусывая краешек губы, продолжала высказывать недовольства Оксана, переступая с ноги на ногу, ощущая как легкая прохлада, окутывает её пропитанные вином чулки и нижняя часть черной юбки. Стекающие по чулкам капли сладостной прелести вина, насытили черные туфли Оксаны безмерным изобилием вина. Сахарная вязкость вина, пропитала ноги Оксаны манящим ароматом красного итальянского вина, сорт которого по своему свойственному запаху имел какой-то редкий вкусовой оттенок винограда.
— Сережа ты ведь не будешь против, если я у тебя тут переоденусь? — поинтересовалась Оксана, совращая его взглядом пьяных лазурных голубых глаз, медленно прошла мимо него и его спутницы по комнате в сторону комода — Не могу же я так теперь ведь на люди выйти
— Да-да конечно Оксана
Чувствуя неловкость за свою девушку, ответил Коновалов, скрывая свой поникший взгляд, когда Оксана, проходя мимо него, шикарно покачивая упругой прелесть бедер, посмотрела пьяным развращенным взглядом. Проходя по комнате, Оксана вкушала всю прелесть игристых оттенков свечи, что своими тенями играли бурную завораживающую страсть ощущений, танцу танец страсти на красных обоях комнаты. Медленно подходя к пуфику, Оксана звонко стукала каблуками по паркету комнаты, выставляя эластичную прелесть бедер, изгибая спину, медленно села на белый пуфик возле черного цвета комода. Чарующим жестом, склонив голову, придавая необычайную пышность золотистым волосам, Оксана с легкостью расстегнула застежку пояса на мокрой юбке.
— Боже, мне так неловко — чувствуя себя виноватой, говорила девушка, медленно вышагивая, подошла к большой двуспальной кровати, что была накрыта бежевым цветом толстым одеялом
— Виолетта все нормально — успокоил её Коновалов, медленно подошел к пуфику, на котором сидела Оксана — Я никуда не выпущу Оксану из этой комнаты в таком виде
«Блядь как меня все-таки заводит его чрезмерная забота», улыбнулась Оксана коварством безупречной улыбки алых губ.
— С чего это такая забота Сережа?! — ласковой прелестью своего голоса, поинтересовалась Оксана, сидя на пуфике, повернулась к нему в пол оборота
— С того — завораживающим мужским тоном голоса прошептал он под ухо Оксане, встав у неё за спиной — Что ты для меня что-то значишь….
«Я всегда знала, что ты пиздабол Коновалов, но в этот раз я сделаю для тебя исключение, трахнусь с тобой, если ты выпроводишь свою подружку нахер, двоих вас точно я не потяну», ухмыльнулась Оксана кривой пьяной улыбкой, придавая вид алым губам, как ей нравиться откровения этого мужчины.
— Какая же все-таки у тебя красивая улыбка — сделал комплимент Коновалов, словно как зачарованный улыбкой Оксаны не переставал на неё смотреть — Как же мне её сильно порой не хватает!
— И ты только сейчас это понял? — тихим шепотом ответила Оксана, ощущая приятный аромат перегара от его губ, когда он нагнулся к ней
— Позволь мне
Присаживаясь на одно колено, попросил Коновалов, дотрагиваясь своими руками до юбки Оксаны, когда она так пристально смотрела на него, медленно расстегивала пуговицы на ней.
— Ты, правда, этого хочешь? — поинтересовалась Оксана, посмотрев в его глаза, при темной атмосферу в комнате и легкому головокружению не смогла различить его оттенок — Потому что если у нас с тобой что-то будет сегодня, я хочу получить от этого максимальное удовольствие
— Ты, правда, этого получишь, всю эту ночь Оксана, ты и только ты в центре внимания — разворачивая юбку Оксаны говорил он, любуясь красотой её тела, был пленен красоте её взгляда
— И только не обещай того, что не сможешь выполнить — предупредила его Оксана, посмотрела, как этот мужчина кинул на пол её мокрую юбку
— О чем вы говорите Сергей? — поинтересовалась возмущенной интонацией голоса девушка, стоя у кровати, взялась всей пятерней ладони за шар её большой дубовой спинки
— О том, как нам было бы хорошо провести эту ночь втроем — ответил он, вставая с колен, серьезно серьезным убедительным взглядом посмотрел на девушку
«Да он охуел!», открыла Оксана широко глаза, была шокирована желанием этого мужчины, скинула мокрые пропитанные сырость вина туфли с ног.
— Сережа нет! — возразила Оксана, дотрагиваясь коготками до резинки белых пропитанных вином чулок — Если хочешь с кем-то провести ночь, кто-то из нас обеих должен уйти
— Я тоже так думаю — подтвердила темноволосая девушка, звонко постукивала коготками по спинке кровати
— Оксана — потребовал своим тоном голоса этот мужчина обратить на него внимание, когда он стоял возле комода, наливал доверху бокал вином — Я тебя никуда в таком виде из комнаты не выпущу, а Виолетта просто не может уйти
— И как там тогда быть? — сомнительно посмотрела на него Оксана, лелея себя нежностью соприкосновения сползающего чулка по её голени
— Вот возьми! — предложил Коновалов полный бокал вина
— Ты что напоить меня решил? — удивилась Оксана, скидывая мокрый чулок на пол, ощущая и без того дурман выпитых двух бокалов шампанского
— Что же вы тогда предлагаете Сергей? — неуверенным в себе тоном голоса, спросила девушка, медленно поправив свое платье села на край кровати
— Оксана никакой член в тебе сегодня не окажется — заверил он, легонько кончиками пальцев своей руки дотронулся со спины плеча Оксаны — Это я обещаю, никто тебе без твоего согласия, ничего не сделает
— А как же я Сергей?! — испугалась девушка, таким разочарованным взглядом посмотрела на него
— Оксана пей вино — вручил он бокал в руки Оксане, медленно присел на одно колено, дотронулся свободной рукой до резинки её другого чулка
— И что?! — продолжая упорствовать, Оксана настойчиво требовала от него ответа, ощущая с какой необычайной лаской, скользила нежная мокрая ткань чулка по её ноге
— Просто выпей этот бокал вина — повторил он поразительной терпимостью своего голоса, скинув мокрый чулок с ноги Оксаны на пол — Я тебе обещаю ни я и никто за пределами этой комнаты к тебе сегодня не прикоснется
— Даже если после выпитого бокала вина я этого захочу? — спросила Оксана, наблюдая, как он кончиками пальцев он поднимал бокал к её губам, что она держала обеими руками
Чарующая сила сладости этого вина стала насыщать раскрытый чудесными алыми губами рот Оксаны, завораживая оттенками сахарного вкуса, играя пленительную гармонию страсти с её слюной. Не придавая, никакого внимания тому, как Коновалов о чем-то мило воркует с темноволосой молодой девушкой за её спиной, Оксана решила поистине сосредоточиться на вкусовой прелести вина. Жадно глотая вытекающее с края бокала водопадом вино, Оксана допустила, чтобы несколько сочных капель просочились с её губ. Плавно обволакивая подбородок, пленяющая лаской соприкосновения сила этой жидкости, медленно сочными каплями падала на бархатистую кожу груди Оксаны. Завораживая текучей сахарной вязкостью, влага пролитого с бокала вина, насытила ткань черного кружевного бюстгальтера Оксаны. Жар этой жидкости обволакивал горло Оксаны, одурманивая разум с еще более неконтролируемой силой, заставляя кровь в илах бурлить с новой неистовой силой.
— М…. какое чудесное вино — восхитилась Оксана, жадно глотая воздух губами, оторвалась от пустого бокала вина, оставляя на алых губах, тонкий слой его сахарной влаги
— Сергей я не уверена, что у меня получится
Скрытой застенчивостью голоса, говорила девушка, позволяя Коновалову, что стоял у неё за спиной возле кровати, снять медленно с неё красное платье. Постепенно сантиметр за сантиметром нежная ткань льняного платья открывала чарующую красоту белоснежной кожи этой девушки, придавая на обозрение чудесные изгибы её юного тела. Посыпая шею этой девушки, словно дикий зверь поцелуями, он словно на что-то уговаривал её, аккуратно опустив платье на ней до талии. Юная брюнетка, словно змея, извивалась под его нежностью рук, когда красное платье, пересекая грань её талии, плавно скатилось по её стройным привлекательным ножкам, упало на пол.
— Ну и сволочь же ты Коновалов!
Поставила пустой бокал из-под вина на комод, возле которого сидела на пуфике, Оксана заметила в отражении зеркала, ревностно заметила, как он раздевал эту юную особу.
— Оксана иди сюда — предложил Коновалов, дотрагиваясь до резинки нежных шелковых красных трусиков девушки
— Оксана иди к нам — обратилась девушка, повторяя его просьбу, улыбаясь пьяной улыбкой, виляла роскошными стройными бедрами, пока он снимал с неё трусики
— Секс, втроем нет! — возразила Оксана, оставаясь сидеть на пуфике, наблюдая в отражении зеркала, как он обнажил полностью эту темноволосую девицу — Коновалов да я только что из комы вышла я еще не готова
— Оксана, правда, иди ко мне — улыбаясь пьяной распущенной улыбкой, повторила девушка, перешагивая, заигрывая взглядом через лежащие на полу трусики
— Это еще зачем? — удивилась Оксана, медленно вставая с пуфика, почувствовала, как дурман выпитого залпом количества вина сказывалось на её состоянии



— Просто иди к ней — предложил Коновалов, направляясь в сторону стоящего в правом углу комнаты черного кожаного кресла — Я обещаю тебе, не трону тебя Оксана, даже пальцем к тебе не прикоснусь
«Блядь я-то ведь хочу, чтобы было наоборот», делая медленный шаг в сторону большой кровати, противилась своим мыслям Оксана.
— Давай иди же сюда Оксана — зазывала она, заманивая игриво кончиками пальцев, присаживаясь на край кровати, выражая пленительное очертание изгибов своего юного тела
— Виолетта тока прошу тебя аккуратно — как будто повторил свои требования Коновалов, садясь в черное кресло — У Оксаны пока что некоторые проблемы со здоровьем никаких перегрузок, я тебя очень прошу
— Я поняла Сергей — ласково ответила девушка, завораживая чарующим очертанием глаз, так стала тяжело и учащенно дышать — Ну же Оксана подойди — пленяя убедительностью своего взгляда, и ласковой нотой своего голоса повторила она
Игристое пламя горящих на стенах свеч, чаруя прелестью блеклых теней по алым обоям, так ярко, будто специально направляло свет на обнаженную тело девушки, что сидела на кровати, положив под себя ноги. Зазывая прелестью прекрасного юного тела, очертание изгибов которых возбуждало, Оксана, медленно подходя к кровати, наступая на теплый прогретый паркет комнаты. Смачно облизывая кончиком языка, пропитанные сладостью вина алые губы, Оксана чувствовала дурман воздействия алкоголя на свой разум, шикарно виляя бедрами, прошла мимо комода, постукивая по нему коготками, издавая пленяющий звук. Шикарно покачивая бедрами, Оксана обратила внимание краем глаза, как любуется прелестью сгибаемых изгибов на её теле Коновалов, продолжая при этом сидеть в кресле. Очертание пышной красоты волос Оксаны, бушуя волнами, как океан во время шторма, повинуясь каждому её движению, придавая эротическую силу прически.
— И зачем ты меня звала? — решила подействовать назло Коновалову, возмущенно спросила Оксана, встав у задней спинки кровати
— Сережа сказал, что ты очень много для него значишь — отвечая словно заикаясь, говорила девушка, начиная нервно теребить бежевое толстое одеяло под собой
— Вот значит как Коновалов! — возмутилась Оксана, пытаясь завести этого мужчина, мечтая сыграть на его чувствах — Так он решил сделать меня подстилкой для тебя?
Поставив так сексуально ногу на край кровати, Оксана выставила упругую красоту своих бедер, опираясь одной рукой на свои бедра.
— Оксана! — удивилась молодая девушка, назойливостью характера Оксаны, так испуганно, опираясь руками на кровать — Я просто думала….
— Ну, надо же ты думала
Не став дальше слушать, Оксана решила дальше злорадствовать над бедной девушкой, что уже сама, привлекая внимание своим обнаженным телом, расстелилась на большой кровати
— Оксана перестань! — сделал суровым голосом замечание Коновалов, вставая с кресла
— Что перестань, Сережа! — продолжая упорствовать, почти кричала Оксана, убирая ногу с кровати, повернулась, посмотрела в его сторону насыщенной красотой эротического взгляда
— Сергей что происходит? — чуть приподнимаясь, полу сидя, спросила девушка, испуганным взглядом в ожидании чего-то страшного и непредвиденного, посмотрела на Оксану
— И это всего того что я от тебя вытерпела за два года наших отношений, ты бросаешь меня словно какую-то вещь на истязание этой молодой девке, да ты посмотри на неё…
— Оксана хватит! — строго заявил Коновалов, встав возле неё, сердито посмотрел в пьяные извращенные глаза Оксаны
«Сука я его изведу сегодня!», ухмыльнулась Оксана, прелестным очертанием чарующей красотой улыбки, получая наслаждение от того как злился этот мужчина.
— Хватит, говоришь! — со всей стервозностью голоса, заявила Оксана, влепила, ему крепкую пощечину, обожгла ладонь ударом соприкосновения с его лицом
— А вот это ты зря! — прошипел он, стерпев такой удар от Оксаны, прижал тут же ладонь к своей щеке, стал тут же её растирать
«Пиздец, наверно я чуть перегнула палку», заметив свирепый взгляд этого мужчины, Оксана испуганно отошла от него на шаг.
— Сережа прости! — шепотом прошептала Оксана, прижимая ладонь от испуга к своим губам, с ужасом посмотрела на Коновалова
— Я многое позволял себе стерпеть от тебя унижений Оксана — пугающей спокойно интонацией говорил Коновалов растирая щеку, сделал шаг на встречу к Оксане — Но такое уж извини
— Сережа! — взвизгнула от испуга Оксана, как только он схватил её за руку, крепкой хваткой, развернул спиной к себе
— Виолетта! — обратился он к обнаженной девушке, что сидела на кровати, сковывая обе руки Оксаны за спиной — Как тебе тело моей девушки, именно сегодня я тебе позволю над ним позабавиться
Одной рукой, Коновалов держал обе руки Оксаны, оставляя её повернутой к себе спиной, другой рукой прикоснулся к застежки бюстгальтера на ней. Оксана, полностью повинуясь воли этого самца, покорно стояла, чуть наклонившись к кровати. Ощущая жуткий дикий страх, чувствуя с каким звериным трепетанием дыхания дышал он за спиной Оксаны, расстегивая с легкостью застежку её черного пропитанного вином бюстгальтера. Темноволосая девушка, что сидела на кровати, заметив в каком положении, оказалась Оксана, несколько прибодрилась, сидя на кровати коснулась медленно резинки черных надетых на ней трусиков.
— Нет-нет не так скора — возразила Оксана, чувствуя грудью, как сковывающие оковы бюстгальтера ослабили свои тиски давления, ощущая вдобавок к этому пальцы девушки, что пока просто держались за резинку е трусиков — Я еще не готова
— Меня это не волнует! — заявил Коновалов, отрывая чарующую мягкость чашечек бюстгальтера от розовых сосков Оксаны
— О…боже! — удивилась девушка, застыв, не решаясь даже снимать трусики Оксаны, заметив её обнаженную сочную грудь — Какая красивая грудь, она настоящая?!
— Хочешь, потрогай! — распоряжаясь телом Оксаны, словно своим предложил Коновалов, скидывая бюстгальтер с неё быстро на пол под кровать
— А можно?! — опять проявляя неуверенность, спросила девушка, отпуская резинку трусиков Оксаны, хотела прикоснуться к её груди
— Нет! — возразила Оксана специально, чтобы сыграть на страхе этой юной девицы со злостью своего голоса прошипела это как змея
— Тебя не спрашивают — одарил свободной рукой жгучим шлепком ягодицы Оксаны, так, что он взвизгнула, прошипев через зубы, завиляла бедрами
— Блядь! — ощущая жгучую боль на своем бедре от шлепка мужской ладони, Оксана стала извиваться как бешеный зверь в его хватке
— Господи Сергей успокойте её, я её уже боюсь — испуганным голосом призналась девушка, заметив с какой злостью, Оксана на неё посмотрела
— Не смей! — прошипела Оксана, пытаясь выгнуть спину, только чтоб руки этой девушки не дотронулись до её груди — Коновалов сука!
Грязно выразилась Оксана, ощутив с какой настойчивостью, резинка её черных трусиков быстро сползла по бедрам, плавно повинуясь сексуальному рельефу ног, упали на пол.
— Ты же обещал мне!
Пытаясь давить на жалость, говорила Оксана, отворачивая голову извиваясь, словно змея в его объятиях, чувствовала холод прикосновения рук девушки на своей груди. Холодные подушечки пальцев этой девушки, с поразительной нежностью водили по бархатистой коже Оксаны, чаруя необычайной лаской её прижатия, когда она легонько сжимала грудь. Коновалов будто специально наклонил Оксану ближе к рукам этой девушки, вынуждая её наступить коленом на кровать, держа одной рукой её скованные обе руки. Принуждая своей силой Коновалов, уложил Оксану на кровать, животом вниз, так что одна нога её была согнута в колено, а другая полностью выпрямлена.
— Нет-нет я не хочу — возразила Оксана, оказавшись голой на кровати с этой девушкой, ранимым причиненной обиды взглядом взглянула на мужчину, что отпустил её
— Все будет хорошо Оксана — прошептала нежностью шепотом девушка, оказавшись лежа за спиной Оксаны
— Сережа за что?
Жалобно простонала Оксана, ощущая легкую дрожь по спине от соприкосновения ласковых рук этой девушки, что гладили её, завораживая прохладой касания ладоней.
— Я хочу, чтобы тебе было хорошо — кончиками пальцев он коснулся подбородка Оксаны, подняв на себя её обиженный взгляд
— У меня еще никогда не было с девушками — откровенничала девушка, начиная, проявляя застенчивость и не знания, что делать гладить ягодицы Оксаны
— Ничего страшного — успокоил Коновалов — Вот и развлечешься с Оксаной, пусть эта блондинка будет у тебя первой
— Думала я натуралка — говорила девушка, чарующим жестом касания дотронулась до промежности возбужденных половых губ Оксаны, а другой рукой обвила её шею
— Я у тебя первая?!
Испугалась Оксана, почувствовав как подушечки пальцев этой девушки, завораживающей нежностью стали постукивать по её половым губам, нажимая на них, как клавиши пианино.
— М… ах… — облизывая смачно губы кончиком языка с легкостью насыщенного нежной завораживающей слух нотой вздохнула Оксана
— Оксана я правда не умею с женщинами



Чувствуя неуверенность, застенчиво говорила девушка, медленно постукивая подушечками пальцев по влагалищу Оксаны, даже не разводя в стороны его насыщенные внезапной влагой стенки. Другой рукой, обволакивая шею Оксаны, тонкими пальчиками, словно как лиана обвивает ствол мощного дерева, так же и тут девушка посчитала, что может контролировать её порыв учащенного дыхания. Оксана чувствовала, как девушка начала заводиться за её спиной, жаркими жгучими поцелуями целовала ей плечо, начала часто водить пальцем по бархатистой коже раздвинутых уже стенок её влагалища, не пытаясь даже проникнуть им внутрь. Задыхаясь в ноющих возбуждающими нотами собственных стонах, Оксана ощутила, как продольное движение пальцев этой девушки, касаясь едва её клитора сильно возбудило.
Коновалов направился к черному комоду, стукая звонко подошвой своих туфель по паркету, он словно довольство происходящим, выражая это прекрасной, по мнению Оксаны, выражал улыбкой, что она заметила на его лице. Водоворот ощущений множества чувств, испытывала Оксана, девушка, что лежала за её спиной, прижавшись к ней, медленно круговыми движениями водила по её мокрым губам влагалища, касаясь застенчиво подушечками пальцев промокшего клитора. Испытывая нескончаемый поток эротических чувств, по телу Оксаны выступили капельки пота, в горле стало сухо, в глазах постепенно стало темнеть, силуэты предметов комнаты стали лишь в виде тенистых очертаний. Голова начала кружиться, как только стенки влагалища Оксаны насытились новой волной изобилия влаги, перенесенного сильного оргазма. Посыпая плечо и шею Оксаны жаркими поцелуями, она другой рукой желала пальцами сжать ей горло. Задыхаясь от нехватки воздуха, Оксана жадно хватала воздух ртом, ощущая, как пальцы этой девушки лишь слегка сдавили горло.
— Виолетта осторожней! — коснулся руки этой сексуальной садистки Коновалов, держа в другой руке полный бокал красного вина — Контролируй свой пыл
— М…. Сережа — отображая распущенную улыбку, пыталась радоваться Оксана, наслаждаясь всем телом в столь ласковых нежных юных ручках этой девицы — Твоя девица сводит меня с ума, я и подумать даже не могла, что мне будет так хорошо
— Оксана как ты? — взволнованно спросил Коновалов, отпуская руку девушки, что сдавливала лишь слегка шею Оксаны — Вот возьми выпей ну или губы хотя бы смочи
— Может тебе не составит и труда самому попоить меня?!
Предложила ему Оксана, облизывая сухие возбужденные губы, ощущая лишь плавное движение ласковых пальчиков извращенной натурой пьяной девицы на своем влагалище.
— Ты, в самом деле, этого хочешь? — поинтересовался Коновалов, медленно присаживаясь на край большого толстого бамбукового одеяла — Ты вся вспотела Оксана
— Наверно потому что мне очень хорошо — изнывая сладким нежным стоном, ответила Оксана, ощущая пальцы девушки, как медленно они подушечками пальцев сдавливали её мокрый клитор
— Виолетта остановись! — приказным тоном скомандовал Коновалов, медленно поднося к губам Оксаны бокал охлажденного красного вина
— Ты что серьезно хочешь меня напоить?
Удивилась Оксана полному объему большого хрустального бокала красным вином, держа свои руки согнутыми на поверхности одеяла, лежала на нем, прижимаясь к нему животом.
— Тогда я не смогу уже вдоволь насладиться прелестью ласк с этой девушкой — ощущая жар по всему телу, и как одеяло под ней пропиталось влагой капель пота, Оксана медленно прикоснулась губами к прохладному стеклу бокала — Учти Сережа все, что сегодня произойдет, будет на твоей совести
Холодная завораживающая касание жидкость красного вина, стала водопадом тонкой струйкой насыщать рот Оксаны. Чудесно гармонируя прелестью вкуса с её слюной, Оксана не могла насытиться изобилием насыщенности его вкусового оттенка, сорт вина который ей был абсолютно незнаком. Ощущая как все тело, начиная с горла, стало прогреваться, Оксана глотала безмерными глотками вино, жадно проливая его смачные капли на поверхность постельного белья, на котором лежала. Насыщая богатством сахарной жидкости алые губы Оксаны, пленительным холодом стекали с губ, медленно обволакивая подбородок, жгучим касанием чарующим падении моментом падали на бамбуковое одеяло под ней. Закрывая медленно глаза, Оксана отдавалась ласке рук девушке, что лежала за её спиной, с необычайной нежностью прикосновения гладила её, покрытые частичками пота ягодицы. Чарующая сладостью оттенков завораживающего вкуса, алкогольная крепость этого вина, выносила рассудок Оксаны, с еще большей силой стала туманить разум. Необычайной жадностью Оксана с большим трудом допила почти до капли вино в бокале, измазав поверхность его стекла прелестью алой помады, оторвалась от его края, задыхаясь, хватая воздух ртом.
— Оксана не спеши — заверил Коновалов, поразительно нежно водил своими пальцами по золотистым прядям волос Оксаны, медленно отвел пустой бокал от её губ
Дверь комнаты медленно открылась, издавая механический щелчок, после чего плавно поддалась вовнутрь. Насыщая атмосферу в комнату неожиданным запахом ночной фиалки, а так же стук женских каблуков, походка которых, Оксана по звуку их касания с паркетом сразу же узнала. Неожиданно Оксана, испытывая необычайный резкий шок, открыла почти внезапно глаза, увидев на пороге раскрытой двери комнаты Катерину. Пьяным взглядом Оксана, отражая блески пламени игристых оттенков свеч, посмотрела на эту разъяренную брюнетку, что тут же перешагивая порог открытой двери, искусно виляя бедрами, вошла в комнату. Фиолетовое роскошное, почтенное откровенной красоты её нежного тела, выражало при каждом её шаге все самые притягивающие моменты сексуальных изгибов. Подражая образу королевы, с гордой самовлюбленной походкой, насыщенной ревностью и яростью взгляда она прошла по комнате, отчетливо отображая при каждом движении скрытый рельеф, чтоб таился под тонкой материей её вечернего фиолетового платья.
— Коновалов ты идиот!!! — закричала она — Ты не мог мне позвонить, когда эта пьяная дура перепутала комнаты
Испугала Катерину строгостью своего взгляда, девушку, что истязала сексуальными ласками Оксану. Принудив таким взором убрать свои руки с тонущего в ласке пьяных стонов пропитанного потом тела Оксаны.
— А зачем ты не видишь что нам тут всем хорошо — ухмыльнулся Коновалов встав перед Катериной с пустым бокалом
— Так ты! — обратилась она громким голосом, ушераздирающим голосом к девушке за спиной Оксаны — Быстро оделась и пошла вон из комнаты
— Да как ты смеешь! — возразила юная девушка — Да ты хоть знаешь, кто мой отец?!
— Да плевать я хотела на твоего отца
Рявкнула на девушку Катерина, от чего Оксана, посмотрев на неё пьяным взглядом застенчиво улыбнулась, скривив губы изнеможенным очертанием изгибов.
— Оксанка вставая давай быстро — обратилась Катерина к Оксане, что лежала не понимая что уже происходит, застенчиво улыбаясь, оставляя перед ней ноги раздвинутыми — Ты зачем так налакалась, как я тебя домой тебя повезу, меня Костя или Романов убьет точно
— Вечно это тупая сука встревает, когда мне становится так хорошо — возмутилась Оксана, пытаясь оторваться от постели, тут же рухнула на неё из-за сильного изнеможения в теле
— Оксанка вот так и знала, что нельзя было тебя одну оставлять
— Но ты ведь оставила
— Я никуда с тобой её не отпущу — заявила Коновалов
— Вот это нежданный поворот — поднимая голову, улыбнулась Оксана, пьяной развращенной улыбкой — Я если честно все равно хотела остаться, так что вы пока порешайте свои проблемы пока я пересплю с этой молодой и прекрасной особой — повернулась она к обнаженной девушке, что лежала рядом с ней на кровати у неё за спиной
— С каких— это пор ты стал указывать тут! — возмутилась Катерина, схватив тут же за руку Оксану, не давая ей даже прикоснуться пальцами своих рук к телу девушки — Оксанка хватит!
— С тех самых пор, что Оксана моя
— Да у тебя даже яйца в штанах и то тебе не принадлежат, все продал Романову — прокричала Катерина, с ненавистью на него посмотрев, потянула Оксану за руку, принуждая встать с кровати
— Сережа это правда?! — улыбнулась Оксана, вставая перед темноволосой бунтаркой в кровати на колени, так изумительно улыбаясь пьяной улыбкой, посмотрела на неё — Ты что правда продал свои яйца Романову?
— Да представь тебе у него их теперь четыре — нервничала Катерина, держа Оксан теперь уже за локоть вынудила встать на пол залитый вином — Не пытайся нам мешать Коновалов иначе я тут устрою такой скандал, что ты сильно об этом пожалеешь — прокричала она в его сторону
— Да что ты так дергаешь?! — возмутилась Оксана, ощущая жуткую боль на своей руке от пальцев Катерины — Мне же больно
— Я тебе сейчас сделаю больно — прошипела Катерина, одарив бедра Оксаны сильным шлепком
— Да ты охуела?!
Грязным лексиконом, выразилась Оксана, взвизгнула от боли, стиснув зубы, ощущая жгучий осадок от прикосновения ладони на своей бархатистой коже, который стал слегка розовым.
— Опасную игру ты играешь Катерина! — предупредил Коновалов — Мы с Оксаной созданы друг для друга
— Как странно, что ты это десять лет назад не заметил — пояснила ему тут же Катерина, не давая даже раскрыть рта Оксане
«И с чего это вдруг Сережа стал испытывать ко мне такую заботу?!», размышляла Оксана, наблюдая с восхищением спор между Катериной и Коноваловым, встала между ними.
— Вот кстати нашла это в коридоре — указала Катерина на лежащую на белом пуфике белую блузку Оксаны — Пропитанную терпким запахом аромата дикой розы
Спустя несколько минут бранных споров и ругани Катерины в комнате, Оксана пока все это время одевалась с большим трудом сидя на пуфике. С трудом надетая белая блузка, довольно искусно облегала тело Оксаны, повинуясь каждому её изгибу. Шикарный v-образный вырез на белой блузке открывал всю прелесть сочной груди Оксаны, скованную черным бюстгальтером, излучающим сладкий аромат пролитого на него несколько капель вина. Изящные очертанием сексуальных неровностей ноги Оксаны дополняли черные туфли на высоком каблуке, стельки которых еще все содержал влагу разлитого в них вина.
— Ты что так пойдешь? — удивилась Катерина, не заметив под белой блузкой у Оксаны, её черной чуть просвечивающейся черной юбки
— Подарю её Сереже — с нежностью своего голоса ответила Оксана, вставая с пуфика, пытаясь задеть чувства Катерины — Пусть снова терзает себя надеждой о нашей с ним следующей встрече
— Оксанка! — с криком возмущения Катерина, схватила Оксану за руку — Пошли отсюда
— Да ты ебанутая!!! — громким криком ответила Оксана, едва успевая за ней чуть ли не падая, направляясь к входной двери комнаты

Настоящее время:


***
Великолепие чистого природного воздуха, шелест листвы могучих деревьев, легкая завораживающая прикосновением прохлада, все это удачно сочеталась с местом, где было расположено деревенское кафе. Громадные деревья, благодаря порыву нежности ветра играли свою мелодию, тихий спокойный шелест листьев на их ветках, манил пленительными нотками. В воздухе пахло цветущей листвой, гармоничность этого запаха напоминало запахи расцветающих полевых трав и цветов. Голубое небо, на котором даже не было не одного облака, в сочетании с яркими лучами палящего солнца, создавали тихую гармонию над этой природной местностью и над всей деревней. Непревзойденным вкусовым оттенком кедра, огромные пышные ветки которого прекрасно теребили навесную крышу, играя таким шелестом тихую природную мелодию шелеста звука, излучал чарующий запах хвои. Большие крепкие из дуба деревянные столики располагались на большой открытой местности, рядом с большим склоном, под которым протекала деревенская тихая речушка. Огромных размеров навесная крыша, наружный слой которой был выполнен из листов металла черепицы, внутри же была закрыта досками, на которых каким-то чудным образом были выполнены красивые расписные рисунки распустившихся цветов.
— М… какой чудный запах — обратила Оксана внимание на аромат готовящегося шашлыка из самой кухни деревенского кафе — Я бы не отказалась сейчас от хорошей порции шашлыка
Смачным жестом, смоченного щедро изобилием слюны, облизнула Оксана губки, ощущая жуткий разыгравшийся голод, звонко стукала по деревянному покрытию пола, проходя мимо столиков, за которыми обедали посетители этого заведения. Легкий порыв свежести ветра, слегка колебал золотистые распущенные пряди волнистых волос Оксаны, придавая при каждом потоке шикарную пышность её укладке волос. Покачивая упругими бедрами, Оксана направлялась мимо столиков, привлекая к себе постороннее внимание мужчин, что были очарованы прелестью эротических изгибов её ягодиц, когда она ими так искусно виляла. Глубоко вдыхая ртом воздух, сочетавшийся с аппетитными ароматами готовящихся блюд в кухни кафешки, Оксана издала насыщенный нежный стон, отражая прелестное очертание алых, до блеска накрашенных губ. Выражая таким вздохом роскошный объем сочной груди Оксаны, что слегка проглядывался благодаря v-образному вырезу её белой блузки, верхняя пуговица которой была расстегнута.
— Дочка ты наверно сильно голодная? — обратился Рамазанов, проходя следом за Оксаной, между столиками открытого кафе
— Не отказалась бы от порции шашлыка — поправляя белую кожаную сумочку, что висела на плече, нежностью изнуренного своего голоса ответила Оксана, выгибая спину и выставляя изумительную эластичность своих бедер, села на деревянную лавочку возле столика — И от порции какого-нибудь салатика
— Тогда я пойду сейчас все закажу — согласился Рамазанов, заходя в сам деревянный домик кафе
— Хм… для этого и содержат тут официанток — улыбнулась Оксана, заметив прекрасную юную русую девушку, что направилась к её столику
Прекрасная юная особа двигалась между столиков с посетителями этого заведения, светлые прямые волосы которой, были собраны в короткий хвостик за её спиной и сплетены какой-то странной заколкой в форме стрекозы. Пошарпанный окрас голубых джинсов на ней, ткань которых очень ярко выражала очертание пленительных изгибов её притягивающих вниманию бедер. Белый топик открывал красоту бархатистой кожи плеч этой девушки, а так же чуть приоткрывала завесу упругого живота. Поспешно двигаясь к столику Оксаны, девушка наступала на деревянное из досок покрытие пола, так плавно подошвой белых кроссовок. Блеклый оттенок её голубых глаз, почти не отображал ничего кроме скуки, а очертание и унылое выражение самих глаз, то как сильно на неё действует эта угнетающая жара.
— Вот, пожалуйста, меню — обратилась она к Оксане, недовольным голосом, встав возле её столика, положив на его поверхность меню этого заведения — Выбирайте, что будите заказывать, скора я к вам, подойду
— Прям уж так скора — восхитилась Оксана, прекрасно изогнув спину, выставив шикарную красоту объемной груди, положила ногу на ногу — Я так голодна, прошу постойте со мной, ваше присутствие поможет мне быстрее сконцентрироваться на выборе
Играя с ней в любезности, говорила Оксана, коснувшись кончиками пальцев книги меню, медленно потянула её к себе, чаруя обворожительным очертанием лазурных голубых глаз.
— Хм… что же выбрать! — зная уже заранее что заказать, Оксана открыла книгу на первой страницы, красивая иллюстрация цветных картинок еще больше разыграла в ней аппетит
В кафе находилось несколько посетителей, двое взрослых мужчин, ели какое-то рагу с большими кусочками мяса. Девушка с прекрасной пышностью, черный как уголь в шахте волос, сидела за соседним столиком напротив Оксаны, явно пыталась произвести впечатление на своего парня, который сидел на лавочке рядом с ней, когда она заманчиво ерзала губками, посасывая с трубочки апельсиновый сок в стеклянном стакане. Две женщины сидели справа от Оксаны за другим соседним столиком, вели деликатный вполне нормальный разговор о своей обыденной романтической жизни, выражая свои эмоции, жестикулируя пальцами и кистью рук. Солидный мужчина сидел за столиком, почти возле входа, что-то так внушительно объясняя своей такого же возраста спутнице, что сидела за его столиком, прям напротив него, держа в руке бокал красного вина. Тихая мелодичная музыка, пленяла чарующими звуковыми эффектами, распространяя так красиво звук по всей площадки открытой части кафе.
— Порцию шашлыка — ответила Оксана почти сразу же, не став дальше смотреть в книгу меню без очков — Ну и какого-нибудь вкусного салатика, ну а пить можно, пожалуйста, персиковый сок
— Хорошо, я передам ваш заказ — подождала пока Оксана, так пристально на неё смотрит, закрывая книгу меню, быстро схватила книгу со стола и направилась в сторону кухни
— Я заказал тебе дочка порцию самого большого шашлыка — с гордостью говорил Рамазанов, подходя к столику за которым сидела Оксана
— Который будешь доедать сам — застенчиво улыбнулась Оксана прелестных изгибов очертания алых губ, медленно сняла сумочку со своего плеча, поставила её на лавочку возле своих бедер — Я уже сделала для себя заказ
— Правда?! — удивился Рамазанов, присаживаясь за столик напротив — И когда же ты успела?
— А ты не думал для чего тут вообще девушки ходят с книгой меню?! — ответила с сарказмом Оксана, ерзая бедрами на твердой деревянной лавочке — Ладно так о чем ты хотел со мной поговорить?
Поинтересовалась Оксана, поставив локоть согнутой руки на поверхность стола, облокотилась головой, на выставленную ладонь своей руки.
— У Роксаны сложились очень даже серьезные отношения с одним из очень хороших людей Романовых — пояснил Рамазанов, так внимательно наблюдая за взглядом Оксаны
— Ну, я рада за них — улыбнулась Оксана, отражая восхищение саркастичной улыбкой
— Хотим познакомиться с его семьей на нейтральной территории у Романовых
— Я ведь не возражаю, знакомьтесь — пожала плечами Оксана, делая уже специально вид, что её эта тема разговора не интересует — Давай просто проведем время вместе папа
— Оксана я хочу чтобы ты была на этом представительском ужине у Романовых — заявил совсем неожиданно Рамазанов
— Что?! — возмутилась Оксана, открыв шикарную лазурную голубую прелесть глаз — Нет, ты что, даже речи быть не может
— Оксана она твоя сестра!
— Вот когда замуж выходить будет — выражая свое недовольства Оксана, со строгостью своего критичного взгляда, посмотрела на Рамазанова, теребя кончиками пальцев волнистые золотистые пряди волос — Тогда я приду на свадьбу
— Боюсь тут все сложно — возразил Рамазанов — И ты придешь на этот ужин
— Вот ваш заказ — отвлекла девушка от неприятного разговора Оксаны с её отцом, поставила пластиковый черный поднос на стол — Если вдруг захотите что-нибудь еще, то….
— Спасибо! — недовольно буркнула Оксана, надув алую красоту губок — Оставьте так на подносе, я сама разложу, как мне будет удобно
«Да с чего он вообще решил, что мне блядь будет интересно их вся семейная драма», любуясь прелестью приготовленного излучающего пар шашлыка, Оксана глубоко вздохнула ртом, ощущая всю насыщенность аппетитного запаха в этом блюде.
— Оксана твоя мать тоже там будет — выложил удивительные подробности Рамазанов
— Ну тогда меня там точно не будет
— Почему? — удивился Рамазанов такому резкому ответу со стороны дочери
— Надоело слушать её критику по поводу меня
— Обещаю, она ничего такого не скажет — заверил Рамазанов
— Все равно нет!
— Но почему?
— Потому что меня ваши семейные интриги не волнуют — накалывая серебряную вилку на кусочек смачного шашлыка, щедро пропитанным собственным соком, ясно дала понять Оксана
— Но ты часть нашей семьи — подтвердил Рамазанов — Причем самая неотъемлемая её часть, ты хоть знаешь, как я переживал, когда ты была в коме
— Почти переколотил всю охрану в больнице? — поднося к губам аппетитный наколотый на вилку кусочек шашлыка, спросила Оксана
— Не то слово
Боясь посмотреть дочери в глаза ответил Рамазанов, отвернув свой отчаянный взгляд в сторону рядом растущего большого кедра, как-будто, он ему был на тот момент больше всего интересен.
— Я не приду — наотрез отказалась Оксана, положив себе на язык раскрытого рта большой кусочек шашлыка, начала с голодной страстью его пережевывать, наслаждаясь насыщенностью его сока
— Но я хочу, чтобы ты там была
— М…. — попросила его подождать Оксана, возразила, подняв вверх указательный палец согнутой в локоть руки, пережевывая с жадностью кусочек шашлыка во рту
— Твоя мама рассказала мне, что ты умеешь играть на пианино и даже фотографии мне показывала, как ты играла в более старших классах в школе
— Я не приду! — заявила Оксана, подняв с подноса стакан с персиковым соком
— Может, есть хоть одна зацепка, что поможет мне уговорить тебя передумать
— Все очень просто трахни мою мать — понимая для себя что это никак невозможно, назвала Оксана цену своего визита
— Что?! — удивился Рамазанов такой неожиданной реакции со стороны Оксаны
— Что-то мне в твоем взгляде подсказывает, что ты давно и без моей просьбы хотел это сделать с ней — заметила Оксана, как в положительную сторону удивился Рамазанов
— Хорошо! — сразу же согласился он — Я проведу с твоей матерью несколько ночей на вилле у Романовых
— Ты ведь любишь её до сих пор — заметила Оксана искорку в его взгляде, поднося к жаждущим изнывающим губам стакан с соком — В чем тогда проблема вам быть вместе
— Я уже давно женат на другой женщине
— И что это никак не изменит твоего решения?
Внезапный звонок сотового телефона, прервал дискуссию между Оксаной и её отцом, электронная игрушка звонко зазвонила в белой кожаной сумочке. Как раз в самый неподходящий момент, когда Рамазанов, хотел сказать что-то очень важное, мелодия dubstep с сотового телефона Оксаны, прервала его решимость. Заметив на мимике его лице, как он слега раздраженно повел скула, проявив поразительное терпение.
— Возьмешь трубку? — предложил Рамазанов, когда к их столу подошла девушка с разносом в руках, принесла на пластмассовом подносе его заказ и то, что он заказал для Оксаны
— М…! — смакуя во рту кусок шашлыка, нежным голосом буркнула Оксана — Это с больницы узнаю их мелодию, а конкретно мой темноволосый кудрявый лакей, опять чем-то меня хочет удивить — взяв наполовину пустой стакан с персиковым соком, пояснила она, поднося его к губам
— Наверно что-то важное — предположил Рамазанов, доставая тут же кошелек из сумочки, что была закреплена у него на поясе, стал расплачиваться тут же со светловолосой официанткой
— Что-то важное хотел сказать мне ты — возразила Оксана, заметив, как легко он предпочел уступить перед ней
— Возможно дело в Аришке, ответь узнай, она ведь хотя бы косвенно но все-таки твоя дочь
— Что верно, то верно! — повела губами Оксана, соглашаясь с ним, отпивая большой глоток из своего стакана, достала из сумочки свой играющий бурной мелодией сотовый телефон
— Оксана!
Послышался звонкий голос Вероники, по громкой связи телефона, когда Оксана нажала на кнопку сенсорного дисплея принятия вызова, положила его на поверхность дубового столика.
— Я тут провела по своей инициативе еще раз ЭКГ после того как ты ушла — разговаривая загадочной интонацией голоса Вероника — Нашла очень удивительную особенность
— Ну же не томи я не телепат
Упрекнула её Оксана, застенчиво улыбаясь своему отцу, поставила пустой стакан из-под сока на стол, сохраняя на его поверхности первозданный алый отпечаток помады на губах.
Отрицательные зубцы Т регистрируются в левых грудных отведениях — объясняла Вероника, намекая на дальнейшие продолжение разговора — Что указывает дилатацию левого предсердия
— Ты говоришь так как будто ты в этом не совсем уверена — заметила Оксана важный факт в этом разговоре — Стоит заметить, что дилатация левого предсердия и отрицательные зубцы Т в его левой части, как будто не такая уж большая проблема
«Хм… всё указывает признаки на перегруз правого желудочка, что вследствие, даёт нам легочную гипертензию, но про левое предсердие и его дилатацию я слышу впервые», предположила мысленно в своей голове Оксана, облизывая сок шашлыка с конца вилки.
— Это не Тетрада Фалло — шепотом прошептала Оксана, сидя на лавочке, выгнула спину, кончиками пальцев расправила вьющиеся золотистые пряди волос — Я ошиблась, не вздумайте пока ничего без меня делать, я скора буду в больнице
— Осложнения Тетрада Фалло может вызвать инфекционный эндокардит, что ты как раз и подтвердила теоритически, пока Марина Викторовна занимается посевом крови
— Вероника! — вновь упрекнула её своим грозным тоном голоса Оксана — Это не Тетрада Фалло!
— Тогда что же убивает маленькую четырехлетнюю девочку?
— Не знаю, картинка смазана — рассуждала Оксана, положив вилку на край тарелки с двумя кусочками шашлыка — Тетрада Фалло не объясняет объемную перегрузку левого желудочка, которую вы только сейчас заметили
— Девочка слишком была капризна и устроила истерику, нам едва удалось снять хоть какие-то показания — вмешался в громкую связь голос Ларионова — Она вовсе не поддается уговорам своих родственников, словно панически боится чего-то
— Хм… такое я тоже замечала у Аришки, когда она была в еще малом возрасте, особенно тогда, когда решила её на день расставания с ней, оставила её с моей матерью, просто на тот момент я не придала этому никакого значения, ведь она всегда была стервой!
— Оксана! — сделал замечание Рамазанов, сделав суровое очертание голубых лазурных глаз
Необъяснимые волнения и приступы паники, может быть следствием симптома!
— Оксана он ведь ребенок! — не согласилась с этим утверждением Вероника — Почему ты в этом видишь симптом, если ты неординарна по жизни, то не стоит это сравнивать со всеми
— Возможно проблема в мозгу! — предположила Оксана — Во время самих родов у этой чокнутой мамаши была «асфиксией» самого плода, было обвитие, которое удалось устранить, но ребенок родился сам синюшный
— Кислородное голодание и асфиксия, могут вызвать ряд побочных последствий — рассуждал Ларионов — Мы даже не уверены теперь что дело в сердце, хотя многое указывает Оксана Владимировна на симптомы легочной гипертензии, и я могу даже согласиться что это Тетрада Фалло
— Это не Тетрада Фалло! — со злостью в голосе заявила Оксана
— И вы готовы предположить это, ссылаясь на небольшую дилатацию левого предсердия и незначительный, едва даже заметный перегруз левого желудочка?! — задавая навязчивый вопрос Ларионов, едва чуть не вызвал на себя гнев Оксаны
— Определите, какой эндокардит её убивает сейчас — нервно покачивая ногой, раздраженно ответила Оксана — Бактериальный или грибковый, только после этого начинайте лечения, больше пока ничего не проводите никаких тестов, даже не смотря на лихорадку Аришки
— Когда ты сама будешь снова в больнице? — поинтересовалась Вероника
— Скора моя кудрявая прелесть — ласковой коварной интонацией голоса заверила Оксана, застенчиво снова улыбаясь своему отцу
Касаясь аккуратно коготком сенсорного дисплея своего телефона, Оксана прервала входящий звонок, медленно обхватив сам телефон кончиками своих пальцев. Убирая телефон в белую кожаную сумочку, Оксана наслаждалась чудесной гармонией природной силы этого места. Шум речной воды, так красиво сочетался с шелестом листвы и легкостью порыва ветра, что летал над деревенской долиной. Приятное расслабляющее звучание тихой музыки в этом кафе чудесно сочеталась со звуками природной силы, расслабляя, будто специально своих посетителей.
— Тебе нужно работать? — спросил, словно лишаясь какой-то важной надежды Рамазанов — Хотел больше, с тобой побыть дочка, с самого моего приезда сюда и нашего знакомства, ты совсем не уделяешь мне времени
— Хм… возможно, потому что я спасаю чьи-то жизни — чудесным изгибом алых губ улыбнулась Оксана, сохраняя на губах отблеск капель влаги выпитого сока
— Позволь тебя проводить до больницы! — предложил Рамазанов отложив вилку в тарелку, тут же поднялся с лавочки на которой сидел
— М… папа — выражая чудесную скромность очертаниями своих безупречных скул, улыбнулась Оксана, повесив сумочку на свое плечо — Если ты только сам этого желаешь — шикарным изгибом она изогнула спину, вставая с лавочки, выставляя эластичную прелесть бедер
— Просто хочу быть ближе с тобой Оксана — признался Рамазанов, подал руку Оксане, чтобы она спокойно обошла такой длинный стол
Шикарно покачивая упругой красотой своих бедер, Оксана, звонко стукая каблуками черных туфель медленно держась за кончики пальцев Рамазанова, обошла стол. Вдыхая ртом приятный насыщенный зеленью полевых растений воздух, Оксана издала легкий стон, вставая под руку со своим отцом. Чувствуя себя словно принцессой, под защитой такого крупного мужчины, прошедшего тяжелую военную компанию, Оксана направилась с ним к выходу. Отражая в лазурных голубых глаза, пышные покрытые многотысячными иголками ветки могучего кедра, Оксана немного прижалась к телу этого мужчины, чувствуя себя так под надежной защитой.
«Незначительный перегруз левого желудочка, странно, почему им только сейчас это удалось обнаружить, хотя с другой стороны может Вероника ошиблась, может это не перегруз», размышляла Оксана, подходя под руку со своим отцом к входной двери деревенского кафе.

***
Мелодия шелеста больших листьев тополя, березы, ясеня создавала вокруг больничного дворика природную концентрацию, сочетаясь с легким порывом насыщенного ароматным запахом сирени и черемухой. Яркое палящие лучами солнце, постепенно скрылось за облаком, создавая атмосферу затенённости пространство над самой деревенской больницей. Блеклые оттенки теней могучих веток тополя, устроили на асфальтной дорожке танец страсти, так красиво заигрывая с рядом растущей елью. Монотонное мычание коров, слышалось вначале зоны отдыха, крупнорогатое стадо, паслось самовольно, заходя на территорию деревенской больницы. В небе над больницей летали несколько воронов, наворачивая круги в воздухе, эти птицы устроили, словно птичий базар безмолвным карканьем. На лавочке в зоне отдыха возле самой больнице сидели парень с девушкой, о чем-то мило общались, причем парень смотрел в экран сенсорного телефона, почти не обращая внимания на голубоглазую спутницу в бежевом коротком платье. Пожилая женщина с тростью направлялась тропинке между, пышных елей, вела на поводке маленькую пушистую дворняжку, громко без причин лающую на каждого проходящего рядом прохожего. Медленно въезжающая машина скорой помощи нарушила меланхоличную гармонию тишины, двигатель этой газели, плавно двигающейся мимо больничной автомобильной стоянке, тихо урчал, отдаваясь по округе отзвуками механического рычания.
— Дочка скажи, тебя что-то беспокоит?!
Взволнованно обратился Рамазанов к Оксане, проходя с ней мимо больших пышных елей, сурово посмотрел на женщину с собачкой, которая громко и разъяренно его облаяла.
— Беспокоит папа! — заявила Оксана, создавая милое обольщение своей блистательной улыбки, посмотрела на своего отца — Едва заметный перегруз левого желудочка, дилатацию левого предсердия, что тоже не вполне естественна, по мнению доктора Ларионова, он думает, что это симптомы легочной гипертензии, вызванной Тетрада Фалло
— Так ты про девочку, которая является твоей дочкой — удивился Рамазанов, держа Оксану за руку, остановился посреди тропинки, рядом с пышной елью, огромная ветка которой плавно покачивалась над их головами — Оксана, если она для тебя что-то значит, ты только скажи….
— Да папа она для меня очень много значит — посмотрела Оксана в его голубые лазурные глаза, медленно вытащила свою руку из его руки — Я понять блядь не могу почему они все уверены что это легочная гипертензия, если быть стеноз легочной артерии, какая — то сука вызывает перегруз правого предсердия
Нервничала Оксана, звонко топнув каблуком по каменной плитке, выложенной вдоль алее простираясь почти до крыльца больницы. Легкая завораживающая прохлада ветерка колебала золотистые пряди волос Оксаны, придавая им еще более объемную укладку. Испытывая эмоциональное переживание за здоровье Аришки, почти поддаваясь стрессу, Оксана была готова разорвать, кого угодно, лишь бы только не дать Ларионову убедить Тихонова в своей правоте. Банальная душевная беседа, а именно такой она казалось в этот момент Оксане, только отвлекала её от способности мыслить рассудительно. На прекрасных скулах Оксаны, прорисовывались очертание ярости, плавно переходящая в гнев, чем выражалась её учащенным дыханием ртом, жадно хватая воздух. Ускоренным шагом, направляясь по алее, Оксана, стараясь держать бурный всплеск эмоций под контролем.
— Оксана успокойся! — зашагал Рамазанов за Оксаной, наблюдая, как она, терзает себя не объяснимым для него беспокойством — Ты ведь её лечащий врач, даже если Алексей Константинович для меня является хорошим человеком, ты для меня дороже, я не допущу, чтобы ты страдала из-за этой девочки
— Но я уже страдаю папа
Отображая очертания вредного характера, остановилась Оксана, повернувшись к нему в пол оборота, наблюдая краем глаза, как колышется ветка тополя над её головой.
— Мне нужно в течение сейчас короткого срока придумать новую теорию, объясняющая её болезнь, но не дать резать то, чего у неё и так нет
— Они могут отстранить тебя от дела? — забеспокоился Рамазанов, сбавив темп шага, подошел со спины к Оксане
— Пока нет! — заверила Оксана, ощущая трепетное дыхание этого мужчины за своей спиной, тут же направилась по тропинке выложенной цветной каменной плиткой по направлению к больнице
— Ты же заведующая отделением сердечнососудистой диагностики — уверял Рамазанов, последовав за Оксаной, проходя мимо участка, где опустился плавно с неба ворон, издавая при этом громкое карканье — Разве можно отстранить ведущего специалиста в этой больнице
— Ты блядь, что не понимаешь?! — повернулась Оксана к нему с разъяренным видом — Я уже не являюсь, матерью для этой девочки, фиктивно или формально как это можно выразиться, моя мамаша подписала якобы моей рукой мой отказ от этой девочки, теперь они её родители
— Это можно легко устранить — успокоил Рамазанов, нежно касаясь мощными руками плеч Оксаны, встал за её спиной — У Романова есть множество адвокатов, которые могут сфабриковать материала дела в другое русло, ты снова можешь стать матерью для этой девочки
— Ой да что толку — не поверила его словам Оксана, ступая на проезжую часть, возле главного больничного крыльца — Мне нужно поразмыслить папа, спасибо что проводил, дальше ты будешь только меня отвлекать от дела
— С тобой все будет нормально? — коснулся он руки Оксаны, заставив своей лаской касания мощной грубой руки, обратить на себя внимание — Может мне стоит побыть там с тобой?
— Нет! — возразила Оксана, угрюмым взглядом посмотрела на него, потом тут же отвела взгляд в сторону больничного крыльца, на которое вышли две молоденькие медсестры
— Как знаешь дочка — придавая голосу нотку отчаяние, ответил Рамазанов, радушием улыбки ответил на поникшие поведение Оксаны
— Я позвоню тебе папа — придала Оксана ему надежду, тут же повернулась и пошла в сторону главного крыльца больницы, переходя проезжую часть перед ним
Не обращая дальше внимание на ответ Рамазанова, Оксана подошла к каменному крыльцу больницы, на ступеньках которого стояли две медсестры. Молодая темноволосая девушка, шатенка, достала из кармана белого халата изумительно тонкую пачку сигарет, сами сигареты этой пачки были словно чуть толще спичек. Доставая медленно из пачки тонкую сигарету, она словно облизнула свои губы, держась за тонкий фильтр кончиками своих нежных пальчиков. Рыжеволосая девушка, стояла рядом с ней, чуть ниже на ступеньку, доставая из кармана сотовый телефон с большим сенсорным дисплеем, она спешила ответить на сообщение, поступившее к ней в одноклассниках. Нежностью легкого порыва ветра, их белоснежные короткие халаты, приоткрыли прелесть их бедер, а пышная укладка волос при таком потоке разыгравшейся страсти воздуха, приобрела невообразимый красивой объем, плавно колеблясь в такт его дуновения.
— Оксана Владимировна вы соизволил вернуться? — удивилась рыжеволосая девушка, в которой Оксана разглядела медсестру, работающую с ней в клинке — Валентина ваш врач меня только отпустила, объясняя тем, что пациентов на сегодня к вам нету
— Впечатляет, как быстро вы работаете — с сарказмом похвалила Оксана, красиво виляя шикарной красотой эластичных бедер, поднимаясь по ступенькам крыльца, остановилась на той же ступеньке где стояла рыжеволосая девушка — И вы что же считаете, что ваш рабочий день уже закончен?
Встав между двумя девушками, Оксана, опираясь, согнутой в колено ногой, на верхнюю ступеньку, выставила перед рыжеволосой девушкой свои эластичные бедра, красота изгибов бархатистой кожи была скрыта за тонкой материей черной короткой юбки. Дотянулась своими пальцами до кончика сигареты, что была в губах шатенки, плавно Оксана, чаруя притягательностью взгляда лазурных голубых глаз, вытащила медленно сигарету из её рта.
— А вот курить вредно — заявила сурово Оксана, кидая еще не подкуренную сигарету в рядом стоящую урну — Вы подаете дурной пример для наших пациентов
— Оксана Владимировна! — засмущалась девушка, замечая строгость взгляда с которой Оксана на неё так напряженно смотрит — Ну ведь людей же почти тут нету
— Как нету?! — возмутилась Оксана — А я что блядь для вас не человек?
— Да ладно вам Оксана Владимировна — вступилась за свою подругу рыжеволосая девушка, решила проявить инициативу в этой дискуссии — Что с вами сегодня такое вы прям своя не своя!
— Может просто не получила того чего хочу — заявила шепотом Оксана, ощущая трепетное учащенное дыхание девушки, что стояла за её спиной
— И чего же вам тогда надо? — напряженной интонацией голоса спросила рыжеволосая девушка, перед которой на ступеньках крыльца больницы Оксана выставила эластичную прелесть бедер
— Расслабиться хочу — закрывая глаза, вдыхая прохладный пленительный ароматом цветущей зелени воздух ртом — Прям, так знаешь….
— Вы еще и не работали толком чтоб расслабляться — съязвила неаккуратно рыжеволосая девушка
— Оксана Владимировна, не обращайте внимания, Машка у нас дура, не понимает иногда что говорит — вмешалась тут же шатенка, заметив с каким возмущением, Оксана открыла глаза, надувшись как кобра — Не сердитесь, пожалуйста, на неё!
— Да я вообще-то и не пыталась! — коварством улыбки, улыбнулась Оксана, с трудом сдерживая свои эмоции, стала подниматься дальше по ступенькам больничного крыльца
«Две ебанутые дуры!», подумала про них Оксана, поднявшись, встав у главных входных дверей, медленно потянула за ручку открыла одну дверь.
Изображая безупречный изгибов бедер, Оксана перешагнула порог открытой двери вошла в преддверье деревенской больницы. Душный спертый воздух сразу же почувствовала Оксана, когда вошла, глубоко вдыхая ртом, облокотилась легонько спиной на закрывшуюся массивную дверь. Яркий направленный сверху вниз свет светодиодной лампы, достаточно четко освещал узкое пространство, атмосфера воздуха в которой становилась душной. Звонко стукая каблуками, черных туфель, Оксана подошла к другой двери, открывая которую почувствовала пленительную свежую прохладу. Прекрасным движением, согнув ногу в колено, Оксана мысленно почувствовала, как её охватывает дикая необузданная страсть, медленно перешагнула больничный порог открытой двери. Блеклые играющие тени, крупных деревьев за окнами больницы, разыгрались в активном танце, прыгая плавно тенистыми оттенками по мраморному полу, плавно переходящим ритмом, влезали на стены.
— Оксана! — окликнула Вероника, заметив вошедшую Оксану в фойе больницы, разговаривая с врачом детского отделения этой больницы, кивнула головой этой женщине — Прошу простить меня Наталья Петровна, нужно обсудить кое-какие важные момент диагноза с моим начальником
Изображая милую застенчивую улыбку, чудесно преобразила скулы на лице кудрявая брюнетка, держа в руке красную папку лечащей девочки. Проникающий через окна свет лучей солнца, который касаясь волос Вероники, излучал блеклый оттенок, переливаясь самыми разными тонами черного цвета. Белый длинный халат врача на этой девушке сидел весьма элегантно, прорисовывая притягивающие взгляду изгибы на её хрупком теле. Потертый окрас синих джинсов темноволосой кудряшки, что так красиво сидели на ней в обтяжку, отчетливо выражали чарующий рельеф упругих бедер. Отображая при каждом своем шаге, звонко стукая каблуками черных туфель кудрявая девушка, выказывала упругость своих бедер. Завораживающая ароматом коллекция «Tom Ford — Black Orchid», чаруя пленительной страстью вкусовых оттенков запаха черной орхидеи, различила Оксана, среди сортов разного парфюма, что витали в атмосфере этого помещения сразу, как только вошла в вестибюль.
— Результаты ЭКГ возможно не объясняют еще, что с левым отделом сердца девочки что-то не так
— Однако ты заметила едва видные отклонения во время процедуры — возразила Оксана, любуясь походкой этой девушки, что одной рукой так деликатной держала красную папку
— Это вполне может объяснять, что девочка, вела себя во время процедуры весьма неадекватно
— То есть как, по-твоему, себя может вести адекватно четырехлетняя, травмированная жизнью своих идиотов родственников, девочка? — прикусывая краешек губы, состроила хитрый изгиб своих алых губ Оксана
— Я просто только взяла датчики
Начала объясняться Вероника, изображая некое волнение своей мимикой лица, позволила себе взять Оксану свободной рукой под локоть направилась к окну в помещении.
— А она вдруг не с того не с сего устроила какую-то истерику, она словно бредит, говорит ерунду какую-то, все тебя завет
— Я сейчас к ней приду — заверила Оксана, выказывая перед Вероникой всю свою сексуальную силу красоты собственного тела, чуть прищурила глаза от ярких, проникающих через стекло в фойе, лучей солнца — Это все или есть что-то, чего я не знаю?
— Отец склоняется к версии, что вероятность её сейчас видимых симптомов это патология Тетрада Фалло — рассказывала Вероника, словно боясь строгой огласки со стороны Оксаны
— Хорошо?! — глубоко вздохнула Оксана, поправляя юбку на бедрах, проходя мимо двадцати летнего парня, что сидел на лавочке в вестибюле, с таким восхищением на неё посмотрел — Пусть себе считает или подозревает что хочет, я тебе говорю, это не Тетрада Фалло и никак не может быть стенозом легочной артерии
— Оксана! — остановила Вероника, держась за локоть Оксаны кончиками пальцев — Что-то сильно перегружает правый желудочек, создавая сильную нагрузку на весь правый отдел сердца, а так же легочные артерии, Тетрада Фалло все объясняет
— Я сказала, нет! — строго дала понять Оксана, что с ней не стоит спорить на эту тему
— Благодаря инфекционному эндокардиту, последствия «гломерулонефрита», вызвали у девочки сильную почечную недостаточность, мы пока не можем делать рентген с контрастом, почки просто не выведут контраст из организма — сменила весьма ловко тему Вероника
— Блядь! — прошипела Оксана, ощущая, как одолевает чувства раздражения — Значит, пока не поправим иммунитет Аришки, мы ничего делать не можем, не одну процедуру
— Что же нам делать?
— Вы подтвердили, что это инфекционный эндокардит?
Требуя настойчиво ответа, спросила Оксана, заметив, как её телом любуется парень она, подходя к пластиковому подоконнику окна в вестибюле, опираясь на него руками, выгнула красивым жестом спину, выставив упругие свои бедра.
— Нет — ответила неуверенно Вероника, встав у подоконника большого окна рядом с Оксаной
— Тогда подтвердите! — недовольно буркнула Оксана, прикусывая от волнения краешек губы, захотела скрытно познакомиться с этим парнем максимально поближе
— А ты куда? — поинтересовалась Вероника, заметив, как Оксана быстро повернулась, топнув звонко каблуком по мраморной плитке пола
— Домой! — заявила Оксана, ощущая как чувство сексуального голода, при взгляде на этого столь молодого парня, мешает ей рационально мыслить
«Блядь какой он мускулистый, все же слишком молод для меня, придется уйти», ощущая как охватывает чувство развратной похоти, Оксана не могла уже сдерживаться.
— Дай мне эту папку — заявила Оксана, указывая взглядом лазурных голубых глаз, на папку в руке Вероники
— Но там все собранные анализы, анамнез этой девочки и….
— И… — настойчиво протянула руку Оксана, не став слушать оправдания темноволосой кудряшки, медленно подошла к ней и выхватила у неё из руки красную папку — Что-то мы явно говорю тебе, упускаем, левая половина сердца, пытается нам что-то сообщить, когда правая напрочь перегружена
— Но ведь у нас тогда не будет повода для дифференциального диагноза
— Стабилизируйте Аришку, только после того как подтвердите эндокардит
Распорядилась Оксана, держа в одной руке красную папку, направилась к выходу, выражая при каждом шаге безупречную красоту изгибов собственного тела.
— Ты же, кажется, хотела зайти проведать Аришку
— Мне нужно подумать — возразила Оксана, звонко стукая каблуками по мраморной плитке, выражая шикарную красоту эластичных бедер — Подтвердите эндокардит и начинайте лечение
— Ты сегодня будешь в больнице?
— Нет! — подходя к двери, что внезапно открылась, когда две молодые девушки медсестры по очереди стали заходить в помещение вестибюля
— Простите Оксана Владимировна — застенчиво улыбаясь, ответила шатенка, проходя мимо Оксаны
Ничего не ответив этим девушкам, Оксана вышла в преддверье больницы, после чего открыла большую дверь. Почувствовав как из душного помещения, легкая прохлада волной неудержимости хлынула в лицо Оксане, придавая невообразимый пышный объем её золотистых волос. Небо стало немного хмуриться, постепенно затягивать темными облаками, скрывая постепенно за своим густым серым покровом яркие лучи солнечного света. Ветер стал усиливать свое влияние, словно моментально из прекрасной погоды, сменилась на дикую капризность природы, раскачивая бурным потоком воздуха деревья. Деревья возле больницы начали танцевать, танец страсти, усиливая нарастающей тенденцией шелест своих листьев. В воздухе запахло влагой, так как бывает перед дождем, а сама атмосфера становилась душной.
На больничной стоянке, среди заставленных рядов машин красный Mercedes-Benz SLS AMG, переливаясь яркими красочными оттенками, этого вызывающего бурную страсть цвета страсти. Этот эксклюзивный автомобиль очень ярко выделялся из всех выстроенных на стоянке автомобилей. Отражая на своей зеркальной поверхности корпуса, бурно разыгравшиеся отражения силуэтов, качающиеся за ним от ветра деревьев
— М… котик ты меня так заводишь…
Услышала Оксана женский голос за кустами сирени, где располагались лавочки и зона отдыха для пациентов, когда спускалась по ступенькам больничного крыльца.
— Может, пойдем ко мне?! — предложил какой-то парень, приятным, по мнению Оксаны, голосом
— А что мы там будем делать?!
«Ой, блядь все понятно, пить чай!», раздраженно подумала Оксана, посчитав дальше не слушать беседу молодой парочки, что сидела на лавочке за расцветшими кустами сирени.
Ощущая в голове, как сильно хочется близости, неважно уже с кем, Оксана поспешно спустилась по ступенькам крыльца, ступая на тротуар почти гладкого асфальта. Звонко стукая по нему каблуками, черных туфель, Оксана направлялась к красному мерседесу. Чувство как по телу начинает пробираться легкий озноб приближающего холода, Оксана ускорила шаг, выражая при этом еще более изящно свои упругие бедра.
«Вот сука, как бы еще не намокнуть», грязно выражая свои мысли Оксана, ускоренным шагом подходя к машине, доставая из сумочки пульт управления сигнализацией автомобиля.
— Да что же такое то! — бурчала недовольно Оксана, выставив безупречную красоту бедер, поднимая дверь машины легонько вверх — С тех самых пор как вышла из комы не могу усмирить свой сексуальный голод
Внезапный звонок сотового телефона, заставил Оксану тихо взвизгнуть, садясь в кожаное водительское кресло красного мерседеса, невольно кинула красную папку на соседнее сиденье. Плавно падая, красная папка, упала на поверхность черного кожаного сиденья, непроизвольно раскрылась в тот самом месте где лежал вложенный в неё снимок проделанной рентгенографии. Прикусывая краешек губы, Оксана немного смутилась проходящего мимо её машины мужчину, в белой как снег шелковой рубашке, что как удивленно на неё посмотрел, обратив внимание, как она испугалась этого звонка. Не обращая внимания на любопытного незнакомца, Оксана стала копаться в сумочки, пока сотовый телефон внутри неё разрывался от мелодичной электронной музыки.
— Да слушаю! — не заметив входящего абонента, громко крикнув, ответила Оксана, едва касаясь коготком сенсорного дисплея сотового телефона, доставая его из сумочки
— Оксана ты не занята! — на удивление Оксане, она услышала на той стороне телефонного звонка голоса Коновалова
«Хм… а почему бы и нет, ведь может и что-то получится», быстро поразмыслила Оксана, обрадовавшись звонку этого абонента.
— Сережа?! — решая сначала мучать его слепой надеждой, Оксана придала легкую удивленную иронию своему голосу — Вот уж не ожидала тебя услышать, у тебя что-то случилось?!
— Не могу забыть того как ты была вчера в моей комнате в доме у Романовых
— И что же?! — проявляя стервозность, радовалась Оксана, стараясь придавать холодность голосу
— Просто подумал….
— Если ты мне там все вылежишь, и думать не надо будет….
«Пиздец, когда я научусь держать язык за зубами?!», прерывая саму себя, Оксана прижала ладонь к своим губам, широко раскрыв от удивления своей наглости глаза, посмотрела на свое шокированное выражение лица в зеркале заднего вида.
— Что прости?! — явно был он сильно удивлен, столь неожиданному для него, ответу Оксаны
— Прости Сережа я не тебе! — сгорая от стыда, Оксана выразила блеклый румянец на своих щечках, ерзая нервно ягодицами в кожаном кресле — Техничка тут пришла, кабинет мне мыть, вот я ей и нотации и читаю — придумывая на ходу банальную отговорку своим сексуальным фантазиям
— Может, встретимся?! — предложил он, словно поверив отговорке Оксаны
— М…. может, и встретимся
Продолжая дальше терзать его слепой надеждой, ласково мурлыкала Оксана в динамик сотового телефона, лелея себя нежностью, утопая в удобном водительском кресле красного мерседеса. Включив телефон на громкую связь, легким нажатием коготком по сенсору дисплея, Оксана закрепила его на подставке, возле приборной панели.
— Тогда скажи мне, где и когда тебе будет удобно — перекладывая инициативу на Оксану предложил Коновалов
Тетрада Фаллоне объясняет усиление легочного рисунка?! — случайно посмотрев на раскрытый снимок рентгенографии грудной клетки, Оксана обратила внимание на один очень важный факт — На рентгенографии было бы видно его обеднение, два с половиной года назад, делая УЗИ сердца Аришке, я что-то напутала
— О чем ты говоришь Оксана? — удивился Коновалов, не понимая, что происходит
— Не важно — пытаясь сосредоточиться, Оксана вставила ключ в замок зажигания, медленно его повернула — Давай тока не сегодня Сережа, мне нужно подумать — заявила она, наслаждаясь тихим урчанием мотора под красным капотом механического коня
— Приезжай сейчас! — настоял Коновалов — У меня к тебе есть разговор
— Надеюсь что срочный — прикусывая краешек губы, нервничала Оксана, поддаваясь искушению, разгадать загадку, которая медленно убивает Аришку — Потому что ты Середа отвлекаешь меня
— Ты чем-то занята?!
— Уже нет!
«Блядь умеет же он добиваться своего», раздраженно подумала Оксана, выжимая плавно кончиком черных туфель педаль сцепления, медленно переключила рукоятку переключения скоростей на первую передачу.
— Обещаю тебе, что помогу с твоими делами, если ты приедешь
— Что же ты так зацепился за меня?! — спросила у него Оксана, медленно пуская свой автомобиль по больничной стоянке, мечтая в тайне услышать от этого мужчины что-то интересное
— А вчера ночью не значила да?!
— Почему ты так говоришь
— Потому что Сережа — плавно нажимая педаль газа, Оксана разносила звуковую мощь этого красного механического зверя по округе деревенского больничного дворика — Ты насильно кинул меня в постель с этой молодой девкой
— По-моему ты кажется, получила удовольствие, она ведь даже тебе ничего и толком не сделала
— Она дотрагивалась до меня своими руками — с отвращением в голосе произнесла это Оксана, медленно пропуская свой автомобиль между скопившихся машин на больничной стоянке
— Но тебе ведь было хорошо?
«Сука ты после этого Коновалов!», ощущая легкую нервозность, Оксана, прикусывая краешек губы, признала его слова.
— Хорошо — согласилась Оксана, улыбаясь самой себе в отражении зеркала заднего вида заядлой улыбкой — И что же ты мне предлагаешь?
— Приезжай сейчас к Романовым я еще пока у них
— Надеюсь, что на этот раз мы там будем наедине! — скорчила губы в кривой ухмылке, заметила Оксана, как лобовое стекло её автомобиля покрывается мелкими капельками влаги
— Я тоже на это надеюсь — заверил Коновалов, настораживающим тоном голоса
— Только попробуй меня обмануть Сережа — грозно предупредила его Оксана, выворачивая круто двумя руками руль, вывела машину, на дорогу, ведущую к центру деревни
— Так ты приедешь или нет?!
— Коновалов ты мне уже проходу не даешь, что на тебя нашло? — возмутилась Оксана, замечая сладко целующуюся парочку, что стояла у обочины дороги
— Приезжай сама все узнаешь
— Надеюсь на это — не став его больше слушать, Оксана кончиком коготка указательного пальца, аккуратно нажала на сенсорном дисплее своего телефона, кнопку сброса вызова
«Может ну его нахуй этого Коновалова?!», поддаваясь искушению головоломки Оксана, повернула красный автомобиль, наезжая одним колесом на большую лужу, разбрасывая её грязные брызги крупных капель в разные стороны, в сторону своего дома.
Небо над деревней затянуло постепенно смуглыми темными тучами, закрывая почти полностью от ярких лучей солнечного света. Мелкими каплями он постепенно начал поливать землю, стекаясь на асфальте воедино и образу лужи. Легкий порывами прохладный ветер колебал макушки высоких деревьев на центральной деревенской площади, заставляя петь их мелодию шелеста листьев. Вдалеке над горизонтом, где проявлялась опушка леса, было видно, как сверкает молния, озаряя своей стихией пространства потемневшего густыми тучами неба.



Пробрасывающий мелкими каплями дождь усиливал постепенно свое влияние, поливая бесконечным потоком деревенские улочки. Нарастающий ветер, постепенно раскачивал стволы деревьев, что росли возле склона деревенской гравийной дороги, частично лишь своими мощными ветками, закрывали обзор домов. Дорога при таком количестве вылитых на неё осадков, превратилась почти в кашу, огромные лужи, которым не была числа, заполонили проезжую часть между домами. Огромные темные тучи в небе, закрывали полностью от лучей заходящего постепенно за горизонт солнца. Некоторым детям, живущим на этой улице, нравилось бегать в резиновых сапогах по лужам, громко смеясь, дразня соседскую собаку за забором, что диким лаем разрывалась, мотаясь из стороны в сторону. Атмосферу самого воздуха настыла влага дождя проницающей свежести, легкими порывами ветер, разносил морозящую чувствительную прохладу.
Черный протектор колеса красного мерседеса, наезжая медленно на большую лужу, разбрызгивая мелкие капли в разные стороны, плавно двигался по деревенской улице. Дождь мелкими каплями не переставал стучать по крыше, капоту и лобовому стеклу, омывая полностью корпус автомобиля, придавая ему зеркальный окрас. Дворники работали с бешеной скоростью, танцуя танец необузданной страсти, они едва успевали стирать моющие потеки капель стихии, стекающие по поверхности лобового стекла. Оксана, лелея себя в нежностью прогретого креслом салоне, теплого мерседеса, надев очки на глаза, с трудом вела машину, пытаясь разглядеть дорогу в дождь. Медленно пожимая педаль газа кончиком носка черных туфель, Оксана заигрывала с механическим зверем, заставляя его рычать свирепым рыком под красным зеркальным капотом, омываемым бесконечными каплями дождя. Постепенно двигаясь, как фрегат по бушующим водам в океане, красный мерседес с трудом пересек мокрое размытое стихией воды дорожное покрытие длинной деревенской улицы, подъехал к большим красным железным воротам дома Оксаны. Внезапно дождь, словно по заказу прекратился, как только Оксана остановила красный мерседес напротив больших красных ворот.
— Блядь как по заказу — доставая одной рукой ключи от дома из белой кожаной сумочки, что стояла на раскрытой красной папке, рядом с водительским креслом
Грязным лексиконом выразилась Оксана, оставляя мотор автомобиля работающим, открыла водительскую дверь, пропуская холод свежести пропитанного влагой воздуха в салон автомобиля. Ощущая окутывающий холод на ногах, Оксана коснулась каблуком черных туфель сырой земли, изгибая спину, медленно не спеша покинула автомобиль, делая глубокий вздох ртом. Поспешно двигаясь по мокрому гравию, наступая каблуками в лужу, разбрасывая брызги в разные стороны, Оксана добежала до ворот. Ощущая легкий озноб влаги капель луж на своих ногах, Оксана, поспешно вставляя ключ в замочную скважину, открыла дверь. Вбегая быстро пока не начался снова дождь, в ограду своего дома, задала на сенсорной панели управления воротами, команду на открытие больших ворот. Быстрым шагом, направляясь до своего работающего тихим журчанием мерседеса, влезла в открытую дверь, все еще прогретого салона автомобиля, Оксана тут же закрыла за собой дверь, прервав проникающий морозящий поток воздуха. Подождав пока ворота полностью откроются, выжав полностью педаль сцепления и держа первую перечу включенной, чуть надавила на педаль газа, загоняя плавно и очень аккуратно мерседес в ограду своего дома.
— Только бы успеть — тихо прошептала Оксана, заглушив поворотом ключа, работающий мотор механического красного коня, вытащила его из замка зажигания
Повесив сумочку на плечо, закрывая красную папку, Оксана, оставив свой сотовый телефон в машине вышла, открыла дверь с водительской стороны легким поднятие вверх. Изгибая красивым движением спину и выставляя эластичную красоту своих бедер, покинула салон автомобиля. Закрывая за собой дверь, Оксана, звонко стукая каблуками по цветной каменной плитке в ограде дома, направилась к его крыльцу, ощущая легкий пропитывающий холодом озноб на коже. Услышав тихое журчание за спиной, работающих сервоприводов управляющих главными воротами дома, Оксана, виляя изящной красотой упругих бедер, поднималась по крыльцу дома, стукая звонко по мокрым деревянным ступенькам каблуками. Почувствовав падающие капли, стекающие с крыши дома, Оксана ощутила легкий холод, как пропитывающая их влага насыщала её белую блузку. Воздух был насыщен прекрасным ароматом хвои, который излучал огромный кедр, растущий в ограде дома Оксаны, своими мощными ветками ласкал крышу её дома. Несколько крупных капель дождя, стекающих с поверхности крыши, случайным образом намочили черную ткань юбки Оксаны, пропитав тонкую ткань сыростью, моросили кожу её упругих ягодиц. Крупные капли влаги, поток бурлящей необузданной стихии воды, скатываясь по крыше, упали прямо на пышную золотистую укладку волос Оксаны, нарушим тем самым необычайной пышность объем её укладки. Держа ключи от входной двери дома наготове, тут же вставила их, поднявшись полностью по ступенькам крыльца дома, в замочную скважину, делая два оборота против часовой стрелки, Оксана заметила, как по её покрытой металла шифром крыше снова забарабанил дождь.
— Блядь ну надо же успела
Открывая входную дверь вовнутрь, тихо самой себе прошептала Оксана, быстро перешагивая порог открытой двери, вошла в дом, в тот самый момент, когда по крыше снова забарабанил крупными каплями дождь. Закрывая за собой тут же дверь, Оксана облокотилась на неё спиной, согнув одну ногу изящным изгибом в колено, опираясь каблуком на её гладкую поверхность, глубоко вздохнула, хватая воздух ртом. Атмосфера воздуха в доме была пропитана ароматом дикой розы и терпким запахом бодрящего черного молотого кофе. Положив красную карту пациентки на большой комод, что стоял противоположно входной двери в коридоре, Оксана, не спеша, другой рукой, сняла свою белую сумочку со своего плеча, поставив её сверху лежащей, на поверхности комода красную папку. Медленно пуговица за пуговицей, Оксана, облокотившись, спиной на дверь, расстегивала свою белую блузку, что была пропитана морозящей сыростью дождя, доставляющей её бархатистой коже неприятный озноб. Ощущая, как через мокрую юбку, сырость стала обволакивать её нижнее белье, Оксана, скинув со своих ног пропитавшиеся сыростью туфли. Плавно повинуясь очертанию нежных хрупких плеч Оксаны, белая ткань мокрой блузки медленно скатилась по её рукам, падая плавно на теплый паркет кофейного цвета. Красивым пленяющим очертанием движением шикарных по красоте бедер, Оксана, встав перед, висящим большим зеркалом в коридоре виляя бедрами, постепенно, расстегнула пояс на талии, стянула с себя мокрую юбку. Оставив все на полу как есть, пропитанную сыростью дождя одежду и мокрые намоченные влагой луж туфли, Оксана прошла по теплому завораживающему касанию полу, вошла в открытую дверь своей комнаты.
— Мама опять ты за своё!
Заметила в комнате Оксана, как аккуратно была заправлена её постель, чарующей для себя самой красотой изгибов собственного тела прошла по комнате, направляясь к большому белому шкафу. Чувствуя, как мокрые золотистые волосы моросили холодным касанием спину Оксаны, она встала у закрытой дверцы шкафа, заводя руки за спину, с легкостью своих пальцев расстегнула застежку мокрого черного кружевного бюстгальтера, что сковывал в оковах её сочную грудь. Пленительная мелодия стуканья крупных капель дождя что, не переставая барабанил по окну в комнате, создавая для самой Оксаны скрытую атмосферу романтики. Нежность сдавливающих тисков пропитанного влагой бюстгальтера ослабла, а мягкие подушечки его чашечек начали незамедлительно начали покидать обитель её розовых сосков. Плавно скатываясь по рукам Оксаны, чарующим прикосновением пленяющего трения, лямки черного бюстгальтера, скользили вниз, медленно падая на теплый паркет комнаты.
— М…. я уже вся намокла — лелея себя нежностью прикосновения своей спиной к закрытой двери шкафа гардероба Оксаны, она ластилась о её гладкую поверхность
— Хм… какой ужасный дождь, Елена вы не промокли?!
Услышала Оксана голос Рамазанова из открывшейся со стороны коридора входной двери её дома, насторожилась она, продолжила стоять, скрестив руки на груди.
— О… боже Володя — последовал сразу же удивленный голос Марины Николаевны — Смотри, наша блудница явилась, я же тебе говорила, когда увидела в ограде её шикарную машину
— Оксана ты дома? — спросил Рамазанов, игнорируя реплики Марины Николаевны
«Блядь, только не входи, я не успела еще одеться», прикусывая краешек губы от волнения, Оксана услышала его шаги по коридору.
— Папа не входи! — громко ответила Оксана, заметив на входе открытой двери её комнаты Рамазанова — Пожалуйста….
Застенчиво прикусила снова краешек губы Оксана, опираясь спиной на дверцу шкафа, так и осталась стоять, почти обнаженной, в одних черных кружевных трусиках, скрестив руки на своей сочной притягательной упругими формами груди.
— Я промокла, попав под дождь — придавая застенчивое очертание своим безупречным скулам, улыбнулась Оксана, сгорая от стыда, посмотрела на своего отца
— О… боже дочка — восхитился Рамазанов, обратив внимание на мокрые прелестные золотистые волосы Оксаны — Как ты у меня прекрасна, Костя должен беречь тебя
— Что он как раз и делает — изображая прелестное очертание улыбающихся алых губ пояснила Елена, вставая за спиной у Рамазанова
Красное длинное платье из шифона, красиво облегал изгибы формы тела Елены, отчетливо прорисовывая её притягивающую взгляду грудь, благодаря v-образному вырезу спереди. Отчетливо выражая упругость красоты бедер этой темноволосой женщины, легкая ткань материала её платья, отчетливо отображала привлекательный рельеф бедер. Белые шелковые чулки достаточно сексуально обволакивали её ноги, подчеркивая эротический их изгиб, выражая в нем скрытую похоть её сексуальных намерений, во взгляде таких чарующих серых глаз с блеклым голубым оттенком. Специфический запах лаванды, которым пахло тело этой женщины, завораживал, насыщая атмосферу воздуха в комнате поистине прекрасным вкусом. Мокрые черные волосы, что прилипали её телу, обволакивая так плотно, словно лиана в джунглях ствол дерева, так и тут, нежно обвивая её шею, прижимались холодной влагой касания к белоснежным хрупким плечам Елены. Красивые яркие красные туфли, отлично сочетались с цветом платья, а высокий их каблук, словно приковывал взгляд Оксаны на ногах Елены.
— Костя делает все со своей стороны чтобы уберечь мою непокорную невестку от всяких ненужных ей неприятностей — изумительной красоты лживой улыбки, говорила с сарказмом Елена, входя медленно в комнату, стукая звонко каблуками по паркету
— Можно подумать, как будто я часто в них попадаю
Возразила Оксана, обиженным взглядом посмотрев на эту женщину с самодовольной улыбкой, что направлялась к ней медленным шагом. Проходя мимо парфюмерного столика, расположенного в углу справа от входа, кончиками пальцев вытащила из пачки влажные салфетки, которая лежала на краю комода. Виляя шикарной красотой бедер, эта женщина кончиками пальцев сминала очень аккуратно зажатую в неё в пальцах влажную салфетку.
«Не думала, что Елена до того уж извращенная, но зачем ей салфетка», с опаской продолжая смотреть на неё, подумала Оксана, прижимаясь спиной к двери закрытого шкафа.
— О… боже Оксанка ты почему голая? — удивилась Марина Николаевна, встав за спиной у Рамазанова
— Я промокла мама, попав под дождь — ответила Оксана, разглядывая за спиной Рамазанова свою мать, что так и осталась там стоять
Синее платье подчеркивало все самые сочные прелести тела Марины Николаевны, выражая в нем очертание скрытое сексуальными намеками, желание этой женщины, к мужчине рядом с которым она вилась как озабоченная кошка. Такого же цвета синие туфли, удивительно прекрасно сочетались с цветом её платья, придавая её ногам сокрушительную силу сексуальности, благодаря высокому каблуку. Восхитительная сила аромата «RoseSauvage», насытила теперь уже воздух в комнате плетельными вкусовыми оттенками, запахом дикой розы. Пленительная сила перегара, что вырывалась именно с губ Марины Николаевны, обогащала помимо всего прочего воздух в комнате терпкостью сладкого вкуса безмерно выпитого красного вина. Благодаря проливной силе дождя, пышная укладка чудесных золотистых волос на голове Марины Николаевны, имела схожесть с бурлящим, бурной страсти водопада, прекрасно прилипавшему к телу этой женщины.
— Ну может быть и не так часто — подошла Елена к Оксане, улыбаясь восхитительной прелестной улыбкой, коснулась обеими руками её рук — Прошу моя дорогая невестка не надо нас стесняться
— Нет! — возразила Оксана, не давая ей развести свои руки в стороны, что она скрестила на своей груди
— О…. Володя, что я вижу! — улыбнулась Марина Николаевна — Давай их оставим ненадолго, пусть разберутся, в своих проблемах
— Нет, вы все не так поняли! — проявляя упорство, не давая Елене отвести свои руки от груди
— Володя у меня там припрятана бутылочка очень хорошего эксклюзивного вина
Прошептала шепотом Марина Николаевна под ухо Рамазанову, что с удивлением не готов еще увидеть такое смотрел на свою дочь.
«Вот выдра блядь, моим вином решила налакаться, как кошка озабоченная обихаживает его», затаив обиду, подумала Оксана, опираясь спиной на закрытую дверцу шкафа, оставляя руки скрещенными на груди.
— Я к ним потом зайду, проверю как у них дела
Заверила Марина Николаевна его, потянув за руку, выволокла силой настойчивости и обольщения собственной пьяной кривой улыбки из комнаты, плавно закрывая тут же дверь за его спиной.
— Елена отстань на меня! — громко крикнула Оксана, устав сопротивляться, отвела руки от своей груди, как только дверь в её комнате тут же закрылась
— Хм…. нет — ухмыльнулась Елена коварство обольстительности улыбки, держа Оксану за руку силой своей настойчивости, развернула её тут же к себе спиной
— Что ты делаешь? — возмутилась Оксана, испугавшись упорства этой женщины, опираясь ладонью руки на дверцу шкафа, эротическим очертанием изогнула перед ней спину, выставив упругую прелесть своих роскошных бедер — Зачем тебе салфетка?
— Хочу проверить — шепотом прошептала Елена, отпуская руку Оксаны, принуждая её опереться руками на дверцу шкафа — Насколько ты верна моему брату
— Ты о чем? — не понимая, к чему она клонит, спросила Оксана, почувствовав её холодные пальцы на резинки черных кружевных трусиков
— У вас сегодня в больнице был секс, втроем — продолжая говорить убедительной сексуальной интонацией своего шепотом, шептала Елена под ухо Оксане — Вот Катерина и попросила меня убрать страсть оставшейся помады от её губ, с твоего….
— А понятно! — скривила недовольно губы Оксана, не став дальше слушать её реплики, ощутила, как по бедрам медленно сползала резинка черных кружевных трусиков — Эта сука опять раскрыла свой грязный рот, как раз тогда, когда её об этом и не просили
— Тише Оксана — лаской пленяющего голоса, говорила Елена, спустив до пола трусики Оксаны, положила одну руку на её изогнутую спину, а другую на упругие ягодицы — О…. господи да Катерина и правда права
— Довольна? — поинтересовалась у неё Оксана, переступая через лежащие на полу черные трусики, расставила ноги в стороны
— Как же Катерина, правда, любит тебя — прикоснулась она морозящим касанием ладони руки к поверхности живота Оксаны
— Ах… м…. — простонала Оксана, ощущая настойчивость ладони этой женщины на своем животе, что холодила холодом прикосновения
Другой рукой, с намотанной на кончиках пальцев влажной салфетки, рука этой женщины морозящим касанием материала самой салфетки коснулась горячего лобка Оксаны. Медленно начинала Елена водить холодной влажной салфеткой по лобку Оксаны. Сокрушающая волна сексуальных эмоций тут же окутало сознание Оксаны дикой необузданной похотью. Голова начала кружиться, по вискам словно бил, бушующей в жилах страстью потока крови. Дыхание Оксаны становилось частым и прерывистым, выдыхая воздух сладко постанывая, смачно облизывая губы языком, оставляя на них щедрый слой изобилия собственной слюны. Стенки влагалища Оксаны, стали насыщаться неконтролируемой влагой, обволакивая их бурлящей волной смазки. Елена очень аккуратно стирала влажной салфеткой, оставленную помаду на промежности Оксаны.
— Хм…. Оксана! — коснулась она случайно пальцем возбужденных половых губ Оксаны, что уже успели насытиться изобилием щедрой смазки
— Что?! — как будто не в чем, не бывало, состроило хитрое выражение своих губ Оксана, опираясь руками на дверцу шкафа — У тебя просто поразительная нежность рук Елена
— Нежность рук говоришь — улыбаясь взаимной похотью улыбки, согласилась Елена, сминая в комок, измазанную в помаде влажную салфетку, просто кинула её на пол
Похвалила Оксана, с легкостью освободившись от её объятий, повернулась к ней лицом, медленно обвивая своими руками талию этой женщины. Серые глаза с блеклым голубым оттенком манили к себе, очертание алых безупречных губ Елены, помада которых, так сильно завлекала Оксану, тянула к себе манящим вкусовым оттенком. Наступил напрягающий момент, Оксана излучала свой жар сгорающих жаждой поцелуя губ в открытый рот Елены, когда она так стояла перед ней, загадочно улыбаясь скромным изгибом губ. Восхищаясь сексуальными объемными формами тела этой женщины, Оксана стояла перед ней, позволяя жгучим прикосновением прохладных ладоней Елены, немного придерживать её за ягодицы.
— Я вчера так навозилась с тобой! — неожиданно Елена решила вспомнить тему неприятного разговора, убирая приятные дарящие ласку ладони рук с бедер Оксаны — Ты сама хоть помнишь, во сколько домой пришла?
— Наверно я тебя сильно измотала — предположила Оксана, взяв её за руки, посмотрела в её опечаленные глаза
— Ты хоть помнишь, в каком состоянии домой пришла и о чем мы вчера с тобой говорили?
— Ты пришла допрашивать или трахнуть меня? — возмутилась Оксана, испугавшись реакции серьезной мимике выражения лица Елены, отпустила её руки
— Я пришла узнать — говорила она, четко отчеканивая каждое слово, делая глубокий вздох ртом, очертание глаз, которых отражала признаки душевного отчаяния — Любишь ли ты до сих пор моего брата, и значит ли хоть что-нибудь для тебя наша с ним семья?!
«Блядь ведь можно же обойтись и без этих банальностей!», разочаровавшись в ней, подумала Оксана, покусывая от волнения напряженной ситуации краешек губы.
— Ну конечно значит — развратной похотью улыбкой, улыбнулась ей Оксана, проходя мимо Елены, выражая красоту очертание пленительных изгибов своего обнаженного тела перед ней — Ну сейчас же вопрос стоит не в этом?
— А в чем Оксана?! — настойчиво интонацией своего голоса требовала ответа, эта женщина, направляясь следом за Оксаной, звонко стукая по паркету каблуками красных туфель
— Ты пришла сюда ради того чтобы читать мне нотации и допытывать меня вопросами, который по всей видимости могут и подождать
Медленно покачивая бедрами, Оксана подошла к кровати и согнув одну ногу в колено, опираясь ей на нежность материала теплой постели. Оставаясь повернутой к Елене спиной, изгибая чарующим жестом спину, выставила упругие свои ягодицы перед ней. Потрясающая пышность золотистых волос Оксаны, посыпала водопадом бурных волн её плечи, падая нежностью касания на спину, когда она, запрокинув голову, сгорающим ненасытным сексуальным взглядом, повернув лицо лишь в пол оборота, посмотрела на Елену, что уже стояла за её спиной. Почувствовав жгучие касание прохлады ладони этой женщины на своей изогнутой спине, Оксана издала легкой насыщенности возбуждающий ноткой стон, чуть приоткрыв рот. Другой рукой Елена прислонила с нежностью касания прохладную ладонь руки к животу Оксаны, когда она стояла перед ней, на четвереньках в аккуратно заправленной постели. Пышная растрепанная прелесть золотистых волос, имела весьма объемную укладку, обволакивая шею свисая лишь с одной стороны плеча. Бамбуковое одеяло в самой постели, уже было чуть смято от надавливания на него колен Оксаны, коготками она начала собирать в ком постельное белье, чувствуя завораживающее теплое дыхание Елены у себя под ухом.
— А что тогда по твоему мнению не может подождать? — поинтересовалась Елена, наклонившись слегка, прошептала она обжигающим шепотом, под ухо Оксане
— Мой сексуальный голод к тебе
Открыто заявила Оксана, начиная вновь дышать трепетным учащенным дыханием, возбудившись лаской нот женского шепота, у себя над ухом.
— Ты меня совратила своей влажной салфеткой, так будь добра, доведи дело до конца — изъявила Оксана своё желание, скривив сексуальным выражением алые губы
— Ты правда этого хочешь?! — обвивая ребра Оксаны с обеих сторон своими руками, лаской чарующего шепота спросила Елена, медленно ведя ими от талии до груди — Чтобы я довела до конца то что начала
— Да!
Нежностью стона, желала Оксана, закрывая медленно уставшие веки глаз, улыбнулась тому, как медленно пальчики Елены, постукиванием фантастической ласки приближались к её груди.
— Я так устала Оксана — изнывая уставшим голосом, говорила Елена, обвивая, насколько это было возможно, морозящими ладонями грудь Оксаны — Ты бы знала бы, как я намучалась вчера выслушивать твой пьяный бред
«Блядь как мне хочется, чтобы она просто заткнулась, и мы бы молча все сделали», раздраженно подумала Оксана, не имея сил контролировать порывом возбужденной в ней сексуальной энергии, почувствовала, как эта женщина, что стояла у неё за спиной, нагнулась и прижалась к её обнаженному телу.
— Давай последнее твоё заявление я пропущу специально мимо ушей
Безмерно радуясь тому, как Елена нежностью подушечек пальцев старалась обхватить сочную грудь Оксаны, лаской прижатия слегка сдавливала её. Утешая себя такой сказочной ласке женских рук, Оксана чувствовала, как голова начала кружиться от водоворота ощущений, ощущая на своей груди тиски давления нежных пальцев Елены. Прижимаясь к телу Оксаны, держась за её грудь завораживающим сжатия касания, разминала её грудь, возбуждаясь с неконтролируемой силой для себя, Елена страстно мурлыкала как кошка ей под ухо.
— Нам ведь сейчас так хорошо, так зачем все портить? — изнывала Оксана возбужденным стоном, прикусывая краешек губы
— Я ничего не порчу! — возразила Елена, убирая медленно руку, плавно с груди Оксаны, коснулась поверхностью пленяющей нежностью до её живота, не спеша повела по нему
«Какая же ты дотошная Елена, говоришь одно, а руки твои доказывают совсем другое», изумилась Оксана в улыбки, почувствовав кончики пальцев руки этой женщины, на своём лобке.
— А что ты тогда делаешь? — распласталась в улыбке Оксана, с закрытыми глазами, стоя на четвереньках в постели, раздвинула ноги в стороны перед Еленой
— Хочу, чтобы тебе было хорошо — коготками указательного и среднего пальца начала водить вертикальным движением Елена, по мокрым половым губам влагалища Оксаны
— Мне и так хорошо — лелея себя лаской продольного движения пальцев этой женщины, по своему влагалищу, с нежностью сексуального стона, ответила Оксана — Ты даже не….
Не успев договорить до конца свою мысль, Оксана открыла глаза, широко раскрыв рот, ощутила проникающую в неё прохладу воздуха, как только Елена развела аккуратно пальцами губы её мокрого влагалища, стенки которого уже насытились богатым изобилием влаги. Обжигающий жар дыхания с губ Елены, завораживал проникающим бурлящим потоком выдыхаемого через её губы воздуха, от чего Оксана, сминая с силой одеяло, на котором стояла, застонала громко. Волнующий напряженный момент скора закончился, как только Елена, промеж раздвинутых стенок влагалища Оксаны, всунула внутрь её свой язык. Сокрушительная бурей стихий эротических эмоций, волна морозящего холода слюны на языке, сковывала Оксану в движении, она не могла даже издать ни звука, ощущая лишь, как прохлада собственной слюнной жидкости Елены, поверхностью языка сказочно облизывала её горячие чувствительные стенки влагалища.
— Ах…. а… — стонала Оксана с открытыми глазами, стоя на четвереньках на кровати
После чего губы Елены плавно перешли на клитор Оксаны, начали его обсасывать, вводя нежно два пальца внутрь её возбужденного переполняемого влагой влагалища, сок которого изливался, покидая чарующей вязкостью обитель половых губ. Елена придерживала кончиками пальцев Оксану снизу за лобок, медленно вводила по среднюю фалангу два пальца в неё, с жадностью неутолимого голода при этом обсасывала губами её клитор. Оксана, стиснув зубы от переизбытка сексуальных ощущений, где каждым миллиметром своих стенок чувствовала продольное нежное движение пальцев этой женщины и то, как её губы так старательно с жаждой неукротимой страсти сосали её клитор.
Медленно и очень плавно Елена вытащила свои пальцы, держа стенки влагалища Оксаны раздвинутыми, смачно в него сплюнула. Завораживающая холодом прохлада слюны, своей вязкостью, вызвала просто ураган эротических чувств у Оксаны, ощущая каждой стеночкой своего влагалища, как слюна Елены плавно стекает внутрь неё. Испытав в такое мгновение разящей силы оргазм, Оксана стала учащенно дышать, жадно хватая воздух ртом. Оксана продолжила стоять на четвереньках с раздвинутыми ногами, стиснув зубы, чувствовала, как вязкость слюны внутри неё щекотала стенки её влагалища.
— Хочешь, я тебя обрадую?! — заявила Елена, изумляясь роскошной красотой улыбки, которую Оксана заметила в зеркале на комоде — Это еще не конец!
Стоя за спиной Оксаны, эта женщина расстегнула молнию красного платья за своей спиной, после чего развела его лямки на плечах в стороны, представив напоказ красоту изящной формы обнаженной груди. Повинуясь точности плавных изгибов тела Елены, её красное платье скатилось вниз, падая на пол. Заметив в отражении зеркала прекрасное очертание обнаженной груди этой женщины, которая никак не сочеталась с красным платьем, Оксана жадно облизнула сухие алые губы.
— Я была бы очень рада — изъявила желание Оксана, все еще задыхаясь от недавнего оргазма, набирая воздух в легкие — Если бы вот эти красные трусики, что сейчас на тебе, оказались вдруг на полу — изогнула она пленяющим изгибом спину, вставая в постели на колени
— Теоритически Оксана — заметила Оксана, как Елена, продолжая улыбаться улыбкой развращенной похотью, коснулась пальцами резинки своих красных трусиков — Я могу допустить такой момент
— Так давай же — стоя на кровати перед ней на коленях, Оксана развернулась к Елене
— Ты, правда, этого хочешь? — виляя роскошной красотой бедер, Елена извивалась медленно, словно змея исполняла свой танец под дудку, стянула с себя красные кружевные трусики
— Да! — наблюдала Оксана, как пленительно эта женщина перешагнула через лежащие на полу комнаты красные трусики, наступила на кровать одним коленом — Я этого хочу
— Ты же знаешь, твое желание для меня закон — заверила Елена, опираясь руками на кровать красивым шикарным жестом движения, выгнула спину, встав на четвереньки перед Оксаной
— Я девушка твоего любимого брата — заявила Оксана, укладываясь на скомканной в пылу бурлящей страсти постель, легла головой на бамбуковую белую подушку — И я хочу….
— Я знаю Оксана — прервала Оксану эта женщина, нависая над её лежащим телом, стоя на четвереньках — Я прекрасно знаю, чего ты хочешь
— Блядь так тогда поцелуй же меня — грязно выразилась Оксана, состроив распутное очертание алых губ, посмотрела в глаза Елене, обвивая медленно руками её талию
Пылающий жар с губ Елены, обжигал потоком бурлящего трепетного дыхания, обнаженное тело Оксаны, а голодный сексуальный взгляд этой женщины только вдохновлял разум поддаться похоти эротического соблазна. Сгорая жаждой поцелуя, Оксана начала со страстью облизывать кончиком языка изнемогающие алые губы, жадно настойчивостью голубых лазурных глаз требуя поцелуя. Темная, угольная прядь пышных волос Елены, обволакивая её шею, чарующими волнистыми изгибами свисали с плечами, завивающимися кончиками приятно касались розовых сосков сочной груди Оксаны. Елена искушала жаром горячего дыхания Оксану, создавая напряжение, улыбнулась застенчивой улыбкой, оставаясь на предельно близкой дистанции от её губ. Оксана, предвкушая близость поцелуя, закрывая плавно глаза, открывая чуть шире алые губы, убирая руки с талии Елены, запрокинула ноги, скрестила их за её спиной.
— Как приятно видеть, когда ты терзаешь себя жаждой поцелуя — радостным голосом говорила Елена, пленительной нотой шепота
— Ах…
Издала сладкий стон Оксана, насыщенный нежностью голоса, почувствовав мокрым влагалищем, как вытекает, обжигая анус, слюна Елены и легкую прохладу сквозняка, которая обдувала влажные половые губы.
— М… так приятно — сгорая от страстного желания, с закрытыми глазами произнесла Оксана
— Сейчас будет еще приятней — приблизившись почти вплотную к губам Оксаны, сплюнула в её открытый рот
Не давая даже возможности Оксане проглотить стекающую по поверхности языка смачную слюну, она тут же впилась в её губы. Оксана от такой наглости со стороны этой женщины тут же раскрыла глаза, когда Елена играла танец страсти на поверхности её языка своим, повиливая тактом его движения. Почувствовав резкую нехватку воздуха, Оксана хотела оттолкнуть от себя эту женщины, взявшись за её плечи, Елена силой настойчивости и требовательным поцелуем не дала ей этого сделать. Оксана, вкушая сладость слюны Елены, насыщенную безмерным количеством выпитого вина, извивалась под её телом как бешеный зверь, закрывая глаза, отдалась сахарному слиянию с губами этой женщиной, Позволяя руке Елены обвить свое бедро, Оксана жадно целовалась с ней, обвивая руками её хрупкие плечи. Не придавая никакого значения как ласково пальцы Елены, вертикальным движением гладили мокрые губы влагалища Оксаны.
— Ммм….! — простонала Оксана глухим стоном, начала извиваться в поцелуе с Еленой с необузданной неконтролируемой страстью



Продолжая дальше искушать себя дикой страстью поцелуя, Оксана чувствовала, как пальцы Елены, вновь проникли за грань её мокрых половых губ. Темноволосая искусительница была настойчива, не хотела отрывать Оксану от своих губ, рьяно проникая пальцами вовнутрь её влагалища. Оксана стонала глухим стонами, извиваясь в оковах этой женщины, чувствовала, как пальцы Елены старательно массировали насытившиеся безмерным изобилием влагой стенки её мокрых половых губ. Переизбыток сексуальных ощущений вызывал резкую нехватку воздуха, Елена обволакивала язык Оксаны своей слюной, рьяно проникала пальцами в обитель её мокрого влагалища, принуждая извиваться в постели подобно дикому зверю. Испытывая сокрушительной силой ощущение, Оксана оторвалась от её губ, издавая громкий стон, рухнула тут же на подушку, жадно хватая воздух ртом.
— Блядь я думала… — пытаясь отдышаться, не могла говорить Оксана, почувствовав, как Елена медленно извлекла из неё свои пальцы
— Я знаю Оксана — говорила Елена, медленно пытаясь вытащить пальцы из влагалища Оксаны, продвижение и их бугры, она чувствовала каждой стенкой изнывающих мокрых половых губ
— М…. ты так…. — простонала Оксана, почувствовав, как Елена слегка прихлопнула кончиками пальцев по её мокрому влагалищу
— А теперь ты не против, если я вздремну? — спросила Елена, укладываясь рядом с Оксаной на соседнюю подушку
— Можно подумать ты устала — ухмыльнулась Оксана, распущенной соблазном похоти улыбки, чуть приподнявшись со смятой буграми необузданной страсти постельного белья, опираясь локтем на подушку, повернулась к ней — Теперь моя очередь
— Только после того как я высплюсь — ноющим стоном возразила Елена, уставшим голосом, зевнула нежностью своего голоса, шикарно при этом раскрывая красоту своих губ, покрытых слюной Оксаны — Я сильно устала
— Ой, бедная ты — с сарказмом произнесла Оксана, села на кровать, опустила ноги на теплую ткань красного платья, что лежала на полу — Ты меня изнасиловала
— Тебе ведь было приятно — зевая раскрытым полностью ртом, говорила Елена, оставаясь лежать на скомканном под собой белым бамбуковом одеяле
— Не отрицаю — выгибая спину, встала Оксана, выставив перед этой женщиной изумительную упругость бедер
— Считай — изнеможенным от усталости голосом произнесла Елена, почти засыпая голой на скомканной в пылу страсти, постели Оксаны — Что это было ради Кости, наш с тобой знак примирения
— Примирения чего?! — удивилась Оксана, опираясь рукой на бедро, повернулась к ней в пол оборота, посмотрела возмущенным взглядом удовлетворенных лазурных глаз
Заметив, как за окном быстро наладилась погода, темные хмурые тучи раздвинулись, давая осветить небо чарующему красоте закату солнца. Сила порывистого ветра стихла, успокоив шелестевший громадными ветками, кедр за окном дома Оксаны. Лазурь заходящего солнца радовала Оксану, изумляясь в улыбке, она обратила как прелесть его лучезарных лучей, проникая через стекло, пластикового окна, на котором еще сохранились несколько капель прошедшего дождя, плавно падала паркет пола комнаты. Отражая падающими лучами, ярко капли на стеле окна, лучи солнца достаточно хорошо освещали атмосферу темной комнаты.
— Нашей с тобой близости — сонной интонацией голоса ответила Елена, с закрытыми глазами, после чего тут же засопела, оставив Оксану в одиночестве
Медленно двигаясь по комнате, мимо раскиданной по полу одежды, Оксана, виляя бедрами, направлялась к закрытым дверям белого шкафа. Звук, с которым сопела Елена, сладко постанывая от переизбытка сексуальной фантазии, вдохновлял Оксану, радуя трепетностью чувствительных нот звучания. Медленно открывая дверцу шкафа, взявшись за блестящую его металлическую ручку, Оксана посмотрела с улыбкой на женщину что спала в её постели. Стаскивая с вешалки голубой нейлоновый халатик, Оксана заметила в отражение зеркала насколько была распущенна пышность её золотистых волос, вырисовывая строптивую непокорную картину бушующих волн в океане. Возбужденные губы влагалища Оксаны, еще сохраняли осадок ощущений, после пальцев Елены, с которыми она так рьяно и влиятельно насиловала её.
— Вот как после этого её назвать? — тихо произнесла самой себе Оксана в пустоту звуков в комнате
Голубая тонкая чарующую нежностью касания облегала обнаженное тело Оксаны, пленительно повинуясь каждому сочному её изгибу. Завязывая на талии голубой такого же цвета пояс, Оксана отразила красивым очертание объем роскошной груди, благодаря изящному v-образному вырезу. Отражая в зеркале на комоде самой себе упругую прелесть эластичных бедер, что прорисовывалась благодаря короткому халатику, Оксана, выражая довольство улыбкой, направилась к входной двери. Проходя мимо дорожки раскиданной по полу её одежды, Оксана обернулась коснувшись кончиками пальцев ручки входной двери, посмотрела еще раз как как сладко посапывала во сне темноволосая женщина, искушая себя сексуальными стонами, спала убитым сном на смятой буграми постели. Открывая входную дверь, вильнув напоследок бедрами, сгибая ногу пленительным для себя самой изгибом, переступила порог открытой двери комнаты.
С гостиной рьяно пахло заядлой прелестью перегара выпитого большого количества вина, что волной выносилась в коридор, окутанного пустотой темноты дома. Улыбаясь заядло улыбкой Оксана, прошла мимо раскиданных по полу, синих туфель Марины Николаевны, заметила её платье на входе в гостиную. Пустота мрака окутывала гостиную, закрытые темного, алого цвета бархатные шторы не пропускали даже луча заходящего солнца, однако чуть дальше на полу было отчетливо видно синего цвета трусики. Направляясь по коридору, аккуратно наступая босыми ногами на прохладу паркетного пола, Оксана направлялась к лестнице, что вела на второй этаж её дома. Проходя мимо самой гостиной, в сторону комода, что располагался в коридоре, Оксана разглядела обнаженное тело Марины Николаевны, что лежала на диване, в обнимку с Рамазановым, укрытая темно-красным пледом в клеточку. На полу, возле дивана в гостиной, стояла пустая бутылка из-под вина, а так же разорванная упаковка презерватива, где сам контрацептив уже высохший лежал на краю стеклянного кофейного столика Оксаны, среди рассыпанных по нему цветов алых роз, запах которых она с трудом распознала среди богатства, витавшего в атмосфере воздуха дома. Оксана взяла с комода красную папку пациентки, повесив свою белую кожаную сумочку себе на плечо, что стояла на ней в сторону, тихо смеялась шикарным изгибом губ над распутством, собственных родителей, что они устроили в гостиной. Поднимаясь по ступенькам деревянной лестницы на второй этаж, Оксана не переставала радоваться коварством блистательной улыбки, безупречная красота которой отразилась в зеркале, что висело на стене между лестничным пролетом. Искушая себя головоломкой, Оксана открыла в темноте сумрака, окутанного тенью дома красную папку, начала разглядывать, беглым взглядом, результаты проделанных процедур и анализов, терзая свое сознание непонятной загадкой.

***
Тусклый свет настольного светильника достаточно освещал поверхность стола в кабинете, на втором этаже дома Оксаны. По всему столы были разбросаны проделанные результаты процедур Аришки, а так же в центре его поверхности лежала раскрытая её медицинская карта. За окном шелестел могучими, пышными хвойными ветками ласкал стекло, пластикового окна, напивая шелестом касания тихую мелодию в сумраке окутавшей ночи. Атмосферу воздуха в кабинете насыщала ароматная прелесть кофе со вкусом карамели, чудесный запах которой исходил из фарфоровой белой кружки, что стояла на краю стола. Мягкий светлый, молочного цвета диван, был пропитан чудесным оттенком вкусовым дикой розы, на подлокотнике которого красиво висел красный кружевной бюстгальтер. На полу возле дивана, небрежно в скомканном виде лежали красные кружевные трусики, символизируя голодную страсть, возникшую в этом кабинете между Оксаной и Катериной на момент отъезда к Романовым. Поверхность стеклянного маленького кофейного столика, что стоял возле дивана, украшала пустая бутылка из-под вина и два пустых бокала, на которых все еще красовался след смачно размазанной алой помады. Фиолетовый шелковый платок, все еще лежал на полу излучавший чарующий аромат «Les Fleurs: Violette от Molinard», завораживающий запах, которого сливался с гармонией манящего терпкого вкуса черного кофе со вкусом карамели.
Звонко стукая каблуками черных туфель, по паркету прохладного пола, Оксана ходила по кабинету, держа снимок рентгенографии Аришки обеими руками, через тонкие стекла очков пыталась разглядеть причину повышенного легочного кровотока, чем объясняет усиление его рисунка. Почти едва заметная дилатация левого предсердия, которая по мнению Оксаны, сразу же привлекла внимание. Стараясь не смотреть, как сильно была перегружена правая часть на рентгенографии, Оксана сосредоточила свое внимание на левом предсердии, которое, по всей видимости, и отображала проблему. Представляя в голове, как уменьшается давление в аорте, причина которой была неизвестна, в связи с этим возрастала давление в легочных артериях, а так же систолический перегруз правого желудочка, вызывающий легочную гипертензию.
— Дилатация левого предсердия могла быть вызвана стенозом левого предсердно-желудочкового отверстия
Красиво виляя шикарной красотой упругих бедер, Оксана облокотилась, согнув ногу в колено изящным изгибом, выражая всю прелесть бархатистой кожи бедер, открытой голубым халатиком. Опираясь высоким стройным каблуком черных туфель на стеклянную поверхность кофейного столика, Оксана изогнула спину, выставляя эластичные бедра, красота бархатистой кожи отразилась в зеркале за её спиной, когда она чуть повернула голову, держа в одной руке снимок рентгенографии. Посмотрев через стекло, пластикового окна, за которым, в ночи сумрака, едва было видно, как колыхалась громадная ветка мощного кедра, Оксана проворачивала в голове цепочку всех событий необъяснимой головоломки, разум которой поддавался искушению разгадать. В самой комнате кроме настольного светильника была полнейшая темнота, лишь блеклые, едва видные тени ветки кедра за окном, исполняли строптивый танец теней на стенах этого кабинета.
— Следовательно, значит расширением полости левого предсердия….
«Хм… нет, тогда, скорее всего, был бы виден артериовенозный сброс крови, блядь да что я несу, я явно что-то упускаю, но иммунная система Аришки сильно ослаблена, плюс почечная недостаточность, вызванная гломерулонефритом, не дает нам сделать артериографию, почки просто не смогу вывести контраст из организма», рассуждала мысленно Оксана.
— Блядь пойду, попробую в книге найти нужный мне ответ — психанула Оксана, испытывая эмоциональное раздражение, выпустила снимок из рук, позволяя ему ровно упасть на столик
Томительные часы, Оксана, стукая звонко каблуками, ходила возле своего стола, с большой книгой в обеих руках, читала сквозь стекла тонких очков схожие симптомы болезней врожденных пороков. Раскрытый ноутбук фирмы Apple излучал открытый браузер Google Chrome, на котором были открыты десятки медицинских сайтов в интернете, но не один не объяснял всю последовательность головоломки. За окном уже на дальнем горизонте, прорисовывалась яркий рассвет, сила которого постепенно нарастала, вытесняя сумрак окутавшей небо ночи. Первые золотистые лучи восходящего солнца, меньше чем через час лучезарным светом озарили кабинет, по которому ходила Оксана, изматывая себя с толстой книгой в руках. Виляя красивыми упругими бедрами, Оксана, чувствуя изнемогающее состояние, подошла к черному кожаному креслу возле стола. Положив раскрытую энциклопедию по кардиологии на край стола, Оксана аккуратно ладонями обеих рук расправила халатик на бедрах, села утопая, в нежности кожаного материла удобного кресла. Положив ногу на ногу, оголяя красивый изящный изгиб бедер, Оксана облокотилась на спинку кресла, через стекла внимательно посмотрела в ноутбук одного из медицинских сайтов, вчитываясь в формулировку его описания.
— «Аортальный стеноз» хм… странно! — нахмурила Оксана алую прелесть губок, взяв в руку со стола, остывшую кружку с кофе — Вполне может, возможно, объяснить все, брадикардию у Аришки, а действие Эуфиллина расширением кровеносных сосудов, что еще раз отразило мне тахикардию, которую я заметила, когда держала её сидя в коридоре на руках
Поднося медленно кружку к раскрытым алым губам, размышляла вслух Оксана, разговаривая сама с собой в одинокой комнате, облокотившись на спинку мягкого кожаного кресла. Яркие лучи рассвета проникали через стекло окна, озаряя темное пространство комнаты на втором этаже. Атмосфера воздуха становилась душной, на спине и на ягодицах у Оксаны под голубой нежной прелестью халатика выступили капельки пота. Тяжелые веки глаз сами закрывались, а слабость рук не давала толком довести кружку с кофе до алых губ.
— Хотя опять же не объясняет отставание ребенка в физическом развитии, Аришки ведь четыре года, а выглядит на три с очень большой натяжкой — произнося тихо шепотом вслух, держа кружку возле открытых алых губ, Оксана опровергла свою теорию
Вставая тут же с кресла, с кружкой в руках, Оксана подошла, покачивая бедрами, уставшими изнемогающими ногами к окну, через которое так ярко проникали лучи восходящего солнца. Наслаждаясь сладостью вливаемого кофе, головокружительная сила карамели, даже буди, едва теплой, придавала сахарной вязкости вкуса, легкую бодрость телу Оксану. Играя, сокрушительную гармония разума, сахарная прелесть карамели в кофе, в сочетании с собственной слюной, оставляли на алых губах Оксаны, тонкий насыщенный вязкостью слой. Опираясь рукой на подоконник окна, Оксана изогнула спину, виляла бедрами, наслаждаясь нежностью вливаемой ей в рот с кружки карамельного сладкого вкуса кофе, тщательно его смакуя.
«М… как приятно, сейчас бы чьи-то руки меня обвили бы сзади, жадно самым тока отвратительным сексуальным образом ласкали мое тело, а потом сорвали с меня этот халатик», ощутила Оксана хлынувшую в кабинет легкую прохладу воздуха из открытой его входной двери, но не придала этому никакого значения для себя.
— Оксана! — послышался голос Марины Николаевны со стороны открытой входной двери, врывающаяся волна прохлады которой охватила тело Оксаны — Ты что еще и не ложилась?
— М…. мама! — скривила Оксана алые смоченные вязкостью завораживающей сладости кофе губы, отразила самой себе в стекле окна лучезарную голубую красоту безупречных глаз — Я работаю мама над делом
— Над каким делом Оксана?! — заставила Марина Николаевна, обратить на себя внимание Оксаны
Прекрасный халат облегал тело Марины Николаевны, очертание обнаженных полностью форм, скрывалась за его красной бархатистой тканью. Изумительные сексуальные объемы тело этой женщины, могли вызвать со стороны мужчины сексуальное восхищение, даже оставаясь в таком возрасте, Марина Николаевна, строго следила за своей внешностью, сохраняя в целостность эротических изгибов. Шикарный взгляду размер груди, вырисовывался за гранью v-образного выреза с передней части халата. Изумительная кожа красоты стройных ног, выражалась благодаря разрезам на бедрах этого халата. Золотистая пышность волос на голове Марины Николаевны, отображало стихию волн бурлящих во время шторма, объемная укладка которых имела весьма взывающий к себе вид. Чарующая сила перегара, исходила из алых, размазанных помадой губ Марины Николаевны, и быстро насытила воздух в кабинете сладкой прелестью безмерно выпитого прошлым вечером красного вина.
— Ты только что вышла из комы — начала высказывать возмущения Марина Николаевна, проходя по кабинету, стукая звонко каблуками красных туфель, что чудесно придавали выражение её стройных ног — Тебя чудом удалось спасти
— Я спасаю свою дочь! — заявила Оксана, повернувшись с раздражением, посмотрела на вошедшую мать в её кабинет — Которую ты два с половиной года назад, меня лишила
Отражая всю злость скопленных эмоций, Оксана интонацией голоса выплеснула на Марину Николаевну весь накопленный гнев.
— Не может быть! — словно потеряв дар речи, произнесла тихо Марина Николаевна, произнося это тихо вслух, направилась с поникшим видом в сторону дивана
— Ты не имела права так делать — заявила Оксана, проходя мимо стола, поверхность которого была покрыта анализами и результатами проведенных процедур из открытой папки Аришки — Она была моя дочь, понимаешь моя — выражая всю иронию голоса, она сняла с глаз очки
— И что ты намереваешься сделать? — спросила Марина Николаевна, чувствуя вину утерянных событий, села на диван, расправляя, одной рукой, краешек халата на бедрах
— Вернуть её — более спокойным тоном заявила Оксана — И надеюсь впредь мама, больше не вставай у меня на пути, Аришка моя — направляясь к открытой входной двери, Оксана громко стукала каблуками черных туфель по паркету комнаты на втором этаже
— Оксана стой, подожди! — оставаясь сидеть на диване, силой нежности и ласки интонации материнского голоса, заставила обратить на себя внимание Оксаны, когда она была посреди комнаты — Я хотела сказать тебе….
— Что ты мне хотела сказать?! — перебивая её, Оксана не могла сдержать пыл своих накопленных эмоций, посмотрела на неё, испытывая парадоксальную злобу — Что тебе вдруг стало жалко, хм… блядь да не смеши — продолжила дальше она реплику за свою мать, не поверив её чувствам сопереживания, выразившись так ярко на лице
— Прошу подойди ко мне — серьезным расстроенным отображением глаз посмотрела Марина Николаевна на Оксану, что стояла, чувствуя ярость посреди кабинета — Я в замешательстве Оксана, мне нужен твой совет
«Мой совет, хм… странно, сколько я ё знаю, она всегда поступала по своему усмотрению, что же теперь изменилось», усомнилась Оксана, состроив задумчивое очертание собственных скул.
— И с каких это пор ты стала со мной советоваться?
Недоверчиво посмотрела на неё Оксана, все же взгляд Марины Николаевны, вынудил её сделать шаг навстречу к пьяной матери, что сидела на диване.
— Я просто хотела с тобой поговорить — радушной пьяной улыбкой улыбнулась Марина Николаевна, прикрывая слегка открытую грудь красной бархатной материей халата — Уверена, что ты найдешь для матери хотя бы пять минут, а потом можешь бежать по своим делам
— Так и о чем же пойдет наш с тобой разговор? — подходя к дивану, все еще сохраняя возмущение на лице, спросила Оксана, встав в метре от дивана на котором сидела пьяная Марина Николаевна
«Блядь не понимаю почему, ну пьяной она мне больше нравиться», допуская для себя грань запредельных мыслей, подумала Оксана, прикусывая от неожиданного волнения краешек губы.
— Присядь — чарующей нотой голоса обратилась Марина Николаевна к Оксане
— Куда?! — удивилась Оксана, заметив каким пленяющим жестом, она положила ногу на ногу, облокотившись на спинку мягкого дивана — К тебе на коленки?! — понимая, что сказала для себя глупость, все же решила немного потешиться нежностью рук матери
— Ох… пожалуйста, пожалуйста — словно засмущалась Марина Николаевна, положила ноги нормально, сомкнув их вместе — Я думала ты просто сядешь рядом
— Ну, если ты так хочешь — быстро сменив свой пыл, Оксана подошла к ней, повернувшись спиной к сидевшей Марине Николаевне на диване, позволила ей самой сделать выбор — Я могу сесть просто рядом с тобой
— Нет-нет — возразила Марина Николаевна, нежностью рук обвила сзади бедра Оксаны, вынуждая её сесть к себе на колени — Я хочу этого сама Оксана
— Так о чем ты хотела со мной поговорить? — наслаждаясь прелестью сладкого перегара исходящих от губ Марины Николаевны, спросила Оксана, сидя у неё на коленях, чуть повернулась к ней боком
— Не понимаю, как это произошло но… — медлила Марина Николаевна с ответом, обвивая руками бедра Оксаны, прижимая её тело к себе
— Но что мама?! — поинтересовалась Оксана, зная дальше продолжения столь загадочного откровения, положила голову на плечо Марины Николаевны — Я не экстрасенс, я мысли не умею читать — случайно обнажила плечи от нежной нейлоновой материи голубого халатика
«Ну же, что так трудно, я переспала с твоим отцом, что мне дальше делать?», мысленно за неё в голове провернула Оксана реплику, которая должна была сказать ей Марина Николаевна.
— Ты ведь взрослая женщина у меня Оксана — разглаживая нежностью теплой руки волнистую пышную прелесть волос Оксаны, тянула с ответом Марина Николаевна — И должна все понимать
— О… боже мама — глубоко и изнуренно вздохнула Оксана, почувствовав как пояс её голубого халата чуть ослаб, а сам голубой халат будто специально сполз до талии, обнажая красоту очертания изящных изгибов её безупречного тела — Да, что в самом деле у тебя случилось?
— В общем, у нас с твоим отцом что-то было
— Естественно! — ухмыльнулась Оксана, улыбаясь застенчивой улыбкой, пожала перед матерью обнаженными хрупкими плечами — Я же ведь как-то появилась на свет!
— Да нет, не тогда — возразила Марина Николаевна, положив обжигающую теплом ладонь на изогнутую обнаженную спину Оксаны, что сидела у неё на коленях
— Ах… — издавая насыщенный нежными нотками сладкий сексуальный стон, Оксана закрыла глаза, раскрывая алые губы, ощущая тепло материнских рук на своей голой спине
— А вот этой ночью — пояснила Марина Николаевна, разглаживая ладонью по изогнутой спине Оксаны, создавая приятное ощущение трения
— Ну и что тут такого — радушно ответила Оксана, одаряя мать прелестью лучезарной улыбки восхитительно красивых алых губ — Это я заметила по использованному презервативу на моем кофейном столике и то, как ты прижималась к нему во сне голой
— Значит, ты уже обо всем знаешь
— Тут и знать нечего — открыла неожиданно Оксана глаза, оказавшись полностью обнаженной на коленях у Марины Николаевны
Голубая нежная ткань халатика в чарующем, переливающимися изгибами падении упала на пол, прямо на носки красивых красных туфель Марины Николаевны.
— Что мне делать Оксана? — нисколько не смутившись сидевшей голой Оксаны у неё на коленях, обвивая лаской теплых ладоней, красивые бедра дочери, спросила Марина Николаевна
— Для начала — повернулась к ней Оксана, чарующим отблеском голубых лазурных глаз посмотрела на эту женщину, положив свои руки к ней на плечи — Может мне стоит одеть мой вон тот голубой халатик, что лежит у тебя в ногах, а то если ты не заметила я полностью голая
— Это подождет? — возразила Марина Николаевна, аккуратно обивая талию Оксаны, другой рукой поверхности пленяющей касания ладони прикоснулась к её ребру — Что мне делать?
— Хм… а почему нет?! — удивилась Оксана, лелея себя нежностью материнских теплых рук, прижалась к ней
— Что ты хочешь этим сказать? — не понимая Оксану, спросила Марина Николаевна
— Почему бы вам не возродить былую связь?
Предложила Оксана, разводя ноги в стороны, опираясь коленями о мягкую обшивку дивана, медленно упругой прелестью ягодиц, коснулась колен Марины Николаевны, оставляя свои руки у неё на плечах. Водопадом бурлящей страсти пышная золотистая прелесть Оксаны, хлынула волнообразным потоком на её спину, когда она, держась за плечи Марины Николаевны, изогнула спину. Закрывая медленно глаза, открывая алую красоту безупречных губ, глубоко вдохнула запах перегара сладкого вина, излучаемый от губ матери, позволяя себе так распутно вести перед ней.
— Но…. Оксана! — не решаясь спешить с ответом, Марина Николаевна, оставляя теплоту прекрасных нежных ладоней на спине Оксаны — У него ведь семья
— Это не проблема — открывая медленно уставшие веки глаз, ответила Оксана, зевая похотливо развратными губами, издала легкой насыщенности сексуального голода стон — Вы мне нужны, оба, и вместе — придавая убедительность своей речи, состроила губы бантиком
— Тебе одной меня не хватает? — поинтересовалась Марина Николаевна, обнимая Оксану, держа одну руку у неё на спине, а другой на ребре, прижала её к своему трепетно дышащему телу
«Странно, я ведь даже не пьяная, а так веду себя с этой выдрой, совсем не чувствуя никакой к ней ненависти за прошедшие годы», лелея себя в ласке теплых материнских рук, подумала Оксана, улыбаясь лживой улыбкой фальши.
— Сегодня ты меня любишь — застенчиво говорила Оксана, скрывая насыщенный подлостью взгляд за прядью золотистых волнистых волос, прижимаясь к телу Марины Николаевны, глубоко дышала ртом, вкушая сладость перегара с губ этой женщины — А завтра мы уже будем, как кошка с собакой
— И ты рассчитываешь — убирая руки с тела Оксаны, возмутилась Марина Николаевна, сурово посмотрев на распущенную, доведенную до безграничного разврата дочь — Что живя дружной семьей, твой отец не даст мне воспитывать тебя
— Не даст тебе, воспитывать меня силой? — скривила губы Оксана, сгорая от стыда, осталась сидеть на коленях у матери
— А как еще тебя воспитывать Оксана?
— Только не надо так! — не согласилась Оксана, опуская ноги с дивана, коснулась каблуками черных туфель паркета пола
— Как Оксана? — высказывая возмущение, повысила голос Марина Николаевна, посмотрев недовольно на свою распущенную дочь
— Вот так как ты сейчас делаешь! — заявила недовольно Оксана, вставая с колен матери, опасаясь получить взбучки от неё, говорила очень расчетливо, аккуратно подбирая слова
— Как я делаю?! — развела руки в стороны, сидя на диване, Марина Николаевна, была удивлена возмущенным поведением со стороны Оксаны
— Мне нужно на работу — нагнулась Оксана, красиво выгибая спину, поднимая лежащий синий халатик, возле ног своей матери
— Нет погоди! — схватила она за руку Оксану, оставляя её тело в согнутом положении — Мы еще не закончили! — со строгостью голоса заявила Марина Николаевна, суровым взглядом посмотрев в глаза дочери, когда она подняла голову так возмутилась наглости её поступка
Расположившись в согнутом положении к своей матери, с раздвинутыми в стороны ногами, когда Марина Николаевна, держала её крепко за запястье одной руки, Оксана чувствовала проникающее влияние холодной свежести воздуха на своей промежности, что лаской касания ласкала обнаженную кожу. Легкая оправа очков Оксаны, что были на её глазах, начали медленно сползать, держа в другой руке скомканный край голубого халата, она не могла предотвратить сползание своих очков. Легким прикосновением свободной руки, Марина Николаевна сняла очки с уставших обиженных глаз Оксаны, положила их аккуратно рядом с собой на диван.
— Мне нечего тебе сказать — недовольно буркнула Оксана, когда Марина Николаевна держа её за запястье, вынуждала стоять перед ней в согнутом положении — Отпусти меня!
— Вечно бежишь от проблемы
Отпуская руку Оксаны, продолжила разговор Марина Николаевна, положив ногу на ногу, обнажив из-под красного халата изящную красоту стройных бедер.
— Вместо того чтобы попытаться самой их решать — намекая на слабость Оксаны, облокотилась на спинку мягкого дивана
— Я же сказала — прошипела Оксана с ненавистью голоса, одевая на свое обнаженное тело голубой халатик — Мне нужно работать — повторила она еще раз свои намерения, ощущая нежность соприкосновения нейлона с бархатистой кожей
— Я твоя мать Оксана! — заявила, громко, вставая с дивана, Марина Николаевна заставила Оксану обратить на себя внимание, когда она стояла уже возле стола
— Блядь и как я сама об этом раньше не догадалась?!
Огрызнулась Оксана, быстро собирая на поверхности стола, анализы и результаты проведенных процедур Аришки в большую красную папку.
— Хватит со мной так огрызаться! — с угрозой в голосе, предупредила Марина Николаевна, встав за спиной у Оксаны
— Я даже еще не начинала — ухмыльнулась Оксана, держа собранную красную папку в одной руке, взяла в другую руку кожаную белую сумочку, повесила её на плечо
— А что ты сейчас делаешь?
— Пытаясь внятно разговаривать с тобой — повернулась к ней Оксана, ощущая опаску во взгляде матери, решила поспешно покинуть комнату
— Стой! — остановила Марина Николаевна, схватившись снова за руку Оксану
— Что еще? — прошипела Оксана с ненавистью, пытаясь из-за сильных играющих внутри себя эмоций вывести мать из себя
— Вот держи — вложила она собранные аккуратно очки в руку Оксаны
Ничего не ответив, матери, Оксана взяла в руки очки, поджав от обиды нижнюю губу, звонко стукая каблуками черных туфель, направилась к раскрытой входной двери рабочего домашнего кабинета. Выражая всю изящность изгибов своего тела, Оксана поспешно стремительно шла к входной двери, очертание пышности золотистых волос в этот момент играла бурную страсть на её голове, придавая невообразимый объем укладки. Эмоции Оксаны играли ураган наболевшей душевной боли, трепетание сердца, отражала глубокий страх, который она испытала изводя свою мать. Быстро спускаясь по деревянной лестнице, на первый этаж, Оксана, глубоко хватая воздух ртом, не различая даже в пережитом страхе витавший в атмосфере дома вкусный сладости запах красного вина, слышала лишь только стуканье каблуков о ступеньки лестницы. Ощущая себя на эмоциональном уровне, словно загнанной в угол кошкой, с ненавистью посмотрела на раскрытую дверь комнаты на втором этаже, опираясь бедрами на перила деревянной лестницы.

***
Чарующее касание шелковой черной материи чулка, плавно ползло вверх по ноге Оксаны, когда она, опираясь одной, согнутой в колено ногой, на белый пуфик в своей комнате, держалась кончиками пальцев за его резинку. Черные шелковые трусики Оксаны очень изящно прорисовывали очертание упругих ягодиц, выражая стойкий эротический изгиб её безупречного тела. Сковывающие оковы черного бюстгальтера отображали непревзойденный объем сочной прелести груди Оксаны, что отчетливо отражалась в зеркале на комоде, перед которым она стояла. Голубой короткий халатик, аккуратно висел на краю рамки большого зеркала, пленяющей лаской сквозняка, проникающего в комнату, из отрытого окна комнаты, касалась рукавами изогнутой спины Оксаны, придавала её тело сказочной ласки нежности трения. Завораживающая прохлада воздуха, была насыщена прекрасным хвойным запахом, что излучал могучий кедр, который рос, возле дома Оксаны. Атмосфера в комнате была все еще насыщена сладостью аромата перегара красного вина, которым надышала сладко стонущая во сне, обнаженная Елена, что лежала на смятых, бурных порывах сексуальной страсти, простынях постели Оксаны. Черные туфли, в которых была Оксана, были небрежно разбросаны возле белого пуфика, на которого она стояла, опиралась своей согнутой в колено ногой на его чудесную мягкую поверхность.
— Аневризма синуса Вальсальвы что предложила Марина Викторовна — разглаживая теплым касанием обнаженные бедра, рассуждала тихо сама с собой вслух Оксана
Одевая очки на лазурные голубые глаза, Оксана внимательно посмотрела в раскрытую папку рентгенографии Аришки, было видно, как увеличен правый отдел сердца и усиление легочного рисунка. Стойкий перегруз правого желудочка, необусловленный необъяснимым сбросом крови из аорты в камеру правого отдела сердца, вызывающим дилатацию правого предсердия, что в следствие давало легочную гипертензию. Оксана терзала себя мыслью, что же вызывает такой объемный сброс крови, вызывая тем самым систолический перегруз правого желудочка.
— Порыв её объясняет сброс крови из аорты в правый желудочек, там самым вызывая его перегруз, а так же объясняет систоло-диастолический шум, который я услышала у Аришки при прослушивании её стетоскопом
«Разрыв аневризмы синуса Вальсальвы дает перегруз правого и левого желудочков, а так же может вызвать объемный перегруз правого желудочка», предположила Оксана, вдыхая свежий проникающий воздух из открытого окна.
Дверь комнаты тихо скрипнула, издавая механический звук нажатия на дверную ручку, после чего плавно отворилась. Тешась нежностью собственных рук на своих бедрах, Оксана стояла, опираясь одной ногой на пуфик, заметила красный длинный халат Марины Николаевны. Гордая походкой женщина, вошла в комнату словно Клеопатра, звонко стукая каблуками красных туфель по паркету, выражая в каждом своем движении прекрасного очертание скрытых эротических изгибов под красной материей халата на ней. Волна аромата дикой розы, которым пахло тело Марины Николаевны, моментально насытило воздух в комнате завораживающей стихией сексуальной страсти этого запаха. Блеклые серые глаза у Марины Николаевны, с ярко выраженным голубым оттенком, очертание самовлюбленного высокомерного взгляда которого было направлено на Оксану. Изумительная улыбка алых прекрасных губ этой женщины, вызывало восхищение, умение правильно ими жестикулировать, выражая бесподобную мимику лица, делало ей весьма важный статус, в обществе которого она могла оказаться.
«Блядь, как ты меня заебала!», глубоко вздохнув, хватая воздух проникающей свежести ртом, выразила Оксана грязно лексические мысли в своей голове, посмотрев с ненавистью на Марину Николаевну.
— О… боже, что тут между вами произошло?
Удивилась Марина Николаевна, перешагивая порог открытой двери, оценивая обстановку разбросанных по полу женских вещей и голое тело Елены, что так сладко постанывала на скомканных простынях постели Оксаны. Особенно внимание этой женщины, привлек весь этот разврат, что сохранил свою прелесть на белых простынях собранных волнами бурной сексуальной страсти. Вкусовые оттенки аромата женского парфюма настыли постельное белье на большой двуспальной кровати Оксаны. Вминаясь головой в белую бамбуковую подушку, Елена отобразила удивительную объемную укладку черных, как уголь волос, отражая раздвинутыми в сторону ногами, чуть согнутыми в колени всю красоту своего притягивающего взгляду тела.
— Даже боюсь и подумать, что тут все-таки происходило между вами
Скривив губы в изумительной улыбке, медленно вошла в комнату Марина Николаевна, не переставая смотреть восхищенным взглядом, на тело лежащей на постели обнаженной Елены.
— Собираешься? — хладнокровной интонацией голоса спросила Марина Николаевна, внезапно сменив неприятную для Оксаны тему разговора
— Я же тебе сказала мне нужно работать — ответила, недовольно буркнув, надув губы Оксана
— Тебя сегодня дома ждать?
— А тебе это срочно нужно знать? — улыбаясь такой же равнодушной улыбкой, ответила Оксана вопросом на вопрос
— Я твоя мать Оксана! — высокомерно заявила Марина Николаевна, поднимая тон своего голоса, чуть ли не до командующего — Я имею право знать — гордо поднимая подбородок, говорила она
— А я имею права на свою личную жизнь — возразила Оксана, взяв с комода тюбик с алой помадой
— Согласна! — неожиданно решила уступить Марина Николаевна, делая неожиданный уклон на нежность звучания материнского голоса — Но вот только, если бы ты умела бы умело распоряжаться своей личной жизнью — проходя по комнате в сторону открытого окна, посмотрела она критикующим взглядом на Оксану
— Это мое дело — не согласилась с ней Оксана, ерзая нежно губами, жадно посмотрела, держа на кончиках пальцев тюбик помады, выдвинула его поразительной красоты алый стержень
— Пойми Оксана — встав у раскрытого окна, уверяла Марина Николаевна, когда пышную прелесть её золотистых волос, колыхал бурно врывающийся поток прохлады в комнату — Я лишь хочу тебя уберечь
— Я не маленькая мама!
Возразила Оксана, изумляясь в улыбке, медленно прикоснулась алым стержнем помады до своих губ, стала щедро намазывать им губы, оставляя лучезарный отблеск падающего на них света, лучей солнца, на них.
— Оксана! — глубоко вздохнула ртом Марина Николаевна — Для меня ты всегда останешься маленькой, ты ведь мой ребенок
— Иди лучше проспись — возмутилась Оксана её пьяными репликами, оставляя богатый изобилием слой алой помады на губах
— Я уйду Оксана
— Вот и уйди
— Неужели дочка тебя такая жизнь устраивает
— А почему бы и нет?! — удивилась её критики Оксана, задвигая стержень помады обратно в тюбик, надела на него колпачок — Меня бы еще устроило, если вы бы с папой сошлись
— О…. нет, Оксана это невозможно!
Возразила тут же Марина Николаевна, когда Оксана так на неё посмотрела в ожидании положительного ответа, поставив тюбик с помадой на парфюмерный комод. Поправляя ногой туфли, что лежали на полу, Оксана медленно всунула в них свои ноги, лоснящиеся черные чулки, при свете падающих на них восходящих лучей солнца, так приятно облегали их. Звон черных каблуков, туфель Оксаны, громко стукали по паркету комнаты, когда она прекрасно выражая изгибы своего тела, направлялась к гардеробному шкафу.
— Не вижу для этого причин? — пожав плечи, ответила Оксана, придав очертание изумительного выражения своим скулам направлялась, красиво виляя бедрами к белому шкафу
— Да ты с ума сошла — рассмеялась Марина Николаевна — У него же теперь другая семья, жена и двое детей
— По крайней мере — нежностью голоса уточнила Оксана, открывая дверь гардеробного белого шкафа, изгибая спину, выставив шикарную упругую прелесть бедер — Я все еще его дочь — повернула она голову в сторону Марины Николаевны, что стояла у раскрытого окна в комнате
— И причем тут это? — удивилась Марина Николаевна, не понимая, к чему клонит Оксана, делая такой тонкий непонятный для неё намек
— А при том — заявила Оксана, аккуратно снимая с вешалки белую блузку — Ты думаешь, что он просто так по былой между вами когда-то любви с тобой переспал да?! — задавая такой вопрос, она наблюдала за реакцией выражения мимике на лице у Марины Николаевны
— Мы же взрослые люди ты же сама все понимаешь Оксана, ну выпили мы с ним, ну возникла между нами некая связь, которая когда-то горела огнем
— А сейчас разгорелась, потому что я так захотела! — заявила Оксана, желая всем своим сознанием психологически раздавить эту женщину
— Не смеши — не согласилась Марина Николаевна, поспешно направляясь к открытой входной двери комнаты — Я всегда знала, что твой отец меня любил
— Что же ты тогда так быстро покидаешь комнату? — усомнилась Оксана в правоте своей матери, одевая на свое тело белоснежную блузку, лелеяла себя лаской своей кожи с нежностью касания льняной ткани — Если ты так уверена в своей правоте
«Я все-таки зацепила эту выдру за живое, где она наконец-то усомнилась в своей правоте», коварством улыбки улыбнулась Оксана, утопая в нежности, материла белой блузки.
— Пойду еще вина твоего выпью
— Пей, сколько хочешь — насмехаясь, говорила Оксана, с восхищением наблюдая, как Марина Николаевна покидает её комнату, застегивая аккуратно блестящие пуговицы на своей белой блузке — Это все равно ничего не изменит, я же права ты же знаешь
Громко повторила Оксана, в закрытую дверь собственной комнаты, не переставая восхищаться радостью превосходства над ней. Снимая медленно с вешалки шкафа черную короткую юбку, с вырезом на бедрах, Оксана, ощущая знойную слабость в своем теле, направилась к кровати с ней. Присаживаясь на смятую комками постель, Оксана застенчиво улыбнулась лучезарной улыбкой, любуясь обнаженным телом Елены, что лежала рядом с ней на постели. Глубоко вздохнула, Оксана, состроив изумительное выражение скул, отображая губы, щедро накрашенные алой помадой, в кривой улыбке, радовалась произошедшим событиям.

***
Коленчатый вал танцевал танец страсти в цилиндрах двигателя V8, бесконечное число тактов и бесчисленные миллилитры сгораемого топлива, подаваемые через впускной коллектор, испарялись при прохождении через искру свеч, усиливая тем самым крутящий момент. Мотор бешеного зверя разрывался в ярости, когда Оксана легонько каблуком усиливала нажатие на педаль газа. Свист покрышек шин, при плавном повороте на центральной деревенской площади, завораживал плавностью скольжения, по поверхности асфальта, разбрасывая мелкие скопившиеся на нем в стороны. Эмоциональное сознание Оксаны разрывалось на части, разговор с Мариной Николаевной, довел её до крайности кипения, единственным выходом которой она посчитала, чтобы расслабиться, хорошенько выгнать своего красного зверя Mercedes-Benz SLS AMG. Удобное кожаное кресло, а так же руль, гладкая поверхность которого завораживала приятным прикосновением и плавностью его поворота. Разящий разрывающийся шум восьмицилиндрового двигателя разносил по округе всю его мощь 571 лошадиной силы, по деревенской округе, распугивая в сторону стадо проходящих мимо коров, мимо которых с ревом пронесся красный мерседес. Даже внезапно нарастающий порывами ветер не смог сбить машину с курса, обтекаемая форма кузова этого автомобиля, словно как игла рассекала воздух в стороны, проносясь по деревенским улочкам, распугивая деревенскую молодежь, что в ужасе разбегались в стороны, лишь бы только не попасть под колеса этого зверя.
— И так Валентина — выворачивая руль, говорила Оксана, стараясь придать серьезности собственному тону голоса — Как там у нас дела с Аришкой?
Обратилась Оксана, разговаривая по громкой связи сотового телефона, закрепленного на приборной панели.
— Легочная гипертензия усиливается Оксана Владимировна — доложила Валентина, весьма взволнованным и уставшим голосом — У девочки уже почти отказывают почки, последствия гломерулонефрита
— Вы подтвердили инфекционный эндокардит на посеве крови? — игнорируя свою коллегу, задала Оксана другой волнующий вопрос, выворачивая руль в сторону больничного дворика
— Оксаночка! — услышала Оксана, приятный лелеющий слух голос Марины Викторовны, на той стороны трубки — Сегодня прям с утра, мы подтвердили распространение в полости эндокарда у твоей Аришки, бактерии зеленящего стафилококка
— Очень хорошо — обрадовалась Оксана, изгибая красивой формы губы в улыбке, алая прелесть которой отразилась ей в зеркале заднего вида — Начинайте лечение пенициллином, он поможет решить последствия, как и гломерулонефрита, так и инфекционного эндокардита, убьем двух зайцев
— Оксана Владимировна — вмешался сонный голос Ларионова, который Оксана услышала через динамик своего сотового телефона — У девочки разрушен иммунитет, последствия легочной гипертензии довели её до того, что она на ингаляциях кислородом, что-то сильно разрушило её легкие, вызывая там отек
— Провели УЗИ сердца — услышала Оксана, голос Вероники, нотки сексуального звучания которого были весьма бодрыми — На УЗИ ярко выражена гипертрофия правого желудочка и никаких признаков с левым желудочком и левым предсердием, все как будто в норме
— Да нихуя там не в норме! — крикнула Оксана, резким нажатием педали тормоза, резко остановила свой автомобиль на больничной стоянке
— Оксана! — сделала замечание Марина Викторовна
— Послушайте — глубоко вздыхая, переводя дух, продолжила Оксана — Закройте сейчас глаза, на правый желудочек и правое предсердие, проблема в левой его части, что-то дает сброс крови, от чего в аорте не хватает нужного давления, а правый желудочек перенасыщен избытком крови, вызывая повышенное давление в легочных артериях
— Может быть это Тетрада Фалло — опроверг Ларионов — И вам просто кажется, что дело в какой-то неизвестной вам причине сброса крови из аорты
«Блядь как он заебал», промычала самой себе Оксана, находясь совершенно одна в салоне своего автомобиля, заглушила плавно и тихо работающий двигатель легким поворотом ключа.
— Валерий Николаевич! — возразила, успокаивая себя, тихой интонацией голоса Оксана, убирая ключ зажигания с брелком сигнализации обратно в свою сумочку — Мы ведь, по-моему, с вами определились, что это не Тетрада Фалло
— Оксана Владимировна! — настораживающе говорил Ларионов — Если вы ошибаетесь, вы можете убить эту девочку — предупредил он, намекая на правильность своего решения
— Хм… знаете что Валерий Николаевич — ухмыльнулась Оксана, покусывая краешек губы, открыла одной рукой, легким поднятием вверх дверь с водительской стороны — Тетрада Фалло лечиться хирургически в этом возрасте с наложением «центрального аорто-легочного анастомоза» с помощью синтетического или биологического протеза
Знойный поток прохлады, свежего утреннего воздуха хлынул молниеносным потоком в салон автомобиля, окутывая ноги Оксаны завораживающим касанием холода. Пышная золотистая красота волос Оксаны, начала колебаться подобно стихии бурлящих волн в океане во время шторме, подражая в такт дуновения ветра. Чарующие запахи черемухи и сирени, витали в атмосфере воздуха, пленяя сознания Оксаны изысканности цветущих ароматов. Свежесть воздуха была наполнена влагой прошедшего дождя, мокрой листвой, а так же прекрасным вкусовым оттенком хвои, возле большой ели, на больничной стоянке, Оксана остановила свой автомобиль.
— Именно! — согласился Ларионов, когда Оксана взяла в руку свой телефон, с закрепленной на приборной панели — И так что вы предлагаете Оксана Владимировна
— Дайте мне сутки — повесив сумочку на свое плечо, Оксана коснулась каблуками черных туфель сырого асфальта, что сохранил прелесть впитавшейся в него влаги, после прошедшего ночью дождя — Если я не найду решение….
— Если вы не найдете решения Оксана Владимировна — предупредил снова Ларионов, серьезной внушительной интонацией собственного голоса — Девочка может умереть, не дождавшись даже окончания ваших суток, она уже на увлажненном кислороде и мы не можем давать ей диуретики…
— Ясно! — прервала его Оксана, изгибая спину, спину покинула приятный насыщенный теплой атмосферой салон красного мерседеса — Начните давать ей «блокаторыкальциевыхканалов»
— Вы издеваетесь! — возразил Ларионов
— Я предлагаю разумный вариант — не согласилась с его мнением Оксана, закрывая за собой дверь красного мерседеса
— У нас может быть не быть суток — предупредила Вероника
— А не нужная операция убьет девочку
Опровергла Оксана, покачивая шикарными сексуальными изгибами тела, продвигаясь по больничной стоянке, между рядами расставленных на ней автомобилей. Чарующая прохлада утреннего холода окутывала её тело, утешая лаской касания прохлады. Игристые тени пышных хвойных веток елей, танцевали танец необузданной страсти, колеблясь в такт дуновения ветра. Огромное густое перистое облако загораживало, большим щитом больничный дворик, от лучей восходящего солнца над поверхностью деревенской больницы.
— Мы продержим вашу девочку еще сутки в таком вот состоянии — заступилась Валентина — Но боюсь, это все, что мы можем для вас тут сделать
— Валентина и вы туда же! — возразил Ларионов, выражая недовольство своим голосом — Поймите медлить сейчас нельзя, нужно срочно уже начинать операцию
— А не нужная операция как будто спасет ей жизнь
— Оксана все указывает на Тетрада Фалло
— Нет, Вероника! — выразила несогласие Оксана своим отказом, подходя к больничным ступенькам крыльца больницы — Прошу вас подождать еще сутки, я найду ответ
— Оксаночка девочка уже в таком состоянии уже сутки у нас в больнице, она ночь не спала, все тебя звала, пока ты….
— Спасибо Марина Викторовна успокоили! — буркнула недовольно Оксана, виляя роскошной прелестью упругих бедер, поднимаясь рядом со стоящими на ступеньках двух молодых медсестер, специально прошла между ними — Вот прям, слов нету
— Всегда, пожалуйста! — стервозной манерой голоса ответила эта женщина — Ты сама, когда соизволишь оказаться в больнице?
— Я уже здесь — ответила Оксана, открывая, потянув за ручку в форме шара большую входную деревянную дверь — Пойду к Аришке сначала забегу
— А тебе не нужно быть уже в клинике?!
— Нет, Вероника не нужно — ухмыльнулась Оксана, изгибая ногу в колено, перешагнула через порог открытой двери, входя в преддверье больницы — Потому что за меня ты сегодня там поработаешь
— Я вчера там работала — обиженно хотела возразить кудрявая девушка
— И сегодня там поработаешь — заявила Оксана о своих желаниях, звонко стукая каблуками черных туфель по бетонному полу, подходя к другой двери
— Хорошо — ответила Марина Викторовна — Тогда встретимся там, думаю сцену с бурными родственниками этой девочки, нам придется пропустить
— Пропустите — улыбаясь застенчивой улыбкой, ответила Оксана, открывая главную дверь вестибюля больницы
Смуглая, окутанная большой тенью обстановка в фойе больницы, предстала перед глазами Оксаны, когда она перешагивая через порог открытой двери вошла в холл. Толпы пациентов уже собрались у стойки регистратуры, ожидая своей очереди, получить медицинскую карту и пойти на прием к своему специалисту, заняв очередь. Атмосфера воздуха была душной и спертой из-за большого количества народу в этом помещении. Разно сортность цветочных растений в огромных керамических горшках, помимо украшения обстановки в помещении придавали гармонию свойственную строптивому бурно играющему запаху. Все словно куда-то стремились с утра, медсестры ходили со стопками медицинских карт, врачи с коллегами других смежных специальностей обсуждая диагнозы своих пациентов, вызывая на себя внимания тоном громко спорящего голоса, утверждая при этом свою правоту. Охранник в больнице, в полицейской черной форме, с табельным блестящим значком слева на грудной клетке своей служебной куртки, проходил вдоль помещения, пил горячий свежеприготовленный кофе в пластиковом стаканчике, приготовленный в кафетерии.
Изображая красоту изгибов своего тела, Оксана направлялась, звонко стукая каблуками черных туфель по бетонному полу к большой массивной лестнице. Ощущая на себе оценивающее внимание со стороны парня, что сидел на креслах ожидания, возле регистратуры, как он любовался телом Оксаны, когда она прошла мимо него, оставляя за собой ковровую дорожку аромата дикой розы. Проходя мимо регистратуры, Оксана заострила свое внимание на, двух очаровательных медсестер, удивительно белый короткий халат, облегал прекрасно их молодые тела, подчеркивая самые привлекательные взгляду внешний вид сексуальных неровностей. Проходя рядом с девушками, Оксана почувствовала удивительный запах ромашки от их тел, чудесное душистое мыло которым пользовались одна из девушек, завораживала нежностью запаха. Удивительно стройные ноги, бархатистая кожа которых была скрыта за обтягивающими джинсами, отчетливо выражающими всю упругость аппетитных бедер рыжеволосой девушки, чудесные веснушки на лице которой так поразительно красиво сочетались с её притягивающей внимания внешностью.
— Оксана Владимировна! — услышала Оксана голос Эдуарда Иннокентиевич со спины, обернувшись, заметила заведующего отделением скорой помощью
— Ах… Эдуард Иннокентиевич — улыбнулась Оксана прекрасным неровностью изгиба своей улыбки — Вы даже не представляете как я рада вас видеть
«Блядь умеет же он не вовремя появиться», раздраженно подумала про себя Оксана, оставаясь стоять между двух разговаривающих медсестер возле регистратуры.
— Рад видеть, что вы себя хорошо чувствуете
Радушной улыбкой улыбаясь, подошел этот мужчина к Оксане, проходя мимо регистратуры, положил на поверхность её стойки голубую папку принятого пациента.
— Оксана Владимировна! — возмутилась рыжеволосая девушка, на которую Оксана уже перестала обращать внимание
— М… Эдуард Иннокентиевич опять новая рубашка? — игнорируя возмущения рыжеволосой девицы, Оксана обратила внимание на фиолетовую рубашку этого мужчины, что вырисовывалась под его длинным белым халатом
— Да она тебя не слышит — обратилась белокурая девушка к своей подруге, что стояла за спиной у Оксаны
— Ничего сейчас услышит — заявила рыжеволосая девушка, позволив себе наглость ущипнуть розовыми коготками за бедро Оксану
— Ай… блядь! — взвизгнула Оксана, повернувшись резко к своей обидчице посмотрела на неё с неконтролируемым возмущение, ощущая неприятный осадок после щипка на своей бархатистой нежной коже — Ты что сука сдурела? — грязно выругалась громко она, чем привлекла на себя всеобщее внимание, замахиваясь в добавок на девушку ладошкой
— Просто хотела, чтобы вы на меня обратили внимание
— Я тебе сейчас так обращу! — возразила Оксана, желая ударить свою обидчицу, но её руку неожиданно сзади схватил Эдуард Иннокентиевич
— Оксана Владимировна! — возразил Эдуард Иннокентиевич, держа со спины согнутую руку в локоть Оксаны — Только не здесь прошу вас решать свои конфликтные ситуации
— Да она меня ущипнула! — возмутилась Оксана, растирая другой ладонью наболевшую кожу на бедре, все еще чувствуя раздражение на ней
— Я хотела у вас спросить, вы работать сегодня в клинике будите, у вас уже очередь там скопилась
— Нет! — возразила Оксана, прошипев на неё змей, почувствовав, как Эдуард Иннокентиевич ослабил её руку, тут же вырвала её — У меня других забот хватает
Направилась Оксана к большой массивной лестнице, что вела на второй этаж, ощущая на себе посторонние любознательные взгляды, как со стороны персонала самой больницы, так и со стороны пациентов за свой бурный грязный возглас. Осадок на бедре беспокоил, Оксана, стиснув зубы, старалась его не растирать ладонью. Поднимаясь по большим мраморным ступенькам лестницы, проходя мимо врачей, Оксана застенчиво прятала взгляд, скрывая сгорающий от стыда взгляд за прядью золотистых волнистых волос.
«Вот же сука ненормальная, да как она только посмела», надула обиженно губы Оксана, поднявшись на второй этаж самой больницы.
— Хм… а вот и ты — заметила Оксана, поднявшись на второй этаж в коридоре, белокурую женщину, что была в длинном белом платье, фасон которого напоминал сарафан — Долго же тебя не было, ты хоть знаешь как настрадалась моя дочь пока ты…
— Заткнись! — прервала её Оксана, грозно посмотрев на неё проходя мимо, закрывая от её критикующего взора красной папкой, что держала в руке
— Да как ты смеешь? — возмутилась женщина, последовав следом за Оксаной
Внешний образ этой женщины был весьма уставшим и поникшим, судя по разводам черной туши на её серых глазах, Оксана обратила внимание, как она настрадалась только за эту ночь. Само тело этой женщины пропахло больничной атмосферой, ткань белого платья была смята, слегка даже открывая прелесть кожи плеча. Пышная растрепанная укладка белокурых её волос, говорила о том, что всю ночь она провела в палате своего ребенка, наблюдая за его состоянием. Унылое чуть живое движение её тело, говорили о том, как сильно она изнемогала от усталости и желала крепко выспаться. Блеклый почти стертый оттенок алой помады на её губах, выражал как сильно она от волнения кусала губы, стирая, ерзая ими с губ помаду.
— Надеюсь, теперь ты понимаешь — замечая все внешние признаки страдания и даже раскаяния на её лице, Оксана решила не выплескивать на неё свой гнев — Что значит быть матерью?!
— Это ты о чем? — делая вид, следуя покорно за Оксаной не видя, куда она идет, спросила как будто не в чем, не бывало
— О твоей одежде и о том, как от тебя пахнет — заявила Оксана, обернувшись к ней в пол оборота, посмотрела на неё, едва сдерживая смех — А вообще знаешь, помнишь как ты два с половиной года назад, критиковала мой внешний вид, так и теперь, мы просто поменялись местами
— Признаю — согласилась Мария Радионова — Но ты хоть знаешь через что я прошла за эти годы, через что я прошла за эту только ночь — создавая иронию драмы, она заплакала, рассчитывая на поддержку со стороны Оксаны
— Я знаю через что ты прошла, прежде чем ты родила мне Аришку, а тем более что ты говорила до родов мне, в роддоме, а так же во время самих родов, а так же после родов…..
«Нет блядь, даже не думай отворачиваться и отходить к окну, все равно я тебя достану тем, что я вытерпела, тогда, когда ты сука такая затраханная лишила меня моей Аришки», направилась Оксана следом за ней к окну коридоре.
— Это не справедливо….
— Теперь ты говоришь о справедливости да!!!
Крикнула Оксана на весь коридору, встав у неё за спиной, положила раскрытую папку Аришки на подоконник окна в том месте где была снимок рентгенографии.
— Вот глянь гипертрофия правого желудочка и дилатация правого предсердия это твоих рук дело, а так же не понятный мне пока еще по всей видимости сброс крови из аорты, в правый желудочек перенасыщая его, образуя стойкое повышенное давление в легочных артериях….
С угрозой в голосе говорила Оксана, указывая коготком указательного пальца, обводя отделы сердца на снимке, что только что назвала перед этой женщиной, делая это так словно читая ей мораль. Эмоции внутри Оксаны бурлили, вынуждая её излить на неё все накопленные страдания, опираясь руками на подоконник, изогнула спину. Испытывая неприятность к этой женщины, Оксана, выказывая мимику раздражения на своем лице, посмотрела на её унывающий образ.
— Я все понимаю…
— Нихуя ты не понимаешь! — грязным матом выругалась Оксана — Вот это вот все последствия твоих гуляний, твоего блядь развлечения, которое я тут пытаюсь устранить
— Чего ты ждешь от меня? — прокричала женщина в тишину коридора, когда Оксана замолчала и удивленным изумительным взглядом с улыбкой уже посмотрела в её заплаканные глаза
— Свою дочь обратно — заявила Оксана, закрывая папку, кончиками пальцев стянула её с подоконника
— Нет!
— Вы не поняли Мария — пояснила Оксана, серьезностью вынуждающего взгляда, посмотрела снова в её глаза — Это не просьба, это требования
— Оксана Владимировна у вас все нормально?! — подошел охранник со спины, вынуждающий мужской голос которого требовал обратить на него внимания
— Да все хорошо — застенчиво улыбаясь, ответила Оксана, состроив этому мужчине лазурную голубую, как сапфир, прелесть глаз — Покажите этой женщине, черный выход из больницы, не хочу, чтобы она своим видом тут распугала всех тут пациентов
— Но я хочу остаться! — возразила женщина, схватившись за руку Оксаны, умоляющим взглядом вынуждала её изменить свое решение
— Ты посмотри на себя — насмехаясь, ответила Оксана, снова вспомнив, как она крепко умеет хвататься за руку
«Блядь даже не думай, я не передумаю», вырывая свою руку из её крепкой женской хватки, чувствуя уже вновь нахлынувший порыв раздражения, Оксана прикусила краешек губы.
— Выведите её, пожалуйста, из больницы, пусть отдохнет и приведет себя в порядок, пока я займусь лечением своей дочери — повторила Оксана свои требования, не проявив даже не капли жалости к этой женщине
— Оксана — обратилась эта женщина, когда охранник спокойно подошел к ней — Спасибо!
«Ну надо же блядь как искренне», ухмыльнулась Оксана, изображая радушную улыбку, мило улыбнулась ей в ответ, после чего повернулась и направилась дальше по коридору.

***
Звонко стукая каблуками черных туфель по бетонному полу, Оксана направлялась по больничному коридору отделения стационара. Подходя к нужной палате, дверь которой была закрыта, Оксана легонько коснулась пластиковой ручки, делая легкое нажатие. Издавая легкий механический щелчок, дверь плавно поддалась вовнутрь. Душная атмосфера спертого воздуха в палате девочки, пропитанная потом, раствором физиологического раствора, что поступал через катетер в ручке Аришку ей в организм. Большие белый занавески на пластиковом окне в палате, вид из которого выходил на сторону больничной стоянки автомобилей были, слега прикрыты. Тень большого громадного тополя за окном, игристыми оттенками, танцевали медленный танец, покачивая громадными ветками за окном. Свет светильников дневных люминесцентных ламп, был полностью выключен, от чего в самой палате создавалась легкая тенистая обстановка. На тумбочки у девочки, помимо сока и бесконечного ассортимента фруктов, бананов, апельсинов, лежал так же аккуратно свернутый стетоскоп, Оксана сразу подумала, что кто-то из её команды забыл его тут при прослушивании сердцебиения и дыхания Аришки. Легкая белая простынка, которой была укрыта Аришка, наполовину свисала с кровати, касаясь одни кончиком линолеума пола. Аришка была одета в больничную рубашку, немного большего размера, переворачиваясь во сне, девочка смяла её полностью на своем теле гармошкой, обнажая опухшие маленькие ножки.
В палате не было никого, кроме спящей Аришки, на больничной койке, девочка с хрипами в легких с кислородной маской на лице, сладко спала. В мочеприемник по катетеру стекала моча, по трубке катетера, Оксана смогла обнаружить, что в моче еще остался признак гематурии. В душной атмосфере комнаты, у девочки выступили частички пота на лице. Медленно стараясь бесшумно закрывать за собой дверь, Оксана все равно с легким механическим щелчком закрыла дверь за своей спиной, разбудив девочку.
— Мама! — заметила Аришка, обращаясь через надетую на лице кислородную маску, вошедшую в палату Оксану, что облокотившись, спиной на дверь не решалась дальше входить в палату
— Тихо Аришка не вставай — возразил Оксана, направляясь тут же к её больничной койке
— Мама! — говорила девочка, обращаясь идущей к ней Оксане, с хрипами в груди, пытаясь из-за всех сил отобразить радостный голос — Где ты была мама?
— Маме нужно работать доченька — заботливым голосом, ответила Оксана, поправляя юбку на бедрах села на край кровати, рядом с Аришкой, положив рядом с собой красную папку и белую кожаную сумочку — Как ты себя чувствуешь?!
— Что у меня на лице?
— Это кислородная маска
— Зачем она
— Чтобы тебе зайка моя было легче дышать — положив ладонь собственной руки на пропитанный частичками пота лоб девочки, пояснила Оксана
— Мне она мешает — заявила девочка, пытаясь снять маску с лица
— Не снимай! — запретила Оксана, убирая руки девочки с кислородной маски, что была закреплена на её лице
— Мне она не нужно! — начала капризничать Аришка, желая снять маску с лица
— Нужна! — строго заявила Оксана, вцепившись крепко в руки девочки, не давая ей снять маску с лица — Я твоя мать и позволь мне за тебя решать, что тебе нужно, а что нет
— Почему ты больше не пришла ко мне вчера?! — поинтересовалась девочка, обидчивым голосом, на её ярких голубых глазах, Оксана смогла заметить потеки слез
— Я же тебе говорю доченька — отпуская руки Аришки, чувствовала Оксана как девочка психологически, на эмоциональном уровне давит этим вопросом — Я хочу, чтобы ты быстрей поправилась и выписалась отсюда
Вставая с кровати, говорила Оксана, любуясь тенью мощной ветки тополя за окном, что игристым движением танцевала на стене больничной палаты. Прозрачные белые занавески на окнах были задернуты, не позволяя четко видеть, от чего Оксана вновь расправляя юбку на бедрах, аккуратно разглаживая ладонями, направилась к окну. Испытывая легкий недостаток кислорода, Оксана желала открыть окно, вдохнуть хоть глоток свежести прохлады утреннего деревенского воздуха, но боясь за состояние Аришки, решила этого не делать. Встав у окна, Оксана выставила излюбленную упругую прелесть бедер, чуть расставив их в сторону, легонько постукивала по его пластиковому подоконнику кончиками коготков, жадно хватая воздух ртом.
— И поэтому ты не пришла вчера? — спросила Аришка уже более ясным голосом, по которому Оксана поняла, что она сняла со своего лица кислородную маску за её спиной
— Зачем ты сняла маску?! — тут же взволнованно спросила Оксана, обернувшись к девочки на больничной койке в пол оборота, оставаясь стоять у окна
— Она мне мешает
— Быстро надень!
— Нет
— Я сказала, одень! — суровым воспитательным голосом требовала Оксана
— Не хочу, не буду! — кинула девочка кислородную маску, но из-за подключенной к ней больной кислородной трубки, маска лишь упала на пол
— Аришка! — громко крикнула Оксана, направляясь тут же к кровати ребенка
— Что?! — крикнула таким же по громкости криком девочка, причем Оксана обратила тут же внимание как частота её дыхания начала тут же увеличиваться
— Что ты твою мать творишь? — быстро падая на колени рядом с кроватью, Оксана, поднимая кислородную маску с пола
Девочка тут же начала задыхаться, бронхоспазм, снова проявился, отягчающим действием вызывая сильное удушье. Аришка схватилась обеими маленькими ручками за горло, полностью раскрыв от шока покрытые слезами глаза, с открытым ртом пыталась с жадностью хватать воздух. Сатурация, процентное содержание кислорода в крови. Аппарат, прикрепленный к пальчику, на крохотной ручке Аришки, выводил резко уменьшающиеся показатели. Девочка начала резко задыхаться, температура тела несколько была повышена, Оксана смогла на это обратить внимание, лишь, когда еще раз прикоснулась к ней.
— Аришка миленькая моя — надевая маску на лице девочки, говорила сильно взволнованно Оксана, оставаясь сидеть на коленях больничной палаты
Кислородная маска не помогла уже, девочка начала сильно задыхаться, цианоз, губ, рук и ног был уже ярко виден. Систолическое давление резко подскочило, прибор показателей давления тут же запищал, выдавая угрозу показаний. Оксана быстро вскочила на ноги и ринулась к столешнице, что была напротив больничной койки, отодвигая её ящик, тут же достала набор для интубации. Побежала к входной двери палаты, звонко при этом стукая каблуками черных туфель, чувствуя обеспокоенность за этого ребенка.
— Два миллиграмма «орципреналинасульфат» живо и реанимационный набор!
Громко прокричала Оксана, открывая входную дверь палаты, держа в руках укомплектованный в пакете набор для интубации.
Подбежала быстро к задыхающейся Аришке, разрывая на её кровати пакет набора для интубации, быстро взяла в руки ларингоскоп и эндотрахеальную трубку. Закрепив ларингоскопов в раскрытом рту Аришки, Оксана начала вводить ей в гортань эндотрахеуальную трубку. Трахея не поддавалась, словно как будто все было сжато, тонкая пластиковая трубка для интубации не могла нормально пройти, встав посреди трахеи.
— Оксана трахеотомию быстро! — прокричала Вероника, вбегая с медсестрой в палату
— Нет! — возразила Оксана, используя ларингоскоп, пыталась настойчиво вести в гортань Аришки, прикрепленную к нему эндотрахеальную трубку — Я смогу!
— Оксана Владимировна — вбежала тут же Валентина следом за Вероникой в палату — Нужно срочно делать трахеотомию!
— Я смогу
— Оксана ты угробишь ребенка, делай трахеотомию — прокричала в панике Вероника
— Да отстань ты — крикнула Оксана, пытаясь ввести трубку в гортань
— Мы её сейчас потеряем! — кричала Валентина, подбегая к столешнице в палате, открыла ящик, достала быстро скальпель и раствор йода, вместе с упаковкой тампонов
— Быстрей она сейчас умрет — визжала уже Вероника, схватив со столешницы скальпель, побежала к кровати Аришки
— Подожди! — смочив йодным раствором, тампон ринулась следом Валентина
— Да блядь! — грязно громко выругалась, сильно волнуясь, Оксана, пытаясь ввести трубку в гортань Аришки
Стенки трахеи были сильно сжаты, не давая пройти эндотрехальной трубки для интубации в гортань, между голосовых связок. Вероника, уже обрабатывая быстро с наружной стороны трахею Аришки смоченным йодным раствором, прислонила кончик лезвия блестящего скальпеля к её горлу. Стараясь быстро нащупать, Оксана с большим трудом раздвинула стенки трахеи, быстро всовывая трубку в трахею, схватила баллон для интубации, присоединила его сильно волнуясь к трубке. Нажимая быстро пальцами, сдавливала баллон для интуации, подавая воздух под давлением в эндотрахеальную трубку.
— Остановка сердца! — громко кричала Вероника, прислонив руки к губам
— Дефибриллятор живо! — рявкнула Оксана, передавая баллон для интубации в руки Валентине, что стояла рядом с ней
— У неё отек легких
— Да блядь я знаю — выражая недовольство, ответила Оксана, взяв тюбик геля, быстро смазала электроды дефибриллятора — Заряд!
— Отек слизистой оболочки гортани мог вызвать брохоспазм, при сильной легочной гипертензии
Рассуждала Вероника, пытаясь в такой момент какие-то необъяснимые теории, разрывая медицинскую рубашку на груди Аришки.
— Разряд! — скомандовала Оксана, прислонив электроды смазанные гелем
— Синусовый ритм не вернулся — ответила Валентина, после того как через тело Аришки прошел заряд до 4000В — Увеличиваю до 5000 вольт
— Заряд! — внимательно наблюдая на прямую, на мониторе, снова распорядилась Оксана — Разряд!
— Синусовый ритм не вернулся — крикнула Валентина, как только через тело девочки прошел заряд в 5000В, пытаясь снова увеличить до 6000В
— Ну же Аришки родная — ощущая дикий ужас за этого ребенка, молила Оксана, держа в руках электроды дефибриллятора — Ну же….
— Оксана Владимировна заряд 6000 вольт — доложила Валентина
— Разряд! — взволнованным голосом требовала Оксана, прислоняя электроды к груди девочки
— Синусовый ритм не вернулся — вновь повторила Валентина
— Аришка зайка моя родная прошу тебя
Падая на колени, перед кроватью девочки с электродами в руках, на лазурных глазах Оксаны появилась нестерпимая влага потока бурных слез, что стекали по её щекам. Оксана горько плакала, склонившись над умирающей девочкой, держа электроды в руках, сидя на полу, понимая, что никак не может вернуть к жизни этого ребенка. Сидя на полу склонила голову на постель лежащей на кровати Аришки, сердце которой остановилось, Оксана уткнулась влажным потеками слез лицом в белую простынь.
— Аришка любимая очнись, пожалуйста — слезно просила Оксана, положив руки на голову девочки, нежно поцеловала в её лоб — Аришка я без тебя теперь не смогу…
— Оксана Владимировна заряд 7000 вольт….
— Аришка девочка моя, доченька моя любимая я все для тебя сделаю все что попросишь только вернись ко мне — жадно целуя девочку в лоб, обвивая теплыми ладонями щечки умирающей девочки, молила Оксана вернуться этого ребенка
— Есть! — крикнула Вероника — Есть синусовый ритм
— Аришка! — обрадовалась Оксана, от чего слезы на лазурных сказочно прекрасных голубых глазах, хлынули потоком неудержимого счастья — Родная моя дочка, ты вернулась
— Последствия отека легких нужно удалить
— Я сама лично этим займусь — взяв из пачки влажную салфетку, с тумбочки возле которой сидела на полу, заявила Оксана, вставая на ноги — Подготовьте операционную, нужно удалить жидкость из легких
— Отек легких вызванный легочной гипертензией сочетался с бронхоспазом, непроходимостью дыхательных путей, вызвавший цианоз — рассуждала Вероника, отходя медленно к окну
— У неё была остановка сердца — возразила Валентина, строя свои догадки — Что говорит об острой сердечной недостаточности
— Начинайте вводить водители ритма, «фуросемид», а так же при яркой выраженной брадликардии, если она вдруг появиться «атропин» в сочетании с «эуфиллином» — распорядилась Оксана, направляясь к открытой входной двери — Вытащите пока что трубку из гортани Аришки, всех жду в своем кабинете
— Орципреналина сульфат уменьшает артериальное давление, так же снижает тонус легочной ткани, исключает проблему в атриовентикулярной проводимостью, нормализуя работу сердечного ритма — рассказывала Вероника, взяв у медсестры в палате приготовленный шприц с лекарством
«Блядь, какая ты дотошная», подумала Оксана, подходя к открытой входной двери палаты девочки, когда Валентина, аккуратно вынимала эндрохеальную трубку из гортани Аришки.
— Вероника просто введи эти чертовые два миллиграмма — распорядилась Оксана, вставая в проходе открытой входной двери
— Оксана Владимировна! — обратилась Валентина, убирая ларингоскоп и эндотрахельную трубку на столешницу, что располагалась напротив кровати Аришки — Я бы хотела если вы не возражаете понаблюдать за состоянием девочки
— Ты мне нужна на дифференциальном диагнозе — возразила Оксана — Чтобы все были в кабинете через пятнадцать минут вам ясно?! — грозно повторила она, покидая палату, звонко стукая каблуками черных туфель по плитке, выложенной из белого мрамора
«Порой все же чудо иногда существует», глубоко вздохнула Оксана, жадно хватая воздух ртом, направлялась по больничному коридору.
Медсестры бегали из одной в палату в другую, дверь в процедурный кабинет была открыта, в ней ожидала какая-то женщина, расположившись на смотровом кресле. Яркие лучи солнца проникали ярой силой восходящего солнца в коридор. Оксана проходила рядом с постом дежурной медсестры, обратила внимание, с каким усердием, девушка, медсестра, что сидела там за компьютером усердно стучала по клавишам клавиатуры. Проходящие рядом люди, медсестры, врачи этого отделения больницы, а так же сами пациенты с таким презрением, смотрели, когда Оксана с заплаканным лицом проходила мимо них, скрывая свою искренность за улыбкой фальши. Размазанная тушь на лице Оксаны выражала большой пережитый стресс, сказываемой на эмоциональное состояние, глаза сияли неразделимой радостью, скрывая печаль, сказочной красотой улыбки, безупречно красивых алых губ. Направляясь вдоль больничного коридора, Оксана выказывала красоту своего тела, отображая в каждом своем шаге, прекрасное очертание эластичных бедер, а расстегнутая верхняя пуговица на белой блузке, отражала, в полной мере, пленительный взгляду объем её сочной груди.

***
Утопая в нежности черного кожаного кресла в рабочем кабинете, Оксана наслаждалась приятной проникающей прохладой свежести воздуха, что проникала в помещение, через открытое окно рядом с ней. Облокотившись на спинку кресла, Оксана эффектно, оголяя бархатистую кожу бедер, чуть выше резинки черных чулок, положила ногу на ногу. Стекла тонких очков, через которые Оксана изучала раскрытую карту Аришки, что лежала перед ней на столе, достаточно хорошо излучали отблеск сохранившейся влаги слез на её лазурных голубых глазах. Верхняя пуговица белой шелковой блузки Оксаны, а шикарный v-образный вырез спереди, отображала очертание сочной груди и краешек черного кружевного бюстгальтера, что сковывала её надежными оковами.
Вероника расхаживала по кабинету, заманчиво выражая шикарную прелесть упругих бедер, притягательность изгибов которых, обволакивали темно-синие джинсы в обтяжку. Белый длинный халат подчеркивал кудрявую темноволосую девушку, как врача специалиста, отображая каждую неровность её хрупкого тела. Завораживающая сила аромата «Tom Ford — Black Orchid», чаруя оттенками непревзойденного могущества запаха черной орхидеи, кружила голову, вызывая у Оксаны, когда рядом с ней прошла Вероника Ларионову, внезапную бурю скрытых сексуальных эмоций. Вероника даже сама не замечала, как своей завлеченной походкой, рассматривая снимок рентгенографии, направляя его на проникающий свет лучей солнца в окне, своей любознательностью завлекла Оксану, очертанием внимательного взгляда.
На краю большого стеклянного стола в кабинете сидела Валентина, скрывая прелесть красного кружевного белья под белым халатом, положив ногу на ногу, выгнув спину, сидела с горячей кружкой кофе капучино. Чарующий оттенок рыжеволосой девушки, сочетаясь с чудесными выраженными веснушками на лице, придавал её образу сокрушительную силу сексуальности. Излучая прекрасный аромат кашемирового дерева, своей изысканной коллекции духов «Azzaro Club Women», Валентина, решила кого-то поразить, так щедро выплеснув на себя изобилие этого изысканного запаха. Прекрасная белоснежная кожа ног, шикарная красота бедер прорисовывалась на вырезах в бедренной части белого халата, дополняли красные туфли на удивительно прекрасном высоком каблуке.
— Отек слизистой оболочки гортани — удивилась Марина Викторовна, положив ногу на ногу, стала покачивать ею, читая красную папку собранного анамнеза — Столь стойкое повышение давления в сосудистом русле артерии легких девочки, должно быть чем-то обоснованно
Выражала вслух свои мысли белокурая женщина, притягательная сексуальных аппетитных форм её была скрыта под белым покровом врачебного халата. Сочная чарующей формы грудь Марины Викторовны, ярко отображала очертание пышного объема. Пышная укладка белокурых волос, была аккуратно уложена в хвостик и скреплена бардовой блестящей заколкой в форме большой бабочки. Сокрушительная сила духов «La Roue De La Fortune», обладая непревзойденным ароматом чудесной гардении, отражала в этой женщине недостаток скрытой сексуальной страсти.
— Легочной гипертензией Марина Викторовна — хриплым голосом, кашля заявил Валерий Николаевич Ларионов — Которая как раз объясняет Тетрада Фалло
— Дело не только в сердце — возразила Оксана, закрывая карту Аришки кинула её на стол за которым сидела в черном кожаном кресле — Слабость в теле Аришки, указывает на сильно изнурение, хотя она все время лежит, что свидетельствует на брадикардию
— Значит, вы предполагаете, что проблема с мозгу? — предположил Ларионов, доставая пачку сигарет, отошел в сторону дальнего открытого окна в кабинете
— Оксана! — удивилась Вероника, остановившись за спинкой кресла, на котором сидела Оксана, выражая возмущение взгляда своих глаз, недоверчиво посмотрела на неё — Уж не думаешь ли ты вскрыть девочки череп, чтобы докопаться до истины
— Биопсия коры головного мозга — снимая очки со своих уставших глаз, зевнула Оксана, положила их на край стола сверху карты девочки —
— Да вы с ума сошли Оксана Владимировна! — возмутился, громко крикнув Ларионов, швыряя пачку крепкого Петра на пластиковый подоконник окна — Вам и так чудом просто удалось вернуть девочку, сейчас нельзя делать биопсию мозга…..
— А когда можно? — прервала его реплики Оксана, повернулась в кресле в сторону окна, возле которого стоял Ларионов — Несомненно взяв биоптат, мы сможем определить род вирусной инфекции атакующей её мозг
— Ты не инфекцию там собираешься найти Оксана! — возразила Вероника — Ты предполагаешь, что это возможна одна из форм детского рака головного мозга
«Догадливая сука!», прикусывая краешек губы, грязно Оксана выразила в своей голове мысли, про эту девушку.
— Мне нужно сосредоточиться — заявила Оксана, медленно вставая с кресла, выгибая спину, отобразила сочную прелесть упругих бедер — Пойду, схожу, что ли в кафетерий
— Оксана Владимировна — обратилась Валентина, коснулась каблуками красных туфель линолеума пола, слезая с края поверхности стола — Позвольте мне сходить в кафетерий, я куплю вам тоже самое, что вы всегда берете
— Спасибо — поблагодарила Оксана, одарив рыжеволосую девушку радушной улыбкой и лазурной прелестью голубых глаз — Это так мило с твоей стороны
— Пойду, прослежу, чтобы медсестры дали девочки все необходимые лекарства — направляясь к входной двери, не выдержала Вероника, иронии похоти взгляда возникшей между Оксаной и Валентиной
— А я пойду в лабораторию — вставая со стула, выражая все самые сочные формы своего тела заявила Марина Викторовна — Анализ на инфекционный эндокардит уже должен подтвердиться
— Вы его еще не подтвердили? — возмутилась Оксана, так внимательно посмотрев в сторону Марины Викторовны
— Оксаночка — уверяла Марина Викторовна прелестью нежного голоса — Ты ведь лучше меня знаешь, что такой анализ делается как минимум сутки
— Легочная гипертензия развивается быстрее, чем мы думали — предупредил Ларионов, выкладывая все из карманов белого халата на подоконник пластикового окна — Все указывает….
— Тетрада Фалло не указывает на усиление легочного рисунка, на снимке рентгенографии отчетливо было бы видно его обеднение — догадавшись, к чему он снова клонит, пояснила Оксана, как глубоко он ошибается
Чарующая сладость терпкого черного кофе, манила изобилием сладостного вкуса, насыщая атмосферу воздуха в кабинете своим специфическим запахом. На стеклянном столе в центре самого кабинета, были разбросаны листки бумаги, раскрыты толстые книги энциклопедии, а так же карта собранного анамнеза Аришки. За окном колебался под порыв нежной свежести ветра большой тополь, своими мощными ветками он вырисовывал тенями проникающие на стены в кабинет танец непокорной страсти. Большие белые вертикальной формы жалюзи, что висели на пластиковых окнах в кабинете, слегка колебались в такт дуновения ветра. На диване было две мягких подушек, кремового цвета наволочки с нарисованными на них силуэта цветов, были немного смяты, а красный вязаный плед, красиво застилал поверхность всей этой постели.
Часы в кабинете непрерывно тикали, пропуская постепенно час за часом, на циферблат которых Оксана даже не смотрела, расхаживая по кабинету с медицинской картой Аришки. За окном ярко прорисовывалась лазурная зябь назревающего заката, солнце постепенно заходило за горизонт, окутывая сумраком голубое небо. Свет светодиодных светильников в кабинете, пленительным белым светом нежным свечением, озарял помещение рабочего кабинета. Аромат насыщенного кофе с завораживающим запахом карамели перенасыщал атмосферу в кабинете, сбивая все посторонние запахи. На стеклянном столе, в центре кабинета в полиэтиленовом пакетике было несколько заварных колец и бисквитов, крошки которых были рассеяны по краю стола. Поверхность красного щедро лакированного столика, где был расположен компьютер, была ассортиментом женской косметики, на которой стоял вертикально тюбик алой помады с выдвинутым белым стержнем, тушью, белая керамическая кружка с кофе, на которой сохранился отпечаток алой помады, от губ Оксаны. Воздух в кабинете становился почти невыносимо душным, даже открытые на проветривание пластиковые окна в кабинете не смогли скрасить эту духоту, свежестью прохлады чистого воздуха. Тело Оксаны, постепенно стало покрываться частичками пота, чарующая сила аромата дикой розы, её парфюма, едва справлялась, сохраняя всю насыщенность этого возбуждающего запаха. Черная короткая юбка на бедрах Оксана, прилипала уже к её бархатистой коже нежностью материла, вынуждая её снять.
— Снижение количество «эритроцитов», а так же «гемоглобина» еще раз указывает на инфекционный эндокардит — рассуждала вслух Оксана, находясь одна в кабинете, положив красную папку на край стеклянного стола — Так же повышенная «СОЭ», доказывает это
Соблазнительно прикусывая краешек губы, застенчиво изображая улыбку самой себе, в отражении висевшего зеркала справа от входа, Оксана кончиками пальцев коснулась блестящей бляшки пояса черной короткой юбки. Медленно и очень аккуратно расстегнула её, позволяя черному поясу постепенно плавно подчиняясь изгибом ягодиц Оксаны скатиться вниз, завораживая кожу при этом легкостью касания, падая тут же на пол. Расстегивая плавно молнию на юбке, Оксана держалась за её собачку кончиками подушечек обоих пальцев, извиваясь красотой шикарных эластичных бедер. Повинуясь рельефу очертания стройных ног Оксаны, черная материя короткой юбки, за края которой она держалась кончиками пальцев, сползала медленно по бедрам.
— Микрогематурия и белок в моче, частый признак инфекционного эндокардита
Перешагивая через лежащую на полу черную юбку, Оксана пленительным жестом согнула ногу в колено, выражая при этом всю эластичность изгиба.
— Инфекционный эндокардит — шептала Оксана, вцепившись в спинку черного кресла, повернула его к себе — А если все-таки Марине Викторовне не удастся выявить возбудитель, основная причина болезни кроется за маской легочной гипертензии уже
Присаживаясь в кожаное кресло, Оксана развернулась к столу, лелея себя нежностью его материла, взяла со стола белую керамическую кружку с кофе одной рукой, другой чуть расстегнула следующее по очереди верхнюю пуговицу белой блузки. Не спеша, поднося белую кружку с кофе к раскрытым губам, Оксана чуть оголила прелесть очертания сочной груди, что была сжата оковами черного кружевного бюстгальтера. Чарующая сахарная сладость карамели кофе, вливалась бурным потоком в рот Оксаны, чудесно создавая гармонию вкуса, когда она так смачно смаковала его своей слюной.
«Блядь ну кого там еще принесло», грязно выругалась Оксана, услышав, как открывается входная дверь её рабочего кабинета.
Внезапно входная дверь кабинета издала механический щелчок, плавно открываясь, затевая необузданную силу легкого сквозняка. Оксана, услышав неожиданное открытие входной двери, поперхнулась кофе, разливая его нарочно на себя. Пленяющая касанием влага кофе моментально начала впитываться в поверхность черного бюстгальтера, пропитывая белую блузку, стекала на поверхность черного кожаного кресла, на котором сидела Оксана. Смачно изобилием слюны, Оксана облизнула губы, отодвигая медленно кружку от губ, краем взгляда, заметила Оксана вошедшую в кабинет белокурую женщину. Находясь в кресле, Оксана повернулась к ней, заметила при этом к своему удивлению, разглядела сквозь стекла надетых на глаза очков, медленно перешагивая через порог открытой двери кабинета, вошла Марина Викторовна. Белокурая женщина чарующая завораживающей страсть запахом гардении, держала в руках бумажный планшет с результатами из лаборатории.
— В крови твоей девочки была обнаружена одна из форм стрептококковой инфекции, что относиться к ряду бактерий, называемый инфекционный эндокардит — пояснила Марина Викторовна, двигаясь по кабинету, красиво отображая красоту изгибов притягательных бедер
— Жаль только что эндокардит не единственная причина, что её убивает
— Но, по крайней мере, он объясняет многое — положила Марина Викторовна результаты посева крови Аришки, на стол рядом с Оксаной
— Начинайте лечение пенициллином — распорядилась Оксана, ерзая попкой в кресле, чувствовала обнаженной кожей ног, как вязкость этой жидкости обволакивает её ноги
— Уже начали — ответила Марина Викторовна, заметив черную юбку на полу кабинета — Оксаночка это что правда твоя?!
— Ну, жарко мне стало Марина Викторовна — вспылила Оксана, прошипев сквозь зубы, сгорая от стыда отвела взгляд в сторону окна — Проследите, чтобы состояние девочки не ухудшилось до завтрашнего утра
— У неё опять лихорадка и она бредит — объяснила Марина Викторовна, решила быстро сменить тему — Звала тебя, хотела тебя увидеть
«Блядь её взгляд меня уже так напрягает, не знаю, сколько еще смогу такое вынести», подумала Оксана, заметив отражающиеся сквозь стекла очков нравоучительный взгляд Марины Викторовны.
— И что?! — хладнокровно пожала плечами Оксана, шикарным изгибом выгибая спину, выставляя изящную красоту эластичных бедер, медленно встала с кресла
— Ты ведь собираешься её навестить? — поинтересовалась Марина Викторовна, медленно подошла к Оксане со спины
«Как же вы меня Марина Викторовна, иногда бесите», глубоко и изнуренно вздохнула Оксана, вдыхая ртом чарующий запах гардении, сжимая пальцы своих рук в кулак, сохраняя свое терпение.
— Эмоции мешают сконцентрироваться на главном
— И что?! — не согласилась с мнением Оксаны эта женщины — Ты же её мать, так пойди же проведай как у неё теперь дела
— Я проведаю утром — заявила Оксана, красиво покачивая упругими бедрами, отошла в сторону открытого окна
— Как знаешь, я просто хотела….
— Я знаю, чего вы хотели! — разозлилась Оксана, повернулась к ней, выражая суровый взгляд лазурных голубых глаз — Дайте мне делать свою работу
— Какую работу Оксаночка — возмутилась Марина Викторовна, испугавшись взгляда Оксаны, отошла на шаг назад — Ты весь день прозябаешь в кабинете, пока мы поремся за твою дочь
— Я пытаюсь ей помочь — возразила Оксана, опираясь бедрами на прогретый солнечными лучами пластиковый подоконник — А вы просто делайте свою работу — огрызнулась она на нравоучения этой женщины
— Какую работу Оксаночка? — продолжала упорствовать Марина Викторовна, изображая конкретное несогласие с мнение Оксаны
— Стабилизируйте Аришку до завтрашнего утра — отдала указания Оксана, лелеялась в лучезарных лучах заката солнце, сидя на подоконнике пластикового окна
— Думаю, что ты знаешь, чем рискуешь
Предупредила Марина Викторовна, выказывая возмущения, посмотрев в сторону Оксаны холодным взглядом безразличия, направилась к входной двери. Оставив в гордом одиночестве Оксану одну в кабинете, Марина Викторовна поразительно гордой, самовольной походкой, пленительными очертаниями форм собственного тела, открыв дверь, вышла из помещения. Легкая проникающая в кабинет вечерняя прохлада слегка колебала волосы Оксаны, окутывая её тело лаской потока теплого скользящего по коже воздухом, завораживая силой расцветающих, за окном, ароматов пышных кустов сирени и черемухи. Знойный жар палящего потока воздуха, вынудил Оксану, медленно направляясь по кабинету к столу с компьютером расстегивать пуговицы на белой блузки, обнажая для себя напоказ прелесть изящных форм очертания собственной сочной груди. Чарующим жестом касания, белая льняная ткань белой блузки, повинуясь рельефу сочных форм тела Оксаны, падала на пол, словно парус корабля в море, раздуваемый во время порыва ветра, её рубашка с длинными рукавами медленно упала на пол. По всему телу у Оксаны, начали скапливаться частички пота, что придавал шикарный отблеск бархатистой кожи, завораживая силой притягательного аромата дикой розы.
Постепенно сумрак ночи окутывал пространство над деревней, фонарные столбы освещения больницы достаточно ярко освещали территорию больничной стоянки. В воздухе окутанным мраком наступившей ночи, было ужасно душно, даже сила пленительной прохлады, обжигало горячим проникающим в кабинет потоком сквозняка. Сахарная пудра заварного сладкого кольца на губах Оксаны, оставляла пленяющей вязкостью слой, когда она ходила по кабинету, оставаясь лишь в одном нижнем белье, снова держала карту Аришки раскрытой в одной руке, а другой держала пряную сладость. Время безмерно стремилось вперед, пропуская часы, томления которых Оксана провела в одиночестве рабочего кабинета больницы, изучая толстую энциклопедию, просматривая интернет странички на компьютере, пытаясь докопаться до истины. Усталость во всём теле изматывала Оксану, ноги становились ватными, руки уже не могли держать даже медицинскую карту девочки, голова не могла уже думать, а глаза устали от перегрузки. Рухнув в кожаное удобное кресло, возле которого, проходила Оксана, она тут же потеряв сознание, выронила карту из рук, в которой выскользнул снимок рентгенографии грудной клетки и УЗИ сердца на пол. Ощущая сильное переутомление, с закрытыми глазами, Оксана, жадно хватая воздух, чувствовала, как на её ногах лежала раскрытая карта девочки, не могла даже пошевелиться, чтобы подобрать все с пола. Чарующий сила кофе капучино, из белой керамической кружке, на которой сохранился след смачно размазанной алой помады с губ Оксаны, уже усыплял сладостью непокорного запаха.



Врывающейся в кабинет через открытые окна сквозняк утренней прохлады разбудил Оксану, как только входная дверь кабинета захлопнулась за неожиданным посетителем. Атмосфера пропиталась диким и ужасным холодом, что вынудил Оксану открыть глаза, оказавшись в черном кожаном кресле, в котором она уснула ночью, медленно открыла глаза, чувствуя озноб холода на коже. Изнуряющая усталость и скованность во всем теле, все еще одолевала Оксану, когда она так красиво выгнула спину, потянулась, подняв и разводя руки в стороны. Все тело казалось бы затекло, ноги продолжали быть ватными, от чего Оксана оглядывая сонными глазами вошедшего посетителя в кабинет, находясь в кожаном кресле в одном нижнем белье, пыталась нащупать на поверхности стола свои очки.
Завораживающая сила аромата «Azzaro Club Women», притягивала своей изысканностью запаха кашемирового дерева, по свойственности парфюма которого Оксана сразу же узнала вошедшую в кабинет Валентину. Рыжеволосая девушка с прямыми распущенными волосами, объемная укладка которых придавала образу этой девушки притягивающий образ скрытой похотливой силы. Красный плащ, красиво облегал тело Валентины, отчетливо выражая её скромное очертание форм тела, под которым Оксана тут же обратила внимание такое же по цвету платье, открыто выражающего своей длинной прелесть эластичных бедер. Такого же цвета красные туфли украшали стройные ноги рыжеволосой девушки, а строгий их высокий каблук, придавал огромную им силу сексуальности.
— Оксана Владимировна! — возмутилась рыжеволосая девушка, сверкнув ярким отблеском, проникающих в кабинет лучей восходящего солнца, от стекол своих очков прямо в глаза Оксаны
«Блядь ну Валентина всегда ведь была на моей стороне», засмущалась Оксана, ерзая попкой в холодном кресле, медленно встала, с него выгнув спину, опираясь руками на поверхность стола на котором была рассыпана сахарная крошка пудры заварного кольца.
— Что?! — делая вид, что так и должно быть придала выраженное возмущение лицу Оксана, ощущая на поверхности ладони и кончиках пальцев сахарную пудру заварного кольца, что съела ночью за этим столом — Вчера было слишком жарко — скрестила она руки на своей груди, жадно обтирая ладонями предплечье
— Я конечно всегда была на вашей стороне, ну тут вы явно перегибаете палку — расстегивая одной рукой блестящую бляшку на поясе красного плаща продолжала выражать недовольство Валентина, поставив красную сумочку на пол рядом с вешалкой для верхней одежды — Но тут вы явно перегнули палку, это же больница!
— А я как будто не знаю
Быстро направилась Оксана к открытому окну, через которое врывался ужасный холод воздуха в кабинет, звонко стукая каблуками по линолеуму пола.
— Что с Аришкой? — тут же спросила Оксана, подходя к открытому пластиковому окну
— Только что мне звонила Вероника — объясняла, рыжеволоса критикующая мучительница — У девочки была острая дыхательная недостаточность, пока вы тут в свои головоломки играете, даже не видите или не хотите видеть пациентку, мы спасаем ей там жизнь
«Боже как ты банальна Валентина», повела губами в развратной улыбке Оксана, держась за ручку пластикового окна, закрыла его.
— Она уже на ИВЛ — продолжила доказывать свою значимость Валентина, расстегнув пуговицы красного плаща — Лекарства, что вы назначили, не помогают при такой форме легочной гипертензии
— Не хочу тебя обидеть, но мне кажется у Аришки явно выраженный дефект в сердце только какой я пока еще не знаю
— Естественно как вы можете знать — снимая с себя красный плащ, недовольно буркнула Валентина — Вы ведь из кабинета даже не вышли, чтобы проведать свою дочь
— Ой вот только не надо а….
— Это у вас какой-то врожденный дефект Оксана Владимировна — повысила голос Валентина, повесив красный плащ, повернулась к Оксане — У вас что-то не сформировалось там, когда вы были еще на ранней стадии эмбриона и теперь пытаетесь винить в этом людей, выказывая своим распутным поведением свое недовольство жизнью
«А что если действительно так, что если при рождении, у Аришки не….», размышляла Оксана, игнорируя крики Валентины.
— Вы даже готовы пойти на все чтобы вскрыть этой девочки череп, когда она даже является вашей дочерью, но для вас важны лишь головоломки!!!
— Я знаю, что с ней — направилась Оксана к вешалке с белым длинным халатом — Пошли сейчас со мной, надеюсь, переносной аппарат УЗИ вы еще не успели убрать — подошла она к вешалке схватила свой длинный белый врачебный халат
— Куда вы?! — удивилась Валентина, насколько безразлично себя ведет Оксана по отношению к её критике — Что случилось то вообще?
— Поверь мне на слово
Уверяла Оксана, улыбаясь застенчивой улыбкой, надевая на себя белый халат, расправила кончиками пальцев золотистые волосы, придавая им невообразимую пышность.
— Знать что с ней теперь уже намного круче — скривила губки Оксана, застегивая пуговицы белого халата, направилась к выходу
— Валерий Николаевич уже хотел готовить операционную — выбежала Валентина за Оксаной в приемную
— М… Ларионов, всегда отличался нетерпеливостью — остановилась Оксана посреди приемной, оглядывая пустой хорошо убранный компьютерный стол Валерии
«Хм… эта Валерия через чур порядочная, но все же и она питает слабость к женщинам, пожалуй я все-таки как-нибудь этим еще раз воспользуюсь», ерзала губками Оксана, постукивая пальцами по поверхности стола.
Направляясь к входной двери приемной, Оксана чувствовала, как бурлила в ней страсть эротических соблазнов. Завораживая движением рыжеволосую девушку, что шла за ней, Оксана покачивала изящной красотой упругих бедер. Касаясь дверной ручки двери, Оксана представила на мгновение, как её ладонь обвивает напряженный пенис мужчины. Поддаваясь водовороту таких чувств, Оксана глубоко вздохнула, раскрывая губы, издала легкий стон, с легкостью пальцев повернула ручку двери. Перешагивая через высокий порог открытой двери, изгибая прекрасным изгибом ногу в колено, Оксана пленительным жестом вильнула попкой, чуть помедлив в проеме открытой двери.
Смуглая атмосфера коридора, вид из окон которого выходили на темную сторону больничного дворика, голубые стены, верхняя половина которых была покрыта известкой, бетонный невзрачный пол, все казалось каким-то серым и обыденным. Тенистые оттенки, бурно играли танец страсти, вырисовывая тенями жесты на стенах этого помещения. Двое мужчин врачей из поликлиники, шли на встречу, с унылыми лицами, один из которых с пышными усами, полной формой торса, приветливо кивнул проходящей мимо него Оксане. Душная атмосфера своей нехваткой воздуха, еще больше возбуждала Оксану, проходя мимо двух медсестер, что шли в противоположном направлении по коридору в поликлинику, за врачами, одна из которых шатенка с бурыми волосами, несла в обеих руках стопку медицинских карт. Предвкушая сладость их парфюма, а так же взглянув на нежные женские ручки, Оксана представила на мгновение свое тело в них. Изнывая нежностью насыщенного сексуального стона, Оксана прошла мимо девушек, звонко стукая каблуками по бетонному полу, мечтала скрытой фантазией ластиться в их нежности женских рук.
«Блядь как сильно теперь хочется секса, тока представлю, чтобы эти две сучки со мной сделали, если бы я оказалась в их компании», облизывая кончиком языка сладостные алые губы, слой которых был покрыт сахарной пудрой заварного кольца, Оксана купалась сознанием в эротическом океане бурно разыгравшихся фантазий.
Оказавшись возле двери нужной палаты, Оксана коснулась её пластиковой ручки, чувствуя легкую нехватку воздуха от сильного возбуждения, надавила на неё легким нажатием. Пластиковая дверь медицинской палаты, издала легкий механический щелчок, после чего поддалась вовнутрь. Пленительный поток теплого воздуха тут же вырвался из палаты, хлынул бурной страсти в лицо Оксане. Мрачная атмосфера палаты Аришки, в которую в утреннюю пору не проникали лучи восходящего солнца, голубые покрытые краской, а так же обычный линолеум никак не подходили для интерьера маленькой девочки. Работающий аппарат ИВЛ, трубка которого была в гортани Аришки, издавал тихое журчание сжатого воздуха подаваемого в определенный период и с определенной последовательностью и объемом. Из ручки четырехлетней девочки исходил катетер, через которую по тонкой трубке капельнице подавалось вазодилататоры. На небольшом железном столике, рядом стоящим возле кровати, лежали ампулы ингибитора АПФ, и ампулы. «Фуросемид» в ампулах 1% раствора, для того чтобы уменьшить предельную нагрузку на правый желудочек.
— Мария Константиновна — уверял Ларионов, стоя возле рядом сидящей на коленях женщины, возле кровати Аришки — Я распоряжусь, чтобы подготовили операционную, Оксана Владимировна не смогла найти ответ по истечению обещанных ей суток
— Валерий Николаевич — предложила Марина Викторовна с легкостью коснулась плеча плачущей возле кровати девочки женщины — Я бы предложила сделать бы сначала ангиографию, с введением контраста вовнутрь
— Я понимаю сейчас не подходящее время — уверяла Вероника, стоя за спиной Марии Радионовой, скрестила ноги, отчетливо отображая изящность очертания упругих бедер — Нам нужно ваше согласие на проведение операции
— А где же ваша Оксана? — замученной сонной интонацией голоса спросила Мария — Почему её нет с нами в такой трудный момент
— Для проведения такой операции помощь Оксаны Владимировна не нужна — возразил Ларионов
— Рано радуетесь! — не согласилась с таким утверждением Оксана, входя в палату с довольной улыбкой на лице, оставив после себя дверь открытой для Валентины
— Оксана Владимировна!
Услышала Оксана, как только вошла в палату Аришки, возмущенный голос Алексея Константиновича, что стоял, держась за руку возле окна, жалюзи которого были наполовину задвинуты, со своей младшей сестрой. Пасмурная картина природных условий вырисовывалась за окном, образуя на небе огромное темное облако, находившегося, по другую сторону больницы. Яркий свет светодиодных светильников достаточно хорошо освещал обстановку окутанную сумрачными тенями при восходящем солнце, лучи которого, вовсе не проникали в палату. Внешний вид этого мужчины настораживал излишней обеспокоенностью, помятая белая рубашка на выпуск, рукава которой были закатаны до локтей. Черные уже лоснящиеся брюки, все еще отлично сочетались с его остроносыми туфлями, налакированных, до блеска. Белокурая девушка, его младшая сестра, была одета в откровенное шелковое платье, материал которого легкостью прикосновения облегал самые притягательные изгибы её хрупкого тела. Стройные ножки этой Анастасии Радионовой, эффектно сочетались с белыми туфлями на высоком каблуке.
— В утробе матери — начала говорить Оксана, проходя по палате стукая звонко каблуками черных туфель, игнорируя возмутительные речи Алексея Константиновича — Для того чтобы у эмбриона было кровообращение….
Оксана, виляя упругой красотой бедер, подошла к переносному аппарату УЗИ, взяв в руки тюбик с гелем. Смазывая поверхность датчика из тюбика гелем, Оксана внимательно оглядела всех присутствующих в палате, что смотрели на неё весьма любознательным взглядом. Валентина услужливо для Оксаны закатала больничную рубашку на груди девочки, освобождая пространство для диагностики.
— Так вот — придавая интригу голосу, Оксана села на кровать рядом с Аришкой, держа датчик УЗИ в руке — Чтобы у эмбриона в утробе матери было кровообращение, так как он там не дышит
Продвигаясь от левого желудочка в сторону аорты, Оксана внимательно следила за картинкой на мониторе, найдя на мониторе функциональное паталогическое отклонение, что являлось своего рода сообщение между аортой и легочным стволом. «Открытый артериальный проток», у эмбриона служит для создания кровообращения, так как плод не дышит легкими. Кровь из аорты, где является самое большое давление, производила сброс через этот канал, перенасыщая нагрузкой правый желудочек, от чего в артериях легких образовалось самое большое давление. Диаметр протока составлял 5 миллиметров, что в какой-то мере допускало еще теорию Оксаны по его устранению. Облитерация, а то есть его зарастание, после рождения, открытого артериального протока у Аришки, не произошло, потому что во время беременности на поздних сроках её мать увлекалась чрезмерными дозами алкоголя, а так же во время самой беременности произошла «асфиксия», с нарушение функции дыхательной системы самого ребенка.
— О… боже — удивилась Вероника — У неё открытый артериальный проток!
— Не может быть! — была под впечатлением Марина Викторовна, поправляя очки на глазах, увидела на функции ЭхоКГ — Боталлов проток и его диаметр составляет около 5 миллиметров
— Ну может, еще меня покритикуете или соберемся для решения у нас в кабинете? — предложила Оксана, убирая датчик от грудной клетки Аришки, улыбнулась застенчивой улыбкой, коснулась кончиками пальцев лица бледной девочки
— Боталлов проток — Ларионов, словно не мог даже двух слов связать — Должен сказать Оксана Владимировна умеет удивлять
— Девочки — обратилась Марина Викторовна к Веронике и Валентине — Распорядитесь, чтобы подготовили операционную на самое ближайшее время
— Оксана подожди! — воскликнула Мария, медленно вставая с колен — Пожалуйста
Жалкое унылое лицо, серо-голубые глаза которого были покрыты поток нескончаемых слез, дрожащие губы, без всякого оттенка помады, что не могли выговаривать ясно слова. Смятое белое платье, фасон которого все еще напоминал сарафан, все еще прекрасно облегало тело этой женщины. Очертание объема сочной груди притягивало взгляду, а роскошная хорошо выраженная талия с аппетитными бедрами, прелесть которых красиво выражало белое длинное платье на ней. Уложенная с утра укладка белых волос Марии, уже имела растрепанный вид, невообразимых пышных объемов.
— Оксана Владимировна — направился тут же Алексей Константинович к Оксане, что стояла уже в открытых дверях медицинской палаты — Я бы хотел как-то вас поблагодарить
— За что?! — ухмыльнулась Оксана, состроив поразительное очертание собственных скул, придала обольстительный изгиб алым губам — Я спасаю свою же дочь! — повернулась она к ним спиной, направилась вдоль по коридору
— Вот об этом я с вами хотел поговорить — догнал этот мужчина Оксану и схватил за руку, вынудил, другой рукой, обвивая её талию рукой повернуться к себе — Послушайте….
«Он блядь что ебанутый?!», вспылила Оксана, высвобождаясь из его рук, недовольно прошипела трепетным дыханием, поджав от обиды губу.
— Нет, это вы послушайте — возразила Оксана — Я вам ничего не должна, это наоборот вы со мной еще за ту гонку не рассчитались
— Оксана послушай! — молила жалким голосом Мария Радионова, встав за спиной своего брата, стирая слезы с заплаканных глаз белым шелковым платком
— Нет! — продолжала упорствовать Оксана, повернулась к ним снова спиной — Хотя если зайдете ко мне через полчаса, я могу, может и передумать
«А почему бы и нет, ведь в конце концов я могу от них попросить все что захочу сама», улыбаясь коварством обольстительной улыбки, самой себе Оксана, виляя бедрами направилась вдоль больничного коридора, между закрытых дверей медицинских палат.

***
Теплая пленительная обстановка рабочего кабинета, бодрящий аромат черного кофе, а так же удобное кожаное кресло, в котором сидела Оксана, держа в руке теплую керамическую кружку, любовалась чудесным медовым пирожным расположенным на поверхности лакированного стола. Белая льняная блузка облегала тело Оксаны, вырисовывая v-образным вырезом спереди объемное очертание сочной груди. Черные капроновые прекрасно лоснились при попадании на них лучей восходящего за окном солнца, расставив ногу в разные стороны и чуть сомкнув колени вмести, Оксана красивым изгибом сидя в кресле, выгнула спину. Черные туфли на высоком каблуке, придавали непревзойденную сексуальность стройным аппетитным изгибами, вызывающими похоть ногам Оксаны. Белый длинный врачебный халат, в котором была Оксана, висел на спинке кресла, был пропитан запахам кондитерских изделий больничного кафетерия. Черная короткая мини юбка была аккуратно сложена, на подлокотнике бежевого дивана.
— Не понимаю все-таки — выражал впечатление Ларионов, сидя на стуле возле стеклянного большого стола, отломил чайной ложкой пирожное в белом блюдце — Как вам Оксана Владимировна удалось все-таки предположить такую идею
— В моей практике — заявила Оксана, держа на чайной ложке кусочек медового пирожного покрытого тонкой стружкой шоколада, смачно облизнула губы — Случался случай, когда и открытый артериальный проток, а так же дефект межжелудочковой перегородки был вместе
— Полагаю теперь открытая операция на сердце по закрытию открытого артериального протока
Предположила Марина Викторовна, поднося белую керамическую кружку к алым безупречным губам, выразила очертание темно-синего платья под белоснежной красотой белого халата.
— Единственный разумный способ решения проблемы — продолжила говорить белокурая роскошной формой тела женщина, облокотившись на спинку стула, положила ногу на ногу
— Эндоваскулярное закрытие артериального протока — вынесла свое мнение Оксана
— Но Оксана! — возразила Вероника, чуть не поперхнувшись кофе капучино, что отпивала из кружки — Размер протока около 5 миллиметров, думаю, стоит прислушаться к мнению Марины Викторовны
— При большом диаметре открытого артериального протока мы будем использовать зонд с прикрепленным к нему окклюдером — пояснила Оксана, скривив алые губы в поразительной красоте улыбки, держала возле них на чайной ложке отломленный кусочек пирожного
— Оказавшись в нужном месте, окклюдер, устройство для «окклюзии», который мы специально подготовим для операции нужным нам диаметром 5,09 миллиметра, будет установлен в открытом артериальном протоке
Продолжила дальше рассказывать Валентина, встав у серебристой столешницы, возле закрытого большого пластикового окна, жалюзи которого были полностью закрыты, упругой красотой манящих взгляду бедер оперлась на край гарнитура. Слегка оголив прекрасную белоснежную кожу бедер, рыжеволосая девушка, посмотрела возбужденным взглядом в сторону Оксаны. Уловив в этом чудесном голубом оттенке взгляд сексуального голода, Оксана заерзала в кресле попкой, внезапно испытав, для себя к ней скрытые, взаимные эротические чувства.
— Санитары должны вот уже подготовить операционную — вставая со стула, так и не доев до конца пирожное, говорил Ларионов, отодвигая от стеклянного стола свой стул — Я бы хотел лично проконтролировать….
— Хм…. да, пожалуйста — пожала плечами Оксана, скривила губы кривой распущенной улыбкой, оставляя на них сладкий медовый слой с кусочками крошки шоколада
— Тогда я займусь подбором необходимого нам оборудования — изъявила неожиданно желание Марина Викторовна, жадно осушив кружку кофе капучино
— Марина Викторовна! — вскочила взволновано со стула Вероника — Если вы не возражаете, можно я с вами
— Что же — постукивая коготками тонких пальцев, по поверхности серебристой столешницы, на которую опиралась своими бедрами, манящей интонацией сексуального голоса выразила свое требования Валентина — Я бы хотела пойти принять душ и начать подготавливаться к операции
«М…. даже эта рыжая девка уже отворачивая от меня», нахмурила алые медовые губки Оксана, состроив невинный чарующий лазурным оттенком взгляд, вызывающий жалость.
— Если ты только этого сама хочешь — холодно, не выдавая соблазн разыгравшихся бурных сексуальных чувств, ответила Оксана, взяв в руки кружку с ароматной прелестью карамели, оттенки сладости которой завораживали вкусовыми ощущениями — Хотя я бы на….
— Уверяю вас…. — послышался голоса Валерии из приемной, когда Ларионов открыл входную дверь её кабинета — Оксана Владимировна сейчас проводит совещание со своими коллегами, у неё не так много времени, чтобы принимать к себе пациентов без записи
— Вы ошибаетесь — услышала Оксана голов Алексея Константинович — Оксана Владимировна как раз позвала нас с сестрой на весьма деликатный разговор
— Ну, раз уже Оксана Владимировна позвала — вмешался Ларионов, покидая кабинет через открытую входную дверь — То прошу вас заходите, мы как раз уже закончили
— Странно — удивилась Марина Викторовна, так возмущенно посмотрела в сторону Оксаны, что лелеяла себя нежностью черного кожаного кресла — Раньше Оксана не принимала к себе пациентов именно в этот кабинет
— Для нас она сделала исключения — заявила женщина, в белом длинном платье, стиль пошива которого напоминал сарафан — Такое ведь иногда тоже бывает
«Блядь вот только их жалкие мольбы мне не хватало для полного счастья послушать, чтоб уже совсем до конца охуеть!», нахмурила Оксана вновь красивым пленительным для себя изгибом алые губы.
— Пускай проходят — заявила Оксана, глубоко отчаянно вздохнула
— Оксана Владимировна — вежливо говорил Алексей Константинович, входя в открытые двери кабинета — Вы говорили, что можно будет с вами обсудить один очень деликатный вопрос
— Пожалуйста, только закройте за собой дверь — даже не взглянув на них, ответила Оксана, отламывая чайной ложечкой пирожное на блюдце
— Боже мой — удивилась Мария, проходя по кабинету, стукая каблуками белых туфель, по линолеуму пола, заметила, что на Оксане не было юбки — А где же твоя юбка?
— Мария Константиновна! — заявила Оксана, оставаясь сидеть в кресле, повернулась в сторону этой женщины — Вы пришли сюда поговорить о моей юбке или вас интересует вопрос судьбы Аришки?!
Держа в руке белую кружку, возмутилась Оксана, замечанию со стороны этой женщины допивая, теплый бодрящей сладостью остаток кофе в ней одним залпом.
— Мария перестань! — возразил Алексей Константинович, закрывая за собой входную дверь кабинета — А я ведь вас еще не поблагодарил за тот заезд, в котором вы мне принесли с Катериной круглую сумму денег
— Чего вы хотите?! — поставив пустую кружку из-под кофе, спросила Оксана, ощущая раздражение на эмоциональном уровне от присутствия этих людей в своем кабинете
— Как ты прекрасна — похвалила Мария Радионова, обратив свое внимание, как Оксана пленительно изогнула спину, выставив бедра, встала с кресла — Так же прекрасна, как тогда, когда я впервые встретила тебя фельдшером
«Блядь как меня эта сука уже бесит», возмутилась Оксана, ощущая к ней личную неприязнь, стукая каблуками по полу, направилась по кабинету в сторону дивана
— А… это ты про тот момент, когда я тебя пьяную из какой-то там чертовой дыры вытаскивала с трудом, помогла тебе залезть в машину скорой помощи — злорадно улыбнулась Оксана, выказывая изящную красоту упругих бедер, медленно подошла к дивану
— Сколько вы хотите Оксана Владимировна в качестве оплаты за тот заезд — восхищенно любуясь телом Оксаны, подошел тоже к дивану
— М…. Алексей Константинович, а я могу требовать всего чего захочу? — подошла Оксана, искушая этого мужчину прелестью взгляда, подошла к нему, поправляя воротник на его рубашке
— Учитывая Оксана Владимировна….
— Можно просто Оксана — прошептала Оксана, приткнув указательным пальцем, на подушечке которого еще сохранилась шоколадная крошка медовой пряности — Тем более вы ведь сами лично видели голой, и тот момент когда, одна из девушек Изабеллы поимела меня пальцем
— Оксана отдай нам Аришку, когда ты её вылечишь — сразу же заявила Мария Радионова, встав за спиной у Оксаны — Прошу давай сядем и все обговорим
«Вот эту фразу я ожидала услышать», ухмыльнулась Оксана, повернулась спиной к мужчине возле которого стояла, поддаваясь сильным сексуальным эмоциям, что играли в ней.
— И почему я должна это сделать?
Удивилась Оксана, распознав дикую страсть аромата «WhiskeyTobacco», чарующая страсть смеси виски и табака составляла сокрушительную гармонию вкуса виски и табака, идеально подходящего для мужского запаха. Облокотившись на него спиной, Оксана, наслаждаясь манящими оттенками запаха этого одеколона, виляла перед этим мужчиной роскошной красоты упругими бедрами. Увлекаясь соблазну игравшими сексуальными плотскими фантазиями, Оксана запрокинула голову к нему на плечо, сексуально сгибая одну ногу в колено, выставила сочную прелесть груди вперед. Ткань черных кружевных трусиков на промежности Оксаны пропиталась легким изобилием влаги, когда её стенки влагалища изрядно намокли. Поддаваясь ощущениям плотского слияния нежности касания об его тело, Оксана задыхаясь от нехватки воздуха, из-за сильного возбуждения, издала нежной насыщенности сексуальный стон, слегка открыв алые губы.
— Оксана Владимировна! — возразил Алексей Константинович, взяв Оксану за плечи, отодвинул её от себя — Вы дочь моего друга, а тем более, очень уважаемый человек семьи Романовых я не могу, нет, даже не имею права к вам прикасаться
— А это и не нужно — облизнула губы Оксана, вновь делая шаг к нему — Я сама все сделаю, поймите мне нужно это сейчас
— Я сказал нет! — возразил он, не давая рукам Оксаны прикоснуться к его бляшке ремня, схватив её за запястье
— Значит, так вы хотите меня поблагодарить? — ощущая дикую злобу, поджав губу от сильной обиды, спросила Оксана — Значит так, вам нужна Аришка? — прокричала она, пытаясь вырваться из оков этого мужчины, что держал её своими руками за запястье обеих рук
— Алексей отпусти её! — заявила Мария Константиновна — Оксана пойми мы сделаем все что ты захочешь, примем любые твои условия, только верни мне мою дочь, ну хочешь я сейчас поговорю с моим братом
— Уже не надо — прошипела с ненавистью в голосе Оксана, когда этот мужчина отпустил её руки
— Оксана постой! — прокричала белокурая женщина, направившись за Оксаной, обвивая руками её талию, принудительно повернула её к себе
— Да как вы смеете?! — раздраженно шипением змеи воскликнула Оксана, выгнула перед ней спину, выставляя сочную грудь вперед, положив случайно ладони своих рук к ней на плечи
— Оксана, пожалуйста, я сейчас уговорю его передумать — умоляла эта женщина, отпуская Оксану из своих объятий, огорчившись, говорила она, опуская поникший взгляд в пол
— Нет! — возразил Алексей Константинович
— Аришка останется тогда у меня! — заявила Оксана, подходя, к спинке черного кресла и стянула с неё белый врачебный халат, была сильно раздражена поведением этих людей
«Я бы в любом случае не отдала бы её им», обдумывала Оксана в этот момент тяжесть предательства которого хотела совершить по отношению к девочки, которую сама вырастила.
— А как же Коновалов? — внезапно спросила Мария Радионова
— А причем здесь Коновалов? — была под впечатлением от неожиданного вопроса, накидывая на себя белый халат, спросила Оксана
— Если хотите я могу сделать так, чтобы он приполз, к твоим ногам, я ведь знаю, ты до сих пор к нему еще что-то чувствуешь
— Оксана Владимировна постойте! — крикнул в надежде Алексей Константинович, когда Оксана направлялась к входной двери рабочего кабинета, звонко стукая каблуками черных туфель
— Не думайте, что меня так можно дешево купить — возразила Оксана, открывая входную дверь
— Алексей да сделай же что-нибудь, она же сейчас уйдет! — прокричала, поддавшись эмоциям Мария Константиновна
— Оксана Владимировна да погодите вы
Уверял Алексей Константинович, когда Оксана пленительным жестом, согнув ногу в колено, перешагнула высокий порог открытой входной двери.
— Оксана Владимировна мне вызвать охрану?
Поинтересовалась Валерия, отвлекая свой напряженный взгляд от жидкокристаллического монитора, посмотрела в сторону открытой двери кабинета. Белокурая женщина сидела в белой короткой юбке, отчетливо вырисовывающая её сочные аппетитные бедра. Изящная красивая белая блузка подчеркивала великолепно формы груди этой женщины. Безупречная пышная укладка белых волос Валерии, преображала её образ, придавая ей своим объемом скрытую распущенность характера. Шикарной красоты белые туфли, на высоком каблуке, отлично сочетались с белыми чулками обволакивающими стройные ноги этой женщины.
— Нет, не стоит, они скора сами уйдут
Уверяла Оксана, глубоко вдыхая поразительность ароматного парфюма «Pure Poison от Christian Dior», феноменальные оттенки гармонии необузданной страсти которого составляли ноты гардении в сочетании с великолепным запахом жасмина. Белокурая женщина сидела в удобном офисном кресле, облокотившись на его мягкую спинку, положив ногу на ногу, выставила напоказ, аппетитную сексуальность своих бедер. Тонкие мелкие очки на её глазах отобразила в серо-голубом оттенке чарующее выражение глаз.
— Н как знаете — повела Валерия губами, наблюдая искоса из-под стекол своих очков за движением Оксаны по направлению к выходу из приемной — С вами все хорошо, вы кажется, выглядите какой-то взволнованной
— Все просто прекрасно — коснулась Оксана блестящей ручки выходной двери — Когда я получаю то, что мое по праву — коварством обольстительной улыбки улыбнулась она, открывая входную дверь приемного помещения
Завораживающая прохлада воздуха, бурным потоком сразу же хлынул из окна открытого окна приемной, как только Оксана открыла дверь. Проникающая сила сквозняка обволакивала ноги Оксаны, лаская их через чулки, одаряла лаской пленительного касания. Закрывая тут же за собой дверь, Оксана не могла справиться с бурно нахлынувшим на её сознание сексуальным соблазном. Застегивая пуговицы белого халата, Оксана направлялась по коридору в сторону операционной, застенчиво скрывая перед проходящими молодыми медсестрами свой возбужденный сексуальной похотью взгляд. Мокрая ткань черных трусиков на промежности Оксаны, доставляла ей волнующее неудобство, пленительно при каждом шаге касаясь губ мокрого влагалища, совершенно неожиданно стала еще больше возбуждать легкостью соприкосновения. Яркая сила проникающих лучей восходящего солнца отражала через стекла на голубых лазурных глазах Оксаны всю силу искуссительного сексуального голода, что терзал её сознание, когда она проходила по коридору мимо собравшихся на завтрак возле открытых дверей столовой очереди пациентов.

***
Тихое журчание смесителя разносилось в предоперационной, когда Оксана тщательно мыла руки, под струей теплой воды. Длинный белый халат, облегал тело Оксаны, под v-образным вырезом спереди которого вырисовывалась бело-зеленая медицинская рубаха хирурга, с точно такими же по цвету штанами, скрывающими прелесть её безупречно стройных ног. Половина лица была закрыта стерильной марлевой повязкой, такой пряча прелестное очертание скул Оксаны. Белый медицинский колпак, плотно облегал голову Оксаны, под которым пряталась золотистая прелесть пышных волос.
Чистота этого помещения белым ярким отблеском отражала падающий свет светодиодных светильников с потолка, вырисовывая искорки на стенах покрытых белым кафелем. Белоснежный кафельный пол, был наполирован как зеркало, отражая поверхность интерьера и даже силуэт тела Оксаны. В атмосфере воздуха пахло 5% раствором фенола, карболовая кислота, которую применяют для уборки предметов в помещении предоперационной, так и в самой операционной. Небольшая проходная комната, с большими двустворчатыми дверями по обеим сторонам, в которой вывели душевые помещения, для хирургов и ассистентов, непосредственно присутствующих на самой операции больных.
— Девочку уже везут в операционную — предупредила Валентина, встав за спиной у Оксаны, отражая в зеркале скрытый силуэт под медицинской одеждой очертание своего тела — Наркоз ввели прямо в палате
— Очень хорошо — кивнула головой Оксана, закрывая блестящие вентили смесителя — Сейчас обработаю операционное поле медицинским спиртом, пока вы будите накрывать Аришку операционным бельём и готовить к операции, я как раз подойду
— Марина Викторовна уже приготовила катетер для эндоваскулярной окклюзии открытого артериального протока
Валентина, словно не хотела уходить, такое чувство, что рыжеволосая девушка желала каким-то образом провести время с Оксаной, чуточку дольше оставаясь наедине.
— Не желаешь ли помочь ей? — спросила Оксана, поворачивая голову в пол оборота, удивленным посмотрела на девушку, что стояла у неё за спиной
Двери предоперационной плавно раскрылись, двое парней санитаров ввозили через них каталку с Аришкой, четырехгодовалая девочка уже была под наркозом и не понимала, куда её везут. Медленно продвигаясь по белому кафельному полу, каталка въехала в открытые двери операционной, которые открыл перед ней другой санитар. Створки дверей, как только каталка медленно въехала, плавно закрылись.
«М…. да похоже Валентина сохнет по мне», прикусывая краешек губы предположила Оксана, заметив в рыжеволосой девушки, что стояла за её спиной, пока она обрабатывала хирургические резиновые перчатки на руках раствором этанола.
— Вижу, ты не хочешь идти туда одной — решила выразить свои мысли Оксана, повернулась к Валентине
— Не хочу без вас Оксана Владимировна — откровенничала Валентина, отводя взгляд в сторону, словно чего-то стеснялась — Коллеги начинают косо смотреть, из-за того что я слишком часто встаю на вашу сторону в дифференциальной диагностике
— Я ведь твой начальник — подняла Оксана подбородок к верху, направилась к дверям операционной, прорисовывая под штанами, специально перед ней упругую прелесть ягодиц — И мое распоряжение к тебе сегодня знаешь, какое будет? — придавая интригу своему голосу, спросила она, касаясь больших массивных ручек входных дверей операционной
— Только не дежурство на ночь и не работу в клинике, пожалуйста — молила Валентина, когда Оксана перед собой двери операционной
— Хм… нет, кое-что лучше — прищурила Оксана глаза, входя в операционную ощущая раздражения яркого света операционных ламп — Узнаешь, если пойдешь со мной в душ, когда все закончим
— Оксаночка — обратилась Марина Викторовна, заметив Оксану, входящую в двери операционной, занимаясь промывкой всего комплекта катетера раствором «натрияхлорида» — Почти все уже готово, ждем тебя
— Оксана Владимировна, не расскажите ли конкретно суть данного метода? — поинтересовался Ларионов
— Я пока обработаю место бедренной артерии, для пункции, тампоном в смоченном растворе «ОКТЕНИСЕПТА» — взяв сухой стерильный тампон пинцетом, Вероника аккуратно начала обрабатывать открытые место на бедре Аришки
— Через пункцию в бедренной артерии
Объясняла Оксана, подходя медленно к операционному столу, на котором лежала Аришка, накрытая почти полностью операционным темно-синим бельем.
— Мы введем проводник, используя «интродьюсер» по которому через легочную артерию мы попадем в аорту….
— Начинаю одевать на проводник противоэмболическую защиту, обработанную раствором хлорида натрия — доложила Марина Викторовна, перебивая Оксану, сверкнув ярким светом операционных ламп от стеков своих очков
— Валентина подключай пока приборы — распорядилась Оксана, нервничая, прикусывая губу, решила сдержать свой порыв накопленного гнева — Вероника подготовь иглу для пункции и итродьюсер
— Расскажите нам поподробнее, что такое окклюдер и какова конкретная суть в эмболизации открытого протока? — спросил доктор Ларионов
— Полагаю Валерий Николаевич, что будет лучше, когда вы сами увидите и узнаете суть этого метода во время операции — предложила Оксана, коснулась руками оголенного бедра девочки
— Раз уж вы так считаете — несколько странно решил согласиться Ларионов с мнением Оксаны
— Игла для пункции — передала Валентина в руки к Оксане иглу для пункции
Направляя иглу для пункции под сорок 45 градусов, Оксана пальцами пальпировала нужную артерию на бедре Аришки. Медленно наблюдая через тонкие стекла очков, Оксана ввела иглу диметром около 5 миллиметров и длиной 100 миллиметров в просвет нужной артерии на бедре. В качестве ограничителей, для пункции иглы, Оксана решила использовать соединительную муфту, передвигающуюся с усилием пальцами. Закрепив интродьюсер на игле, в просвете артерии, предотвращающий отток крови инфузионным клапаном, рукав всего этого устройства позволяет вводить и извлекать катетер или проводник без дополнительного травмирования в сосуде или месте прокола. Плавно Оксана извлекла иглу для пункции из бедренной артерии, как только интродьюсер был в ней надежно закреплен. Приготовленный проводник с противоэмболической защитой и обработанный раствором хлоридом натрия, медленно вошел в клапан интродьюсера и начал по нему движение в сосудистое русло бедренной артерии. Наблюдая на, закрепленным над операционным столом жидкокристаллическом экране, за продвижением проводника в кровеносной системе девочки, Оксана медленно продвигала проводник по артерии.
— Валентина вводи контраст — распорядилась Оксана, расположив проводник в бедренной артерии Аришки — Валерий Николаевич выведите на монитор ангиографии трехмерную картинку области «коронарного кровообращения», особенно интересует область коронарных вен
— Ввожу контраст — доложила Валентина, вводя в закрепленный катетер на ручке девочки жидкость с контрастом
— Хорошо вижу — улыбнулась Оксана, прикусывая под стерильной маской краешек губы, заметила на мониторе, как подсветились коронарные сосуды Аришки — Начинаю дальнейшие продвижение проводника
Гибкий эластичный проводник, полиэфир, медленно продвигался по кровеносной системе, приближаясь к легочным артериям. Продвижение по легочным артериям было изнурительным, направляя проводник под определенным углом, Оксана вошла им в полость правого предсердия Аришки. Через створки трикуспидального клапана, расположенным между правым предсердием и правым желудочком, Оксана провела проводник в правый желудочек, внимательно отслеживая на мониторе, подсвеченные контрастом коронарные артерии. Изгибая проводник, под углом едва касаясь стенок правого желудочка, Оксана коснулась им двустворчатых полулунных створок легочного клапана. Проводя границы легочного клапана, Оксана аккуратно ввела проводник в легочный ствол, продвигаясь по нему, вошла в канал открытого артериального протока, через который попала в аорту, где дальше закрепила проводник. Медленно потянув пальцами резиновых перчаток, Оксана сняла с проводника противоэмболическую защиту, которая служила лишь для продвижения струнки проводника по сосудистому руслу кровеносных артерий, предотвращая тем самым их тромбоз.
— Начинаю вводить катетер через интродьюсер — говорила уставшим голосом Оксана, надевая на кончик проводника — Марина Викторовна вы проверили окклюдер, надеюсь, его диаметр соответствует диаметру открытого протока Аришки
— Безусловно Оксаночка
Ласковым голосом с улыбкой скрытой под стерильной повязкой на лице ответила это женщина, сверкнув искорками отблеска света операционных ламп на стеклах своих очков.
— Диаметр зонтичного устройства, что закреплено на кончике твоего катетера соответствует 5,09 миллиметров, что примерно равно диаметру открытого протока Аришки
— Как слаженно вы работает — играя в любезности, ответила Оксана
Катетер с закрепленным, на его кончике, окклюдером медленно двигался по проводнику, продвигаясь по кровеносной системе, он его касался стенок сосудистых артерий Аришки. Потребовалось несколько продолжительных минут, чтобы катетер должным образом, направляясь по проводнику, оказался в области открытого артериального протока, кончиком катетера с закрепленным на нем окклюдером вошла в аорту.


Оксана медленно начала извлекать катетер, зонтичное устройство Nit-Occlud PDA-R начала самопроизвольно раскрываться, благодаря полиэфирным мембранам, установленным в нем, создавая тем самым эффект тромбоза. Окклюдер был полностью закреплен в открытом артериальном протоке, с помощью удерживающего диска, благодаря которому цилиндрическая структура зонтичного устройства закрепилась, без выступления в аорту или легочный ствол. В течение полугода зонтичное окклюзирующее устройство обрастает клетками сердца, происходит так называемая эндотеализация.
— Начинаю извлечение катетера — распорядилась Оксана, потянув аккуратно пальцами за ствол катетера
— Поразительно устройство, так называемое окклюдер — говорил, словно в первый раз увидел процесс окклюзии открытого артериального протока Ларионов — Полностью закрыло собой открытый артериальный проток у этой девочки
— После этого папа — обратилась Вероника к своему отцу — Происходит процесс обрастания устройствами клетками крови и сердца, полностью закрывая проток, который её больше никогда не побеспокоит
— Устройство надежно закрепила боталлов проток, теперь сброс крови из аорты не будет перегружать правый желудочек, вскоре легочная гипертензия пройдет, так как давление в легочных венах нормализуется — рассказывала Марина Викторовна, наблюдая на мониторе трехмерную картинку закрепленного окклюдера, в полости боталлового протока
— Катетер тщательно обработать и загерметизировать — распорядилась Оксана, положив извлеченный омытый частичками крови катетер в миску с медицинским спиртом
— Я этим и займусь — изъявила желание Вероника
— Начинаю извлечение проводника — доложила Оксана, потянув пальцами за тонкую струнку проводника — Марина Викторовна оцените качество окклюзии открытого артериального протока
— Окклюзия протока прошла успешно — ответила Марина Викторовна — Не вижу на мониторе, трехмерного изображения, никаких признаков сброса крови из аорты
— Вероника промой проводник — положила Оксана проводник в миску с катетером — Пока я извлеку интродьюсер из бедренной артерии Аришки, а ты Валентина обработаешь рану «повидоном-йода» и наложить стерильную плотную повязку
Извлекая интродьюсер из бедренной артерии Аришки, говорила Оксана, положив его в миску с медицинским спиртом.
— Поставьте её чокнутую мамашу в известность о проведенной операции, скажите, что наша теперь с ней дочь, больше никогда не будет страдать этим пороком сердца, который она получила по её вине — коварством улыбки выразила Оксана свою накопленную злобу, совершенно не желая отдавать Аришку на попечение этой женщине
— А ты куда? — поинтересовалась Вероника, наблюдая, как стремительно ускорив шаг, Оксана подошла к входным дверям операционной
— Если кому понадоблюсь я в душе в бытовых помещениях — открывая дверь, опираясь на неё всем своим телом, говорила Оксана, сгибая ногу в колено — Надеюсь, обойдусь без излишних семейных реплик этой придурковатой семейки
Закрывая за собой дверь, улыбаясь кривой улыбкой, выражающей отвращения, выразила Оксана свои эмоции, вышла из операционной. Ощущая излишние перенапряжение во всем теле и вялость в ногах, Оксана медленно двигалась по помещению предоперационной, снимая с рук окровавленные резиновые перчатки, положила их в урну возле дверей этой проходной комнаты. Срывая и с лица стерильную марлевую повязку, как только вышла из дверей предоперационной в длинный больничный коридор, Оксана глубоко вздохнула, набирая воздух ртом. Изнемогая от недостатка сил, Оксана медленно поплелась по коридору, виляя шикарной упругой прелестью бедер, красота бархатистой кожи которых была скрыта за тонкими бело-зелеными штанами хирурга. Яркий проникающий дневной свет лучей солнца в коридор, заставил Оксану чуть прищурить глаза, ощущая на их лазурной голубой прелести чувствительное раздражение. Вдалеке была слышна разговорная женская речь, усыпляющими нотками которой резала слух Оксаны. Душная атмосфера этого помещения напрягала недостатком воздуха, заставляя Оксану дышать часто и прерывисто, испытывая такой нехваткой кислорода резкое сексуальное возбуждение. Обстановка этого больничного коридора, стены которого были выложены темно-синем кафелем и покрытый белым кафелем пол. Именно в такой напряженный момент, когда в коридоре не было совсем освещения, все это отражало лишь пустоту мрака, оказывая лишь одурманивающее воздействие на сознание Оксаны.
«Нет-нет я её никому не отдам, пускай заглотит толстый член своего брата, я её все равно не отдам», противоречила Оксана своим мыслям, чувствуя эмоциональную злобу на себя, колеблясь в выборе принятия решения.

***
Пленительное касание нежных капель воды омывало обнаженное тело Оксаны с душа бурным потоком. Извиваясь, запрокинув голову как змея, Оксана виляла шикарной красотой эластичных бедер, позволяя сладкой сахарной вязкости ароматного жидкого мыла, завораживающий запах дикой розы пленил разум. Покрывая пышной мягкой губкой, пенистой массой пены сочную грудь, стекая по очертанию пленительных изгибов, манила чарующей вязкостью касания, оставляя приятный осадок на коже после скольжения. Тысячи мелких капель воды, смывало густую вязкую пенистую массу с обнаженного тела Оксаны, придавая ему необузданный запах непокорной страсти. Холодный пол, был выложен из белой кафельной плитке, на который падала нескончаемым потоком вода с душа. Опираясь бедрами на пластиковую стенку душевой кабины в бытовых помещениях медицинского персонала, Оксана, искушая себя сильным сексуальным соблазном, ерзала по ней обнаженной кожей упругих бедер.
«Блядь, как же секса хочется, хочу оказаться уже, в чьих либо руках, хочу чтоб сковали меня, вынуждая меня стонать и извиваться в оковах», выражала Оксана грязные сексуальные мысли в своей головы, потеря рассудок от сильного искушения эротической страстью.
— Машка да ты что делаешь?
Услышала Оксана озорной голос одной из медсестер, когда дверь в помещение душевых открылась, пропуская легкую пленительную касанию прохладу.
— Да ты чего здесь ведь кто-то моется — заигрывающий голос одной из девушек раздавался в помещении душевых
— Ну и что пусть себе моется — ответила другая девушка, по интонации и тону голоса Оксана узнала одну из медсестер блондинку — Жду не дождусь, когда с парнями сегодня поедим куда-нибудь, после работы — изнуренно вздохнула она
— А меня возьмете?! — обратилась её подруга, проходя мимо душевой кабинки Оксаны, случайно коснулась дверцы её рукой
— Оксана Владимировна! — удивилась шатенка, заметив Оксану, искушающая себя пенистой мочалкой по телу под бурным потоком омываемой теплой воды
Темно-русая девушка была обернута в белое махровое полотенце, которое нежным материалом, скрывало очертание её прекрасного молодого тела. Карие глаза этой девушки были сильно удивлены распутством Оксаны, тому как она, не замечая этих девушек продолжила ерзать попкой по стенке душевой кабины покрывать густым изобилием смываемой тут же нескончаемым потоком воды, вязкости сладкой пены. Хрупкое тело прекрасной блондинки, что стояла за спиной шатенки, было обернуто в такое же пышное белое махровое полотенце. Блеклые голубые глаза, которой так возбужденно стали смотреть на обнаженное изнывающее по нежности ласке рук тело Оксаны, мечтая скрытно к нему прикоснуться. Прямые волосы обеих девушек были уложены в скромный хвостик и сплетены воедино резинкой для волос, что придавала их образу некую строгую конкретику, однако распутство их улыбки, выдавала таинство похотливого их желания. Блондинка, стоя у своей подруги за спиной, позволила себе роскошь коснуться руками её талии, при этом, не переставая облизывать розовые потускневшие стертой губы.
— Оксана Владимировна простите нас — отчаянно с застенчивостью тона собственного голоса говорила шатенки, обирая руки подруги со своей талии — Мы не знали, что вы тут будите
— М…. — запрокинула Оксана голову, сладко промурлыкав, поддавшись соблазну нежной ласки воды, не прекращала вилять умело своими бедрами — Девочки только нежно
— Что она сказала? — удивилась шатенка, так внимательно посмотрела на Оксану, что тешила себя распутством перед ними
— Что это с ней? — поддержала свою подругу блондинка, когда выражение голубых её глаз говорили об обратном
— Неважно пошли отсюда Машка, не будем Оксане Владимировне мешать мыться — направилась шатенка в другую душевую кабину дальше по помещению душевых
— Хорошо — согласилась блондинка
— Нет-нет только не уходи — выронила Оксана из рук пенистую мочалку, что плавно скользила по её согнутой в колено, ноге падая почти беззвучно на пол, издавая едва слышный шлепок об воду
— Хм… возможно стоит задержаться — скривила губы блондинка, желая помочь Оксане поднять мочалку с пола — Позвольте я помогу вам поднять мочалку
— Да плевать я хотела на эту мочалку
Сгорая сильным сексуальным желанием, простонала Оксана, открыла медленно глаза, лелея себя лаской касания о пластиковую стенку душевой кабинки. Оксана заметила, что девушка, стояла перед ней уже была без полотенца и нагнулась перед её раздвинутыми в сторону ногами, чтобы поднять мочалку с пола. Горячие возбужденное дыхание девушки, вырывающимся потоком из её губ, обжигало покрытую влагой воды промежность Оксаны, а взгляд её голубых глаз сковывал в движении. Девушка присела на одно колено, опираясь случайно рукой на промежность одной ноги Оксаны, медленно подняла мочалку, так пристально посмотрела на неё. Поистине юное тело блондинки с голубыми глазами пахло сладостью карамели и пленительным запахом табачного дыма со вкусом малиной, аромат которого завораживал, предвкушая сексуальную страсть одним только вздохом. Игра похотливого распущенного развратом соблазна, возникла между Оксаной и этой девушкой, обмениваясь взглядами, строптивой капризной улыбкой, они не решались прикасаться к друг другу, создавая атмосферу чарующей напряженной страсти. Пленительная сила запаха табачного дыма со вкусом малины, от её губ, манила к себе поцелуем, от которого трудно было удержаться.
— Вот ваша мочалка Оксана Владимировна — вставая с колен, девушка вложила упавшую мочалку в руку Оксане
— М…. я даже не знаю, как тебя теперь отблагодарить — выражая очертание застенчивости на скулах, нежностью голоса ответила Оксана, чувствуя запах чая из корицы от губ этой девушки
— Она настоящая? — спросила блондинка, не решаясь дотронуться кончиками пальцев руки до груди Оксаны
— Конечно — изнывая, ответила Оксана легкостью эротических ноток стона, выставила, выгнув спину сочную грудь перед этой девушкой
— Можно потрогать? — стесняясь, спросила девушка, попадая вместе с Оксаной под бурный омываемый теплый падающий воды поток
— Трогай — простонала Оксана, запрокинув голову играя попкой по пластиковой стенке душевой кабины, словно отдала себя в руки этой девушки, что никак не решалась к ней прикасаться
— Машка! — крикнула её подруга из дальней душевой кабинки
«Блядь нет-нет только не уходи», надула обиженно алые губки Оксана, изнуренно вздыхая ртом, переступая в душе перед девушкой с ноги на ногу.
— Да иду, я иду — нервничала девушка, боялась притронуться к телу Оксаны, когда она специально перед её губами раскрыла алую прелесть своих безупречных губ
— Что так и уйдешь даже не насладишься сладостью поцелуя от меня?
Спросила Оксана, схватив за руку девушку, не давая ей повернуться спиной, испустила горячий поток воздуха в приоткрытые её розовые губы.
— Я не могу, Оксана Владимировна — жалостно простонала она, отворачивая обиженный взгляд от Оксаны — У меня парень есть, я не могу так, поступить по отношению к нему
— А если бы не было, поступила бы? — спросила Оксана, продолжая держать девушку за руку,
— Но вы же женщина
— И что?! — ухмыльнулась Оксана — Что если я женщина, я не могу себе позволить, развлечься желаемым для меня самой образом
— Машка твою мать! — взвизгнула её подруга, громко позвав — Ты идешь или что?
— Но, я не могу, с женщиной
— Но ведь хочешь ведь попробовать? — настоятельно требовала Оксана, в надежде, что эта блондинка придаст ласке её сочную грудь, отпустила её руку
— Нет, простите Оксана Владимировна, это была ошибка — выбежала она тут же из душевой кабинки, оставив Оксану в ней одну
— Ну и катись! — громко прокричала Оксана, облокотившись на пластиковую стенку душевой кабинки — Сука ебанутая
Прошипела Оксана, оставаясь в тишине журчания воды одной, надула от обиды губы, продолжила стоять под потоком лавинно падающей воды. Закрывая, спустя десять минут такой душевной обиды, блестящие металлические вентили смесителя душа, Оксана чувствовала раздражение на эмоциональном уровне, прекращая бурно падающий поток поды. Стянула со стенки белое махровое толстое полотенце, Оксана очень сексуально обернула им свое мокрое, покрытое частиками чрезмерно покрывающих капель покров, образовавшихся на своём теле. Завораживающая ласка касания прохладных волос, холодила плечи, шею и спину Оксаны, когда она, покачивая сочной прелестью бедер, вышла из душевой кабинки, прихватив с собой в одну руку флакон с мылом для душа, а в другую руку пышную розовую мочалку, стукая каблуками белых шлепок покрытого тонким слоем воды пола. Чарующая атмосфера собравшегося пара в помещении душевых, создавала теплую гармонию воздух, безмерно насыщенная влажность в сочетание пленяющих ароматного душистого мыла, которым пользовались девушки, сводила с ума лаской жасмина и лаванды. Вода в этом помещении была везде, на кафельных стенах, бледно голубого цвета, а так же на белом кафеле пола и пластиковом потоку, на котором висели герметично закрытые светильники люминесцентных ламп, на пластиковой прозрачной крышке которых тоже образовался слой неисчисляемого количества капель.
«Блядь тупая сука, только зря меня возбудила», подумала Оксана, нервно покусывая губу, подходя к закрытой входной двери душевых помещений.
В помещении бытовых помещений, где переодевался медицинский персонал больницы, было достаточно проникающего через окно дневного света, разыгравшегося солнца на улице. Воздух был насыщен к удивлению Оксаны, помимо привычного кофейного запаха еще и прелестью аромата «Les Fleurs: Violette Molinard», по вкусовому оттенку ночной фиалки, Оксана смогла распознать строптивую обладательницу этого чудесного запаха. Темноволосая девушка, легкий чарующий взгляду материал шелка, фиолетового платья, чудесно вырисовывал очертание фигуры неожиданного гостя. Катерина стояла у окна, опираясь на низкий пластиковый подоконник, высоким каблуком фиолетовых, столь удачно подобранных к платью, туфель. Красивое декольте платья Катерины, выражала изящную бархатистую загоревшую кожу её спины. Выражая красивый сексуальный изгиб своих бедер брюнетка, изогнув спину, отобразила идеально согнутую в колено ногу, черный чулок, что обволакивал её ноги, эффектно вызывал в ней желание необузданной похоти. Черные густые волосы Катерины, светились отблеском падающего на них лучей яркого солнца, отображая прелесть пышной сексуальной укладки на голове.
— Оксанка! — нежным голосом обратилась Катерина, оставаясь стоять повернутой к Оксане спиной, чуть повернула голову — Думала уже тебя не дождусь
— Хм… и почему я тут не удивляюсь? — ухмыльнулась Оксана, тихо герметично, закрывая за своей спиной пластиковую дверь, облокотилась на неё спиной, согнув одну ногу в колено, отображая прелесть сочного изгиба аппетитных бедер — Я тоже очень рада видеть тебя Катерина
— Твой отец оторвал меня от совещания, на котором Романов, как всегда принимал какие-то нелепые моменты программы праздника дня поселка
— И что?! — спросила Оксана, безразлично пожала плечами, будто продолжение этого разговора ей совершенно не интересует, опустила ногу, стукнув тихонько каблуком белых шлепок по линолеуму — И зачем он только это сделал?
— Не видел тебя последние сутки — обернулась Катерина, с улыбкой вызывая застенчивость, посмотрела на Оксану, стукая каблуками, сделала пару шагов на встречу к Оксане — Вот и переживает, наверно попусту, ведь я то знаю….
— Я так устала Катерина — глубоко вздохнула Оксана, направилась в сторону бежевого дивана, положила на кофейный столик флакон с жидким мылом для душа и мочалку
Разбросанная медицинская одежда по всему полу, что оставила после себя Оксана, выстроилась от дивана ковровой дорожкой, вплоть до входной двери в душевые помещения. Чарующий аромат черного терпкого запахом кофе, господствовал в этой комнате, прекрасно сочетался с прелестью вкуса табачного дыма с экстрактом малины. На кофейном столике, в темной обстановке этого помещения, где падающие косые лучи солнца освещали лишь половину этой комнаты, когда другая, была погружена во мрак тенистого сумрака, стояли две керамические кружки, на одной из которых сохранился размазанный смачный след розовый помады. В стеклянно пепельнице на столе, все еще дымился окурок тонкого фильтра сигареты, излучая приятный чарующий прелестью вкуса, запах малины. Поверхность дивана была усеяна одеждой молодых медсестер, девушки настолько сильно увлеклись какой-то темой для беседы, что оставили даже свое нижнее белье в скомканном снятом в спешке виде на нем.
— Может быть, съездим куда-нибудь, переспим — перепутала Оксана значения слово «поспим», медленно стукая каблуками по линолеуму, подошла к открытой дверце её шкафчика
— Может быть и съездим — хитрой улыбкой улыбнулась Катерина, отображая желанное согласие, соблазнительно поправила кончиками пальцев лямку на плече фиолетового платья — На следующей недели праздник в деревне, день поселка и твой отец….
— Может, сменим уже пластинку — понимая к чему клонит, эта хитрая брюнетка, возразила Оксана, опираясь руками на край открытой двери шкафчика, выгнула спину, выставила перед ней красоту упругих, расставленных в стороны, бедер — Хватит уже говорить только о моей семейке
— Может быть и хватит — согласилась Катерина подошла к Оксане, коснулась кончиками пальцев белого махрового полотенца на ней
— М…. ты так нежна — мурлыкала Оксана, ощущая как коготки развратных пальцев Катерины, развернули край её полотенца — Если уберешь руки, я тебя убью — заигрывая с ней, пригрозила она, улыбаясь распутной кокетливой улыбкой
— Я и не собиралась
С легкостью необычайной нежности Катерина развернула белое махровое полотенце, что приятным скольжением касаясь бедер и груди, упало на пол, обнажая тело Оксаны. Решаясь на этом не останавливаться, Катерина, положила обжигающую касанием ладонь руки на изогнутую спину Оксаны. Прелесть аромата ночной фиалки, чем пахла распущенная сексуальным развратом брюнетка, дурманило разум, вынуждая подчиниться ласке её рук, одним тока невообразимостью чудесного запаха оттенка страсти этого парфюма.
— Ах… — чувствительно нежным стоном простонала Оксана, шикарно раскрыв алую прелесть губ, ощущая жгучее влияние ладони руки на своей спине — Прошу только не здесь, я ведь уважаемый врач в этой больнице
— Все как ты попросишь, дорогая моя — убедительным сексуальным шепотом речи прошептала Катерина под ухо Оксане, кончиками пальцев касаясь её лобка, прислонив поверхность теплой ладони к мокрым губам её влагалища — Я так сильно соскучилась по тебе….
— М…. и как же?! — стонала Оксана, находясь в нежности объятия рук Катерины, истязала себя сладостью ласковых слуху эротических стонов
— Сильно соскучилась
Доказывая свою ненасытную убедительность, Катерина начала массировать подушечками пальцев лобок Оксаны, плотно прижимая теплую гладкую ладонь руки к её губам влагалища. Поддаваясь соблазну нежной руки Катерины, утопая в нежности ласке её пальцев, Оксана тешила себя стонами. Дверь бытовых помещений тихо скрипнула, когда в неё кто-то бесшумно почти вошел, касаясь каблуками высоких туфель, незнакомка вошла в помещение. Не выдавая себя белокурая женщина, в белом платье, подобно пышному длинному сарафану, встала за спиной Катерины, изобразив восхитительный чарующий оскал улыбки, который Оксана сразу же заметила в отражении зеркала прикрепленному к дверце её шкафчика.
— Ох… простите пожалуйста — делая вид что смутилась, прижала ладонь к губам Мария Радионова, оставаясь стоять на прежнем месте — Не думала что тут может быть такое, это же все-таки больница, а не….
— Кто вы вообще такая?! — возмутилась Катерина¸ прерывая тут же реплики этой женщины, убирая ласковые пленительные теплотой руки с тела Оксаны — Да и вам то какое дело?
— М… Катерина Владимировна — нахмурила она губы, пока Оксана в этот момент, не спеша в открытой дверце шкафчика, подбирала себе чистое нижнее белье — Вы всегда отличались излишней нетерпеливостью…
— Это биологическая мать Аришки — тихо пояснила Оксана, доставая белые шелковые трусики с полки служебного шкафчика
— Хм… так вы бы так и сразу сказали — сменила неожиданно пылающий агрессивный тон голоса Катерина — И так что вы тут забыли?
— В каком смысле? — удивилась Мария такому непонятному для неё вопросу, направилась в сторону большого пластикового окна
— Насколько я знаю, палата для пациентов Орловой находится на втором этаже — говорила Катерина, значительно сменив интонацию своего пылкого голоса — И так все же вам ведь сейчас нужно быть со своей дочерью
— Операция прошла успешно
Сгорая от стыда, раздраженно ответила Оксана, держа в руке скомканные подушечки белого бюстгальтера и в другой руке шелковые белые трусики, стукая каблуками белых шлепок, подошла к бежевому дивану.
— У вас Мария еще есть время, пока я не пустила в ход все свои связи и не отобрала у вас по закону и по праву мне принадлежащую дочь — заявила грозно Оксана, встав возле дивана, повернувшись лицом к стоящей возле окна женщине, выгнула спину, выставив бедра села на диван
— Вот об этом я и хотела поговорить….
Не столь любопытная речь этой женщины, была прервана открывшейся дверью бытовых помещений, когда в неё вошел мужчина, по стуку его мужских туфель, Оксана смогла догадаться кто это. Ароматное сочетание запаха виски и табака, сразу же выдала Алексея Константиновича с его пленяющей вкусовой прелестью парфюма. Держа в обеих руках огромный вызывающий к себе внимание букет красный роз, завернутый в красивую блестящую обертку и перемотанную алой лентой. Белая шелковая рубашка, пропитанная щедрым запахом его одеколона, прекрасно сочеталась с его черными брюками и до блеска налакированными туфлями. Гордая походка, внушала самоуверенный вид в себе, а серое темное очертание глаз, внушала какой-то скрытый хорошо продуманный обманный маневр, скрываемый его хитрой коварной улыбкой.
— Оксана Владимировна я хотел искренне извиниться перед вами
Положил он букет роз на кофейный столик, наблюдая за Оксаной, как она ласкаясь в нежности резинки трусиков надевала их на себя.
— Так и какое отношение имеет ко всему этому прихвостень Романова? — удивилась Катерина сильно возмутившись его появлению, подошла звонко стукая каблуками к дивану на котором сидела Оксана
— Он её брат — стесняясь этого мужчину, прикрывая руками грудь — Вы бы не могли теперь выйти, что не видите, я одеваюсь — грозно возмутилась Оксана, оставив лежать белый кружевной бюстгальтер на коленях
— Я бы хотел вас пригласить к нам на ужин в качестве примирения — загадочно улыбаясь, говорил этот мужчина, тут же внезапно отвернулся — И конечно же вашу спутницу Катерину Владимировну, которую как я понял неожиданно попросил явиться Сергей Викторович Романов в администрацию поселка
— Что?! — возмутилась Катерина, выказывая недовольство, посмотрела, теряясь в собственном принятии решения на Оксану — Романов не мог меня вызвать я только что от него
— Мне ему позвонить? — спросил Алексей Константинович, применяя убедительное выражение лица, внушающее доверие
— Ты меня подождешь? — сдаваясь такой самонадеянности, решила Катерина, поверить этому мужчине — Или может быть, съездишь со мной? — обратилась она к Оксане
— О… каком примирении пойдет речь? — поинтересовалась Оксана, застенчиво улыбаясь, продолжая держать скрещенные руки на груди
— Оксанка! — возмутилась Катерина, открыв рот, от удивления наглости со стороны Оксаны
— О недавнем нашем с вами разногласии — пояснил Алексей Константинович
— Решение об опекунстве Аришки это не изменит! — строго заявила Оксана, прислонила мягкие чашечки бюстгальтера к розовым соскам сочной груди
— Нет-нет конечно — подозрительно легко согласился он с условиями
— Оксанка ты, что поедешь туда, без меня? — была все еще в шоке Катерина
— Ну, ты ведь приедешь?! — стесняясь посмотреть Катерине в глаза, спросила Оксана, застегнув застежку белого кружевного бюстгальтера, сковав оковами свою грудь
— Катерина Владимировна — обратился он к Катерине — Уверяю вас, вы тоже можете присоединиться к этому ужину, но только чуточку позже, как только уладите дела с Романовым
— Ты что съездить со мной не можешь? — крикнула Катерина, сильно подняв интонацию голоса
— Уверяю вас Катерина Владимировна, с вашей Оксаной Владимировной все будет в порядке
— Алексей да что ты с ними рядишься — вспылила Мария, что стояла у окна нервно теребила пальцами вертикальные жалюзи
— Мария заткнись! — возразил её брат, затыкая, таким образом, сестру
— Оксанка раз уж ты так, то я приеду, как только смогу — направилась Катерина гордой походкой к входной двери этого помещения — А вы скинете мне адрес на телефон, куда вы её привезете
— Обязательно Катерина Владимировна — радушно улыбнулся этот мужчина, с восхищением наблюдая, как обиженно Катерина покинула комнату отдыха, громко хлопнув за собой дверью
— А теперь если не возражаете вы оба — обратилась Оксана к мужчине и его сестре, оставаясь сидеть на диване поджав под себя ноги — Покиньте, пожалуйста, это помещение, я бы хотела одеться — заявила она, не решаясь вставать с дивана
— Да-да конечно, пойдем Мария — согласился он играя в скрытую любезность — Лимузин Романова будет ждать возле входа в больницу — взяв сестру под руку, этот мужчина направился вместе с ней к выходу
— Надеюсь, вы меня не разочаруете — тихо прошептала Оксана, когда дверь за ними, тихо закрылась, оставив её одну в этом помещении сидя на диване

***
Нарастающий шум опушки леса, переливался тонами дующего потока воздуха, гармонируя гулким эхом, что так громко распространялось по всей долине. Небо постепенно стало затягивать громадными черными тучами, скрывая за ними яркие лучи солнечного света. В воздухе запахло влагой, как перед началом дождя. Чарующие ароматы кустов сирени, простирались небольшими кучками по всей деревенской улицы. Большие двухэтажные дома с огромными пластиковыми окнами, полностью почти стеклянными балконами, высоких размеров стелами, возвышающими свод арки, прилегающих к ним забора, выложенного из красного кирпича. По другую сторону деревенской улицы, стояли такие же огромные коттеджи, один из которых был высотой в три этажа, занимал почетное место с видом на рядом пробегающую деревенскую речку и прилегающий к ней пляж. Хорошо асфальтированная дорога, простиралась ровной гладью вдоль по деревенской улочке, подходила почти к самой опушке леса, где расположилась элита московской области в этой деревни. Чарующие ароматы разных растений, цветов, насыщали воздух, своим необычным вкусом, сама атмосфера казалась в этой местности поистине природно чистой, завораживающая прохладой дуновения легкого нарастающего порывами ветра.
Белая, облегающая мини юбка облегала бедра Оксаны, отчетливо выражая очертание сексуальных изгибов на её тела, такие же белые с эротическим узором шелковые чулки, притягательно обволакивали ноги, чудесно сочетаясь с белыми туфлями на высоком каблуке. Белый пиджак, красиво отображал стройные плечи Оксаны, прекрасно гармонируя с шикарной белой льняной блузкой, что прорисовывалась под ним, красиво отражая рельеф сочной груди. Притягательный силы аромат дикой розы, щедро пропитывал тело Оксаны своей сокрушительной силой страсти запаха. Удивительная пышная укладка золотистых волос Оксаны, посыпала бушующим волнами водопадом её плечи, обволакивая шею, оттенок цвета которых придавал, её образу, притягательную завораживающую взгляду похоть.
— Вы что хотите меня совсем напоить? — удивилась Оксана, задыхаясь о нехватки воздуха, отрываясь от пустого бокала из-под шампанского, оставляя на нем щедрый смачный след алой помады, проливая уже с губ несколько капель себе на чулки — Уверяю, пьяной от меня не будет толку для разговоров
— Да ладно вам Оксана Владимировна это всего лишь третий бокал шампанского и бутылку можно будет выбросить
Любовался Алексей Константинович, прелестью упругих бедер Оксаны, особенно когда она так красиво перед ним положила ногу на ногу, отобразив искусно их эластичность.
— Да но я уже после него чувствую себя довольно хорошо — выгибая спину, сидя на черном кожаном сиденье лимузина, Оксана поставила пустой бокал в специальную подставку
— Скора станет еще лучше — коварством обольстительной улыбки, заверила старшая сестра этого мужчины, что сидела на кожаном черном сиденье, напротив которого сидела Оксана — Должна же я хоть как-то тебя поблагодарить за спасение своей дочери
«Блядь я еще ей не отдала Аришку, а она уже заявляет на неё права», с презрением Оксана поглядела на эту женщину, что сидела рядом со своим братом.
— Да, но поблагодарить шампанским я и сама себя могу — прикусывая краешек губы, Оксана облокотилась на спинку мягкого кожаного сиденья, заметила, как мужчина что сидел напротив, достал из ящика еще одну бутылку и начал тут же распечатывать её шелестящую обертку
— Так весь вечер и вся ночь будет в вашем распоряжении Оксана Владимировна — уверял Алексей Константинович, распечатывая шелестящую обертку из фольги на бутылке с шампанским
— Представить себе я не могу просто, что проблема, которая терзала Аришку все эти годы, наконец-то устранилась
— Её бы и не было, живи ты нормальной жизнью — выражая недовольство, чудесно Оксана отобразила красивое очертание скул
— Тебе не понять
— Это мне блядь не понять?! — вспылила Оксана, нагнувшись к ней посмотрела с угрозой на эту женщину — Да ты хоть сама помнишь в каком состоянии я тебя вытаскивала из этого общежития?!
— Оксана Владимировна! — заставил интонацией голоса этот мужчина обратить на себя внимание
— Что?! — громко крикнула Оксана, ощущая дурман алкоголя в голове
— Давайте не будем портить этот вечер
— Если только она заткнется
— И как долго мне её слушать Алексей?! — жалостливым возгласом обратилась белокурая женщина к своему обрату, отвернув обиженный взгляд в сторону окна задней двери лимузина
— Столько, сколько потребуется — заявила Оксана рьяным пьяным голосом, красиво повела губами, ощущая на алых безупречно красивых губах, сладкий вкус шампанского — Я ведь у тебя роды когда-то приняла, надеюсь, ты это помнишь?
— Как такое можно забыть — тихо буркнула блондинка, скрытым коварством взгляда, посмотрела на Оксану
— И все же я многим вам теперь обязан — вмешался в этот разговор Алексей Константинович, чтобы умерить спор Оксаны со своей сестрой
— Не представляю и чем я только заслужила ваше внимание — улыбаясь лживой застенчивой улыбкой, с сарказмом для себя поблагодарила Оксана, наблюдая, как этот мужчина наполнял пустой бокал с размазанной помадой шампанским из только что открытой бутылки
— Вы спасли мою племянницу — наполняя бокал шампанским, ответил он
Двигаясь словно корабль по тихим морям океана, черный лимузин медленно подъехал к трехэтажному коттеджу, красивый высокий забор, был выложен из крупных, больших размеров камней. Огромная крыша, столь же больших размеров окна в этом доме, говорили о чрезмерной богатой роскоши его обладателя. Въезжая через открытые большие ворота, Оксана заметила прекрасный сад, что облагораживал интерьер всего этого большого дома. Красивая гладкая дорожка из каменной плитки, по которой медленно двигался черный лимузин, была выложена красиво выгравированной на ней рисунком в форме распустившихся цветов. Огромные хвойные деревья украшали сад этого дома, особый приоритет которым уделялся кедрам, вокруг которого была аккуратно посажены клумбы и хорошо ухоженного одного только вида красной герани. Закрывая полностью просвет от солнца, большие хвойные ветки рядом растущих деревьев, мимо которых проезжал черный лимузин, играли строптивую иронию тенистых жестов, вырисовывая знаки тенями на каменной плитке.
Сладкое, завораживающее пузырьками шампанское, вливалось в отрытый рот Оксаны, когда она так соблазнительно держалась за тонкую ножку стеклянного бокала. Пленительная его страсть играла сокрушительную гармонию вкуса, сливаясь воедино со слюной Оксаны, дурманила рассудок. Жадное глотая шампанское, капли которого пленительно обволакивая подбородок Оксаны, чарующей нежностью ходящего касания падали к ней на белую блузку, пропитывая её чарующей вязкостью. Испытывая недостаток воздуха, Оксана стонала сладкой интонацией собственного голоса, проливая капли манящей лаской соприкосновения на свою одежду, пропитывая его своим обольстительным вкусным запахом алкоголя. Потеки пузырящейся жидкости стекали струйками по пиджаку, белой блузки Оксаны, пропитывали юбку, проникали на поверхность сиденья, на котором она сидела.
— Боже мой, да она почти весь бокал на себя вылила — удивилась Мария Константиновна, обращаясь к своему брату
— Ну и что думаю Сергей Коновалов что-нибудь подберет из нарядов своей жены
— Что?! — поперхнулась Оксана, выпитым шампанским разливая еще больше капли на свою белую блузку, открыв от неожиданности лазурную пьяную прелесть глаз = Этот дом Коновалова?
— Ну да — ухмыльнулась подлостью злорадной улыбки Мария — А ты думала, куда мы тебя повезем?
— Мы так не договаривались! — возразила Оксана, потянувшись к ручке двери, когда лимузин остановился, уронила из рук полупустой бокал с шампанским на пол машины
В плавном падении бокал коснулся мягкого пола, чудом не разбился, разливая на его черную велюровую обивку остатки шампанского.
— Я ухожу! — заявила Оксана
— Нет! — схватил за запястье Оксану мужчина, что сидел напротив — Сергей Коновалов наш хороший друг
— С каких это пор?! — пытаясь вырваться из его хватки, громко кричала Оксана
— Привет Оксана! — ласковым голосом с приветливой улыбкой на лице, открыл дверь черного лимузина Коновалов
— Сережа!
Оксана испугалась внезапно его серьезности взгляда, быстро вжалась от страха в угол кожаного черного кресла, когда мужчина, что держал её за запястье, тут же отпустил.
— Сережа, я правда, не знала, что они меня сюда везут — начала оправдываться Оксана, замечая его недовольство на лице
— Теперь она ваша Сергей — распоряжаясь так нагло, заявил Алексей Константинович
— Что это значит?! — была шокирована Оксана
Чудесно подобранная композиция мужского парфюма «SalvadorDaliBlackSun», завораживающие нотки древесно-фужерного вкуса манила своей необычайностью. Восхитительная сила вкусовой добавки сочного юза, головокружительно в танце страсти ароматов гармонировали с аккордами чарующей кедровой прелестью. Сочетание в таком одеколоне, вдобавок ко всему, чудесного запаха цветов герани и мускатного ореха носило сокрушительную силу прелести необычайно привлекательных оттенков этого загадочного манящего своей неповторимостью вкуса.
— Все нормально Оксана — сказочно прекрасной нежностью голоса ответил Коновалов, протягивая руку для Оксаны в салон длинного автомобиля — Пойдем стол уже накрыт
— Так значит, вы не у Романова все-таки остановились — ухмыльнулась Оксана, заметила по выражению лица белокурой женщины, чьи это были знакомые — Могли бы просто сказать, не зачем было врать мне
Выгибая спину, Оксана покинула автомобиль, выставив упругую прелесть бедер, держась за руку с Коноваловым. Прекрасная гармония запахов хвойных деревьев в этой местности, завораживала сказочными оттенками вкуса смолы, древесным ароматом кедра, а так же прелестью распустившихся пышных игольчатых веток. Свежесть чистого природного воздуха, предвкушала морозящим касанием, мокрой одежды Оксаны, оставляя на коже холодный осадок.
— Для начала мне бы не помешало бы просто переодеться
Заявила Оксана, подходя к большому каменному крыльцу коттеджа, специально отображая перед окружением мужчин, в компанию к которым, она попала роскошную прелесть бедер. Могучий кедр возвышался своей необычайностью прямо в пяти метрах от крыльца, закрывая над головой густотой могучих пышных веток пространство, словно щитом от проникновения солнечного света. Красиво ухоженные клумбы выстроились вдоль безупречной линией по обеим сторонам каменной плитке, прекрасно украшая весь этот строптивый вкуса интерьер.
— А вы знаете Сергей — обратилась Мария Радионова, покидая лимузин со своим братом — Я между прочим сразу заметила, что вы с Оксаной пара
— О чем она говорит? — возразила Оксана, поднимаясь с Коноваловым по ступенькам каменного крыльца — У тебя ведь есть жена и ребенок
— Но сейчас ведь их нету в данный момент — опроверг Коновалов, поддерживая сзади Оксаной рукой за талию, когда она чуть не оступилась на ступеньках
— Ай блядь! — испугалась Оксана, оступаясь на ступеньках, падая в крепкие руки Коновалова
— Держу! — поймал он Оксану, когда она специально прижалась к его телу
— И даже не мечтай! — возмутилась Оксана, вдыхая восхитительный запах его одеколона, быстро покидая его надежные объятия, вильнула перед ним упругой прелестью ягодиц — Сначала мне нужно переодеться
— Мария проводи нашу дорогую гостью в свою комнату — распорядился Алексей Константинович, когда они подошли к открытым входным дверям — Да и сама подбери себе наряд для нашего ужина
— Алексей! — возмутилась женщина, так строго как змея, на него посмотрев — Меня мой наряд устраивает
— Это ужин с дорогим гостем — заявил брат этой женщины, остановив её в проходе открытой двери, за спиной у Оксаны, когда она вошла в него под руку с Коноваловым — И прошу тебя, приведи себя в порядок, сними, наконец-то этот сарафан
Потрясающих огромных размеров гостиная, имела сочетание голубого потолка чарующий оттенок, которого несколько осветляла саму атмосферу и гармонию необычайности вкуса, нарисованного масляными красками на нем рисунка фиалки. Прекрасное великолепие вкуса распустившихся ночных фиалок украшали интерьер гостиной совершенно, чудесно гармонируя со светлыми голубыми обоями. Кофейного цвета, паркет, темного тона мягкая мебель, тигрового оттенка, все это безумно сочеталась со светлыми тонами обстановки гостевой комнаты. Воздух был насыщен ароматной прелестью приготовленных блюд, невообразимым разнообразием вкуса, от мясных горячего, до пикантной прелести тропических фруктов. На стенах висели дорогие картины, произведения искусства, притягивающая красота которых была наполнена гармоничной строгой композицией природных пейзажей тропических мест.
— Хотя нет! — возразил Коновалов, остановившись возле темно-коричневой мягкой мебели тигрового оттенка — Оксана переоденется здесь
— Что?! — удивилась Оксана такой необычайно наглости со стороны своего кавалера — Может мне вообще голой ходить тут?
— Успокойся Оксана! — обвивая обеими руками, талию Оксаны, принудительно медленно усадил её на диван, рядом с большим, шикарно накрытым изобилием разносортных блюд, столом — Тут как раз платье для ужина, что я для тебя приготовил
— Я, что по-твоему, какая-то дешевая шлюха?! — выражая недовольство на безупречно красивых скулах, прошипела Оксана, была крайне удивлена откровенным синим мини платьем, что лежало на краю дивана
— Ты моя девушка — держал он Оксану за руку, когда она сидела и смотрела на него испуганным взглядом — А значит, ты должна быть на ужине в том чем я захочу
— Да сейчас же — взбесилась Оксана — А больше тебе ничего не надо?! — продолжала она стоять на своем, повинуясь его оковам крепких для неё рук
— Оксана! — строго посмотрел Коновалов, в испуганные глаза Оксаны, держа её за руку — Ты оденешь его, в противном случае можешь ужинать голой — отпуская её руку, повернулся он спиной и направился к ступенькам, что вели во вторую часть гостиной
— Да оно же никак не будет сочетаться с моим нижним бельем — иронизируя драму на своем лице, с обидой в голосе пояснила Оксана
Обиженно простонала Оксана, обратила внимание, как Алексей Константинович вместе со своей сестрой, поднимается по лестнице в гостиной на второй этаж этого дома.
— Ну, так сними его — ухмыльнулся Коновалов, чертовски прекрасной, по мнению Оксаны, улыбкой, к которой она когда-то привыкла
«Блядь да он в конец охуел!», оставаясь совсем одной в гостиной, когда все её покинули, надув испуганно от обиды губы, Оксана посмотрела на голубое пышное мини платье, что лежала перед ней на диване.

***
Игристая прелесть пузырьков, бушующей страстью, бурлила в бокале шампанского, который Оксана держала в согнутой в локоть руке. Прекрасное голубое мини платье, с открытой спиной, плечами и шикарным v-образным вырезом, подчеркивающим сочные изгибы груди Оксаны, прекрасно облегало её тело, выражая в нем все самые сексуальные неровности. Белые шелковые чулки с прекрасным эротическим узором и бантиком на задней части прекрасно облегали стройные ноги Оксаны, великолепно сочетаясь с белыми туфлями на высоком каблуке. Пышные золотистые волосы, необычайно объемной укладкой, волнами посыпали оголенные плечи Оксаны, погружая шею под их власть, завивались в кольца на середине её изогнутой спины, когда она сидела на мягком диване в гостиной.
Коновалов сидел рядом с Оксаной, положив руки на её согнутое колено, он нежностью своих пальцев придавал её ноги сказочно прекрасной ласке касания. Мария Радионова, вместе со своим братом Алексеем Константиновичем, сидели в дальнем конце дивана, наслаждаясь прекрасным вкусом красного вина. Чарующие оттенки теней будоражили ощущения сексуального соблазна, переливаясь на стенах прекрасным изгибом силуэта горящих пламенем свеч на настенных подсвечниках. Чистый деревенский воздух в гостиной при открытой парадной двери, был насыщен свежестью необычайного аромата хвои. Большой стол, был выполнен из крепкого дуба, роскошное изобилие накрытых на нем блюд, притягивала к себе разносортным вкусовой прелестью, вызывающей голод.
— Тебе не кажется Сережа, что в этом платье, я выгляжу несколько развратно? — скривила алую накрашенную щедрым слоем помады губы Оксана, облизывая кончиком языка краешек бокала
— Ты моя Оксана — заявил Коновалов, обивая нежностью подушечек пальцев талию Оксаны — И ты выглядишь просто великолепно в нем
— Да, но я без нижнего белья в нем — смутившись этого, прошептала Оксана на ухо к Коновалову
— А оно тебе разве нужно? — таким же шепотом ответил Коновалов
— Хм…. учитывая, насколько я пьяная, думаю, что нет — чарующей улыбкой восхитительной прелести ответила Оксана — А еще мне нужно сесть к тебе на колени, как тогда помнишь десять лет назад у фонтана, когда я первый раз, при нашей встречи, сидела у тебя на коленях
— А почему бы и нет — согласился Коновалов
— Я ужасно голодна Сережа — вставая с дивана, Оксана прекрасно отобразила красоту упругих бедер — Хочу вон ту прелесть запеченного мяса и вон тот кукурузный салат
— Выпей пока шампанского — возразил Коновалов, обвивая сзади бедра Оксаны, вынуждая её волей своих рук сесть к нему на колени
— Я ведь еще не поблагодарила тебя за спасение моей дочери — внезапно заговорила Мария Константиновна посчитав нужным, обратить на себя внимание Оксаны
— Ты за многое меня не поблагодарила — возразила Оксана, обвивая рукой шею Коновалова, прижалась, сидя на его коленях к нему — Как и вы Алексей Константинович
— Оксана! — коснулся обжигающими губами обнаженного плеча Оксаны, Коновалов, положив руки на её бедра — Давай хотя бы на сегодня оставим твою излишнюю гордость
— Но я просто хочу получить своё — обиженно изъявила желание Оксана, лелея себя в ласке рук этого мужчины, одеколон которого дурманил рассудок
— Давай не сегодня — возразил Коновалов, кончиками пальцев взявшись за дно бокала Оксаны, медленно помогал поднести его к её губам
— Но Сережа….
Не успев возмутиться, мужчина, на коленях которого сидела Оксана, медленно заткнул её рот, выливая в него бушующую прелесть игристых в нем пузырьков шампанского. Водоворот эмоциональных ощущений, вливаясь сладкой жидкостью, чудесно гармонировал со слюной во рту Оксаны. Подарив свое тело ласке Коновалову, пока шампанское бурлящим водопадом страсти вливалось в рот Оксаны, она ощущала его руки у себя под платьем, что медленно чарующим жестом трения ласкали её промежность раздвинутых ног. Испытывая уже нехватку воздуха от сильного возбуждения, Оксана дикой страстью неудержимого голода глотала шампанское с бокала полностью его, опустошая до капли, оставляя на губах сладкий слой пленяющей вкусом влаги алкоголя. Отрывая от бокала, поверхность которого была измазана чарующей красотой алой помады, Оксана жадно хватала воздух ртом, ощущая теплые руки Коновалова на промежности раздвинутых ног у себя под платьем.
— М…. Сережа — улыбаясь кривой пьяной улыбкой — Не думай что тебе все позволительно, вечер мой, и только я решу, когда и что у меня будет — заявила Оксана свои правила
— Позвольте хоть за вами поухаживать Оксана Владимировна — предложил Алексей Константинович, заметил некую черту отчаяния на лице Коновалова
— С радостью — радушно улыбкой взаимности ответила Оксана, поставив пустой бокал на стол
— Сергей я, конечно, видела вашу жену, она очень красива, но вы с Оксаной просто созданы друг для друга — странно изменила тему белокурая женщина
Пышное бальное вечернее красное платье, красиво подчеркивала изгибы её тела, выражая объемную прелесть сочной груди. Белокурые, почти пепельные волосы, были сплетены блестящей заколкой в аккуратный клубок на голове у этой женщины. Будоражащая сила апельсина юза, напоминала по своему специфическому запаху духи «L`Eau par Kenzo Homme», особое сочетание в котором имели водяной перец и белый лотос символизирующую мудрость обладательницы такого парфюма. Сливаясь в чувствительном шлейфе вкусового оттенка сливаясь с белым мускусом и зеленым перцем, сочетание таких запахов играли строптивую гармонию страсти, что скрывалась за серьезности образа Марии. Чарующие красотой красные восхитительные туфли, придавали привлекательным ногам этой женщины, необычайную сексуальность.
— Она ваша вторая половинка — продолжила Мария Константиновна, оторвав сочный крупный виноград от кисти, что лежала в большом блюдце на столе — Оксана будет вас любить, а вы уж не потеряйте её
«О чем блядь говорит эта высокомерная дура», выставила пятерню своих пальцев, Оксана прижала её через платье плотно к промежности раздвинутых ног, препятствую дальнейшему продвижению руки Коновалову.
— Я сказала, нет! — строго возразила Оксана — Не на людях Сережа, я ведь тебе не дешевая все-таки шлюха — нежностью поцелуя она коснулась мокрыми губами его щетины на лице, оставив на щеке мужчины смачный размазанный след алой помады, застенчиво при этом улыбнулась
— Сергей прошу, не обижайте вашу половинку и моего героя, которому я очень благодарна
— С каких это пор такая стерва как вы — возмутилась Оксана, безмерным комплиментам со стороны этой женщины — Стала меня засыпать похвалой
— Ты ведь спасла нашу дочь
— Мою дочь! — заявила Оксана пьяной интонацией голоса — Аришка моя и ты ничего тут не сделаешь — теряя рассудок из-за выпитого шампанского, она подняла интонацию собственного голоса, почти до крика
— Хорошо-хорошо твою дочь — согласилась пойти на уступки Мария
Лазурный прекрасный закатом солнца вечер, постепенно сменился ночью, за окнами, наполовину закрытых, голубыми полупрозрачными шторами из нежного шелкового материала, наступил сумрак необузданной дикой возбуждающей страстью ночи. Яркое пламя горящих свеч, размешенных на стенах в подсвечниках, гостиной дома Коновалова, играло завораживающими оттенками страсти, насыщая гостиную приятным сгорающим запахом воска. Пленяющий аромат французского коньяка «RoyalCaprice», завораживал притягательностью терпкого вкуса, приятно пахнувшим в рюмке, что держал на согнутой в локоть руке Коновалов. Легкая прохлада врывающегося холода, через открытую входную дверь гостиной, только раскаляла атмосферу в пьяной страсти этого вечера. Женщина в красном пышном вечернем платье, старшая сестра Алексея Константиновича уже была пьяная, поднимаясь с дивана, на котором сидела, чуть не рухнула на пол, успев попасть в объятия своего брата. Пользуясь обольщением руки Коновалова, что ласкала так нежно талию, Оксана продолжала сидеть у него на коленях, держа в руке наполовину полный бокал с шампанским, смачно облизывала губы, слизывая с ним остатки сладкого слоя влаги выпитого безмерного количества алкоголя.
— Помнишь когда мы с тобой любовались ночным небом Москвы — шептал нежностью тихого голоса Коновалов, пленительные нотки которого сокрушали сознание Оксаны, поддаться его обольстительности, наглому проникновению его пальцев под платье — Ты еще тогда девятый класс закончила
— Помню, как после одиннадцатого ты меня на Москве реке воспитывал слушаться мою мать, когда я так сгорала по твоим губам
Такой же чарующей интонацией голоса говорила Оксана, касаясь ладонью его щетины. Другую руку, Оксана лаской касания положила на крепкое, как показалось ей, плечо Коновалова, красота мускулистого торса которого была скрыта под белой шелковой рубашкой. Легкостью прикосновения коснулась его жарких пропитанных сладостью коньяка губ, Оксана хищной страстью покрыла их слоем своей сладкой вязкостью слюны. Ощущая, как трепетно после этого задышал этот мужчина, чувствуя его изнуренное возбужденное дыхание и ту самую частичку страсти, с которой он рвался проникнуть под платье Оксаны, её очень сильно возбудило. Коновалов одним залпом осушил коньяк, что держал в своей руке, поставив пустую на стол, занюхал раздирающую его крепость, прелестью запаха золотистых пышных волос Оксаны, что сидела у него на коленях сомкнув колени прекрасных ног вместе.
— А что это Оксана у нас трезвая?! — возмутилась Мария Константиновна, когда её под руку взял брат, улыбаясь пьяной распущенной улыбкой — Сергей налейте ей выпить, я хочу, чтобы она напилась, так же как и я
— Вопрос с Аришкой это никак не изменит — возразила Оксана, ощущая жар крепких пальцев Коновалова на бедрах под платьем
— А помнишь наш с тобой танец на выпускном балу? — переводя неожиданно тему, спросил Коновалов, аккуратно положил на сомкнутые вместе колени Оксаны, обжигающие теплом ладони крепких рук, принудительно развел её ноги в стороны — М…. как все на нас тогда смотрели
— Только вот после этого танца ты проводил меня почти сразу домой
— Потому что твоя мать разорвала и так весь твой телефон своими непрерывными звонками
— Могла бы и подождать — надула Оксана губы от обиды, залпом до капли осушила наполовину наполненный бокал шампанского, разливая его обворожительную прохладу капель себе на платье
— Я хочу… — заплетающимся языком говорила белокурая женщина с растрепанными пепельного цвета волосами — Я хочу, чтоб ты так же страдала, как и я понимаешь, я не отдам тебе так просто свою дочь, ты поняла?
— Мария Константиновна успокойтесь — возразил Коновалов сильно возмутившись, посмотрел недовольным взглядом на пьяную женщину — Я поговорю с Оксаной
— Что значит, я поговорю с Оксаной?! — выражая недовольство чарующим очертанием скул, возмутилась Оксана, отрываясь от пустого бокала из-под шампанского
— Послушайте — меняя опять хитрым образом тему, произнес Коновалов, обвивая жаркими ладонями бедра Оксаны — А может все перейдем в нашу с Ариной комнату, хочу вам показать одну коллекцию картин
— А ты уверен, что сейчас самый подходящий момент? — не согласилась с ним Оксана, лелея себя нежностью жгучих мужских рук, что обвили её бедра, выгнув спину, поставила она пустой бокал на стол — Может нам стоит тут все обсудить, что вы тут все задумали?
— Уверяю тебя Оксана — поправляя пышную укладку золотистых волос Оксаны на шее, нежностью пленяющего слух голосом уверял Коновалов — Давай просто проведем этот вечер для себя и в свое удовольствие
— Я думаю, бутылка вот этого коньяка скрасит его еще лучше — вытаскивая из ящика, что стоял на полу возле дивана, бутылку с коньяком, предложил, будучи уже пьяным Алексей Константинович
— А где ваша младшая сестра Анастасия? — спросила Оксана, касаясь каблуками паркета пола, встала с колен Коновалова — Насколько я понимаю, она не за что не пропустила бы такое мероприятие
— Должен же кто-то следить за моей племянницей — с хитрой ухмылкой ответил Алексей Константинович, с трудом поднимаясь с дивана
— Хм… что же — скривила недоверчиво алые губы Оксана, завлекая прелестью упругих бедер, обошла вокруг стола — Покажешь, куда идти Сережа?! — ласковой сокрушающей слух интонацией спросила она, обернулась, опираясь ладонью руки на бедро, к Коновалову
— Пойдем, я тебе сама покажу — предложила Мария Константиновна, подходя пьяной походкой к Оксане, протянула медленно руку — А наши с тобой мужчины, так сказать, подойдут позже
— Я так не думаю! — возмутилась Оксана, выгибая спину, гордой осанкой, прошипела как змея, не пытаясь взять за её руку
— Оксана нам тут с Алексеем Константиновичем нужно обговорить один деликатный разговор, по поводу рынка ценных бумаг — объяснил Коновалов, разливая в стопки коньяк, что стояли на столе
— И как долго? — поинтересовалась Оксана, сильно возмутившись тому, как женщина что стояла возле неё насильно схватила её за запястье — Да как ты смеешь!
— Алексей! — говорила, недовольна белокурая женщина, подходя к лестнице ускоренным шагом, крепко держала Оксану за руку — Мне сама мысль о том, что вы задумали противна
— Головой надо было четыре назад думать Мария, чтобы сейчас противно не было
— О чем вы говорите? — поднимаясь с ней по ступенькам лестницы, испуганным взглядом глядя на неё, спросила Оксана
— Я не буду этого делать! — прокричала она в ответ своему брату, поднявшись на второй этаж
— Да что делать то? — продолжала возмущаться Оксана, держась свободной рукой за перила лестницы, выдернула запястье своей руки из хватки этой женщины
Мрачная, окутанная сумраком ночи, атмосфера коридора вмещала в себя всю густоту красок этого помещения, в котором абсолютно не было света. Прохлада врывающегося сквозняка, лишь слегка колыхала белую шелковую занавеску на окне в коридоре второго этажа. Чистый воздух был в коридоре насыщен свежестью кедрового дерева, что своими густыми пышными ветками, исполняла танец страсти теней, по стенам этого коридора. Кремового цвета обои на стенах, расписанные черной краской в форме раскрывшихся цветов, на полу была красная ковровая дорожка, что простиралась до окна, в конце коридора. По обеим сторонам были две двери, что вели по разным комнатам коридора.
— Какая же ты наивная дура — открывая дальнюю дверь по левой стороне, грубо оскорбила белокурая женщина
— За это я тебе — разозлилась Оксана, стука глухим звоном каблуков прошла по красной ковровой дорожке — Запрещу приближаться вообще к моей дочери — вошла в открытую дверь темной комнаты, продолжала возмущаться она
— Дверь закрой! — игнорируя недовольства со стороны Оксаны, распорядилась Мария Константиновна, проходя по пышному белому ковру комнаты, в сторону большого пластикового окна — Не хочу чтобы кто-то еще видел это — задвигая белые шелковые шторы, говорила она, погружая комнату во мрак
— Видел что?! — поинтересовалась Оксана, закрывая за своей спиной дверь, облокотилась на неё, эротическим изгибом согнув ногу в колено, опираясь каблуком белых туфель на её поверхность
«М…. кажется эта сука решила поиметь меня, разыграю я перед ней драму недотроги, так ведь эффектней будет и тем самым возбужу в ней страсть», прикусывая краешек губы, коварством изгиба улыбки безупречно алых губ, улыбнулась Оксана.
— А как ты думаешь? — задала риторический вопрос Мария, повернувшись спиной к белым шторам, направилась по комнате — Два мужика там пьют пока мы тут с тобой
— О…. нет! — возразила Оксана, нажимая на гладкую клавишу выключателя, что был прикреплен на уровне её плеча — У нас с тобой ничего не будет — прищурила она глаза от яркого света ламп на потолке висевшей большой хрустальной люстры
— Ты думаешь, я этого хочу
— Да мне плевать, что ты там хочешь — прошла мимо неё гордой походкой Оксана, совершенно не посмотрев в её сторону
— А мне нет! — возразила белокурая женщина, схватив неожиданно Оксану за руку, притянула к себе — И как бы ты мне не была противна, я должна это сделать
«О…. боже вот этот взгляд задержи еще на чуточку», ощущая с какой силой и крепкой хваткой держит эта женщина её за предплечье, подумала Оксана, ответив ей взаимностью взгляда.
— Отпусти! — прошипела Оксана, хотела выразить злобу, а получилась оскал необузданной страсти, стиснув зубы перед губами этой женщины
— Твое умоляющее выражение глаз, губ, а так же очертание безупречных скул, говорит мне совсем о другом — прижимаясь к спине Оксаны своим бюстом, голосом неконтролируемого порыва страсти шептала она ей под ухо
— Я сказала, нет! — оставляя повернутой голову к ней, не согласилась с её утверждением Оксаны, почувствовав, как нежность её морозящих пальцев оголяет плечи от платья — Отпусти меня!
— И не подумаю
Оголила она грудь Оксане, стоя перед висевшим над белой тумбой зеркалом, держала одной рукой согнутую в локоть руку за её спиной, вынуждая чуть наклониться вперед.
— Ты, что без нижнего белья?
— Тебе какое дело! — проявляя непокорство, Оксана ничего не могла поделать, кроме, как стиснув зубы шипеть на неё молча от боли согнутой в локоть руки за спиной, что держала эта женщина
— Твоей тело так прекрасно — похвалила Мария Константиновна, опуская платье на Оксане до середины её живота — Понятно, почему все мужики так на тебя смотрят
— Завидуй молча старая швабра! — вырвалась Оксана из оков этой женщины, повернулась к ней лицом, когда само платье сползло по её ногам вниз, полностью обнажая перед ней свое тело
— Это я да швабра?! — возмутилась женщина, состроив угрожающий вид на своем лице
— У тебя, что со слухом плохо? — огрызнулась Оксана, отходя на шаг назад к ступенькам небольшой лестницы продолжения комнаты
— Ты слишком многое о себе возомнила
— Достаточно, чтобы знать с кем я разговариваю, корова ты тупая….



Прокричала Оксана, специально заводя эту женщину, отобразила ненависть к ней на своем лице, от чего тут же получила крепкую жгучую пощечину, что сбила её с ног. Сильным ударом женской ладони, Оксану развернуло, после чего она упала на колени, оказавшись на ступеньках выложенной мраморной плиткой. Выгнув спину и чуть запрокинув голову, Оксана стояла на четвереньках с раздвинутыми ногами, опираясь руками на ступеньки маленькой лестницы. Не имея даже сил встать, Оксана, стиснув зубы, ощущала жгучую боль на своей розовой щеке, почувствовала морозящую обжигающую холодом ладонь руки женщины на своей изогнутой спине. Другой рукой Мария Константиновна коснулась выставленных упругих ягодиц Оксаны, начала тут же их легонько сжимать чарующим нажатием подушечек пальцев.
— Мы ведь сейчас одни в комнате — схватила она рукой, что была на спине у Оксаны тут же за прядь её золотистых пышных волос, силой запрокинула её голову — Учитывая, насколько сильно ты пьяная, я могу сделать с тобой все что захочу
Лаской убедительного шепота, шептала она на ухо Оксане, держа её за пучок золотистых волос, другой рукой коснулась обжигающим холодом касания эластичных выставленных бедер.
— У меня ведь никогда не было с женщиной — отпуская волосы Оксаны, призналась она — Сама мысль об этом мне противна, ты же ведь…..
— Ты же ведь можешь просто поцеловать меня
Предложила Оксана, чувствуя убедительную силу воли руки этой женщины на своих ягодицах, как настойчивость их подушечек сжимали бархатистую кожу.
— Может, перейдем в кровать? — предложила Мария Константиновна, убирая руки с тела Оксаны, коснулась кончиками пальцев лямок красного пышного платья, что было на ней
— Думаю, оно тебе уже не к чему — согласилась Оксана, в пьяном бреду улыбнулась кривой улыбкой, медленно шатаясь, встала с колен
— И как только Алексей уговорил меня на это — подумала вслух Мария Константиновна, медленно снимая с себя платье
«Блядь эта сука так умеет возбуждать, я её уже хочу», любуясь красивым телом женщины, подумала Оксана, прикусив краешек губы.
— У тебя такое красивое тело — подошла к этой женщине Оксана, присев на колени помогла снять с неё платье
— Как у и тебя — нарастающей страстью шепота ответила Мария Константиновна, когда Оксана встала с колен перед ней
Волнующий притягательностью эротический соблазн возник между Оксаной и этой женщиной, который никто из них не хотел нарушать первым. Чудесная гармония необузданной страсти, жгучего прикосновением сила алкоголя вырывалась из их женских губ, дурманила сокрушающей силой рассудок. Оксана, завлекая жестами красивых изгибов бедер, отошла на пару шагов к серебристому комоду с косметикой, ощущая усталость в ногах села на мягкий пушистый белый ковер. Яркие падающие лучи белого света с люстры, придавали бархатистой коже Оксаны лучезарный отблеск.



— М…. эти проклятые туфли — простонала Оксана, скидывая с уставших ног белые туфли, ощущая как села рядом белокурая женщина
— Может, и эти чулки тогда снимешь — с трудом выговаривая каждое слово, она вцепилась в чулки на ногах Оксаны
— Хм… а почему бы и нет — согласилась Оксана, медленно снимая чулок с одной ноги, пока женщина, что сидела рядом, снимала с другой её ноги белый шелковый чулок
— Тише-тише ты, что так неровно дышишь — уверяла Мария Константиновна, коснувшись ладонью живота Оксаны
— М… поцелуй же меня — простонала требовательным стоном Оксана в открытые губы женщины, что сидела рядом с ней
Нежность соприкосновения мокрых губ, пропитанной сладостью французского красного вина почувствовала Оксана на своих губах, сливаясь воедино в поцелуе с этой женщиной. Бушующая страсть разыгралась в чувствах Оксаны, дыхание становилось трепетным и учащенным, с губ скатывались каплями частички слюни обжигающим касанием падали на сочную грудь. Белокурая женщина настолько сильно и тщетно работала языком во рту Оксаны, повиливая изгибами её собственного языка, от чего становилось труднее дышать. Лаской приятного касания рук, она трогала грудь Оксаны, придавала обольстительной нежности всё её тело. Сладкими стонами, изнывая прямо в рот этой женщине, когда она так приятно одной рукой сжимала большую грудь Оксаны, а другой, сползая ладонью по её животу, коснулась горячего лобка.
— М…. так приятно — отрываясь от её губ, мурлыкала Оксана, задыхаясь от сильного возбуждения нехваткой воздуха
— Может, перейдем в кровать? — предложила Мария, подушечкой указательного пальца убирала слой собственной слюны с губ Оксаны, взглядом дикой похоти на неё посмотрела
— Может, и перейдем — согласилась распущенной улыбкой Оксана, жадно начала обсасывать её палец, ерзая ягодицами по толстому ковру
— Я пока выключу свет — вставая с пола, ответила белокурая женщина, кончиками пальцев коснулась подбородка Оксаны, поднимая её возбужденный пьяный взгляд на себя
Свирепой страстью дождь, за большим пластиковым окном, крупным и насыщенным ливнем стучал по стеклу, напевая свою строптивую мелодию необузданной стихии. Неконтролируемая сила воды, устремляясь бурным потоком воды, стремительно падая вниз, покрывая крышу дома, его стены, стекла больших пластиковых окон в нем, деревья, забор, траву, все вокруг. Ветер жестокой властью, создавая гармонию неподвластной влияние на все, что касалась его могущество воздуха, создавая ужасный гул за толстым стеклом пластикового окна в комнате. Бушующим трепетным танцем колебался за окном могучий кедр, едва касаясь в момент жеста своими ветками мощного стекла окна.
Большая роскошная кровать, каркас которой был выполнен из крепкого, щедро покрытого лаком, что даже при выключенным свете и проникающей через окно в комнате лунной дорожкой излучал приятный лучезарный отблеск. Шелковые белые простыни, обладающие необычайной мягкостью и прохладой, доставляли необычайную ласку касания бархатистой коже Оксаны, как только она заползла на кровать, оставаясь стоять на ней на четвереньках. Большие бамбуковые подушки, что были разбросаны посреди кровати, покрытые тонкой белой наволочкой из шелка, едва дотрагивались до её розовых сосков, когда Оксана, раздвинув руки, стояла над ними на четвереньках. Воздух в комнате становился немного душным, по спине и на бедрах Оксаны выступили капельки пота. Дыхание становилось еще более трепетным и учащенным, хватая воздух ртом, Оксана не обратила внимания, как входная дверь легонько открылась, пропуская яркую дорожку света в темную мглу. Прошло несколько продолжительных минут одиночества и тишины в темной комнате, как Оксана услышала знакомый приближающейся стук женских каблуков. Вкушая перегар безмерно выпитого красного вина, Оксана улыбнулась кривой пьяной улыбкой, стоя на четвереньках на кровати, почувствовала жар сокрушающего трепетного дыхание женщины за своей изогнутой спиной.
— Ты так прекрасна — говорила пьяным голосом Мария Константиновна, наклонившись под ухо Оксане, с жадно хватаясь жгучими ладонями выставленных её ягодиц
— Так пора бы уже использовать по назначению эту красоту — улыбаясь пьяной улыбкой, ответила Оксана, наблюдая, как эта женщина гордой притягивающей бедрами походкой обошла, вокруг кровати и встала перед ней — Сегодня ночью я тебе разрешу все Катерина
Не понимая, что уже говорит, Оксана произнесла имя своей заядлой любовницы, когда белокурая женщина, что стояла перед ней, кончиками пальцев опять приподняла её подбородок, повиливающим взглядом, словно царица Клеопатра посмотрела в её страждущие глаза.
— Катерина?! — удивилась Мария Константиновна, придерживая Оксану обеими руками за грудь, помогла ей приподняться на колени, встав на её уровни
— Еще бы Сережу сюда! — выразила Оксана свое пьяное желание, обвивая шею этой женщины, прижалась к ней, надула губы от отчаяния
— Я здесь Оксана! — тихо обратился знакомый мужской голос к Оксане, после чего постель на кровати, как и сам матрац, под ней начал немного проминаться
— Сережа — тихо лаской шепота, Оксана произнесла его имя, чувствуя, как крепкие мужские руки сковали оковами со спины её груди, прижимая её тело к Коновалову
Ласкаясь как кошка, стоя на коленях на кровати, прижимаясь спиной к мужчине, что стоял так же на кровати, Оксана, лаской касания завораживающего трения, запрокинув голову к нему на плечо, лелеяла себя лаской об его тело. Дотрагиваясь одной рукой его грубой щетины на лице, Оксана открыла алые губы перед его ртом, вдыхая чарующий перегар с его рта. Мужчиной лаской крепостью рук, как показалось на тот момент Оксане, обвил бедра её, разворачивая к себе лицом.
— Представить себе не могу, Сережа и Катерина вместе — дотрагиваясь до его подбородка нежностью кончиков пальцев, Оксана с жаждой ненасытной страсти впилась в его губы
— Моя дорогая Оксана — нежностью возбуждающего шепота говорила под ухо Оксане женщина
— О… такой ночи я и мечтать не могла — отрываясь от губ этого мужчины, лаской касания кончиком языка слизала с губ его пленяющую вкусом коньяка слюну со своих губ
Женщина жаром ладони коснулась выгнутой спины Оксаны, вынуждая её наклониться ниже, встав на четвереньки. Крепкая мужская рука во мраке темной комнаты вцепилась в роскошную золотистую прядь её пышных волос. Чудесная нежность пальцев женщины стоящей за спиной у Оксаны, коснулась её мокрых возбужденных губ влагалища, стенки которого уже успели насытиться невообразимым изобилием влаги. Врывающая сила жара женского трепетного дыхания стала покрывать влажные стенки влагалища Оксаны, сковывая её в движении. Раскрытые алые губы медленно приближались к возбужденному члену, головка которого от сильного пульсирования и перенапряжения легонько уже постукивала по ним. С заядлой хищной страстью Оксана обхватила стебель члена рукой, поднимая взгляд пьяных глаз, посмотрела дикой необузданностью на самца, что стоял на коленях перед ней и держал её за волосы.
— Ах… а…. — простонала громко Оксана, открывая широко алые губы, ощутила как старательно поверхностью морозящего слизью языка женщина со страстью провела по мокрым изнемогающим стенкам влагалища
Силой вынуждения, мужской член стал проходить крепостью мощного его ствола через открытые изнывающие стонами алые губы Оксаны. Касаясь его напряженной головки, гладью покрытой слизью слюны языка, Оксана принялась с диким сексуальным голодом его обсасывать, ерзая жадно губами, оставляя на его стебле щедрый след алой помады. Убирая свою руку с члена мужчины, Оксана почувствовала, как язык женщины с неописуемой страстью и рвением проник промеж стенок её влагалища, принуждая сильно от такого ощущения раскрыть рот и заглотить полностью стебель мужского пениса. Коновалов, по всей видимости, испытал сильное внезапное ощущение, так как тут же вынул полностью свой член из-за рта Оксаны, не позволяя ей даже больше прикоснуться к нему.
— Что такое Сережа?! — взволнованно спросила Оксана, замечая под собой лежащую пьяную женщину и то, как учащенно этот мужчина пытался отдышаться — Тебе не понравилось?
— Все хорошо Оксана — коснулся он нежностью ладони щеки Оксаны
— Я что тебя ранила?! — с сочувствием пьяного голоса спросила Оксана, под влиянием и убедительной ласки женских рук повернулась к нему спиной и наклонилась
Женщина лежала под телом Оксаны, когда она нависала над ней прелестью сексуальной красоты своей плоти. Обжигающий жар её дыхания завораживал нежностью касания промежность раздвинутых ног Оксаны. Трепетное жесткое касание мужских ладоней, сжимали с жадностью пальцев ягодицы Оксаны, разводя их в стороны. Женщина что лежала под Оксаной, медленно развела губы влагалища в стороны, с жадностью впилась губами в её клитор. Извиваясь эротическими изгибами в громких стонах, Оксана коснулась только ладонью раздвинутых ног женщины, что лежала под ней, почувствовала, как напряженная мужская мощь входит внутрь стенок её влагалища. Каждой стеночкой своего влагалища, Оксана чувствовала медленное продвижение крепкого члена в неё.
Бушующая волна ощущений окутала Оксану, сковывая её в движениях, женщина, что лежала под ней крепко руками обвила её бедра, жадно губами обсасывала клитор. Коновалов одной рукой держал её за бедро, а другой положил на выгнутую спину Оксаны, полностью проник своим членом во влагалище. Столь рьяное проникновение вынудило Оксану извиваться диким свирепым зверем в оковах этих людей, а укусы зубами за клитор, сила, с которой кусала эта женщина, уже стали достаточно мучительными, вынуждая её почти кричать от боли, сексуальным стоном. Потёки обжигающей жидкостью вытекали тонкой струёй из влагалища Оксаны, падая прямо в раскрытый женский рот под ним. Пот частичками крупных капель в виду таких сильных резких ощущений выступил по всему телу Оксаны, потоками ручьем, собираясь в капли, падал на постель под ней. Испытав сильный молниеносный оргазм, Оксана рухнула на тело женщины, под которым стояла на четвереньках, соскочив в нужный момент с члена мужчины, что был в ней. Фонтан жгучей белой вязкой прелести выплеснулся из стебля мужского пениса прямо на ягодицы Оксаны. Чувствуя обжигающее касание вязкой влаги на своей промежности, что обволакивая анус своей нежностью, неконтролируемым потоком спермы стремительно неудержимой струей вошла в стенки раздвинутого, под властью женских пальцев, влагалища Оксаны, когда она продолжала прикусывать зубами её ноющий болью клитор. Тщательно стараясь, женщина языком вылизала потёки мужского оргазма стремящегося по стенкам влагалища Оксаны попасть внутрь, пропихивая внутрь аккуратно пальцы, не оставив там абсолютно ничего кроме как изобилия густоты собственной слюны.
— Сергей я, конечно, понимаю — говорила она, освобождаясь из-под изнывающего в сладких стонах тела Оксаны, оставила её лежать на спине одну на кровати — Но пускай такое вот важное решение о её беременности, вы должны принимать вместе
— Я завтра оставлю ей таблетку — уверял он, вставая с кровати
— Больше так не делайте — коснулась она нежностью руки живота Оксаны — Такое решение нужно принимать сообща, хорошенько все обдумав
— Я все понял — направился он к входной двери
— Пускай поспит — предложила Мария Константиновна — Я побуду с ней — легла она на кровать рядом со сладко засопевшей Оксаной, овивая нежностью рук её тело
Дверь в спальню медленно открылась через какое-то время, пропуская лучезарную гладь врывающегося света дорожку, потом снова закрылась, погрузив комнату во мрак сумрака ночи. По окнам в комнате, все еще стучал каплями дождь, однако его сила начала постепенно угасать, а гуляющий на улице ветер, почти усмирил свой пыл. Погружая создавшуюся обстановку в тишину, что действовала тихим звоном по стеклам, играя спокойную усыпляющую мелодию природного стука воды. Неугомонный кедр, еще все ласкал пластиковое окно, могучими пышно покрытыми иголками ветками, напевая свой собственный мелодичный ритм в такт звона капель по стеклу. Лаской пленительных объятий женщина обвила тело, изнывающей сладкими стонами во сне Оксаны, прижимаясь к ней своим. Мария Константиновна, приятно засопела в ухо Оксане, усыпляющими нотками воздействия, пленила её слух. Пропитанная потом белая шелковая простынь, содержащая в себе разносортные ароматы мужского и женского парфюма, перегар безмерно выпитого алкоголя, начала холодить тело Оксаны. В воздухе стоял стойкий дурмана перегара, вдыхая который Оксана все глубже погружалась в сон, необъятной страстной ночи.



Завораживающая прохлада, окутывала тело Оксаны, когда она лежала одна в большой постели, ласкаясь в лучах восходящего утреннего солнца. Большое белое бамбуковое одеяло, что ночью накрывало обнаженное тело Оксаны, словно большим согревающим щитом, лежало в скомканном виде на полу под кроватью, на которой прошлой ночью творилась дикая сексуальная страсть. Во рту все пересохло, голова ужасно раскалывалась, а во всем теле была ужасная слабость. На паховой промежности сохранился высохший осадок ночной сексуальной страсти, что под влиянием врывающегося сквозняка в комнату доставляло дикое раздражение ноющим губам влагалища. Яркий проникающий через большое пластиковое окно в комнате, озарял светлой зябью поверхность предметов, мебели, интерьера комнаты, попадая на светлые тона, отражался блестящим отблеском в сонные глаза Оксаны. Во рту сохранился осадок безмерно выпитого шампанского, игристая пузырьковая прелесть которого высушила глотку Оксаны, вынуждая её проснуться от дикой жажды. Воздух в комнате был насыщен стойкостью разносортных ароматов алкоголя, потливого запаха человеческого тела, а так же великолепным сочетанием вкусовых оттенков парфюма, сохранившегося силу запаха прошлой ночной страсти.
— Доброе утро — ласковой интонацией голоса произнесла Мария Константиновна, сидя в коричневом кожаном кресле напротив, повернутой спинкой к большому пластиковому окну
Белое платье, подобие сшитого большого сарафана, пышный красоты низ которого скрывала прелесть сексуальных бедер этой женщины, а плотный верх, наоборот открывал прелесть эротических изгибов сочной груди. Пепельного цвета волосы, были аккуратно уложены и сплетены блестящей заколкой в форме больших крабовых клешней, как показалось на тот момент Оксане, выгравированных красивым красным камнем. Серые глаза, светились ярким голубым отблеском, скрывая за ними таинство неизвестных намерений. Яркая накрашенная щедрым слоем алой улыбка, выражала неизвестное, скорее необъяснимое довольство на её губах. Прекрасная гармония «L`Eau par Kenzo Homme», белого лотоса и мускуса слитого в одной единой страсти с апельсиновым юзом и водянистым перцем, так приятно пахло тело этой женщины. Положив притягательно ногу на ногу, она отразила сексуальный контур своих эластичных бедер, который благодаря небольшому вырезу, по бокам платья стал прекрасно отражать бархатистую кожу спелого персика ног Марии Константиновны.
«Да она охуела и как у неё только хватило наглости», выражая грязные раздраженные мысли, подумала Оксана, разглядывая сонными глазами эту женщину в белом чудесно длинном платье.
— Как спалось Оксана? — на удивление она обратилась достаточно ласковым и убедительным тоном голоса — После вчерашней ночи думаю….
— Как черта ты тут делаешь? — возмутилась Оксана, найдя в себе с трудом сил, чуть приподнялась, опираясь на локти, оторвалась от прогретой телом белой шелковой простыни — Где я?
— Успокойся ты, что ничего не помнишь? — уверяла Мария, оторвавшись от спинки кресла чуть наклонилась к Оксане
— Какого хуя ты тут делаешь?! — грязно выругалась Оксана, садясь на кровать, согнула разведенные ноги в колени, где промежность ужасно болела, особенно ныл клитор
— Успокойся, принесла тебе таблетку для экстренной контрацепции, которая мне в последние годы помогала от нежелательной беременности
Указала она на одну запечатанную таблетку в шелестящей завернутой серебристой упаковке, что лежала на краю маленького стеклянного столика возле кровати.
— Беременность?! — вскрикнула Оксана, оставаясь сидеть на кровати, подогнула под себя ноги, сжимая от испытываемой ненависти, под собой белую простынь в кулаки — Да вы охуели, что ли вы меня могли об этом спросить, хочу ли я этого
— Просто выпей таблетку — успокоила женщина, еще раз указала взглядом на лежащую таблетку «эскапела» на столе, рядом с которой стоял стакан апельсинового сока — Ничего не будет, если она попадет внутрь тебя в течение 72 часов
— Я знаю! — недовольно рявкнула Оксана, схватила со столика таблетку быстро её распечатала, разрывая от паники в клочья упаковку, кидая её на пол схватилась быстро одной рукой за сок, другой положила таблетку в рот — Кто хоть это сделал вчера со мной?
— Ты что совсем ничего не помнишь? — удивилась Мария Константиновна, так удивительно состроив изгибы блестящих на солнце алых губ
Повертела Оксана головой, жадно запивая соком таблетку во рту, проглотила её, утоляя ненасытную жажду изнывающим похмельем тело.
— Ну что же я все равно скажу тебе, кто это был — злорадно улыбнулась эта женщина, вставая с кресла — Как ты думаешь у кого мы сейчас тут дома?
— Понятия не имею — отрываясь от полупустого стакана с соком, облизывая со страстью губы, ответила Оксана, ощущая кисло-сладкую прелесть апельсина во рту
— Тот, кого ты по пьянке, вчера кричала, ты что забыла?!
— Я откуда могу это помнить — повела губами Оксана, выгнув спину, поставила стеклянный стакан на столик — Странная ты какая-то, как я вообще тут оказалась, где Катерина?
— Посмотри на свадебную фотографию — указала она на фото, что стояла в рамке на столике, куда Оксана поставила стакан с апельсиновым соком
— Коновалов сука!!! — вскрикнула от ярости Оксана, разглядывая с трудом пьяными еще глазами свадебное фото Коновалова и его жены Алины Молотовой — Он, что кончил в меня?
— Это получил чисто случайно, уверяю тебя, никто этого не хотел
— Я ему сука яйца оторву!!! — разъяренным голосом прокричала Оксана, оставаясь сидеть на кровати, опустила голову, придерживая её руками, не смогла сдержать накопление влаги на глазах
— Он хотел, чтобы ты сохранила ребенка, если была бы возможна беременность
— Это не ему решать — заплаканным голосом сквозь слезы, со злостью, словно змея чувствуя раздражение, прошипела Оксана
— Я приготовила тут тебе твою одежду — игнорируя эмоциональные чувства Оксаны, холодно ответила женщина, вставая с кресла — Лимузин Романовых через десять минут подъедет за тобой, Сергея Коновалова нет дома, убежал как подлый трус, узнав, только что ты можешь с ним сделать
— Даже не думай, что после всего этого я отдам тебе Аришку — злой ненавистью шипела Оксана, свесив голову, упиваясь горькими слезами, осталась сидеть на кровати — Сегодня же слышишь, сегодня же мои адвокаты будут…..
— Да успокойся ты — улыбнулась приятной улыбкой белокурая женщина, изумительный пепельный цвет волос которой, стал неожиданно восхищать взгляд Оксаны — Видя, как ты борешься за её жизнь в больнице, узнав о том, как у неё остановилась сердце, что медсестры рассказали мне, как ты переживала, я подумала….
— Похую мне, что ты там себе подумала!!! — огрызнулась Оксана, поднимая разъяренный взгляд звериной ненавистью, посмотрела заплаканным взглядом лазурных голубых глаз на эту женщину
— Я подумала, а не заключить ли нам свой тайный союз трёх развратных блондинок — предложила она, протягивая свою руку к Оксане
«Да она ебанулась, какой блядь еще в жопу союз, я в два счета лишу эту стерву Аришки, даже не смотря, на то, что она сделала для меня, однако все-таки перед этим я разыграю маленькую драму на фоне её мягкотелой доверчивости», прикусывая краешек губы, Оксана улыбнулась подлой наполненной коварством улыбки.
— Мы ведь тоже с тобой женщины и нам тоже нужно развлекаться и расслабляться, мой брат Алексей все будет для нас с тобой устраивать
— Решение с Аришкой этот никак не изменит — возразила Оксана, пожав руку этой женщины, предложенная мысль которой стала внезапно интересной — А кто будет третей?!
— Моя сестра Анастасия — пожала плечами белокурая женщина, оставаясь стоять перед Оксаной
— Она что тоже?! — удивилась Оксана, вытирая кончиками пальцев одной руки радужные на солнце потеки неудержимых слез
— Будет, если ты этого захочешь — предложила она платок, взяв его с края стеклянного столика
— А я захочу! — твердо решила Оксана, взяв у неё из рук предложенный белый шелковый платок
— Хм… ну тогда решено значит у нас с тобой союз
— Союз — вредничая, ответила Оксана, заядло при этом выразила согласие прелестью улыбки, алая помада на которых была стерта после бурной насыщенной сексуальной страсти ночи — Если хочешь, пусть Аришка пока побудет с тобой
— Ну, тогда я поеду сейчас в больницу, доктор Ларионов должен приготовить выписку для Аришки, а ты пока поезжай домой, тебе необходимо выспаться
— А где Алина Молотова всё-таки, почему её тут не было?
— Алина в Москве спасает своего сына, вместе со своим отцом, у него кажется, стал проявляться неизвестный докторам врожденный порок сердца
«Какая же ты сука после этого Коновалов, у тебя ребенок в Москве там помирает, а ты нет, чтоб поддержать жену прибежал с поднятым хвостом ко мне, а еще и ребенка хочешь от меня, да сейчас же, размечтался блядюга!», придавая задумчивый вид своему лицу, отобразила Оксана скверные мысли в своей голове.
— Хм… понятно — отражая печальна на своих губах, безразлично ответила Оксана, опуская взгляд на смятую, в сексуальной ночной страсти, постель
— Коновалов поехал к Романову, важное совещание у них сейчас происходит, Молотов свесил на него все свои обязанности
— Скажи шоферу, что я через десять минут спущусь
Ответила Оксана, встав на четвереньки на покрытой волной бурной страсти постели, хищной кошкой поползла к одежде, что лежала на краю большой двуспальной кровати.
— Я позвоню тебе — спускаясь по маленькой лестнице, говорила Мария Константиновна, входя в первую половину комнаты — Надеюсь, что у нас с тобой что-то получиться, ведь у нас один общий будем считать ребенок
«И как я только могла так въебаться!», огорчившись хмурой улыбкой, подумала про себя Оксана, оставшись совершенно одной в комнате, положила белую короткую юбку к себе на колени.



Утренняя прохлада свежего воздуха, морозящим потоком разгуливала по деревенским улицам, чарующей мелодией заставляя петь песню шелеста листьев, деревьев, что росли у гравийной дороги. Пышными огромными ветками, береза, тополь и ясень, излучая свой свойственный природе запах, колебались в такт, исполняя гармоничную серенаду, колебля ветками. Воздух был насыщен свежести утреней росы, прошедшего дождя, и сыростью мокрых деревьев. Покосившиеся заборы, облезлая древесина домов, стертая краска, потрескавшиеся стекла, все это служило о бедности жителей живущих в этом деревенском районе. Журчание деревенской речке, на которую поутру выходили рыбачить местные жители, разносила приятный гармоничный шум воды, что так прекрасно сливался с дуновением ветра, что снисходил с лесной опушки на деревенскую равнину. Лай деревенских собак нарушал все эту природную мелодию, злорадная серая кошка, забравшись н6а деревянный забор, с поднятым хвостом гордо дразнила псов за ним. Собравшиеся бабульки, сидели на лавочке, одного из домов, чей забор из гладких наполированных досок, был красиво покрашен в синюю краску, а так же обработан лаком, обсуждали деревенские сплетни. По гравийной дороге тихо плелись двое поддатых мужиков с бутылкой водки, горлышко которой торчало у одного из серой, почти земляного цвета фуфайки. Серой стремящейся копотью сгораемых дров, топились дымоходы домов, устремляя в атмосферу обильную густую массу чудесно пахнувшего пепла, насыщая воздух характерно пахучей гарью.
Черный лимузин, отражая, словно зеркало яркие падающие лучи утреннего восходящего солнца над горизонтом, блестящим отблеском светился, излучая насыщенный свет. Колеблясь по гравийной дороге, израненной неровностью, ям и ухабов, как будто корабль, плывущий в тихом спокойно колеблющемся море, его черный мощный протектор шин наезжал на обильные лужи после прошедшего ночью дождя. Разжижая огромной массой длинный, как корабль автомобиль, разбрасывал мелкие частички грязи в разные стороны, двигаясь в утренней, окутавшей пеленой тумана обстановке деревенской обыденной жизни. Стадо проходящих мимо коров, преградило путь роскошному лимузину, заставив его остановиться, пока бестолковая животная скотина, перейдет улицу на другой перекресток, издавая при этом непрерывный гулкий звон колокольчика, что был закреплен у одной из них на шее.
— Блядь да что там еще — прошипела недовольно Оксана, ерзая нервно попкой по покрытому черной кожей поверхностью большого длинного сиденья черного лимузина
— Стадо коров мисс — ответил приятный мужской голос с водительского сиденья, шофера которого Оксана не могла видеть, только лишь его черную фуражку, что вырисовывалась из-под спинки его водительского сиденья — Придется чуточку подождать, вы спешите?
— Ой, даже не знаю — изнывающим стоном вздохнула Оксана — Можно как-нибудь побыстрее я вас очень прошу
— Что же попробую — согласился вежливый шофер, издавая громкий сигнал автомобильного гудка, со свистом шин, швыряя грязь, мокрый гравий тронулся медленно вперед
«Блядь давно бы так, чокнутый недомерок, бесит меня уже!», грубо и грязно Оксана выразила свои мысли в сторону этого шофера.
Короткая мини юбка, с вырезами на бедрах, очень красиво облегала бедра Оксаны, отчетливо выражая прелесть из эротического изгиба. Сексуальные белые чулки с возбуждающим страсть на них узором, обволакивали стройные ноги Оксаны, плавно переходя в туфли с высоким каблуком. Белый пиджак красиво вырисовывал талию Оксаны, отчетливо отобразив силуэт скрытой сочной груди, v-образный вырез которого выразил под ним шелковую белую блузку, нежностью материала прилегающую к телу. Белая кожаная сумочка висела на плече Оксаны, изумительно сочеталась с белым пиджаком на ней. Завораживающая стихия «RoseSauvage», которым, щедро как распустившейся цветок, пахло тело Оксаны, сочетание и особая гармоничная сила этого парфюма вкушала в себя битву таких ароматов как царская прекрасно пахнущая дикая роза и сокрушающий вкус, запах приморского апельсина.
Блеклый туман, простирался по деревенской улице, где рядом проходило стадо коров, издавая гулкий звук продолговатого мычания. Запах мокро травы, кустов сирени, красиво распустившейся кустов черемухи, огромной яблони, что густотой и пышностью своих массивных веток, нависала над небольшим деревянным забором. Деревенские маленькие собаки, перебегающие постоянно дорогу, покрытую многочисленными лужами, размытый дождем гравий которой, уже превратился в грязь. Молодая парочка, парня и девушки, что шли по улице, рассматривая с удивлением, проезжающий мимо них черный лимузин с полностью тонированными стеклами, особенно белокурая русая девушка, обратила свой завидный взгляд на автомобиль утопающий упадком роскошной жизни богатеев. Пьяные мужчины, выходили из деревенского магазинчика , построенного на перекрестке пересечения улиц, один из которых ругаясь бурным благим лексиконом, критиков недовольную сложившуюся ситуацию в стране.
— Оксана Владимировна вот ваш дома — ответил шофер черного лимузина — Катерина Владимировна ругаясь громко мне в трубку, просила вас сюда привести, она будет вас тут ждать
— Хм…. ну так видите, какой вы послушный и исполнительный работник
Скривила Оксана, алые накрашенные щедрым слоем губки, ерзала ягодицами в черном удобном кожаном кресле, положив ногу на ногу, красиво отображая очертание сексуальных изгибов бедер.
— С вами конечно очень приятно
Оксана, застенчиво отображая красоту улыбки, кончиками пальцев коснулась ручки задней двери лимузина, как только он остановился.
— Но как вы сказали, Катерина Владимировна меня тут заждалась, не буду ли я несчастная гулена, томить ожиданием мэра этой скромной деревни
— Вы наверно ей так дороги — говорил приятным голосом мужчина, в надежде пытаясь завязать душевный разговор
Открывая дверь, бурный поток прохлады свежести ворвался необузданной стихией в салон прогретого теплой атмосферой салон черного лимузина. Чарующей нежностью струя ворвавшегося холода обволакивала ноги Оксаны. Медленно касаясь высокими каблуками белых, сырой земли, Оксана, красиво выгибая спину, покинула приятный салон роскошного автомобиля, поправив лямку белой сумочки на плече, выразила эротическим изгибом эластичность собственных бедер. Завораживающие мощные руки утреннего неудержимого холода, окутали её тело, от чего по телу прокатилась дрожь. Ступая быстро по мокрому гравию, Оксана подошла к красным большим воротом, своего дома, маленькая дверь, на самих воротах, была лишь слегка прикрыта. Открывая её, Оксана шикарной прелестью изгиба ногу перешагнула её высокий порог, оказавшись в ограде собственного дома, медленно закрыла за собой маленькую железную дверцу, тихим щелчком автоматического щелчка.
Возбуждающая сексуальная страсть аромата, витающая в воздухе прекрасно пахнущего женского парфюма «Les Fleurs: Violette от Molinard», пленяя сокрушительными оттенками ночной фиалки, сразу же выдали обладательницу этого чудесного запаха. Звонко стукая каблуками по каменной цветной плитке в ограде, Оксана краем страдающего похмельем взгляда обратила внимание, как белая занавеска, что висела на окне её кухни, легонько колыхнулась. Прикусывая от волнения губу, Оксана настораживающе для себя, ожидая громкого истерического скандала, поднималась по деревянным ступенькам крыльца, отображая специально изумительную упругость скрытых под тонкой короткой белой юбкой очертание бедер. Капли прошедшего ночью сильного ливня все еще продолжили стекать по карнизу тонкой струйкой, поливая посаженную возле крыльца грядку из орхидеи. Пропитанный сыростью дождя кедр, завораживал вкусовым сочетанием впитавшей в себя всю былую страсть стихии воды, пышные иголки мощных веток, так изумительно пахли хвоей и обворожительной прелестью растущих на них кедровых шишек
«Блядь сейчас точно занесет эту истеричку, еще и выдра эта подскочит, начнут сука бомбить меня своими нотациями», раздраженно продумывая план действий, Оксана, глубоко вздохнув ртом, выдохнула пленительную сладость ядрёного перегара со своих накрашенных алых губ, коснувшись ручки входной двери дома.
— Мама я дома — открывая входную дверь, крикнула Оксана, прикусывая губу от волнения, ожидая скандала, перешагнула через порог открытой двери
Приятный запах приготовленного черного кофе, который Оксана сразу же почувствовала, как только вошла в коридор, пленял терпкостью насыщенного и его сочетанием гармоничностью загадочного запаха. В воздухе все еще чувствовался стойкий перегар выпитого прошлой ночью красного вина, пустая бутылка которого валялась, на полу коридору, прямо возле входа в гостиную. Так же атмосфера была насыщена прелестью парфюма «Drakkar Noir», сочетание пряного кориандра, корицы, бергамота и лимона, сразу же выдала обладателя этого запаха, который являлся, отцом для Оксаны. На полу в гостиной было небрежно брошено фиолетовое платье, снятое в порывах скоропостижной страсти. Такого же цвета бюстгальтер третьего размера лежал на кофейном стеклянном столике возле дивана, на изумительных формах чашечек, которых, еще были хорошо видны цвет и форма женских целующих его губ. Под диваном, на кофейном паркете были фиолетовые кружевные трусики. Пол был покрыт каплями высохшего вина, особенно удивило Оксану то, что рядом с трусиками лежала расческа для волос с продолговатой цилиндрической ручкой, а рядом с ней валялся использованный презерватив, упаковка которого была смята в ком, на краю стеклянного кофейного столика.
— Марина Николаевна — слышался пьяный печальный голос Катерины, со стороны открытой двери, коридора, простирающегося до кухни — Она меня совсем не слушается
— О…. вот и Оксанка пришла — взбудоражилась Марина Николаевна, после чего послышался с кухни стук каблуков — Сиди Володя, пускай девушки сами во всем разберутся, тем более Катерина была сама не своя, как её обманули
— Как это сиди — послышался взволнованный басом голос Рамазанова — Мою дочь вчера увезли неизвестно куда, неизвестно что с ней делали, а ты мне говоришь, просто сиди
— Ну, ведь меня же привезли — тихим голосом ответила Оксана, скидывая с ног грязные туфли, ступила белыми чулками на прохладный пол коридора
— Костя, хоть в курсе?!
— Пап! — возразила Оксана, проходя по коридору, положила белую сумочку парфюмерный комод, чуть не опрокинув с него свой изумительный флакон с духами, что стояли на его краю — Ему не обязательно все знать
— Володя я сказала, сиди! — прошипела, возмутившись, Марина Николаевна, издавая звонкий стук чайными кружками на кухне — Пускай сами разберутся, даже не вздумай лезть
— Ну и где же ты была? — спросила Катерина, затуманила своим пьяным измученным истериками голосом, возмущения Рамазанова на кухни — Только не вздумай мне врать, что у Романовых я….
— По крайней мере, на их лимузине я приехала домой — входя в открытую дверь комнаты, Оксана немного задержала взгляд на внешнем облике измученной горем и страданием брюнетки
Пышные растрепанные густые, черные как уголь волосы Катерины, укладка которых была полностью нарушена, бушующим водопадом покрывали хрупкие плечи этой строптивой, избалованной похотью эротических соблазнов брюнетки. Длинный синий халат, лишь слегка прикрывал скрытую, под его тонкой льняной материей, обнаженное тело этой искусительницы. Черные чулки, очень сексуально обволакивали стройные ноги этой распутной девицы, чудесно сочетаясь с черными туфлями, высокий каблук так звонко стукал по паркету пола. С размазанных алой помады губ, дико несло страстью перегара вина, а на заплаканных серых глазах, было хорошо отчетливо видно очертание расплывшейся подводки теней.
— Оксанка стой! — вбегая в комнату за Оксаной, прокричала пьяная брюнетка, от чего пояс на её халате развязался, открывая красоту таившегося под ним тела
— Я же тебя не спрашиваю, почему ты вчера с моей матерью вытворяла такое
— Не с Мариной Николаевной — опуская голову, словно сгорая от стыда, ответила Катерина, закрывая за собой входную дверь комнаты — С Еленой!
— Та еще извращенка! — улыбнулась Оксана, обращая внимание, как аккуратно была застелена её большая кровать
— Послушай, давай поговорим! — находясь пьяной, она внезапно схватила Оксану за руку, развернула её к себе, скривив жалостным очертание выражение губ
«Блядь как же ты меня заебала», подумала Оксана, изнывая сильным похмельем, глубоко вдохнула душный спертый воздух в комнате ртом.
— Я очень устала Катерина! — ответила Оксана, убирая свободной рукой её руку со своей руки
Чуть притемненная обстановка в комнате, была сгущена темными тонами окружающей мебели и интерьера, темно красное покрытие красиво расписными золотистой краской обоев, шторы из красного, почти алого бархата. На белом пуфике возле парфюмерного столика, явно сидела какая-то женщина, оставив на нем красные кружевные трусики. Висевший красный кружевной бюстгальтер на дверце открытого белого шкафа с гардеробом Оксаны, насыщал себе вылитого на него несколько капель вина, сохранившаяся прелесть которого, еще веяла необузданной страстью. Наполовину задвинутые шторы на пластиковом окне в комнате, создавали таинственную атмосферу будоражащего эротического соблазна, а игристые оттенки теней, могучего кедра, растущего снаружи, пленили очертанием жестов строптивого танца, что он вырисовывал тенями на полу комнаты. Вкусная сладость перегара вина, что веяла от губ Катерины, помада на которых, была почти стерта, туманила в рассудке, все сторонние запахи, что могли сохраниться в этой комнате.
— Где ты провела ночь? — поставила напрямую, убеждая серьезностью взгляда, спросила Катерина, звонко стукая каблуками по паркету, прошла следом за Оксаной к застеленной кровати — А вернее с кем ты провела эту ночь, я ведь знаю, у тебя что-то было да?!
— Даже если так! — развернулась к ней Оксана, опираясь ладонью руки на выставленной собственное бедро, чуть задрала короткую юбку, открывая прелесть бархатистой кожи роскошных ягодиц — Тебе то, какое дело?
— Как это какое дело?! — схватила тут же Катерина, вновь Оксану за руку, не давая ей стоять в такой возбуждающей похотливыми изгибами позе — Я имею права знать! — строго глядя в пьяные лазурные, лживые голубые глаза, заявила она
— Да с Коноваловым я была! — чувствуя за собой непринужденное чувство застенчивости, ответила Оксана, скрывая виноватый пьяный взгляд
— Ну конечно ведь кто еще может так командовать машиной принадлежащей Романовым
— И что между вами было прошлой ночью
— Почти тоже, что у тебя с Еленой, только без расчески — повернулась спиной к отчаянной брюнетке, Оксана шикарно перед ней вильнула попкой
— Как ты могла так со мной поступить! — разозлилась Катерина, одарив бедра Оксаны крепким шлепком, схватившись крепко всей пятерней пальцев за ягодицу
— Ай…. блядь!
Прошипела Оксана, ощущая настойчивое влияние пальцев одной руки Катерины, что проникали за грань её белой короткой юбки. Другой рука, безумной брюнетки вцепилась в сочную грудь Оксаны, через пиджак и белую блузку под ним, тонкие грубые пальцы старались сжимать её. Стиснув зубы, Оксана стерпела боль и грубость со стороны этой разъяренной женщины, в чьих, как показалось на тот момент крепких объятиях, она находилась, повернувшись к ней спиной.
— Ты что бешеная сука, сдурела?! — грязным лексиконом выражаясь, случайно для себя, Оксана, испытав боль и грубое обращение со стороны этой женщины к себе, она испытала сексуальное легкое возбуждение, но решила не подавать виду
«Еще чуть-чуть и эта сука меня точно заведет», подумала Оксана, находясь в тот момент в таких грубых объятиях извращенной девицы, старалась незаметно вилять перед ней попкой, прижимаясь плотно к ней упругими бедрами, стоя посреди комнаты.
— М…. как болит! — стиснув зубы, шипела Оксана, ощущая жгучий осадок на коже бедра после шлепка, пока шаловливые пальцы брюнетки чудесным ловким образом расстегивали пуговицы её белого пиджака — Котенок в следующий раз будь чуть ласковее
— Поверить не могу, насколько извращена твоя натура — не ожидала Катерина, отпуская из объятий Оксану
— А что в этом такого? — расстегнула последнюю пуговицу белого пиджака, застенчиво улыбнулась, обернувшись к распутной темноволосой девице — Мне может нравиться, как ты за меня печешься
— Да, но так!
— А что?! — сделала шаг к ней на встречу, вставая вплотную, Оксана чувствовала запаха сладкого перегара от губ Катерины — Ты же ведь знаешь, что я твоя и только твоя — убедительным шепотом она шептала в открытый рот брюнетки
— По-другому просто быть не может — согласилась Катерина, коснувшись нежностью рук плеч Оксаны, скинула с неё расстегнутый белый пиджак на пол
Пленяя развратную брюнетку обольстительностью собственного развратного взгляда, Оксана, соблазняя красивым изгибом, раскрытых алых губ, чувствовала как Катерины пальцы, расстегивали невообразимой потрясающей нежностью пуговицы на белой блузке. Играя строптивой необузданной страстью перед ней бедрами, извиваясь в танце страсти, словно змея, при танце под дудочку. Оксана, почувствовала с какой настойчивостью сексуальным соблазном брюнетка, расстегнув её последнюю пуговицу, взяв аккуратно кончиками пальцев за воротник обеими руками, притянула её к себе. Вдыхая сладкую силу перегара, Оксана коснулась легонько губ Катерины своими, после этого еще раз тщательно слизывая губами в момент касания сахарную вязкость слюны. Прохлада пальцев Катерины коснулась рук Оксаны, освобождая тело от белой блузки, что в плавно падении, словно парус корабля, раздуваемый ветром, медленно упала на пол под ноги девушек.
— А каково это когда с надетым на неё презервативом ручка от расчески входит в тебя?
Поинтересовалась Оксана, поднося указательный палец к губам, сладкой страстью начала его обсасывать, заигрывая желанным взглядом глаз и выражая красоту бедер.
— Не то чтобы очень — скривила, стесняясь губы Катерины, скрывая похоть распутного взгляда, лаской пленяющего касания пальцев обвила талию Оксаны — Твоя мама тогда нам с Еленой вышла в магазин, чтобы купить бутылочку чего покрепче, как раз в то время, когда у продавщице начался двадцатиминутный перерыв и ревизия
— И?! — внушительно требовала ответа от неё Оксана, выставив грудь вперед, положила руки на свои ягодицы
— Это я попросила Елену, ну как бы это сказать…..
— М…. какая же у тебя извращенная натура Катерина — одарила прелестью красивой улыбки Оксана, скрывая под прядью золотистых русых волос, свой возбужденный взгляд — Дальше можешь продолжать — повернулась она спиной к Катерине,
— Я думала ты и так все поймешь
— Раздевать меня — красиво виляя эластичностью ягодиц, Оксана подошла к кровати, , опираясь на неё руками, выгнула спину, выставив бедра
— Ждала, когда ты это сама скажешь — подошла Катерина, лаской касания обвила пятерню обеих ладоней в ягодицы, выставленных бедер Оксаны
— Я так люблю, когда ты так делаешь
Раскрыв шикарной формой изгиба губы, Оксана дышала часто и прерывисто, ощущая, как пальцы Катерины расстегивают бляшку пояса её короткой белой юбки.
— Сними её уже наконец — изнывая дикой сексуальной страстью, обернувшись возбужденным взглядом посмотрела на девушку, что расстегивала молнию сзади её белой короткой юбке
— Что потерпеть уже не можешь?! — прижимаясь к телу Оксаны, стоя возле кровати, возбуждающей нотой шепота прошептала Катерина прямо в ухо
— М…. ты меня искушаешь — простонала сладостью сексуального стона Оксана, когда стенки влагалища насытились влагой настолько, что пропитали её чудесной вязкостью белые трусики
— Еще даже не начинала — обвивая бедра Оксаны, распутная похоть брюнетка аккуратно стянула с неё белую юбку, бросая её на пол под кроватью
— А я уже завелась — перешагивая через лежащую на полу юбку, призналась Оксана, наступая коленом на кровать
Убедительной настойчивостью Катерина, вцепилась властью прохлады пальцев, в застежку белого кружевного бюстгальтера, на груди Оксаны. Поразительной ловкостью расстегнула застежку, после чего давление сковывающих в оковах грудь, тисков бюстгальтера, начали ослабевать. Мягкие чашечки начали покидать пристанище розовых сосков Оксаны, Катерина ласково придерживала их ладонями своих рук, позволяя им медленно сползать лямками по рукам, пока полностью не упал на кровать.
— Я заметила это — дотронулась кончиками пальцев белых мокрых трусиков Оксаны
— Какая ты внимательная — похвалила Оксана, вставая на четвереньки, в кровати
Прикосновение пальцев Катерины к трусикам Оксаны, завело её с неописуемой страстью, начиная сладко постанывать, когда развратная девица стягивала по её бедрам их резинку. Освобождаясь от последнего оплота нижнего белья, Оксана кончиком пальцев в белых чулках, спихнула лежащий на кровати белый бюстгальтер на пол. Размещаясь удобно на кровати, Оксана любовалась прелестью падения синего длинного халата по телу Катерины, оголяя полностью всю его красоту. Словно пантера она вошла на ложе рядом с Оксаной, присаживаясь рядом с ней, обвивая руками её обнаженное тело. Трепетное дыхание Оксаны выдавало таинство её намерений, так возбужденно смотря в глаза распутнице, впадая в объятие Катерины, сидя на кровати, прижимаясь к её телу.
— Елена что забыла свою тушь? — удивилась Оксана, заметив черную тушь для ресниц на тумбочки возле кровати, толком не разглядев, без очков, объём цилиндрического футляра этой косметики
— Наверно с утра, когда уходила — пояснила Катерина, обвивая со спины грудь Оксаны прохладой касания нежных пальцев — А почему ты просила?
Сексуальной завораживающей слух ноткой шепота спросила распутная девица, положив пленительным соприкосновением ладонь руки на живот Оксаны.
— Хм… — скривила Оксана губы, запрокинув голову на плечо своей искусительнице
«Блядь ну почему ты такая дотошная, ведь можно всё сразу понять», издавая едва слышный эротический стон, вздохнула Оксана, набирая воздух ртом, закрыла возбужденные глаза.
— Оксана ты уверена
— Ну не хочешь, как хочешь
Взявшись за плечи Катерины, Оксана, стоя в кровати на коленях уволила её головой на подушки, сладко стала рычать ей под ухо, красиво выгибая спину стоя на четвереньках.
— Только не думай, что будет все так просто — возразила Оксана, проявляя перед ней непокорство, стоя на четвереньках, нависая над ней своим телом
— Ой, Оксанка с тобой никогда не бывает просто
— А вот это мы сейчас и посмотрим
Развернулась Оксана перед ней, встав над этой искусительницей, наклоняясь лицом к раздвинутым ногам Катерины, что были согнуты в колени.
— И что ты хочешь там увидеть? — спросила Катерина, когда Оксана положила жаркую ладонь руки на лобок этой девушки, а другой обвила её бедро
— Я хм… — скривила губки Оксана, почувствовав как Катерина с нежностью обвила её бедро одной рукой, пока другой что-то копошилась на тумбочки, что стояла возле кровати — Хочу заставить тебя изнывать в громких стонах
— Думаешь у тебя это получиться? — раздвигая аккуратно пальцами губы влагалища Оксаны, настораживающим хитрым тоном, спросила Катерина
— А как же — жаркими губами, Оксана поцеловала лобок Катерины, прислонив к нему теплые пальцы ладони
— Ну-ну — злорадно ответила Катерина, проводя пальцами по раздвинутым стенкам влагалища Оксаны, когда она развела её половые губы в стороны
Оксана аккуратно развела пальцами влагалища Катерины, изнывая собственным стоном, желала коснуться его мокрых стенок своим языком. Резкий холод проникающей вязкостью слюны во влагалище Оксаны, с губ Катерины, вынудил её завести себя неудержимой силой. Морозящая слюна, сковав в движении, чарующим скольжением обволакивала влажные стенки влагалища Оксаны, проникая глубоко внутрь.
«Сука чуть-чуть не успела», подумала в этот момент Оксана, прижимаясь щекой к ноге Катерины, выгнула спину, ощущая её тонкие пальцы на стенках своего влагалища, медленно закрыла стоя над нею, уставшие веки голубых лазурных глаз.
Стиснув зубы, жарко целуя губами бедро Катерины, что обвила его одной рукой и держа ладонь руки на её лобке, она надеялась на приятные ощущения. Раскрыв алые губы, Оксана думала, что сейчас почувствует холодную слизистую поверхность языка Катерины, как она старательно будет проникать им вглубь стенок влагалища. Неожиданно, совершенно не ожидая для себя, раскрыла глаза, широко раскрыв алую красоту губ, боясь закричать, чувствовала, как стенки влагалища Оксаны растягиваются принудительной силой твердого предмета. Рьяно насильственным объемным предметом, доставляя боль, Катерина проникала цилиндрической тушью во влагалище Оксаны. Жаркими губами Катерина впилась в клитор Оксаны, покусывая его зубами, она изводила её глухими стонами, что она издавала, стиснув зубы в бедро брюнетки. Испытав колоссальный шок, когда футляр с тушью проник за грань эластичных стенок влагалища Оксаны, вынужденным растягиванием под действием объемной формы. Сильное сексуальное ощущение, изнемогающее похмельем состояние, вынудило Оксану, через продолжительные несколько минут, вырваться из оков Катерины, рухнув тут же рядом с ней на кровать. Задыхаясь сильным возбуждением и дикой болью половых губ, Оксана лежала головой в ногах у Катерины, жадно хватая воздух ртом.
— Оксанка! — взволнованно вскрикнула Катерина, бросая мокрую, покрытую слизью влагалища Оксаны тушь на пол, ринулась к ней, прижимаясь своей грудью к её спине.
— М…. Катерина — сладостно простонала Оксана усыпляющим тоном голоса, чувствовала, как к ней прижималась жарким телом Катерина
Белая простынь под лежащим на ней телом Оксаны, пропиталась частичками пота, излившегося с тела девушек во время бурной страсти. Толстое белое бамбуковое одеяло, чем была застелена кровать, валялось на полу, посреди комнаты в скомканном в пучинах дикой страсти, облике. Стенки влагалища ныли расслабляющей болью, а промеж них стекала тонкой струйкой на смятую постель, пережитый Оксаной оргазм. Закрывая медленно глаза, Оксана, изнывая сладкими эротическими стонами, чувствовала, как красиво волной потока дикой похоти двигается, касаясь легким возбуждающим трением Катерина, плотно прижимаясь к ней. Одной рукой Катерина просунула руку между согнутой в колено отведенной ноги Оксаны, касаясь кончиками пальцев её лобка, другой рукой обвила сочную грудь, плотно прижалась к ней. Осознав что находится в приятных согревающих уже теплом объятиях, Оксана глубоко вздохнула во сне, после чего сладко засопела постанывая сексуальными стонами во сне, отдавая свое тело поразительной нежности ласковых рук развратной брюнетки.



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 237
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Роман
Опубликовано: 19.06.2016




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1