Чтобы связаться с «Вадим Песегов», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Искушение страстью - "Превратности любви". Глава 5

Назвние: Искушение страстью - "Превратности любви"
Автор: Песегов Вадим Сергеевич
Категория/Рейтинг: NC +18
Жанр: Любовный роман/Эротическая проза
Статус: В процессе написания
Аннотация:
Роман повествует продолжение первой части «Искушение страсти», все будет точно так же, старая команда врачей главного героя которого выделили в деревни целый отдел кардиохирургии. Одна глава, одно дело которое будет разгадывать главный герой, поддавшись как всегда искушения головоломки. Все это будет происходить на фоне всех тех же персонажей, что и были в первом томе рассказа. Старые герои, старая команда врачей, старые сексуальные связи, только лишь случайные новые знакомства и развратные эротические сцены в которых будет попадать главный герой. Начну сначала с пролога описание которого, будет достаточно долгим и в конце раскроет истинную сущность главного героя, почему он будет вести развратную жизнь как вел в первом томе этого рассказа.
От автора:
Ввиду сложности размещения романа на сайте буду выкладывать по одной главе. Советую перед прочтением этой части прочесть первую, сюжет начнется сразу же как заканчивается первый том "Искушения страстью", так и тут сюжет перейдет с новым делом, все персонажи, что были раньше полностью сохраняться. Рассказ будет идти со слов Оксаны, как автор т.е. я представляю её внутренний мир, переживая, наслаждения, запахи и вкусы. Хочу предупредить невозможно все передать словами, поэтому оставляю в тексте только самое важное.
В романе могут быть использованы сцены сексуального грязного характера, а так же в некотором роде жестокая "грязная" лексика в редких случаях чтоб подчеркнуть истинную сущность характера главного героя.
Это пока еще сырой черновик, который будет в последствии обрабатываться!

Глава 5

Свет ярких солнечных лучей и шум отодвигающихся красных бархатных штор в комнате Оксане, прервал столь насыщенный и сладкий сон. Открывая медленно глаза, Оксана заметила, что подушка, на которой она спала, пропиталась слюной, запахом перегара и изумительной прелесть дикой розы вперемешку с потом тела. Оксана с трудом смогла сообразить, что лежит на животе, уткнувшись лицом в подушку, в руке остался смятый край наволочки, который в пылу дикой эротической страсти во сне, она сжимала пальцами. Ощущая под собой сохранившуюся силу влаги испытанного ночного оргазма от сексуальных фантазий, что Оксана представляла сквозь сон, вязкость которой доставляла, касаясь её обнаженного тела некоторое неудобства прохлады.
— Вот она спит алкашка, развалилась тут на всю кровать — начал вредничать Рамазанов, отодвигая стороны в комнате в разные стороны — Оксана вставай — настойчиво обратился к Оксане, чуть повысив тон своего голоса
Оксана, издавая сладкий стон, потянулась лежа на животе в кровати, разминая уставшие измученные мышцы тела. Сгорая от стыда случившегося прошлой ночью, Оксана смущалась поднять голову взглянуть на отца, что требовал присутствие её взгляда на себе. Специально отворачивая голову, уткнувшись лицом в подушку, Оксана улыбнулась извращенной распущенной улыбкой, когда на щечках появился яркий румянец стыда перед отцом.
— Оксана я повторять долго не буду — возмутился наглостью дочери Рамазанов — Вставай или я сейчас с тебя одеяло сдерну
— Володя ну дай ты поспать нашей девочке — послышался стук женских каблуков и жалкий жалобный голос Марины Николаевны
— Так Марина ты вообще молчи — крикнув, повысив голос Рамазанов на Марину Николаевну — Ты вообще отдаешь себе отчет, что ты хотела совратить сексуально нашу с тобой дочь, у тебя мозги вообще есть? — был сильно он возмущен поведением этой женщины
— Владимир Юрьевич — к удивлению на входе в комнату послышался голос Марины Викторовны, что обращалась вежливо к Рамазанову — Давайте ваше семейные дела подождут и уж тем более сексуальная связь моего начальника тоже как-нибудь обойдет пока стороной
— Марина Викторовна — возмутился Рамазанов, оставляя тон своего голоса возмущенным — Вы хоть отдаете себе отчет, с кем вы разговариваете?
— Оксаночка вставай у нас есть новое дело, только что из скорой тебе сюда привезла папку с анамнезом — игнорируя Рамазанова, продолжила говорить Марина Викторовна, присаживаясь на край кровати возле Оксаны — Тихонов тоже заинтересовался этим случаем и поручил заняться лично тебе
Повернувшись, Оксана ощутила яркий проникающий свет солнечных лучей, что могучим потоком энергии солнца удирал её в глаза, заставляя прищуриться. Марина Викторовна сидела на кровати рядом с Оксаной, что нежно протирала кончиками пальцев напряженные лучами яркого света глаза. Темно-синие на этот раз выполненное из костюмерной мягкой ткани с кружевом, благодаря изумительному прекрасному v-образному вырезу спереди, открывало всю прелесть изумительной шикарной груди этой женщины сидело на ней просто идеально, отчетливо прорисовывая каждый сексуальный изъян на её теле. Любуясь изумительной красотой бедер Марины Викторовны, Оксана, сгорая все еще от стыда за поведение прошлой ночью перед отцом, прикусила краешек губы, лежала на кровати, натянула на себя одеяло, опираясь локтем на подушку чуть приподнялась.
— Что за дело? — спросила тихим шепотом Оксана, ощущая дикую сухость во рту от пересохшего горла — И пап ты не мог бы задвинуть шторы, в глаза сильно светит — изображая красивый изъян формы милых скул на своем лице, любезно попросила она
— Я тебе сейчас как задвину — упрекнул дочь Рамазанов — Вставай, чтоб к завтра за столом сидела и на этот раз Оксана, я не хочу от тебя слышать никаких оправданий
— Но папа — испугавшись, вскрикнула возмущенно Оксана, вскочив, села на кровати, быстро скинула с себя одеяло, что краем коснулась прохладного пола комнаты, обнажив на показ голую красоту свое тела — Мы просто вчера с мамой чуть перебрали лишнего
— Оксана….! — попытался возразить Рамазанов, встав в проходе открытой входной двери
— Владимир Юрьевич — строго посмотрев на Рамазанова, обратилась Марина Викторовна, держа в руках красную папку с анамнезом нового пациента — Выйдите, пожалуйста, дайте мне со своим руководством вопрос решить
— Марина Викторовна вы забываетесь — подметил Рамазанов — Оксана моя дочь
— Она, прежде всего мой начальник — заявила Марина Викторовна — А теперь выйдите из комнаты у нас дифференциальный диагноз
— Я это вам так на тормозах не спущу это Марина Викторовна — взяв Марину Николаевну за руку, он вышел из комнаты, громко хлопнув от недовольства дверью
— Заебал блядь придурок — грязно некрасиво выругалась Оксана, как только дверь комнаты закрылась — Марина Викторовна скажите, пожалуйста, что в этой папке нет дела, что это просто фиктивная отговорка, которая придумала моя мать, чтоб спасти, таким образом меня
— Мне очень жаль Оксаночка — шлепнув Оксану папкой по груди, она кинула её к ней на колени, изобразив при этом легкую невинность смазливой мордашки — Но Тихонов тоже заинтересовался этим случаем и был бы рад, чтобы именно ты вела это дело
— Вот блин — скорчив губы в кривой ухмылки, Оксана взяла в руки папку, медленно её открыла
— И да судя по тому, как рассержен твой отец — подметила Марина Викторовна, проводя кончиком коготка указательного пальца по бедру Оксаны, от чего она, ощутив такое прикосновение нежности, почувствовала легкую дрожь по всему телу — Я советую тебе принять ванну и одеться, дальше вопрос с твоим побегом из дома я решу сама
— Да его понять наверно можно — опустив голову, тихо согласилась Оксана, пытаясь без очков сонными глазами вчитаться в почерк заполнявшей карту приема медсестры — Без очков не могу читать — почувствовав напряжение в глазах, возразила она, закрывая карту
— Давай сюда — выхватила карту Марина Викторовна из рук Оксаны — Мужчина сорок лет, приступы стенокардии, головокружение, потерял сознание, низкая ЧСС, приступы отдышки
— Ну раз приступы стенокардии — вставая с кровати, звонко стукнула каблуками черных туфель по паркету пола, сексуально выгибая спину, выставляя бедра перед этой женой, выражала Оксана свое мнение — Возможно что-то связано с нарушением «ревматических процессов» в миокарде, что на счет аритмии?
— Ну я же говорю, что у мужчины имеются признаки малой ЧСС, схожей с брадикардии проявляются слабостью и головокружением — повторила Марина Викторовна изобразив для Оксаны взгляд возмущения, что отразился для неё в зеркале парфюмерного столика
— Что показало ЭКГ? — спросила Оксана, выгибая красиво спину, потягивалась, встав под направление падающих ярких лучей солнечного света на свое тело
— Боже мой Оксаночка — поразилась Марина Викторовна заметив высохшее вязкое пятно на простыни постели Оксаны — Это надеюсь не то что я думаю?
— Да какая разница — засмущалась Оксана, повернувшись к ней в пол оборота, опираясь ладонью руки на бедро, надула обиженно губки — Я спрашиваю, Марина Викторовна, что показала вам ЭКГ мужчины, что вы провели в больнице при поступлении?
— На ЭКГ — опустив взгляд, говорила Марина Викторовна, перелистывая карту пациента, нашла нужный лист кардиограммы — Синхронно снятой в четырех отведениях, в первом и втором циклах зарегистрировано замедление синусового ритма, так же появляется удлиненный интервал Р-Q примерно 0,30-0,34 секунды
— Хм… возможно повреждение миокарда могло вызвать подобную симптоматику — предположила Оксана, подходя к открытым дверям шкафа, шикарно виляя бедрами
— Так же в циклах выявилась замедление А-V проводимости — продолжила дальше рассказывать Марина Викторовна — Что характеризуется неполной первой блокадой A-V проводимостью
— А вот это уже куда интересно, начинайте вводить водители ритма — распорядилась Оксана, сдирая влажное белое махровое полотенце с двери шкафа — Марина Викторовна вы мне мой телефон не подадите он вон в той белой сумочки на парфюмерной полке
— Оксаночка куда ты собралась? — возмутилась Марина Викторовна, вставая с кровати закрывая папку с анамнезом пациента, возмущенно посмотрела на Оксану
— Марина Викторовна — застенчиво улыбнулась Оксана, прижав подушечки пальцев к губам — У меня на сегодня запланированы кое-какие дела, прошу меня извинить
— Я так понимаю, дело это будешь вести не ты
— Я только буду координировать ваши действия по телефону — обворачивая обнаженное покрытое лучами золотистого солнца тело, Оксана сковала грудь плотными оковами, ощущая на сосках нежность материи, что так приятно ласкалась о них — У меня свое дело
— Что прости?! — удивилась такому ответу Марина Викторовна, доставая сотовый телефон из белой кожаной сумочки Оксаны — Ты собираешься вести параллельно другое дело?
— Ну да
Ухмыльнулась Оксана, будто это нормально, покачивая изящной красотой сияющей красотой отблесков лучей солнца на коже бедер, направилась в открытую дверь ванной комнаты.
— В больницу поедим вместе с вами Марина Викторовна — Оксана коснулась пальчиками сенсорного телефона, что был в руках у Марины Викторовны
— Оксана ты хоть понимаешь, что ты сейчас говоришь? — удивленным взглядом спросила Марина Викторовна
— А что — одарив женщину, что стояла перед ней, передавая в руки телефон чудесным изъяном восхитительной улыбки, Оксана застенчиво похлопала красивыми длинными ресницами лазурных голубых глаз — Вы будите руководить дифференциальной диагностикой, пока меня не будет
— Нет-нет стой! — возразила Марина Викторовна, входя в открытую дверь ванной комнаты следом за Оксаной — И что у тебя, в конце-то концов, с губой Оксаной, сколько это может продолжаться у тебя, снова рассеченная свежая рана на губе
— Не ваше дело Марина Викторовна — звонко стукая каблуками по кафелю пола ванной комнаты, отказалась Оксана отвечать на вопрос — Вы, что со мной в ванной будите?
Удивилась Оксана, опираясь бедрами на чарующую холодом поверхность ванны, скинула с ног черные туфли, небрежно оттолкнув их ногой, разбросала их по полу ванной комнаты.
Завораживающая прохлада сохранившейся влажности и спертости воздуха в сочетании великолепного запаха дикой розы, еще оставила в этом помещении силу насыщенного запаха. Тусклые проникающие лучи света, что пробивались через окно ванной комнаты, лишь слегка озаряли отблеском лучезарного света, оставшиеся мокрые капли влаги на сохранившиеся после вчерашнего приема ванны Оксаны. Высохшие потеки сгустков пены на полу, удачно растворились с влагой, оставляя вкусный сахарный запах воздуха в ванной. Изумительной красоты голубая штора, скрывала обзор из окна, за тканью которой было отчетливо видно тени колеблющегося старых веток громадного кедра.
— Нет мне все же интересно Оксана — продолжала жаловаться Марина Викторовна, когда Оксана нагнулась, выставив перед ней прекрасную красоту упругих бедер, крутила вентили смесителя ванной комнаты — Раньше тебя такие дела вводили в искушения, ты аж вся трепетала в поисках истины, что теперь?
— М… Марина Викторовна — сексуально простонала, облизывала высохшие губы Оксана языком, оставляя на них тонкий слой сладостной слюны — Я же вам говорю у меня сегодня дела — положив сотовый телефон на полку с косметикой для ванны, ответила она
— У тебя дело это я поняла — согласилась Марина Викторовна, касаясь нежными теплыми руками белого махрового полотенца Оксаны
— Марина Викторовна — возразила Оксана, ощущая на бедрах прикосновения ласк рук этой женщины — Что вы делаете? — изнемогая сильным возбуждением, простонала она под приятное звучание падающих капель набирающей ванну воды
— Что за дело? — спросила Марина Викторовна, сжимая подушечками пальцев упругие бедра Оксаны — Я слышала, что произошло вчера между вами и Катериной, твоя мама рассказала все
— Р… — сексуально издавая рычание, словно львица, выразила недовольство Оксана, перешагивая через борт ванной залезла в неё — Вечно эта выдра сует нос не в свои дела — возмутилась она, показывая недовольство покусывая нервно губу, плюхнулась в набравшуюся ванну водой
— Что произошло между вами и Катериной? — проявляя настойчиво интерес, спросила Марина Викторовна, взяв в руки флакон с пеной для ванны с экстрактом дикой розы
— Ничего — поджав от обиды губу, ответила Оксана, опустив обиженный взгляд на бурлящие капли воды в ванной — Просто эта сука перешла черту
— Так вы вместе? — спросила Марина Викторовна, присаживаясь на край ванны
— Нет! — тихим шепотом ответила Оксана, боясь показать взгляд наполненный влагой горьких слез
— Боже мой — ужаснулась Марина Викторовна, прижав ладони обеих рук к губам — Надо вас срочно вместе свети заново
— Нет не надо — испугавшись, ответила Оксана, бурно негативно отреагировала на такое предложение — Не хочу ничего знать об этой суке
— Оксаночка ну перестань — упрекнула её Марина Викторовна, посмотрев возмутительным взглядом на Оксану, что омывала себя мочалкой с богатым изобилием пены — Я же вижу, как ты светишься, когда рядом Катерина
— Марина Викторовна! — повысив голос, крикнула Оксана, замахиваясь на женщину, что сидела возле неё на краю ванной — Это не ваше дело — прошипела она, испытывая сильное желание запульнуть влажную мочалку с пеной в эту женщину
— Оксаночка! — с испуганным взглядом вскочила Марина Викторовна, звонко стукнув каблуками темно-синих туфель по кафелю пола — Что ты делаешь, я же хочу тебе помочь?
— Я сейчас как помогу!
Кинула Оксана мочалку со всей силы и попала в стенку кафеля возле открытой двери ванной комнаты. Бурный всплеск пены тут же разлетелся по ванны вместе с частиками воды, слегка забрызгав платье Марины Викторовны. Стекающие сладкие потеки пены, плавно ползли по кафелю вниз, оставляя оттенок вязкости за собой. Место на полу, куда упала мочалка, оставило за собой большое густое пятно, погрузившееся в пучину собравшейся лужи воды. Марина Викторовна испуганным взглядом глядела на Оксану, поначалу не решаясь проронить слова, взяла с полки, где располагалась парфюмерия для ванны одну из ватных салфеток.
— Пожалуй, я лучше пожду тебя с твоей семье — аккуратно обтираясь белыми ватными салфетками, Марина Викторовна была шокирована поведением Оксаны, выскочила в ужасе из ванны, закрывая тут же за собой дверь
— Вот и отлично — коварной улыбкой обрадовалась Оксана, оставшись, наконец, в одиночестве бурлящей тишины воды в ванной комнате
Оксана начала медленно легонько кончиками коготков набирать номер Валерии, качаясь мокрыми пальцами сенсорного дисплея сотового телефона. Поджав от обиды губу, что мочалка находиться не в её руках, Оксана, надула губы от отчаяния и погрузилась почти по голову в воду, так чтоб богатая содержанием вязкости пена слегка щекотала ей лицо, дотрагиваясь до её щек своим нежным касанием. Глубоко вдыхая, закрыв глаза, насыщенный запах пены для ванны из экстракта дикой розы, Оксана погружалась сознанием в эйфорию наслаждения.
— Оксана доброе утро — радостный голос послышался из трубки по громкой связи телефона
— Валерия доброе утро — изображая сонный и обиженный голос с распущенной до безобразия похотью улыбкой, ответила Оксана, не открывая даже глаза — У меня к тебе сегодня есть деловое поручение
— Буду, рада тебе помочь Оксана — столь радушный голос этой женщины, прозвучавший в ответ, заставил Оксану немного разомлеть в улыбке — Что-то не устраивает тебя в деле, котором навязал тебе Тихонов?
— Все устраивает — покусывая краешек губы, Оксана легонько провела по губе мокрым коготком указательного пальца — Только вот пообещай мне, что Тихонов сам не узнает о моей просьбе?
— Оксана ты меня пугаешь? — послышался через телефонную связь возмущенный голос Валерии
— Просто пообещай, что Тихонов не узнает и все — открыв глаза крикнула Оксана, за место того чтобы сжать с силой мочалку что лежала посреди ванной комнаты на полу, сжала пену
— Хорошо, что там у тебя? — угомонилась Валерия
— Подними весь архив в морге — говорила настораживающе Оксана — Мне нужно знать, не всплывала ли там фамилия Ковалева
— Одна из дочек близняшек Владимира Ковалева? — удивленному тону голоса Валерии не было придела — Конечно, я слышала про этот случай, наверно пол деревни оплакивали его несчастье
— Значит, ты все знаешь — улыбнулась Оксана подлой улыбкой — Как давно это было?
— Да уже наверно года три прошло — ответила Валерия, однако тон её ответа показался несколько загадочным для Оксаны — Видела его сегодня в нашей больнице, у него дочка лежит в детском отделении, простыла походу или какая-то может инфекция
— Мне нужен отчет вскрытия его умершей дочери — придавая серьезность своему голосу, потребовала Оксана невозможное от этой женщины
— Оксана — ужаснулась Валерия — Ты меня пугаешь, такие данные не знаю тебе стоит попробовать через мэра попросить ну или….
— Ладно, просто подними в архиве материалы этого дела — успокоила её Оксана — Хочу знать, кто вел это дело, фамилию врача терапевта, который облажался
— Я даже не знаю, что и сказать….
— Ничего не говори, буду в больнице через час — успокоила её Оксана, разглаживая завивающиеся в кольца на груди мокрые золотистые волосы — Желательно чтобы отчет из архива по этому дела уже был у меня в руках, до тех пор, когда я войду в свой кабинет
— На счет вскрытия могут быть проблемы Оксана — предупредила Валерия — Могу достать лишь последние записи из карты девочки за последний период до её смерти
— Для начала их пока хватит — согласилась Оксана — Позвоню Романову, возможно что-то удаться мне понять в этом деле
— Не понимаю, зачем вам ворошить прошлое — высказала Валерия свое мнение
— Я твой начальник — упрекнула её Оксана, стала смотреть на все еще стекающие сгустки и капли воды по стене, куда она кинула мочалку — Ты мой секретарь я тебе дала задание, будь добра его выполни
Оксана вертела в руке стеклянный флакон лосьона для ванны, пробка которого была чуть приоткрыта. Пленяющая сила лосьона с запахом дикой розы, манила искусить себя, одарить прелестью этого аромата свое тело. Случайно несколько пальцев соскользнули с флакона и Оксана через неплотно закрытую пробкой флакон, пролила на себя часть флакона. Чарующая сила этого экстракта с сахарной вязкостью покрыла грудь Оксаны, разливаясь по животу, падая чарующей силой запаха в воду, пропитывая тело этим изысканным ароматом.
— Блядь — тихо в истерики выразила эмоции Оксана
— Что там у тебя случилось? — спросила, беспокоясь Валерия?
— Да ничего — растирая потеки сладкой вязкой жидкости по телу, смывая их водой, ответила нервно Оксана — Просто собралась зубы чистить, вот и возбудилась — поставила она полупустой мокрый от воды флакон лосьона на место
— От чего — удивилась Валерия, но потом тут же догадалась — А… понятно наша Оксана мечтает о скрытой извращенной фантазии
— Да-да — согласилась Оксана, взяв с полки тюбик с пастой и зубную щетку — Ты не подождешь пару секунд? — спросила она, щедро намазывая поверхность щетинок зубной щетки пастой
— Подожду — промычала с улыбкой в голосе Валерия
Искушая себя эротической фантазией, тщательно обрабатывая поверхностью щетинок щетки зубы, Оксана представляла в голове грязные сексуальные насильственные мысли. Изнуряющая сухость во рту Оксаны, постепенно стихла на приятную морозную свежесть во рту. Насытившись вдоволь сексуальной фантазией, Оксана вытащила щетку из-за рта и сплюнула белый пенистый сгусток зубной пасты в ванную, хорошо прополаскивая рот из смесителя водой.
— Так что там, на счет моей просьбы? — спросила Оксана, глубоко вздохнув и плавно выдыхая воздух, ощущала выходящую ледяную свежесть из-за рта
— Я, конечно, посмотрю, что можно сделать — говорила как-то с подвохом Валерия — Но что я получу от этого взамен?
— Валерия у всего есть разумные пределы — смачивая щетку водой из смесителя, подвела четкие рамки общения Оксана — На много не рассчитывай
— Ах… вот ты как заговорила — обиженно ответила Валерия — Ладно Оксана добуду я тебе то что ты просишь, но….
— Вот и хорошо — придавая очаровательную стервозную улыбку алым мокрым губам, Оксана не став слушать эту женщину сбросила телефонный вызов
«Дура ненормальная еще возражать мне смеет», подумала Оксана, присаживаясь в ванной на колени, изогнула спину, чтобы выдернуть пробку из ванны.
Насыщенная сила аромата дикой розы витала в атмосфере ванной комнаты, своей изысканной силой запаха. Сохранившейся капли разлитой воды вместе со сгустками вязкой пены, уже успели пропитаться прохладой, когда Оксана коснулась пола нежными ступнями. Мокрое белое полотенце, которое под нежностью рук Марины Викторовны, упало с тела Оксаны на залитый водой пол кафельной плитки.
— Блядь даже полотенца не одного нет — возмутилась Оксана тихим шепотом, нежно наступая на мокрый кафель, направилась к выходу
Легкая завораживающая холодом нежность прохлады, испаряющихся капель воды вместе со стекающим изобилием сгустков сахарной вязкой пены, начинала знобить кожу. Оксана быстро в спешке, ощущая жуткий холод по телу, повернула блестящую металлическую ручку входной двери ванной комнаты, перешагивая через высокий порог, покинула ванную. Оставив за собой разбушевавшуюся страсть ароматов женской парфюмерии для ванны, свежести мятной зубной пасты, а так же лосьон для тела, что случайно со злости пролила на себя, искушая себя разыгравшимися эротическими фантазиями лежа в ванной.

***
Расположившись мокрым обнаженным телом на кровати, пропитывая скомканные простыни постели безупречным изобилием влаги и пены простынь, что стекали с тела Оксаны. Падающие яркие лучи солнечного потока, проникающие через стекло окна комнаты, покрывали лучезарным сияющим отблеском обнаженное тело Оксаны, от чего она улыбаясь согревающей прелести мокрой постели и теплоты весеннего солнца застенчиво улыбалась. Нежная красных кружевных трусиков ползла по бедрам Оксаны, лаская их своим прикосновением, когда она, ерзая мокрыми бедрами по постели натягивала их на себя.
— Оксана ну ты хоть взгляни на карту пациента — в голосе Марины Викторовны чувствовалась легкая душевная обида
— Начинайте вводить водители ритма и сделайте «ЭхоКГ» — распорядилась Оксана, опустив сияющий взгляд отблесками яркого света проникающих в комнату лучей на мокрую пропитанную влагой постель — Если и это не поможет, то делайте «суточного мониторирования ЭКГ»
— Вот скажи тебе самой, что даже в карту не хочется глядеть — обернулась Марина Викторовна от окна в сторону Оксаны, придавая самовольный критичный взгляд — Оксана жизнь пациента это не игрушки, что ты так относишься к ним как к бездушным существам
— Очень жаль Марина Викторовна — опуская ноги с кровати, на прогретый лучами пол — Но как бы не была реальная жестокость, нашей с вами жизни, я вижу именно жизнь именно в таком свете, в котором вы себе его и представляете
— Почему такая бесчеловечность?
Удивилась Марина Викторовна, наблюдая восхищенным взглядом, как Оксана потягивалась, встав возле кровати, выгибала сексуально свое обнаженное тело. Изящно сгибая в этот момент ногу, Оксана выражала в каждом своем изгибе всю прелесть обнаженного тела, а просвечивающие красные трусики приоткрывали прелесть бархатной кожи под ними. Отблесками яркого света падающих лучей светились капельки воды, что так нежно зависли на кончиках обнаженных розовых сосков Оксаны, доставляя незабываемое наслаждение чарующей холодом прохлады на пышной груди.
— Хватит говорить попусту о тех вещах, что и так понятно без слов — возразила Оксана, отодвигая в сторону дверь большого белого шкафа
Дверь комнаты тихо скрипнула, открываясь, издавая легкий механический звук нажатой ручки, после чего послышался стук женских каблуков по паркету пола.
— Вот она девочка моя еще никуда Володя не ушла — голос Марины Николаевны был настолько чувствительным и нежным, что взбесил Оксану
— Мама хватит! — возразила Оксана, быстро выгибая спину, засмущалась перед коллегой — Это она так называет меня, когда чего-то хочет
— Просто провести время со своей любимой дочерью — ответила душевно Марина Николаевна, поставив большой бокал виноградного сока на край парфюмерного столика
Прелесть вкусового аромата этого насыщенного виноградом вкусом сока, моментально разнеслась по всей комнате, насыщая воздух своей изысканной силой экстракта винограда. Смачно облизывая губы от жажды вкусить этот аромат в изумительной гармонии со своей слюной, Оксана провела кончиком языка по своим губам, оставляя на них тонкий слой слюны.
— Оксана ну сколько я тебе раз говорила про твое распущенное поведение — возмутилась Марина Николаевна испытывая неловкость распутного поведения дочери перед коллегой Оксаны
— Мда… особенно вчера, когда ты поддалась слабости и хотела воспользоваться моментом
— Так ты не хотела — нахмурилась женщина, встав посреди комнаты, посмотрела обиженно на Оксану весьма ранимым и чувствительным взглядом
— Ты просто воспользовалась моей минутной слабостью — стервозно ответила Оксана, заметив входящего в комнату отца, красиво кончиками пальцев расправила вьющиеся пряди золотистых волос — А я как матери тебе не смогла отказать
— Оксана….! — почувствовав неловкость, заметив из-за спины входящего в комнату Рамазанова, смутилась Марина Николаевна
Красное шикарное платье, выполненное из бархата, длинной почти до пола, прекрасно сочеталась с красными каблуками на высоком каблуке. Шикарный вырез на поясе справа и по всей длине открывал красоту ног, что к удивлению Оксаны возраст ног матери, их несколько не затронул. Открытые плечи платья, выражали особую прелесть и оттенок бархатной кожи Марины Николаевны, шикарное декольте очень эффектно подчеркивало бюст великолепной пышной груди. Блестящее золотое колье, что украшало её шею, вмещало в себе небольшой по величине камень, что так ярко светился при падающих лучах солнца в комнате.
— Оксана так ты не хотела того что чуть не произошло вчера между вами? — спросил Рамазанов, проходя по комнате мимо кровати
— Нет, папа ты что — начала импровизировать Оксана, нервно прикусив краешек губы, Оксана достала из шкафа красный кружевной бюстгальтер — Она же моя мать, как ты мог такое подумать
— Володя она врет — испугавшись взгляда бывшего мужа, тут же начала оправдываться Марина Николаевна — Ты посмотри, врет и даже не краснее, ну сделай что-нибудь
— Марина! — упрекнул он свою бывшую жену, громко на неё прикрикнув, чем вызвал глубокую волну восхищения у Оксаны
— Владимир Юрьевич — возразила Марина Викторовна — Давайте ваши семейные драмы вы будите разбирать в другом месте, а сейчас, если позволите мне нужно посовещаться с моим начальником
— А что это вы тут милочка командуете? — возмутилась Марина Николаевна
— Мама уйди! — повысив тон голоса, попросила Оксана, посмотрев возмутительно на мать
— Оксана — нисколько даже не возразив поведением дочери, что крикнула на свою мать, обратился Рамазанов — Скора Романовы будут праздновать юбилей своей свадьбы, приглашают нас всех нас толь знаменательное событие
— Ой, да что там делать — глубоко и изнуренно вздохнула Оксана, прислоняя нежные чашечки бюстгальтера к розовым чувствительным соскам, издала легкий наполненный сладостью нежностью голоса стон — Вот правда пап не до них сейчас
— Правда! — удивился Рамазанов, присаживаясь на край кровати — Я думал тебе нравиться бывать у Романовых, Сергей Викторович сказал, что у них даже есть твоя персональная комната
— Может быть «саркоидоз» — игнорируя банальную семейную драму, Марина Викторовна предполагала разные версии причины данного заболевания пациента
— Не объясняет кашель с хрипами, а так же узловые эритемы — опровергла Оксана теорию Марины Викторовны, застегиваю застежку бюстгальтера на спине — Вы слышали у пациента кашель и какой он мог быть — быстро передумала она
— Возможно, могли пропустить этот момент в скорой — увиливая от ответа, говорила Марина Викторовна склонив голову
— Делайте ЭхоКГ и подтверждайте мне «кардиосклероз» — распорядилась Оксана, доставая со шкафа вешалку с короткой черной юбкой и белой блузкой
— Оксана ты завтракать пойдешь? — спросила Марина Николаевна, встав возле кровати, где сидел Рамазанов
— М… Марина Викторовна — обратилась Оксана к женщине, что стояла возле окна
— Оксаночка что ты затеяла? — спросила, снова изнемогая этим вопросом, Марина Викторовна
— Ничего — покусывая нервно губу, ответила Оксана, положив вешалку на кровать села тут же на колени к Рамазанову, чтобы он не успел ничего возразить — Папа я хочу, чтобы ты знал, ничего дурного я сегодня не задумала — пристально смотрела она в глаза отцу
— Оксанка! — вскрикнула Марина Николаевна — Я знаю этот взгляд, что ты опять задумала?
— Да ничего правда — сидя на коленях отца, Оксана сняла с вешалки, что лежала на кровати, черные шелковые чулки — Прошу меня извинить папа, но мне нужно на работу — вставая медленно с его колен, говорила нежно она, красиво выгнула спину, выставляя напоказ красоту упругих бедер
— А что ты так на меня смотришь? — возмутилась Марина Николаевна реакции Рамазанова — Сам воспитывай свою дочь, все только кричишь мне, что твоя дочь — начала она высказывать бурно свои эмоции покидая комнату Оксаны
— Так Оксана…. — хотел возразить Рамазанов, вставая с кровати
— Папочка ты мне не подашь черные туфли из моего шкафа — застенчиво Оксана состроила лазурную голубую прелесть своих лучезарных глаз — Пожалуйста — очаровательно состроив скулы придавая застенчивую форму улыбки алых губ
— Володя ты ведь не… — открыв от удивления рот, еще больше поразилась Марина Николаевна, как Оксана проявляет свою наглость
— А что поделаешь дочь ведь — покорившись чарам Оксаны, Рамазанов достал на полке с обовью в шкафу черные туфли — Оксана у тебя хоть туфли без каблука бывают?
— Были лет так десять назад — улыбнулась Оксана стеснительной распущенной улыбкой, одевая, черный чулок на ногу сидя на белом мягком пуфике
— Нет, все я не могу на это смотреть — изнывая от стыда за распутную дочь, издала глубокий вздох Марина Николаевна, покидая комнату
— Оксана — обратилась Марина Викторовна, рассматривая стеклянный флакон духов Оксаны — Если ты собралась в больницу, то я пойду пока прогрею машину
— Ах… ну-да, ну-да — надула кокетливо Оксана губки застенчиво подмигнув глазом, растягивая по другой ноге шелковый черный чулок — Моя же машина в центре деревни осталась — засмущалась она от того что Рамазанов надевал как принцессе на ноги черные туфли
— Надеюсь, ваш разрыв с Катериной не будет долгим — изнуренно вздохнула Марина Викторовна, держа папку анамнеза пациента в руке, покидая комнату Оксаны, звонко стукая каблуками синих туфель по паркету
— Вас Марина Викторовна это не касается — крикнула Оксана, вслед оставаясь сидеть на пуфике, поправила резинку черного шелкового чулка
— Оксана — поднимаясь с колен, хотел возразить Рамазанов
— Пап не начинай, пожалуйста — взяв в руки бокал с виноградным соком
— Я сегодня же поговорю с Романовым о случившемся в супермаркете вчера вечером
— Не надо говорить — возразила Оксана, игриво пригрозила отцу указательным пальцем свободной руки, поднося другой рукой бокал с соком к изнывающим жаждой губам
Виноградная сладостью насыщенная прелесть сока лилась с бокала в открытый рот Оксаны, насыщая юго сахарной силой этого изысканного напитка. Играя игристыми оттенками вкуса в гармонии со слюной Оксана, каждый глоток тщательно смаковала во рту, ощущая, нежность этого напитка на поверхности своего языка, делала большие жадные глотки. Изнурительная жажда и сухость во рту испарились под чудодейственным влияние виноградного сока, наполняю вкус слюны во рту Оксаны своим первозданным оттенка вкуса винограда. Жадно глотая напиток, Оксана проронила с губ несколько капель, плавно повинуясь рельефу подбородка, они упали завораживающей прохладой прикосновения, на грудь Оксаны, оставляя приятный осадок холода, стека по коже так же ровно вниз.
— Пап ну хватит а….
Возразила Оксана на нотации Рамазанова, пытаясь из-за всех сил его не слушать, отрываясь от пустого бокала, жадно глотая воздух, проливая на грудь с бокала несколько капель чарующего оттенком виноградной нежности на грудь. Смачно слизывая с губ сахарную сладость этого напитка, Оксана щедро покрывала алые блестящие при солнечных лучах алые губы тонким слоем слюны. Капли остатка виноградного сока упали с края бокала, в свободном завораживающим, пленяющим дух падении упали на черные шелковые чулки Оксаны, их чарующая сладость обворожительной прохлады сводила с ума нежностью их ласки.
— Я сказал тебе Оксана — заявил Рамазанов, загораживая своими крупными плечами свет проникающего солнца через окна, смотрел на Оксану — Я поговорю с Романовым на счет Катерины, сегодня же, нет сейчас прямо возьму твою мать и поедим к нему решать этот вопрос
— Нет! — возразила Оксана вскочив быстро с пуфика, посмотрела на отца испуганным взглядом, поставив пустой бокал с скоком на край комода — Не надо нечего делать
— Но почему? — возмутился Рамазанов, расправляя воротник белой рубашки
— Ты все равно ничего не изменишь — подходя к кровати опустив голову, тихо прошептала Оксана, снимая с вешалки, что лежала на кровати черную короткую юбку — Пускай эту сука помучается
— Как будто она будет страдать
— А как будто нет — возразила Оксана, выгибая красиво спину села на кровать, выставив роскошную прелесть бедер — Еще как будет — убедительно говорила она, надевая плавно черную мини юбку на свои бедра
— Кто Катерина — рассмеялся громким тяжелым басом Рамазанов — Да я её знаю прихвостень этой развращенной дуры Изабеллы, она ведь специально её к тебе приставила, чтобы хоть как-то контролировать твою необузданность
— Да ладно — ухмыльнулась Оксана, глядя на отца сверкнула прелестью алого чарующего оттенка алых губ при проникающих лучах солнечного света в комнату — Тебе то откуда знать?
— Ой дочка — не согласился Рамазанов, подходя медленно к кровати — Я уже очень давно знаю эту извращенную семейку, Романов запустил свои руки в такие темные дела
— Я знаю — застенчиво улыбнулась Оксана, застегивая блестящую бляшку ремня черной мини юбки — А эта сука Катерина еще сама ко мне приползет
— Ты ведь её отошьешь? — серьезным голосом, спросил Рамазанов
— Ну, папа — засмущалась Оксана, скривив губы, не зная, что ответить в данной ситуации, держала в руках белую блузку
— Оксана я прошедшие годы и за все время военной службы я научился с легкостью распознавать, кто мне врет, а кто нет — сурово заявил Рамазанов, схватив Оксану за руку — Я вижу по твоим глазам, что ты сейчас мне врешь
— Ну и что — вырывая руку из-под хватки Рамазанова, поджала Оксана губу и с обидой отбежала к парфюмерному комоду — Ну не могу я без неё
— Оксана! — возразил Рамазанов, подняв голос
— Что папа?! — вскрикнула Оксана, держа в руках белую блузку, скомкав её со злости, руки тряслись от истерики, глаза наполнялись частичками влаги
— На улице ведь холодно одень, вот мать тебе приготовила — достал Рамазанов из шкафа белую кофточку, вязанную шерстяными нитками
— Нет! — громким криком возразила Оксана на заботу отца
— Оксана не выпрашивай — сердито заявил он, держа в руке белую кофточку
— Тебе-то какое дело — возмутилась Оксана, раскрыв от страшного испуга глядя на этого мужчину, как на дикого зверя в момент нападения — Сто лет тебя не видела, не знала, а тут явился и стал мной помыкать, Оксана то, Оксана это
— Что ты сказала? — громко крикнул Рамазанов, сделав пару шагов в сторону Оксаны
— Я одену кофту — быстро с резкостью в голосе от испуга ответила Оксана, отходя на шаг назад
— Я ведь для тебя Оксана стараюсь — с нежностью мужского голоса говорил Рамазанов, подходя к Оксане, помог ей надеть белую блузку
— Я знаю папа — ерзая плеча сильно смущаясь крепких могучих рук отца, покусывая губу ответила Оксана, прошипев недовольно змеей
С гостиной доносился веселый женский смех, когда Оксана вышла из комнаты, звонко стукая каблуками по паркету. Ароматная аура кофейной гущи веяла с гостиной, чарующая прелесть кофе манила к себе оттенка притягательности, а сила свежеиспеченного запаха выпеченных изделий, пленила своей притягательностью и вкусовой насыщенностью пряностей. Благоуханная атмосфера дикой розы, все еще наполняло гостиную своей изысканной неповторимостью этого чарующего аромата.
— Знаешь Роксана — говорила Марина Николаевна, держа белую керамическую кружку с манящей прелестью кофе в руке, сидя на диване в гостиной, положив ногу на ногу — Оксана поистине уникальный человек, все свое детство, она провела в книгах
— Я заметила — согласилась Роксана, испытывая любезную симпатию к Марине Николаевне, ответила девушка, поднося к розовым насыщенным красоту губам — Она у вас гениальный врач, но Марина Николаевна мне как её сестре, несколько неудобно на то как она себя ведет
— Я знаю, девочка моя — ответила с банальной пафосной душевной улыбкой Марина Николаевна, придавая иронию своему голосу — Но тут уже ничего не поделаешь, её не изменишь, хотя сколько я не пыталась это сделать
— Хватит обсуждать меня! — возмутилась Оксана, проходя мимо гостиной, отвернула взгляд в сторону встроенного шкафа в прихожей
— Оксана девочка моя — жалостливым голосом начала говорить Марина Николаевна вставая с дивана, поставила кружку с кофе на маленький кофейный столик — Ты все не так поняла
— А как я должна понять это мама? — открывая дверцу шкафа, возмущенно заявила Оксана, поджав от обиды губу
— Твое пальто я вчера постирала Оксана — быстро сменила тему Марина Николаевна, заметив удивленный взгляд дочери на гардероб шкафа
— Блядь и в чем по-твоему я должна идти? — возразила криком на свою мать Оксана
— Оксана! — испугалась крика дочери Марина Николаевна, отходя на шаг от неё назад — Разве ты так можешь на мать такое говорить?
— Оксана что я тебе говорил, как с матерью нужно разговаривать? — возмутился поведением Оксаны, входя в коридор, покидая комнату
— Матерью, которая воспользовалась моей слабостью вчера и хотела ублажать меня своими ласками — с обидой в голосе опустив взгляд, говорила Оксана
— Можешь одеть красный короткий плащ, что я для тебя вчера присмотрела на рынке
— Спасибо мама ублажила ты меня этим — огрызаясь с Мариной Николаевной, с горькой обидой прошипела недовольно Оксана
— Тебя сегодня ждать домой? — спросила Марина Николаевна, когда Оксана снимала с вешалки красный короткий плащ — Или опять будешь где-то блудить
— Я позвоню — глядя с опаской на отца тихо прошептала Оксана, надевая на себя красный плащ
Яркий красный плащ отложным воротником и длинными рукавами, линия талии подчеркнута красивым красным поясом с блестящей металлической бляшкой. Красная материя полиэстера очень элегантно обтянуло тело Оксаны, выражая всю сексуальность в каждом изъяне этой красивой ткани. Красивый v-образный разрез спереди, выражал особую эротическую форму пышной груди Оксаны.
— Ты! — рассмеялась громко Марина Николаевна — Да ты ни разу не ответила на мой телефонный звонок за последнее время
— Не ответила, потому что без толку с тобой разговаривать о том, что и так известно — застегивая пуговицы плаща, заявила Оксана
— Вот Володя — вскрикнула Марина Николаевна, возмутившись поведением Оксаны — Вот как с ней не ругаться, когда она так со мной разговаривает
— Успокойся Марина — сурово крикнул Рамазанов — Ты тоже хороша вчера была, воспользовалась слабостью дочери
Не став дальше слушать банальный разговор родителей, Оксана взяла сумочку с комода в прихожей, направилась с довольной улыбкой к входной двери. Восхищенный, сияющий бликами отраженного света падающих лучей солнца в глазах Оксаны, очаровательная улыбка была признаком довольства, что кто-то может усмирить Марину Николаевну. Одаряя ругающихся родителей чудесной сказочной улыбкой алых губ, Оксана забавно пожала плечами, открывая дверь, сексуально сгибая ногу в колено, перешагнула через высокий порог, плавно закрывая за собой дверь.

***
Согревающие лучи теплого и нежного солнца покрывали своим массивным влиянием поверхность, принуждая оставшийся снег на ветках деревьев таить бешеным потоком водопадов с них. Маленькие дорожки ручейков тихо себе текли, перемешиваясь грязным размытым мокрым током таившего снега и укатанным с грязью перемешанным гравиев узких деревенских улиц. Радостный лай собак облаивал чуть ли не каждую проезжающую машину, что прокатывалась спокойным тихим ходом мимо их домов. Вскакивая со свирепым ревом жучка, на короткой тонкой цепи, так рьяно лаяла, прыгая, гавкая по краю деревянного забора, на красный залитый потоком грязи кроссовер, что казалось своей истерикой она вылетит через забор покажет мастерство собачьего пилотажа. Пробегавший мимо черный облезлый кот с которого свисала комками грязь, вызвал еще большую череду лая собак, обозлив бабулек, что тихо мирно обсуждали свои житейские дела тем, что запульнули старый драный валенок с соседский дом, лишь бы свалить поганую жучку с забора.
— Неужели и я буду такой же ебанутой когда состарюсь — с грустной печалью Оксана глядела через стекло бокового окна автомобиля на бабулек, что запустили через забор старый драный валенок в разъяренную собачонку
— Ой, Оксана перестань! — возразила Марина Викторовна, наблюдая сквозь стекла тонких оправ очков за дорогой — Лучше расскажи, что ты там опять задумала?
— Да ничего я не задумала — любуясь красивым деревенским пейзажем в центре деревенской площади, по асфальту которого ехал автомобиль Марины Викторовны — С чего вы взяли, что я вообще-то могла что-то задумать
Внезапный звонок сотового телефона в сумочки Оксаны, прервал этот банальный разговор, тем, что заставил Оксану немного вздрогнуть от звонкой мелодии dubstep, что так неожиданно зазвенела на нем. Копаясь в сумочки в поиске своего телефона, привлекла внимание Марины Викторовны, что заставило Оксану прикусить краешек губы, заметив реакцию абонента звонившего ей. Марина Викторовна искоса посмотрела на Оксану весьма недовольным недоброжелательным взглядом, от чего Оксана стала понимать, что напряженная тема, снова продолжиться.
— А что? — удивилась Оксана, ухмыльнулась хитрой ухмылкой — Ну подумаешь, Валерия звонит, значит, хочет что-то важное мне сообщить
— Ой Оксаночка — глубоко и изнуренно вздохнула Марина Викторовна — Отвечай, давай на звонок
— Да Валерия — прикусывая краешек губы, Оксана плотно прижала ухо к телефону, играя кончиком указательного пальца на его сенсоре, чтобы сбавить громкость динамика — Я тебя слушаю
— Оксаночка на громкую связь включи, пожалуйста, я тоже хочу услышать, что ты там затеяла
Почти приказным ласковым тоном голоса попросила достаточно вежливо Марина Викторовна, заставляя взглядом удивительного оттенка глаз повиноваться Оксану.
— Ладно — прошипела недовольно Оксана, отворачивая обиженный взгляд в окно, включила на громкую связь сотовый телефон — Что там у тебя Валерия?
— Оксана — говорила радостным тоном голоса Валерия — Удалось договориться с лечащим врачом Ковалевой Татьяны из детского отделения, в общем её дело переходит под твой контроль, как узнала кто будет вести это дело сразу же отдала его тебе
— Отлично Валерия — прикусывая губу, вновь застеснялась Оксана, начала ерзать нервно бедрами окунувшись глубоко в кожаное автомобильное кресло
— К делу её мертвой сестры меня не подпустят — тут тон голоса этой женщины стал более унылым и жалким — Но думаю, тебе стоит задействовать более высокие связи, чтобы тебе дали почитать отчет о вскрытии девочки и само дело, чтобы уточнить причину смерти
— Блядь — покачивая головой, тихо прошептала Оксана, выругавшись грязным некультурным лексиконом — Ладно разберусь в больнице, жди меня в вестибюле, заберешь мой плащ и дашь мне мой белый халат — договорила она, тут же потом сбрасывая телефонный звонок
— Вот я так и знала Оксаночка — обиженно заявила Марина Викторовна, выворачивая руль автомобиля, направляя кроссовер на больничную автомобильную стоянку — Тихонов тебя убьет, если узнает, что ты взяла два дела?
— Почему вы так решили Марина Викторовна? — положив ногу на ногу начала спокойно покачивать ей, облизывая сладкой прелестью слюны блестящие при свете падающих лучей на них алые губы
— Потому что где два, там и три, где три там и четыре
Начала читать недовольно нотации Марина Викторовна сбавляя скорость автомобиля, направляя его по парковке рядов выставленных там машин пациентов и медицинского персонала.
— Я сама как-нибудь в этом разберусь — огрызнулась Оксана, не желая впутывать коллегу в свои проблемы — Вы занимайтесь основным делом?
— А что мне сказать Тихонову? — останавливая машину на свободном парковочном месте на стоянке, спросила Марина Викторовна
— Скажи, занята я, занимаюсь делом — нервно ответила Оксана, открывая дверь автомобиля
— А если он заметит тебя в детском отделении? — предположила Марина Викторовна, заглушив двигатель, медленно вытащила ключ из замочной скважины замка зажигания — Или например врач, что передала тебе это дело, случайно обмолвиться об этом Тихонову
— Я сама как-нибудь с этим разберусь — звонко стукая каблуком черных туфель об асфальт, заверила Оксана — Вы занимайтесь основным делом, если понадобиться моя помощь, я тут же к вам присоединюсь
Покидая автомобиль, говорила Оксана, закрывая за собой дверь кроссовера, ощущая, как легкий порыв свежего воздуха слегка начал колебать её распущенные золотистые волосы.
— Ты такая самоуверенная Оксана — возразила Марина Викторовна, покидая свой автомобиль, поправила краешек черного пальто
— Какая есть — шикарно виляя бедрами, Оксана направилась, стукая каблуками по асфальтному покрытию дорожного полотна автостоянки к больничному крыльцу — Если вдруг что сразу же звоните мне на сотовый телефон
— Ты что меня не подождешь? — возмутилась Марина Викторовна, повесив черную кожаную сумочку на плечо, щелкнула брелком сигнализации, закрывая дверные замки городского джипа
— Как пройти в детское отделение Марина Викторовна я и без вас знаю и справлюсь
Взмахов руки кончиками пальцев Оксана подняла ввысь роскошные пряди своих волос, придавая прическе невообразимую пышную распущенную страсть.
Весенней прохладой завораживающий ветер, слегка колебал деревья в парке возле больницы, слегка стряхивая с них мокрые прилипшие крупинки снега. Весело развлекалась подростковая молодежь на лавочке возле аллеи, слушая мелодии со своих сотовых телефонов, что-то так бурно обсуждая. Оксана, направляясь вдоль аллеи, шикарно покачивая бедрами, привлекла внимание проходящих мимо парней, что шли, распивая пиво, покуривая смачно сигарету, пуская дым клубами, загляделись на красоту её тела. Мужчина, что сидел на лавочке в столь теплый день, разговаривая по телефону, обратил особое пристальное внимание на фигуру тела Оксаны, когда она прошла мимо него, он чуть телефон из рук на асфальт не выронил, раскрыв рот от удивления.
— Оксана Владимировна здравствуйте — обратилась одна из медсестер, поднимаясь вместе с Оксаной по лестничному крыльцу больницы
— Здравствуйте девочки — ответила взаимной улыбкой прелести алых губ Оксана, оценивая взглядом двух молодых только что закончивших колледж девушек
Темноволосые девушки застенчиво улыбнулись Оксане, чем вызвали очень глубокую симпатию их милых женских изъянов губ. Девушки словно были одеты одинаково, черное дешевое весеннее пальто очень сексуально облегало их хрупкие женственные тела. Дешевые черные туфли на невысоком каблуке, очень красиво выражали зрелость сексуального голода, придавая невообразимый эротический шик ногам девушек. Запах туалетного парфюма, был схож с яркой прелестью жасмина и бергамота, таинственностью гардении, что Оксана не смогла разобрать, даже когда та близко с ними сблизилась возе входных больших дверей больницы. Девушка с изысканной прелестью каштанового цвета волос, открыла перед Оксаной входную массивную дверь, пропуская вперед.
— Спасибо девушки — застенчиво Оксана похлопала роскошной прелестью длинных черных ресниц и блеснула блеском лазурных голубых глаз = Это так любезно с вашей стороны — красиво вильнула бедрами, вошла она внутрь
— Дура озабоченная — тихо прошептала темноволосая девушка, входя последней в преддверье больницы
— Что ты сказала? — с голодным взглядом змеи прошипела Оксана, обернувшись к девушке которой это сказала, заставив смутиться очень сильно её подругу
— Я говорю… — не давая договорить Оксана, прижала её одной рукой, держа за горло к стене, а другой указательным пальцем прикрыла губы
— Еще хоть раз что я что-то подобное услышу — грозно пригрозила Оксана, шепотом говорила ей на ухо
— Оксана Владимировна…! — испугалась сильно девушка за свою подругу, делая шаг вперед и тут же оступилась, падая на колени
Девушка с цветом волос изысканного каштана, пытаясь заступиться в сильном испуге за свою подругу. Сделала шаг в сторону Оксаны, что так красиво выставила бедра, выгнув спину, держа силой мощной хватки когтей её подругу, прижимая бедную девушку массой своего тела к стене. Неловко в спотыкаясь и не успевая удержаться на ногах, стала падать на колени, пытаясь ухватиться за Оксану одной рукой схватилась за её талию, сильно надавив пальцами на бок. Стремясь удержаться дальше в момент падения, девушка хотела другой рукой схватиться за черную мини юбку Оксаны, но неловко промахнулась и проникла пальцами руки под юбку, сильно ударив подушечками пальцев по лобку, больно надавив на него пальцами. Сдерживая ужасную почти нестерпимую боль, Оксана стиснула зубы, издавая глухой изнемогающий стон, ощущая ужасные половые страдания, отпустила девушку, что держала в своей хватке.
«О… блядь это пиздец!», почувствовала Оксана обжигающую дикую боль на половых губах, пальцы девушки которой, силой нестерпимого давления давили на них.
Попытка неудачно удержаться в момент падения не закончилась удачным успехом, девица с каштановыми волосами, уткнулась в бедро Оксаны лицом. Держась за талию Оксаны одной рукой, другой рукой, все еще давила на лобок Оксаны, вызывая нестерпимую дикую боль. Другая девушка, которую она держала её, заметив, что Оксана уже открыла медленно рот, хотела громко взвизгнуть. Девушка брюнетка, имея большую наглость, прикрыла плотно рот Оксаны, ладонью руки, пока другой схватилась за пышную распущенную золотистую прядь её волос. Оксана глухим стоном взвизгнула в закрытую ладонь, широко открыв веки лазурных голубых глаз, испытала сильный глубокий стресс.
— Оксана Владимировна простите…
Тихо прошептала, испугалась девушка, с черными волосами, отпуская волосы Оксаны и убирая ладонь с алых губ, на пальцах которых остался след помады, отошла на шаг назад к стене. Словно испуганная загнанная кошка в угол, девушка вжалась от страха взгляды Оксаны в стену, боясь сильно ответной реакции.
— Да я тебе за такое…
Прошипела Оксана змеей, сверкнув отблеском отражаемого света в лазурных голубых глазах, от падающего освещения лампы дневного света в преддверье больничных дверей. Девушка с каштановыми волосами, что держала Оксану за талию и прижалась пальцами к лобку, надежде ухватиться за что-то в момент падения, постепенно с чарующей лаской убрала руки. Понимая глубину совершенного поступка, девушка с каштановыми волосами, убирая руку с лобка Оксаны, легонько коснулась, через трусики коготком её влагалища.
— Оксана Владимировна…
Вставая с колен, перебила Оксану, отряхивая черные чулки от пыли ладонями рук, говорила едва разборчиво, глотая жадно воздух от пережитого панического стресса, развращенная поведением девушка, с каштановыми волосами. Отходя на шаг назад от Оксаны, девушка испугалась, быстро убрала руки в карман пальто, сглотнула слюну в своем рту, как будто огромный камень проглотила
— Она больше так не будет, простите, пожалуйста, Оксана Владимировна
— Главное чтоб ты больше так не делала — развернулась в пол оборота, злобно оскаленными глазами, тихо с угрозой прошептала Оксана — Я бы тебя сейчас за такое убила бы — говорила сквозь зубы она, ощущая жуткую ноющую боль на половых губах
— Что здесь, черт возьми, твориться?! — входя через несколько секунд, возмутилась Марина Викторовна, заметив двух испуганных девушек и возбужденную порывами сексуальной страсти Оксану — Оксаночка ты, что совсем голову потеряла?!
— Юлька… — упрекнула девушка с каштановыми волосами свою подругу — Прекрати!
— Так я ей сейчас точно врежу — возмутилась Оксана, размахиваясь ладонью руки, обернувшись к своей обидчице, заметила, как она шепотом ерзала губами, будто издеваясь специально
— Оксаночка стой — схватила Марина Викторовна за руку Оксану, остановив безумие — Поверь, она этого не стоит
Убедительно Марина Викторовна посмотрела в глаза Оксане, разглаживая через красный плащ её бедра, обняла, прижимая её к себе.
— А вы девушки марш работать — почти приказным тоном скомандовала Марина Викторовна
— Оксана Владимировна мы, правда, не хотели
Говорила все еще жалким голосом девушка с каштановыми волосами, расправляя смятое от падения черное пальто, стряхивая с него ладонью руки частички пыли, пока её подруга испуганным взглядом боялась даже слово проронить.
— Извините, что так неловко получилось….
— Идите работать! — недовольно рявкнула на девушек Оксана, утопая в объятиях Марины Викторовны, ощущая сильную боль на лобке, от чего она стала нервно прикусывать губу
— Ничего все пройдет — Марина Викторовна успокаивала Оксану лаской рук, когда девушки оставили их в преддверье, закрывая за собой дверь
— Да уж надеюсь
Склонила голову на плечо к этой женщине, тихо прошептала Оксана, прикусывая губу, смущаясь того что рука этой женщины уже хотела проникнуть под плащ к ноющему от боли лобку.
Помещение больничного вестибюля в это утро на удивление было почти полупустым от пациентов, лишь только трое из молодых подростков стояли в очереди за карточками у стойки регистратуры. Двое проходящих мимо мужчин врачей, дружелюбно улыбнулись вошедшим, в холл Марине Викторовне и Оксане, приветливо кивнув головой, они направились вдоль по коридору, обсуждая банальные простудные респираторные инфекции. Парень, в черной ветровке puma, лет двадцати пяти обратил великодушное внимание в сторону Оксаны, как только она вошла в фойе больницы, оценил её образ, смазливой хитрой пошлой улыбкой, быстро, чтобы не привлекать излишнее внимание, отвлекся на огромный дисплей сенсорного телефона. Проходящие рядом две медсестры в белых халатах, что направлялись в сторону кафетерия, обратили тоже особое внимание на растрепанные волосы Оксаны и распущенность её развратной улыбки, ответили милой ухмылкой розовых невинных губок.
— Оксана Владимировна — распознала голос Валерии, со стороны регистратуры
Долго приглядываясь, Оксана разглядела вдалеке, выходящую из кучки собравшихся подростков Валерию с какой-то женщиной, что направлялась к ним на встречу. Женщина довольно солидной внешностью с темными волосами, держала в руке красную медицинскую карту пациента. Строгая выраженная миниатюрная оправа её очков выражала через их тонкие стекла, прелесть голубого полного решительности взгляда. Черная юбка длинной до колен, открывала красоту изящных ног этой женщины, которыми она так ловко пользовала, отображая всю прелесть эластичных бедер в каждом шаге. Шикарной красоты был бюст, который выражался и был скрыт под белоснежной белой блузкой этой женщины, что выглядывала из-под тонкой материи белого халата.
— Оксана Владимировна
Говорила весьма деликатными манерами Валерия, показывая, словно на показ свое голубое короткое платье, что так сексуально подчеркивало всю красоту рельефа её тела.
— Это Наталья Петровна — представила Валерия эту загадочную женщину, что находилась рядом с ней — Она врач педиатр девочки, которой вы интересуетесь, так же она с радостью передает дело под ваш личный контроль
— Оксана Владимировна
Начала говорить Наталья Петровна довольно мягким и чувствительным до глубины души нежным голосом. Шикарная старинная коллекция духов этой женщины, которую Оксана смогла распознать по её чудному запаху, имела название «212SexyCarolinaHerrera». Верхние ноты этого изысканного аромата имели такое сочетание как розовый перец, бергамот и мандарин, сразу же почувствовались, как она сблизилась с Оксаной почти вплотную. Однако его базовые ноты имели разящий завораживающий оттенок ванили вперемешку вкуса с гармонией мускуса и сандалового дерева. Пленительная сладость нот сердца этого парфюма сводила с ума в великолепном сочетании гардении, пеларгонии и сахарной ваты, могли вскружить любому рассудок, тем кто вдыхал силу такого чудесного аромата.
— Я конечно не понимаю, чем вас может привлекать острая респираторная инфекции, но все же, я наслышана про вашу страсть к головоломкам и поэтому с радостью готова передать вам это дело девочки
— Насколько острая? — задавая вопрос, усомнилась Оксана в компетентности этого врача, взяв у женщины карту из рук
— По мне так просто девочка простудилась? — ответила она, застенчиво улыбаясь Оксане, выражая глубину голубого цвета глаз под стеклами очков
— Так же как простудилась её сестра да? — возмутилась Оксана, открывая карту девочки, стала внимательно вчитываться в собранный анамнез
— Оксана! — сделала быстро замечание Валерия, почувствовав себя явно неудобно перед этой женщиной
— Надеюсь Оксаночка, ты отдаешь отчет своим действиям — улыбнулась изящной красотой улыбки Марина Викторовна, обнимаю рукой за талию Оксаны — Постарайся, чтобы дело не дошло до Тихонова, иначе у тебя будут проблемы — похлопала она скрытно кончиками пальцев по бедру её
Нежность и теплота пальцев Марины Викторовны по оголенному бедру Оксаны, доставила колеблющуюся удовольствие, от чего она слегка вздрогнула, издавая легкий глухой стон, чем вызвала сомнительное выражение лица у Валерии и Натальи Петровны. Нервно прикусывая губу, бросая кривой мимолетный взгляд на Валерию, сразу же догадалась о чем, она подумала, когда Оксана ощутила нежность руки Марины Викторовны на своем теле.
— А что Валерий Валерьевич не должен знать об этом? — удивилась Наталья Петровна, поправляя тонкую оправу очков, не придавая никакого значения похотливым развратным играм женщин, которым она явно не заметила — Может лучше вам не стоит….
— Может, стоит обратить внимание — резко возразила Оксана, показывая анализ крови этой женщине, краем взгляда наблюдая, как красиво Марина Викторовна виляет бедрами, поднимаясь по ступенькам на второй этаж — На этот анализ крови?
— А что в нем может показаться вам удивительным? — спросила любопытной интонацией голоса детский терапевт
— Оксана Владимировна — перебила Валерия, дотрагиваясь легонько пальцами до руки Оксаны — Я прошу меня извинить, но мне нужно срочно отлучиться к Тихонову — подмигнула она в ответ на застенчивую улыбку Оксаны, лазурной прелестью очаровательного оттенка глаз
— Вы не проводите меня до палаты девочки — попросила Оксана, кивая в сторону крыла больницы, что вело в детское педиатрическое отделение — Хочу, чтобы вы лично представили меня моей пациентки — попросила она, внимательно вчитываясь в собранные анализы
— Конечно Оксана Владимировна — любезно радушной улыбкой ответила на предложение Оксан эта женщина — Так что вам удалось узнать из общего анализа крови, чего бы, не заметила я для этой формы инфекционного заболевания
Выражала Наталья Петровна в каждом своем шаге изящную красоту своего тела, роскошная прелесть манящих к себе бедер на которых Оксана искоса обратила свое оценивающее эротическое внимание, вызывала уже легкий сексуальный голод.
— «Биохимический анализ» крови — начала говорить Оксана, всматриваясь в результат сбора крови девочки — Показывает снижение уровня «эритроцитов», а так же заметно снижен уровень «гемоглобина», так же есть подозрение на «нейтрофилию»
— Будьте добры поясните мне, пожалуйста, ваш последний термин — вежливо попросила спросила Наталья Петровна, проходя по длинному больничному коридору по пути в детское педиатрическое отделение — ы наверно никогда не были у нас в детском отделении
Рассказывая детский врач, направляясь по коридору, через окна которого проникал яркий свет восходящего солнца. Светлые тона его ярких лучей озаряли прелестью блеклых отблесков мраморного пола этого помещения. Даже громадные голые ветки голого тополя, что рос почти возле здания, не смогли сдержать его неистовое проникновение света в коридор. Яркая голубая краска отчетливо отражалась в глазах Оксаны, переливаясь разными загадочными оттенками этого цвета. Отвратительных запах бактерицидных препаратов сразу же почувствовался, как только Оксана подошла к вывеске над входом в детское отделение.
«Блядь они, что этой дрянью полы моют», раздраженно подумала Оксана назойливо кончиками пальцев стала расчесывать нос.
— Нейтрофильный лейкоцитоз — начала рассказывать Оксана, перелистывая лист в карточке больной девочки — Представляет собой патологическое состояние, при котором у человека наблюдается высокое содержание «нейтрофильных гранулоцитов» в крови
— Что же натолкнуло вас на такую мысль?
Поинтересовалась педиатр, входя в помещение чуть затемненной атмосферы, что находилось уже по ту сторону падающего света лучей солнца. Справой стороны по мере продвижения этого огромного казалось бы на первый взгляд фойе, располагался большой ряд палат, за дверью некоторых из них слышался детский разъяренный капризный плач, смех и тихое детское невинное всхлипывание. Молодая девушка лет двадцати пяти, что сидела на посту медсестры детского отделения, нежно постукивала клавишами клавиатуры, заполняя бумажные банальные отчеты. Другие медсестры, чуть более старшего возраста, проходили по вестибюлю этого помещения с недовольными уставшими лицами, критично обсуждая тихим голосом молодых мамочек, что лежали в отделении с детьми. С детской игровой комнаты, мимо которой проходила Оксана, заметила, как ребятня собирала конструктор, кто-то рисовал на стульчике, а кто-то задорно смеялся под веселый мультфильм по телевизору. Запаха приготавливаемого супа из детской столовой этого отделения, сразу же не понравился Оксане, пытаясь скрыть свое недовольство из-за этого противного вкуса рыбы, она еще раз так назойливо провела коготками по кончику носа, лишь бы тока не выдать свое недовольство по поводу относительно детского питания.
— Ой, как меня бесит уже этот запах рыбы — возмутилась одна из проходящих мимо медсестер, что прошла мимо Оксаны, держа в руках с большую стопку медицинских карт пациентов
— Знаю, саму уже тошнит — ответила её собеседница, недовольно оценивая новых нежданных посетителей этого отделения
— Данное патологическое состояние может возникать при острых «инфекционных заболеваниях», гнойных воспалительных процессах, «инфаркте миокарда», укусах ядовитых насекомых, после острой кровопотери, а также при алиментарном и эмоциональном физиологических лейкоцитозах
Пояснила Оксана, не обращая никакого внимания на реплики проходящих мимо медсестер, назойливо пыталась почесывать уже подушечками пальцев нос,
— Вы так сложно рассуждаете, Оксана Владимировна — заметила этот факт Наталья Петровна, посмотрев на Оксану самовольным критичным взглядом из-под стекол своих очков — Но все же я не понимаю здесь никакой связывающей сути в вашем ответе — говорила этот врач так, как будто это для неё нормальная атмосфера
— Понимаете тут просто, важное практическое значение имеет определение степени ядерного сдвига в «лейкоцитарной формуле» — рассуждала Оксана — Что в нашем с вами случае я по результатам анализа вижу со сдвигом влево
Рассказывала Оксана, почувствовав запах изумительного фикуса, что стоял в помещении возле поста медсестры, распространяя свой изумительный аромат, на все помещение. Герань, что росла на подоконнике в небольшом керамическом горшке, имела свой приятный специфический вкус, который привлек внимание Оксаны к себе. А так же приятная душистая атмосфера детского туалетного мыла с экстрактом ромашки имела такой насыщенный вкусовой аромат, что сразу же вспоминался запах давно забытого детства Оксаны.
— Я так понимаю, вас это натолкнуло на какую-то мысль? — спросила она, продвигаясь по детскому отделению
— На такую — подметила Оксана, подходя к двери кабинета с надписью ординаторская — У девочки развивается «гипохромнаяанемия», к такому выводу я пришла по результатам биохимического анализа крови
Ответила Оксана, остановившись у дверей этого кабинета, неясно посмотрела удивленным взглядом на детского врача.
— Вы же понимаете, Оксана Владимировна в детскую палату уж извольте нельзя входить в верхней одежде — пояснила Наталья Петровна, остановив за руку, проходящую мимо медсестру — Верочка найди, пожалуйста, для нашей Оксаны Владимировны белый чистый халат
— Хорошо Наталья Петровна — застенчиво улыбнулась светловолосая русая девчонка — Может пока столь уважаемый врач и гость нашего отделения снимет с себя верхнюю одежду
— Может, ты мне лучше свой халат дашь — возмутилась Оксана на манеры поведения этой девушки, расстегивая пуговицы красного плаща
— А что Оксана Владимировна на время его одолжит — обрадовалась Наталья Петровна, пытаясь быстро и незаметно урегулировать сложившуюся ситуацию — А ты Верочка пока положи плащ нашей гостье в ординаторскую — распорядилась она, отдавая указания девушки, что встала в ступор от такой просьбы
— Ну, разве это так необходимо для вас — засмущалась светловолосая девушка с яркими веснушками на лице, начала расстегивать пуговицы белого короткого халата
За радушием улыбки этой девушки нельзя было скрыть и чувство ненависти, которая она выражала в своей кривой улыбки, ответив изощрённым изгибом губы в ответ Оксане. Медленно покачивая бедрами, Оксана, жадно прикусывая губу, направилась в сторону окна, обзор которого выходил на задний дворик больницы. Ощущая между ног жуткую боль в области лобка и влагалища, от неудачного случая с медсестрами, что произошел в преддверье больничных дверей, Оксана незаметно прижала ладонь руки через юбку к лобку, стала растирать его круговыми движениями. Положив медицинскую карту девочки на пластиковый подоконник окна, Оксана рассматривала все еще биохимический анализ крови, пыталась сообразить, почему в крови повышен заметно уровень «Cреактивногобелка», «белок» «плазмы» «крови», относящийся к группе белков острой фазы, концентрация которых повышается при «воспалении».
— А вот это уже очень интересно — читая дальше тихо про себя, прошептала Оксана — Результат «Тимоловаяпроба» является положительной, но ведь Тимоловая проба является положительной в 90-100 % случаев при болезни Боткина, что делает это дело еще более интересным — щелкая пальцами, размышляла она, произнося шепотом
— Наталья Петровна…
Быстро в ненужный момент отвлеклась Оксана, быстро закрывая карту девочки, когда смогла распознать голос Владимира, отца девочки, за дело, которое она взялась, немного заволновалась, поджав от волнения нижнюю губу.
— Я как раз хотел с вами поговорить — интонация голоса этого мужчины показалась серьезной и загадочно интересной — Дело в том, что у Танюшки заметно стал изменяться окрас кожи, да и…
— Владимир Николаевич — вежливо говорила детский врач — Я как раз вам хотела представить Оксану Владимировну, теперь она будет вести дело вашей дочери, она ведущий специалист в нашей больнице и ваш случай её очень заинтересовал
— Оксана?! — удивился Владимир, увидев Оксану, что стояла в больничном коридоре, держа плащ в одной руке, а в другой руке медицинскую карту его дочери — Но что ты тут делаешь?
— Владимир я просто заинтересовалась случаем твоей дочери — начала оправдываться Оксана, ощущая жуткое волнение, скрестила ноги, опираясь бедрами на стену, опустила голову, стыдилась сексуальной связи с этим мужчиной — Я просто хочу помочь, дай мне шанс
— Постойте?! — удивилась еще больше Наталья Петровна — Вы, что знаете друг друга?
— В одной деревни ведь живем вы, что Наталья Петровна — красиво выворачиваясь из сложившегося неловкого положения, с легкостью нашел он ответ — Вы, что Наталья Петровна, Оксана очень хороший человек и раз вы говорите, что она такой хороший врач…
— Позвольте мне взглянуть на девочку — перебивая его, вмешалась быстро Оксана — Наталья Петровна можно воспользоваться вашим стетоскопом?
— Да-да конечно — великодушно согласилась врач детского терапевтического отделения, снимая стетоскоп со своей шеи — Ну раз вы друг друга уже довольно хорошо знаете, тогда нет смысла вам мешать Оксана Владимировна, вот ваш халат, а ваш плащ заберете в сестринской
Забирая у Оксаны из рук красный плащ, она вручила ей белоснежный халат, что передала ей медсестра, однако выражение и в тоже время удивление глаз этой женщине показались достаточно настораживающими.
— Куда ты пропала прошлой ночью? — упрекнул Владимир, помогая Оксане одеть на себя белый халат — Проснулся утром, а тебя уже не было
Говорил он, словно хозяин над её телом помогал надеть нежную белую материю халата, так ловко повиливал Оксаной. Разглаживая халат на уровне бедер Оксаны, он прижал её к себе, когда кончики его пальцев стремились залезть под короткую черную мини юбку. Жар и пылкость его трепетного дыхания говорили о том, ка кон сильно восхищался запахом волос Оксаны, экстрактом завораживающей силы её парфюма дикой розы и просто нежностью бархатной кожи.
— Мне же нужно было отлучиться? — застенчиво улыбаясь, Оксана с легкостью покинула его объятия, показывая свою необузданность и не подвластность, кокетливо пригрозила ему указательным пальцем — Мы ведь в больнице находимся Владимир
Сделала Оксана замечание, игривым шепотом возбуждающей похоти, красиво вильнув красотой изящных эластичных бедер, повернула ручку входной двери медицинской палаты, медленно открывая её. Яркий белый цвет пластикового покрытия стен, свет проникающих через окно лучей солнца, сразу же ударил в глаза Оксане, вынуждая её слегка прищуриться. Душный спертый воздух и медицинских препаратов ударил сразу же внос Оксане, сама атмосфера этого воздуха в палате, вызывало уже жажду кислородного голодания. Перешагивая через высокий порог палаты, Оксана символизировала это эротическим жестом, красиво сгибая ногу в изгибе, выражая упругую прелесть выставленных бедер перед мужчиной, что входил за ней.
— Танюша — обратился к девочке отец, что входил за Оксаной в палату, легонько положив ладони рук ей на бедра — Ты ведь помнишь Оксану, что была однажды у нас в гостях?
— Эта та твоя знакомая, что когда-то были у нас с наглым мальчишкой — едва живым голосом говорила девочка, стараясь из-за всех сил улыбнуться отцу, даже не пытаясь подняться с кровати
Оксана заметила у девочки сильное стекающие капли пота с лица, такое чувство, что ребенка в момент этого бросало в сильный озноб. Основное внимание привлекли кровоизлияние на слизистой оболочки рта и небах. На лицо были все признаки развития анемии, об этом в первую очередь говорили бледность кожи девочки и её слизистой оболочки. Обращая внимания на то, что моча, что постепенно текла с катетера в мочеприемник, была с содержанием крови, Оксана, спокойно стукая каблуками черных туфель по линолеуму палаты, подошла к кровати пациентки.
— Боже мой девочка моя — ужаснулся Владимир, заметив на тумбочки фрукты, которые он приносил ранее, дотронувшись ладонями теплых рук до плеч Оксаны обошел её подходя к кровати своей дочери — Да ты ведь почти не ела, что с тобой?
— Аппетита нет — изнеможенным от усталости голосом ответила девочка, поворачивая взгляд в сторону большого окна, жалюзи которого были наполовину прикрыты
— Владимир — обратилась Оксана к отцу этой девочки, присаживаясь на край кровати, рядом с её отцом — Ты позволишь мне послушать твою девочку, я заметила у неё признаки отдышки
— Да-да конечно Оксана — вежливо согласился он, в его глазах Оксана заметила, как он душевно переживает за свою дочь — Я очень рад, что ты взяла это дело под свой контроль, ведь тебя же здесь так хвалят
— Танюша — игнорируя его похвалу, обратилась Оксана к девочке — Ты не могла бы повернуться на бок и задрать больничную рубашку, чтобы тебя послушать, я только послушаю, ничего не буду делать — успокоила она пациентку, помогая ей аккуратно повернуться на бок
Девочка легонько попыталась приподняться на локти, в этот момент у неё начался кашель, кровь, что скапливалась в её ротовой полости, на небах, непроизвольно вылетела маленькими капельками на нижнюю часть халата Оксаны, попадая ей на чулки, забрызгав кожу ног. Непроизвольно вылетевшие в момент кашля капли крови попали на простынь кровати девочки, а так же на её белую медицинскую рубаху в которой она лежала под одеялом, краешек пододеяльника которого был тоже заляпан кровяной жидкостью.
— А вот это уже совсем интересно — выразила вполне серьезным голосом Оксана свое мнение, не обращая внимания на капли кровяной жидкости, что забрызгали её
— Простите, пожалуйста — тихим жалким шепотом засмущалась девочка, была готова будто уже заплакать, рухнула снова на подушку
— О боже Танюшка — испугался Владимир за свою дочь — Оксана прости, пожалуйста, она не хотела, встав возле кровати, он коснулся плеч её белого халата
— Тебя знобит — игнорируя банальные извинения, спросила напрямую Оксана — Я заметила у тебя на лице капли выступавшего пота
— Да есть немного — тихо отвернулась, ответила Танюшка, поджав губу от обиды, едва с большим трудом сдерживала копившиеся на её глазах слезы
— Танюшка успокойся — Оксана коснулась легонько её плеча — Все нормально я не обиделась
— Оксана прости, пожалуйста, я куплю тебе сегодня же новое платье — говорил Владимир, ярко выражая неудобство за случай с дочкой
— Да отстань ты! — возмутилась Оксана, отталкивая его руку с плеча — Танюша дай, пожалуйста, я тебя легонько послушай, не волнуйся, больно не будет — надевая стетоскоп, говорила она
«Хм… а вот это уже и действительно интересно, функциональные шумы, у этой девочки, есть какой-то явный порок сердца», предположила Оксана, прислонив ушко стетоскопа, выслушивая конкретный компрессионный шум, связанный с яркой недостаточностью сердечных клапанов.
— Что такое Оксана? — испугался Владимир, заметив с каким серьезным лицом, задумалась Оксана, стал расхаживать по палате, сжимая, разжимая пальцы рук, пытался снять как-то стресс — Ну же не томи, в чем дело?
— Ничего — возразила Оксана, убирая ушко стетоскопа от груди девочки, сняла его, оставив висеть на шее — Мы можем поговорить? — спросила она, вставая с кровати
— Да-да конечно — вежливо согласился он — Дай мне несколько минут попрощаться с дочерью?
— Я подожду тебя возле регистратуры — предупредила Оксана, направляясь к входной двери, в палату стукая звонко каблуками
— Хорошо — согласился он, присаживаясь на кровать к дочери — Вызови, пожалуйста, санитарок, пусть сменят белье моей дочери
— Обязательно — застенчиво улыбнулась Оксана, открывая дверь, игриво постукала по ней коготками пальцев, ощутила на бедрах вызывающий развращенную похоть взгляд этого мужчины
«Интересно, если это наследственное, раз убило одну из его дочерей близняшек, то сейчас поражает, возможно, сердце другой, выдавая себя за обычную простуду», размышляла Оксана, открывая дверь, перешагнула через высокий порог дверного проема медицинской палаты.

***
Открыв дверь бытовых помещений, Оксана заметила удивленные взгляды медсестер, что в это время пили чай на диванчике. Возмущенные взгляды девушек были готовы истязать нарушителя порядка, недоброжелательно оценивая Оксану. Аромат вкусного только что заваренного цейлонского черного чая распространился по всему этому помещению, свет лучей, солнца которого почти не проникал туда. На столике возле их бежевого скромного диванчика лежали в белом блюдце красивые аппетитные сушки, в маленькой вазочке несколько шоколадных конфет. Дым сигарет с фильтром распространял аромат розы по комнате, насыщая его своей изысканной прелестью благовонья.
— Оксана Владимировна — возмутилась одна из медсестер, хозяйка этого халата, разливая несколько капель чая с кружки на черную кофточку — Что случилось с моим халатом?
— А ты что не видишь — расстегивая пуговицы белого окровавленного халата, возмутилась Оксана, проходя по комнате в сторону большого пластикового окна — Может, очки наденешь и заодно сменишь белье в палате Ковалевой Татьяны
Пленительным движением бедер Оксана прошла мимо маленького столика, за которым пили чай девушки, кинула к ним на стол карту с анамнезом девочки. Приглушив гнев девушек чарующей красоты милой ухмылкой, чудесным движением взмахом руки распушила кончиками пальцев свои волосы, придавая им невероятно сексуальный золотистый объем. Несколько не стесняясь своего распутства, Оксана выражала в своем шаге, когда так красиво сгибала ногу в колено изящную красоту бедра, словно специально стала своим поведением напрягать девушек.
— Что опять? — разъяренно выразила свое недовольство другая белокурая девушка, поставив кружку с чаем на стол, проливая несколько ароматных цейлонских капель с кружки на его поверхность — Вот было уже с утра
— Хм… интересно — прислонила Оксана кончик коготка указательного пальца к губам, слегка его прикусила с задумчивым видом, скинула с себя на пол белый окровавленный халат — Значит это уже не первый случай кашля с кровью, плюс температура, плюс озноб, белый цвет кожи….
— Оксана Владимировна, что вы делаете? — выражая недовольство на милом смазливом личике, возмутилась девушка, заметив, как небрежно Оксана скинула с себя её халат на пол
— А что тут такого, ну уберешь — ухмыльнулась Оксана, подходя медленно к дивану
— Ваши чулки Оксана Владимировна — заметила белокурая девица, капли крови на чулках Оксаны
— Да и ноги — подметила другая уже девушка, с темными каштановыми волосами сильно засмущавшись, когда Оксана села рядом с ней
— Я знаю — недовольно возмутившись их пафосной внимательности, буркнула Оксана сев на диван, скинула с ног черные туфли — Дай мне лучше салфетку
Медленно соблазнительным движением нежная резинка чулок начала перемещаться вниз, обнажая прелесть бархатистых ног Оксаны, придавая их на обозрение двум молодым милым девушкам. Столь нежно стала обтирать бумажной влажной ароматной прелестью ванили салфеткой ноги, постепенно стирая с них частички крови, чем вызвала у девушек изощренную возмутительную кривизну губ, что в отвращении смотрели на это. Выкинув салфетку в рядом стоящую пластиковую урну, Оксана принялась вновь надевать на себя черные туфли, вдыхая приятный аромат ванили с обнаженных от чулок ног.
— Пойду поменяю белье этой девочки — с извращенной кривизной губ прошипела недовольно белокурая девица вставая с дивана, затушила свою сигарету в стеклянной пепельнице
— Да и назначьте ей диуретики с антигистаминными средствами
Распорядилась Оксана, вставая с дивана любуясь излюбленной прекрасной прелестью обнаженных ног
— И вот еще что — предупредила Оксана, внимательно вынуждающим повиливающим взглядом на девушке, что подходила к входной двери — Тихонов ничего не должен знать об этом, вам ясно — грозно поставила их в известность она
— Разумеется, Оксана Владимировна — недовольно буркнула белокурая молодая девица покидая помещение тихо закрыла за собой дверь
— Дорогая — обратилась к темноволосой девушке Оксана, снимая с вешалки со шкафа красный короткий плащ — Занесешь карту девочки в мой кабинет — ласкаясь о нежность материи красного плаща, повелительным тоном попросила она
— А вы разве сами не можете это сделать — огрызнулась девушка, нервно затушив бычок сигареты в стеклянной пепельнице — Или у вас клиника?
— У тебя сейчас будет клиника дура — прошипела змеей на неё Оксана, бросив на девушку недовольный взгляд, направилась к входной двери
— Не думайте что вам Оксана Владимировна все будет так сходить с рук — откидываясь на спинку дивана предупредила девушка, держа в руках белую керамическую кружку
— Смотри как это легко у меня получается — стервозно улыбнулась Оксана открывая дверь, согнув одну ногу в колено изящно выставила на показ красоту своих бедер — А теперь дорогуша прошу меня извинить, но мне нужно идти — словно насмехаясь над девушкой чмокнула она губами перешагивая через порог открытой двери
«Еще одна тупица», закрывая дверь за своей спиной, оскорбительно подумала Оксана о девушке.
Пропитанный спертым душным воздухом больничный коридор был полон пациентов клиники и медсестрами, что ходили с кабинета в кабинет, перенося карты перенося, таким образом, карты пациентов. Бесконечные возгласы из-за наглости некоторых постояльцев клиники, привели к шумной накалившейся атмосферы одной из бабулек, что уже хотела пойти в бой с тростью, лишь бы отстоять свое право посетить врача в порядок своей долгожданной очереди. Задорный смех некоторых медсестер немного завел в Оксане чувство легкой похоти, а короткий халат, что оголял их прекрасную прелесть ног, еще больше возбудил чувства сексуального голода.
— Оксана Владимировна, какая удача….
К удивлению Оксаны, Оксана услышала, проходя мимо стойки регистратуры в фойе больницы голос Эдуарда Иннокентиевича, заведующего отделением скорой помощи.
— Как раз хотел вас спросить, как ваш пациент, что поступил сегодня ранним утром в отделение скорой помощи, вам удалось установить причину его обморока?
— Как раз хотела у вас узнать — застенчиво улыбнулась Оксана, заметив из коридора, что выходил из детского отделения Владимира — Какой восхитительный у вас парфюм — быстро сменила она тему продолжая улыбаться, прошла мимо этого мужчины
— Оксана Владимировна — схватил Эдуард Иннокентиевич за руку Оксану — У вашего пациента была сильная брадикардия, так доложили мне с бригады фельдшеров, что принимал вызов
— Эдуард Иннокентиевич — возмутилась сильно Оксана такой выходкой, но сохраняя терпением под маской восхитительной стеснительной улыбки, застенчиво улыбнулась ему в ответ — Моя команда врачей уже занимается этим мужчиной, вот сейчас в данный момент они проводят ему ЭхоКГ, но ведь не буду я участвовать при такой банальной простой процедуре
— Да действительно — согласился он отпуская руку Оксаны — Дайте знать, как решите эту головоломку
— Обязательно Эдуард Иннокентиевич — радушной ослепительно прелестью улыбки ответила Оксана, повернувшись к нему спиной, направилась к мужчине, что шел к ней на встречу
— Оксана — вполне серьезным голосом обратился Владимир, когда они отошли к большому окну, возле входа в больницу — У Танюшки не спадала всю ночь температура 38,7 градусов, но сейчас спала чудесным образом до 37 градусов, как это может быть?
— Если ты мне поможешь в этом деле — коснулась Оксана его руки кончиками пальцев, когда он положил её на подоконник окна — Я возможно смогу узнать чем больна твоя девочка
— Но как я тебе могу в этом помочь? — удивившись сильно, спросил он, серьезным взглядом посмотрел на Оксану
— Я ведь не просто так взяла это дело — переводя дух, Оксана смотрела в его глаза вынуждающим взглядом — Скажи, от чего умерла твоя первая дочь, они ведь с Танюшкой были близняшками?
— Откуда ты….
— Просто ответь — Оксана прислонила указательный палец к его губам, словно повиливая его психикой, еще раз повторила вопрос — Что произошло с одной из твоих дочерей, где твоя жена или та кто тебе их родила, без этой информации я не смогу узнать причину, пойми, я хочу помочь
— Да-да я понял — словно как мальчишка, вновь поддался мастерству обольщения Оксаны — Но давай мы поговорим об этом в более уютной и удобной для нас с тобой обстановке
— Это тебе дорого будет стоить — кокетливо Оксана пригрозила ему указательным пальцем
— Начнем сразу с платья? — предложил он, взяв Оксану за руку, поправил воротник черного драпового пальто
— С ресторана — внесла свои поправки в распорядок Оксана, направляясь к входной двери больничного здания — Я очень сильно голодна — заявила она, проходя мимо мужчины, когда он открыл дверь перед ней
Обогащенный легкой весенней свежестью воздух, веял легкой морозящей прохладой, гармонируя с теплыми согревающими лучами солнца, словно в танце дикой страсти стихии, сгущая пестрые облака на голубом небе. Колебание голых веток деревьев в парке возле больницы, больше напоминали вальс, пение птиц докучали своим воркованием, собираясь в стаю на асфальте возле больничной парковки, так рьяно что-то обсуждая между собой. Парочка подростков сидела на лавочке, договариваясь о каком-то очень важном деле, связанным с опушкой, где проходила главная федеральная трасса.
— Через пару дней прикинь, уже начнутся гонки на опушке леса — обратился один из парней к другому — Вот было бы неплохо посмотреть
— Да ты что — ужаснулся его товарищ, потирая ладонью руки мокрый снег на синих джинсах, в районе белых кроссовок — Это же закрытое соревнование, нашим деревенщинам там точно не места, да и тем более на чем
— Ну у нас ведь тоже есть и свои корыта
— Вот именно корыта — подтвердил его товарищ, стряхивая мокрые частички снега с ладони
«Блядь Романов ничего не говорил мне про гонки!», возмутилась, проходя мимо подростков Оксана, держась за руки со своим кавалером.
— Оксана…!
Отвлек от мысли Владимир, когда они проходили мимо огромного тополя, что своими голыми могучими ветками загораживал свет проникающих лучей над деревенским парком.
— Откуда ты узнала про мою первую дочь? — спросил он, прижимая Оксану к себе ближе держа так приятно и крепко за руку
— Ты правда хочешь узнать — ухмыльнулась Оксана хитрой стервозной улыбкой — Или может сам догадаешься? — вдыхая глубоко, через прелестно открытые алые губы, свежеть деревенского чистого воздуха, спросила она
— Нет ну все же — настойчиво спросил он, улыбнувшись взаимной симпатией в ответ, так приятно теребил подушечкой большого пальца обратной стороны ладони Оксаны — Откуда ты узнала про то, что у Танюшки была сестра близнец? — повторил он свой вопрос, скрывая явно свой взгляд глаз
— От чего она умерла? — спросила Оксана, наслаждаясь приятной свежестью пропитанного сыростью деревенского воздуха
— Давай я обещаю тебе рассказать об этом дома — предложил он, застенчиво улыбнувшись Оксане, но все же продолжал скрывать взгляд
— Послушай я пойму, если вы со своей женой где-то недоглядели — предупредила его Оксана, остановив его, обошла спереди и встала с ним лицом к лицу — Но я никак не могу понять, почему ты сразу со мной не связался, как только Танюшка попала в больницу, почему ты думаешь, что это грипп
— А я не думаю что это грипп — снова играя в прятки взглядами, отвел он, посмотрев в сторону таившего снега на асфальтном покрытии, будто там интереснее, чем блеск лучезарных голубых лазурных глаз Оксаны
— Тогда что?! — настойчиво истязая себя любопытством, поинтересовалась Оксана — Что вы просмотрели?
— Давай поговорим об этом у меня дома
— Хм… как знаешь — согласилась Оксана, радушно улыбнувшись мужчине, что стоял перед ней в ответ — Но знай, я просто так от тебя не отстану
— А я и не прошу — улыбнулся снова он такой прекрасной улыбкой, что пленил Оксану своим радушием
«Блядь какая улыбка, но все же сука скрытный, придется его разговорить» подумала Оксана об его улыбки, мечтая в голове скорее слиться с ним губами воедино.
Весенней свежестью прохлада порыва нежностью ветра обдувала тело Оксаны, пытаясь из-за всех сил проникнуть под одежду, придавая нежной ласки свежести приятного деревенского воздуха. Пение птиц, шум веток, что танцевали танго в гармонии с ветром, даже шелест листвы с опушки хвойных деревьев, что гулом разносился по всей деревни, манил к себе своим благоуханием и прелестью прекрасного природного звучания. Направляясь с мужчиной по алее центрального, деревенского парка, Оксана наслаждалась чистотой этого воздуха, сыростью таившего снега, запах начинающей цвести листвы деревьев, прелестным звучанием шелеста голых веток тополя. Вдыхая глубоко насыщенной прохлады воздух, Оксана, будто специально демонстрировала перед мужчиной, что просто шел рядом с ней прелесть своей роскошной пышной груди, шикарно вдобавок ко всему этому сочетанию выражала красоту эластичных бедер. Искушая себя в природной гармонии с природой этого воздуха, Оксана придавалась ласки его легких нежных порывах, погружая свое сознание в единство страсти с этим мужчиной. Оксана представляла, как он бы овладел её телом, как повиливал ею. Мечтая об искушенном эротическом разврате, Оксана мечтала, как этот самце, вынуждал её стонать громкими стонами, истязая себя пучиной сексуальной страсти, которой он мог бы заглушить её голос, слившись воедино с ней губами в жарком пламенно поцелуе.



***
Поднимаясь по ступенькам вновь этого дома, любви и соблазна романтических приключений, Оксана звонко стукала по ступенькам лестницы выполненных из дуба. Глубоко вдыхая изысканную силу аромата диких роз, Оксана была сильно удивлена тем, что мужчина, что шел за ней следом, очень сильно восхищался прелестью запаха этого цветка. Шикарные бедра Оксаны, будто сами изнывали по прикосновению мужских рук, когда она так красиво вертела попкой, сгибая ногу в колено, поднимаясь на второй этаж этого дома. Роскошные картины в позолоченных рамках украшали интерьер этого дома, расположились на стене, придавая прекрасную изюминку обстановки романтики, что больше всего поразило Оксану, постоянно на этой картине была темноволосая женщина с прекрасными длинными волнистыми локонами и зеленоглазым коварным взглядом.
— И так — поднявшись на второй этаж дома, обратилась Оксана к мужчине, что поднимался за ней следом — Ты обещал мне рассказать, о том, что случилось с твоей одной из дочерей?
— По-другому ты не отстанешь?
«Нет, он, что совсем дебил, какие тут могут быть блядь вопросы, когда дело касается, его единственной дочери», едва сдерживая порыв накапливающейся ярости, чуть не сорвалась Оксана, успокаивая себя звоном коготков по маленькому стеклянному столику, что был расположен сразу же справа от лестницы.
— Мне нужно знать Владимир — дотронувшись ладонью руки до чудесной дикой розы, что стояла в белой керамической вазе — Что случилось с твоей первой девочкой?
— Если ты наденешь платье, которое я для тебя приготовил — говорил мужчина, проходя мимо Оксаны, дотронувшись легонько кончиками пальцев ладони руки до её талии — Я тебе все дословно расскажу
— Хм… — нахмурила кокетливо губки Оксана — Если только платье будет не слишком уж откровенным
Показывая этому мужчине роскошную прелесть бедер, прошла по гостиной на втором этаже, согласилась Оксана на условие.
— Оно как раз и будет слишком откровенным для нашего с тобой свидания — направился мужчина в открытые двери комнаты
— Ты меня заводишь — расстегивая пуговицы красного плаща застенчиво улыбнулась Оксана, хотела успокоить кончиками пальцев другой руки ноющий от боли губы влагалища — Ладно хорошо, надеюсь наше с тобой свидание не будет слишком уж долгим
— Ты куда-то спешишь?!
Послышался голос Владимира с открытых дверей комнаты, в которой было действительно темно, шторы, на окнах которой были плотно прикрыты. В самой гостиной, окна которой выходили на темную сторону дома, вид из которых открывался на прекрасный сад фруктовых деревьев, шторы были задвинуты почти полностью, оставляя лишь маленький просвет, для проникания через них частичек света. В воздухе царила атмосфера душного и спертого воздуха, насыщенного сладостью прелестных диких роз, ароматом красного вина, сладостью черного шоколада, На полу до сих пор сохранилась одежда Оксаны, в которой она была в этом доме несколько дней назад, мужчина опустился настолько, что даже не следил за домом. Громадные полки с книгами, что находились по периметру гостиной, были покрыты тонким слоем пыли. Однако Оксану удивило то, что столик, за которым они сидели, был накрыты чистой и свежей красной скатертью, возле которого находилось два красивых деревянных стула, выполненных из красного дерева.
— Боже мой — удивилась Оксана, увидев на вешалке платье, что нес для неё Владимир — Оно ведь не в какие рамки не лезет ты что, чье оно?
— Оно моей жены — ответил он скрытой, проходя по гостиной, распущенностью голоса
— А где сейчас она? — спросила Оксана, положив красный плащ, что так красиво сняла его с себя на маленький стеклянный столик в гостиной
— После м… — замедлился он, словно не знал, что и ответить — Она ушла от нас, бросила нас с Танюшкой
— И ты все это время не мог найти ей достойную замену? — удивилась Оксана, ощущая жар на теле от душной обстановке, начала в спешке расстегивать пуговицы белой кофточки
— Я думаю, что уже нашел — заявил он, вручив в руки Оксане платье с вешалкой — Можешь переодеться в комнате, я тебя не побеспокою — дотронулся он указательным пальцем до её губ, не давая возможности даже возразить
— Я просто хотела у тебя спросить — тихо прошептала Оксана, когда он убрал палец от её губ — Что эта у тебя огромный стеклянный стол стоит, с двумя высокими подсвечниками вместе со свечами, над которым весит большая хрустальная люстра, да еще и посыпан лепестками роз
— Ах… это — забавно рассмеялся он, прикрывая рот рукой — Думаю тебе тоже там понравиться
— Предпочитаю лучше кровать — возразила Оксана, направляясь в спальню, шикарно покачивая бедрами
Мужчина как будто специально все просчитал, насытив воздух сладостью приторным посторонним запахом, что пленил к себе при каждом вздохе. В темной спальне, свет которой вообще не проникал, кровать уже была застелена белыми простынями, однако одело было скомкано на постели. Простынь на кровати, была волнами смята в море загадочной бушующей страсти аромата дикой розы, что пропитала её своей изысканностью чудесного запаха.
— Блядь тут как бы не споткнуться — тихо прошептала Оксана, зацепившись о что-то на полу каблуком черных туфель — Как он тут живет в такой тьме — удивилась она кинув вешалку с платьем на ковать, встала возле неё
— Оксана я пойду принесу накрою нам с тобой на стол — доносился голос этого мужчины со стороны гостиной
— Хорошо — ответила Оксана, поправив юбку села на кровать — Блядь да оно же без бюстгальтера
Несколько продолжительных минут, Оксана потратила на то, чтобы остаться в одном нижнем кружевном белье, скинув всю с себя одежду на пол возле кровати. Ласкаясь бедрами на простыни на кровати, Оксана нервно ерзала бедрами не решаясь снять бюстгальтер. Лобок и влагалище ужасно болели, заставляя медленно и нежно покусывать губу, Оксана все же завела руки за спину, расстегнула застежку свое красного кружевного бюстгальтера. Нежность оков бюстгальтера ослабла, а чарующая ласка пленительных чашечек бюстгальтера, стала медленно отдаляться от розовых сосков груди Оксаны, придавая их гармонии теплого воздуха в комнате.
— Владимир, может, подберешь мне другое платье? — спросила Оксана, прикрывая грудь ладонями рук крест на крест, чуть наклонилась сидя на кровати, чтобы видеть обзор гостиной
— А чем тебе это не устраивает?
Ответил он вопросом на вопрос, оставаясь в гостиной, после чего послышался швырк зажигалкой и из гостиной доносился яркий свет пламени горящих восковых свеч.
— Да оно же слишком откровенное — обиженно Оксана надула алые губки
— Ну и что — возразил он, так же громко ответив с гостиной, чиркая зажигалкой, чтобы зажечь другую свечу — Я может, хочу чтоб ты была в нем без нижнего белья — заявил мужчина вполне серьезной интонацией своего голоса
— Я заметила
Тихо выразила недовольно ответила Оксана, скривив от отчаяния губы, взяла вешалку в руки увидела на и без того коротком платье шикарный вырез со стороны бедра, который просто никак не сочетался с нижним бельем.
— Ну, так что ты его оденешь? — спросил он, не услышав ответа Оксаны
— Хм… а разве у меня есть выбор? — ответила Оксана, ощущая жуткий осадок от боли прижатия пальцев девушки, что оступилась в преддверье больничных дверей
«Блин надеюсь, до секса дело не дойдет», покусывая губу, Оксана встала медленно с кровати и подняла вешалку с платьем с постели, сексуально при этом изогнула спину, принялась надевать на себя это черное короткое мини платье.
Черная нежная материя шелкового платья чудесно скользила по обнаженной коже спины Оксаны, доставляя блаженное прохладное удовольствие от соприкосновения. Ласка его чарующей нежностью материла, завоевала разум Оксаны, оставляя по мере своего сползания вниз по телу прекрасный пленительный осадок. Увидев в отражении зеркала комнаты, как смотрится это платье на теле, Оксана сама предпочла снять с себя оставшиеся нижнее белье. Резинка красных кружевных трусиков принудительно скользила вниз под действием пальцев Оксаны, когда она, любуясь своим отражением в зеркале, роскошно виляла бедрами, снимая с себя их. Ощущая нежность теплого воздуха на ноющем от боли влагалище, Оксана прикусила нежно губу, перешагивая через трусики, что лежали на полу, звонко стукая каблуками туфель по паркету пола.
— Тебе это дорого будет стоить — заявила Оксана, остановившись в проходе открытых дверей комнате наблюдала, как мужчина накрывал посуду на стол
— Я думаю, что я расплачусь с тобой — ответил Владимир, вворачивая штопор в пробку бутылки с красным вином, что держал в руке стоя возле стола
— О… нет — Оксана отразила его ответ игриво пригрозила ему указательным пальцем — Я с тебя за эту наглость, что ты так решил меня раздеть, таким образом, ой как сейчас спрошу
Говорила Оксана, вышагивая по гостиной звонко стукая каблуками черных туфель по полу, прекрасно при каждом шаге показывала изысканную красоту всего своего тела. Чашечки этого платья едва вмешали в себя сексуальный бюст Оксаны, надежно и крепко сковывая его своими оковами. Игристое пламя от свеч, горящих в гостиной, ярко и четко отражалось лазурных голубых глазах Оксаны, переливаясь разными десятками оттенков, скрывая распущенную сексуальную похоть. Поток горячего воздуха от горящих свеч теплотой нежности ласкал спину Оксаны, которая была полностью открыта до талии, обнажая напоказ спину шикарным декольте.
— И даже не мечтай на что-либо — предупредила его Оксана, подходя к стулу возле накрытого стола, коснулась легонько пальцами его спинки — Пока мне все не расскажешь как на духу
— Обязательно Оксана — любезно согласился он, выдергивая пробку из бутылки с ввернутым в неё штопором — Ты останешься со мной до утра?
— Хм… а это уж как получиться — улыбнулась Оксана, отодвигая стул от стола — Да его даже поправлять не надо, зачем ты заставил меня, его одеть? — возмутилась она, присаживаясь на стул, показывая прелестную красоту своих эластичных бедер
— Оно прелестно на тебе сидит — похвалил Владимир, взяв стеклянный бокал в руки, начал его наполнять вином из бутылки
— Как на дешевой шлюхе — опустила голову Оксана, тихо шепотом выразив своё мнение
— Ты считаешь мою бывшую жену дешевой шлюхой? — рассмеялся он нисколько по мимике его лица не обидевшись на такое строгое заявление
— Про твою жену я молчала — засмущалась Оксана за собственные бурно наболевшие эмоции
— Да ладно — успокоил он Оксану, поставив перед ней полный бокал вина — Она действительно сильно изменилась после смерти дочери, я её даже не узнал
— Давай опустим эту драму банальных событий — предложила Оксана, любуясь чудесной прелестью фруктов на столе — Меня интересует только суть, что убило твою дочь
— Мы думали, что это просто простуда — говорил он с тяжестью сожаления голоса, присаживаясь на рядом стоящий с Оксаной стул — Но болезнь постепенно прогрессировала, даже не давая нам времени опомниться
— Владимир дальше — настойчиво твердила Оксана, отрывая виноград с большой кисти, что лежал в стеклянной вазе на столе — Насколько быстро прогрессировала болезнь
— Через полтора месяца дочь умерла, отказ легких…
— Владимир — сексуально положила виноград в раскрытый губам рот, перебила его Оксана — Что показало вскрытие, мне нужно знать, что убивает твою дочь, которую еще можно сейчас спасти
— Прости Оксана — с горечью душевной боли в голосе прикрыл он ладонью лицо — Я не могу сейчас об этом говорить
— Блядь, а когда можешь?
Психанула Оксана, чуть не опрокинув, наполненный бокал с вином со стола, проливая несколько капель вина на красную скатерть, вскочила резко стула, посмотрев на мужчину разъяренным бешеным взглядом.
— Ладно, хорошо — согласилась Оксана, заметив его уныние — Я буду называть симптомы болезни, ты просто говоришь да или нет, согласен?
— Давай попробуем — согласился мужчина, скрывая взгляд ранимых глаз, стал жадно наполнять бокал вином
— Как на счет «лихорадка» — учитывая симптомы, что Оксана видела в палате Танюшки, вынесла она свою версию — Лихорадка это, общая реакция организма при многих заболеваниях, в основе, которой лежит нарушение теплового баланса, в связи, с чем повышается «температура тела»
Пояснила Оксана этот медицинский термин для этого мужчины, сидя на стуле, положила ногу на ногу, открывая прелесть роскошного бедра со стороны выреза. Медленно отклоняясь на спинку стула, Оксана ощутила нежность этого материала, из которого была выполнена спинка стула. Соблазнительно облизывая губы, кончиком языка, оставляя на них щедрый слой слюны, Оксана медленно поднесла бокал наполненный вином к своим губам.
— Думаю да — согласился мужчина, ответив на такой серьезный вопрос слишком уж скромно, с жадностью начал глотать вино с бокала
— Владимир — возмутилась Оксана, заметив, как сильно он хочет напиться — Вы мне еще нужны трезвым, есть еще парочка нерешенных вопросов
Владимир с проницательной жадностью пил вино, стараясь напиться до беспамятства, Оксане казалось больше, что он старался заглушить боль, которая терзает его скорбью по умершей и умирающей сейчас, живой дочери. Пытаясь подражать примеру этого мужчины, Оксана стала насыщать изобилием сахарной горячей сладостью красного вина свой рот. Бархатистый вкус этого вина играл в чудесной гармонии со слюной Оксаны, обрабатывая ласкающей нежностью соприкосновения с поверхностью слизистого языка, отображал в себе загадочный тонкий вкус, который она не смогла распознать. Особо прекрасный вкусовой оттенок этого загадочного эликсира таил в себе опасное сексуальное сочетание страсти. Насыщенный аромат, которого завораживал сладостью, напоминающий чем-то прелесть земляники, от чего это вино получается невероятно вкусным. Жадно глотая вино, Оксана пролила несколько капель чарующей сладости с губ, в плавном падении пленительные сладостью оттенок сладости пленительной прохладой коснулся обнаженной кожи груди Оксаны, от чего она, ощущая легкий холод влаги на коже, сладко застонала, глотая залпом с бокала вино.
— А вот ты мне — задыхаясь от нехватки воздуха, отрываясь пустого бокала, говорил Владимир, медленно опуская бокал на стол — Ты мне трезвая не нужна
Улыбнулась Оксана, представляя, какие эротические вещи с ней мог бы совершить этот зверь, ощутила, как от чарующей, пленяющей похотью улыбки с алых мокрых губ сочились струйки вина, плавно падая на грудь. Нежность сексуального стона, которым изводила себя Оксана в этот момент, ощущая прохладу чарующих нежности капель красного вина, что стекали медленно по груди, делали влажным не только платье. Отрывая влажные пропитанные сахарной прелестью красного вина губы от пустого бокала, Оксана с жадностью хватала ртом воздух, пытаясь вдоволь насытиться после долгой затяжной его нехватки. Сладкая прелесть этого эликсира, оставшаяся на алых пленительным оттенком губах Оксаны, переливалась игристыми тонами цвета отблесков, при падающих на них ярких тонов света от горящих в гостиной свеч.
— Сейчас еще наполню тебе бокал
Заявил мужчина, вставая со стула, едва держась уже на ногах, взял наполовину пустую бутылку со стола и подошел к стулу, где сидела Оксана медленным качающимся шагом.
— Нет! — возразила Оксана, выставив пятерню всей ладони руки перед этим мужчиной, опустив голову, пыталась отдышаться — Сначала ты мне все расскажешь
— Хорошо — любезно согласился он, начал наполнять пустой бокал Оксаны вином — Что ты хочешь от меня услышать?
— Что еще помимо температуры — спросила Оксана, переводя дух, ощущая чудесную гармонии сладости во рту — Например, озноб, тошнота, слабость, потеря аппетита, раз с легкими говоришь, ну скажем, девочка нуждалась в аппарате ИВЛ? — говорила она поспешно, нервно покачивая ногой
— Помню тока, что у неё был мучительный сухой кашель, как будто все внутри там терлось что ли
— А с почками? — спросила Оксана, почувствовав как вино внутри неё начало постепенно прогревать — У неё отказали почки? — настойчиво сверлила она его своим любопытством улыбаясь распущенной пьяной улыбкой
— Прошло много времени Оксана — ответил он, увиливая от темы, настойчиво протягивая полный бокал вина Оксане — Мне и так тяжело вспоминать все эти события
— Владимир послушай — положила Оксана свои руки на мужские руки, что держали перед ней бокал с вином, посмотрела на него снизу вверх — Помогая мне, ты помогаешь своей дочери, которую еще можно спасти
Оксана пыталась образумить пьяного мужчину, рассказать ей все, но вместе с этим бокал наполненного вина под принуждением его рук медленно приближался к её губам. Повинуясь воли этого самца, Оксана открыла рот, ощутила холодное стекло на своих губах. После чего закрыв глаза, почувствовала, как сладкая сахарная прелесть вина наполняет рот Оксаны, сливаясь в чудесной гармонии с её слюной. С дикой звериной жадностью Оксана глотала вино, сладко постанывала в этот момент, открывая глаза, стала медленно приподниматься со стула.
— Девочка моя — ласково говорил мужчина, проводя рукой по волосам Оксаны — Я тебе все расскажу, но завтра
— Владимир — отрываясь вновь от бокала вина, оставив его наполовину пустым, жадно глотая воздух, произнесла с нежным стоном в груди Оксана имя этого мужчины — Я должна все знать, ты понимаешь? — ощутила она, как крепкая мужская рука обвила её талию
— Я понимаю — согласился он, играя с Оксаной в любезности, поставил измазанный помадой бокал с вином на стол — Но завтра…
— Но я хочу сейчас…
Заявила Оксана, улыбаясь пьяной кривой улыбкой, освобождаясь игривой необузданностью из объятий мужчины, подошла к стеклянному большому столу, на который падали отраженные от большой хрустальной люстры над ним языки отблеском пламени горящих свеч в гостиной. Отчетливо выражая в каждом своим движение свою непокорность, сгибала ногу в колено, показывая эластичную прелесть бедер. Опираясь руками на поверхность стеклянного стола, Оксана выгнула спину, выставив бедра назад, эротично стала вилять попкой перед этим зверем, что как лев с хищной пленяющей сексуальной страстью подходил к ней сзади. Мужчина, находясь под сильным алкогольным опьянением и поддавшись сокрушительным эротическим чарам Оксаны, в спешке стал расстегивать пуговицы белой рубашки, в которой он был.
— Я требую даже сейчас — повиливающим голосом говорила Оксана, обернувшись, посмотрела на мужчину, который с нежностью мужских крепких рук обхватил её бедра — И немедленно!
Подтвердила Оксана свою настойчивость, громко топнув каблуком черных туфель по паркету в гостиной, чувствуя как пальцы одной руки мужчины, пытаются плавно преодолеть границу выреза на бедре. Другая рука этого мужчины, начала медленно пленительной властью движением руки тянуть за застежку молнии сзади платья. Завораживающие горячие обжигающие дыхание самца под ухом Оксаны, сводило с ума от чего стенки влагалища стали насыщаться влагой возбуждения.
— М… зачем?! — застонала Оксана, сладко сексуально облизывая губы
Оксана ощутила на обнаженной пышной груди, с которой скатилась черная легкая ткань платья вниз, всю пятерню мужской руки.
— Потому что я так хочу — заявил мужчина, шлепнув Оксану ладонью по бедру, оставив едва видный розовый след на коже
Оксана легонько взвизгнула, стиснув зубы, стерпела с эротическим оскалом губ этот удар по бедру, ощущая с какой жадностью, он массировал её ляжки. Медленно завораживающим прикосновением движением черное мини платье, скатилось с талии Оксаны по ногам и плавно упало на пол, оставляя чарующий осадок, после нежного соприкосновения материла с её кожей. Покусывая нервно губу, Оксана боялась, чтобы этот свирепый возбужденный сексуальной возбудимостью лев, не начал трогать ноющее сильной болью влагалище. Крепкая мужская рука разминала с голодной дикой страстью её грудь, надавливая подушечками пальцев на нежную бархатистую кожу бюста Оксаны.
— Нет! — возразила Оксана, ощутила, как его пальцы постепенно коснулись больного место, вынуждая её, стиснув зубы терпеть боль прикосновения его пальцев на мокром пропитанном влагой влагалище — Нет, я сказала!
Пытаясь впиться когтями в стекло поверхности стола, возле которого она стояла, процарапала по нему ногтями, производя ужасный скрип.
— Но я хочу! — выразил он настойчивость своего желания голосом сексуального звериного возбуждения
Оксана ощутила жар ладони на своем влагалище, но громко закричала от боли, когда почувствовала подушечки его пальцев на своем больном лобке.
— Да что такое то?! — возмутился жестокий самец, когда Оксана закричала диким истерическим криком
Отдавшись с разъяренным громким сексуальным криком, впала спиной в объятия этого самца, Оксана не переставала кричать от боли, пока мужчина пальцами крепкой руки жадно насиловал её лобок круговыми доставляющими боль движениями. Шикарно раскрывая рот в момент крика, Оксана выражала сексуальную возбуждающую форму губ, которые держала открытыми перед горячими возбужденной дикой необузданной страстью губами этого льва, с которых несло звериным перегаром сахарной сладости вина. Выгнув спину Оксана, прижимаясь спиной к мощной, пропитанной потом груди мужчины, запрокинула голову к нему на плечо. Мужчина медленно освободил Оксану из своих объятий, после чего послышался щелчком бляшки ремня его черных брюк.
— Ты чего так кричишь? — удивился он, расстегивая ширинку черных брюк
— Да дура одна заехала мне рукой прямо по лобку
Выразила Оксана свое недовольство, нервно от пережитого волнения покусывая губу, жадно растирая ладонью руки больное место, стиснув при этом зубы от легкой расслабляющей боли. Находясь в такой максимально близости, смогла распознать аромат духов коллекции «Hugo Boss», которым было щедро пропитано его тело. Головокружительные ноты этого чудесного аромата имели пленительное сочетание зеленое яблоко, грейпфрут и конечно же базилик, вкус которого Оксана обожала на теле мужчин. Прекрасная сокрушительная решительность гармонии запахов в этом мужском парфюме сносила голову загадочными сердечными нотами прелести герани, жасмина и шалфея, воплотила всю изюминку этого вкусового аромата мужского одеколона.
— Ты такой требовательный Владимир — улыбнулась Оксана распущенной сексуальной прелестью улыбкой, подходя медленно к мужчине шикарно покачивая бедрами — Ты знаешь, чего хочет женщина
— Потому как чудесно светятся твои глаза — заметил Владимир искорки отражаемого игривого пламени свечи в глазах Оксаны — Я знаю, чего ты хочешь — снимая с себя обувь, говорил он возбуждающей интонацией собственного голоса с тяжелым от возбуждения дыханием в груди
— Еще один бокальчик вина выпить в твоих объятиях — заявила Оксана, снова подходя к стеклянному столу — И конечно же кисть винограда с твоих рук, которую буду я есть на этом столе
Провела Оксана коготком указательного пальца по стеклу стола, повернувшись к мужчине, опираясь бедрами ощущая легкий холодок на поверхности стеклянного стола.
— И хочу я это именно сейчас — приказным тоном повиливала Оксана, обращаясь к мужчине, что уже наполнял остатками вина с бутылки пустой измазанный помадой алых губ бокал
— На счет бокальчика вина — изъявил желание Мужчина, наполнив стеклянный бокал до краев — Я хочу, чтобы ты выпила его с моих рук и стоя, повернувшись ко мне спиной
— Хм… очень заманчивое предложение
Сексуально облизывая кончиком языка пропитанные сладостью вина губы, оставляя на них щедрое изобилие слюны, согласилась Оксана. Улыбнувшись ему развратной прелестью улыбки, Оксана направилась медленным шагом к мужчине. Жестом необузданной возбудимой похотью желанием, Оксана шикарно покачивала бедрами, массируя аккуратно пальцами сочную притягательную к себе грудь. Другая рука Оксаны, обольщала жаром ладони её бедро, на котором еще все красиво сохранился розовый оттенок пятерни мужской руки после шлепка по ним.
— Еще как заманчивое — подтвердил он, взяв за руку Оксану, словно как будто в танце страсти легким жестом повернул её к себе спиной
— Ты так горяч — заметила это Оксана, утопая спиной в его руках встав возле столика — И так непредсказуем — ласкаясь спиной о его грудь, простонала стоном сладости похоти она, возле губ мужчины изнывая по поцелую в такой максимальной близости возле его губ
— А ты так необузданно передо мной
Играя в банальности комплементов, провел он свободной жаркой ладонью руки по животу Оксаны, медленно другой рукой подносил к её губам бокал с вином. Прижимаясь попкой к его гениталиям, Оксана почувствовала своими ягодицами как мужчина, что медленно начал вливать в ей в рот вино с бокала был сильно возбужден. Чарующая оттенками сладости страсть земляники красное вино наполняла сахарной обворожительностью рот Оксаны, играя в гармонии с её слюной, возбуждало дикий необузданный соблазн сексуального искушения.
— Тише-тише девочка моя — одарил он губами жарким поцелуем шею Оксаны, когда она извиваться в его мужских оковах, почувствовав между ягодиц крепость его гениталий
Оксана с закрытыми глазами жадно пила вино с бокала, делая большие глотки, несколько капель красного сахарные липкие капли вина просочились с алых мокрых губ. Завораживающая прохладой влага нежно скользила с подбородка Оксаны, падая в плавном падении на обнаженную пышную грудь. Оксана сжимала аккуратно подушечками пальцев грудь, пока другой положила пылающую жаром ладонь руки на бедро мужчины, что стоял позади, прижалась плотно к нему спиной. Согревающая прелесть сладости вина начала прогревать тело Оксаны и без того охватившегося жаром стихий страсти.
— М… ты так нежен — отрываясь от пустого бокала жаркими, пылающими сексуальной похотью губами, простонала Оксана, почувствовала жар его руки на животе
— Исключительно тока с тобой



Поставив пустой размазанный алой помадой, бокал на стол, отметил мужчина, положив с такой поразительной лаской ладони жарких рук за живот Оксаны, словно принудив её поднять одну ногу согнув её очень эротично в колено. Ощущение ягодицами напряженного до придела пениса мужчины, сводила с ума, а крепость выпитого большого количества алкоголя залпом туманило рассудок. Медленно Оксана стала играть попкой по его члену, предаваясь соблазну невообразимых ощущений с закрытыми глазами. Затаив в неожиданности дыхание, Оксана почувствовала горячую пропитанную возбужденной влагой головку члена на сухом влагалище.
— Нет! — криком возразила Оксана, широко раскрыв от шока лазурную голубую прелесть глаз, что отражали в себе таинство игристого танца страсти пламени свечи
— Да! — горячим возбуждающим стихию эротических соблазнов прошептал самец, стал принудительно насаживать её на свой член
Открыв широко рот, придавая губам шикарную эротическую форму, раскрыв полностью лазурную прелесть глаз, Оксана чувствовала, как мощный зверь силой своей крепости и принуждения буквально раздирал страдающие и без того стенки влагалища. Мужчина схватился одной рукой за грудь Оксаны, нажимая на неё всей пятерней пальцев, сковывал в оковах необузданной жаркой страсти её тело к себе. Другая мощная рука держала бедро Оксаны, не давая разогнуть ногу, согнутую в колено. Долгое мучительное трение проникновения головки члена, раздирало стенки влагалища Оксаны, вынуждая её изнывать дикими громкими сексуальными стонами в объятиях этого мужчины.
— Ах… а… — стонала громко Оксана, лишенная остатка сил, отдалась всем телом в объятия насилуемого её самца
Мужчина, что сексуально насиловал Оксану, сковывал её тело в своих оковах быстро подхватил её выдергивая с поразительной ужасной болью член из влагалища. Почувствовав в этот момент дикую резкую боль на стенках влагалища, Оксана издала громкий стон, стиснув зубы, оказавшись в руках этого льва, что нес в её изнемогающее соблазном бушующей страсти тело в открытые двери комнаты. Изнывая сладкими стонами, Оксана запрокинула голову, находясь в крепких руках такого зверя, ощущая своим телом его трепетное возбужденное дыхание.
— М…. а… — облизывая губы кончиком языка, страдая мучительными сладостными стонами, Оксана слизывала с них щедрый осадок сахарной прелести вина
— Потерпи чуть-чуть, скора все кончиться
Жарким с голодной эротической страстью успокоил мужчина Оксану, вошел в открытые двери темной комнаты, держа её изнемогающие сексуальной похотью обнаженное тело в своих руках.
— М… я так устала — сгорая в мучительных сладких стонах Оксана, ощутила спиной прохладу простыни расправленной постели
— Я знаю — возбуждающей страстью стихии прошептал Владимир, оказавшись над телом Оксаны на четвереньках
— Нет Владимир!
Возмутилась Оксана, ощущая горячее возбужденное влияние пениса мужчины на страдающее болью влагалище, пытаясь остановить его ладонью руки положив её на живот к нему. Оксана стала ерзать каблуком черных туфель по простыни, сминая её буграми под своей спиной, ощущая головку раскаленного члена. Жар пленительного дыхания этого самца не давал покоя Оксаны, испепеляя её губы неистовой похотью сексуального соблазна.
— Да Оксана! — убирая руку Оксаны со своего живота, соединился он с ней дикой страстью поцелуя
Гармония слияния мужской слюны, кружила голову, от чего Оксана, закрыла глаза. Вцепившись когтями в смятую постель, Оксана сладко стонала, ощущая повелительное влияние языка мужчины у себя во рту. Мужчина в дикой страсти поцелуя сковал тело Оксаны, своими оковами, держа одну руку у неё на груди, а второй схватился за её бедро, сгибая ногу в колено, плавно развел ей ноги. Поддавшись сокрушительному сексуальному влиянию мужского языка, Оксана вкусила сладость его слюны, в которой сохранилась чудесная прелесть вкусового оттенка красного вина.
— М… ммм… — глухим стоном застонала Оксана, широко раскрыв от неожиданности глаза
Медленно и очень аккуратно член стал проникать вглубь стенок влагалища Оксаны, которые успели пропитаться влагой во время поцелуя. Неистовая крепкая сила словно раздирала стенки влагалища Оксаны, заставила её громко застонать, оторвавшись от мужских губ, в момент такого дикого проникновения в неё. Задыхаясь соблазном дикой неистового искушения страсти, Оксана, изнемогая громкими стонами широко раскрыв рот, ощущала, как одна рука этого самца сжимала крепко её грудь, а другая его рука, сгибая ногу в колено, обхватывая крепко бедро, не давала свести ноги вместе. Пристально стараясь смотреть в глаза этому сексуально раскрепощенному зверю в глаза, Оксана, опираясь руками на локти, громко возбуждающе стонала.
— Ах… а… — громко сексуально взвизгнула Оксана, придавая губам такую форму, что еще больше возбудило мужчину, ощутив как крепкий эротической мощью член покинул влажную её обитель с поразительной резкостью — Да ты издеваешься — тихо изнемогая сладким стоном возразила она
Рука мужчины обхватила Оксану за пучок золотистых волос с такой силой, вынуждая её крикнуть от боли, широко раскрыв рот, сразу же почувствовала, как завораживающая прохлада воздуха в комнате окутывает её мокрые половые губы, с которых сочилась горячая струйка пережитого женского оргазма. Сексуально возбужденный лев, пользуясь такой возможностью начал всовывать в открытый рот Оксаны крепкий возбужденный до пика страстей член. Ощущая поверхностью своего языка влагу с влагалища, которой насытилась его пульсирующая головка, чувствовала каждую играющую бурным бушующим пульсом жилку на его члене. Повинуясь воли этого зверя, Оксана заглотила член этого мужчины, вся его мощь и крепость перекрыла дыхательный поток воздуха. Начиная задыхаться, Оксана стала извиваться в надежде, глотнуть хоть глоток свежего воздуха, издавая глухой визг, стала принудительно проникать когтями в бедра этого мужчины, что стоял перед ней на коленях на кровати, крепко держа её за волосы. Вскоре горячий поток впрыска с головки члена этого мужчины, находясь глубоко в горле Оксаны, дал понять, что мучения и сексуальное истязание над ней окончено, ощущая, как горячая вязкая жидкость стекала в горле.
— Хорошо стараешься — похвалил мужчина, погладил ладонью руки по щеке Оксаны, вытаскивая вялый член из её рта — Ну все-все хватит — возмущался он тому как старательно она облизала его пенис не оставив на нем посторонней жидкости крови своей слюны
— Тебе не понравилось? — спросила Оксана, играя, как кошка кончиком языка с его головкой, напоследок облизнула его вялый сухой кончик всей поверхностью языка
— Понравилось очень — глубоко уставшим голосом вздохнул мужчина, рухнув как камень на одну из бамбуковых белых подушек на постели
— Еще бы — ложась с ним, рядом улыбнулась Оксана распущенной сексуальной похотью улыбкой, прижалась спиной к его бурно кипящему, как пережитый выплеск лавы вулкан, мужскому телу
Мужчина накрыл себя и обнаженное изнывающее жаждой дыханием воздуха тело Оксаны толстым бамбуковым одеялом. Ощущая, как крепкие мужские руки с тяжелым дыханием в груди прижали её тело плотно к себе. Улыбаясь распущенной прелестью улыбки в темноте комнаты, Оксана чувствовала, как рука этого льва сковала её груди надежными согревающими оковами. Другая рука этого зверя обвила бедра Оксаны, за талию, прижимая её ягодицами к еще горячему вялому члену. Жаркое пламя пережитого оргазма стекала с чувствительных ранимых губ влагалища Оксаны прямо на постель, оставляя на простыни мокрое пятно, что холодило кожу легкой вязкостью прикосновения. Почувствовав себя в надежных объятиях и лишенная остатка сил, Оксана сладко засопела, окунувшись с головой в бамбуковую подушку, придавая рукам этого мужчины свое тело на хранение свое обнаженное тело. Крепкие мужские руки надежно хранили обнаженное тело Оксаны, что сладко во сне постанывала в объятиях этого зверя, предаваясь и дальше во сне своим развращенным фантазиям впадая еще больше в искушения страсти. Словно могучий яростный зверь храпел этот мужчины, надежно оберегая тело Оксаны своими путами, старался даже во сне не нарушить покой своей белокурой королевы, подвергая её тело лаской оков своих мощных крепких рук.



***
Вынуждающая сухость во рту у Оксаны, вынудила её открыть глаза в полночной тьме комнаты, находясь в объятиях под толстым одеялом с мужчиной, что своими мощными руками хранил покой её сна, сковав своими мощными руками. Чарующая сила перегара веяла в комнате, сочетаясь с ароматами парфюма мужчины, обворожительный запах тел, излучая из пор на коже мельчайшие частички пота, насытили постель и атмосферу воздуха в комнате, будоражащим оттенком сексуальной страсти. Игристое пламя восковых свечей переливающими тенистыми оттенками играли по стенам, плавно затрагивая пол и стены комнаты. Изнурительная слабость во всем теле и ласка рук Владимира, в которых находилась Оксана, принуждала её остаться еще в его крепких объятиях, одаряющих жаром мужских ладоней. Жуткая изнуряющая боль на стенках влагалища, после жесткого секса с мужчиной, что в грубой форме изнасиловал Оксану, не давала ей покоя, принуждая ладонью руки самовольно придавать ласки подушечек пальцев аккуратно и нежно разминать влажные половые губы. Во тьме ночного сумрака при закрытых шторах, Оксана не могла разглядеть полностью обстановку в комнате, только лишь пламя свечи доносившейся ярким светом с гостиной.
«Блядь как же пить хочется», выражая грязные мысли, подумала Оксана, ощущая вкус вязкой спермы во рту.
Преодолевая большое усилие, Оксана с трудом оторвала голову от подушки, ощущая жуткую слабость во всем теле и ужасную сухость во рту. Приятная нежность крепких мужских рук, которых так Оксана не хотела покидать, вынудила её изнурительная жажда, покинуть объятиях манящей к себе ласки самца, села на кровать. Мужчина что обвил тело Оксаны своими путами, даже не пошевелился, когда она освободилась из его пут, опуская с тихим звоном по паркету каблуки черных туфель на пол.
— Фу… больше никогда так не буду надираться — тихо прошептала, расчесывая нос Оксана, медленно чувствуя дрожь в ногах, медленно поднялась с кровати
Потребовалось не мало усилий, найти в полнейшей тьме комнаты свои раскиданные по полу вещи, что лежали в той же последовательности, взяв кровать в окружение в таком порядке, в котором Оксана раздеваясь, скидывала их с себя. Потребовалось около десяти минут, как Оксана, сидя на кровати в сумраке ночи, золотистый свет луны которого пытался из-за всех сил пробиться через узкую щель между штор в комнате, освещая на полу паркета тонкую едва видную дорожку ночного света. Руки тряслись от жуткого похмелья, которым страдала Оксана, надевая поверх белой блузки белую шерстяную кофточку. Мучительная сухость во рту словно выжигала силой алкоголя вина всю влагу слюны Оксаны во рту. Не придавая, никакого внимания отражению в зеркале распущенной, распушенной прически пышных волнистых золотистых волос, Оксана состроила себе в зеркале облики пьяной распущенной улыбки, застегивая пуговицы белой кофточки.
Не спеша, тихо стукая каблуками черных туфель, передвигаясь в полнейшей тьме в комнате, Оксана покидала комнату, двигаясь на свет игристого пламени, что зачарованными оттенками сиял с гостиной. Прелесть завораживающих оттенков аромата перегара вина была везде, особенно в гостиной, а так же необычайный вкус его который Оксана все еще чувствовала на своем языке. Заметив только при свете пламени свечи, что короткая черная мини юбка Оксаны была вся смята и сидела на её талии, словно мешок, она, назойливо выражая недовольства прикусывая краешек губы, кончиками пальцев расправила черную облегающую плотно бедра ткань.
— Что за дрянь он мне подливал в бокал — почувствовала Оксана отвращение заметив в полупустом бокале, что все еще стоял на столике в гостиной остатки вина — Наверно и про дочь свою, что расскажет он, конечно, соврал, хм… придется все делать самой
Раздирая ненавистью свое сознание, Оксана злилась, что поддалась на пьяную провокацию мужчины, которому так отчаянно пытается помочь. Встав возле большого зеркала в гостиной, Оксана принялась надевать на себя красный короткий плащ, который так же неаккуратно был брошен на маленький стеклянный столик возле лестницы, что вела на первый этаж этого дома. Ощущая жуткую нехватку воздуха, Оксана схватила быстро свою белую кожаную сумочку, что так же была на маленьком стеклянном столике, стала поспешно спускаться по лестнице, стукая звонко каблуками по ступенькам, пытаясь вырваться на свежий воздух.
Внезапный звонок на сотовый телефон испугал Оксану, когда её телефон назойливо зажужжал в сумочки. Тихо взвизгнув, Оксана прикрыла ладонью руки алые пропитанные все еще вязкой слизью спермы и сохранившие вкус полового орального сношения, который она почувствовала с отвращение, пытаясь облизнуть губы кончиком языка, тут же спрятала его, морщась за зубами. Телефон все еще продолжал жужжать в сумочки, наигрывая мелодию dubstep, чем вынудил Оксану, направляясь по темному коридору раскрыть сумочку, доставая из неё звонящий телефон.
— Марина Викторовна — удивилась Оксана, отвечая на звонок телефона, вбежала на кухню, ощущая жуткую сухость во рту, что выжигала влагу слюны
«Ну да а чего я еще могла ожидать от холостяка, живущего с дочкой, хранившего до сих пор платья жены», удивилась сильно Оксана, оттенку завораживающего цвета розовых штор оказавшись на кухне этого мужчины.
В кухне пахло запахом жасмина, великолепно гармонируя с лавандой, он насыщал атмосферу воздуха чудодейственной свежестью запаха. На круглом столе, была постелена красная скатерть, пропитанная богатым содержанием запаха дикой розы. Гарнитур кофейного цвета, на который так прекрасно падал золотистый свет луны, что ярким отблеском отражался в лазурных голубых глазах Оксаны. Содержание кухни в такой поразительной чистоте, по мнению Оксаны не подходило к образу такого одинокого мужчины, было все так чисто и убрано, каждой вещи было свое место.
— Оксаночка! — возмутилась Марина Викторовна, заметно повысив интонацию своего голоса — Где ты пропадаешь, это мой неоднократный к тебе вызов
— В чем дело Марина Викторовна? — не обращая внимания на критику этой женщины, спросила Оксана, взяв стеклянную кружку с полки открытой двери гарнитура над раковиной
— Оксана — послышался ясный четкий голос Вероники, из трубки сотового телефона — У нас проблема, нам удалось с помощью ЭхоКГ выявить явный признак «сердечной недостаточности»
— Сердечная недостаточность это признак какой-то причины — наполняя стакан водой со стеклянного графина, предположила Оксана — Хм… может быть я и права, возможно, это правда «кардиосклероз»
— Может, хотя бы исключим версию с артериальной гипертензией — предположила Валентина — По моему мнению, все симптомы нашего пациента указывают на «кардиомиопатию»
Ты в самом деле думаешь
Возмутилась Оксана наглости своей коллеги, поднося стакан с теплой дистиллированной водой к изнывающим по влаги губам
— Что у нашего пациента — говорила Оксана с жадностью голодом в глазах, смотрела на стакан с водой — Первичное поражение сердечной мышцы, не связанное с воспалительным, опухолевым, ишемическим генезом, типичными проявлениями которого служат кардиомегалия, прогрессирующая сердечная недостаточность и аритмии
— Возможно что «блокады», что нам удалось выявить при первичном ЭКГ могут указывать на «дилатационная кардиомиопатию»
— Красиво говоришь — возразила Оксана, жадно глотая воздух, отрываясь от стакана с водой, эротическим жестом поверхностями языка слизала остатки капель влаги с губ — Но кардиомиопатия не объясняет брадикардию
— Да, но ведь объясняет сердечную недостаточность — возмутилась Валентина на возражения своего начальника
— Проводите исследование «суточного мониторирования ЭКГ»
Распорядилась Оксана, выливая остатки воды, что не смогла допить со стакана, в раковину, поставила его на столешницу рядом с вазой с аппетитными зелеными яблоками.
— Начинайте давать водители ритма, старайтесь как-то стабилизировать давление крови — аккуратно коготками взяла зеленое яблок с вазы, что стояла на столешнице гарнитура, говорила Оксана, любуясь прелестью играющих оттенков изящной цветовой гаммы поверхности яблока
— Но ведь чтоб подтвердить кардиосклероз не надо делать суточное мониторирование — оспаривая решения своего начальника, вмешалась Вероника — Можно просто сделать МРТ сердца
— Вероника — поднесла Оксана к губам сочное зеленое яблоко — Я прошу вас это сделать не для того чтобы подтвердить Кардиосклероз, а чтобы его исключить нахрен вообще
— Оксаночка — возмутилась такому ответу Марина Викторовна, нарушив тем самым вкусовую гармонию яблока, что Оксана тщательно пережевывала во рту — Если у тебя есть теория хоть какая-то то самое время её сейчас здесь озвучить
— Я думаю вам указания — разозлилась Оксана, напрягая скулы, ощущая приятный вкус кислинки яблока в чудесном сочетании со слюной — Вы их выполняете
— Оксана Владимировна вас хоть ждать сегодня еще в больнице? — поинтересовалась Валентина, вторгаясь в спор, не давая даже возразить Марине Викторовне
— Уже еду к вам — заявила Оксана, покидая темную во мраке ночи кухню, откусила большой кусок с яблока, жадно стала назойливо его пережевывать
— В таком случае….
Не став дальше слушать Марину Викторовну, Оксана нажала кнопку сброса вызова на сенсорном дисплее телефона, положив его обратно в сумочку, направлялась по коридору к входной двери этого дома. Обращая внимание на шикарную картину брюнетки с чудесными волнистыми волосами, Оксана поразилась работой мастера, насколько он поразил печальную глубину глаз роскошной женщины в черном платье, что сидела в красном кресле, положив сексуально ногу на ногу, оголяя блестящий оттенок цвета бедра, что выглядывал из-под выреза этого платья. Любуясь в темноте прелестью оттенков насыщенного темно-красного цвета обоев в коридоре этого дома, Оксана подошла к большой деревянной входной двери, щедро покрытой лаком. Нажав на металлическую блестящую ручку одной рукой, другой рукой жадно кусая яблоко, Оксана медленно открыла дверь, перешагивая через высокий порог, ощутила легкую свежесть прохлады деревенского воздуха, что с нежностью обвеяло её лицо. Делая глубокий и насыщенный вздох через нос, пережевывая яблоко во рту, Оксана плавно и плотно закрыла со своей спиной входную дверь дома распущенного сексуального разврата страстей.
Спускаясь по ступенькам крыльца дома, Оксана ощущала, как холод ночного воздуха, легкими порывами ветра, проникает через пространство короткой черной мини юбки, лаская эрогенную зону бедер, с нежностью касался через красные трусики обители её влагалища. Шелест голых веток деревьев в саду возле этого дома, завораживал нежными нотками, играя чудесную гармонию звука в ночи, поющего песню сверчка. Звонко стукая каблуками черных туфель по цветной плитке ограды этого дома, Оксана направлялась к входной большой двери его ворот, любуясь ярким светом звезд ночного неба. Пронизывающий природой и цветущей листвы воздух, был насыщен такими пленяющими гранями этого запаха, что казался Оксане достаточно чистым, вдыхая всю первозданную его свежесть глубоко ртом. Откусывая последний кусок на яблоке, Оксана, открывая входную маленькую дверь больших железных ворот, сексуально сгибая ногу в колено, перешагнула через его высокий порог. Направляясь в жуткой ночной тьме по одинокой деревенской улице, Оксана, в каждом своем шаге, глубоко погружая каблук туфель в пропитанную сырость гравия и таившего снега. Наслаждалась звуками чудесной гармонии звука, что слышала Оксана с опушки леса, где набитый хвойными деревьями лес, играл свою чарующими звуками мелодию. Нескончаемый лай собак, что, казалось бы, никогда не умолкал в этой деревне, сопровождал Оксану вдоль всех темных деревенских улиц, по которым она проходила. Словно каждая собака мечтала её облаять, как только Оксана проходила мимо деревянного забора или больших железных ворот одного из домов, какая-то собачонка с диким визгом мечтала нарушить покой этой тихой деревенской гармонии ночи.

***
Прошло около двух часов мятежного хождения по кабинету, с книгой в руках Оксана обошла вокруг стола, перелистывая лист за листом. Папка с анамнезом девочки лежала на столе, раскрыта, листы с анализами были разбросаны по всему толу. Падающий свет со светильников встроенные в натяжной потолок освещал помещение рабочего кабинета, красивым белым отблеском отражался на стеклах очков Оксаны. Нервно щелкая ручкой, Оксана изводила себя мыслью, даже не смотрела в окно, за которым уже начал пробрасываться первый проблеск рассвета.
— Херня какая-то! — кинула Оксана книгу на стол со психу, звонко стукая каблуками черных туфель подошла к стулу — М…. у девочки явно поражение почек, вполне возможно это нефрит ведь по анализу мочи видно
Рассуждала вслух Оксана, находясь одна вдыхая аромат сладкой карамели с кружки кофе, что стояла на столе перед ней.
— Хм… белок в моче — всматриваясь сквозь стекла очков, взяв в кружку с кофе в руку, Оксана задумалась над анализом мочи девочки — Восковые цилиндры в моче указывает на «нефротический синдром», наличие в осадке мочи эритроцитарных цилиндров указывает вдобавок на «гематурию»
Размышляла Оксана, говоря все это вслух, щелкая пальцами, другой рукой нервно теребила ручку, пыталась найти взаимосвязь всех этих симптомов.
— Блядь у девочки я вчера слышала какой-то шум в сердце — вскочила Оксана неожиданно со стула проливая с кружки несколько капель кофе на стол — М… что за шум, голова ужасно после этого вина болит, зря я так вчера надралась
Согласилась Оксана с утверждением, с тоской посмотрела на разлитое стекающее кофе с краю стола на пол, капли которого глухим эхом разносили свой чудесный падающий звук воды на линолеум кабинета. Взяв в руки большую булочку, Оксана посмотрела с диким голодом на чудесный отблеск запеченной сладкой покрытой маком её корочки. Оксана облизывала смачно богатым изобилием слюны алые губы, что сияли ярким блеском, отражали яркий падающий свет светильников на потолке. Испытывая сильный изнуряющий голод, Оксана откусила от булочки большой кусок, стала жадно его пережевывать, смакуя его со своей слюной.
— А так же значительное превышение лейкоцитарных масс в осадке мочи, указывает на какое-то воспалительное заболевание помимо нефрита — предположила Оксана, размышляя вслух пережевывая булочку, злорадно улыбнулась вкусу маковых зерен на языке
Обращая внимание на беспорядок на большом столе, который она сама же устроила, Оксана, хитро ухмыляясь, поправила игриво кончиками пальцев, краешек короткой юбки и стала вновь садиться на стул, с которого, проявляя психи вскочила. Вдыхая глубоко аромат непревзойденной сладости карамели в кофе, Оксана, испытывая жар, стала расстегивать пуговицы белой кофточки. Повесив на спинку стула, на котором сидела, Оксана, ощущая жаркий и спертый воздух в кабинете, расстегнула верхнюю пуговицу белой блузки, приоткрыв грань красного бюстгальтера, что надежно сковывал её грудь в нежных оковах.
Играя коготком указательного пальца с сенсором телефона, что лежал перед Оксаной на столе, она случайно зажгла его экран, увидела несколько пропущенных вызовов и несколько входящих сообщений. Заметив пропущенные звонки Катерины, а так же её смс сообщения, Оксана надула обиженно губы, оттолкнула телефон по столу в сторону. Испытывая сильное влечение к этой девушки, Оксана чуть не поддалась истерики, держа в трясущейся руке кружку с кофе, она хотела кинуть ею в стену. Выражая в порыве гнева свои эмоции, Оксана, медленно поднялась со стула, поджимая от душевной обиды предательства губу, уже начала замахиваться кружкой, как дверь кабинета тихо издала скрип.
— Оксана Владимировна — удивилась Валентина, заметив с кружкой в руке Оксану, медленно стукая каблуками красных туфель, вошла в кабинет — Что вы тут делаете в такой поздний час?
Короткий белый халат, под которым, как предположила Оксана, было красивое белое кружевное белье, очень сексуально облегал тело этой рыжеволосой девушки. Отчетливо выраженные упругие бедра, изящную красоту которых, рыжая развратница так старательно выражала в своем шаге, произвели глубокое впечатление на Оксану. Поддавшись искушению силы аромата кашемирового дерева, которым так приятно пахло тело этой девушки, Оксана глубоко ртом так изнуренно вздохнула, отобразив в своем вздохе сладкие нотки эротического стона, медленно поднося кружку с кофе к губам.
— Вы разве не должны сейчас быть дома с Катериной как вы это обычно делаете
— Не произноси больше имя это суки в моем присутствии — возмутилась Оксана, с ненавистью прошипела как змея, присаживаясь вновь на стул
— А что случилось? — подходя к столу Валентина, звонко стукала каблуками, кинув на стол папку с анамнезом пациента — Насколько я поняла, вы очень сильно любите друг друга
— Хватит! — крикнула Оксана, с разъяренным злым взглядом посмотрела на рыжеволосую искушающую себя любопытством девушку, что так сексуально виляя бедрами, прошла за спинкой её стула — Что там с нашим пациентом? — не желая дальше продолжать разговор на неприятную, тему, она ловко перевела разговор в другое русло
— Исследование эхокардиографии показало
Начала объяснять Валентина, отодвигая медленно стул от стола, по её взгляду Оксана заметила, что рыжеволосая распутная девица сильно возбуждена из-за перевозбуждения. Красиво изгибая сексуальным изгибом спину, девушка, медленно отходя назад, будто специально повернула обнаженные бедра в сторону Оксаны, от чего она по достоинству оценила красоту изящной упругой хорошо подтянутой кожи. В её голубых глазах отражался отблеск сексуального недомогания, так же чувствовалась нервная раздражительность, которая Оксана заметила на её скулах, что были так прекрасно покрыты веснушками.
— Нарушение сократительной способности миокарда — говорила Валентина, сексуально выражая красоту своих бедер сгибая ноги, села на стул, положив ногу на ногу — Так же фиксируется нарушение давления всех сердечных клапанов
— Хм… — приложила Оксана указательный палец к губам, на которых остались крупинки чудесной прелести мка с булочки, которой она, держа в руках, любовалась перед своими глазами — Возможно, это и следует причиной сильной выраженной брадикардии нашего пациента
— Возможно, стоит провести какой-нибудь лабораторный тест? — предположила Валентина, пододвигая кончиками пальцев закрытую папку пациента к себе
— Возьмите у пациента общий развернутый анализ крови — заявила Оксана, оценивая по достоинству распущенность рыжих волос Валентины — Определите уровень концентрации специфических белков, концентрацию триглицеридов, уровень электролитов, наличие антиаритмиков, активность ферментов, концентрацию холестерина
— Может, лучше сделаем некие функциональные пробы, которые будем отслеживать по показаниям датчиков ЭКГ?!
Предложила Валентина, сморщив краешек губы, рыжеволосая развратная поведением девушка коснулась кончика носа указательным пальцем, стала назойливо его потирать.
— И в конце концов откуда этот запах Hugo Boss?! — возмутилась Валентина — Да и Марина Викторовна сказала, что пока вы заняты чем-то, непонятно чем, она будет руководить дифференциальной диагностикой
— Непосредственно под моим контролем Валентина — вставая со стула, заявила Оксана — А теперь если ты не возражаешь — Оксана пододвинула к себе сумочку, медленно потянув её за лямку
— Возражаю Оксана Владимировна, ну самом деле, сколько можно за вас делать всю работу!
— Спустись, купи мне что-нибудь перекусить в кафетерии — игнорируя свою коллегу, Оксана открыла сумочку, достала из неё кошелек — Я очень проголодалась и ты знаешь, возьми этих чудесных сушек и булочку, ну и себе там что-нибудь заодно — доставала из кошелька пару зеленых тысячных купюр, кинула их на стол
— Оксана Владимировна! — окликнула Валентина своего начальника
— Что Валентина?! — взяв обратно в руки папку с анамнезом девочки, Оксана, не поворачивая взгляда к рыжеволосой девушки, стала внимательно пересматривать собранные анализы
— Что на самом деле то происходит? — возмутилась Валентина подошла к окну, возле которого стояла Оксана, держа в руках раскрытую папку перед собой
— Валентина покушать, пожалуйста, возьми — продолжая дальше игнорировать коллегу, ответила Оксана, пытаясь найти хоть какую-то взаимосвязь между анализами крови и мочи девочки
— Может, все-таки объясните, откуда этот чудесный мужской аромат Hugo Boss на вашем теле?
— Только после того как ты купишь мне в кафетерии немного еды — возразила Оксана, ощущая на талии нежность рук распущенной рыжеволосой красавицы
— Как знаете — ответила с легкой ухмылкой Валентина, что каким-то чудом, так великолепно отразилась в стекле окна, возле которого стояла Оксана, положив папку с анамнезом девочки на подоконник — Вас, кстати, просила зайти наш новый гинеколог, говорит, что хочет познакомиться лично с вами
— Уже знакомилась — надула обиженно губки Оксана, почувствовав как холодные нежные руки Валентины, покинули её — А сейчас если ты не возражаешь
Снимая очки со своих глаз, Оксана положила их на подоконник, повернувшись лицом к рыжеволосой расхитительницы её необузданного тела. Выражая своё желание, сгибая перед девушкой ногу в колено, Оксана облокотилась бедрами, на подоконник. Тяжелые вызывающее дыхание рыжеволосой распутницы, вызывало в Оксане бурю эмоций, ощущая аромат сладкого вкуса карамели с нежных розовых губ Валентины, что стояла к ней лицом к лицу.
— Разве можно вам возражать Оксана Владимировна — прошептала Валентина в максимальной близости алых жарких страдающих по поцелую губ Оксаны
— А ты попробуй — опираясь руками на подоконник, Оксана выгнула спину, выставив шикарную сочную грудь вперед
«Блядь какой запах этого кашемирового дерева, эту сука с веснушками уже сводит меня с ума, ну поцелуй ты уже меня», закрывая глаза, думала Оксана, оставив алые губы пылающие огнем развращенного соблазна слегка приоткрытыми.
— Вы в самом деле хотите чтобы я вам возразила? — рука рыжеволосой девушки проникла под юбку Оксаны, с поразительной нежностью коснулась через трусики лобка Оксаны
— Вот можешь же когда захочешь — ощущая пленительную ласку рук этой девушки у себя под юбкой, простонала, изнывая сильным сексуальным желанием Оксана — А теперь либо ты будешь делать дело…
Хотела возразить Оксана, но жар пылающих губ тут же воссоединился в чудесном изобилии гармонии слюны рыжеволосой девушки. Валентина словно озверела во время поцелуя, позволяя своим рукам поразительную свободу, сжимая пальцами бедра Оксаны, другой рукой с нежностью круговыми легкими движениями массировала её лобок. Оксана чувствовала поверхностью своего языка в жаркий пылающий момент поцелуя, как рыжеволосая развратница повиливала её языком, принудительно жестом диктовала условия танца страсти поцелуя.
— Оксана Владимировна — жадно глотая воздух, говорила Валентина, отрываясь от губ Оксаны, смачно сплюнула сгусток слюны в её открытый рот — Я тут подумала, может, я буду вашей девушкой, раз вы сейчас абсолютно свободны, обещаю я пойду на любы ваши условия
— М… Валентина — искушая себя жаждой поцелуя, говорила Оксана, массируя рукой собственную грудь — Я же твой начальник, какие условия, что захочу я и так от тебя получу
— Может у меня хотя бы будет шанс? — с нежностью в голосе спросила Валентина, играя кончиком языка с губами Оксаны
— Шанс говоришь — тихо прошептала Оксана, обхватив губами язык девушки, медленно собрала с него всю влагу слюны — Может быть и будет — застенчиво она похлопала изумительными ресницами рыжеволосой развратнице, открыв перед ней лазурную прелесть голубых глаз
— Так что вы ответите? — жадно облизывая губы, спросила Валентина, обхватив нежно руками талию Оксаны
— Я дам тебе об этом знать — оставив искушать рыжеволосую девушку в мучительной загадке, Оксана покинула прелесть её объятий, высвободилась из них, игриво играя телом
— Я надеюсь, ответ не заставит долго ждать
— Я тоже — выражала Оксана в каждом изгибе свою непревзойденную сексуальность
— Оксана Владимировна — неожиданно вскрикнула недовольно Валентина, взяв в руки папку с анамнезом девочки — Я знаю это фамилию, даже слышала раньше о её сестре, неужели вы….
— О… прости дорогая — с коварством улыбки, Оксана выхватила у неё из рук красную папку — Это только мои проблемы, вы решайте свою задачку
— У вас, что два дела?
— Я же сказала тебе это мое дело!
— Но ведь… — Валентина хотела возразить, нахмурила таким чудесным образом розовые губки, придавая чарующую форму скулам на лице — Так же нельзя, а Тихонов в курсе
— Я же сказала тебе Валентина — громко вскрикнула, возмутившись поведением коллеги Оксана
— Я должна поставить Тихонова в известность, пока у вас не начались проблемы
— Не смей! — грозно прошипела как кобра Оксана, схватив свободной рукой девушку за руку, посмотрела в её голубые испуганные глаза — Занимайтесь делом мужчины, установите причину брадикардии, соберите полный анамнез его родных, установите возможные генетические заболевания, которые могли бы проявиться в этом возрасте
— А вы чем будите заниматься? — возмутилась Валентина, сексуально опираясь бедрами на подоконник, так заманчиво подчеркнула рельеф своих ног, положив ногу на ногу
— Буду координировать ваши действия — направляясь к вешалке с верхней одеждой, ответила Оксана, шикарно покачивая бедрами
— Стойте вы, что в самом деле решили взять два дела?
— Пока меня не будет, тебе придется слушаться Марину Викторовну — снимая красный короткий плащ с вешалки, распорядилась Оксана
«Блядь что за противные сигареты все-таки курит Ларионов, мне, что придется самой ему блок покупать, лишь бы тока он эту дрянь не курил», возмутилась мысленно Оксана, вдыхая этот противный запах дыма сигарет Валерия Николаевича, которым был пропитан его серый плащ.
— Но ведь….
— Никаких но — возразила Оксана, положив красную папку с анамнезом девочки на маленький комод, возле вешалки для верхней одежды — Если возникнут проблемы звоните мне на телефон
Красная материя плаща очень элегантно облегало тело Оксаны, выражая в нем все самые изысканные прелести женского тела. Нежность этого материла, своей прохладой окутывала, ласкаясь прикосновением тело Оксаны через её белую блузку. Ощущая при каждом вдохе на себе вкус прелести мужского одеколона Hugo Boss, Оксана несколько смутилась обладать таким резким запахом, мечтая в тайне его заменить, на привычный вкусовой оттенок дикой розы.
— Вы что есть не пойдете? — поинтересовалась Валентина направляясь в сторону Оксаны — Вы же просили взять вам в кафетерии чего-нибудь вкусного
— Извини дорогая — оборачиваясь к девушке в пол оборота, возразила Оксана — Но мне нужно срочно пока день еще не начался по некоторым важным для меня делам
— А как же встреча с нашим новым гинекологом? — поинтересовалась Валентина, с нежностью лаской прохладой ладоней рук обвила сзади талию Оксаны — Она очень мечтала с вами встретиться
— Передай ей не сегодня — застегивая блестящие пуговицы своего плаща, возразила Оксана, вновь покидая заманчивые объятия девушки
Прелесть аромата кашемирового дерева от рыжеволосой распутной девицы манила к себе оттенка изысканного сексуального вкуса, словно принуждая при каждом вдохе впасть обратно в объятия Валентины. Потребовалось немало усилий Оксане, чтобы не поддаться соблазну искушения, подходя к столу на котором стояла раскрытая белая сумочка, чтобы снова уже самой не впасть в единство гармонии сладостного поцелуя с ней Валентиной. Специально выставив бедра, красиво изогну спину, Оксана взяла за лямку сумочку со стола и начала медленно её вешать на плечо.
— И куда вы направляетесь? — поинтересовалась Валентина, снова преследуя своего начальника, подошла к Оксане со спины
В глазах рыжеволосой развратницы было явное желание сексуального голода, проникнуть вновь руками под юбку Оксаны.
— Валентина хватит! — возразила Оксана, повернувшись к ней, посмотрела на неё злобным раздраженным взглядом — Я тебе предлагала делать дело, пока у тебя был шанс!
— Я может, сейчас хочу это с вами сделать — подошла рыжеволосая развратница максимально близко к Оксане, выдыхая изумительную прелесть карамели в её раскрытый от удивления рот
Дверь кабинета тихо скрипнула, издавая легкий металлический щелчок двер6ной ручки, плавно открылась. Оксана заметила перешагивающий через порог изумительный красоты красный женский туфель на высоком каблуке. Короткое синее платье, что выражало красоту шикарного тело Марины Викторовны, так чудесно подчеркивало и в тоже время выражало всю изящность и глубину сексуального рельефа тела этой женщины. Красоту белоснежных золотистых распущенных волос, были на удивление скреплены большой бабочкой с бардовыми крыльями, заколку которую сразу же узнала Оксана. К неожиданному удивлению тело этой женщины полностью пропахло цветком ночной фиалки, аромату которому до боли знакомо Оксане.
— Какого черта Марина Викторовна! — возмутилась Оксана, отталкивая легонько в сторону на шаг назад от себя Валентину — Где вы взяли эту заколку?
— Ах… эту…
С застенчивым коварством рассмеялась Марина Викторовна, прикрывая аккуратно блестящие алые губы, отблеск которых пленил чудесной силой падающего света с ламповых светильников натяжных потолков.
— Марина Викторовна! — настойчиво спросила Оксана, ринулась к ней — Я спрашиваю, где вы взяли эту заколку?
— А что тебе Оксаночка? — удивилась, показывая свое распутство Марина Викторовна прошла мимо Оксаны с холодным и решительным взглядом изумительной красоты карих глаз — Тебе эта вещь не кажется знакомой?
— Только не говорите, что взяли её у меня дома? — продолжала высказывать Оксана свое недовольство, наблюдая за этой женщиной, как она подошла с довольством улыбки к столу
— Да у Кости твоего я была
К большому шокирующему удивлению для Оксаны, неожиданно призналась Марина Викторовна, медленно с холодным до безразличия взглядом отодвигая стул от стола.
— И можно узнать, что вы там делали? — Оксана решительно подошла к этой женщине со спины
— Говорила с твоей Катериной!
— С Катериной! — ужаснулась Оксана, отходя сразу же на шаг в испуге, предпочитая больше никогда не слышать этого имени
— Да с Катериной — заявила Марина Викторовна, поправив кончик своего платья села на стул — И мы все, включая меня, Костю и его сестру Елену чудесно провели время
— Но… что вы там делали? — словно потеряв дар речи, Оксана испуганным взглядом глаз посмотрела на эту женщину — А точнее что там делала Катерина?
— Ныла как дура ублажая себя лаской Кости и Елены — поразительно хладнокровно говорила Марина Викторовна, поправляя одной рукой растрепанную пышность золотистых волос — Валюша вы уже начали делать нашему пациенту суточное мониторирование ЭКГ?
— Да буквально час назад уже закрепила датчики ЭКГ на теле нашего пациента
Поражаясь глубиной насыщенности женской драмы, ответила Валентина, направляясь к столешнице с электрическим чайником.
— Что там делала Катерина?! — громко крикнула, выражая возмущение Оксана, ощущая, как впадает в истерику
— А ты что не понимаешь? — ухмыльнулась Марина Викторовна — Эта назойливая глупышка хочет вернуть тебя всеми возможными способами и очень сильно переживает жалость вашего разрыва в постели твоего, между прочим, парня!
— Передай этой суке — громко заявила Оксана, прокричав на весь кабинет — Эта сука ничего не добьется — Что она ничего не добьется — звонко стукая каблуками, она была сильно взведена наглостью неожиданных шокирующих новостей
— Какая жалость — с безразличием в голосе выразила свое мнение Марина Викторовна, скрывая подлость за назойливой хитрой ухмылкой, что легонько прикрыла кончиками подушечек пальцев
— Да и чуть не забыла — Оксана решила сыграть такой же ноткой коварства, жестокости и безразличия — Чтобы к моему приходу, был готов полный развернутый анализ крови нашего пациента — открывая входную дверь, заявила она, поправляя сумочку на своем плече
Марина Викторовна злорадно рассмеялась, запрокинув голову сидя на стуле, её пышные золотистые волосы покрывали плечи, шею, касаясь ласковыми завивающимися кончиками её обнаженной спины, где был шикарное декольте платье. Не желая больше слушать этот чудесный смех нежного голоса этой женщины, Оксана, перешагивая быстро через высокий порог открытой двери, звонко стукнула каблуками. Поддавшись истерики, Оксана громко захлопнула за собой дверь, от чего офисные легкие стены, приемной этого кабинета, ощутили всю дрожь хлопка, сотрясая на полках все бухгалтерские папки.
— Оксана Владимировна! — легонько взвизгнула Валерия, отрывая взгляд от монитора компьютера
— Что?! — вскрикнула Оксана, посмотрев разъяренным взглядом заплаканных глаз на эту женщину
— Что с вами?! — стараясь следовать пунктуальности, поинтересовалась Валерия, оценивая Оксану критичным взглядом из-под стекол своих очков
— Не твое дело Валерия — звонко стукая каблуками, прошла по приемной Оксана, направляясь к входной двери
— Оксана Владимировна…! — хотела обратиться Валерия вновь к Оксане, но в ответ лишь услышала хлопок закрывающейся в порыве ярости входной двери
Направляясь по больничному коридору, ощущая жуткую прохладу воздуха из открытого окна, что веяло легким холодом рассвета и чудесную дорожку солнца, которая озаряла своими неистовыми лучами белую мраморную плитку. Ароматная прелесть большого фикуса, что рос в большом керамическом горшке, насыщала запах больничного коридора новым поистине прелестным вкусовым оттенком. Проходя мимо врачей, что приветливо ей кивали в ответ головой, здоровались, Оксану чувствовала, как её раздирает чувство ненависти и ревности, изъявляя горячее желание самой наведаться к Кости, чтобы лично во всем разобраться. Громко стукая каблуками по мраморной плитке коридора, Оксана чувствовала, как на глазах стали наворачиваться слезы дикой глубокой душевной обиды, поджав губу, она из-за всех сил пыталась скрыть свою ранимость при проходящих мимо людях.

***
Гармония чудесный деревенских природных ароматов свежести воздуха, насытила воздух своим сказочным изобилием только что начинающей цвести листы. Легкая благоуханная прохлада разносила аромат леса по всей деревни, коры деревьев, мокрого снега и только появившихся ростков травы в деревенском парке. Прожигающие лучи восходящего солнца озаряли землю своим неистовым ярким светом согревающих лучей. Лай собак в центре деревни был как гармония звуков, обыденной сельской жизни, грубо сочетающейся с знойным мычанием коров. Пение прилетевших птиц, придавали прекрасное, казалось бы, на первый взгляд настроение деревенским жителям в саду возле центра деревенской площади. Шум проезжающих машин, смех играющей бегающей детворы, смех молодых девчонок, что гуляли в это время в парке, а так же знакомая романтическая обстановка двух влюбленных в этой местности, уже становилось обычным делом для этой местности.
— Здравствуйте — начала говорить Оксана, как только тянущиеся длинные затяжные гудки телефона сменились ответом приятного женского голоса — Это ведь агентство ритуальных услуг?
Поинтересовалась Оксана у милой женщины, голос которой ей сразу понравился, был насыщен материнской нежностью придерживающихся строгих определенных понятий.
— Да чем могу вам помочь? — ответила женщина приветливым и дружественным голосом
— У меня к вам…
— Скажите, на какое время вас записать и мы обязательно вас примем и обговорим день похорон, не волнуйтесь все пройдет в лучшем виде — прервала Оксану эта женщина своей необыкновенной наглостью характера
— Да вы меня не поняли — возразила Оксана, скорчила недовольно алые губы — Вы не против, если я прямо сейчас к вам подъеду, у меня к вам есть очень деликатное дело?
Поинтересовалась Оксана, направляя по таившему снегу на асфальте, обольщалась хитрой улыбкой, как чудесно лучи солнца пытались пробиться свозь тучу голых веток над её головой.
— Девушка, а вы вообще по адресу позвонили это агентство ритуальных услуг — возмутилась женщина, выражая беспокойство и раздражительность в своем материнском нежном голосе — Мы здесь устраиваем похоронные церемонии и ничего больше
— Я именно по этому поводу и говорю — говорила Оксана, характерно улыбаясь, вышла из гущи лесной чащи деревенского парка на центральную площадь — Мне нужны ваши услуги
Прищурив глаза, Оксана легонько прикрылась ладонью руки от ярких падающих лучей солнца, что тут же своей согревающей теплой энергетикой озарили её лицо.
— Тогда прошу меня извинить — почувствовав видимо неловкость, извинилась женщина нежным приятным слуху голосом — Подъезжайте прямо сейчас и мы обязательно все с вами обговорим
— В течение часа буду у вас — ответила Оксана, сбрасывая тут же телефонный звонок
«Дура ненормальная могла бы сначала дослушать чего я хочу», выражая мысленно Оксана свое мнение, нервно открыла сумочку, кинула в неё недовольно свой сотовый телефон.
Прекрасный блеск красного мерседеса, что стоял напротив деревенской кафешки, Оксана сразу же узнала, направляясь к нему по цветной аккуратно выложенной каменной плитке. Падающий яркий свет солнца ослеплял своим прекрасным блеском, отражаясь в лазурных голубых глазах Оксаны. Завораживающая прохлада чистого воздуха, обвила Оксану своими путами, нежный холодный утренний воздух, окутывая голые ноги чарующей лаской трения порывами легкого ветра.
«А что если попробовать мне наведаться к матери этой девочки, ведь в карте анамнеза Владимир указал возможный её адрес, к тому же будет по пути», предположила Оксана, подходя к красному мерседесу.
Легкая нажатие на клавишу пульта сигнализации и блокировка дверей сработала как по назначению, открывая электронные замки дверей перед своей хозяйкой. Открывая дверь нежным поднятием вверх, Оксана, изогнув сексуально спину, вошла в машину, начиная медленно и плавно утопать в удобном кожаном водительском кресле. Ощущая знойную прохладу в салоне автомобиля, Оксана быстро захлопнула за собой дверь автомобиля, чувствуя до сих пор, как знойная прохлада все еще холодит её обнаженную кожу ног.
— Хм…, а что если «гломерулонефрит» — предположила Оксана, вставляя ключ в замочную скважину рулевой колодки — Заболевание почек иммунновоспалительного характера, поражает преимущественно почечные клубочки, симптомы которые могут быть вызваны «ОРВИ»
Размышляла Оксана, поворачивая ключ в замке зажигания, услышала привычный для себя звук проснувшегося механического коня.
«Что же все-таки маскируется под симптомы острой респираторной инфекции, а в тоже время вызывает нефрит, блядь, а что если лихорадка это всего лишь симптом ОРВИ», рассуждала Оксана, ощущая мягкость удобного кожаного кресла под собой.
— Может все-таки заболевание почек имеет какой-то наследственный характер — тихо прошептала Оксана, сидя в кресле прогревая мотор автомобиля — Хотя нет, я ведь точно слышала какой-то шум в сердце девочки, вот только какой, с этой пьянкой, все из головы вылетело
Медленно выжимая педаль сцепления, переключая рукоятку переключения скоростей на заднюю передачу, Оксана плавно выжала педаль газа. Красный мерседес плавно начал откатываться назад, побеспокоив черного кота, что недовольно мяукнул на своего механического красного обидчика, что затронул его покой. Плавно разворачивая автомобиль, Оксана круто вывернула руль, направляя колеса в сторону проезжей части в центре деревни, вновь выжимая сцепление, переводя рукоятку переключения передач на первую скорость. Отжимая очень плавно черным каблуком педаль сцепление Оксана, легонько поджимая каблуком педалью газа автомобиля, после чего издавая легкий раздирающий уши свист шин, мерседес плавно тронулся с места, швыряя куски мокрого снега и грязи в сочетании сырости из-под черного протектора шин.
— «Тромбоэмболия лёгочной артерии» тоже подходит — предположила Оксана, облокачивая на спинку водительского кресла — Вызывает отдышку, боль в груди, на что девочка жаловалась и это указано в анамнезе, кашель, обильное потоотделение, а так же объясняет лихорадку
Направляя автомобиль вдоль центральной деревенской площади, Оксана предполагала разные варианты болезни девочки. Не имея ничего общего между двумя приведенными заболеваниями, Оксана нервно выжала еще больше газу своему вороному коню, вызывая дикий рев зверя под его красным капотом. Стрелка на спидометре стала постепенно набирать скорость, рев двигателя диким эхом разносился по округе, набирая плавно скорость, спортивный автомобиль пролетел мимо местного деревенского продуктового магазинчика. Разнося в разные стороны мокрый снег, словно как волнорез рассекает волны, забрызгал стены и стекла этого магазина мощной волной мокрой грязью вперемешку со снегом.
«А что если гломерулонефрит и легочная эмболия могут быть все вместе симптомами одного общего, разумеется, наследственного заболевания, тщательно маскирующегося себя под ОРВИ», предположила Оксана, наслаждаясь ревом звуков, что выдавала сердце вороного красного мерседеса, что стремительно набирал скорость, двигался к окраинам деревенской глуши.

***
Шум с опушки леса доносился прекрасным звучанием шелеста веток хвойных деревьев, разнося гармонию своей мелодию по всей округе. Именно в этом месте на холе, откуда открывался обзор на всю деревенскую жизнь, чувствовалась сочетание необыденного спокойствия. Запаха хвои казался наиболее сильным, а мелодию близ текущей речки вдохновляла посетителей этого места на новые идеи. Чудесное пение птиц, что доносилось с опушки над этим прекрасным местом, где таил снег, постепенно под пленяющей чистотой яркого света лучей солнца начинали течь ручьи, разжижая замерзшую грязь ушедшей зимней стужи.
Словно ярый необузданный хищник, красный мерседес покрытых миллионами мелких отблесков падающих лучей поднимался плавно по гравийно дороге, разжиженной грязью, потоков ручьев и мелких камней, переливаясь сами разными в этот момент оттенками красного цвета. Шум колес заводил Оксану, она словно чувствовала. Добавляя легким нажатием на педаль, как поршни в цилиндрах этого автомобиля начинали танцевать такт необузданной страсти, сжигая в нем литры топлива, выражая это резким скачком стремления поразительной мощи мотора спортивного автомобиля. Сырая пропитанная влагой таившего снега грязь вылетала из-под колес черного протектора машина, оставляя размазанные грязевые потеки влаги на корпусе красной краски мерседеса. Постепенно набирая поразительную скорость даже на гравийном покрытии мерседес словно фрегат, плывущий плавно по волнам вышел на ровную покрытую асфальтом гладь дорожного покрытия, которую хозяин этого агентства использовал чтобы облагородить данное место. Лелея себя нежностью мягкого поразительной лаской водительского кресла, Оксана стала заметно снижать скорость, как увидела на холе двухэтажное кирпичное здание с большими пластиковыми окнами, что как монолит непокорности или камень преткновения, служил для данной местности, нарушая всю естественность его чудесной природной гармонии.
«Надеюсь это именно то самое место», предположила Оксана, направляя свой автомобиль между рядов поставленных иномарок, где происходила как раз прощальная церемония.
Припарковав красный мерседес на свободном месте в дальнем конце стоянки, Оксана заглушила его двигатель поротом ключа. Столпотворение большого количества людей на площади этого скромного здания, несколько смутила Оксану, от чего она вяло повела губами, не решаясь, некоторое время выходить. Ерзая бедрами в водительском кресле, Оксана через боковое стекло автомобиля, с жадностью посмотрела на одну из скорбящих женщин. Рыжеволосая женщина, волосы которой были обвернуты в черный платок, но все же Оксана смогла разглядеть их цвет. Обворожительное притягивающее внимание черное платье, прикрывала неудержимые чувства сострадания, белым шелковым платком. Вышла на улицу в поддержке какого-то мужчины в черном костюме, держась с ним за руку, она горько рыдала, пытаясь скрыть свою ранимость от посторонних глаз. Поверх черного длинного платья, на этой женщине была необыкновенной красоты белая шаль, сплетена чудесным сложным по красоте узором.
— Интересная женщина
Неожиданно для себя тихо прошептала Оксана, покусывая губу, испытывая поразительное сексуальное влечение к этой женщине, открыла дверь своего автомобиля.
Завораживая прохлада свежести воздуха, сразу же проникла в теплый прогретый салон автомобиля, окутывая ноги Оксаны своим неистовым холодом. Медленно ощущая знойную стужу весеннего пропитанного прохладой воздуха стужу, Оксана неуверенно ступила каблуками черных туфель на холодный сырой асфальт. Повесив сумочку, что была между передними сиденьями автомобиля на плечо, Оксана быстро покинула автомобиль, закрывая тут же за собой дверь. Чувство жуткой прохлады, что окутывало её ноги, не давало покоя, жалея о том, что не одела белую кофту под красный плащ, Оксана, ускорив шаг. Звонко стукая каблуками черных туфель по асфальтному покрытию, направилась в здание, из которого постепенно по одному или несколько человек, не спеша. Убиваясь горечью потерянной утраты, дорогого человека, с заплаканными лицами выходили наружу, пытаясь найти душевную поддержку в рядом идущем собеседнике, что, как и тот покидал здание, словно восковая белая свеча выходил из-за зала прощальных церемоний с умершими.
— Боже мой — заплаканным убитым голосом говорила рыжеволосая женщина, чей голос сразил Оксану своей неповторимостью женских чарующих нот — Как же так, ведь все было нормально, врач говорил, что он уже должен был пойти на поправку
Страдающая необъяснимым душевным горем говорила женщина, мимо которой прошла Оксана, поднимаясь по ступенькам крыльца здания, проявляя поразительное безразличие на страдание других людей, застенчиво скрытно улыбнулась этой женщины, скрывая восхищение перед ней за прядью золотистых покрытых лучами яркого солнца волос. Однако поразительная прелесть аромата женских духов, которых Оксана сразу же почувствовала, проходя мимо этой женщины, заставила её восхищаться сладостью поразительной тонкости этого скрытного завораживающего оттенками страсти запаха. Поразительные ноты нектарина, в чудесной гармонии с жасмином, а так же загадочное сочетание зеленого яблоко, скорее напоминали коллекцию женских духов, как показалось Оксане, имело название «Artemisia Penhaligon`».
Зал ритуальной прощальной церемонии начали постепенно покидать заплаканные массы людей, угрюмое печальное выражение их лиц, выражала глубокую душевную скорбь по умершему мужчине. Большой зал, пол которого был выложен красивой красной мраморной плиткой, стены были выполнены из простого кирпича, хот на удивление Оксаны работа была сделана весьма деликатно. Воздух был насыщен благовоньем, по всей видимости, это агентство организовало приезд батюшки, чтобы отпеть умершего. Постепенно сам зал прощальных церемоний опустел, по мере продвижения Оксаны по нему, с гордой самовлюбленной походкой, она прошла мимо рядов красивых лавочек выполненных из крепкого дуба и покрытых лаком. Рабочие данного агентства выносили уже закрытое тело умершего в гробу через служебный вход, где их ждала темно-зеленая газель с раскрытыми задними дверями.
«Блядь кто же все-таки это рыжеволосая сука», удивилась Оксана, поднимаясь по мраморным ступенькам здания на второй его этаж.
Второй этаж был облагорожен как офисное здание, черные двери которого сразу попали под взор Оксаны, стоило ей подняться тока на второй этаж. Прекрасный вид из окна на опушку хвойного леса, пропускал через большое пластиковое окно в маленьком вестибюле, перед входом в кабинет яркие лучи согревающего весеннего солнца. Звон каблуков по мраморной плитке быстро сменился на глухой стук, как только Оксана ступила на большую красную дорожку, что вела в к дверям кабинета. Поправив кончиками пальцев роскошную прелесть золотистых волос, Оксана придала своей укладке волос невообразимую сексуальную пышность, а выражение голубых лазурных глаз приобрело сугубо деловой характер.
— Здравствуйте, чем могу вам помочь?!
Неожиданно для Оксаны дверь перед её носом открылась вовнутрь, перед входом на пороге стояла шикарная темноволосая женщина в роскошном черном изумительной красоты платье. Изысканной красоты черные волосы, имели невообразимую сексуальную укладку, словно водопадом страсти покрывали её шею плечи и изумительное выраженное декольте на спине черного платья. Красивые черные туфли на высоком каблуке сияли яркими отблесками света падающего на них света. Изделие необычайной роскоши в форме креста, что украшало шею этой женщины, прекрасно сочеталось с её образом пышных черных волос и таинственных серых глаз, глубина таинственного оттенка которых могла скрывать все что угодно. Загадочная прелесть аромата, которым пахло тело этой женщины, завораживало дыхание при каждом вздохе, по мнению Оксаны, такое пленительное сочетание вкусо изысканной гармонии имело название как «Escada Absolutely Me». Соединение воедино таких вкусов как малина, сладкого вкусового оттенка розы, и конечно же ваниль, ароматная прелесть которых всегда производила на Оксану огромное впечатление, сразили её сознание глубиной тонкости этого чарующего запаха.
— Здравствуйте — ответила Оксана, обольщаясь прекрасной формой улыбки алых губ, переступила высокий порог этого кабинета — Я вам звонила, дело в том, что я врач местной больницы…
— Я знаю кто вы Оксана Владимировна — наблюдая за вошедшей Оксаной в её кабинет — Я Маргарита Павловна руководящий директор этого агентства
Перебила Оксану женщина своим высокомерием, закрывая дверь за спиной Оксаны, положила папки бумажной волокиты на рядом стоящий кофейного цвета комод.
— Только вот не понимаю чего вам нужно от нашего агентства
— Я думаю, вы слышали в нашей деревне о Ковалевых? — спросила Оксана, вдыхая глубоко ртом чудесный воздух в кабинете, что был насыщен сладостью розы
— Их горе даже сейчас тяжело вспоминается — глубоко изнуренно вздохнула хозяйка агентства
— Сейчас я лечу одну пациентку
Говорила Оксана, направляясь к столу, проходя мимо комода, игриво постукала по нему кончиками своих коготков, направилась к черному столу, что был расположен возле большого пластикового окна. Стукая звонко каблуками черных туфель по паркету красиво выложенным узором в форме ромба, Оксана нежной стороной своей ладони провела по изумительной красоте лепестков красной розы, что стояла в стеклянной вазе в виде капельки. Прекрасный вид из этого окна выходил на опушку хвойного леса, где лучи солнца никак не могли попасть в этот кабинет и именно поэтому, как посчитала Оксана, на окне отсутствовали жалюзи или шторы.
— С удовольствием бы вас послушала Оксана Владимировна — с сарказмом говорила Маргарита Павловна, прикрепляя к своим словам шикарную форму улыбки алых губ — Но мне нужно успеть в администрацию нашей деревни, передать вот именно папку этих документов мэру
— Я вас надолго не задержу — возразила Оксана, поправив краешек юбки села на красный диван, над которым висела роскошная картина с изображение опушки деревенского леса — Мне нужно чтобы вы помогли мне доставить тело её сестры в больницу ночью, а к утру с первыми лучами солнца вы обратно вернете его на прежнее место
— Вы хоть представляете, что вы говорите?! — удивилась столь неожиданной и бессердечной просьбе женщина, придавая лицу невообразимый ужас
— Мне нужно провести повторное вскрытие умершей сестры девочки, что сейчас умирает в больнице, диагноз которой я затрудняюсь поставить
— Извините, но это уже переходит все границы дозволенного рамками морали поведения — возразила женщина, наотрез отказываясь помогать
— Возможно — согласилась Оксана, наблюдая с восхищением, как эта женщина с гордой походкой подошла к черному столу, за которым находилось кожаное офисное кресло — Разумеется, прошу не бесплатно — открывая сумочку, она кинула на маленький столик, перед диваном пачку долларов
— Что это? — выражение и форма губ на лице Маргариты Павловны, сразу же изменилось, как только она увидела пачку с долларами
— Десять тысяч долларов
Спокойно ответила Оксана с хитрой ухмылкой, облокотившись на спинку дивана, положила ногу на ногу, демонстрируя таким жестом сексуальную прелесть кожи своего эластичного бедра.
— Полагаю, отец девочки, которой вы хотите это сделать в курсе, раз дал вам столько делать
— Полагаю при такой сумме денег, не прилично задавать такого рода вопросы — возразила Оксана
— Вы хоть осознаете риск ответственности, если нас поймают — присаживаясь на край стола, предупредила эта роскошная женщина, демонстрируя красоту своих ног, положив одну на другую
— На репутацию ваше агентства это никак не повлияет — не согласилась с её утверждением Оксана
— Чего вы хотите этим добиться, изучив мертвое тело девочки, что уже три года пролежало в земле? — поинтересовалась темноволосая женщина, с жадностью не переставая смотреть на кучку долларов, что лежала на маленьком столике перед Оксаной — Я конечно теперь не против, но…
— Просто доставьте гроб с телом к крыльцу приемного покоя когда стемнеет — пояснила Оксана, восхищаясь телом этой женщины, бюст которой для неё привлек особое внимание — Никто вас даже не увидит, а я все организую сама, мне нужно лишь пару часов
— Даже думать не хочу насколько это мерзко и безбожно
— О… прошу — возразила Оксана, любуясь коготками, которым требовался маленький корректный маникюр — Только не надо здесь теперь уже говорить о боге, мне нужно самой лично взглянуть на тело, а потом через пару часов вы снова сможете его закопать, надеюсь на этот раз навсегда
— Один вопрос Оксана Владимировна — терзая себя любопытством, вежливо попросила разрешения задать вопрос Маргарита Павловна
— Ладно, хорошо говорите — глубоко и изнуренно вздохнула Оксана, издавая при выдохе нежный насыщенной нотками эротики стон
— Что вами движет Оксана Владимировна? — неожиданно поинтересовалась Маргарита Павловна, разглаживая в смутной темной обстановке кабинета прелесть загар кожи на ногах — Ведь насколько я знаю, отца этой девочки, он бы ни за что не выложил бы такую сумму денег неизвестно за что, он бы их вообще бы не выложил
— А вот это уж — вставая с дивана, высокомерно заявила Оксана, подняв подбородок — Не ваше дело
Дверь кабинета внезапно открылась, предварительно издавая легкий стук по деревянному полотну, после чего через открытую дверь вошла именно та женщина, которая находилась, скорбя по ушедшему человеку, привлекла каким-то чудным образом внимание Оксаны. Рыжеволосая женщина в черном платье, медленно перешагивая через высокий порог кабинета, дрожащими руками, несла к столу хозяйки этого здания какой-то белый бумажный конверт. Смазливое унылое лиц этой женщины, было залитой горечью душевной боли слез, что она стирала белым шелковым платком. Завораживающая белая шаль, на удивление со сложным узором пошива, довольно плотно облегало её тело, выражая скрытый истинный эффект красоты женского тела, чем привлекла вновь к себе поистине голодный эротическим голодом взор Оксаны.
— Маргарита Павловна — дорожащим голосом, однако с поразительной высокомерной гордостью говорила рыжеволосая женщина — Я хотела лично искренне поблагодарить вас за хорошо организованную церемонию, вы так хорошо отнеслись к утрате, что настигла нашу семью
— Ну что вы Мария Валентиновна — с такой же чувственной иронией нежности ласкового голоса ответила хозяйка этого большого здания — Ваша семья всегда была у меня на хорошем счету, в любые времена, чтобы не случилось
«Блядь как же заебала меня эта банальная женская драма», покусывая нервно губу, Оксана достала из сумочки блокнот и ручку.
— Маргарита Павловна…! — издавая хлюпающий тон голос, произнесла вошедшая незнакомка, подходя к хозяйке этого агентства
Рыжеволосая женщина видимо не сдержала уже горечь утраченной потери любимого, расплакалась, впадая в объятия к темноволосой женщине, сложив нежно голову к ней на плечо. Заливая ручьем слез, рыжеволосая мерзавка, как посчитала на тот момент Оксана, ожидая всем сердцем очутиться своим обнаженным телом в её нежных и чувственных руках, передала в руки конверт Маргарите Павловне. Словно не замечая присутствия Оксаны в этом кабинете, женщина начала иронично откровенничать, жалея с большой болью о прожитых приятных днях, совершенно не понимая, как ей теперь жить дальше.
— Маргарита Павловна — перебила ироничную сцену двух женщин, обратилась Оксана, не желая абсолютно слушать смазливое женское нытье и чувства сожаления — Вот мой номер сотового телефона, как только будет все готово, позвоните мне
Кидая листок на маленький столик вместе с разбросанными на нём долларовыми купюрами, говорила Оксана, закрывая свою сумочку, направляясь к входной открытой двери кабинета.
— Хорошо Оксана Владимировна — продолжая делать вид, что поддерживает эту женщину, ответила хозяйка агентства ритуальных услуг — Я все устрою, как будет все готово, я позвоню
— А что у этой девушки тоже кто-то умер
— Пока еще нет — ухмыльнулась Оксана, испытывая сильное сексуально желание слиться воедино с алыми губами рыжеволосой женщины — Я так заранее, чтобы все уже было готово…
— Оксана Владимировна врач кардиохирург в нашей местной больнице — пояснила Маргарита Павловна, освобождаясь от объятий ноющей рыжеволосой женщины, обошла вокруг стола
— Простите Оксана Владимировна…
Совсем неожиданно для Оксаны к ней обратилась рыжеволосая женщина, как раз в тот момент, когда она подошла к порогу открытой двери.
— Вы устраиваете частные медицинские приемы людям, которые помогут вам подзаработать
— Вы в самом деле думаете, что меня интересуют деньги — ухмыльнулась Оксана, но заметив унылое разочарование на лице рыжеволосой женщины, сразу же изменила свое решение — Конечно же я приму вас в любой удобной для вас обстановке — покидая кабинет добавила она
«Блядь, что я такое говорю», удивилась Оксана, как она вообще могла допустить подобное, подошла спокойной нерешительной походкой, опустив голову к лестнице на первый этаж.
Свежесть прохлады лесного воздуха, окутывала нежностью прикосновения тело Оксаны, когда она, покидая здание, хотела направиться к своему автомобилю, что находился на стоянке, среди нескольких машин, возле здания агентства ритуальных услуг. Шум на опушке леса, среди лиственных деревьев медленно стихал, погружая постепенно место на этом холме, в необычайную тишину. Несколько человек все еще стояли на стоянке, обменивались горечью утраты и утишая сами себя объятиями, скорбя по потерянному им дорогому человеку. Кто-то из людей жадно налакался, распивая прямо на стоянке бутылку водки, выкрикивал разную брань, ругаясь нецензурной лексикой в пустоту необъятного неба. Не обращая никакого внимания, Оксана, медленно спуская по ступенькам крыльца, звонко стукая каблуками черных туфель, наслаждалась прекрасной свежести и чистоте природного воздуха в этой местности
— Оксана Владимировна — выбегая из здания вслед за Оксаной, прокричала женщина — Подождите, я хотела у вас спросить
«Дура долбанутая зачем ты лезешь, мне и так трудно сдержать нахлынувший порыв, когда ты была там в кабинете, а находясь с тобой в такой максимальной близости я не смогу за себя ручаться», мечтая утонуть в объятиях этой женщины, Оксана остановилась на ступеньках крыльца, повернулась к ней в пол оборота.
— Хотела спросить ваш номер телефона — унылое отчаяние на лице этой женщины, словно куда испарилось, сменилось на какую-то искорку надежды в её глубине красоты безупречных карих глаз — Ну чтобы записаться заранее к вам на прием
— Ах… — чувственно вздохнула Оксана, открывая сумочку, придала губам изысканную эротическую форму для поцелуя, сгорая по этой женщине в тайне — Да-да, простите, а можно узнать ваше имя — извинилась она, прикрывая кончиками пальцев неловко выраженную сексуальную улыбку
— Мария Валентиновна Платонова — ответила рыжеволосая женщина, взяв из рук телефон Оксаны, что она специально протянула ей
— Приятно познакомиться — улыбнулась застенчиво Оксана
Наблюдая жадно глазами, как рыжеволосая мерзавка, стирает платком слезы, которые Оксана в тайне мечтала слизать языком, представляя уже свое обнаженное тело в её нежных обеспеченных сказочной заботой материнской заботах руках. Отворачивая свой взгляд в сторону автостоянки, где постепенно начали разъезжаться люди, Оксана, испытывая сексуальный голод. Скрупулезно начала облизывать страдающие по поцелую губы кончиком языка, оставляя на них щедрый слой густого изобилия слюны.
— Оксана Владимировна — отвлекла рыжеволосая женщина Оксану от мысленного сексуального развращения — Вот возьмите ваш телефон, надеюсь, мы с вами скора встретимся
Передавая телефон в руки Оксаны, говорила Платонова с чувствительной поразительной женской нежностью голоса, похоже, что на то, что в этот момент ей нужно было кого-то лелеять своими чарующими лаской рук.
— Я тоже на это надеюсь — тихо прошептала Оксана, убирая телефон обратно в сумочку
Оксана, так и оставаясь стоять на ступеньках крыльца здания ритуальных услуг в одиночестве, восхищаясь походкой рыжеволосой женщины, что подходила к черному седану, задняя дверь которого была открыта. Прижала ладонь к пышной груди, представляя мысленно, ласку рук рыжеволосой львицы, что так назойливо с жадностью ласкала и придавала сексуальному блаженству её обнаженное тело. Прохлада воздуха знойного холода, что обдувала голые ноги Оксаны, вынудила её направиться к своему автомобилю.
«Вот же сука эта Платонова убивалась, бы дальше по своему горю, что ко мне то пристала», раздраженно подумала Оксана, утопая в водительском кресле красного мерседеса, плавно закрывая дверь за собой.
Вставляя, испытывая легкое психологическое недомогание, ключ в замок зажигания, Оксана чувствовала, как её раздирает искушения страсти сексуальной похоти. Приглушая звериное чувство радостью приятного звучания мотора механического коня, Оксана игриво поиграла педалью, вынуждая зверя издавать рычание истинного хищника в этой местности. Вскоре свист шин по асфальтному покрытию нарушил гармонию тишины этого места, а протяженный столб клубов дыма и пыли, единственное, что осталось после того как красный мерседес с ревом тронулся с вершины холма, издавая пронзительное механическое рычание мотора.

***
Прелесть голубого лазурного неба, постепенно начала сгущаться смуглыми облаками над головой, закрывая яркие лучи солнца. Постепенно ветер наращивать свою былую мощь, силу непобедимой и несокрушимой стихии, стали играть в гармонии чудесной природной мелодии шумящего на опушки леса, разнося свою мелодию танца страсти, вместе с ароматными запахами начинающей давать побеги молодой листвы на деревьях. Смуглая обстановка местности, таившего вокруг снега, мокрой сырой грязью, вместе со стекающими ручьями по дороге. Все словно стало накрываться постепенно мрачной тенью над деревенским природным простором, холмами, лиственными лесами, чудесной красоты русской природы, голых березовых веток, мощного раздетого старого тополя, оголенной прелести ствола ясеня. Гармония всех этих чудесных ароматов деревьев и листвы силы чистого деревенского воздуха, была неописуема по своей свежести, словно воздух, да весь этот деревенский мир был отрезан девственной гармонии, воздух которого все еще сохранял свою истинную силу нетронутой природы.
— Валентина — сладким изнывающим соблазном голоса говорила Оксана в громкую связь сотового телефона, наблюдая за дорогой, утопая в ласки кожаного водительского кресла — Как там у вас дело, удалось что-нибудь выяснить?
— Я вот тут наблюдаю за результатом проведенной ЭКГ Оксана Владимировна — сладкий голос Валентины лелеял слух Оксаны, что излучал динамик телефона
— Тебя не удивляет сам тот факт, что я позвонила именно тебе Валюша
Сладким голосом начала признаваться Оксана, направляя красный мерседес по центральной деревенской асфальтированной дороге, поворачивая на повороте в сторону больницы.
— Нет — вполне естественным голосом, даже никак не выразила свой тон удивлением, ответила Валентина — Просто вы поставили передо мной задачу, а я пытаюсь её выполнить
— Дура ты Валюша
Надула обиженно губки Оксана, ощущая, как мерседес влетает в незамеченную яму посреди деревенского покрытия проезжей части. Рассекая грязевую лужу как фрегат, прорезает голубые просторы моря, попадая в чудесный такт ветра. Красный мерседес на полном ходу пробороздил лужу, разнося за собой мельчайшие частички таившего в ней снега, и влаги, в разные стороны, забрызгав боковые стекла своего автомобиля.
— Неужели вы ответили положительно на мое предложение? — воодушевленно поинтересовалась Валентина
Голос Валентины слегка приободрился, словно какая-то искорка зажглась внутри её сознания, которую Оксана ощутила в глубине своего распущенного сексуальным развратом сознания.
— Давай лучше расскажи, что там у тебя с ЭКГ такое удивительное, чего я не смогла увидеть
— Так вот — начала рассказывать радостным голосом Валентина — Узкие комплексы QRS соответствуют нарушению проводимости в AB-узле, а также «пучкаГиса»
— А ведь именно ножки пучка Гиса отвечают за проведение электрического возбуждения по желудочкам сердца — рассуждала Оксана
— Так же осмелюсь предположить — дальше продолжила высказывание Валентина — «Аритмия», которую мы видим на листке кардиографии, схожа с признаком…
— Самойлова-Венкебаха — тихо произнесла Оксана — Постепенно нарастающее замедление проводимости с последующим выпадением комплекса
— Как вы узнали?
— Ну, твоя ведь девушка не такая уж и дура Валюша — ясно дала понять Оксана, состроив меланхоличную развращенную похотью улыбку
— Оксана Владимировна! — в нотках голоса Валентины были слышны нотки стеснения — А вы мне дадите шанс, ну как бы сказать….
— Говори как есть Валюша — настойчиво с уверенностью голоса перебила её Оксана
— Обкатать вас как свою девушку — вполне естественно намекнула Валентина на разврат
— Вот как! — удивилась Оксана, выражая свое впечатление распущенной формой раскрытых алых губ, что так красиво её отразились в зеркале заднего вида
— Ну да, а что в этом такого? — несколько смутилась Валентина
— А то можно сказать ты раньше так не делала — ухмыльнулась Оксана, выворачивая руль автомобиля на стоянке возле больницы
— Ну вы тогда Оксана Владимировна не были моей девушкой
— Оу… прошу — возмутилась Оксана — Давай отбросим формальности, давай просто Оксана
— Ну, вы ведь мой начальник
— И теперь твоя девушка
Тихая гармония природного спокойствия на этой больничной стоянке была нарушена плавно задуваемыми порывами ветра. Ветер постепенно начала наращивать свою силу, сочетаясь так приятно в танце голыми от листвы деревьями, словно гармония с ними в танце дикой необузданной страсти. Мокрый снег на асфальтном покрытии под влиянием вминаемый шинами красного мерседеса, издавал приятный скрипящий хруст, который зачаровывал Оксану своим звучанием. Проезжая, мимо рядов аккуратно поставленных иномарок, красный мерседес словно хищник, среди джунглей, двигался по автомобильной стоянке.
— И так думаю, перейдем сразу к делу — предложила Оксана, плавно надавливая на педаль газа, найдя прилежное место для своего механического коня — Предположим, что постепенное нарастающее удлинение интервала PQ с последующим выпадением сердечного комплекса QRST
— Да но что может вызывать такую сильную брадикардию? — задумчивым голосом спросила Валентина
— Я думала у тебя спросить
Припарковав мерседес в свободном стояночном месте, вид из лобового окна которого выходил на старый громадный тополь, что своими массивными ветками нависал над крышей автомобиля.
— А что если предположить проблему как экзопланеты — вынесла свое предположение Валентина, начиная банальную философию — Мы их не видим, но, тем не менее, они есть и оказывают, пускай даже незначительное влияние, как и на нас в целом, на нашу планету, солнца и нашу солнечную систему
— Интересное суждение — похвалила Оксана, заглушив двигатель мерседеса плавным поворотом ключа — И к чему же ты клонишь?
— Что если — дальше продолжила развивать свою парадоксальную теорию Валентина — Нарушение проводимости в АВ-узле и ножек пучка Гиса и есть наша проблема
— Осторожней Валентина — предупредила Оксана, повесив сумочку на плечо, открыла дверь мерседеса легким поднятием вверх
Легкий порыв и нежность ветра лаской холода окутали обнаженные ноги Оксаны, хлынув в салон автомобиля волной прохлады головокружительной сырой свежестью. Медленно опуская ноги с салона, Оксана коснулась каблуками черных туфель сырого пропитанного мокрым таившим снегом асфальта. Завораживающая сила холода сразу же обвила ноги Оксаны нежными путами страсти, ласкаясь пленительным холодом. Сырость словно охватила своей чарующей силой запах этого воздуха, такое чувство, что воздух был пропитан поразительным оттенком вкуса мокрого дерева. Ветер ласкал пышные распущенные волосы Оксаны, придавая их обворожительной ласки, назойливая природная стихия сама навязывала условия укладки чудесных золотистых волос, которые словно море во время шторма колыхались по воздуху, как только она покинула теплый чарующий салон красного мерседеса.
— Выдвигая такие теории — закрывая за собой дверь автомобиля, говорила Оксана — У тебя всегда должно быть разумное объяснение этому
— Очень жаль Оксана Владимировна, у меня такого нет — голосом разочарование ответила Валентина
— Мне нужно подумать — заявила Оксана, убирая пульт управления сигнализации мерседесом в карман красного плаща — А ты пока спустись вниз и купи мне что-нибудь из буфета — ласковым нежным движением она прервала телефонный звонок касанием коготкам сенсорного дисплея
Звонко стукая каблуками по мокрому асфальтному покрытию автостоянки, Оксана направлялась к главному больничному крыльцу. Ветер словно как похотливый развратник, колыхал золотистые волосы Оксаны, придавая им такую волнистую укладку, словно море во время буйного шторма. Красный короткий плащ тоже колебался под чудодейственными порывами свежести прохладного воздуха, повинуясь его движениям словно в такт танца страсти.
«Хм… экзопланеты, интересное суждение», предположила Оксана, звонко стукая каблуками черных туфель, подошла к главному больничному крыльцу.
— Она сказала проблемы в АВ-узле…
Тихо шепотом предположила Оксана, поставив одну ногу на ступеньку, шикарно выгнула спину, выставив красивые эластичные бедра. Двое парней, что подходили к ступенькам крыльца заметили столь изящную, вызывающие сексуальные чувства, фигуру Оксаны. Один из парней в черной пышной ветровке, проходящий мимо чуть не запнулся о ступеньку, мечтая дотронуться руками до попки Оксаны, парень упал перед ней на одно колено, запачкав темно-синие джинсы в луже таившего снега на ступеньках больничного крыльца.
— «Синоаурикулярная блокада» вызывает подобную брадикардию и объясняет все симптомы
Предположила Оксана, не обращая внимания на споткнувшегося парня на ступеньках, хладнокровно прошла мимо него с гордой самовлюбленной улыбкой.
— Так же тихим убийцей может считаться «экстрасистолия», что вполне может спрятаться за «мерцательную аритмию», которую мы все принимаем за брадикардию — рассуждала Оксана, щелкая пальцами шикарно виляя бедрами, медленно поднималась по ступенькам
«Нет это бред какая нафиг экстрасистолия, да и причем тут мерцательная аритмия, блядь здесь в этом деле чего-то явно не достает», глубоко и изнуренно вздохнула Оксана подходя к большим двустворчатым входным дверям.
Вестибюль больницы в этот дневной полдень был полон пациентов, некоторые из которых выжидали очередь в регистратуре, стоя за своими карточками, другие смотрели расписание врачей, третью расположились в фойе на лавочках и подоконниках окон писали сообщения, тыкая пальцами на сенсор телефона или просматривая интернет странички. Вкусовой оттенок больших цитрусовых растений, развеял смуту общественного разнообразия запахов. У каждого буквально пахло своим эксклюзивными ароматами тела, от кого свежестью природного воздуха, кто-то пользовался дешевым туалетным мылом на основе ромашки, а кто-то больше все предпочитал более резкие и возбуждающие запахи. Мужчина в форме службы безопасности больницы, словно страж порядка и равноправия, следил из поста охраны холла этого здания, чтобы все соблюдали закон, в этом помещении. Весело смеющиеся медсестры направлялись в сторону кафетерия, три молодые девушки, обсуждали банальные проблемы романтической деревенской жизни.
— Оксана Владимировна! — удивилась Валентина, увидев своего начальника на входе в фойе больницы — Не думала, что вы так скора, нас тут посетите
— Карта пациента у тебя? — спросила Оксана сразу же, как дверь за её спиной плавно закрылась, прекращая пропускать знойную прохладу, что холодила ей спину
— Да-да конечно как раз хотела вам её показать — говорила как-то неуверенно, стесняясь присутствия Оксаны, перед ней, рыжеволосая девушка с чудесными на первый взгляд голубыми таинственными глазами — Только не понимаю, что вы там хотите обнаружить
— Давай сюда — заявила Оксана, взяв из рук девушки карту мужчины
— Я изучила вдоль и поперек анализы ЭКГ, тест на физиологические нагрузки…
— Хм… ты мне не говорила, что мужчина страдает аритмией и принимает уже довольно давно «антиаритмическиепрепараты» — держа открытую карту в руках, Оксана направлялась тихим шагом к массивной лестнице, что сразу же с вестибюля вела на второй этаж
— Вполне возможно, что это и вызвало брадикардию — предположила Валентина
Краем глаза, поднимаясь по ступенькам лестницы, Оксана заметила, как мужчина, лет сорока, спускался по ступенькам в сопровождении другого врача. Мужчина медленно шаг за шагом направлялся вниз по ступенькам на первый этаж, держась за левую часть грудной клетки левой рукой. Темноволосая женщина врач держала этого мужчину за руку, пыталась из-за всех сил придерживать, как могла, не позволяя мужчине, что отказался провести время в больничной палате из-за плохого самочувствия, свалиться вниз.
— Боже мой Эдуард Николаевич у вас же серьезные проблемы с сердцем, высокое давление, а вы все о своем желудке беспокоитесь, да я бы принесла вам сама в палату еды — настойчиво говорила женщина держа крепко настырного мужчину за руку
— Жанна Валерьевна — возмутился мужчина, посмотрев на женщину сердитым взглядом — Я понимаю, вы заведующий терапевтическим отделением, но своими высказываниями вы замедляете мою динамику…
— Эдуард Николаевич вы ведь не в университет чтобы физику тут преподавать, давайте обойдемся без лишних слов — возмутилась женщина, ответив столь же недовольным взглядом на этого мужчину
— Аппарат томографии — говорил проходящий рядом специалист отладки медицинского оборудования — Вместо того чтобы работать как положено, стал показывать какую-то чушь на мониторах компьютера управления, возможно компьютер, сбой в работе системы
— Возможно дело в перебоях электрических импульсов сети — возразила женщина, что шел с ним рядом, держа в руке какой-то черный кейс — Плату управления стоит заменить…
«Желудок, сердце, перебои электрических импульсов», мысленно Оксана стала воссоздавать картинку головоломки в голове.
— А что если не сердце, а что если нарушение проводимости электрического импульса между предсердием и желудочком…
— О чем вы говорите Оксана Владимировна? — удивилась Валентина столь неожиданной теории своего начальника
— Дай мне свой стетоскоп — заявила Оксана, закрывая папку собранных данных анамнеза пациента
— Что вы задумали Оксана Владимировна?!
Снимая стетоскоп со своей шеи, поинтересовалась Валентина, поднявшись вместе с руководителем отдела сердечнососудистых заболеваний на второй этаж больничного здания.
— Сейчас все сама узнаешь — направляясь по коридору, звонко стукая каблуками по мраморной плитке, заявила Оксана
Дверь палаты пациента, тихонько приоткрылась, издавая легкий механический щелчок, плавно отворяясь вовнутрь. Легкая преимущественная тень в палате, обзор, которого старался скрывать мощный возвышающейся тополь за окном. Запаха свежести цитрусовых фруктов насыщал гармонию этой атмосферы, в которой собралась, по мнению Оксаны, довольно скромная семья. Мужчина лет сорока, на первый взгляд, лежал на кровати, изнемогая слабостью тела, издавая тяжелое изнурительное дыхание.
Темноволосая женщина, короткой длинной волос до плеч, что сидела в кресле возле окна, жалюзи которого были наполовину прикрыты, как посчитала Оксана, была его жена. Темные выраженные глаза этой женщины, были ядовито зеленого роскошного цвета, темный костюм, который составлял черный пиджак, кофейного цвета под ним блузка и юбка офисного типа длинной чуть ниже колен. Положив ногу на ногу, она внимательно слушала теорию, что выдвигала Марина Викторовна, которой в этот момент поддакивала Вероника. Ларионов стоял возле окна, держа открытую карту собранного анамнеза, пытался сообразить логичное объяснение всех ярко выраженных симптомов мужчины, что лежал на кровати.
— Мария Константиновна — обратилась Марина Викторовна к женщине, что сидела в кресле, склонив голову, была крайне удивлена возмущением при виде незнакомого человека, что вошел в палату её мужа — Мы думаем, что у вашего мужа «Предсердножелудочковыеблокады»
— Кто эта женщина? — возмутилась женщина, вставая с кресла — И что теперь каждый может входить вот так без спросу в палату к моему мужу?
— Очень умно Марина Викторовна — хитрой стервозной ухмылкой похвалила Оксана, перешагивая через высокий порог открытой двери — Вы грамотно предположили, что у этого мужчины возможно, какой-то вид нарушения проведения импульса от предсердий к желудоч­кам
Игнорируя протестующий возмущенный взгляд темноволосой стервы, Оксана с гордой походкой, вошла в палату бросая взгляд на мужчину, что лежал на кровати. Бледная, казалось бы, как снег кожа, слегка худощавого и тоже время немного скованное сбитое неприметными мышцами тело мужчины с короткой стрижкой в которой ярко выражались черные игольчатые волосы. Даже его элегантные грубая щетина, что покрыла его мощный подбородок, смотрелась на нем, как подумала Оксана в тот момент, разглядывая его унывающее мертвым взглядом в котором нет надежды тело, довольно вызывающе. Прикрытое тело мужчины, легким бамбуковым одеялом, с весьма неприметным на первый взгляд торсом,
— Марина Викторовна кто эта женщина? — настойчиво спросила женщина, пожав от обиды подбородок с гордым видом, пыталась смотреть безразличный взгляд Оксаны
— Это наш начальник — ответила Марина Викторовна, пропуская мимо взгляд жены пациента, она обратилась к Оксане — Оксаночка, где ты пропадала?
— Прошу позвольте мне сначала послушать вашего мужа
Попросила Оксана, медленно подходя к кровати, шикарно покачивая бедрами, перед Валентиной, что только вошла в палату следом за ней. Одевая стетоскоп на шею, Оксана выражала в каждом шаге свою изящную эластичную красоту бедер, чем весьма смутила всех окружающих, особенно вызвала возмущение жены пациента. Красивым жестом, выгибая спину, выдавая всю сексуальность своих бедер, Оксана села на кровать рядом с тяжело дышащим мужчиной.
— Хм… — скривила очень эротично губки Оксана, прикоснувшись ушком стетоскопом к грудной клетки мужчины — Аускультации сердечного ритма, выдается длинными паузами, что указывает на выпадение желудочковых сокращений
— Я поэтому и предположила…
— Но вы не указали, какую конкретно причину блокады — возразила Оксана
«А вот появление пушечного первого тона Стражеско, весьма интересно доказывает мою теорию, так же увеличенная пульсация шейных вен, по сравнению с сонными и лучевыми артериями, только еще раз подтверждает мою теорию», размышляла Оксана, прервав свое суждение для коллег на феноменальной, интересной ноте.
— Оксана Владимировна если у вас есть хоть какая-то теория, пожалуй, самое время её сейчас озвучить — обратился Ларионов, положив красную папку с анамнезом пациента на подоконник
— «Атриовентрикулярнаяблокада» — озвучила Оксана, убирая ушко стетоскопа с тела мужчина, снимая его, повесила его себе не шею
— Что простите? — удивилась, очень сильно выражая свои эмоции, выражением округленности глаз, не давая никому сказать хотя бы слово
— Понимаете — начала рассказывать Оксана — В основе атриовентрикулярной блокады лежит замедление или полное прекращение прохождения импульса от предсердий к желудочкам вследствие поражения собственно АВ-узла, пучка Гиса или «ножек пучка Гиса»
— Оксана Владимировна пытается для всех нас сказать — вовремя вмешалась Валентина, заступаясь за своего начальника, перед строгой критикой жены пациента — Что у вашего мужа нарушение функции проводимости, выражающееся в замедлении или прекращении прохождения электрического импульса
— Оксана Владимировна — голосом вызывающее недоверие поинтересовался Ларионов — Я конечно всегда уважал и считался с вашим мнением, но учитывая тот факт, что вас не было на всех дифференциальных диагнозах, и где вы пропадали неизвестно, а теперь выдвигаете такую теорию, чем вы можете её доказать
— Валерий Николаевич — вмешалась вновь Валентина, встав между Мариной Викторовной и Ларионовым — Как вы смеете оспаривать мнение нашего начальника
— Валентина! — удивилась такой неожиданности Марина Викторовна — Оксаночка?!
— Ну да, а что — с хитрой ухмылкой ответила Оксана, поняв, что Марина Викторовна их раскусила, подошла со спины к Валентине — «Атропиновая проба» подтвердит мой диагноз
— А ведь действительно
Согласилась Марина Викторовна, посмотрев в глаза Оксане серьезным нравоучительным взглядом, не вызывая дальнейших сомнений. Продолжила рассказывать дальше теорию своего начальника.
— Брадикардия устраняется или уменьшается через 20-30 мин в том случае, если она была связана с возбуждением «м-холинорецепторов» сердца, которые атропин блокирует
— Да-да я знаю — скрывая довольный собой взгляд за прядью золотистых волос, продолжила говорить Оксана, как только Марина Викторовна высказала свое мнение — Вы ведь спросите меня, что же являлось причиной столь сильной брадикардии
— Возможно только то — вмешалась в беседу Вероника, закрывая папку с анамнезом, положила её на подоконник пластикового окна — Антиаритмические препараты
— Назначьте пациенту диуретики — распорядилась Оксана, звонко стукая каблуками черных туфель, направляясь к входной двери палаты — А так же «сердечныегликозиды», при явных признаках сердечной недостаточности, если вы их заметите на датчиках суточного мониторирования ЭКГ
— А так же вазодилататоры — поддержала дальше идею своего начальника Валентина, направляясь за Оксаной следом
— Я бы лучше порекомендовала вам «коринфар» — предложила Оксана, касаясь дверной пластиковой ручки входной двери кончиками пальцев — Но только Марина Викторовна назначайте этот препарат с особой осторожностью
— Оксана Владимировна!
Неожиданно вскрикнула жена пациента, ускорив шаг направилась к Оксане, выражение лица этой женщины была такое, как будто она хотела сказать что-то уж очень важное.
— Я хотела вас поблагодарить — вцепилась она в руку Оксаны своей прохладной, но удивительной нежностью кожи руки — Вы спасли моему мужу жизнь
— Вероника — обратился к своей дочери Ларионов, взяв закрытую папку с анамнезом пациента с подоконника пластикового окна, направился к открытой входной двери палаты — Выпиши рецепт и пусть медсестры начнут давать нашему пациенту нужные препараты, как раз те, что рекомендовала Оксана Владимировна
— Но папа! — возразила Вероника, пытаясь выразить свою точку зрения, темноволосая кудряшка, решила оспорить мнение команды — Радикальным методом лечения «АВблокад» является установка «электрокардиостимулятора»
— Это вы так называете диагноз моего мужа? — поинтересовалась женщина, встав у открытой водной двери палаты
— АВ-блокада — пояснил приятный насыщенной нежностью сексуальной ласки приятный голос Валентины — Это сокращенно атриовентрикулярная блокада
— И это верно — поддержала Оксана, покидая палату пациента перешагивая через высокий порог, сгибая сексуально ногу в колено — Это будет только в том случае, если медикаментозное лечение препаратами не будет давать никаких результатов
— Оксаночка я уверена, что коринфар, если давать его в умеренных дозах, может способствовать нормализации сердечного ритма
— Только после того, как он прекратит принимать антиаритмические препараты — предупредила Оксана, показывая красоту излюбленных бедер, что открывала короткая мини юбка на ней
— Оксана Владимировна! — вновь обратилась жена пациента, когда Оксана покинула палату её мужа — Я даже не знаю, как выразить вам свою благодарность, вас даже не было в палате моего мужа, но вы каким-то чудом смогли определить невозможное
— Просто у меня своего радикальный взгляд на решения таких вот проблем — взаимно улыбнулась Оксана очаровательной красотой алых губ
— Скажите что я могу для вас сделать? — поинтересовалась женщина, снова коснувшись своей чарующей прохладой прикосновения руки Оксаны — Я ведь от вас просто так не отстану, если вы не скажите как я могу отплатить вам за здоровье своего мужа
— Хм… возможно есть один способ…
Ухмыльнулась Оксана застенчиво, ощущая при глубоком вздохе аромат первозданной силы кашемирового дерева, который веял от рыжеволосой распутницы, что шла за ними следом.
— Постарайтесь мне пообещать следить за своим мужем, чтоб он больше не увлекался препаратами, действие которых может иметь для него летальный характер
— Это все? — тихо спросила женщина, вынуждая принудительным взглядом зеленых глаз
— Есть еще одна услуга — освобождаясь от назойливой прохлады руки этой женщины, с чарующей прелестью стервозной улыбки ответила Оксана — Постарайтесь больше никогда не попадаться мне на глаза
— Но я ведь хочу вас отблагодарить — искренность в голосе этой женщины, могла бы затронуть холодные чувства Оксаны
— Вы уже это сделали, когда пообещали мне ухаживать и следить за своим мужем — радушной улыбкой улыбнулась Оксана, направляясь дальше по больничному коридору
Не оставляя этой зеленоглазой женщине никакого шанса на благодарность, Оксана с самовлюбленной холодной улыбкой направлялась по коридору, ощущая при каждом вздохе аромат больших растений, что в огромных керамических горшках украсили интерьере деревенской больницы. Проходящие рядом две медсестры, были сильно удивлены прелестью красоты улыбки Оксаны, когда направлялись в противоположном направлении во взрослое терапевтическое отделение. Прекрасный пленительной прелестью аромат ромашки, которым пахли их девственные юные тела, на некоторое время привлек внимание Оксаны, от чего она, представляя, как ласкается своим обнаженным телом между двух русых красоток, искушая себя прелестью эротического соблазна между ними.
— Оксана Владимировна — возмутилась обиженным тоном распущенность голоса Валентина, легонько коснувшись ладонью руки талии Оксаны, обходя её со спины — Они ведь еще совсем юны, я думала, вам нужен кое-кто постарше
— И он уже у меня есть — тихим шепотом ответила Оксана, приветливо кивнув двум проходящим рядом мужчинам врачам
— Ну, так что у меня или у вас? — поинтересовалась Валентина
— Смотря, на что ты намекаешь — кокетливо пригрозила Оксана игривым жестом указательного пальца
— Обкатать вас как свою девушку — прошептала она на ухо Оксане
— М… даже так — виляя перед рыжеволосой развратницей изящной красотой бедер, Оксана начала спускаться по ступенькам на первый этаж — Я подожду тебя в машине
— Я быстро Оксана Владимировна — предупредила Валентина — Только заскочу в кабинет, возьму свой красный плащ, он ем-то даже схож с вашим
— Я пока прогрею машину — заявила Оксана, с нежностью прикосновения получила незабываемое удовольствие, коснувшись, ладонью перила лестницы
Чувствуя, как охватывает сильное возбуждение от последнего шепота Валентины прямо под ухо, Оксана едва сдерживала свой порыв сексуального возбуждения. Искушая себя перед соблазном представляемой постельной страстью с рыжеволосой юной развратницей, Оксана сама не заметила, как возбудилась, спускаясь по ступенькам с тяжелым дыханием в груди. Дыхание стало сильно учащаться, такое чувство, будто Оксане не хватало воздуха, грудь стала более выраженной упругой сочной притягательностью формы, а от шепота Валентины, влага на стенках влагалища начала переполняться изобилием страсти.
— Оксана Владимировна — послышался раздражительный голос Тихонова со спины
— М… Валерий Валерьевич… — ухмыльнулась Оксана, обернувшись в пол оборота к заведующему больницей, стоя на лестнице, опираясь рукой и прижимаясь бедрами к мощным дубовым перилам лестницы — Какая неожиданная встреча — нервно прикусила она губу
— Оксана Владимировна до меня дошли слухи….
«Блядь старый пень обо всем догадается», чувствуя эмоциональное напряжение, подумала Оксана, опираясь двумя руками на перила лестницы, выгнула спину, чувствуя заядлое отвращение к этому мужчине, что постепенно медленно спускался по ступенькам к ней.
— Что вы днем покидали территорию больницы — продолжил говорить Тихонов, остановившись на ступеньках лестницы в метре от Оксаны — Можно узнать, куда вы ездили?
— Да так по делам — ехидно ухмыльнулась Оксана, вздыхая глубоко с облегчением
— М… жду не дождусь этого дня, чтобы привязать вас к этой больнице как всех работников
«Да долго тебе старый пердун еще ждать придется», продолжая застенчиво улыбаться, подло размышляла Оксана.
— Ну да ладно — вздохнул он, поправляя черный галстук — Постарайтесь не наделать глупостей, в течение этого месяца собирается комиссия из здравоохранения, мне неприятности с вашей стороны Оксана Владимировна совершенно не к чему
— Оксана Владимировна — обратилась Валентина нежным приятным голосом, встав за спиной Тихонова
Очаровательный красный короткий плащ, смотрел на теле рыжеволосой молодой девушки просто сногсшибательно, отчетливо выражая каждый эротический изгиб на её теле.
— Валентина! — вскрикнул Тихонов таким голосом сильно удивился увидев Валентину в верхней одежде, стоящую перед ним на ступеньках массивной лестницы — Для вас рабочий день еще не закончен и да кстати, как дела у вашего пациента, дело которое я специально подобрал для вас
— Так все хватит — возразила Оксана, схватила рыжеволосую девушку за руку, легонько потянула её на себя — Я её начальник и я решаю, когда её рабочий день будет закончит
— Оксана Владимировна, а не слишком дли круто для вас распоряжаться уже графиком работы медицинского персонала
— Пока что это мой отдел Валерий Валерьевич, а это мой работник, или у вас есть возражения?
— Валерий Валерьевич — тихо ответила Валентина, впадая в объятия Оксаны прямо на лестничной площадке — Нам удалось распознать причину болезни этого мужчины
— В самом деле?
— И большего ему знать ничего не нужно
Разъяснила Оксана перед заведующим больницей свою точку зрения, начала медленно продолжать спускать по ступенькам, выражая свои изящно упругие бедра перед Валентиной.
— Что ты быстро сильно — удивилась Оксана, прошептав тихим шепотом
— Старалась вас не задерживать
— Вот за это я тебя уважаю очень сильно — спустившись с последней ступеньки лестницы, призналась Оксана
— Стараюсь вас не разочаровать, теперь ведь я…
— Валентина — прервала её откровенность Оксана, дернув легонько кончиками пальцев за рукав плаща — Мы в больнице…
— Ах… ну-да, ну-да — глубоко изнуренно вздохнула рыжеволосая расхитительница сексуального соблазна, направляясь рядом с Оксаной по помещению вестибюля больницы
«М… даже до терпеть уже до дома не может, так вздыхает, пожалуй, мне есть на что рассчитывать», с хищной улыбкой подумала Оксана, продолжая искушать себя мечтаниями об эротической фантазией.
Переступила высокий порог, открытой двери, что держала открытой перед ней Валентина с тяжелым изнуряющим возбужденным похотью соблазнов дыханием. Рыжеволосая львица придала свое тело соблазну аромата кашемирового дерева, это Оксана смогла почувствовать, проходя максимально близко около неё, глубоко вдыхая душный спертый массами запахами находящимися людей в больнице воздух. Возбуждающая будоражащая нотка этого специфического оттенка вкуса, скрывала в своей обладательнице такого чудесного запаха самые скрытые искушения сексуальной страсти.

***
Смуглые облака затянули просторное голубое небо над деревней, погружая постепенно пространство во мрак тени, тучи постепенно сгущались. Слабый усиленный легкими порывами ветер колыхал ветки голых деревьев, стряхивая с них накопившейся за зиму снег. Деревенский воздух был наполнен сыростью, запахами мокрой травы, деревьев и прочих растений. Над просторами серого свода, под оковами серых туч, небо наполняли столбы дыма врывающиеся в воздушное пространство через дымоходы деревянных частных домов. Мычание и звон колоколов на шее у коров звоном разносилось по деревенским улицам. Лай собак, который никогда не умолках, постепенно начинал стихать, как только с неба грянули первые капли дождя. Постепенно усиливая нагнетания дождь начал усиливать свое влияние, доказывая свое превосходство среди природной стихии. Начиная барабанить по крышам домов, тихо стукая каплями дождя по окнам, первый дождь в этом году пытался омыть землю, что пропиталась еще зимней стужей и завораживающей холодом свежести прохладой.
— Вот блядь дождь
Тихим матом выругалась Оксана, направляя красный мерседес вдоль деревенской улицы, вминаемый мокрый нег все еще издавал приятный хруст. Мокрый гравий, дорожного полотна улицы, под шинами легкового спортивного автомобиля тихо шуршал, под протектором черных шин. Десятки тысяч мельчайших капель дождя стучали легким стуком по крыше машины, омывая лобовое стекло, дворники которого так и не переставали работать. Лелея себя в кожаном водительском кресле, Оксана ощущала всю прелесть печки, что обдувала, теплой нежностью её обнаженные ноги, доставляя легкое приятное удовольствие заботы.
— Разве это не прекрасно — выразила свое мнение Валентина, скорчив в похотливой развратной улыбке уголок розовых губ — Первый дождь в этом году
— Только укладку волос испортит — возмутилась Оксана, пытаясь разглядеть через мокрое, посыпаемое тысячами капель влаги стекло дорогу — Да что тут еще увидишь в такой мгле
— А куда мы, собственно говоря, едим? — поинтересовалась Валентина, с легкостью завораживающего прикосновения ладони, дотронулась до колена Оксаны
— Ко мне домой — ответила Оксана, легонько вздрогнула ногой, ощущая легкое пленяющей лаской рук прикосновение ладони руки Валентины на своем колено, пытаясь грамотно сохранить контроль над мокрой дорогой, по которой красный мерседес, крался как хищник среди опасностей джунглей — Ты ведь этого хотела?
— Что прям, так сразу — удивилась Валентина, заявляя назойливые права на ногу Оксаны, придала её очаровательной ласки силе трения поверхности ладони об её колено — Даже чаем меня не напоите? — поинтересовалась рыжеволосая развратница
Плавным чарующей нежностью движением, подбираясь поверхностью ладони Валентины к краю черной мини юбки Оксаны.
— Валентина! — возразила нравоучительным тоном голоса, придавая лазурным голубым глазам возмущение, которое четко отразилось недовольным взглядом в зеркале заднего вида — Я за рулем потерпи до дому, там будет и чай кофе и даже что покрепче
Ощущая всем телом, Оксана начала терять над собой контроль, пытаясь всеми силами сосредоточиться над дорожными опасностями мокрой стихии.
— Ладно-ладно — убирая руку, выражая недовольство улыбкой чарующей притягательности розовых губ, согласилась Валентина — А далеко еще до вашего дома?
— Да вот уже приехали — начиная плавно притормаживать каблуком черных туфель с легкостью нажатия давила на педаль тормоза, пояснила Оксана — Вот мое лежбище — указала она взглядом глаз на дом с большими красными железными воротами
— Всегда мечтала получше познакомиться с вашей матерью — выразила свое желание Валентина, застенчиво подмигнув голубым глазом Оксане, отображая довольство улыбки на мокром лобовом стекле — Ведь теперь я занимаю по праву место Катерины!
— Валентина! — рявкнула на неё Оксана и жестким методом отобразила свой гнев силой надавила на педаль тормоза — Мы же договорились, чтобы я больше никогда не слышала имя этой подлой суки — доказала она свою точку зрения резко затормозив перед воротами своего дома
— Я наверно пойду лучше открою ворота для вас
— Сиди — недовольно заявила Оксана, схватив её за руку, когда она хотела открыть дверь автомобиля чтобы выйти — Я сама все сделаю
Чувствуя всю знойность холода погодных условий, Оксана ощутила, как обнаженная кожа её ног подверглась в путы пленяющих оттенков прикосновения свежести. Теплый салон моментально наполнился жуткой мерзкой прохладой. Решив побаловать немного рыжеволосую развратницу, Оксана, покидая салон автомобиля, красивым жестом изогнула спину, выставив перед ней сексуальной притягательностью упругие бедра.
«Блядь мои волосы», скорчила кривой смуглой улыбкой Оксана алые губы, оказавшись на улице, чувствуя как падающие капли дождя рушили её сексуальную пышную укладку волос.
Потребовалось несколько продолжительных минут, после которых, Оксана вновь очутилась в салоне любимого красного мерседеса, как только плавным ходом сервопривода, ворота дома начали открываться. Оказавшись вновь в излюбленном водительском кресле, мокрый красный плащ, с которого стекали капли будоражащего прикосновения холодной воды. Завораживающим касанием влага с её золотистых волос, касались обнаженных ног Оксаны, заставляя её легонько вздрагивать, ощущая жуткое влияние холодной мерзкой погоды.
— Никогда не думала, что такой лидер как вы Оксана Владимировна может быть такой неженкой
— Молчала бы — возмутилась Оксана, надув от недовольства алые мокрые губы, с жадностью надавила на педаль газа автомобиля
Красный мерседес с диким раздирающим уши свистом шин, кидающим из-под колес мокрые крупинки гравия, швыряя сырую грязь, автомобиль резко въехал в ограду дома Оксаны. Ласкаясь вновь в теплых объятиях атмосферы салона машины, прогретой чудесной печкой, Оксана была готова отдаться этому креслу всем своим телом. Заглушив мотор автомобиля, плавным поворотом ключа, Оксана заметила в зеркале заднего вида, плавным ходом начали закрываться главные ворота её сокровенного пристанища.
— Ну, вы блин даете Оксана Владимировна
Выразила Валентина свои накипевшие пережитые эмоции тяжелым изнуряющим вздохом, открывая дверь салона автомобиля, как только рычание его двигателя стихло.
— Пошли уже — показывая недовольство характера Оксана, выскочила из машины, ощущая на всем теле, как мокрая одежда начала влагой чарующего оттенками холода окутывать её тело
Проливной дождь поливал как из ведра, накрывая с головы до ног мельчайшим порывом будоражащей прохладой влаги. С красной крыши дома, покрытого металла черепицей слышался звон падающих и стекающих по ней бурным потоком капли воды. Сырость пропитанного холодом воздуха насытила атмосферу своим влиянием, но ароматный запах старого кедра, что рос в ограде, возле дома Оксаны, нельзя было ничем перебить.
— Давай быстрей — крикнула Оксана, пытаясь подняться, стукая каблуками по мокрым ступенькам деревянного крыльца — Я уже вся промокла, как будто половая тряпка, осталось тока ноги вытереть
— Ну, ноги я об вас Оксана Владимировна вытирать не собираюсь
Изъявила хитрое желание похотливая рыжеволосая львица, повернувшись стоя на ступеньках к Оксане в пол оборота, показывая прелесть мокрых прекрасных рыжих волос.
— Я согласна на все — скривила алые мокрые губы, в отвратительной мерзкой улыбке Оксана, мечтая оказаться в теплой и уютной обстановке дома — Давай тока дома все обсудим — выражая недовольство своими губами, она достала из мокрой белой кожаной сумочки ключи от дома
— За чашечкой чая?!
— За бокалом вина — заявила Оксана, вставляя ключ в замочную скважину дверного замка
— Надеюсь за бокалом какого-нибудь «Каберне»
— Лучше — улыбнулась Оксана хитрой развращенной улыбкой, ощущая прохладу чарующей прикосновения влаги на алых мокрых губах — Ты даже не представляешь каким
— М… думаю, нам есть, что обсудить
— Нечего обсуждать! — упрекнула рыжеволосую девушку Оксана, открывая плавно входную дверь своего дома
— Ну как же вы взяли второе дело не просто так, как ваша девушка я просто обязана вам помочь
— Как твой начальник я категорически запрещаю тебе этого делать — заявила Оксана, перешагивая высокий порог открытой входной двери
— Но почему? — возмутилась Валентина, входя в дом следом за Оксаной — Я хочу вам помочь
— Ты пытаешься помочь там — говорила Оксана, серьезным угрожающим выражением лица, захлопнув громким грохотом дверь за спиной Валентины — Где помощь твоя, абсолютно не нужна
Рыжеволосая покрытая влагой дождя девушка вжалась от страха под убедительным взором лазурных голубых глаз своего начальника во входную дверь. Ощущая теплую прогретую обстановку дома, Оксана смягчила выражение своей угрожающей ухмылки, на лояльность, мило улыбнулась. Повернулась спиной к рыжеволосой девушке, перед большим зеркалом в коридоре, стала расстегивать пуговицы красного плаща, пропитанного сыростью влаги сильного дождя.
— Хм… наверно мамы нет дома — заметила Оксана обстановку окутанного мраком опустевшего от людей дома — Наверно где-то шляется выдра
— Почему вы так выражаетесь о своей матери — снимая с себя красный мокрый плащ, поинтересовалась Валентина
Окутанный во мраке темной пустоты дом, был погружен во мрак смуглых бегающих по стенам теней, от качающихся веток мощного кедра за окном. Свежесть аромата дикой розы перенасыщала этот дома свое изысканной силой непревзойденного вкусового оттенка. Так же сочетание вкусового запаха красного вина, насытила атмосферу домашнего быта своей непревзойденной силой аромата. Тишина этого дома убивала слух Оксаны, даже простой стук каблука по паркету дома, отражался громким эхом в её ушах, принуждая просто освободиться от этой мокрой обуви.
— Потому что она это заслужила — скидывая с себя мокрый красный плащ на пол, заявила Оксана, освобождаясь с легкостью от мокрых туфель разбросав их небрежно в прихожей коридора своего дома — За все свои года, она только помыкала мной, Оксана то, Оксана это
— По крайней мере, из вас вышел отличный начальник и превосходный врач
— Да, но какой ценой — посмеялась Оксана коварным смехом, направляясь босыми ногами, оставляя за собой мокрый след ступней
— За все приходится платить — с легкостью воодушевления голос выразила Валентина свое мнение
— Ой, только мне-то это не говори — продолжая улыбаться коварной улыбкой, Оксана вошла в комнату, медленно расстегивая пуговицы белой блузки

***
Близость теплых чарующих рук Валентины в душевой стеклянной кабины, сводила легким и принуждающим сжиманием грудь Оксаны, когда она стояла к ней спиной, красиво сгибая спину, запрокинув голову к рыжеволосой львице на плечо. Теплая завораживающая касание нежности вода омывала их обнаженные тела, когда они находились в излюбленной для себя ласке эротических соблазнов. Оксана шикарно покачивала бедрами, перед рыжеволосой расхитительницей над телом, позволяя пенистой насыщенной ароматом дикой розы мочалки в её руках омывать свое тело богатым изобилием сахарной вязкой пены с чудесным свойством поистине вкусового оттенка сексуального обольщения.
— М… у тебя такие нежные руки
Похвалила Оксана, закрыв глаза, направила лицо под бурный поток падающей теплой воды, ощущая, как с нежным касанием мочалка омывала пеной её сочную грудь.
— Я прям рада тому, что могу отдаться тебе — изнывающей возбуждающей похотью интонацией голоса говорила Оксана, повернув лицо к Валентине, чуть приоткрыла алые мокрые порывом будоражащей страсти губы — Нашей сегодняшней ночи ничто не должно помешать
— Ничто и не помешает
Согласилась Валентина, коснулась кончиком влажного покрытой щедрым богатством слюны языка сгорающих по поцелую губ Оксаны, вставив с поразительной лаской его между её губ. Оксана, искушая себя сексуальным соблазном, прижимаясь спиной к рыжеволосой сексуальной львице чувствовала, как свободная рука Валентины, кончиками пальцев аккуратно круговыми движениями разминала её лобок. Играя чарующей прелестью эластичных бедер, Оксана, с закрытыми глазами придавая ласки рук свое тело Валентине. Оксана, используя все свое обольщение, старалась разбудить в ней ту самую жаркую эротическую искорку. С помощью которой, она заставила бы рыжеволосую львицу делать с ней такие вещи, вынуждая извиваться бешенным мучительным сексуальным стоном на скомканных простынях расправленной порывами страсти кровати с белым постельным бельем.
— Я так надеюсь — тихо прошептала Оксана, аккуратно губами собирала бурная страсть слюны с языка девушки — Что, ничто, не помешает — начала она извиваться страстными сексуальными изгибами, ощущая, как мочалка медленно сползала вниз по животу
Лавинный поток воды омывал тела девушек, смывая с обнаженного тела Оксаны густые потеки сгустков сахарной пены, что стекала по её коже плавным чарующим касанием.
— Ничто не помешает мне овладеть вашим телом так — заявила Валентина возбуждающим порывом страсти в ухо Оксане — Как я этого сама захочу
— А что тогда зимой перед новым годом в больничной сауне было? — виляя бедрами перед искушенной желаниями хищницей, Оксана ощущала ягодицами её лобок
— Деликатная сексуальная беседа — пояснила Валентина, облизывая смачно языком мочку уха Оксаны, покрывая его изобилием густой слюны
— Ах… — чудесным сексуальным тоном глубоко вздохнула Оксана, ощущая, как мочалка, на которой уже почти не осталось пены, обрабатывала её лобок — Вот как это теперь называется
— А что разве вам не понравилось?
— По-моему…
Заявила Оксана, освобождаясь с порывом легкой необузданности, выражая свою сексуальную непокорность, сгибая ногу в колено. Оксана повернулась лицом к рыжеволосой извращенной натурой девушку, опираясь ступней ноги на стеклянную стенку душевой кабины. Чудесная прелесть гармонии дикой розы вместе с бурлящими тонкими запахами кашемирового дерева, насытила душевую кабину непревзойденным противостоянием вкусовой чудесной прелестью.
— Я думаю, что душ это не самое подходящее место для занятия этим — сексуальным жестом неподвластной львицы Оксана провела кончиком указательного коготками по мокрым алым губам
— В самом деле
— Именно — медленно поворачивая вентили смесителя, Оксана перекрыла воду в душевой кабине
— А вот по-моему — Валентина сделала шаг на встречу к Оксане хищным жестом необузданной похоти — Кто-то обещал насытить мое тело вином
— Только тело?! — поинтересовалась Оксана, чувствуя, как с притягательной теплой нежностью рука рыжеволосой девушки обвила аккуратно её талию
— Кто знает — одарила Валентина ласковым касанием изнемогающие алые губы Оксаны — Может, я чего-то большего захочу
— М… Валентина — промурлыкав как кошка, Оксана с изумлением сексуального голода наблюдала, как Валентина открыла перед ней дверь стеклянной кабины — Ты меня искушаешь
Демонстративным эротическим жестом, сгибая ногу в колено, выражая всю истинную сексуальную эластичность своих бедер, Оксана перешагнула через высокий порог душевой кабины. Ступив ступнями на прохладный кафельный пол, что был покрыт мелкими капельками влаги, ощущая знойный холод на ступнях ног. Оксана легонько вздрогнула и тут же ощутила на своём теле теплые согревающие объятия, нежных рук Валентины, что обвили её тело сзади, погружая в оковы сексуального соблазна.
— Как на счет перевести нашу милую беседу в комнату — предложила Валентина, сковав оковами ладоней сочную грудь Оксаны
— Ах… — с нежностью голоса вздохнула глубоко Оксана, озвучивая свой порыв сладким стоном, ощущая, как пальцы рыжеволосой львицы сжимают лаской подушечек её большую грудь — Я тоже так считаю — играя своими бедрами, перед Валентиной, в медленном плавном беззвучном танце, согласилась она
Оксана с легкостью вновь покинула пленяющие лаской рук объятия Валентиной, направляясь по ванной комнате к вешалке с полотенцами, шикарно при каждом шаге покачивая бедрами, выражала всю истинную сексуальность своего тела. Чарующие капли прохладной воды, стекали по телу Оксаны, обжигая своим касанием бархатистую кожу, оставляя морозящую дорожку за собой, падая в свободном падении с розовых сосков груди на пол кафеля цвета морской воды. Обворожительная легкая дрожь по телу от капель воды, доставляла скрытое сексуальное удовольствие, а осадок прикосновения пальцев Валентины к пышной груди Оксаны, завораживал сохранивший теплое воспоминания.
— И все-таки — решила поинтересоваться Валентина
— Что все-таки? — крайне удивилась Оксана её любопытству, выставляя перед ней упругие бедра, изгибая спину, сорвала для неё красное махровое полотенце с вешалки для полотенец
— Нет мне просто интересно, можете не отвечать, если сочтете нужным — взяв из рук Оксаны полотенце, продолжала изводить любопытством Валентина
— Говори уже! — раздраженным голосом, требовательно настояла Оксана, обворачивая мокрое тело белым махровым полотенцем
— Что все-таки произошло между вами и Катериной Владимировной? — задала она крайне непристойный вопрос для Оксаны
— Нет! — возразила Оксана, от обиды поджав нижнюю губу, повернулась к рыжеволосой крайне любопытной девушке спиной — Все-таки я не буду на него отвечать — поворачивая блестящую металлическую ручку, входной двери, отказала она в ответе
— Но мне ведь интересно почему? — настоятельно требовала ответа Валентина, когда Оксана покидала ванную комнату через открытую входную дверь
— Я же сказала тебе — заявила Оксана, сексуально сгибая ногу в колено, перешагивая через высокий порог открытой двери — Что я теперь твоя девушка, все хватит нудных вопросов
Разбросанная по всей комнате мокрая одежда девушек, веяла от себя ушедшей сырости дождя, под который они попали. В комнате царила атмосфера бурной разыгравшейся страсти, на паркете остались размазанные мокрые следы ступней девушек, с мокрой одежды, что лежала на полу уже успела набежать небольшая лужа воды. За окном наступила смутная темень, небо так сильно затянула темными тучами, что они не пропускали лучи солнца через окно комнаты Оксаны. В доме была тишина, было слышно, как по стеклу окна комнаты все еще барабанил проливной дождь. Все было в темных оттенках сексуальной похоти, беглые тени от веток кедра за коном бегали в бушующем ритмичном танце, чудесно гармонируя в такт порывам ветра.
— Но я требую и хочу знать… — выбежала Валентина из ванны следом за Оксаной, схватив за руку, развернула её к себе
— Да как ты смеешь! — возмутилась Оксана, прошипев змеей на неё за такую наглую выходку, оказавшись в её объятиях
— Посмею! — заявила Валентина, одарив Оксану крепким шлепком ладони по оголенным мокрым бедрам, оставив розовый отпечаток руки
— Ах… — громко на весь дом взвизгнула Оксана, плотно стиснув зубы, стерпела ужасную жгучую боль, хотела вырваться из хватки обидчицы
— Ну зачем же вы так Оксана Владимировна — с нежностью голоса говорила Валентина, заводя руку Оксаны за спину, а другой обвила талию прижала её к себе — Вы ведь теперь моя!
— Да пошла ты а… — хотела огрызнуться Оксана, но рьяная садистка больно завела её руку за спину, заставив закричать от ужасной боли
— И пойду — схватила она свободной рукой резко за волосы Оксану, запрокинув её голову, влепила крепкую пощечину — Только теперь с вами в постель
Сильный жгучий удар рыжеволосой девушки, откинул Оксану на кровать, оголив в момент падения её тело от белого махрового полотенца, что упала на пол в порыве дикой страсти. Сильный обжигающий удар по лицу, оставил яркое розовое пятно на щеке Оксаны, вынуждая стонать от переизбытка болевых ощущений лежа в постели. Рыжеволосая обидчица легонько чмокнула губами, состроив в эротическом изгибе свои скулы, медленным шагом направилась к постели, скидывая с себя на пол мокрое полотенце.



— Я всегда вас выгораживала, прикрывала вас — откровенничала Валентина забираясь на кровать к Оксане — Не давала никому усомниться в вашей репутации, взамен прошу лишь частичку откровенности
— Чего ты хочешь? — испуганным голосом спросила Оксана, лежа в постели на спине, согнув в колени раздвинутые ноги, чувствовала, как вминается в подушку головой
— Душевно поговорить — призналась она, явно пытаясь очаровать своей ангельской улыбкой
— Мне нечего тебе сказать — наотрез отказалась говорить Оксана, отворачивая взгляд в сторону лежащего полотенца на полу
— В самом деле — нависая, стоя на четвереньках, над обнаженным телом Оксаны, возразила Валентина
Чарующие капли прохлады воды падали с рыжих мокрых волос Валентины, касаясь обнаженного тела Оксаны, заставляя её вздрагивать в сладких мучительных изнемогающих стонах. Даже в такой угрожающей обстановке насилия над её телом, которое может произойти, она испытывала глубокое сексуальное возбуждение. Скрывая из-за всех сил свою похоть, Оксана выдавала себя тяжелым возбужденным учащенным дыханием, жадно хватая воздух ртом открытыми губами, чувствовала непревзойденную силу загадочного парфюмерного аромата кашемирового дерева.
— Как можно от такого получать наслаждение?
Поразилась Валентина, поворачивая взгляд Оксаны за подбородок легонько к себе заметила, как она сильно была возбуждена от такой максимальной близости.
— А как можно любимую девушку заставлять изнемогать по поцелую — заявила Оксана, стирая с глаз аккуратно подушечками пальцев влагу слез непроизвольно нанесенной ей обиды
Неконтролируемый порыв льющихся с глаз слез сочился тонкой струйкой с лазурных, сияющих искорками скрытой похоти глаз Оксаны. Жаркое испепеляющее дыхание с розовых губ Валентины, возбуждала скрытыми оттенками сексуального искушения страсти прямо в открытый рот Оксаны. Страдающие алые губы по поцелую, были слегка открыты в ожидании сладости поцелуя, пылающий жар губ львицы принудил Оксану закрыть влажные покрытые влагой слез глаза. Сладкий момент будоражащего соблазна, Оксана высунула слегка кончик языка из обители алых губ, почувствовала, как Валентина сплюнула в её открытый рот смачный сгусток сахарной вязкой слюной.
— М… что же ты делаешь? — глотая слюну девушки, сладко простонала Оксана
— Хотела еще раз посмотреть, как вы это делаете — призналась Валентина, приближаясь очень медленно к губам Оксаны



Горячая гармония слияния губ в головокружительном поцелуе, кружила голову Оксаны, сочетание сладости вязкой слюны возбуждало звериное желание. Танец страсти двух языков заводил искушая нежностью повиливая языком Оксаны, в её рту, самыми разными жестами вытворяя чудеса женкой ласки. Нежная рука Валентины обвила бедро Оксаны, по которому совсем недавно пришелся удар, сжимая его излюбленной лаской, она продолжала искушать её. Другой рукой рыжеволосая львица заявила свои права на сочную грудь Оксаны, сказочной лаской сжимала её подушечками своих нежных пальцев.
— М… почему? — возмутилась Оксана, жадно глотая воздух, возмутилась тому, как Валентина быстро оторвалась от её губ
— Хочу снова услышать ваш ласковый голос — с тяжелым дыханием в груди, облизывая сочно покрытые слюной губы кончиком языка, Валентина легла рядом с Оксаной на кровать
— И что же ты хочешь услышать? — поинтересовалась Оксана, ощутив нежные прохладой пропитанные пальцы на своем влагалище
— Хотела обсудить с вами наши отношения — говорила с такой поразительной нежностью голоса Валентина, едва касаясь алых влажных губ Оксаны
— А тут разве есть, что обсуждать? — ухмыльнулась Оксана, нежно чмокнув рыжеволосую расхитительницу над её телом в губы
— Мне не хочется, чтобы все знали, наши совместные с вами отношения
— Хорошо как скажешь — согласилась Оксана, начиная сжимать в кулак под собой простынь, ощущая, как пальцы Валентины нежно начали двигаться вдоль её влагалища совершенно даже не пытаясь проникнуть — Меня и так устраивает
— Отлично — обрадовалась Валентина, посмотрев в глаза Оксане голодным сексуальным взглядом
— Чего же ты ждешь? — изнывая сильной похотью, простонала Оксана, пытаясь лежа на подушке запрокинуть голову
— Вы же понимаете, Оксана Владимировна, что я вас сейчас здесь просто изнасилую
Вполне серьезным тоном говорила Валентина, заводя свободную руку под спину Оксаны, прижала её тело к себе, сковав объятиями искушения страсти.
— А я что разве против? — утопая в таких нежных руках, Оксана была готова на все, чтобы усмирить дикое сексуальное желание
Стенки влагалища уже начали насыщаться влагой, трепетное дыхание поднимало пышную грудь, взгляд Валентины сошелся воедино со взглядом лазурных голубых глаз Оксаны. Пальцы коварной мучительницы медленно двигались вдоль влагалища Оксаны, вынуждая её стонать сладким стоном. Жадное и поистине жаркое дыхание губ Валентины манила к себе, искушая жаждой дикой страсти поцелуя.
— Ну же чего же ты ждешь? — изнывая, стонала Оксана
— Я не могу заставлять мою королеву страдать по сексуальным ласкам
— Ах… — сладко громким стоном простонала Оксана, почувствовав обжигающий жар губ и слюны Валентины своем розовом нежном соске груди — Как мне нравится, когда ты меня так называешь
— Вы моя королева
Ласковым голосом прошептала Валентина, облизывая поразительной нежностью касания сосок груди Оксаны, оставляя на нем смачно растекающиеся сгустки вязкой слюны.
— Так удовлетвори же свою королеву — простонала Оксана приказным тоном, ощущая, как обжигающей прохладой язык рыжеволосой девушки опускался вниз по поверхности её живота
— Я это и хочу сделать — заявила Валентина, с поразительной сказочной нежностью, облизнула кончиком языка лобок Оксаны, оставляя на нем щедрое изобилие слюны
Медленно и очень аккуратно Валентина раздвинула половые губы Оксаны, обжигая их жарким возбужденным дыханием. Оксана изнемогала сексуальной дикой похотью, жадно массируя руками собственную грудь, ощущала, как дыхание Валентины ласкала стенки её раздвинутого влагалища. Плавным и медленным касанием язык Валентины смоченным сочной вязкостью слюны коснулся возбужденных мокрых губ Оксаны, от чего она громко застонала, извиваясь на кровати, изнывая сексуальными стонами.
— Ах… а… — стонала Оксана, чувствуя обжигающую прохладу слюны на стенках влагалища
Массируя собственную пышную грудь в грубой форме своими пальцами, Оксана извивалась на кровати, хватаясь то за волосы, то за простынь. Валентина так старательно вылизывала влагалище Оксаны, заставляя её изнемогать громкими стонами. Вскоре язык Валентины смоченным щедрым изобилием слюны проник в обитель половых губ Оксаны, от чего она, раскрыв рот, и полностью открыла глаза, не могла даже вздохнуть, ощущая поразительную нежность прохлады, обжигающую холодом слюны. Дикая страсть блуждания языка рыжеволосой львицы сломила Оксану, от чего она изогнула спину, вцепившись всей силой в простынь под собой, с открытым ртом пыталась вздохнуть. После нескольких поступательных движений языка искусительницы в глубине стенок влагалища Оксаны, она выплеснула на его поверхность мощной лавинной силы эликсир женского оргазма. Старательно Валентина вылезала влагалище Оксаны не оставив там никакой посторонней жидкости столь же нежно как и вошла в него, покинула его обитель влаги, пощекотав его влагой незабываемой страсти губы напоследок.
— Вот и все — завораживающей лаской, Валентина чмокнула губами влагалище Оксаны
— М… Валюша — рухнула на постель Оксана, изнывая сладким стоном закрыв глаза, массировала свою грудь, чувствовала как силы и сознание медленно её покидают
— Все хорошо Оксана Владимировна — успокоила она Оксану, укрывая её ноющее от бессилия тело белым бамбуковым одеялом — Я с вами — говорила Валентина, забираясь под одеяло
Оксана продолжала сладко стонать закрытыми глазами, находясь в теплых, лаской женской любви пропитанных руках Валентины, позволяя её рукам массировать бедра и грудь. Изнемогая сильным бессилием от испытанного оргазма, Оксана даже не могла открыть глаза, повинуясь теплотой и нежностью рук, оставила свое тело рыжеволосой искусительнице. Утопая в таких приятных объятиях крепких необузданных уз страсти, Оксана сладко засопела. Единственное, что успела запомнить Оксана, прежде чем уснула это нежность руки что обвила её бедра, а другая грудь, а так же слизь прохлады слюны, от языка Валентины, что облизывала её ноющие по поцелую губы, издававшие сладкий стон. Тихим стоном Оксана постанывала во сне искушая себя в надежных объятиях Валентины, чувствовала сквозь сон, как обжигающей ручей страсти, покидал обитель пропитанного влагой влагалища, тонкой струйкой сочился, прямо на белую простынь, под ней.



Тусклый свет торшерного светильника, пробивался в полумраке комнаты, освещая пространство возле парфюмерного комода в комнате Оксаны, где за большим пластиковым окном красиво прорисовывались тысячи разных оттенков ночи и ярких прорисованных на нем звезд. Золотистый свет луны, пытался проникнуть в комнату, освещая маленькую ковровую дорожку, но отчетливо выражая свою красоту во мгле ночного неба. Разбросанные пропитанные сыростью вещи оставались, все так же лежать на полу, в самой комнате царила, сохраняя первозданную силу аромата ушедшей постельной страсти. Рыжеволосая львица сладко посапывала на расправленной большой дубовой кровати Оксаны, в которой постель из белых простыней была взъерошена словно волны в океане в момент шторма. Свернувшись калачиком как нагулявшая блудливая кошка, Валентина постанывала легким эротическим стоном, представляя во сне яркие сексуальные фантазии.
«Сучка рыжая получила свое, теперь спит, а мне придется использоваться из-за тебя дура тональный крем», назойливо Оксана растирала жгущую щеку, на которой остался заметный след пощечины.
Голубой нейлоновый халатик довольно элегантно обволакивал тело Оксаны, когда она сидела на белом мягком пуфике, возле парфюмерного комода. Подчеркивая каждый изгиб сексуальным выражением голубая легкая ткань, плотно обволакивала тело Оксаны, тщательно скрывая под ним обнаженную сексуальную прелесть. Взглянув с обидой на ногу, Оксана заметила на бедре яркий розовый след от шлепка, от чего просто пришла в ярость.
«Сука ненормальная, да теперь мини юбку из-за неё не наденешь», прикинула в уме мысль обиды Оксана, разочаровавшись в поведении своей новой возлюбленной.
Внезапный звонок на сотовый телефон, заставил Оксану вздрогнуть от неожиданности, чуть не опрокинув от испуга флакон с духами, что едва благодаря его гладкой круглой поверхности небольшого пузырька, французских духов, едва не упал на пол. Остановив с легкостью катящийся флакон по поверхности комода, Оксана прижала его подушечкой указательного пальца, грамотно рассчитав, брызнула на себя часть содержимого очаровательного аромата дикой розы. Изысканная сила и прелесть этого очаровательного страстного поистине оттенка необузданной страсти, молниеносной волной распространила свой запах по всей атмосфере комнаты, насыщая воздух поистине свежим и сладким вкусом загадочным вкусом.
— Да я вас слушаю — ответила Оксана на входящий вызов звонка, нажав тут же на громкую связь, легким касанием кончиком коготка, пока другой рукой поставила на место флакон с духами.
— Оксана Владимировна — послышался голос Маргариты Павловны, руководителя ритуального агентства — Ваша просьба уже начала выполняться, нужно чтобы вы через час были уже в больнице — звучание тонких нот интонации этой женщины были весьма взволнованными
— Очень хорошо — обрадовалась Оксана, взяв в руку тюбик тонального крема — Через час я буду на месте, пусть ваши люди подвезут нужное мне сразу к дверям морга — выдавив часть тюбика на палец, прикусила губу в ожидании неприятных ощущений
— Не знаю, зачем вам это нужно — голосом неудержимого страха выразила свое мнение Маргарита Павловна — Но вы точно либо вы больной человек, либо одержимый чем-то
— Просто делайте то — заявила Оксана, устав слышать одно, и тоже от разных людей — За что я вам заплатила — прижала губы свободной ладонью руки, она начала наносить содержимое крема на пальце на жгучую болью щеку
Ощущая легкий проникающий нежностью холодок, Оксана словно обомлела, не слушая совершенно, что говорила ей по телефону Маргарита Павловна. Утопая в ласке наслаждения проникновения в кожу щеки Оксаны, тональный крем не смог скрыть полностью отпечаток сексуальных неожиданных для неё последствий. Прикусывая сладко краешек губы, Оксана почувствовала горькое разочарование, заметив в отражение зеркало, что крем лишь слегка притемнил след от полученной пощечины.
— Вы бы знали, скока мне пришлось потратить усилий, чтобы уговорить парней на эту глупость!
— Я так думаю что половину вами полученных денег
— Какой там половину! — возмутилась Маргарита Павловна — Из всего этого мне осталось только три тысяча долларов
— Ну, ведь не вы сейчас с лопатой в дождь не выкапываете чью-то могилу
— Тьфу ты — сделав звук как будто сплюнула Маргарита Павловна тщательно выражая свое отвержение в услышанном, противным сморчком — Как вы можете такое говорить, вы же врач, проявите человечность
— Это вы-то говорите тут о человечности! — возмутилась Оксана, жадно начала обрабатывать след шлепка на бедре
— Это насколько нужно быть одержимой, чтобы заниматься вскрытием тела давно умершей девочки — была все еще под ужасным потрясением Маргарита Павловна, придавая интонации своего голоса страх
— Это не ваше дело — опровергая её заявление, возразила Оксана — Просто сделайте то, о чем я вас прошу, мне большего и не надо два часа это максимум
— Надеюсь, вы знаете что делаете — предупредила Маргарита Павловна, сама сбросила входящий вызов
«Дура ненормальная, хотя её боязнь мне вполне понятно, ведь стоит чему-то пойти не так, и в этой глуши её бизнес накроется полным крахом», предположила Оксана, скорчив губки, была крайне расстроена, что чудодейственное влияние крема, не смогло скрыть след шлепка на её бедре.
Входная дверь дома начала тихо открываться, издавая едва слышный поворот механического замка, который Оксана сразу услышала и насторожилась. Дверь плавно отворилась, насыщая коридор и постепенно воздух в комнате свежей сырости прошедшего первого дождя. Раздался звонкий женский хохот пьяной Марины Николаевны и стук каблуков в дальнем конце коридора, где резко зажегся свет настенных светильников, озаряя своим неистовым свечением яркую дорожку в комнате Оксаны.
— О боже Володя да что ты так переживаешь да дошла я дошла — говорила она едва заплетающимся языком, не переставая хохотать, об что-то споткнулась в коридоре — Ой подожди блудница эта вернулась, пойду, проверю, как у неё дела, все я отключаюсь
Насыщенная перегар вина быстро распространился по всему дому, насыщая воздух в комнате изысканной сладостью красного вина. Громкий звук каблуков Марины Николаевны ужасным звоном разносился по коридору, раздражая уже слух Оксаны. Марина Николаевна предстала, предстала перед своей дочерью в роскошном длинном черном пальто, с большим воротом, великолепие v-образного выреза спереди, открыла скрытую тайну прекрасного декольте красного платья, что скрывалось под ним. Шикарные красные туфли на высоком каблуке, которыми она так звонко стукала, сияли яркими отблесками падающего на них света с торшера, который стоял возле Оксаны. Женщина так сильно напилась, что едва держалась на ногах, облокотившись на дверной проем, открытой двери, она скривила в пьяной улыбки алые щедрое накрашенные алой помадой губы, запах, который Оксана сразу же почувствовала.
«Должна признать, улыбку, я унаследовала, от этой пьяной выдры», надула обиженно губы Оксана, пытаясь не смотреть на пьяную мать, растирала тональным кремом розовый смуглый оттенок на коже бедра.
— М… Оксанка — мурлыкала, как изнывающая кошка, пьяным возгласом Марина Николаевна, медленно опираясь на косяк входной двери, вошла в комнату, спотыкаясь, чуть не падая уже на пол — Наблудила да?
— Тебе-то какое дело — не желая разговаривать с пьяной матерью ответила Оксана, с психу кинула тюбик крема на комод — Блядь да он не помогает!
— А чего ты ожидала хм… — растирая рукой сонные глаза, улыбаясь пьяной улыбкой Марина Николаевна — А это что за рыженькая девочка у тебя там спит?
Поинтересовалась она, медленно неуверенно чуть ли не падая подошла к комоду, за которым на пуфике сидела Оксана.
— Мам иди спи — недовольно буркнула Оксана, вставая медленно с пуфика, вольно потягиваясь оголила перед Мариной Николаевной бедро с со смуглым потемневшим следом шлепка
— Оксанка! — удивилась Марина Николаевна, прижимая от шока ладонь к губам, медленно, поправив пальто, села на пуфик, с которого встала Оксана — Это кто тебя так, она?
— Да даже, если она, что с того? — недовольно взглянула на спящую стонущую во сне рыжеволосую Валентину — Лучше подумай, что мне сейчас одеть, чтобы скрыть этот нелепый след?!
— Я тут знаешь — резко вставая с пуфика, как будто вспоминал что-то важное, Марина Николаевна уронила на пол, тени Оксаны, неловко задев их рукой
— Мама! — возмутилась Оксана поведением пьяной матери — Ты мне так всю косметику испортишь
— Такое тебе платье купила, ой Оксанка сама от зависти чуть его не надела, но решила приберечь его для тебя — игнорируя недовольство собственной дочери, Марина Николаевна делилась впечатлениями о произведенной покупке
— Ты знаешь — отодвигая красную бархатную штору, с ухмылкой на лице, любуясь красивым многотысячными звездами сияющим небом в ночи — Я пожалуй посмотрю, что ты там мне купила
— Вот и отлично — медленно передвигаясь по комнате, стараясь не упасть, Марина Николаевна изобразила такой изгиб улыбки алых губ, точной копии, как у Оксаны — Я просто уверена тебе оно должно понравиться
Аккуратно передвигаясь в темной комнате, Марина Николаевна, как показалось Оксане, прилагала огромное количество усилий, чтобы не свалиться на пол. Тело этой женщины насквозь сквозило перегаром красного вина, а так же пытаясь скрыть этот знойный вкус красного вина, что веяли с уст Марины Николаевны, она щедро накрасила губы алой помадой, что даже в темноте при легком отсвечивании светильника, который горел в комнате, они сияли мелкими маленькими искорками. Жадно расстегивая пуговицы черного пальто, Марина Николаевна будто жаждала скинуть с себя эти назойливые стягивающие её тело оковы, звонко стукала каблуками по паркету.
— Постойте-ка — остановилась она напротив кровати, не доходя пару метров до белого шкафа с одеждой — Я ведь знаю эту рыженькую, она ведь на тебя работает в больнице, Оксанка ты что?!
— Да мама — согласилась Оксана, медленно подошла к кровати — Самое главное, что нам хорошо вместе и большего мне не надо, понимаешь? — поправляя одеяло, она накрыла обнаженное сладко стонущее во сне тело Валентины
— Ой Оксанка — тяжело и изнуренно вздохнула Марина Николаевна, скривив губы в пьяной кривой улыбки — Когда ты наконец остепенишься
— Мама хватит! — возразила Оксана, шлепнула ладонью руки по одеялу и в момент шлепка пальцами задела и потянула случайно за пояс голубого халатика — Хватит меня во всем помыкать
Оксана быстро встала, зацепившись кончиком халатика за спинку кровати, не заметила как в порыве истерики, позволила с себя скинуть сама халат. Голубая нежная материя халата упала на пол, так и оставшись быть зацепленной на спинке кровати. Оксана предстала перед Мариной Николаевной в совершенном обнаженном виде. Оксана хотела взвизгнуть но, Марина Николаевна прикрыла её рот указательным пальцем и посмотрела пьяным взглядом глаз в её испуганные глаза.
— Тише девушку разбудишь — предупредила Марина Николаевна, убирая медленно палец от алых губ Оксаны — И вообще, куда ты собралась на ночь глядя?
— В больницу — ответила Оксана, испытывая огромную неловкость перед матерью стоя рядом с ней полностью голой
— Что ночью?
— Да вот ночью — буркнула недовольно Оксана, впадая принудительно в материнские прохладные лаской и нежностью пропитанные руки
— Ты что дура? — рассмеялась пьяным смехом Марина Николаевна прижимая Оксану к себе
Знойный прохлада, который все еще сохранял свежесть воздуха улицы, был изрядно насыщен запахом свежести сырости прошедшего дождя. Холодные материнские руки с нежностью обвили обнаженное тело Оксаны, прижимая её к себе, Марина Николаевна, не желала совсем никуда отпускать свою дочь, на ночь глядя. Ароматное сочетание разных запахов, насыщала так же это черное пальто на ней, такой изрядный букет и вкусовое изобилие парфюма вдохновляла приятную материю женского весеннего пальто. Утопая в ласки материнских объятий, Оксана даже не могла сопротивляться, желая внутренним чутьем еще хоть на чуть-чуть продлить время ласки нежных материнских рук.
— Мама я уже ведь не маленькая — нахмурила губки Оксана, сложив голову на плечо к матери, почувствовала, как Марина Николаевна кончиками коготков щекотала ей спину, а другой рукой с материнской заботой обвила её талию — Но мне правда очень нужно в больницу
— Что до утра не подождет
— Нет, мама не подождет — заявила Оксана, преодолела огромное усилие в себе, покинула нежные материнские объятия, направляясь к открытым дверям шкафа, шикарно покачивая бедрами
— Для меня ты всегда будешь маленькой — шлепнула легонько Марина Николаевна Оксану по ягодицам, оставив завораживающей свежестью прохлады розовый отпечаток
— Ай, мама! — шепотом сделала замечание Оксана, повернувшись к обидчице в пол оборота, положа ладонь руки на бедро — Что ты делаешь?
— Уже и потискать тебя нельзя! — возмутилась Марина Николаевна, медленно походя к шкафу, облокотилась на него плечом — Сразу все в штыки
— Я не маленькая мама — чувствуя внутренне раздражение, возразила Оксана, красивым жестом изогнула спину, выставив шикарные бедра, отодвинула в шкафу ящик с нижним бельем
— Для меня ты такой и останешься — оспорила Марина Николаевна возражения своей дочери, доставая на вешалки в шкафу шикарное длинное бело-черное платье
— Мама, но ведь оно! — надула от возмущения губки Оксана, оценивая вариант Марины Николаевны — Оно же очень длинное даже для меня
— Как раз для тебя — настоятельно заявила Марина Николаевна, представив перед Оксаной держа на вешалке длинное красивое платье
— Ладно — согласилась Оксана пойти на уступки Марине Николаевне — Ты ведь не отвяжешься просто так — доставая из ящика темно-синее нижнее белье, говорила она, красиво покачивая бедрами, стоя у отодвинутого ящика шкафа
— Ни за что! — положив платье на постель, ответила она — Ой Оксанка, иди блуди, раз тебе мало
— Мама! — вскрикнула Оксана, заставив Марину Николаевну вздрогнуть от крика — Мне надо в больницу у меня дела
— Знаю я твои дела — возразила Марина Николаевна, направляя к входной двери комнаты — Опять наверно к своему Романову поедешь
— Да правда мама у меня дела — уверяла Оксана свою мать, кинул небрежно от недовольства нижнее белье на кровать
— Делай, что знаешь — ответила Марина Николаевна, уставшим голосом зевая, подходя к дверному проему открытой входной двери комнаты — Пойду я спать, я уже свое отгуляла сегодня
— Иди — тихо прошептала Оксана, поджимая от обиды недоверия губу, спокойно села на кровать, где так сладко посапывала Валентина, с нежностью сексуально голоса стонала во сне
Продолжительные двадцать минут увенчались плодотворным успехом, Оксана расправляла длинное платье на талии, в встав около большого зеркало справа от входной двери в комнату. Брызнув на себя с флакона духов с великолепной гармонии дикой розы «Rose Sauvage» от Антони Висконти, Оксана придала своему образу необычайную острую порыва ощущения запаха страсть. Пользуясь алой помадой, Оксана нанесла щедрый её слой на свои губы, после чего став изнуренно их облизывать, чтобы нанести и придать им, изощрено сексуальную форму. Придав невообразимый шик своему внешнему образу, Оксана направилась к открытой входной двери, звонко стукая каблуками черных туфель, проходя мимо торшерного светильника, ловкостью пальца выключила его тусклый свет, погрузив перед уходом за собой комнату во мрак смуглой ночи.
«Дрыхнет уже выдра», проворачивая мысли в голове, Оксана вышла в темный коридор погрузившегося во тьму ночи дома.
С гостиной доносился едва слышное дыхание Марина Николаевны, тяжелые вздохи и легкий стон, начинали уже раздражать Оксану. Знойный запаха отвратительного перегара витал уже по всему дому, начинал уже тошнотворно влиять, заставляя Оксану прикрыть ладонью руки нос, чтобы хоть как-то не дышать этим отвратительным для неё ароматом вина. Обволакиваясь в черное постиранное и наполненное свежестью аромата лаванды черного пальто, Оксана утопала в его нежностью материала. С какой чудесной лаской, удобная черная материя верхней одежды достаточно плотно, облегало её тело, придавая ему сокрушительной силы сексуальный рельеф, выражая самые откровенности неровности.
«Налакалась кошка, теперь спит», заглянув напоследок в гостиную, Оксана с усмешкой посмотрела на Марину Николаевну, что спала на диване, укрывшись пледом.
Взяв с парфюмерной полки в коридоре белую кожаную сумочку и кинув ключи от машины и от дома в карман, Оксана открыла во мраке сумрака ночи входную дверь дома. Ощущая резкую свежесть, что словно мощной волной ударила Оксане в лицо, заставляя отвернуться, она почувствовала, как завораживающая сила холода проникла в коридор дома. Постепенно окутывая её тело, стараясь проникнуть за рамки дозволенного, придавая ласки касания прохлады легкого порыва ветра тело Оксаны. Делая глубокий вздох насыщенной свежести воздуха, Оксана перешагнула через порог, открытой двери, ощущала озноб на своем теле.
Лиственный запах хвои, окутывал пространство в ограде дома Оксаны, шум с опушки леса чудесно гармонировал в такт легких порывов ночного бодрого свежестью деревенского воздуха ветра. Ощущение сырости, запаха мокрого дерева, вкус сгоревших дров и тлеющих углей из дымоходов других соседских домов веял по округе. Где-то на конце улицы, лаяла какая-то деревенская собачонка, дикий раздирающий уши вой этой псины, уже начал надоедать некоторым соседям, что от такого лая, зажгли свет в окнах своих домов. Черный соседский кот, забрался на кирпичный забор Оксаны, оглядывая ночную спутницу, яркими зелеными глазами, как у ведьмака, он сделал любопытную пышную мордашку, тихо мяукнув, направился вдоль ограды по забору из кирпича, подняв от гордости черный хвост с ярко-выраженной белым кончиком.
— Блядь да что так холодно — грязно выругалась Оксана
Спускаясь по ступенькам сырого крыльца дома, Оксана, аккуратно наступая каблуками черных туфель на пропитанные сыростью ступеньки, позволила нескольким капелькам воды на них, окутать влагой её обнаженные ноги. Порыв ветра колыхал с нежностью золотистые волосы Оксаны, словно подобие шторма в бурлящем стихии океане. По телу пробежала легкая дрожь, чувство растекающейся морозящей влаги, по её ноге доставляло легкое раздражение. Однако насыщенный свежестью пропитанный смолы запах кедра, вдохновлял мысли Оксаны на новую гармонию.
— Надеюсь в больнице все должно пройти гладко — тихо прошептала Оксана, двигаясь по цветной каменной плитке к сенсорному дисплею управлению главными воротами
С легкостью играя коготками пальцев, Оксана задала команду воротам плавное открытие, после чего легкий шум сервоприводов начал медленно смещать с места огромные красные железные ворота. Чувство внутреннего волнения колебало Оксану, скованная в движениях, она направлялась медленно к одиноко стоящему в ограде красному мерседесу, окутанными тенью нависающих над его крышей могучих веток старого кедра. Покрытый красной перламутровой краской грозный механический хищник, был окутан прохладой холода. Забираясь в салон автомобиля, после того как его водительская дверь была открыта легким поднятием вверх, Оксана чувствовала как оковы свежести прохладой пропитанного воздуха, сковывают её тело, пытаясь пробраться за грань материи её черного пальто. Ласкаясь в теплых порывах прогретого воздуха печкой автомобиля, Оксана наслаждалась прекрасным шумом под красным капотом механического зверя.
Великолепие гармонии тихого журчание двигателя и приятной музыки с колонок музыкальной системы автомобиля было нарушено, внезапным звонком с телефона. Жужжание сотового разбойника сбило весь мелодичный ритм музыки, под который Оксана, закрыв глаза, прогревала двигатель машины, утопая в ласке кожаного материала водительского кресла.
— Блядь да кто на этот раз — быстро открыла глаза, Оксана начала копошиться в сумочке, что лежала между двумя передними сиденьями автомобиля
— Оксана Владимировна! — голос Маргариты Павловны был весьма встревоженным, когда Оксана ответила на звонок сотового телефона — Хотела еще раз удостовериться у вас все нормально в больнице?
— Хм… все зависит от того к чему вы спрашиваете? — ухмыльнулась Оксана, переключая режим сотового на громкую связь закрепила телефон, возле приборной панели машины
— Мы ведь вам не продукты ведь везем — проявляя остроумие, раздраженно ответила Маргарита Павловна
— Я понимаю — удивляясь наглости этой женщины, Оксана была поразительно спокойна в этот момент, выжимая плавно педаль сцепления — Все будет нормально — заверила она
Переключая рукоятку переключения скоростей в заднюю передачу, Оксана, добавляя легонько газу механическому зверю, с раздирающим уши свистом шин вывела резко красный мерседес из ограды дома. Сумрак ночи, окутывал мглой все вокруг. Только лишь мелкие огни и освещение фонарных столбов деревенской улицы служили единственной частичкой света, помимо собственного света от красного мерседеса. В такой ночной глуши было слышно, как автомобиль, швыряя мокрый гравий из-под своих колес, плавно тронулся с места. Яркий синий свет фар, достаточно четко освещал деревенскую улицу, по которой начал медленно двигаться мерседес. Ворота дома, плавным шипением сервоприводом задвинулись, как только автомобиль покинул пространство этой беспечной родной обители.
— Я надеюсь на вас — словно как камень с души упал у этой женщины, такой Оксана услышала голос облегчения от этой женщины, раздававшийся в динамике своего телефона — Постарайтесь не привлекать вообще никакого внимания, вы ведь понимаете, мы тут все очень сильно рискуем
— Я все прекрасно понимаю — успокоила волнующуюся женщину Оксана, направляя плавно автомобиль по неровной пропитанной сыростью гравийной дороги деревенской темной улицы
— Я вам еще раз позвоню, как только мои ребята будут подъезжать к больнице — предупредила Маргарита Павловна
— Хорошо — ответила Оксана
Удивляясь проходящему мимо стаду коров, который разносили громкий звон колокольчика по всей округе, Оксана обратила внимание, на пожилого мужчину, что погонял одну из коров тонким прутиком. Сгорбившейся старик, с ярко выраженной седой бородой, в валенках на резиновой подошве и толстой фуфайке, бережно обихаживал свою корову. Остальное же стадо двигалось в хаотичном порядке, останавливаясь возле некоторых домов, по одной или нескольких коров, ковыряя что-то мордой, в сырости таившегося снега.
— И да еще одно — предупредила Маргарита Павловна, снова явно выражая свое волнения — Мои ребята положат сам гроб в большую фанерную коробку, которую плотно накроют крышкой из фанерного листа
— Ясное дело — ухмыльнулась Оксана
Глубоко вдыхая приятный запах в салоне автомобиля, который насыщал атмосферу воздуха в салоне, что сохранял свою прелесть, благодаря автомобильному освежителю, что висел на зеркале заднего вида. Яркий свет фар отчетливо освещал неровность дорожного мокрого покрытия гравийной дороге, спугнув тем самым нескольких собравшихся кошек, что устроили сабантуй возле одного деревянного небольшого дома, с которого по темно-синему металла-шиферу стекала плавной струйкой вода.
— Не волнуйтесь Маргарита Павловна — уверяла Оксана, выезжая на центральную деревенскую улицу — Все должно пройти нормально и никто не о чем не догадается
— Да и что касается диагноза вашей девочки — обеспокоенным голосом предостерегала себя от опасности, говорила Маргарита Павловна — Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь узнал, каким чудом вам удалось поставить диагноз девочке, которую еще можно спасти
— Я вас еще раз заверяю — раздраженным голосом заявила Оксана — Я обо всем теперь сама в больнице позабочусь, дайте мне максимум два часа, да я думаю, что и часа хватит
— Вы думаете! — воскликнула Маргарита Павловна, выражая уже явный приступ паники
— Жду ваших ребят в больнице со стороны морга — предупредила Оксана, сбрасывая звонок сотового телефона, легким касанием коготка его сенсорного дисплея — Предупредите своих людей, что я оставлю для них открытую дверь
«Дура блядь ненормальная», мысленно в психе выражая эмоции, Оксана выдавила каблуком черных туфель, на первой скорости, педаль газа на полную мощность.
Автомобиль постепенно с ревом двигателем, разносящимся по всей округе начал стремительно набирать скорость. Освещая дорогу относительного ровного мокрого асфальта, красный мерседес начал значительно увеличивать скорость, подрезая тем самым нарушая правила дорожного движения белый универсал. Не обращая внимания на бешенные звуковые сигналы водителя белого универсала, Оксана повысила передачу, выводя автомобиль со свистом шин на ровную дорогу, которая вела в центр деревенской площади. Громкий рык мотора выражал свое превосходство над деревенскими улицами. Стремясь достичь превосходства в скорости, когда цилиндры мотора механического коня, танцевали внутри бешеный танец страсти, выражая резким тактом свою мощь. Разгоняя стаю собравшихся собак возле местного продуктового магазинчика, Оксана окатила маленьких деревенских дворовых собачонок в разные стороны, при этом окотив их из большой лужи, который красный мерседес пересек на большой скорости, волной грязи и мокрого снега. Радуясь поразительному удачному заносу, Оксана опять максимально выжала педаль газа, вновь повышая скорость машины во второе положение. Разъяренный механический зверь, издавая дикий рев мотора, стремительно набирая скорость, к центру деревенской площади.

***
Окутанный тихим шелестом голых веток мощных деревьев, больничный двор был погружен в глубокий сумрак накрывшей тенью смуглой пелены ночи. Завораживающей прохладой воздух, танцевал танго с деревенской природой, плавно раскачивая флаг Российской Федерации, который висел, болтаясь на шпиле перед большим каменным крыльцом больничного комплекса. Вдалеке возле больничного парка был слышен лай собак, со стороны приемного покоя, отделения скорой помощи, подъезжала машина неотложки, на противоположной стороне где виднелась крыша крытого деревенского рынка, был слышен звук работающего двигателя патрулирующего деревенские улицы уазика ППС. Сладкая молодая парочка расположилась на парковой алее, распивая спиртные напитки, молодые ребята, играли на гитаре тихо никому не мешая, напевали песни. Держась в тени покрытого густых хвойных деревьев деревенского парка, было слышно трепетание прилетевших грачей.
— Хм… кому опять посреди ночи стало плохо — тихо вслух размышляла Оксана
Находясь в салоне своего автомобиля, направляя его по опустевшей больничной стоянке, на которой находилось четыре не слишком богатые иномарки, покрытые каплями дождя, они щедро лелеялись в порывах свежести прохлады воздуха. Красный мерседес плавно двигался по опустевшей стоянке, как можно ближе к крыльцу приемного покоя, к которому только что подъехала машина скорой помощи. Вминаемый колеса мерседеса мокрый снег, что остался в некоторых местах дорожного асфальтного покрытия автостоянки, издавал приятный нежный хруст, плавно растекался по всей поверхности черного протектора шины.
— Интересно все же — рассуждала вслух Оксана, останавливая автомобиль на свободном парковочном месте — Если сложить «нефротический синдром», что показывает повышение уровня лейкоцитов и эритроцитов, а так же кровь в моче, и симптомы «легочной гипертензии», которые указывают на сильный кашель с мокротой, кровохарканьем, выраженным цианозом губ
«Так же нельзя отрицать и кровоподтеки на слизистой оболочки рта, а все-таки этот желтовато-серый оттенок кожи, даже схож по отношению с землистым», проворачивала Оксана события в голове, заглушив мотор двигателя.
Открывая водительскую дверь, Оксана нарушила баланс гармонии теплого прогретого салона автомобиля, впуская царство жуткого холода, который сразу начал окутывать её ноги. Повесив белую кожаную сумочку на плечо, Оксана вытащила из бардачка карту собранного анамнеза девочки, которую она оставила в машине. Красивым эротическим жестом, изогнув спину, допуская чтобы легкий порывом насыщенный свежестью ветер, колыхал золотистые волосы Оксаны, словно волны во время шторма, покинула машину, чувствую щекотливую прохладу на коже. Плавно закрывая за собой дверь мерседеса, Оксана переворачивала в голове симптомы болезней, которую могут объединяться в одну проблему, чтобы объяснила бы все.
— А что если у девочки вообще «окклюзияпочечнойартерии» — предположила Оксана, не заметив, как наступила каблуками черных туфель в мокрый снег
Поддавшись сильному искушению головоломки, Оксана размышляла, не замечая, как уже подходила к крыльцу приемного покоя, через которое собиралась попасть в больницу. Рядом стоящей газели, двое парней фельдшеров, выносили на носилках, какую-то пожилую женщину. Молодые парни, чуть старше тридцати лет, были сильно удивлены присутствием Оксаны в столь поздний час в отделении скорой помощи, к крыльцу которому она так стремительно стукая звонко каблуками по мокрому асфальту.
— Это объясняет интенсивные боли в пояснице, тошноту, а так же вполне возможно и потерю аппетита и что самое главное объясняет лихорадку, которую как я считаю, может быть вызвана простой ОРВИ
— Осторожней! — послышался возмущенный голос Любовь Михайловны, дежурной медсестры отделения скорой помощи — Что случилось с вами?
— Женщина 69 лет — передавая карту этой женщине, говорил парень из неотложки, одной рукой помогаю своему коллеге закатить носилки на пандус крыльца приемного покоя — Хрипы в легких, а так же боль в груди, жалуется на сильный внезапно возникший жар, кашель, мокрота
— Оксана Владимировна! — игнорируя парня, вскрикнула Любовь Михайловна, выразив сильное удивление на лице, почти выхватив карту с анамнезом из рук парня — Что вы здесь делаете в такой поздний час?
— Да вот нужно кое-какие бумаги забрать
Пропуская мимо ушей, доклад парня из неотложки, ответила Оксана, не поворачивая взгляда в сторону этой женщины в белом халате. Поднимаясь по ступенькам крыльца скорой помощи, прошла мимо каталке с пожилой женщиной. Бросая беглый взгляд на женщину, что внимательно её изучала, встав напротив входа в приемный покой, держа в руке закрытую синюю папку с анамнезом поступившей пациентки. Любовь Михайловна так пристально смотрела на проходящую мимо неё Оксану, что направилась дальше по коридору, входя в отделение скорой помощи, где из соседней комнаты слышался звук телевизора.
— Странно — продолжая выражать свое банальное удивление, говорила Любовь Михайловна, заходя в помещение перед каталкой с пациенткой — Ваши коллеги уже давно дома, расписали лечение вашего же пациента и оставили все на дежурных медсестер
— Любовь Михайловна! — сдерживая раздражение, повернулась Оксана к этой любопытством раздирающей женщине в пол оборота — Мы можем с вами отойти поговорить, буквально на пару слов, уверяю, я вас надолго не задержу — посмотрев невзрачно на завозящую каталку с пожилой женщиной, пояснила она
— Да-да конечно Оксана Владимировна — с хитрой занудливой ухмылкой радушно согласилась женщина, передав карту обратно фельдшеру — Начинайте пока без меня оформлять женщину, через пару минут я подойду — заверила она парней из скорой помощи
— Сообщите сыну! — схватила пожилая женщина, лежа на каталке одного из парней, что вез каталку с ней, за руку — Он ведь не знает где я
— Надежда Валерьевна
Обратилась Любовь Михайловна, посмотрев пристально в глаза этой женщине, принудив повиливающим взглядом отпустить парня, которого она держала за руку.
— Все будет нормально, я вам обещаю, завтра же с самого утра, ваш сын ваш навестит
— Он ведь в Москве — пояснила пожилая женщина, с явным признаком мокроты в легких, делая затяжной долгий с трудом отхаркивающийся кашель — У него там семья
— Я думаю ради матери — успокоила её Любовь Михайловна, посмотрев на Оксану, что внимательно наблюдала за банальной драмой в коридоре приемного покоя — Если вы для него дороги, а я думаю все именно так, он обязательно преодолеет несколько сотен километров, чтобы удостовериться лично, что с вами все в порядке
— Любовь Михайловна! — выражая возмущение в голосе, крикнула Оксана, пропуская мимо себя каталку с пациенткой, пожилая женщина которой стала тоже изучать её пристальным внимательным взглядом — Мы могли бы с вами отойти поговорить, я ведь жду!
— Да-да конечно Оксана Владимировна — начала любезничать Любовь Михайловна — Так о чем вы хотели со мной поговорить — поинтересовалась женщина, подходя к Оксане
— Любовь Михайловна вы бы не могли забыть мое ночное присутствие здесь — переходя на взаимную банальную деликатность, говорила Оксана, направляясь по больничному коридору
— Вы просите, чтобы я никому не говорила, что вы были сегодня ночью здесь? — издавая явную насмешку, поинтересовалась Любовь Михайловна, направляясь в сторону вестибюля больницы, по длинному больничному коридору — Да мало ли какие у вас тут дела, меня это мало заботит
— Тогда давайте так
Открывая сумочку, Оксана настороженно глядела на эту женщину, скрывая коварство искорок лазурных глаз под мерцанием над головой светильника с люминесцентной лампой.
— Сходите плотно перекусите в кафетерии, возьмите себе чего-нибудь там — говорила убедительно Оксана, скрывая взгляд в тени моргающей лампы над головой — Мне просто очень нужно, чтобы ни одна душа не знала о моем присутствии сегодня ночью в этой больнице
Вложив в руку женщине две бумажные тысячные рублевые купюры, настойчиво убеждая, просила Оксана, оказывая таким подкопом взаимовыгодную обеим сторонам услугу.
— Не знаю что опять у вас на уме Оксана Владимировна — смутилась женщина, плотно сминая в руке шелестящие купюры — Ладно сейчас только расположу пожилую женщину, а потом направлюсь в кафетерий
— Да кстати — окликнула её Оксана, как только женщина повернулась к ней спиной и сделала несколько шагов в сторону приемного покоя — Завтра можете с утра положить дело этой женщины ко мне на стол, я уверена, мои лакеи сами решат, эту простую загадку
— Вечно вы все превращаете в головоломки — высказывая недовольства, Любовь Михайловна, обернулась, посмотрела возмущенным взглядом на Оксану — Мы здесь людей лечим между прочим, а не ребусы разгадываем, хотите погадать, так купите себе кроссворд
— Я всего лишь хочу помочь — уверяла Оксана — Хотя ладно, как знаете, вообще, если что я с радостью возьму это дело, но завтра
— Я распоряжусь, чтобы медсестры положили это дело завтра с утра к вам на стол — безразлично без всяких эмоций ответила это женщина, направившись дальше по коридору
«Дура блядь ненормальная, я ей помочь пытаюсь, а она меня мордой в грязь», грубо выразила мысли Оксана, поджав от обиды губу, смотрела вслед уходящей женщине в белом халате.
— Сначала бы волосы свои хотя бы причесала — тихо прошептала Оксана, обращая особое внимание на пышные растрепанные светлые волосы Любовь Михайловны
Больница словно опустела в такой поздний час ночи, в фойе была только дежурная медсестра, заполнявшая карты за стойкой регистратуры. Только лишь оживленный звонкий женский смех, запах кондитерских изделий доносился со стороны кафетерия. Воздух больничного холла был чист, словно только, что проветрен, после многочисленных масс пациентов. Сохраняя свою первозданную деревенскую свежесть, даже ясно выражался легкий отпечаток прошедшего дождя, что чувствовался легкой сыростью в атмосфере. Яркий свет недавно установленных светодиодных светильников на натяжном потолке вестибюля, достаточно видимо освещал хорошо обставленный интерьер холла деревенского медицинского комплекса. Словно танец страсти танцевал старинный тополь за окнами больницы, ветки которого играли тенями по мраморному полу, по которому, направляясь в отделение морга, звонко стукая каблуками черных туфель, шла Оксана. Две молодые медсестры вышли в полусонном дреме из кафетерия, от которых веяло запахом заварных колец и кофе со сливками, мило улыбнувшись Оксане, направились в сторону большой массивной деревянной лестнице, что вела на второй этаж.
— Так ладно все хватит — разозлилась сама на себя Оксана — Предположу пока, что «нефрит», одна из причин заболевания девочки, данные анализов мочи, меня только об этом и заставляют думать
Предположила Оксана, тихим шепотом, подходя к лестнице, что вела в подвал морга. Ощущая жуткую прохладу с открытой форточки, возле лестницы, что вела вниз, Оксана чувствовала легкий озноб на обнаженных ногах, платье и черное пальто, которое не могло препятствовать надоедливой проникающей свежести через её одежду. Открывая большие плотно запирающие пластиковые двери перед лестницей, что вела в морг, Оксана почувствовала резкую волну холода свежести ночного деревенского воздуха, что моментально окутывало её тело. Оставив одну створку двери открытой, Оксана направилась к небольшой мраморной лестнице. Мраморные ступеньки небольшой лестнице вели в мало освещенный коридор мерцающих ламповых светильников на потолке, у любого вызвали бы ужас и отвращение к этому месту, по одному тока ощущению холода от него. Улыбнувшись коварной улыбкой, что так ярко и красиво отразилась в стекле окна, расположенного перед лестницей морга, Оксана начала медленно спускаться вниз в подвальное помещение. Глубоко вдыхая воздух, Оксана чувствовала витающий в нем, запах формалина, с помощью которого бальзамировали тела умерших. Оксана, рассматривая карту с анализами девочки, пыталась сопоставить разумное объяснение неизвестному заболеванию, которое убило сестру близняшку, а сейчас скрываясь под симптомами нефрита и ОРВИ, убивают и её.

***
Свет помещения морга был слегка приглушен, в дальнем конце помещения, за несколькими ячейками, где хранились тела умерших, горел всего лишь маленький настольный светильник. За небольшим столом сидела медсестра, набирая что-то упорно на компьютере, она не обратила внимания, как дверь столь мрачного помещения тихо скрипнула. Раствор «формалина» в сочетании со спиртом заполонили атмосферу воздуха в помещении, ведь именно этими средствами производят бальзамирование. Один из железных столов расположенных в центре помещения был полностью убран и вычищен санитарными средствами, когда в тот момент на другом столе, была окровавленная скатерть, на которой производили бальзамирование, а на полу остались частички разлитого формалина.
— Оксана Владимировна! — удивившись, вздрогнула от испуга девушка, вскакивая, как пружина со стула, была сильно потрясена до ужаса здешней обстановкой
Оксана сразу же узнала девушку, что сидела за компьютером, буквально лень назад она именно одолжила ей халат в детском отделении, чтобы она смогла войти в палату к девочке. На девушке был белый халат, под которым выраженно скрывалась легкая пушистая весьма аккуратно пошива, связанная хорошими нитками кофточка с большим воротом. Стройные ноги этой девушки с чудесными веснушками на лице были окутаны плотными обтягивающими джинсами. Однако за стеклами, очков, что были на ней, скрывался в голубых глазах девушки неописуемый неприятный для неё ужас, который Оксана сразу же заметила и решила сыграть на этом. Тело юной девушки, как показалось Оксане, пахло, словно только что раскрывшейся цветок жасмина, предаваясь гармонии лавандового масла, играли будоражащую страсть непревзойденного вкусового аромата.
— Что вы тут делаете? — спросила она дрожащим от страха голосом, допустив, падение ручки со стола, что громки звоном, упала на мраморный холодный пол
— Верочка так ведь! — радушно кивнула Оксана головой, чувствуя себя в таком жутком месте, словно как в царстве — Не хочешь ли пройти прогуляться, до кафетерия, вижу по твоим глазам, что это место вселяет в тебя дикий ужас — с коварством в голосе входя в помещение, говорила она
— Но ведь Эдуард Иннокентиевич просил лично закончить отчет по вскрытию и предоставить ему лично на стол к утру — словно оправдываясь, говорила девушка дрожащим от страха голосом и с трясущимися руками, нагибаясь под стол, поднимая упавшую ручку — А вот что вы тут забыли?
— Давай так — предложила Оксана, открывая вновь свою сумочку вытаскивая из неё кошелек — Я тут сделаю буквально одно дело, не больше одного часа, который ты проведешь все это время в кафетерии — положив на край стола возле девушки тысячную купюру, решила она пойти на легкий подкуп
— Но ведь Эдуард Иннокентиевич сегодня дежурит в больнице, что я ему скажу? — взволнованно, девушка не решалась брать столь банальную скудную взятку от Оксаны
— Хорошо — доставая еще одну тысячную купюру, Оксана, чувствовала, как уже впадает в раздражение от нерешительности этой девушки — Просто придумай что-нибудь, что угодно дай мне буквально час и немедленно!!! — рявкнула она громко, чем сильно испугала молодую девушку еще больше
— Хорошо-хорошо, только не надо так кричать
Решаясь уступить Оксане, лишь бы покинуть столь мрачное для неё место, девушка схватила быстро со стола две тысячные купюры и буквально выбежала из помещения, громко хлопну за собой железной створкой одной из входной двери. Оставшись абсолютно одна в таком мрачном месте, где на потолке висел светильник состоящих из двух люминесцентных ламп, одна из которых непрерывно мерцала. Атмосфера жуткого холода царила в таком помещении, воздух был пропитан бальзамирующими жидкостями и средствами которыми производили уборку помещения, после тщательной обработки трупов. Расстегивая пуговицы черного пальто одной рукой, Оксана поставила белую сумочку на стол, за которым сидела испуганная девушка. Оксана направилась к вешалке с белыми халатами медицинских работников, которая была расположена справа от больших массивных двустворчатых дверей.
Прошло около десяти минут, когда Оксана раскладывала на маленьком железном столике приспособления для эксгумации, как одна из железных створок больших дверей помещения морга открылась. Плотный медицинский колпак окутывал волосы Оксаны, а стерильная марлевая повязка на лице скрывала красоту и коварство ухмылки её тайных намерений. Резиновые перчатки на руках были щедро обработаны раствором формалина. Двое мужчин заносили через открытую дверь, держа очень аккуратно в руках большую деревянный короб из фанеры. От мужчин несло сыростью землей, сами были промокшие, черные их фуфайки были покрыты землей, темно-синие джинсы, были части покрыты грязью, оставляя влажные следы на полу, они вошла в помещение морга. Блеклые едва потерянные взгляды, совершенно бездушных мужчин, окутанных жаждой больших денег, были готовы на любую грязную и незаконную работу. Грубая черная щетина у одного из плотно сбитого фигурой мужчины, у которого особо выделялся большой нос в форме мощного клюва, а так же серые глубоко посаженные глаза, в которых абсолютно не было страха, только лишь пугающее его тяжелое дыхание. Другой был чуть выше, но жилистее, в черной фуфайке, пропитанной сыростью, с которой стекали частички мокрого снега, однако и его карие глаза были такого же потерянного бесчувственного цвета. Хоть второй, более молодой парень и отличался ярко выраженной внешностью но, гладко побритым подбородком, совершенно чистое от щетины, но измазанное в земле лицо, был похож по внешнему виду на своего подельника, таких людей заботило лишь жажда наживы и денег,
— Кхе-кхе — сухой кашель более взрослого мужчины вызвал сразу же отвращение у Оксаны — Это вы тут такой озабоченный врач, который готов на такое безумие — спросил он
— Куда поставить короб? — спросил приятным голосом молодой парень
— Ставьте вот на свободный железный стол — немного смутившись вида измазанных и промокших сыростью земли мужчин, Оксана указала взглядом на свободный железный стол
— Ты хоть знаешь милочка чем мы рискуем? — предупредил мужчина, с помощью своего товарища, расположив фанерный короб на столе — Советую тебе делать все быстро, второй раз я на зону не хочу — с угрозой посмотрел он обернувшись поставив короб на Оксану
— Просто делайте все то, что я от вас попрошу — распорядилась Оксана, преодолевая в себе страх, грозно посмотрела на мужчин
— Шестеркой нас решила сделать? — возмутился молодой парень?
— Вы должны отработать свои деньги — не падая страха с кем разговаривая, заявила Оксана повысив тон строго голоса — А теперь прошу вскрыть короб и сам гроб, одна я за час не справлюсь
— Ну уж знаешь….
— Да успокойся ты щегол — возразил мужчина, упрекая, прошипел на своего товарища, грозно посмотрел на него — Мы все теперь тут завязли, так то нужно сделать все быстро и тихо, девчонка в любом случае теперь права
— Кузьмич! — возразил парнишка, поправив черную фуражку на голову — Ты, что собираешься сделать все¸ что она спросит
— А ты как думал щегол?! — снимая сумку с плеча, бросил её на пол, где тут же послышался звон каких-то железяк в ней
«Блядь, а чего я еще должна была ожидать Маргарита Павловна наймет именно такой сброд для такой работы, ладно придется задействовать то, что есть, выбор, как оказывается не велик», оценивая ночных долгожданных постояльцев, Оксана старалась не подавать вида малейшего страха перед ними.
— На баланду надо тоже зарабатывать, тем более ты и так какой кусок в баксах отхватил, так что делай, что она велит, на все про все у нас час и мы должны уложиться
— Ишь, ты как заговорил Кузьмич! — возмутился молодой парень
— Хватит! — вскрикнула громко Оксана — Мы теперь все плывем в одной лодке, так давайте за час сделаем, что требуется и дальше, можете увозить этот короб туда, где ему место — сказала она таким голосом, что вполне произвела особое впечатление на мужчин своим командирским голосом
— Слышал, что она сказала — можно сказать приказал мужчина постарше молодому парню, указывая взглядом достать лом из сумки, пока он аккуратно открывал крышку короба
Занимаясь приготовления уксусно-спиртовым раствором, раствор 10% хлористого цинка, Оксана рассчитывала тщательно изучить кожу умершей девочки. Жуткий холод в помещении морга окутывал тело Оксаны, а щедрое изобилие раствора формалина, что витало в воздухе, мешало сосредоточиться на главном. Мужчины скинули свои фуфайки на свободный железный стол, аккуратно почти без лишнего шума, открыли крышку гроба.
— Ну, все милочка — обратился мерзким голосом мужчина с грубой черной щетиной, от которого ужасно несло землей и навозом и ужасной сыростью — Давай приступай, делай, что тебе нужно
— Блядь придется поработать над трупом
Заявила Оксана, заметив, как сильно был изменен окрас кожи умершей девочки на руках, что были открыты под тканью белого потрепанного временем платья на ней.
— В каком смысле? — поинтересовался неприятным голосом молодой парнишка, почесав затылок грязной рукой
— Ты что слепой что ли — крикнула на него Оксана — Посмотри окрас кожи, что я по нему пойму, придется делать бальзамирование, чтобы вернуть хоть какой-то прежней окрас кожи умершей
— Делай девочка — согласился мужчина, почесывая кончиками грязных пальцев грубую черную щетину — Да поживее, у меня как-то нет больше желания на нарах гнить
— Все займитесь пока чем-нибудь — распорядилась Оксана, посмотрев недовольным взглядом на неуклюжих гостей, что наследили в морге
Принявшись аккуратно обработанными резиновыми перчатками формалина снимать платье с умершей девочки, Оксана хотела провести тщательное бальзамирование, пропитывание органов и тканей умершего веществами, препятствующими их разложению. Оксана хотела досконально изучить кожные сохранившиеся хоть какие-то покровы девочки, что были изрядно потрепаны гнилье и потемневшим оттенком. Прошло около десяти минут, как Оксана оголила тело мертвой девочки, кожа которой была сильно покрыта гнилью, почти ничего не возможно было разглядеть. Открывая большим пальцем веки глаза умершей давно девочки, Оксана заметила след от небольшого кровотечения на «конъюнктиве», тонкая прозрачная ткань, покрывающая снаружи и заднюю поверхность век.
— Хм... а вот это уже интересно — тихим шепотом прошептала Оксана, чем сразу же привлекла внимание молодого мерзкого парня, что выхаживал кругами, сильно волнуясь о своей судьбе, что-то нашептывая, возле закрытой двери морга — Значит, были кровотечения на конъюнктиве
Рассматривая внимательно в перчатках руки умершей девочки, Оксана обратила внимание, что маленькие худенькие пальчики ребенка были подобия барабанных перепонок, а ногти напоминали часовые стекла. Тщательно смочив приготовленный тампон в миске уксусного раствора, Оксана, очень аккуратно пользуясь зажитым тампоном в пинцете, нежно обработала веки мертвой девочки. Спиртово-уксусный раствор сделал свое дело, даже спустя несколько лет захоронения тела девочки, кожа на веках постепенно прояснилась, где Оксана сразу же обнаружила следы былых кровотечений, что сохранились спустя столько лет.
«Стоило бы подумать сразу, что на складках век тоже были небольшие кровоподтеки», нервно прикусила Оксана губу от раздражения неприятного запаха, что проникал через марлевую повязку на её лице.
Снова покрывая смоченным тампоном кожу рук, медленно и очень аккуратно тщательно обрабатывая каждый кусочек кожи, она старательно пыталась придать ткани плоти умершей девочки былой вид. Через некоторое время оттенок кожи из покрытого гнилью темного покрова, превратился в серый, по типу напоминающий землистый цвет кожи. Оксана, разглядывая через стекла очков, смогла увидеть следы давно прошедшего кровотечения в области ключицы, которые были вызваны из-за хрупкости кровеносных сосудов.
— Да они вся почти истекала кровью, хм… интересно, что же это могло бы быть — рассуждала шепотом Оксана, отложив тампон с пинцетом обратно на маленький железный столик
— Ну что долго там еще — поинтересовался, издавая хрипящий кашель мужчина, почесывая грубую черную щетину ладонью руки — Нам так-то нужно успеть его вернуть обратно
— Сейчас подождите — возразила Оксана — Полагаю вскрытие трупа делать незачем
— Да какое вскрытие ты что девочка — высказывал возмущение мужчина с черной щетиной на смуглом лице — Мы и так с этим щеглом своими головами рискуем, делай, что тебе там надобно, да мы поехали, нам еще до рассвета закопать его успеть надо
— Сейчас еще хочу проверить ротовую полость
— Не понимаю, что там искать — возразил парнишка моложе — Там уже давно все сгнило за столько то лет — выразил парень свое мнение, не переставая ходить вокруг до около входной двери
Медленно и очень аккуратно, Оксана раздвинула синюшные губы мертвой девочки, принимаясь делать тщательный осмотр ротовой полости. Ужасный трупный гнилой запах заполонил помещение своей неистовой властью, Оксана даже через марлевую повязку, закрывающую её лицо, смогла испытать к нему отвращение. Взяв вновь другой смоченный в спиртово-уксусном растворе тампон, Оксана очень нежно обработала ротовую полость девочки. Падающий яркий свет светильника, показал Оксане, что в ротовой полости были тоже следы кровотечения, которое она смогла разглядеть через стекла маленьких очков.
— Все девочка извини — возразил мужчин, отодвигая Оксану от трупа девочки — Ну нам нужно ехать закапать обратно этого ребенка в землю
— Но ведь я… — возмутилась Оксана
— Я на нары из-за этого не хочу — возразил молодой парнишка, помогая своему подельнику, вновь окутать тело мертвой девочки в белое платье, пользуясь грязными, в земле, перчатками
— Что вы делаете? — рассердилась Оксана, что они портят тело девочки, дотрагиваясь до него своими грязными перчатками
— Оно ей все равно не понадобиться — намекая на тело умершей девочки, не подпуская Оксану к фанерному коробу заявил мужчина, используя грубую силу, одел платье на мертвую, лежащую в гробу на железном толе морга девочку — Да наверняка туда больше никто не полезет
— Кузьмич давай поторопись — торопил молодой парень уже держа в руках крышку потрепанную временем гроба, что была измазана сыростью грязи — Федорович уже там матерится во всю поди на улице, дело то рисковое
— Да знаю я! — взволнованно закрывая уже гроб крышкой, согласился Кузьмич — А вы барышня извольте пользоваться тем, что получили мы и так сильно рискуем своей судьбой, находясь так долго здесь
— Блядь дилетанты — грязно тихо выругалась Оксана, схватив с другого железного свободного стола карту девочки
— Ой, можно подумать ты лучше идиотка! — грубо обозвал Оксану молодой парень
— Что ты сказал?! — грозно прошипела на него Оксана, сверкая отблеском падающего света на стекла очков
— Успокойся щегол! — упрекнул своего подельника мужчина с грубой черной щетиной — А вы барышня шли бы теперь занимались своим делом, спасали тех, кого еще можно спасти, иначе все это может и не иметь смысла
— Хм… — недовольно фыркнула Оксана, скинув использованные смоченные раствором тампоны и снимая с рук использованные резиновые перчатки, скинула тут же в мусорный бак — Вот как после этого с вами какие-то дела вести — высказывая недовольства, она оставила на маленьком столике все как есть, направилась к выходу
Оксана почти буквально сорвала с вешалки для одежды медицинского персонала, белую кожаную сумочку, а следом за ней и черное пальто. Поджав от обиды губу, направлялась к входной двери, держа сумочку в одной руке, накинула на свое тело поверх белого медицинского халата черное пальто. Мужчины за её спиной даже не обращали на Оксану никакого внимания, занимались сборкой фанерного короба, в котором уже с закрытой прибитой крышкой находился гроб умершей девочки. Не снимая медицинского колпака, что полностью скрывал волосы Оксаны, даже не соизволив снять медицинскую марлевую повязку на лице. Оксана, сильно торопясь, держа в руках карту собранного анамнеза девочки, направлялась к выходу, застегивая свободной рукой блестящие пуговицы черного пальто.
— Смотри Кузьмич она еще и возмущается
— Успокойся — вновь упрекая своего подельника — Я знаю таких людей как она, по глазам вижу насколько, она одержима, жаждой разгадать загадку
«Ну вот опять блядская философия», открывая входную створку дверей морга, Оксана уже не могла терпеть окутывающий её тело жуткий мерзкий холод
Покидая морг, Оксана вышла в подвальное помещение больницы, покрытые стены белой кафельной плиткой, мраморный пол, что был выложен из крупных плит, мерцающий свет подвального помещения и даже протянутые трубы коммуникации вдоль стены вызвали некий внутренний ужас. В самом подвальном помещении чувствовался теплый воздух, спертый запахами формалина и других химических реагентов для бальзамирования трупов. Звон каблуков Оксаны по мраморному полу громким эхом разносился, вдоль всей длинны коридора. Направляясь к лестничному пролету, что вел на первый этаж, Оксана несколько насторожилась, сбавляя ход, услышав на первом этаже голос Эдуарда Иннокентиевича, что разговаривал с медсестрой, которая работала за компьютером в помещении морга.
«Блядь уж лучше пускай меня тут увидит, чем этих дебилов, которых кроме денег ничего не интересует никакой, черт возьми, человечности в них нету», грубо подумала Оксана о сомнительных людях, что доставили для неё как она просила гроб с мертвой, похороненной три года назад девочкой.
— Верочка я же вам сказал подготовить отчет о вскрытии, вам наш патологоанатом все дословно описал, вам это нужно было лишь напечатать ну какой может быть кафетерий
Возмущался Эдуард Иннокентиевич, встав между лестничным пролетом, в его руку вцепилась молодая медсестра, словно не пуская его спуститься вниз.
— Верочка — говорил спокойно Эдуард Иннокентиевич, критично смотря из-под стекол своих очков на молодую девушку в белом халате — В чем дело?! — спросил он, явно обеспокоившись, почему ему не дают спуститься вниз, как он этого хотел
— Эдуард Иннокентиевич — поднимаясь по лестничным ступенькам, начала говорить Оксана, скрывая улыбку коварства за марлевой надетой на её лице стерильной повязкой — Какая удивительная у вас белая рубаха, м… а какой чудесный запах парфюма от неё исходит
Сделала вид Оксана, что разобралась в аромате мужского одеколона, что веяло от этого мужчины, когда на самом деле от него пахло сигаретным дымом и кофейным запахом. Начищенные до блеска черные туфли этого мужчины, носы которых были видны из-под черных длинных потрепанных брюк, сияли яркими отблесками падающего на них света с настенного светильника ламп дневного света. На голове, скрывавшую его явную блестящую лысину был надет медицинский колпак, а его белый длинный халат врача, на котором остались несколько частичек размазанного черного кофе, казался на первый взгляд смятым и не выглаженным.
— Оксана Владимировна — удивился он так сильно, как будто черта увидел, отходя сразу же на шаг назад — Что вы делали в морге на ночь глядя?
— Искала для себя интересное дело — застенчиво скрывая улыбку за марлевой повязкой на лице, улыбнулась Оксана
— Где в морге?! — его округлевшие полные удивления серые глаза были ярко видны даже через стекла его круглых больших очков
— А почему нет — возразила Оксана, сдергивая с лица марлевую повязку, передала её в руки молодой рядом стоящей медсестре — Эдуард Иннокентиевич мы можем поговорить? — спросила она, пытаясь отвлечь его внимание от морга
— Да-да конечно — все еще был глубоко поражен появлением Оксаны в столь поздний час в такой мрачной обстановке помещения — А… Верочка!
— А Верочка пока что отнесет вот эту карту в мой кабинет — протягивая настырно карту анамнеза в руки молодой медсестры, говорила Оксана — Так ведь Верочка ты ведь это сделаешь — сверкая голубой зябью под стеклами своих очков, она почти шипела змеей на девушку
— Да но…
— Ничего это недолго так ведь Верочка? — возразила Оксана — А потом она сможет вернуться и подготовить для вас отчет — проявляя настойчивость, навязывалась она
— А как ваш последний пациент, удалось ли выяснить причину столь подозрительной брадикардии?! — интересовался Эдуард Иннокентиевич, не переставая смотреть на Оксану удивленным взглядом поднимаясь вместе с ней по ступенькам лестницы на первый этаж
— Да уже медсестры начали лечение — ответила Оксана, вдыхая вкусный аромат табака, которым пахло от этого мужчины — Атриовентрикулярная блокада
— Хм… интересный диагноз — согласился Эдуард Иннокентиевич — И все же что же подвигло вас на такую теорию?
— Скажем так — выражая свое мнение, Оксана ерзала игриво губками — Узкие комплексы QRS, что соответствуют нарушению провождению электрического импульса в АВ-узле, а так же в ножках пучка Гиса, которые как раз и отвечают за прохождение электрического возбуждения по желудочкам сердца
— Вот за что вы мне нарвитесь Оксана Владимировна — похвалил Эдуард Иннокентиевич — Вы всегда даете на любой поставленный перед вами вопрос, четкий и ясно понятный всем ответ
— М… Эдуард Иннокентиевич — промурлыкав как кошка, засмущалась Оксана, направляясь по больничному длинному коридору в сторону вестибюля — Вы мне льстите
— Отнюдь нет — оспорил Эдуард Иннокентиевич точку зрения Оксаны — Так о чем вы хотели со мной поговорить?
— А… так вы об этом — рассмеялась Оксана, снимая с глаз очки, сложила их придавая застенчивый вид своему великолепию образа — Я о том деле женщины 69 лет, что поступила сегодня ночью в отделение скорой помощи
— Согласен — поддержал Эдуард Иннокентиевич — Я сообщу Тихонову, раз вы решили дело с тем мужчиной, чтобы это дело к завтрашнему утру было на вашем столе
— Ой, я буду вам за это премногом благодарна
Выражая коварство блистательной улыбкой, пытаясь придать искренность своему голосу положив ладонь руки на грудь говорила душевно Оксана, входя в фойе больницы.
— А все-таки что вы делали в морге столь поздний час?! — питая глубокий интерес, спросил Эдуард Иннокентиевич
— Эдуард Иннокентиевич! — возмутилась Оксана
Убирая очки в карман, Оксана посмотрела на большое пластиковое окно в вестибюле, и увидела как за его стеклом в сумраке густой, темной ночи, сверкнула задними стоп сигналами темно-зеленая газель, после чего загадочно улыбнулась обворожительной красотой улыбки.
— Считайте лучше, что я искала для себя интересный случай — продолжая загадочно улыбаться, ответила Оксана, придавая губам особо эротическую форму
— Я даже боюсь что-либо думать — говорил Эдуард Иннокентиевич, настораживающим тоном своего хриплого голоса, искоса смотрел на Оксану — Когда вы так говорите
— Почему? — сделав вид, что удивилась Оксана, шикарно покачивая бедрами и стукая звонко каблуками черных туфель, подошла к большой массивной лестнице, что вела на второй этаж
— Потому что вы Оксана Владимировна не предсказуемый человек — выразил свое мнение Эдуард Иннокентиевич, подходя к лестнице вместе с Оксаной
— Ха… — рассмеялась Оксана громким смехом, чем смутила спускающихся по лестнице двух медсестер, что держали в руках стопку медицинских карт — Вы правда так считаете?
Изумительная прелесть чарующего запаха гардении в сочетании с бергамотом веяла от проходящих медсестер, дальше таинственность этого вкусового оттенка, Оксана не смогла распознать, так как запах губной помады девушек вперемешку с ароматом чая с корицей, смешивал любое восприятие. Короткие элегантные белый халатик обволакивали тела девушек, выставляя напоказ шикарную обнаженную, упругую, хорошо подтянутую прелесть бедер, перед проходящими мимо парнями из неотложки красоту своих молоденького поистине прекрасного тела. Поистине изумительное загляденье, на столь прекрасные женские тела спускающихся навстречу медсестер, заставили Оксану внутренне сильно возбудиться, поддавшись соблазну сексуальной похоти, словно представляя, как она лелеяла себя в их нежных поистине прекрасных ласковых руках.
— Именно! — подтвердил Эдуард Иннокентиевич
— Никогда бы не думала, что вы мне можете такое сказать — продолжая смеяться, говорила Оксана
— Оксана Владимировна — оставаясь на первом этаже, ответил Эдуард Иннокентиевич — Тут я изволю вас покинуть, я ведь в кафетерий направлялся, когда там встретил Верочку, сразу же забыл, зачем шел, лишь бы воспитать к работе молодое поколение
— Эдуард Иннокентиевич — смутилась проходящая мимо Верочка — Я между прочим….
— Это я попросила её покинуть на время рабочее место, отдохнуть, а то уморилась бедная — не давая сказать дальше слово этой девушке, вмешалась Оксана, обвивая её нежно рукой за талию сзади — А мне нужно было найти для себя интересный случай
— Мда… ну вы и места находите себе Оксана Владимировна для интересного случая
— И не говорите — шутя, ответила Оксана, поднимаясь вместе с девушкой на второй этаж — А знаешь что Верочка — заявила Оксана, сбавляя тон своего прелестного голоса
— Что теперь Оксана Владимировна?! — глубоко и изнуренно вздохнула девушка, посмотрев возмутительным взглядом на Оксану
— Да я думаю не стану теперь тебя утруждать — изумительно изображая всю прелесть роскошной формы алых губ, улыбнулась Оксана — Пожалуй, я сама занесу эту карту в свой кабинет, я все равно туда направляясь по делам
— Вот знаете что Оксана Владимировна! — поднявшись на второй этаж возмутилась девушка — Не ваша бы блистательная репутация в этой больнице, я бы как треснула бы вам сейчас за такое
— О… поверь, мне можешь и не рассказывать — столь коварно продолжая насмехаться над девушкой, ответила Оксана, выхватывая, словно у неё из рук карту девочки — Я это и так знаю
Направляясь дальше одна по опустевшему от народных масс больничному коридору в сторону своего рабочего кабинета, Оксана, шикарно покачивая бедрами, красота которых была скрыта полностью за черным пальто, что было на ней. Завораживающий непревзойденным оттенком вкуса запаха герани веял из терапевтического отделения, прелесть и тонкость этого аромата каким-то чудом произвела глубокое впечатление на обоняние Оксаны. Искушая себя сексуальным сильным возбуждением, Оксана дальше продолжила свой путь среди мрачных покрытых бежевой краской стен больничного коридора, пытаясь из-за всех сил бороться с внезапно нахлынувшим порывом эротической скрытной страстью.

***
Время не минуемо тянулось час за часом, пока Оксана продолжала ходить с картой анамнеза девочки в руках. Сумрак покрытой необъятной тенью ночи стал меняться лучезарной зябью рассветом, озаряя горизонт за стеклом большого пластикового окна, вертикальные жалюзи которого были наполовину прикрыты своим неистовым светом. Аромат обвораживающей силы непревзойденного сладким оттенком вкуса кофе карамели насытил атмосферу воздуха чудесным изобилием пленяющих запахов. Аккуратно сложенные бумаги на столе в центре кабинета, а так же сама поверхность стеклянного стола сияла лучезарным отблеском яркого света на фоне восходящего солнца, мощная сила лучей которого озарила кабинет. На столешницах, что стояли у стены слева, относительно входа, были рассыпаны гранулы кофе, Вероникин блокнот лежал раскрытом положении, свисая половиной его частью со столешницы. Черное пальто Оксаны, лежало на бежевом диване, белая кожаная сумочка была расположена на низком подоконнике огромного пластикового окна. Отрытая толстая энциклопедия сердечно сосудистых заболеваний, была раскрыта на маленькой столике, что стоял у дивана. Белый медицинский колпак, который Оксана сняла, при входе в кабинет лежал на стеклянном столе возле стопки аккуратно сложенных книг. Звонко стукая каблуками черных туфель, Оксана через прозрачные стекла очков пыталась сопоставить картинку неясной головоломки, вчитываясь в результаты проведенных анализов девочки.
— Хм… интересно тут сказано, что девочки в биохимическом анализе крови признак гипохромной анемии
Рассуждала Оксана, говоря в вслух, медленно поднося горячую керамическую кружку к алым блестящим на солнце губам
— Так же снижено количество лейкоцитов и эритроцитов, низкий цветовой показатель крови, что сразу наводит на мысль о нейтрофильном лейкоцитозе
Предположила Оксана, нежно прикоснулась подушечкой указательного пальца, покрытых вязкой сахарной сладостью слизью кофе алым губам.
Поставив кружку на столешницу, Оксана положила рядом папку с анамнезом, приложив указательный палец, калым сладким губам, ощущала завораживающую сахарную приторность во рту. Красиво изогнув спину, опираясь руками на столешницу, Оксана выгнула спину, выставляя красоту изящных упругих бедер, прелесть бархатистой кожи которых была скрыта под длинным черным платьем. Изящная пышность золотистых волос Оксаны, отражала яркий падающий на них свет проникающих в кабинет лучей солнца, придаваемая им невообразимая пышность и сексуальная укладка волос, была подобию шторма в буйном атлантическом океане. Сгибая ногу в колено, Оксана выражала особую красоту упругих бедер, которые явно высвечивались под черной тканью длинного надетого на ней длинного платья.
— А вот бактериологический анализ крови — снова вновь вчитывалась Оксана — Показывает отрицательный результат, блядь тут явно что-то не то — грязно шепотом выругалась она в пустоту кабинета, скрепя коготками по гладкой поверхности столешнице
«Странно тоже ведь, наличие крови в моче указывает на признак явной гематурии, так же в осадке эритроцитарные и лейкоцитарные массы», мысленно рассуждала Оксана, вновь звонко стукая каблуками по линолеуму кабинета начала непрерывное мучительное круговое хождение вокруг стола в центре кабинета.
Многочисленные цифры, показатели низкие показатели эритроцитов, гемоглобина, все наводило на мысль о том, что у девочки, делом которым Оксана занимается, гипохромная анемия. Высокий уровень показателя лейкоцитов в крови указывало нейтрофильный лейкоцитоз со сдвигом влево, указывало лишь на обостренное стечение обстоятельств, которое поражало со стремительной скоростью. Вновь пересматривая анализы, Оксана сидела за маленьким рабочим столиком, всматриваясь сквозь стекла своих очков в жидкокристаллический монитор компьютера, пыталась найти разумное объяснение этой загадочной болезни, перелистывая в интернете многочисленные странички медицинских сайтов. Сладкий завораживающий медовым оттенком прелести карамели, вкус кофе, отлично сочетался с заварным кольцом, что аккуратно держала подушечками пальцев. Присыпанной белой пудрой сверху, изумительной сладости кондитерское изделие вызвало в Оксане дикий голод. Оксана так соблазнительно с голодным хищным рвением надкусила, смачно пережевывая у себя во рту невообразимую сахарную пряность, перелистывала страницы большой толстой энциклопедии, что разложила у себя на столе.
Внезапно дверь кабинета Оксаны открылась, когда она была полностью погружена в разгадку головоломки, воображая в голове разные варианты развития болезни, пыталась подстроить под них верный диагноз. Послышался сразу же знакомый голос Валерии и к совершенно неожиданному стечению обстоятельств, взволнованный голос Натальи Петровны, вызывал беспокойство. Женщины о чем-то громко между собой спорили, чем вызвали возмущение Оксаны тем, что нарушили ход её идеи. Оксана психанула, снимая с себя очки, кинула их на раскрытую папку с анамнезом девочки, что лежала перед ней на столе.
— Наталья Петровна уверяю вас — говорила Валерия, пытаясь не пускать врача детской педиатрии в кабинет к Оксане — Оксаны Владимировны….
— Я же говорила вам, что она здесь — заявила Наталья Петровна, убирая руку Валерии с прохода открытой двери, что преграждала ей путь
— Оксана Владимировна! — удивилась Валерия, оставшись стоять в пороге открытой двери, возможно думая, что она раньше всех пришла на рабочее место — Но как…
— Наталья Петровна — возмущенно ответила Оксана, повернувшись сидя на стуле в пол оборота к женщине, что побеспокоила её покой мыслей — Вы что-то хотели?
— Да — встревоженно начала говорить женщина в изумительно прекрасном черном пиджак под которым скрывалась ярко выраженная белая блузка — Вы ведь сами просили это дело Оксана Владимировна, я вам передала его, так почему вы не занимаетесь лечением девочки, уже вторые сутки пошли, а вы еще даже не соизволили посетить Танюшку
— Видеться с пациентами не моя обязанность
— Правильно — согласилась, великодушно подходя к столу, шикарно выставляя напоказ свои почти отрытые бедра, изумительной длинной черной юбкой — Но вы как врач должны побеспокоиться о её состоянии и проконтролировать….
— В чем проблема Наталья Петровна? — перебивая эту женщину, возразила Оксана, вдыхая глубоко изумительный аромат коллекции парфюма «212SexyCarolinaHerrera»
— Состояние девочки и так с каждым днем ухудшается….
— Это я поняла — спокойно ответила Оксана, положив ногу на ногу, поправила платье, что так плотно облегало её бедра — Что случилось помимо этого?
— Отец Танюшки — говорила женщина, сменив тон своего возбужденного порывом недовольства голоса — Он решил забрать дочь из больницы, так как мы ничего не можем сделать, на его глазах девочка умирает, он хочет напоследок показать ей родные места, ну там знаете….
— Если у вас есть хоть какая-то разумная версия всему этому объяснению, то прошу….
Женский звонкий смех Валентины и Вероники, что вошли в приемную, прервал беседу между Оксаной и врачом детской педиатрии. Девушки что-то обсуждая, вошли в кабинет, причем Вероника все не переставая хохотать, даже когда появилась на пороге открытой двери, возле которой, все еще пристально наблюдая за сценой, стояла Валерия. Великолепие прелести бархатного алого платья, темноволосой кудряшки, вызвало немногим восхищения со стороны Оксаны, ведь оно действительно откровенно подчеркивало красоту её бедер. Сразу же за ней следом сильно возмущаясь, вошла, стукая звонко каблуками красных туфель, в кабинет Валентина, воодушевляющий яркий красный плащ, что был на ней, прекрасно подчеркивал прелесть скрытой красоты её тела.
— Подожди Валентина — возразила Вероника, приложив ладонь к губам, сильно кашлянув в руку, пытаясь отойти от смеха — Ой что-то я, наверно инфекционноевоспаление как-то, что ли подцепила
— Оксана Владимировна — заявила Валентина, входя за Вероникой в кабинет, заметив своего начальника сразу же — Вы разбили мне сердце своим уходом
— Хм… да что за дрянная оболочка этой проклятой пачки сигарет — послышалось дальше за спиной Валентины голос Ларионова — Наверно Оксана Владимировна зря покупает мне столь дорогие сигареты, что даже упаковку я с трудом не могу распечатать
— Хм… — прислонила Оксана указательный палец к губам, посмотрела на каждого из вошедших, в кабинет, с задумчивым видом — Инфекционное воспаление, сердце, оболочка
Оксана взглянула еще раз на анализ крови, где было четко обозначено подозрение на ревматоидный фактор, который с трудом прочитала без очков.
— Оксана Владимировна — продолжая бурно выплескивать свои эмоции, вмешалась вновь Наталья Петровна — Если вы не вмешаетесь, отец девочки заберет её к обеду из нашей больницы
— Не заберет! — возразила Оксана, вскочив со стула, закрывая красную папку девочки, буквально стащила её со стола, направилась, звонко стукая каблуками к выходу
— Оксана Владимировна куда вы?! — пытаясь схватить за руку, хотела остановить своего начальника Валентина — Может, вам нужна помощь
— Помощь м… да конечно — радушно улыбнулась Оксана, снимая с вешалки возле входа белый халат — Но чуть позже, я скажу когда — одевая халат на себя, она стремительно направилась к выходу из кабинета
Терпкий аромат черного кофе сразу же почувствовался, как только Оксана, перешагивая высокий порог открытой двери, покидая свой кабинет, вышла, держа карту анамнеза девочки в руках. Сочетание гармонии к изумительному запаху кофе была вкусовая незабываемая палитра непревзойденных сливок, которых Оксана сразу же почувствовала, проходя по приемной к входной двери. Пропитанная атмосфера воздуха включал в себя силу аромата женского парфюма необычайно коллекции «Pure Poison от Christian Dior», набрало в себе великолепие вкуса мандарина, бергамота и апельсина, ароматы необузданной женской страсти. Однако каждой мелочи в приемной было свое место, папки с отчетами и прочие бухгалтерские документы хранились аккуратно разложенными по полкам. Открывая входную дверь приемной, Оксана обратила внимание, на алое драповое женское пальто Валерии от которого как раз и пахло такой чарующей прелестью женского парфюма. Вдохновение будоражащего порыва свежести прохлады воздуха сразу же одарило Оксану волной мерзкого холода.
«Придется пойти на решительные действия, чтобы спасти девочку от безумия отца, надеюсь удастся обойти Тихонова, не попадаясь ему на глаза», думала в тот момент Оксана направляясь по больничному коридору, ощущая жуткую прохладу проникающей через одежду свежести воздуха в помещение, через открытое пластиковое окно.
— Оксаночка — окликнул Оксану до боли знакомый нежный голос Марины Викторовны, что направлялась навстречу в её сторону — Мда… натворила конечно ты дел
— Что опять случилось Марина Викторовна?! — возмутившись сильно наглости своей подчиненной, Оксана остановившей рядом с ней недовольно посмотрела на эту женщину — Я спешу мне не до ваших воспитательных россказней
— Тебя разыскивает наш местный следователь Нечаев — легонько схватилась она за запястье Оксаны — Что ты опять натворила, я слышала, он явился в сопровождении двух офицеров полиции за тобой, хочет с тобой пообщаться, по поводу событий этой ночи на кладбище
— Блядь все-таки попались — понимая, о чем говорит эта женщина, тихо грязно выругавшись, прошептала Оксана, скрывая испуганный взгляд за прядью золотистых волос — Марина Викторовна мне срочно нужно ваша помощь — она схватилась обеими руками за плечи этой женщины
— Оксана что произошло?
Взявшись за руки Оксаны, она убрала их со своего черного пальто, серьезным голосом спросила Марина Викторовна глядя в её лазурные наполненные ужасным страхом глаза.
— Я все объясню потом — заявила Оксана, отворачивая испуганный взгляд в сторону открытого пластикового окна в коридоре от которого веяло жуткой прохладой — Мне нужно, чтобы вы буквально через несколько минут встретились со мной в коридоре на первом этаже, возле детского отделения вместе с портативным переносным аппаратом УЗИ
— Что?! — удивилась Марина Викторовна, выражая взгляд своих глаз через стекла очков, что так сексуально преображали облик этой белокурой женщины — Зачем тебе переносной аппарат УЗИ, что ты задумала?
— Просто принести мне переносной аппарат УЗИ — встревоженно заявила Оксана, направляясь дальше по коридору — Я буду ждать вас со стороны не основного входа в детское отделение через несколько минут
— Просто скажи куда ты направишься потом? — спросила Марина Викторовна выражая в взглядом своих осознанных глаз, явную помощь и огромный риск
— Если все получиться — говорила Оксана, отводя взгляд в сторону открытого окна в коридоре, свежей проникающий ветер, с легкостью колыхал её золотистые волосы и кончик белого халата, пытался теребить порывом холодной нежности низ длинного черно-белого платья — То в лабораторию в подвале, там они меня будут дольше всего искать
— Надеюсь, ты знаешь что делаешь — тихо прошептала Марина Викторовна вслед уходящей по коридору Оксане
Стараясь не слушать дальше нотации Марины Викторовны, Оксана, направляясь по коридору, старалась бороться со страхом, который ужасом охватил её душу, мешал разумно отдавать отчет своим поступкам. Сердце от страха непреодолимого ужаса бешено стучало, продвигаясь мимо проходящих рядом пациентов и врачей, Оксана скрывала свой испуганный взгляд за прядью золотистых пышных волос. Приятно окутавшая атмосфера тепла, в терапевтическом отделении в которой Оксана утопала, проходя мимо поста дежурной медсестры, белокурой блондинки от которой так приятно пахло гелем для душа на основе гардении. Даже привлекательные проходящие рядом тела медсестер не смогли привлечь на себя внимание Оксаны, глаза которой не могли сосредоточиться на главном, только поддаваясь безумной идеи, осуществить задуманный невозможный план особых действий.

***
Открывая створку большой деревянной двери, Оксана вошла в детское педиатрическое отделение, лучи восходящего солнца пронзали своим неистовым светом стекло, проникая ярким свечением в само помещение. Толпы собравшихся пациентов выстроились в очереди у стойки поста медсестры, ожидая принятия своих лекарственных средств, кто-то из пациентов занял очередь в процедурный кабинет. Детский плач разносился по всему отделению, а из игровой комнаты слышался уже истерический детский вопль, а так же шум мультфильмов заполонил атмосферу слуха в помещении диким хаосом. Вонь санитарных антисептических средств, а тут же запах приготовленного супа опять же с рыбы, а так же отвратительный запах канализации словно насытил воздух в помещении своим невыносимым вдохновением.
— Где Наталья Петровна?!
К большому удивлению из палаты Ковалевой Танюшки вышла молодая девушка в белом халате, как показалось Оксане, она была медсестрой в этом отделении.
— Маргарита что случилось? — поинтересовалась темноволосая коротко стриженная женщина проходящая у неё женщина в белом халате
— Валентина Павловна — обратилась она к женщине, у которой на халате была бирка «старшая медсестра» — У Ковалевой температура снова поднялась температура, уже 38,8
— Жди здесь, я предупрежу Наталью Петровну — спокойно ответила женщина и с серьезным лицом направилась, ускорив шаг дальше по коридору
— Маргарита так ведь?! — подходя к молодой медсестре, обратилась Оксана, гордо перед ней поднимая свой высокомерный взгляд
— Оксана Владимировна не ожидала вас увидеть здесь — обернулась девушка с испуганным видом, посмотрела на Оксану — Что вы тут делаете?
— Дело Ковалевой теперь моя забота — говорила приказным тоном Оксана, направляясь в открытую дверь палаты девочки
— Но….
— Маргарита вы, что будете оспаривать мнение заведующего кардиохирургией в этой больнице?
— Нет-нет конечно, что вы — сразу включила заднюю, отходя на шаг назад — А Наталья Петровна в курсе, что вы занимаетесь теперь её делом?
— Вот видишь эту папку — Оксана показала красную папку, что была у неё в руках, с надписью фамилии девочки — Теперь это мой пациент, прочь с дороги — грозно сказала она, входя в открытые двери палаты девочки
Душная спертая атмосфера воздуха царила в палате, Оксана, как только вошла в палату не понимала, что можно было вообще находиться в такой палате, в которой даже вздохнуть нормально нельзя было. Окна палаты выходили в это время суток на темную сторону дворика, мощные голые ветки и сам ствол большого тополя, что рос за стеклами, загораживал большую часть оставшегося проникающего света в палату. В самом воздухе пахло препаратами, парацетамол, аспирин, нурофен, всего понемногу, однако их специфический вкус медикамента, Оксана смогла распознать.
«Блядь эти идиоты, за место того, что я им назначила, пытались сбить температуру девочки, в то время как организм боролся с распространением инфекции в оболочки её сердца», рассуждала Оксана глядя бледную девочку с жалостью, что с тяжелым дыханием лежала на больничной кровати, укрывшись легкой простынкой.
Кожа девочки была настолько сильно бледная, что Оксана заметила это на входе в палату, был признаком анемии. Обильное потоотделение выступало ан поверхности кожи девочки, что лежала в кровати, по которой было видно, что её знобило. На слизистой оболочке чуть приоткрытого рта, Оксана заметила выступавшее кровотечения, которое ей уже доводилось видеть. Тяжелое изнуренное дыхание и сильная слабость, от которой девочка даже не могла подняться на локти с кровати, сломили её хрупкое молодое тельце.
— Оксана рада тебя видеть — хриплым голосом прошептала девочка — Отец говорил мне, что ты теперь мой лечащий врач, только почему ты раньше ко мне заходила?
— Танюшка прости — играю в искреннюю любезность, Оксана решила выбрать довольно хитрый вариант развития разговора — Я тебе все объясню, а сейчас если ты не против, я предлагаю тебе прогуляться со мной
Говорила Оксана, наблюдая по прибору жизнеобеспечения, датчики которого были подцеплены к телу девочки признаки стенокардии и явный признак порока сердца. Нарушение АВ-проводимости, которую, Оксана смогла увидеть на дисплеи прибора жизнеобеспечения, а так же синоатриальная СА-блокада, что указывала на признак очагового миокардита на фоне пока еще не подтвержденного заболевания. Мочесборник, в который по катетеру стекала моча девочки, был наполненным красной субстанцией, что указывало на явный признак гематурии. По признаку явной сердечной недостаточности, Оксана смогла вспомнить, что шум, который она раньше слушала через ушко стетоскопа, был компрессионный, указывал на поражение очаговым заболеванием сердечных клапанов.
— Эх... если бы я только могла сама встать — тяжело изнуренно вздохнула Танюшка, с жалостливым видом посмотрела на Оксану
— А это и не придется — заявила Оксана, радушно улыбаясь девочке, подошла медленно к её кровати — Я сама тебя отвезу, поверь мне скора все закончиться и вы с папой сможете уже отсюда выйти здоровыми
— Так же как моя сестра? — на удивление произнесла это девочка довольно безразличной интонацией своего хриплого писклявого голоса, пытаясь оторвать голову от подушки
— Нет! — возразила Оксана, снимая постепенно очень аккуратно прикрепленные датчики по контролю жизнеобеспечения девочки — Я этого не допущу, ты слышишь — бросила она папку в карман на спинке кровати, предназначенный для бумаг и анализов
— Очень хотелось в это верить
— А ты верь — твердила Оксана, отцепив катетер капельницы с физиологическим раствором, что вливался ей внутривенно — Верь и у тебя все получиться
— Я хотела побывать с папой в лесу, на природе, походить по горам
— И ты… — напрягшая усилие, Оксана двумя руками начала двигать кровать с места, направляя её к широкому проходу открытой входной двери — Верь и скора будешь там ходить с отцом
— Да только не в этом теле — словно в бреду говорила девочка, когда Оксана упорно катила кроватку с ней, покидая палату
— Нет в этом! — заявила Оксана, выталкивая медленно и аккуратно кроватку в коридор — Ты пойдешь со своим отцом в лес на природу, будешь лазить по горам, тебе ясно, я не допущу, того чтоб ты погибла, ты меня слышишь
— Мне тока и остается, что надеется на тебя Оксана
— И надейся — твердостью своего голоса пыталась успокоить Оксану девочку, когда все пациенты и медсестры были сильно удивлены, как она катила каталку с девочкой по коридору совершенно в обратном направлении от главного входа в отделение — Я сказала, что вытащу тебя, значит вытащу
Проходящие на встречу пациенты были под впечатлением, медсестры зная статус Оксаны больницы, были в ужасе, боясь даже возразить такому врачу. Моча кровеносного цвета в пластиковом мочесборнике, тихо булькала, в тот момент, когда Танюшка придерживала рукой тонкую трубку самого катетера. Оксана медленно катила в наглую кроватку по отделению вдоль коридора, заставляя проходящих рядом врачей и медсестер расступаться, прижимая их стенке, она шла с кроваткой на колесиках, словно танк напролом. Постепенно, не обращая внимания на усталость в руках, Оксана чувствовала, что изнемогает от недостатка лишенная сил, с затрудненным уже дыханием с большим трудом добралась до другого входа в детское отделение. Открывая деревянные створки дверей кроваткой, Оксана выкатила её в больничный коридор, заставляя пытающихся войти в отделение двух молодых медсестер, расступиться по сторонам, прижимая плотно к стенке.
— Нет Оксаночка — удивилась Марина Викторовну такой картине событий, встав с переносным аппаратом УЗИ в руках справа у стены — Я конечно знала, что ты тронутая на всю голову, ну чтоб настолько, советую тебе поспешить, Тихонов с отцом девочки и следователем уже направляются в детское отделение, иди я попытаюсь их задержать
— Спасибо Марина Викторовна — душевно поблагодарила Оксана, в тот момент, когда белокурая женщина положила переносной аппарат УЗИ на кровать в ноги девочке
— Надеюсь, ты знаешь что делаешь — пожелала удачи таким образом, что Оксане показалось, будто это больше похоже на недоверие со стороны Марины Викторовны, направляясь в отрытые двери детского педиатрического отделения — Помни права на ошибку у тебя уже нету
— Да знаю я! — прошипела недовольно Оксана
Когда входные двери в детское педиатрическое отделения закрылись за спиной Марины Викторовны, Оксана продолжила дальше катить вдоль коридора кроватку, с девочкой, что лежала на ней с тяжелым и изнуренным дыханием.
— Мы с тобой Оксана, словно как в путешествие отправились да
— Ага! — напрягаясь, ответила Оксана, чувствуя сильную усталость в руках, пыталась катить дальше кроватку — Да только сбегая от пиратов
— Кхе… — кашлянула девочка — От пиратов сбегать мне нравиться
— Считай что от королевского флота, что в погони за нами, мы тоже бежим — ухмыльнулась Оксана, пытаясь шутить, уже с трудом катила кроватку, подъезжая к дверям большого грузового лифта = Да блядь за нами тут целая эскадра гонится — заталкивая кроватку в открытый грузовой лифт
— Тысячу чертей — девочке нравилось, как Оксана с ней разговаривала и пыталась подражать ей, словно играя в игру, ставка которой была её жизнь
— Прям как настоящий пират — рассмеялась Оксана, пытаясь отдышаться, закрывала двери грузового лифта за собой
— Мы с папой играли раньше в пиратов
— А я думала, что в короля и принцесс
— Нееет! — не согласилась с утверждением Оксаны девочка, кашляя с тяжелым дыханием в груди, пыталась взаимно улыбаться Оксане, как только кабинета лифта начала опускаться в подвальное помещение — Мне больше нравиться опасности и приключения
— Ха… маленькая юная леди представь, что мы с тобой уже направились в приключения полной опасностей и угрожающих нам с тобой событий — ухмыльнулась Оксана с радушной милой улыбкой на лице, ласково провела по светлым волосам девочки ладонью своей руки
— М… Оксана ты мне нравишься — похвалила Танюшка, поворачивая голову наверх посмотрела на Оксану, что стояла возле её кровати, в кабине грузового опускающегося вниз лифта — Папа о тебе так хорошо и высоко отзывался
— Еще бы плохо он обо мне отзывался — возмутилась игриво Оксана, состроив милую улыбку для девочки — Я бы ему как всыпала — шутя она, жестикулировала кулаком
— Правда — с огорчением призналась Танюшка — Он иногда слишком через чур сильно меня оберегает — глубоко тяжело вздохнула девочка
— Наверно потому что очень сильно любит — продолжая держать ладно руки на волосах девочки, выразила свое мнение Оксана
Кабина опускающегося грузового лифта плавно опустилась в подвальное помещение, после чего сработала деблокировка дверей. Оксана, понимая цену опасности риска, решила не подавать вида паники перед девочкой, играя с ней в любезности, толчком, опираясь на дверь всем весом кое-как с трудом, открыла одну створку двери. Следом с таким же почти усилием опираясь плечом открыла мощную дверь лифта, после чего как одержимая вцепилась руками в поручни кроватки и покатила её на себя. Выкатывая кровать-каталку в коридор подвального помещения больницы, Оксана с большим трудом её развернула, чтобы направить в сторону лаборатории, где проводят анализы. Шум колесиков кровати в узком пространстве громким эхом разносился по всему пространству коридора.
— Мы от кого-то убегаем? — поинтересовалась Танюшка — Зачем мы приехали сюда в подвал?
— Кх… — кашляя, задыхаясь от нехватки воздуха, словно падая на колени от усталости громко простонала Оксана с трудом катила кровать — Хотела показать тебе лабораторию, да и к тому же за нами гоняться плохие дядьки
— Пираты? — иронизируя смазливо улыбаясь, спросила девочка
— Хуже — настораживающим напрягшимся уставшим тоном голоса говорила Оксана, ощущая сильную боль в руках, ноги уже были готовы упасть на колени изнемогая от недостатка сил — Бандиты и разбойники
— Папа обещал меня выписать сегодня — унылым голосом сказала Танюшка, надула обиженно губу, отворачивая взгляд в сторону — Говорил, что еще раз свозит на нашу с ним гору, посетим лесную опушку, а так же обещал мне показать медведя
— М… медведя — устрашающе играя с девочкой, выразила интонацию голоса Оксана — Это прекрасно — согласилась она, остановившись у дверей лаборатории
К удивлению, дверь в помещении лаборатории анализов была открыта, стоило только Оксане нажать на пластиковую ручку железной створки двери, как она открылась. Атмосфера теплого воздуха и запаха реагентов для проводимых анализов пациентов в лаборатории, ощутила Оксана, как только открыла дверь лаборатории. Несколько столов стояли рядами расположенных противоположно навстречу друг относительно друга. Многочисленные картриджи с пробирками, в некоторых из них была кровь, другая половина была полностью пустая. Четыре микроскопа на всю лабораторию, под каждым из которых было стеклышко с размазанным по нему сгустка свежей крови, видимо лаборанты так спешили куда-то, что забыли довести анализ до конца. Маленькие пластиковые окна расположенные чуть ли не у самого потолка на противоположной стене относительно входа, пропускали в помещение достаточно света, освещая яркую синеву кафельной настенной плитке. Биметаллические секционные радиаторы отопления были расположены у стены противоположной к входу, длинной во всю стены, секционные три батареи достаточно хорошо поддерживали температуру в лаборатории, создавая комфортные условия для медицинского персонала больницы. Белый покрытый кафелем пол был идеально вымыт, и ярко отражал падающего на его поверхность лучей солнечного света, что проникали через маленькие узенькие пластиковые окошки возле потолка.
— Оксана, зачем мы сюда приехали? — поинтересовалась Танюшка, когда Оксана начала закатывать кровать в помещение, где к удивлению никого не было
— Хотела с тобой знаешь откровенно поговорить — понимая, что у неё нет иного выбора на подходящий ответ, Оксана закрыла за своей спиной плотно большие двери лаборатории
К счастью ключ от дверей лаборатории висел на вешалке для врачебных халатов, поэтому Оксана закрыла тут же дверь на ключ и оставила сам ключ в дверном замке, чтобы никто не мог открыть дверь ключом от этого замка. Оксана заметила, что медицинский персонал больнице, поразительно быстро покинул место лаборатории, не убрав за собой со стола все необходимые приспособления и реагенты для анализов. Странное чувство терзало Оксану, как будто специально, кто-то заблаговременно освободил для неё лабораторию, однако почему-то в тот момент, она не придала этого слишком большое значение.
— И все-таки Оксана — тихо говорила Танюшка, по интонации голоса было видно, как ей тяжело было говорить — Почему мы не в палате, почему именно тут в этом помещении….
— Тебе разве оно не нравиться? — волновалась Оксана, услышав такую реакции от маленькой девочки, жизнь которой она собиралась спасти — По-моему, Танюшка, здесь самое место, где можно было провести необходимые мне исследования для подтверждения того, чем ты сейчас болеешь?
Направляясь к кровати, что оставила между рядами столов, говорила Оксана, пытаясь не поддаться панике.
— Сейчас проведу несколько тестов и мы вернемся снова в палату
— Но почему там нельзя? — спросила бледная девочка, отворачивая взгляд от Оксаны
— Потому что твой отец — возразила Оксана, присаживаясь на стул рядом с оставленной кроватью, посчитав это неуместным, поправила халат, что чуть оголил её бедро вместе с платьем — Твой отец, он тебя слишком сильно оберегает, он бы ни за что не подпустил меня к тебе, мне пришлось
— Но папа хотел меня выписать сегодня
— А я не хочу — не согласилась с мнение ребенка Оксана, поднимая с кровати переносной аппарат УЗИ, разложила его на одном из лабораторных столов — И поэтому ты сейчас со мной и мне наплевать хочешь ты этого или нет, главное, что я этого хочу
Не поддаваясь на провокации и появившиеся слезы на глазах ребенка, Оксана продолжала быть в этот момент более жестокой. Оценивая возможные последствия событий, Оксана понимала, что если не подтвердить задуманный диагноз, то летальный исход, это всего лишь вопрос времени. Подготавливая аппарат для УЗИ, смазывая головку самого датчика специальным гелем, Оксана старалась не придавать никакого значения обидам девочки, похитив ребенка против её же воли, она старалась всеми возможными ресурсами на тот момент подтвердить свою теорию.
— А я считала тебя своим другом
— Ах… как жаль что я оказалась врачом — стервозно играя на чувствах ребенка сидя на стуле улыбнулась Оксана, закатывая белую сорочку девочки, освобождая грудную клетку девочки
— Ты ведь нравишься моему папе — надула обиженно щеки и губки девочка — Почему вы не можете быть вместе?
— Тут не все так просто — решила более благоразумно ответить Оксана на поставленный вопрос, прислонила покрытую гелем холодную поверхность головки датчика УЗИ — Просто понимаешь….
Прервала себя Оксана, взглянув на картинку жидкокристаллического монитора аппарата УЗИ, стала представлять в голове вегетацию бактерий на стенках эндокарда. Оксана, опираясь на свои наколенные знания и безграничный опыт, представила в голове модель картинки, разглядывая в мониторе УЗИ процесс вегетации. «Тромбоциты», сгустки безъядерных сферических бесцветных телец, а так же нити «фибрина», неглобулярный «белок», образующийся из «фибриногена» плазмы «крови», под действием « ферментатромбина», все эти ферменты стали формированием вегетации бактерий на стенке эндокарда. Вегетация бактерий создавала на оболочке сердца мощную защитную линию обороны, пытаясь препятствовать проникновению «фагоцитов», и одновременно налаживая поставки питательных ферментов из кровотока. Распространение бактерий стремились создать идеальные условия для роста микробных колоний на стенках эндокарда и составляющих его клапанов. Нити фибрина словно перешли на сторону противника, формируя дальнейший процесс вегетации. Признаки активной инфекции распространялись по тканям сердца девочки, что приводит её деструкции, отрывом и «прободению», образование сквозного дефекта, створок клапана и отрывом сухожильных нитей.
— Оксана! — громком повторила и наверно неоднократно имя Оксаны, лежащая в кровати девочка, у которой на грудной клетке был прислонен холодный датчик УЗИ — Оксана!
— Да-да — отвлекаясь от своих мыслей, Оксана хотела дальше развить свою теорию в голове
— Оксана ты закончила?
— Нет-нет подожди! — возразила Оксана, передвигая датчик на несколько миллиметров дальше
Погружаясь вновь в свои фантазии, Оксана, сидя на стуле, положила ногу на ногу, смотря в монитор УЗИ, представила мысленно, как вегетация поражает аортальный и митральный клапаны, вызывая при этом иммунные нарушения, что могут привести к отказу различных органов и тканей. Предполагая, что именно циркулирующие иммунные комплексы и были причиной «гломерулонефрита», заболевание почек, характеризующееся поражением гломерул, клубочков почек. Следствием такого вывода служило отложение «иммуноглобулина», особый класс «гликопротеинов», присутствующих на поверхности «B-лимфоцитов» в виде «мембраносвязанных рецепторов» и в «сыворотке крови» и тканей жидкости, представляющих из себя растворимые молекулы.
— Оксана мне плохо — изнемогающим голосом простонала Танюшка — Мне холодно, хочу к папе, мне больно — начала кашлять девочка, пытаясь откашляться
— Боже мой, да тебя лихорадит — прислонила Оксана свободную ладонь руки к её лбу, чувствуя как выступающий жар от тела девочки буквально почти обжигал кожу руки — Скажи мне тока честно!
Настороженно поинтересовалась Оксана, понимая и оценивая возможный летальный риск в данной ситуации, убирая смазанный гелем датчик УЗИ обратно в его коробку. Оксана обратила внимание, как вместе с жаром на теле девочке её сильно знобило. Танюшка вновь укрылась легким тонким одеяльцем и жалостливым до глубины печальным взглядом посмотрела на Оксану.
— Врачи или медсестры тебе сегодня давали что-нибудь от температуры? — спросила Оксана, поправляя одеяло на теле девочки — Только честно ответь, от этого зависит теперь твоя жизнь
— Ничего не давали
— Значит, у меня есть шанс подтвердить «инфекционныйэндокардит»
Обрадовалась Оксана такой хорошей новости, ведь именно средства подавляющую лихорадку и скрывали вегетацию на стенках эндокарда.
— Медсестры сказали — хриплым унылым голос, рассказывала девочка — Что ты сказала, мне что попало не давать
— Хм… вот это интересно — ухмыльнулась Оксана, прикусывая краешек губы, почувствовала, как телефон в кармане её белого халата принужденно жужжал, наигрывая мелодию dubstep — Вот и папаша твой проснулся, будем брать трубку? — спросила она, держа обеими дрожащими руками сотовый телефон
— Можно мне с ним поговорить? — поинтересовалась Танюшка, протягивая бледную худенькую ручку, прося у Оксаны телефон
— Не думаю, что это что-то изменит — ответила Оксана, отвечая на звонок, включая тут же громкую связь, встала со стула, выгнув спину, опираясь руками на поясницу
— Оксана, где моя дочь? — угрожающим голосом спросил Владимир, пои интонации его голоса, Оксана смогла догадаться, что ему не до шуток
— Папочка я тут — пытаясь придать своему писклявому голосу нотки радости ответила Танюшка
— Доченька — переменил свой тон на жалкую нежность, говорил Владимир — С тобой все нормально, эта ненормальная с тобой что-нибудь делала?
— Оксана Владимировна вам и так предъявляют обвинение за незаконную эксгумацию, незаконное похищение ребенка, против его воли, удерживая его силой от родителей — было слышно, как говорил с угрозой, предупреждая Тихонов
— Валерий Валерьевич — преодолевая в себе огромный скопившейся страх, ответила Оксана — Вы ведь когда нанимали в больницу, отлично представляли, что я за человек, вам ведь мой бывший начальник, такие байки про меня пел, а теперь извините, пусть дочь пообщается с отцом, убить которую я не дам
Крикнула Оксана, скрывая дрожащий голос, за сильной манией одержимости, проходя мимо стола с пробирками и микроскопом, звонко стукая каблуками, она направилась к небольшому деревянному шкафу. Не придавая никакого значения угрозам, что слышались с её телефона, даже приводили статьи уголовного кодекса, что Оксана нарушила, похитив ребенка, против её воли, не поставив при этом родителей в известность и прочую чепуху. Открывая дверцу деревянного шкафа, Оксана достала с полки новый запакованный в упаковке шприц для забора крови. Словно восхищаясь своей стервозной натурой, Оксана направлялась обратно к кровати девочки, красиво выражая в каждом шаге изгибе сексуальной эластичности бедер, которой любовалась в отражение прикрепленного зеркала на противоположной стене.
— Танюшка солнышко — ласково говорила Оксана, поправляя свой халат, встав возле её кровати, медленно начала садиться на стул — Мне нужно взять у тебя часть крови
— Оксана поверь мне, я тебя убью, попадись ты мне!!! — угрожающе кричал Владимир в трубку — Где моя дочь, отдай мне её немедленно — Отдай мне мою дочь
— Только после того, как выясню, что с ней — рассмеялась Оксана, не придавая пока что, никакого значения его угрозам, хотя представляла, что из лаборатории ей надо будет как-то выходить — Я не позволю тебе её убить, тебе ясно
— Я просто хочу забрать её из больницы?
— Заберешь, когда я выясню что с ней — приготавливая две стеклянные пробирки, распорядилась Оксана, создавая в каждой из них питательные среды для анаэробов и аэробов
Занимаясь подготовкой адреналина, Оксана рассчитывала получить максимальный положительный результат из забора крови девочки на посев. Взяв подготовленный шприц из столешницы, что стояла возле деревянного шкафа, подготовленный заранее шприц с 1мл раствора 0,1% адреналина, Оксана аккуратно ввела его через катетер девочки.
— Что там у вас происходит? — взволнованно спросил Владимир — Оксана верни мою дочь — твердил назойливый отец девочки, не переставая это как одержимый
— Папочка у нас все хорошо — унылым плачущим голосом ответила Танюшка
— Оксана я убью тебя, ты меня слышь?! — продолжал угрожать этот мужчина — Где вы находитесь?
— Оксана Владимировна говорит следователь Нечаев — послышался в трубке телефона неизвестный мужской серьезный голос — Мы отслеживаем ваш звонок сейчас, уже работает группа оперативников, если есть угроза жизни ребенка, то обещаю вам, у вас будут большие неприятности
— Господин Нечаев — пытаясь улыбаться через дикий ужасающий испытываемый внутри страх, ответила Оксана, с большим трудом придавая улыбку своим алым губам — Дайте мне время завершить анализ крови, все потом делайте со мной что хотите
— С похитителями Оксана Владимировна у меня разговор короткий — предупредил следователь, восхваляющей себя интонацией голоса — Когда мы вас найдем, вам будет не сладко, поверьте мне, я вас отправлю за решетку надолго
— Да хоть на всю жизнь — холодно ответила Оксана
Выжидая время в районе двадцати минут, Оксана занималась подготовкой раствора с жидкой питательной средой, учитывая консистенцию 10% желчного бульона, 1% сахарный бульон, производя, таким образом, двухфазное культивирование жидких и полужидких сред в разведении 1:10. После чего распечатала упаковку с новым, стерильным шприцем, сняла иглу со шприца, принялась набирать кровь в шприц, через специальный катетер, вставленный в вену девочки в локтевом суставе. Позволяя дочери общаться с отцом, Оксана медленно наполняла шприц кровью, внимательно следила за тем, через стекла своих очков, как медленно она отодвигает его поршень. Кровь очень медленно сочилась в сам шприц, постепенно заполняя его, алой кровяной жидкости маленькой девочки. На одном из лабораторных столов, Оксана тщательно нагреваю приготовленную консистенцию в пробирке, держа её над пламенем спиртовой горелке. После чего убедившись, что пробирки со специальной подготовленной жидкой в них средой нагреты до максимальной температуры. Обеспечив их стерильность, сжигая пламенем спиртовой горелки, все возможные микробы, Оксана аккуратно наполняла стеклянные прогретые хорошо пробирки, содержимой крови из шприца. Оксана заметила по внешнему виду девочки, как сильно её знобило, дотронувшись ладонью свободной руки её лба, она поняла, что температура её тела приблизительно стремилась к 40 градусам, понимая, что уже нужно было принимать какое-нибудь решение.
«Понимаю, времени у меня не хватит, чтобы завершить анализ, как следует, придется поспешить, нарушить все правила проведения посева крови на стерильность», думала в тот момент Оксана, аккуратно держа к каждой руке пробирки с перелитой в них крови.
Оксана, понимая огромный риск, капнула каплю крови из пробирки с жидкой средой на стекло перед микроскопом. За дверью лаборатории, в подвальном помещении длинного коридора, слышался лай поисковых полицейских собак, а так же громкие мужские голоса, переходившие уже на крик, обстановка постепенно стала накаляться. Оперативники местной полицейской службы с легкостью определили дверь, громко разговаривая за её створками, да её еще лай собак мешал сосредоточиться. Оксана, разметив на стеклышке перед микроскопом каплю свежей крови с растворенной в ней жидкой подготовленной средой, стала изучать полученную кровь пользуясь микроскопом.
— Папочка — тихо произнесла девочка, мешая Оксане сосредоточиться — Не делай Оксане ничего плохого, она хорошая правда, я искренне желаю, чтоб она стала моим другом
— Я твой врач — рявкнула Оксана, отрываясь от микроскопа — И, пожалуйста, заткнись, пока оперативники полиции не выломали тут дверь, я хочу убедиться в правильности твоего диагноза



Разглядывая через стекло микроскопа, Оксана обнаружила врага, который поражает эндокард, прикрепляясь к нему, создавая там удобную для себя природу выживания. Бактерии «альфа-гемолитического стрептококка», само наличие таких бактерий частичный вызывали гемолиз эритроцитов. Именно этот фактор способствовал главной помощи, чтобы определить конкретную бактерию в крови Танюшки «зеленящий стрептококк», которая и была возбудителем инфекционного эндокардита.
Оксана, разглядывая картинку в микроскопе, смогла предположить, опираясь на данные биохимического анализа крови, где четко выделялся нейтрофильный лейкоцитоз, что зеленящий стрептококк, будет очень чувствителен к «пенициллину». Располагая положенной информацией, Оксана быстро смогла штаммы для этой конкретной этиологии распространения бактерий, которые свидетельствовали ауксотрофным штаммам.
— Папа я вижу и знаю, ты желаешь мне добра — говорила девочка, когда дверь лаборатории уже начали вскрывать — Но, чтобы не случилось Оксана мой друг
— Вскрывайте быстрее дверь!!! — прокричал Тихонов
— Постойте вы же говорили да, что Орлова раньше похищала уже ребенка? — к удивлению Оксаны послышался голос Нечаева за закрытой пока еще дверью лаборатории
— Да это было давно и не в нашей больнице — подтвердил Тихонов — Мне рассказал прошлый начальник Орловой, предупредил меня, что Оксана Владимировна способна пересечь черту дозволенного безумия, лишь бы тока добиться истины своих головоломок
— Не волнуйтесь Валерий Валерьевич — уверял Нечаев, внешность которого Оксана все никак не могла предположить, учитывая всю серьезность интонации его голоса — Я упеку вашу Орлову очень надолго в тюрьму
— В тюрьму?! — возразил тут же Тихонов — Нет-нет, я вам не позволю лишь мою больницу такого грандиозного специалиста
— Вы же сами хотели от неё избавиться
— Я звоню Романову
— О… прошу — возразил Нечаев, громко разговаривая за закрытой дверью — Только не надо впутывать сюда таких важных людей
— Да высверлите вы этот замок — прокричал Владимир за закрытой дверью — Где ваш слесарь?
Не обращая дальше внимания на пустые разговоры, Оксана, преодолевая огромный внутренний страх, составляла письменное описание диагноза болезни девочки. Шариковая синяя ручка, только и успевала быстро царапать на белоснежном листке бумаги, составляя описания правильного лечения. Выбирая правильное лечение при зеленящем стрептококке, Оксана предпочла учесть такие препараты как «бензилпенициллин», а так же «гаммаглобулин», фракция сывороточных белков, иммуноглобулина крови, содержащая иммунные «антитела». Шум сверла шуруповёрта, однако на последней стадии своего письма, Оксана сочла нужным назначить девочке «цефалоспорины», класс «β-лактамныхантибиотиков», в основе химической структуры которых лежит 7-аминоцефалоспорановая кислота.
— Ковалев немедленно отойдите от двери — распорядился Нечаев, когда дверной замок упал на пол
Оставив ручку на листке бумаги и все как было на микроскопе, Оксана, глубоко переживая о возможных последствиях, встала со стула, искренней жалостью посмотрела на тяжело дышащую девочку, что лежала перед ней в кровати. Поджав от сильного страха губу, Оксана встала возле кроватки Танюшки, она не знала, куда деваться. Дверь лаборатории резко раскрылась. Владимир словно как озверевшей лев первый ворвался в лабораторию, испытывая сильное родительское переживание, он на полном ходу со всей силы влепил Оксане сильным ударом ладони пощечину.
— Дешевая потаскуха! — прокричал в ярости мужчина схватив за пышный золотистый пучок волос падающую в момент испытавшего удара на пол Оксану — Я убью тебя дрянь!!!
Очень сильный обжигающий болью ладони удар, принудил Оксану потерять равновесие и в момент падения, она испытала сильную боль в волосах. Словно мощная ладонь раскрытых пяти пальцев схватила и силой дернула её за волосы, заставив запрокинуть голову и посмотреть на жестокого обидчика. В момент столь сильного удара очки на глазах, Оксаны слетели на пол и в плавном падении их стекла вставленные в мелкую хрупкую оправу разлетелись на тысячи осколков, что разбросало по кафелю пола. Сидя на коленях, на холодном кафельном полу, когда звериной родительской дикостью мужчина, хотел одарить Оксану вновь обжигающей пощечиной, она смотрела на него, когда он держал её за волосы. Жгучие слезы от сильного удара по щеке, потели ручьем, на прекрасном нежном лице Оксаны появился ярко выраженный отпечаток мужской ладони.
— Папа нет! — сильно испугавшись, прокричала Танюшка — Не трогай Оксану!!! — приподнявшись на локти, девочка набралась сил, чуть ли не полностью села на кровати
— Ковалев немедленно отпустите и отойдите на шаг назад — прокричал Нечаев, наставив на обидчика Оксаны, что еще держал её за волосы, когда она сидела перед ним на холодном полу на коленях, рыдая от отчаяния — Шаг назад быстро Ковалев, второй раз предупреждать не стану
Оксана смогла разглядеть этого загадочного служителя закона, что вошел в помещение лаборатории, гордо изображая из себя тут главного. Темно-синие джинсы, черный элегантный пуловер, а так же коричневая кожаная куртка с большим поднятым вверх воротником и к конечно же его лакированные до блеска черные туфли. От этого мужчины подозрительно пахло сыростью земли, а так же чистой лесной свежестью, как будто он только что вернулся из леса. Короткие черные волосы, длинна, которых больше напоминала стрижку под бокс и глубоко посаженные удивительно умные карие глаза, в сочетании с острым, как клюв носом давали ему, как посчитала Оксана, весьма заумный вид. Гордая выраженная походка этого мужчины больше напоминала долгие годы принужденной военной службы, строгой дисциплины и совершенно, почти напрочь лишенной чувства жалости, как казалось на первый взгляд. Головной убор этого мужчины служила черная бейсболка, со знаменитой фирмой reebok придавала этому человеку непревзойденный имидж боевого исполнимого офицера, который всегда был рад угодить своему начальству, по крайней мере, это выражали его глаза и довольства безупречно белая ухмылка.
— Считай, тебе повезло — прошипел мужчина как змей, отпуская волосы Оксаны, отходя с поднятыми руками на шаг назад — Я вернусь и убью тебя!
— Увести задержанную — распорядился Нечаев, кивнув своим офицерам полиции
— Боже мой, что здесь произошло — ужаснулась Марина Викторовна, однако когда она вошла Оксана заметила краем взгляда на её лице хитрую ухмылку
— Марина Викторовна — вскочила быстро сама Оксана — Посмотрите, пожалуйста, в микроскоп, посмотрите, а так же листок который я написала и оставила возле него же, все объяснит
Повысив тон своего голоса до иронии, прокричала Оксана, когда за её спиной офицеры полиции надевали на её запястье наручники.
— Марина Викторовна не смете — запретил Тихонов, словно чего-то испугавшись
— Что не смейте — продолжая загадочно улыбаться, говорила Марина Викторовна, взяв медленно листок со стола
— Ничего не трогайте — продолжал командовать Нечаев — Оставьте все материалы, так как есть, сейчас будет работать следственная группа, по настоящему уголовному делу
— Марина Викторовна листок читайте! — прокричала Оксана, когда грубый невежественный охранник решил воспользоваться прелестью её тела, сильно заломил руки, заставив её взвизгнуть от боли — Читайте листок вашу мать, назначайте лечение быстро
— Валерий Валерьевич — держа за кончик листок бумаги, Марина Викторовна аккуратно согнула его пополам, после чего Оксана не успела заметить, как листок что был в руках этой женщины, исчез — Взгляните, пожалуйста, в микроскоп — обратилась она к Ларионову, что стоял возле неё
— Папа что ты наделал — с жалостью голоса говорила Танюшка, оставаясь лежать в кровати, накрылась с головой легким одеялом — Ты ударил моего друга! — прокричала наивная девчонка под одеялом
— Отвезите девочку в палату — распорядился Нечаев — Вот вы дамочка и займитесь этим — обратился он к Марине Викторовне
— Она работает на Оксану Владимировну — пояснила Тихонов, влезая не в нужный момент со своими репликами
— Ничего мои ребята с автоматами — говорил Нечаев, когда Оксаны за заломленными руками за спиной вели к выходу — Понимаете господин Тихонов, за время работы в правоохранительных органах я научился определять лжецов и тех, кто искренне пытается помочь, но ваш врач преступил закон и понесет з а это уголовную ответственность
— За что?! — удивилась Валентина
Оксана не заметила, как рыжеволосая девушка вошла в помещение лаборатории, скрываясь за спинами полицейских, сотрудников медицинского персонала, а так же надоедливой администрации больницы.
— За то, что Оксана Владимировна хотела спасти жизнь этой девочки — делая весьма удивленный вид, говорила Валентина, встав за спиной Тихонова
Не давая дальше дослушать беседу, Оксану вывели из лаборатории, скованные наручники и заломленные руки, мешали её даже оглянуться, чтобы посмотреть, дальнейшее развитие событий. Крепкий мужчина сильно сдавливал запястье Оксаны, обращался с ней как с преступницей преступившей закон. Медсестры, что проходили мимо и направлялись в помещение лаборатории, были крайне удивлены произошедшими событиями и испугались заплаканного лица Оксаны, по которому стекали жгучие нескончаемые потеки слез. Наполненные нескончаемой влагой глаза, мешали разглядеть дорогу, а подталкивающий сзади сотрудник полиции в грубой форме пользовался красотой тела Оксаны. Пытаясь сосредоточить через дикую боль от наручников, что сдавливали запястье кистей рук Оксаны, она изощренно думала о бедной девочке, что осталась лежать в кровати помещения лаборатории для анализов.
— Давай пошла! — мужчина грубо толкнул Оксану в открытые двери пассажирского лифта
— Осторожней убьешь еще подозреваемую
— Да я бы её сейчас бы прям застрелил — прижимаясь к телу Оксаны, дикий самец грубо шлепнул её по бедру, так что она взвизгнула от обжигающей кожу ног боли
— Эй успокойся — приказал его напарник — Она ведь девушка
— Она угрожала жизни ребенка
— Это еще не доказано — опроверг его напарник
«Как жаль, что я не могу ваши лица разглядеть под вашими черными масками, так бы вам пришлось ответить передо мной за совершенное насильственное деяние», поджав от обиды губу, Оксана с тоской разочарования смотрела на закрывающиеся перед её носом двери лифта.
— Эй, хватит, не кепи успокойся — успокаивал полицейский своего товарища
— А если бы твоего ребенка так похитили?
— Но ведь эта же девочка не твой ребенок — опроверг его напарник, в тот момент, когда кабина лифта тихо тронулась
— Нет ну а все же — пытался стоять на своей точке зрения недоверчивый мужчина в черной маске на голове, на плече которого ярко выражался автомат
— Все я сказал, хватит! — грубо крикнул его напарник
«Блядь тока бы у моих идиотов хватило бы ума догадаться, в чем проблема и спасти девочку», думала в тот момент Оксана, находясь задержанной в неприятной полицейской обстановке закрытого пассажирского лифта.
Залитые влагой глаза, и порозовевший отпечаток ладони на щеке Оксаны, обжигающее слезами рана доставляло сильное неудобство. Сковывающая запястье боль железных наручников, от чего Оксана уже не могла терпеть такую ужасную участь ехала в лифту скрепя зубами от нестерпимой муки. Растрепанные золотистые пышные волосы, а так же смятые небрежно белый врачебный халат и платье, слегка оголяли бархатное нежную кожу плеча Оксаны. Грубые руки полицейского, что пытался тискать красоту тела Оксаны, были ужасно ей противны, она имела сильно желание развернуться и врезать надоедливому служаке полиции, что в наглой форме скрытно массировал бедра, задирая платье. Размазанная алая помада на губах Оксаны, была следствие неприятного до боли жгучего удара мужской грубой физической силы, которая пришлась по её лицу.
Двери лифта плавно раскрылись, как только его кабина достигла помещения больничного коридора недалеко от вестибюля. К большому удивлению Оксаны, что она смогла увидеть глазами наполненные влагой горькой обидой слез, самого Романова. Сергей Викторович Романов стоял в черном весьма деловом костюме, словно решал вопросы бизнеса, его ухмылка была похоже словно на черта, что решал темные задачи приумножения своего собственного капитала. Черный пиджак, на который падал свет люминесцентных ламп со светильника потолка коридора, прекрасно лоснился, переливаясь в глаза Оксаны разными оттенками черного цвета. До изумления белого цвета рубашка Романова, слегка слепила лазурные голубые глаза Оксаны. Сильно удивило Оксану то, что спутницей этого поразительной загадочной и к тому же привлекательной личности была Елизавета Валентиновна Власова. Слева от него стояла Виктория, легонько облокотившись спиной на самого Романова, согнула весьма эротично одну ногу в колено, изображая изящную красоту юного привлекательного тела, красота которого была скрыта под коротким темно-синим платьем. Власова словно гарпия утопала в в объятиях Романова прижимаясь к нему спиной, она позволяла ему трогать руками свое тело, слегка задирая её черное вернее платье с шикарным декольте и почти с откровенно открытой пышной грудью.
— И не стыдно вам офицерам полиции — говорила Власова с хитрой ухмылкой, поразительно прекрасных щедро накрашенных помадой алых губ, виляя бедрами в объятиях Романова — Так обращаться с девушкой, которая не может вам ответить
— Господа, отпустите, пожалуйста, задержанную Оксану Владимировну или у вас будут большие проблемы
Распорядился Романова, поправил аккуратно белый халат с платьем на Оксане, когда она медленно в сопровождении двух офицеров покинула лифт.
«Блядь Романов, я конечно тебе всегда рада, ну в этот момент особенно», улыбнулась Оксана, почувствовав как сковывающие запястье железные наручники ослабили свои оковы.
— У вас нет на это особых полномочий — возразил вредный напарник — Скора, сюда поднимется следователь Нечаев и лично во всем разберется
— Что за шум? — послышался голос Нечаева, что поднимался по лестницам — А… господин Романов, какая удивительная встреча, какими судьба?
— Хватит валять дурака Нечаев — упрекнул его Романов состроив серьезное выражение своего лица, медленно скинул наручники с Оксаны, когда она повернулась к нему спиной — Я здесь представляю интересы Оксаны Владимировны и до тех пор пока её вина не будет доказана, она с вами никуда не поедет
— Оксана Владимировна вы ведь похитили ребенка, удерживали его против воли девочки, скрывая от единственного оставшегося в рассудке родителя, вы и впрямь скажите не чувствуете за собой вину?! — поинтересовался Нечаев поднявшись на первый этаж, встал спиной, загораживая свет солнца проникающего через окно
— Я просто не хотела…
— Оксана Владимировна помолчите, пожалуйста — коснулся Романов с поразительной нежностью талии Оксаны теплой ладонью руки, теплоту которой, она смогла почувствовать через одежду, что была на ней — Это мой человек в этой больнице, и она никуда с вами не поедет, пока потерпевшая хотя бы сторона не выдвинет потерпевшие
— Господин Романов — возразил Нечаев, выражая явное недовольство своими мощными скулами и большим подбородком — Я и так тут в нашем поселке закрываю глаза на многие темные делишки, вашей семьи и ваших так сказать приближенных, не так ли госпожа Власова
— Выбирайте выражение господин Нечаев — с гордостью поднимая подбородок, отображая огромное самолюбие, заявила Власова — Или я лично гарантирую, что у вас будут огромные проблемы
Поразительный красота черных густых длинных волос Власовой, переливался самым разным изобилием черного цвета, словно каждая волна на пучке с волос была отображена отдельным насыщенной прелестью красоты оттенка цвета. Особенность очень изящной фигуры, что была скрыта за черным вечерним платьем, была отображена шикарным вырезом со стороны бедра, по всей длине платья, отображая всю красоту обнаженных ног этой женщины, дополнением сексуальной прелести которых служили черные туфли на высоком каблуке. «La Vie Est Belle L’Absolu Lancome», почувствовала Оксана элегантную силу этого сладкого запаха, таинственность сердечной ноты которого излучали абсолютный вкус жасмина в чудесной гармонии вкуса дамасской розы и сладостью ириса этот запах женского парфюма был практически бесподобен, столь же неподвластен сексуальному обольщению, как тело тело Власовой.
— Скажите чем вы так, обязаны господину Романову а? — задал непристойный вопрос Нечаев к Власовой
— Вы хотите лишиться карьеры в полиции, да и вообще работы во всей московской области?
— Господа — словно как лис с поразительной феноменальной хитростью говорил Романов — Может, нам всем лучше найти удобный кабинет для допроса и там мы сможем решить все свои дела так ведь? — предложил он, явно замечая, как общественность скопившейся в коридоре стала наблюдать удивленными глазами за этой драмой
— Советую вам знать гражданка Власова! — возразил Нечаев
— Господин Нечаев — дружественно коснулся рукой Романов его плеча — Давайте пройдем все в кабинет Оксаны Владимировны и там все обсудим, а так же хотелось бы послушать доводы стороны потерпевших
— Поддерживаю — скривив подбородком ответил Нечаев — Помните, что Орлова по-прежнему считается задержанной, до выяснения обстоятельств дела, которое, я вам уверяю, сильно ударит по вашей репутации господин Романов — взяв Оксану под руку, настырно крепко держал он её своей наглостью направляясь по коридору
— Что вы себе позволяете? — возразила Оксана, пытаясь вырваться из-под крепкой хватки этого мужчины, что согнув её руку, держа крепко за локоть
— Спокойней Орлова — грозно тихо прошептал Нечаев на ухо Оксане — Не думайте, что Романов сможет вытащить вас из такой сложной и угрожающей вашей свободе ситуации, вы сильно нарушили закон по многим статьям уголовного наказуемого кодекса Российской Федерации
— До тех пор пока вина Оксаны Владимировны не будет доказана, прошу относиться к ней с особым пристальным уважением — попросил вежливо Романов, когда все вошли в фойе больницы
Обыденная жизнь деревенского больницы, давно не видела подобного зрелища, скопившиеся пациенты возле стойки регистратуры, были весьма удивлены задержанию Оксаны. Медсестры, что стояли у регистратуры были шокированы тем, что Оксану вели под конвоем следователя Нечаева и двух крепких мужчин полицейских. Несколько врачей, расступились в сторону, освобождая путь, как только они проходили мим них. Прекрасный лучезарный свет дневного солнца, что пробивался через стекла больших окон в вестибюль, лучезарной светящей силой озарял золотистые волосы Оксаны, отображая на них разные оттенки восхитительного цвета соломы. Словно решив позлить самого следователя, Оксана решила проявить свои чары обаяния, шикарно находясь в оковах этого мужчины начала вилять бедрами, словно назло высказывая, таким образом, свою непокорность перед властью закона.
— Надеюсь Оксана Владимировна вам будет что сказать в вашем кабинете — легонько Нечаев дернул за локоть Оксаны, чтобы как-то усмирить её необузданность — Если бы не влияние господина Романова, вы бы уже были бы закованы в наручники и седили в уазике
— Господин Нечаев — послышался возмущенный голос Романова, когда они поднимались по ступенькам массивной лестницы, что вела на второй этаж — Проявите, пожалуйста, уважение к Оксане Владимировне, ибо вы пока еще сами ничего не доказали
— Надеюсь, гражданин Романов, слома потерпевшей стороны, то есть отца девочки, которую похитила ваша Оксана Владимировна, заставят вас передумать — намекнул Нечаев, крайне недовольно был возмущен, как Оксана раскрепощенно вела себя в присутствии Романова
— Сначала придется дождаться моих адвокатов — заявил Романов, поравнявшись с Оксаной на лестничной площадке, продолжил подниматься по лестнице — Дальнейшая беседа будет проходить только в их присутствии
— Никакие ваши адвокаты тут уже не помогут и деньги в суде, чтобы чудесным образом ваша же Оксана Владимировна, смогла уйти от власти закона — опроверг Нечаев
— Посмотрим еще, что скажет отец девочки, как только мои коллеги смогут доказать ему обратное
Возразила Оксана, вырываясь из хватки следователя, весьма раздраженным и озлобленным взглядом посмотрела на него.
— Не надо так со мной обращаться, пока моя вина еще не доказана — поджала от обиды губу Оксана, поднимаясь по лестнице впереди всех, шикарно покачивала изящной прелестью сексуальных бедер
— Посмотрим, как вы запоете в своем кабинете — тихо прошипел, выражая несогласие Нечаев
Поднимаясь по ступенькам массивной лестницы, Оксана чувствовала мощную поддержку со стороны Романова, а присутствие такой женщины как Власова, еще больше поднимало дух, ведь парой слов, это женщина может усмирить Нечаева. Внутренний страх и чувство волнения все еще играли дикую бурю эмоций внутри Оксаны, заставляя колебаться, успокаивало только одно, загадка, что подвергла её разум искушению страсти головоломки, была наконец-то разгадана. Расправляя белый халат аккуратно рукой, Оксана медленно поднималась по ступенькам впереди всех своих сопровождающих, звонко стукая каблуками черных туфель по мраморным ступенькам лестницы, она внутри себя чувствовала дикую боязнь неизвестности. Словно становилось трудно дышать, страх окутывал тело Оксаны, жадно глотая воздух ртом, она всеми силами пыталась скрыть внутренне чувство моральной обеспокоенности.



Следователь Нечаев расхаживал по кабинету Оксаны, нарезая круги, растирая ладони, по его лицу было видно, как он сильно волновался. Романов расположился на диване слева от огромного окна, положив ногу на ногу, и откинувшись на спинку мягкой мебели, улыбка этого мужчина была подобию восхищению самого черта. Елизавета Валентиновна была поражена вкусов поистине настоящего терпкого сладкого оттенка карамели, кофе который больше всего предпочитала Оксана, гордая своей натурой женщина, сидела на диване, возле Романова, позволяя ему обвить талию своей рукой. Виктория была поражена библиотекой в этом кабинете с пристальным и любопытным вниманием она ходила возле огромных полок заставленных книгами и делами из медицинских карт пациентов. Двое крепких полицейских, что сопровождали Оксану до входа в её кабинет, стояли у двери, словно два стража преграждающих и вход и выход из этого помещения.
— Я надеюсь, Орлова вы отдаете себе отчет, что как минимум на вас сейчас ляжет две статьи — говорил угрожающе Нечаев, расхаживая по кабинету — Первая, за осквернение могилы умершей девочки и да первым же делом эти мужчины указали в один голос именно на вас, что якобы именно вы их подкупили на это
— Дилетанты — шепотом прошипела Оксана, облокотившись на спинку стула, возле стеклянного большого стола в центре кабинета — Знала бы, в жизнь не доверила им такое дело, лучше бы сама выкопала
— Оксаночка! — поразилась Власова хладнокровной жестокости Оксаны, чуть не подавилась кофе, отпивая его сладость из белой керамической кружки — Как ты можешь надругаться над трупом умерших, да еще и маленькой девочки?!
— Могу — заявила смело Оксана, выражая особенное безразличие на своем лице, придавая коварство ухмылки блестящему оттенку алого цвета губам — Мне нужно было знать, от чего умерла первая девочка Ковалевых, по-другому просто не возможно было сопоставить истинную картину головоломки
— Ах… вот оно в чем дело — словно как змей улыбнулся Нечаев, остановившись возле стекла огромного окна в кабинете начал с удивлением рассматривать жалюзи, висевшие на нем — Таких людей я знаю и даже скажу больше, вел по некоторым из них уголовные дела, поразительные люди, поддающие соблазну искушению….
— Господин Нечаев — возразил Романов, поднимая с маленького стеклянного столика чашечку терпкого черного молотого кофе — Я думаю, такие заявления в адрес глубокого уважаемого мною человека сейчас не уместны, я вам не позволю упрятать Оксану Владимировну за решетку, вам это ясно?! — поразился он отменному вкусу черного кофе, отчего сморщил губы
Дверь кабинета плавно открылась, первой вошла Валерия, однако за её спиной был слышен голос Марины Викторовны, нравственная женщина, что-то объясняла, используя тон поразительной поучительной нотации. Следом за Валерией вошел в кабинет Ковалев, по его взгляду было предельно видно, как он раскаивается в содеянном случае, опущенные взгляд в пол, неуверенная походка, дрожащие руки, и взгляд потерянного угробленного глубоким чувством стыда человека. Валентина показалась сразу же за ним, в отменном по красоте красном платье, которое ей подобрала Марина Николаевна, ярко выражалась за белой материей халата, что был на ней. Вероника вместе со своим отцом. Ларионовым вошли почти вместе, пропуская свою темноволосую кудрявую дочь вперед, он вчитывался в карту девочки, что должна была служить вещественной уликой по этому делу.
— Господин Ковалев — сразу же заявил следователь, заметив потерянный вид этого человека — Ваше присутствие здесь для вынесения вины приговора этой девушки не обязательно, мы вас вызовем в отделение полиции для дачи показаний, а сейчас можете составить заявление для возбуждения уголовного дела
— Я понимаю — говорил Ковалев, боясь даже посмотреть на Оксану сгорая от стыда содеянного им деяния — Мое присутствие здесь не обязательно, но я должен быть здесь
— Господин Ковалев мы с вами потом пообщаемся — возразил Нечаев
— Пусть говорит — отклонил возражения Романов, торжественно махнув рукой, считая себя главным в этом деле
— Господин следователь — обратился Ковалев, отворачивая, взгляд от Оксаны, словно стыдился посмотреть в её глаза, когда она наоборот так пристально и изучающе на него смотрела с насмешкой улыбки восхищения — Я отклоняю все обвинения против Оксаны
Неожиданно для следователя заявил Владимир, отойдя от входа на метр, оставался стоять возле открытой входной двери.
— Эта девушка рискуя ценой своей свободы, подвергая свою жизнь огромному риску, чудом просто поразительным чудом спасла жизнь моей дочери, теперь, когда медсестры уже начали давать указанные препараты, я понимаю для чего Оксана совершила все это…
— Господин Ковалев — остановил его Нечаев — Спасибо нам всем теперь все понятно, можете быть свободны
— Оксаночка — подходя к столу, за которым сидела Оксана, обратилась Марина Викторовна — Мне только не совсем понятно, для чего нужно было назначать «плазмаферез», ведь можно было обойтись пенициллином, насколько мне известно, зеленящий стафилококк легко поддается лечению гамма-глобулинов
— В случае если медикаментозное лечение не сработает — начала рассказывать Оксана, щелкая при этом шариковой ручкой, что держала в руке — Мне пришлось указать как запасной вариант способ очищения крови через центрифугу, разделяя там кровь на эритроциты и плазму, после чего….
— Спасибо Оксана Владимировна, думаю всем все понятно — прервал Ларионов, подходя к столу за которым сидела Оксана
— И все же что натолкнуло вас на мысль, что именно полость эндокарда была подвержена вегетации зеленящим стафилококком, вызывая тем самым инфекционный эндокардит?
Спросила Валентина, направляясь медленно к стеклянному столу шикарно выражая прелесть бедер, что была скрыта под коротким красным платьем. Медленно проходя за спиной Марины Викторовны, рыжеволосая развращенная сексуальной притягательностью девушка посмотрела на Оксану. Вполне достаточно притягательная объемом грудь Валентины, приобрела красивую эротическую форму, скрываясь под чашечками красивого короткого платья.
— Понимаешь Владимир — вставая со стула, Оксана специально изогнула спину, выражая всю истинную прелесть своего тела, сама не замечала, как щелкала шариковой ручкой, что держала в руке — Твою дочь убило наследственное ревматическое заболевание, наследственное, а это значит, что переносчиками инфекции были либо ты, либо твоя жена
— Оксана прости, прерву, а каком роде наследственного заболевания идет речь? — поинтересовалась Вероника, присаживаясь на стул, справа от Оксаны поправила белый врачебный халат, что отчетливо выражал красоту её бархатной кожи бедер
— «Ревматизм» — пояснила Оксана, медленно вертела шариковую ручку в руке, пытаясь сама себя успокоить и полностью контролировать свой порыв бурных играющих эмоций — Системное воспалительное заболевание с преимущественной локализацией патологического процесса в оболочках «сердца»
— Но…. — хотел возразить Владимир, быстро замолчал, заметив суровой взгляд со стороны Оксаны
— Важную роль развития ревматизма у детей отводиться заболевания самих родителей, передающихся им детям наследственным путем
Пояснила Марина Викторовна, снимая очки со своих глаз, положила их на поверхность стеклянного стола.
— Поэтому в первую очередь Наталья Петровна нужно было собрать полный анамнез с родителей, на признак их ревматических заболеваний — продолжила дальше говорить Марина Викторовна, продолжая столь критично смотреть на врача педиатрии
— Только когда, изучив тело твоей мертвой девочки — продолжила, говорила Оксана, медленно направляясь к нему — Я смогла понять, обработав покрытую гнилью кожу специальным раствором, что помогло мне определить, твоя дочь истекала кровью, перед смертью, и вы идиоты, ничего не смогли сделать
— У нас просто не было времени….
— Наталья Петровна — обратилась Оксана к врачу педиатру, пристально на неё смотрела, сжимая в руках шариковую ручку — Признайтесь, вы ведь вели дело первой девочки, поэтому вы так сразу отдали мне дело второй, заметив некоторое явно выраженное сходство симптомов
— Болезнь поражала первую девочку почти мгновенно с каждым днем, как и сейчас состояние Танюшки, первая их дочь падала буквально на глазах
— У вас не хватило мозгов взять кровь на бактериальный посев в самый пиковый момент лихорадки, вы буквально пичкали девочку антибиотиками, пытаясь бороться с температурой, игнорируя основную проблему
Отобразила Оксана всю ненависть злость в своем голосе, была поражена некомпетентности и халатности работы врачей в этой деревенской больнице. Оксана была раздражена сильным порывом ярости, имея внутри себя огромное желание оскорбить врача детской педиатрии. Пытаясь как-то снизить порыв накопленной ярости, Оксана с психу кинула шариковую ручку, что держала в руке.
— Оксана прошу успокойся — быстро вмешалась в разговор Валентина, дотронувшись подушечками пальцев до руки Оксаны, с нежностью любящего взгляда посмотрела ей в глаза
«Конечно, блядь успокойся, если я работаю среди идиотов», переводя дух, подумала Оксана, сбавляя темп своего накала страстей.
— Но ведь…. — Наталья Петровна хотела хоть как-то спасти свою компетентность врача
— Антибиотики скрывают присутствие вегетации зеленящего стафилококка на стенках полости эндокарда — пояснила Валентина — Вот почему им не удавалось определить инфекционного возбудителя данной болезни
— Значит, судя по всему, как я понял дело закрыто — нахмурил брови Нечаев, посмотрев строго на Владимира, отца маленькой девочки — Вы точно не имеете никаких возражений к Орловой, даже за осквернение могилы, вашей покойно дочери?
— Нет, я конечно недоволен, что Оксана осквернила могилу моей покойно дочери но… — начала говорить Владимир — Теперь я понимаю, благодаря моему упорству и не желание говорить о покойной дочери подтолкнуло эту девушку на решительное действия, она ведь понимала, что из меня такого упрямого ничего не выбить
— Ковалев! — строго заявил Нечаев, подходя к открытой входной двери кабинета — У вас претензии на возбуждение уголовного дела к Орловой есть, вы будите писать заявление здесь и сейчас?
— Нет — сразу же ответил Владимир, стесняясь посмотреть в глаза Оксане — Оксана спасла мою единственную дочь от моего упрямства, которое чуть её не погубило
— Орлова! — не став дальше слушать обратился Нечаев, так же недовольно посмотрев на Оксану — Вы будите писать заявление на Ковалева, за то, что он вас ударил в лаборатории
— За то, что ударил, я его понимаю — ерзала Оксана губками, подходя медленно как хищник, к Владимиру выражая специально всю красоту обольщения своего сексуального тела — А вот за очки, что разбил, ему придется заплатить Марине Викторовне полную сумму возмещения, иначе как мне без них работать, так ведь господин Тихонов?!
— Я не понял господин следователь — гордо возмутился Тихонов, входя в кабинет открытой двери, держа в руках красную папку — Вы, что никак не хотите наказать Оксану Владимировну за то, что она преступила закон?
— Валерий Валерьевич….! — прошипела змеей Оксана, сжимая от злости кулаки
— С очками разбирайтесь сами — грубо ответил Нечаев, направляясь к выходу — Скажите следственной криминалистической группе, работающей в лаборатории сейчас, что инцидент исчерпан, пусть собираются, дело закрыто — обратился следователь к одному из офицеров полиции, что стоял возле входной открытой двери
— Нет я в этом цирке участвовать не намерена — заявила Наталья Петровна глубокую иронию рабочей обстановки между Тихоновым и Оксаной, тихо покинула кабинет
— Да как вы смеете на меня наговаривать — надулась, выражая глубокое возмущение Оксана, имея желание придушить заведующего больницей
— Просто я хочу, чтобы Оксана Владимировна понесла хоть какое-то наказание за совершенное деяние
Вынес Тихонов свое мнение на публику, проходя мимо Оксаны, теребил пальцами кончик красной папки, что держал обеими руками спокойно, посмотрел в её свирепые наполненные злостью глаза.
— Разбирайтесь сами — напомнил еще раз следователь Нечаев, покидая кабинет с полицейскими
— Согласен — поддержал Романов, медленно вставая с дивана, поставил кружку с черным молотовым кофе на стеклянный кофейный столик — Мы же должны контролировать эту девушку
— Предлагаю десять дел, исключительно только по моему выбору — заявил тут же Тихонов
— Да щас же — не согласилась Оксана, стала нервно покусывать краешек губы — Больше вам ничего не надо а? — спросила она, чувствуя внутри, как её раздирает неприязнью к этому мужчине
— Сойдемся на пяти
Попытался снизить цену наказания Романов, медленно подошел к большому пластиковому окну, отодвинул жалюзи немного в сторону. Оксана смогла разглядеть за стеклом большого окна, как тучи на небе, что было совсем недавно голубым, утопая в гармонии лучей яркого солнца, быстро сменило краски на блеклые смуглые серые оттенки, постепенно стали сгущаться темные тучи. Громадный тополь за окном, под властью танца страсти с ветром стал медленно раскачивать могучие ветки своего ствола, разбрасывая игру теней в помещении кабинета по стенам. Ветер постепенно стал усиливаться, поднимая в кружевном танце бумажный мусор, что был разбросан на больничном дворике, смуглы тучи, постепенно усиливали свой натиск, однако стекло окна в кабинете, продолжало оставаться сухим без капель влаги дождя на нем.
— С условием — будто специально наводя интригу, возразил Тихонов — Что вот это дело, будет не в счет, именно потому, что вы сами его попросили вчера вечером так ведь, но в виду сложившихся трагических обстоятельств, которых нам всем удалось довольно благоприятно пережить
— Валерий Валерьевич — раздраженно заявил Ларионов — За последние два дня Оксана Владимировна спасла две жизни, скажу вам больше, она ничего не попросила взамен, проявите хоть какое-то уважение к ней
— А кто сказал — заметил Тихонов напряженный взгляд со стороны Романова, решил ловко сменить тактику выбранного разговора — Что именно сейчас?
— Валерий Николаевич — обратилась Оксана, останавливая Владимира, что покидал кабинет, схватила его за рукав кожаной черной куртки — Займитесь делом, будут проблемы позвоните мне на сотовый
— Марина Викторовна мне нужна верхняя одежда Оксаны Владимировны — обратился Романов
— Вот же оно — указала Марина Викторовна взглядом поистине красивых серых глаз, на вешалку с верхней одеждой, что висела возле входа
— А это сумочка Оксаны как я понимаю — поинтересовалась Виктория, заметив белую кожаную сумочку Оксаны, что стояла на стеклянном столе в центре кабинета
— А ты что сама не видишь — огрызнулась Оксана, направляясь поспешно к входной двери, стараясь задержать Владимира возле выхода — И вообще тебе какое тело до моих вещей? — грубо ответила она, подходя к мужчине, что уже почти вышел из кабинета
— Оксана ты что-то хотела? — спросил Владимир, замечая как настойчиво, Оксана держит его за рукав кожаной куртки
— Я просто хотела сказать….
— Что очень хорошо, что все так закончилось — вешался Романов, схватив Оксану за локоть — А теперь прошу нас извинить господин Ковалев у Оксаны Владимировны, встреча с очень важным для неё человеком
— Романов блядь…! — недовольно посмотрела на него Оксана, мужчина, держа её за локоть руки, так настойчиво её вел к выходу, что она чуть не оступилась и не начала падать
— Осторожней Оксана Владимировна — поддержал Романов, крепко держа Оксану за локоть её руки, когда она чуть не споткнулась каблуком об ножку стеклянного стола — Вот держите, оденетесь по дороге
Протянул Романов черное пальто Оксане, направляясь вместе с ней открытой входной двери, спутницы этого мужчины последователи с гордым выражением лица за ними.
— Кто это так хочет со мной увидится? — высказывая возмущение, говорила Оксана, направляясь с Романовым по приемной
— Пускай для вас Оксана Владимировна это останется секретом
— Ненавижу секреты — возразила Оксана, вырывая свою руку из хватки Романова, поджала нижнюю губу от обиды, принялась надевать на себя черное пальто — Я поеду с вами на своей машине?
— Это исключено — возразила Виктория, встав за спиной у Оксаны
В отражении зеркала приемного помещения, Оксана заметила, как Виктория мило скорчила свою смазливую мордашку, поправляя пучок светлых белых волос. Темно-синее короткое платье, достаточно откровенно подчеркивало каждый изгиб тела этой девушки. Выражая в этом платье своим телом особую сексуальную страсть, она хотела выделиться перед Романовым, но Оксана обратила внимание, как Виктория крайне интересно восхищенно смотрит на неё. Расправляя волосы перед зеркалом в приемной, Оксана наблюдала за любопытством глаз Виктории, что так пристально на неё смотрели. Излюбленный аромат лавандового масла в шикарном изобилии насытил тело этой девушки, Оксана смогла это почувствовать, когда Виктория максимально близко, будто интересуясь географией на глобусе, что стоял на столе Валерии, белокурая девушка указательным пальцем застенчиво кружила настольный земной шар.
— По-другому вы меня просто в свой особняк не затащите — возразила Оксана, прикусывая сексуально краешек губы, помада на которой была чуть смазана — Либо я еду на своей машине, либо я остаюсь здесь
— Оксана Владимировна это правда, исключено — возразил Романов, подходя к Оксане со спины, поправил ткань черного пальто на её талии
— Но почему?
Нахмурила алые размазанные помадой губки Оксаны, пытаясь очаровать прелестью восхитительного взгляда лазурных глаз, что так прекрасно сияли этому мужчине, красиво отражаясь в отражении зеркала.
— Потому что так надо! — как-будто, что-то не договаривая наотрез отказал Романов
— Оксана вот твоя сумочка — поставила Виктория белую кожаную сумочку Оксаны, на письменный стол Валерии в приемной
— Дай сюда! — разозлилась Оксана, повернувшись в половину оборота, продолжая стоять у зеркала, схватила белую сумочку, тут же повесила её себе на плечо
— Оксана Владимировна — обратилась Валерия, выходя из кабинета Оксаны в приемную
— Что?! — громко вскрикнула Оксана, чем напугала всех присутствующих женщин в приемной
Восхитительное белое короткое платье сидело на этой секретарше великолепно, выражая все самые эротические черты её тела. Подчеркивая изгиб сексуальных бедер, конкретно красиво отображая изящный рельеф пышной груди, краешек красного кружевного бюстгальтера, отлично выделала из-под лямок белого короткого платья. Роскошные пышные волосы блондинки приобрели достаточный сексуальный объем, на который Оксана обратила пристально внимание. Эротичным жестом, сгибая ногу в колено, показывая специально всю эластичность бедра, Валерия опиралась каблуком белых туфель на проем открытой входной двери, шикарно сгибая спину, словно озабоченная кошка, она манила к себе своим чарующим взглядом голодной похоти.
— Вас сегодня еще ждать в больнице? — поинтересовалась Валерия, застенчиво похлопала очаровательной прелестью длинных ресниц, играя блеском безупречно красивого оттенка голубых глаз — Или сегодня с вас уже достаточно приключений
— М… даже….
— Елизавета Валентиновна — вмешался тут же Романов, прерывая реплику Оксаны — Вы не составите компанию нашей Оксане Владимировне проводить её до лимузина
— С удовольствием Сергей Викторович — коварная ухмылка темноволосой женщины, была подобию злого замысла, что затаился у неё в глазах
— А что это вы тут командуете? — возмутилась Оксана, резко обернулась, посмотрела на наглого мужчину в удивительном черном лоснящемся пиджаке, оттенок которого очень игристо отображал глубину своего цвета — Я еще по-моему не согласилась на ваше условие, да меня вообще чуть сегодня не упекли за решетку
— Считайте, что благодаря моему появлению — продолжил говорить Романов, игнорируя возражения Оксаны, взял под руку Викторию, направляясь к входной двери приемной — Ваша ситуация изменилась в лучшую сторону и то только благодаря одному человеку, который очень…
— Только не говорите что это мой отец! — пользуясь тем же приемом, прервала его Оксана, застегивая блестящие пуговицы черного пальто
— Хм… нет — опроверг Романов мысли Оксаны — Мыслите глубже
— Интересно кому это так до меня было дело
— Не стоит гадать Оксаночка — проводя с нежностью своих пальцев по волосам Оксаны, вмешалась в беседу Власова, встав за её спиной — Просто давай скорее отправимся в дом Сергея Викторовича, уверяю ты не пожалеешь о том, что тебя там будет ждать
— Я уже начинаю жалеть — возмутилась Оксана, обернувшись в пол оборота, положа руки на талию, недовольно посмотрела на Елизавету Валентиновну — Что связалась со всеми вами
— Ну, по крайней мере, не у меня же тут страсть к головоломкам — рассмеялся Романов, покидая приемную кабинета Оксаны, обвивая рукой талию Виктории
— И как после этого я должна выполнять его просьбы — уныло опустив голову, ответила Оксана на выходку Романова, медленно направляясь к открытой входной двери приемной
— Просто знай — прошептала тихим шепотом Власова за спиной Оксаны — Что есть один человек, которому ты очень сейчас нужна
— Интересно, с какой целью? — показывая свое недовольство, скорчив алые губы, поинтересовалась Оксана
Сгибая ногу сексуально в колено, Оксана демонстрировала эластичность бедер перед Власовой, что так восхищенно любовалась красотой её тела, которая была скрыта за слоем верхней одежды.
— Можно я не буду отвечать на твой вопрос Оксаночка
Возразила Елизавета Валентиновна, глубоко выдыхая непревзойденную прелесть жасмина из своих губ, запах которого окутал с головы до ног эту темноволосую гордую собой женщину.
— Как знаете — играя в любезности с Власовой, ответила Оксана, звонко стукая каблуками черных туфель, направлялась по больничному коридору — Только не рассчитывайте на честность с моей стороны — пояснила она, любуясь смуглыми тенистыми оттенками природной гармонии за окном
— А я и не рассчитываю — улыбнулась взаимной симпатией Власова, с нежностью руки обхватила Оксану за талию
— Между прочем, вы мне должны — заявила Оксана, ощущая скрытую неприязнь к Власовой освободилась от её объятий — И сами прекрасно знаете, в каком неоплатно долгу Елизавета Валентиновна вы находитесь передо мной
— Оксана Владимировна боже, что с вами случилось?! — послышался взволнованный голос Эдуарда Иннокентиевича со спины Оксаны
— Эдуард Иннокентиевич! — удивилась Оксана, обернувшись, заметив заведующего отделением скорой помощи
— Медсестры сказали, что вас вели задержанную сотрудниками полиции по больнице — говорил, задыхаясь от отдышки, Эдуард Иннокентиевич, будто бежал сюда пешком — Куда вы опять угораздили
— Ой, Оксана — возразила сразу же Власова, скорчив недовольную ухмылку на своих алых губах, подошла к окну в коридоре — Давай только недолго ладно, ужасно хочу после всего это опустошить бокальчик бренди
«Блядь ну Эдуард Иннокентиевич, как всегда вовремя что сказать», возмутилась Оксана, тяжело вздыхая, придавая губам очаровательную ухмылку, скрывая за прядью золотистых волос яркий розовый отпечаток мужской нанесенной ей обиды.
Оксана заметила за спиной заведующего отделением скорой помощи молодую девушку, в белом коротком халате, будто скрывая свой трусливый взгляд, шатенка скрестила руки, держа их на уровне лобка. Красивый оттенок чистого шатена, ярко переливался отблеска смуглого проникающего света через окно в коридоре. Короткий белый халат на её теле отчетливо выражал всю истинную сексуальность тела этой юной особы, что стояла возле заведующего отделением скорой помощи, опустив голову, боясь посмотреть на Оксану.
— Эдуард Иннокентиевич — скрывая подлость коварной ухмылки, говорила Оксана, застенчиво улыбаясь этому мужчине — Все уже нормально, инцидент исчерпан
— Да, а тогда по какому поводу работает следственная оперативная криминалистическая бригада у нас в лаборатории, где проводятся анализы?
— Да была маленькая оплошность — говорила Оксана, сверкая отблесками отраженного проникающего в помещение лучей солнца, выражая в своем лице, раздражение — Но уверяю вас Эдуард Иннокентиевич, данная проблема решилась для обеих сторон благополучно
— Ладно — угомонил мужчина, тяжело вздыхая — Но я во всем разберусь лично, Тихонов мне все расскажет за чашечкой кофе — говорил он проходя мимо Оксаны, направляясь в противоположное направление откуда пришел
— Старый, блядь дотошный пердун — грязно тихим шепотом выругалась Оксана, повернувшись к нему спиной
— Боже мой, Оксана разве так можно — шикарной улыбкой, улыбаясь сделала замечание Власова, обернувшись посмотрела на Оксану с хитрой поразительной красоты выражением губ
— Ну а какого….
— Все хватит — не став дальше слушать Оксану, возразила Власова, медленно соблазнительной походкой направилась к Оксане, гордо вышагивая, стукала звонко каблуками, отображая истинную красоту бедер скрытых под черным вечерним платьем — Пойдем уже, Романов наверно уже заждался
— Ничего подождет еще — возмущенно заявила Оксана, позволяя этой женщине овить рукой свою талию — Я ведь его белокурая королева имею права практически на все
— Ты я вижу, любишь громко говорить — рассмеялась Власова
— А вы слишком много умничать — сделала замечание Оксана, посмотрев на эту стервозную натурой женщину искоса — С какой это стати вы так легко и близко спелись с Романовыми
— Просто ищу себе сильных союзников
— Через постель?
— А почему нет! — улыбаясь, говорила Власова
— Поверьте не самый лучший способ
— Ой, кто бы говорил Оксаночка
— Хотя — ухмыльнулась кривой улыбкой Оксана, прикусывая краешек губы, поправила сумочку на плече — Я бы с вами сегодня бы переспала — тихим шепотом прошептала она на ухо Власовой, проходя мимо медсестер по коридору
— Хм… — радостно повела губа Власова — Я подумаю над твоим предложением

***
Спускаясь по лестнице, на первый этаж, Оксана обратила внимание как посетители больницы, проходящие поднимающиеся вверх или спускающиеся вниз медсестры, рядом спускающиеся врачи косо на неё смотрят, будто как на знаменитость. Такое пристальное внимание со стороны окружающих несколько нагнетало Оксану. Первый этаж больницы был почти полупустым, лишь пару пациентов, стояли у регистратуры, да две медсестры, направлялись по вестибюлю, в сторону кафетерия, а так же поднимающиеся навстречу Оксане двое мужчин врачей. Несмотря знойную прохладу воздуха за окном помещения больницы, в самом холле скопилась душная спертая атмосфера воздуха, насыщенная разными ароматами парфюма пациентов и медицинского персонала, а так же запах полицейских собак, который сразу же уловила Оксана, оказавшись на первом этаже. Заметив на первом этаже вестибюля Романова, Оксана несколько преобразилась, стараясь игнорировать любопытство со стороны окружающих, спокойно спускаясь по ступенькам, стукала звонко каблуками черных туфель. Небо за окном затянуло плотным слоем темных облогов, сгущая краски погода, нагнетала стихию бурного танца ветра за стеклом большого пластикового окна в вестибюле. Виктория, одевая на себя белую меховую шубку, специально позировала своим телом, перед Романовым, пытаясь произвести на него впечатление. Будто утопая в море ласкового меха белой пушистой одетой на ней короткой шубке. Романов наблюдая за погодой через стекло большого окна в вестибюле, не обращал никакого почти внимания на Викторию, застегивал пуговицы черного драпового пальто, держал в другой руке черный плащ, который, по мнению Оксаны, принадлежал Власовой.
— Сергей Викторович — нежный писклявый голос Виктории, Оксана услышала, спустившись на первый этаж в больнице — Оксана спустилась уже
— Спасибо Виктория — холодно ответил Романов — Оксана Владимировна, у вас все нормально?
— Ну да все нормально — ответила Оксана, сильно удивившись некой настороженности в его глазах
— Что-то взгляд у вас больно грустный — говорил Романов, направляясь навстречу к Оксане
— С чего вы так решили?
Удивилась Оксана, играя с мужчиной в любезности, она обвила руками его локоть, прижимаясь к нему всем телом, направилась к большим входным дверям больницы. Власова изображая из себя гордую собой женщину, подошла к подоконнику окна, возле которого стоял Романов, повернулась медленно к нему спиной. Романов словно получал огромное удовольствие, помогая Елизавете Валентиновне одеть на себя, черный плащ, особенно в тот момент, Оксана заметила его коварную ухмылку, когда он расправлял черную материю удивительной верхней одежды на её талии, разглаживая специально ладонью руки изящные эротической притягательностью бедра.
— Заметил, будто вас что-то печалит — говорил он, разглаживая аккуратно материю черного плаща на бедрах Власовой
«Конечно блядь, такое пережить, где же тут радоваться будешь», изнуренно быстро вздохнула Оксана, выдыхая с долгой протяженности воздух.
— Просто я устала — говорила Оксана, когда Романов открывал перед ней створку большой деревянной входной двери — И очень сильно голодна
— С голодом я ваш вопрос решу — ухмыльнулся Романов, пропуская перед собой свиту женского коллектива — А вот спать вы будите, уж точна не одна
— Это как это?! — возмутилась Оксана, повернусь, посмотрела рассерженным взглядом на Романова, оставаясь стоять в преддверье больничных дверей — С кем мне сегодня спать я буду уж сама решать
— Вот как! — удивился, состроив обиду на лице Романов — А я думал вы будите не против развлечься
— Исключительно с вами — заявила Оксана, наблюдая восхищенным взглядом и отблеском отражаемого света в глазах от светильника над головой — Ну и с Елизаветой Валентиновной
— А как же я Оксана?! — влезла в разговор Виктория, встав у последних входных дверей, преграждая путь Оксане на улицу
— Какие вы тут все озабоченные
Вновь Оксана припала к руке Романова, прижимаясь с жадностью к его телу, вдыхала изумительный вкус табака, которым был пропитан его деловой костюм.
— Давайте этот вопрос решим в особняке — предложил Романов, открывая последнюю дверь
Насыщенная прохладой свежесть деревенского воздуха в чудесной гармонии с поразительной влажностью, обвеяло тело Оксаны. Пропитанный природным сочетанием включающий в себя воздух, возле больницы, напоминал запах таившего снега, мокрых деревьев, а так же вкусовой оттенок только начинающей цвести листвы на деревьях и на цветочных клумбах. Жуткая прохлада пыталась проникнуть под черное пальто Оксаны, окутывая нежностью холода её обнаженные ноги, лаская с поразительным касанием её щеки, шею, едва притрагиваясь к её носу своим приятными порывами легкого ветерка. Спускаясь по ступенькам крыльца больницы к лимузину, что стоял в нескольких метрах, Оксана любовалась смуглыми облаками, танцем деревьев, а так же кружащейся засохшей прошлогодней листвой, что сохранилась под насыпью таившего снега, плавно поднимаясь ветров в танце страсти ввысь.
— А все-таки — говорила Оксана, наблюдая как к приемному покою больничного деревенского комплекса подъехала газель скорой помощи — Что за человек так ждет, не дождется встречи со мной, он хоть знает, что у меня есть парень, я вообще-то девушка занятая
Выражала возмущение собственного голос Оксана, слегка прищурившись, слыша, как заскрипели тормозные колодки автомобиля скорой помощи. Прижимаясь с одной стороны руки Романова, Оксана рьяно делила этого мужчину с Власовой, что завоевала другую его согнутую в локоть руку. Романов медленно подходил в окружении женщин к черному лимузину, пока Оксана и Елизавета Валентиновна Власова, не давали ему использовать свои руки, чтобы открыть дверь.
— Но ведь когда вы намекаете на секс со мной Оксана Владимировна — возразил Романов, хотел освободить руку, чтобы открыть заднюю дверь лимузина, к которому они все подошли — Вы почему то так не говорите
— Вы Сергей Викторович — не давая ему освободиться из её крепких пут, заявила Оксана, вцепившись обеими руками в согнутую в локоть руку Романова — Очень большое исключение из правил для всего
— Интересно! — восхитительной улыбкой одарил он Оксану — Виктория дорогая, ты не откроешь нам дверь
Смуглые серые краски облаков на небе стали сгущаться, образу формирования, закрывая солнце, густая темная масса, была готова пролить первые капли дождя на мокрую пропитанную сыростью землю. Ветер постепенно стал усиливаться, раскачивая деревья в парковой зоне, поднимая оставшуюся высохшую прошлогоднюю листву, что выстилалась ковром после расставившего снега, медленно кружил их в танце страсти водоворота стихии. С крыльца, которое вело в подвальное помещение больницы начала медленно отъезжать газель криминалистической службы полиции. Оперативники патрульной службы ППС медленно загружались в открытые двери уазика, мотор которого тихо, создавая чарующую гармонию звуков вместе с порывами наполненной легкой прохлады свежести ветра. В нескольких метрах от автомобиля УАЗ патрульной службы, Оксана заметила следователя Нечаева, что нервно раскуривал сигарету вместе с другими оперативниками, встав возле вишневой девятки, передние двери которой были настежь открыты.
— Скажите Оксана Владимировна — освобождаясь от рук Оксаны, интересовался Романов, держа перед ней открытую заднюю дверь лимузина — А почему я для вас исключение из правил?
— Интересный вопрос — восхитительной улыбкой одарила его Оксана, медленно подходя к открытой двери автомобиля, выражая в каждом шаге истинную сексуальность фигуры своего тела
— Ну, так все же — настойчиво требовал ответа Романов, обвивая сзади за талию Оксаны, помогал ей разместиться на сиденье в салоне лимузина — Нет мне просто интересно
— Скажите, почему мне нельзя было отправиться в ваш особняк на своей машине? — игнорируя его любопытство, спросила Оксана, располагаясь, утопая в нежности красного поистине удобного кожаного кресла темного салона автомобиля
Поистине романтическая обстановка, заметила Оксану в салоне лимузина, облокотившись на спинку элегантного кресла, обтянутого красной кожей. Приглушенная светом атмосфера была, насыщала воздух в салоне машины парфюмами женских духов, папирос, что курил Романов, а так же запахов перегара от шампанского, ящики которого располагались на полу, средней части салона автомобиля, возле бокового сидения. Гармония сладости воздуха, среди прочих вкусовых ароматов, что смогла уловить Оксана, была спертой, даже душной, несмотря на пока еще открытую жадную дверь, сама атмосфера этой машины вынуждала её расстегнуть пуговицы надетого на ней черного пальто. Оксана заметила на сиденье с боку, синие кружевные трусики, запах которых излучал богатый изобилием лавандового масла. Чья-то белая женская сумочка лежала на боковом сиденье, расстегнутая её молния, будто специально показывала, торчащий кончик запечатанной упаковки презервативов. Затемненные окна в салоне автомобиля, почти не пропускали солнечный свет, которого на улице и так не было, однако через их стекла, Оксана смогла хорошо разглядеть больничный дворик. Стекло, которое дальше продолжало салон, закрывало простор видимости пространства кабины водителя, не позволяло Оксане разглядеть мужчину, что сидел за рулем такой роскошной машины. Красный велюровый салон самого автомобиля, очень отлично сочетался с темной атмосферой в машине, а так же великолепно гармонировал с таким же по красоте оттенком пассажирских кожаных кресел, прикосновения материала которого вызывало у Оксаны дикую сексуальную страсть.
— Девушки — обратился с поразительной дьявольской для Оксаны красоты улыбки — Вы пока пообщайтесь, а я пока с адвокатом вопрос ложного вызова решу?
Оксана заметила приближающийся медленно к больнице черный седан марки BMW, что под покровом теней играющих над его крышей веток мощных деревьев, двигался к месту, где был расположен черный лимузин Романова. Порывы прохладной свежести ветра постепенно увеличивали свое влияние, поднимая приятный гул в атмосфере, а так же приятный шелест голых веток громадных деревьев в парковой зоне возле больницы. Смуглые тучи на небе постепенно усиливали свой натиск, сгущая краски, провоцируя наступления предшествующего дождя. НА больничном дворике почти никого не было, только лишь подъехавший автомобиль скорой помощи, две медсестры, что поднимались по ступенькам главного крыльца, а так же санитары, что выкатывали из открытых дверей газели скорой помощи каталку с лежащей на ней женщиной.
— Надеюсь, вы Сергей Викторович — стервозно говорила Власова, забираясь в салон автомобиля, довольно сексуально выгнула спину, изображая своим обтягивающим черным плащом всю эротическую красоту своего тела — Не заставите нас долго ждать?
— Как же я могу таких обаятельных дам томиться в одиночестве
С превратной страстью, шлепнул он с похотливой страстью Власову по бедру, когда она выставила перед ним притягивающие к себе внимание бедра, садилась в салон длинной шикарной машины.
— Если, вы только сами себе занятие не найдете — предложил Романов указывая взглядом на Оксану, что уже снимала с себя черное пальто
— Вон смотрите Сергей — обратилась к нему Власова, присаживаясь на сиденье рядом с Оксаной, положила руку ей на колено — Ваш адвокат подъехала — указывая взглядом таинственной скрытой похоти глаз, на черный седан, что только что подъехал к крыльцу больницы
— Виктория прошу, присаживайся — с поразительной нежностью голоса предложил Романов, закрывая плавно за ней дверь, когда белокурая юная особа села в салон автомобиля
— Не прошло и полвека, как эта стерва соизволила появиться — возмущенно нахмурила губы Виктория, изображая яркие недовольство своими очаровательными скулами
— А между прочем — говорила Власова, помогая Оксане освободиться от оков черного пальто, с жадностью сексуально голода медленно тянула его вниз — Оксаночка эта женщина, что подъехала сейчас твоя должница, ты совсем недавно на днях спасла жизнь её сестре
Оксана сразу же узнала адвоката Романова, который вылез из черного подъехавшего седана марки BMW, остановился приблизительно в нескольких метрах от крыльца приемного покоя. Роскошный деловой черный костюм, включал в себя изумительный оттенком черный пиджак, что отлично гармонировал с белой блузкой и черной короткой юбкой, отлично выражающие ноги этой женщины. Прекрасный цвет волос, был схож с оттенком сена, удивительные волны, словно во время шторма, придавали прическе Алины, невообразимую эротическую сексуальность. Светловолосая женщина стояла в нескольких метрах от лимузина с какой-то черной кожаной папкой в руках, о чем-то очень серьезно, как заметила Оксана по мимике её лица, разговаривала с Романовым.
— Не понимаю, что Сергей Викторович так с ней таскается, она ведь дура его адвокат
Возмущенно выразила свое мнение Виктория, облокотившись на спинку кресла в автомобиле, начала медленно расстегивать пуговицы белой меховой шубки.
— Да ну — возразила Власова, помогая Оксане освободиться от оков черного пальто, скинула его на соседнее противоположное сиденье в лимузине — Я видела как несколько проигрышных дел, Алина сфабриковала результаты в пользу Романова, словно чудо сделала
— Да и в постели хороша — продолжая мечтать о ласке рук этой женщины, Оксана сама не заметила, как высказала вслух свое мнение
— Оксана! — нахмурила, отобразив явное недовольство скулы Виктория — Ты, что и с ней успела переспать?
— Ну почему сразу переспать — не согласилась с утверждением юной девушки Оксана — Будем считать, занимались любовью, в который каждый получил, что хотел ну, в общем, напились, она со своей подругой неплохо доставили мне когда-то удовольствие
— Значит вот оно как?! — возмутилась Виктория надув губы, посмотрела на Оксану взглядом горечью глубокого разочарования
— Виктория — рассмеялась Власова, коснувшись кончиками пальцев аккуратно коленки этой девушки — В этом нет ничего плохого, если женщины позволили себе немного расслабиться
— Но только не Оксана — выражая явный протест такому суждению, возразила Виктория
— Интересно почему? — удивилась Оксана, как эта девушка заявляет на неё свои права, но решила проявить сдержанность, красиво расправляя кончиками пальцев складки собранной ткани платья
— Я была о тебе лучшего мнения Оксана — колеблясь с ответом, глупо выразила свои мысли Виктория, нахмурила брови и сморщила яркие розовые губы
— Знаешь что — говорила хладнокровно Оксана, замечая факт передачи денег между Романовым и Алиной — Мне как-то плевать, что ты там думаешь
Положив ногу на ногу, Оксана откинулась на спинку кресла, запрокинула голову на сиденье, придавая светлым волосам невообразимый пышный объем. Медленно приоткрывая завесу платья, Оксана демонстрировала роскошную сексуальную красоту своих бедер, расправляя его сидя на сиденье, ерзая по нему своей попкой. Наблюдая за окном, как Романов нежно обнял Алину, играя с ней в любезности, он чмокнул её в щеку, после чего направился к машине, пока все это время Оксану раздирала дикая ревность к этому мужчине и нежелание его с кем-то кроме себя его делить.
— Он еще ей платит — бурчала тихим шепотом, возмущалась Виктория
— А как же — пояснила Власова — За ложный вызов, надо тоже платить — с поразительной красотой глаз посмотрела в глаза Оксане, заводя медленно руку ей за спину
— Надеюсь — открывая дверь, говорил Романов — Я не заставил своих дам томиться тут в долгом ожидании одиночества — хитрая усмешка на лице этого мужчины не сходила с его лица, пока он это говорил, чуть наклонившись стоя на улице, заглядывая в салон автомобиля
Жар пламенного дыхание Власовой прямо в раскрытые алые размазанные помадой губы Оксаны и возбужденный голодной страстью взгляд, не давал возможности ответить. Оксана чувствовала, как Власова пленила её взор своими неистовыми чарами обольщения. Елизавета Валентиновна с поразительной нежностью рук ласкала одной рукой спину Оксаны, она другой рукой кончиками своих пальцев пыталась еще больше открыть завесу скрытых сексуальных бедер, что томились за длинным платьем. Оксана чувствовала как соблазн восхитительной прелести Жасмина, что она тяжело вдыхала, находясь в такой поразительной близости с губами Власовой, ощущая жар палящего губы дыхания и то как пальцы с пленительной нежностью коснулись застежки платья.
— Вижу, что пока не стоит вас беспокоить — ответил с усмешкой на лице Романов, плавно закрывая обратно дверь
Власова проявляя настойчивость убедительного взгляда, смотрела в глаза Оксане, поразительный перегар вина, что веял с губ этой женщины, пленил своей сладостью насыщенного запаха. Возбужденного порывами стонов тяжелого дыхания, Власова медленно начала расстегивать застежку платья на спине Оксаны. Оксана утопала в поразительной чарующей ласки рук Власовой, позволяя её влиянию оголить плечи, постепенно медленно освобождаться от платья. Поразительная настойчивость со стороны Власовой, погружала Оксану в бурю стихий эротических фантазий. Медленно продолжая аккуратно стягивать платье, темноволоса женщина, освободила пышную грудь Оксаны, что была скованна оковами темно-синего кружевного бюстгальтера. Предаваясь такому поразительному соблазну, Оксана почувствовала, как руки Власовой освободили её от платья, когда оно было в районе талии.
— М… Елизавета Валентиновна — простонала, как озабоченная кошка Оксана вставая на четвереньки перед Власовой — Ваша настойчивость меня очень сильно возбуждает — ерзая губками, говорила она, глубоко вдыхая ртом прелесть сладкого запаха вина с её губ
— Так поддайся же ей — сладким стоном простонала Власова в открытые губы Оксаны, обжигая их порывом горячего возбужденного потока страсти воздуха
— Какое красиво тело — похвалила Виктория, коснувшись кончиками пальцев платья, что висело уже на талии Оксаны — Должна признать ты всегда мне нравилась Оксана, и сегодня у меня будет возможность….
Не давая дослушать, с поразительной хищной развратной настойчивостью, Власова впилась в губы Оксаны. Щедрое изобилие сладкой сахарной слюны, Елизавета Валентиновна передавала в рот Оксаны, обволакивая нежностью соприкосновения слюны её язык. Оксана словно впивалась когтями в кожаный материал сиденья, медленно впадая во власть пут Власовой, что обвила её щеки своими ладонями. Ощущение рук Виктории не давала покоя, что так соблазнительно стягивала платье с Оксаны, когда она стояла на четвереньках на кресле перед Власовой.
— Тише-тише Оксана — успокоила Виктория, коснувшись обжигающей силы холода слюны обнаженного бедра Оксаны — Хорошая девочка
Продолжая столь же ласково говорить, Виктория освободила полностью Оксану от платья, положив его на дальний край сиденья.
— М…. Елизавета Валентиновна — отрываясь жадно хватая ртом, воздух произнесла возбужденным голосом Оксана, сгорая от страсти сильно возбуждения — Что вы делаете со мной?
— Я лично…. — хотела изъявить свое желание Виктория, сидела за спиной у Оксаны
— А… Виктория — развращенной возбужденной до ужаса улыбнулась Оксана, повернувшись к белокурой девушки, что обвила её талию своими нежными приятными руками — Сейчас тут станет очень жарко, рекомендую снять шубку
Оксана с дикой голодной страстью вцепилась руками в расстегнутую меховую белую шубку на девушке, придавая лазурным голубым возбужденным глазам повиливающий взгляд. Силой принуждения, Оксана скинула с Виктории белую шубку на пол автомобиля. Дверь салона автомобиля быстро открылась, в машину медленно влез Романов, пропуская холодную свежесть воздуха в обитель загорающейся страсти. Жуткая завораживающая холодом прохлада, обвила спину Оксаны, принуждая впиться жаркими пылающими огнем губами в шею белокурой девушки. Вскоре дверь в салоне лимузина закрылась за Романовым, что предпочел заняться место возле Власовой.
— Оксана Владимировна! — удивился блистательной восхищенной улыбкой Романов, присаживаясь на сиденье рядом с Власовой — Вы так нашу Викторию еще обидите
— Сергей…. прошу…!
Изнывала сладкими стонами Виктория, когда Оксана жаркими поцелуями покрывала её шею, освобождая тело молодой девушки от платья, принудительно стала снимать его.
— Оксана Владимировна угомонитесь…
— Сергей Викторович дайте девочке справить свой пыл — заступилась Власова, отдернув руку Романова, что хотела коснуться бедра Оксаны
— Сергей… Ви… — ноющими стонами запрокинув голову, не могла говорить Виктория, когда Оксана налегала на её тело, с жадностью целуя шею и грудь, скрытую в оковах бюстгальтера
— М…. как мне нравится твой сладкий стонущий голосок — восхитилась Оксана, заводя руки за спину Виктории, расстегнула её бюстгальтер
— Оксана стоп… хватит! — испуганно пыталась возразить Виктория
— Конечно, хватит — не спеша начала освобождать грудь девушки от темно-синего кружевного бюстгальтера говорила Оксана — Но не сейчас — возразила она кинув бюстгальтер снятый с Виктории в сторону Романова
Оксана, встав на одно колено на сиденье, а другую ногу полностью выпрямила, выставила упругую прелесть бедер перед Романовым, принялась дальше стягивать платье с Виктории. Черный лимузин плавно тронулся с места, приятно выдавая мощь мотора механического зверя, чем еще больше возбудил Оксану своим звучание двигателя. Оксана специально виляла попкой перед Романовым, снимая платье с Виктории, скинула его на пол в машине, между сиденьями, была ничуть не удивлена, что белокурая юная девушка была без трусиков.
— Я всегда знала, какая же ты сука — заявила Оксана, прильнув максимально близко к губам Виктории, что излучали такой сладкий вкус вина, были покрыты толстым слоем помады — Но блядь именно это меня иногда в тебе и заводило
— Оксана я не ожидала от тебя такой настойчивости — удивилась Виктория
— Я сама от себя много чего не ожидаю — призналась Оксана, издавая тяжелый изнуренный стон сильного возбуждения насыщенный сладостью горячего потока глубокого дыхания
Повалив девушку спиной на спинку кресла, Оксана забралась на неё и сидя на коленях, специально демонстрировала свою изящность тела, перед Романовым. Виктория была крайне сильно заведена тем, что Оксана массировала её грудь, тщательно обрабатывая её обеими руками, легким прикосновения кончиков пальцев дергала за сосок. Вынуждала подчиниться взглядом, Оксана, положив руки на плечи девушки, чуть запрокинула голову, выгнули спину, ощутила как нежность рук Виктории за своей спиной. Обворожительная ласка пальцев девушки с поразительным чувственным прикосновением и в тоже время с необычайной ловкостью расстегнула застежку темно-синего бюстгальтера Оксаны. Приятные чашечки бюстгальтера, ослабили давление на грудь Оксаны и с поразительной нежностью стали отрываться от розовых сосков. Виктория медленно снимала бюстгальтер с Оксаны, приблизившись губами к её груди, она излучала горячий возбужденный поток воздуха.
— Вам нравиться ведь Сергей Викторович? — обратилась Оксана, издавая наполненный гармонией страсти стон, шикарно изгибая спину, выставляя сочную прелесть груди в лицо Виктории
— У вас поистине красивое тело Оксана Владимировна
Похвалил Романов, жадно вцепившись пальцами в бедро Власовой, стал принудительно разминать его через материю черного плаща это роскошной темноволосой женщины.
— А грудь? — спросила Оксана, посмотрев возбужденными глазами на Викторию, что нежно впилась губами в её розовый сосок, стала смачно его посасывать — Вам нравиться моя грудь?
Спросила Оксана, ощущая нежность губ Виктории, что так рьяно смаковали её розовый сосок, смачные потеки слюны завораживали прикосновением, стекали вниз по груди падали приятно на поверхность живота.
— Ваша грудь бесподобная Оксана Владимировна — похвалил Романов — Но я бы предпочел, чтобы вы отдали свое тело в ласку рук Виктории
— Вы, правда, так считаете? — спросила Оксана, обвивая теплотой ладоней щеки Виктории, чувствовала с какой принудительной жадностью, она обсасывала губами её грудь
— Я так хочу — заявил Романов приказным возбужденным тоном — Я хочу, чтобы Виктория вас трахнула, а вы изнемогали тут громки стонами
В голосе Романова, Оксана смогла уловить нотки сильного звериного возбуждения, была приятно удивлена, заметив, как он сильно любовался её телом.
— В самом деле?! — выразила Оксана удивление, придавая алым губам поистине эротическую форму — Ну что же, как пожелаете, Сергей Викторович — ухмыльнулась она, испытывая сильное желание подчиниться воли желания этого мужчины
— Виктория будь с Оксаной Владимировной предельно нежной — распорядился Романов — Я доверяю твоим рукам самого дорого мне человека
Слегка приподнявшись на коленях, Оксана оторвала губы Виктории от своего соска, вставая медленно, каблуками черных туфель, на пол в машине перед юной распущенной девицей. Решаясь пойти на решительные действия, чтоб завести Романова, Оксана, выставив бедра вперед в полусогнутом состоянии, почувствовала руки Виктории, что с восхитительной нежностью и лаской коснулись резинки её трусиков. Погружаясь в пучину соблазнов, Оксана сексуально облизывала алые изнемогающие по поцелую губы, чувствовала, как повиливающим движением резинка трусиков под властью пальцев Виктории сползала по её бедрам.
— Хорошо Сергей Викторович — послушно ответила белокурая девушка, изнывая в сладких стонах, ласкала с притягательной лаской свое тело
— Виктория я говорю предельно осторожно — повторил настоятельно Романов — Это значит чтобы Оксана Владимировна не чувствовала боли, как прежние твои девушки, которых Изабелла заставляла лечь к тебе в постель ради твоей же забавы
— Я поняла вас Сергей Викторович
«Какой же ты блядь заботливый, иногда твоя забота меня прям убивает», подумала Оксана с чувством раздражения про Романова, прикусывая краешек губы.
— А так я вам еще больше нравлюсь? — спросила Оксана, повернувшись в пол оборота к Романову, перешагивая через резинку трусиков, забралась на сиденье лимузина
— О… боже Оксана ты великолепна — восхитилась Виктория, встав на четвереньки над лежащим телом Оксаны на сиденье роскошного автомобиля
— Виктория сделай что требуется — повиливающей интонацией голоса распорядилась Власова с голодным сексуальным рвением отдалась в объятия Романову, что уже снимал черный плащ с неё
— Хорошо Елизавета Валентиновна — послушно согласилась Виктория, глубоко выдыхая жар пламенного дыхания в открытый рот Оксаны
Пламенная сладость поцелуя соединила губы Оксаны с губами Виктории, девушки лежали на сиденье лимузина, страстно целуясь. Виктория обволакивала сахарной слюной язык Оксаны, придавая ласки её тело, вцепилась одной рукой в сочную грудь, а другой обвила бедро, сковав своими путами. Оксана вцепилась когтями в обивку кожаного сидения, странно поддаваясь поцелуя ощущая, как подушечки пальцев Виктории слега сжимали её грудь.
— М… Виктория — простонала, сладко изнывая в стонах Оксана, пытаясь запрокинуть голову, сильно желала посмотреть, чем же занят Романов на соседнем кресле — Ты меня сразила
Потеки сладкой пенистой слюны падали на горячие пламенные губы Оксаны, когда она держала их полностью раскрытыми, с тяжелым дыханием в груди желала очень сильно оказаться в объятиях Романова. Оксана, с жадными глазами отдавая свое тело во власть Виктории смотрела, как Власова обольщает Романова, помогая ему снять черное драповое пальто. Раздвигая в стороны, согнутые ноги в коленях, Оксана, опираясь каблуками туфель на сиденье, чувствовала как прохладу кончика языка Виктории, что оставляя ровную дорожку на её животе, медленно сползая вниз. Задыхаясь в спертом, душном воздухе, от сильного возбуждения, Оксана с тяжелым дыханием в груди, почувствовала, как белокурая девушка нежным прикосновением рук раздвинула её ноги, жаркими губами целуя лобок.
«Вот сука Власова заставляешь меня ревновать», с глубокой ненавистью подумала Оксана, жадными глазами смотрела, как Романов целуется с Елизаветой Валентиновной.
— Знаешь Оксана — говорила Виктория, испуская жар дыхания на мокрые губы влагалища Оксаны, медленно и предельно аккуратно подушечками пальцев раздвинула его губы — Я всегда желала тебя поиметь
— Я знаю — простонала Оксана, ощущая как прохлада холодной слюны Виктории упала с её губ на жаркое пропитанное огненным возбужденным соком влагалища — Ах….
— Тише девочка — прошептала обжигающим дыханием шепотом Виктория в раздвинутые мокрые губы влагалища Оксаны — Я буду нежной с тобой Оксана
— А…. ааа… — стонала Оксана, чувствовала, как Виктория раздвигает медленно пальцами её влагалище
Рука Виктории обвила бедро Оксаны, положив тем самым ладонь на её живот, стала легонько ей надавливать на плоскость кожи. Старательно облизывая стенки влагалища Оксаны, Виктория словно слизывала стекающий по ним сок возбуждения дикой голодной сексуальной страсти. Оксана изнемогала, громки стонами, ощущая холод слюны и нежное прикосновение языка Виктории на стенках влагалища, запрокинула голову, что уже свисала с сиденья, смотрела с отблеском сильного возбуждения в лазурных голубых глазах, как Романов целовался с Власовой.
— Ах…
Не имея возможности вздохнуть, Оксана чувствовала, изнывая громкими возбужденными стонами, чувствовала, как холод нежность языка Виктории покрывали клитор огромным изобилием слюны. Виктория нежно прикусывала зубами клитор Оксаны, держа стенки влагалища раскрытыми, смачно богатым изобилием слюны сплюнула внутрь. Холодный завораживающий прикосновением сгусток слюны, промеж возбужденных горячих стенок влагалища Оксаны, заставил её еще громче стонать. Оксана массировала грубо руками свою грудь, с полностью раскрытым ртом, алые губу которого, окна покрывала покрывали богатством ей сладкой слюны, проводя по ним кончиком своего языка. Лазурные голубые глаза Оксаны засверкали ярким блеском, переливаясь в оттенке голубого цвета, как только она увидела, что Власова расстегнула ширинку черных брюк Романова. Оксана жадно стала облизывать губы, замечая, как Власова вытащила из брюк возбужденный член Романова, стала громко стонать, желая ощутить алыми губами, с которых стекало богатое изобилие слюны, нежность его кожи, что могло бы глубоко проникало в царство её громких стонов, полностью заглушить их.
— Что случилось? — возмутилась Оксана, заметив, как жаркое пламя языка Виктории покинула обитель влагалища, по которому стекали богатство женской слюны — Почему ты прекратила?
— Не обольщайся Оксана — заявила Власова, позволяя рукам Романова под её платьем, снимать черные кружевные трусики — Ты на член Романова сегодня не рассчитывай
— Тем более человеку, которому мы пообещали её сегодня — говорил Романов, с восхищением наблюдая, как Власова забирается на него — Будет этому сильно не рад
— Что это значит? — возмущенно заявила Оксана, широко раскрыв голубую лазурную прелесть глаз
— Это значит Оксана, что я тебя сейчас поимею — заявила Виктория, прижав плотно ладонь руки к животу Оксаны
Палец белокурой юной девушки слишком быстро вошел промеж стенок влагалища Оксаны, принудив Оксану издать громкий неожиданный наполненный внезапностью возбужденный стон. Виктория быстро вводила палец промеж стенок влагалища Оксаны, при этом так поразительно ласково прикусывала зубами её клитор, смачно покрывая его богатой прелестью сладкой вязкой слюны. Полностью раскрыв глаза от испытанного внезапного сексуального шока, и широко раскрыв рот, Оксана чувствовала, как Виктория одним пальцем терроризировала её влагалище, вводя его всего лишь по среднюю фалангу. По стенкам влагалища сочилась обжигающая прикосновением влага, пока палец Виктории так быстро проникал внутрь обители половых мокрых губ Оксаны. Не имея возможности контролировать свои мысли и чувства, Оксана изнывала громкими стонами, запрокинув голову, что свисала с сиденья лимузина, с презрением наблюдала, как Власова задрав платье, вводила член Романова в себя сидя на нем сверху. Черный лимузин плавно ехал по деревенским дорогам, неровность которых едва чувствовалась, легким колебанием. Оксана с полностью раскрытым ртом и широко открытыми глазами, лежа спиной на сиденье лимузина, в оковах Виктории, за смуглыми облаками через стекло медленно ехавшего роскошного автомобиля.
— А…. ах… — громко стонала Оксана
— М… Сергей Викторович я вас обожаю — стонала стерва Власова, прыгая на члене Романова, плотно прижимаясь к его телу, позволила рукам этого мужчины оголить от черного платья до пояса свое тело
Истекая горячим возбужденным соком, что вытекал с влагалища Оксаны, она продолжала громко стонать, ощущая, как Виктория словно вгрызалась зубами в её клитор, быстро при этом вводя палец внутрь. С губ Виктории, когда она кусала клитор Оксаны, сочились потеки богатой прелести слюны, падая в свободном падении, на мокрые раздвинутые стенки влагалища они вызывали бурю сексуальных эмоций, что выражалась сильным эротическим криком. Белокурая юная девушка жадно вводила с быстрой скоростью палец во влагалище Оксаны, ей словно нравилась изводить её своими действиями. Надавливая плотно пальцами одной руки на живот Оксаны, Виктория моментально поразительно быстро ввела второй палец в её влагалище. Издавая громкий крик, Оксана чувствовала как Виктория, надавливая пальцами одной руки на живот, пока другой рукой что-то изучала, вводя внутрь указательный и средний палец. Вцепившись когтями в обивку сиденья кресла, Оксана чувствовала, как глубоко пальцы Виктории проникли в мокрое лишенное сил влагалище. Указательный и средний палец Виктории, настолько глубоко вошли во влагалище Оксаны, принудив её сильно изогнуть спину, пытаясь запрокинуть голову от испытанного эротического шока, открыв полностью рот и глаза, она чувствовала как другая рука этой девушки сильно давила пальцами ей на живот, пыталась таким грубым жестом что-то прощупать.
— Сергей Викторович — заявила Виктория, вытаскивая пальцы из влагалища Оксаны — Оксана полностью здорова и может дать полноценное потомство, если вы этого пожелаете
— Что?! — громким криком возразила Оксана, приподнявшись на локти, была крайне поражена действием этой девушки
— Ничего — успокоила Виктория, присаживаясь рядом с Оксаной — Все с тобой нормально
Не давая возможности возмутиться, Виктория медленно ввела мокрые, пропитанные эликсиром влагалища Оксаны в её открытый рот.
— Давай девочка постарайся — держала она одной рукой за волосы Оксаны, а другой глубоко водила мокрые пальцы в рот — Какая умница
Держала Виктория одной рукой за волосы Оксану, пока другой рукой вводя пальцы ей в рот, пристально с поразительным любопытством любовалась красотой её обнаженного тела. Оксана, старательно обсасывая нежные женские, была возмущена до придела наглостью этой девушки, что без её согласия смогла провести с ней такое исследование. Испытывая огромную ненависть, Оксана смотрела послушным взглядом в глаза Виктории, слизывая сладость эликсира своего влагалища с её пальцев, продолжая при этом тщательно их обсасывать.

***
Нарастающий порывами ветер постепенно усиливал свой натиск, особенно сильно он ощущался со стороны лесной опушки, где был слышен гул его влияния. Небо над деревней стало сгущать краску смуглыми тучами, постепенно погружая пространство над деревенской местностью во мрак. Старые березы, могучие тополи, даже молодой ясень все эти деревья напевали песнь природной стихии задувая природным шелестом голых веток. Воздух на улице пропитался свежестью предшествующего дождя, поистине запах мокрого дереве, таившего снега, чувствовался везде, а так же непревзойденная свежесть чистого деревенского воздуха, экология которого еще не успела стать нарушенной.
Асфальтное покрытие, по которому двигался черный лимузин, был пропитан частичками влаги, сырость мокрой земли имела вполне привычный оттенок землистого цвета, напоминающий запах навоза, мокрой глины в дикой обыденной гармонии мокрого гравия. Оксана, расположившись на сиденье с голодным наполненным яростью взгляда была готова убить Викторию, за то что она с ней сделала. Романову пришлось быстро прервать сексуальную связь с Власовой, чтобы усмирить возгорающийся конфликт. Поджав под себя ноги, Оксана полностью обнаженная чувствовала хватку Романова, что держала её руку за запястье, не давая сорвать свой гнев на Виктории, что забил в другой конец кресла, с ужасом глядела на обидчика. Слюна во рту у Оксаны была пропитана вязкостью эликсира её влагалища, который она слизала с пальцев Виктории. Стенки влагалища ужасно болели, а клитор вообще испытывал почти резкую неприятную боль, сохраняющий осадок прикуса зубок Виктории. С самих половых губ все еще продолжала выделяться вязкая возбуждающая слизь испытанного оргазма, разогревая стенки влагалища от прохлады слюны Виктории, что она оставила внутри сексуальной обители Оксаны, медленно и жгуча сочась наружу, оставляли влажное пятно на кожаном красном сиденье.
— Оксана Владимировна — успокаивал Романов, держа Оксану за руку, пока другой рукой нежно обвил её за талию со спины, прижимая к себе — Я вас уверяю, что сделала Виктория, это была исключительно моя затея, конечно не без исключения вашего отца, которому дико интересно, почему вы не хотите иметь детей
— И что нужно было и матку мне осматривать? — возмутилась Оксана, громким криком пытаясь вырваться из-под хватки руки Романова, поджала от обиды губу
— Оксаночка раз уж ты полностью здорова….
— Да блядь я полностью здорова — перебила Оксана реплику Власовой, посмотрев на неё разъяренным взглядом таким, что на лазурных глазах стала наворачиваться горькая ранимых влага слез — Что вы все пристали ко мне с этим вопросом, я блядь просто не хочу иметь детей, меня и так все устраивает
— Нет проблем! — удовлетворившись ответом Оксаны, Романов отпустил её руку
— Ну все сука теперь тебе точно пиздец! — прокричала Оксана почувствовав что освободилась от рук Романова хотела кинуться на Викторию
— Сергей Викторович!!! — вскрикнула в ужасе Виктория, забиваясь в угол кресла лимузина — Держите её, она же меня убьет
— Нет, Оксана Владимировна — успел Романов схватить Оксану за талию обеими руками силой посадил её к себе не колени — Я возьму вину на себя за то что она сделала с вами, ведь это я вас принудил к этому
— Ах так значит… — Оксана повернулась к мужчине в пол оборота и свободной рукой, что он не успел схватить, влепила ему крепкую пощечину — Тогда и отвечать вам
Черный роскошный лимузин въехал в отрытые большие железные двери особняка Романовых, плавно поднявшись на пригорок перед воротами, шофер этой машины снизил скорость. Через стекла больших затемненных окон, Оксана, находясь в объятиях Романова, что прижимал её обнаженное тело к себе, держась обеими руками за бедра. Оксана хотела будто опустить голову к нему на плечо, не имея сил сдерживать влагу нестерпимых горьких слезы, как вдруг, послышался резкий нарастающий шум двигателей. Вскоре Оксана заметила огромное скопление спортивных гоночных машин, что заполонили площадь вокруг фонтана. Шикарные гоночные машины, самых разных марок, действительно прекрасно украшали интерьер этого смуглого богатого обычной роскошью особняка. Музыка самых светлых тонов dubstep усиленная прекрасным басом достаточно громко играла на улицы одной из машин, собравшихся в красивое кольцо, возле каменного крыльца.
Две спортивные машины, одна из которых была красного цвета, а другая серебристая, на большой скорости обогнали черный лимузин по обеим сторонам подпрыгивая на пригорке перед воротами, они изобразили красивое парение в воздухе, завершая маневр красивым перекрестием после того как обогнали длинную черную машину. Извергая клубы дыма и свист шин раздирающий уши рвущихся покрышек о гладкую каменную плитку на площади перед особняком, две спортивных машины исполнили красивый дрифт, вокруг фонтана, двигаясь в противоположном направлении, друг относительно друга. Завершая гонку красивым жестом, спортивные машины сделали непревзойденной по красоте силой разворот, закружившись перед финишной линией, что была начерчена возле ступенек входа в особняк, оставляя черный шикарный след от покрышек на цветной каменной плитке на площади возле огромного роскошного дома.
— Блядь — грязно выругалась Оксана, отрываясь от плеча Романова, держа руки на его плечах, так же чувствовала, как горячие обжигающие ладони этого мужчины прижимали её тело к себе — Я ведь знала, что у вас что-то намечается, почему вы мне не сказали про гонки?
— Именно поэтому я вам не разрешил взять ваш автомобиль — заявил Романов, имея поразительную наглость смог посмотреть в глаза Оксане, что были покрытые тонким слоем влаги слез горьких ранимых слез — Но я думаю, что столь бурное появление спортивных машин не сильно вас расстроит
— А можно мне посмотреть за гонками? — спросила Оксана, моментально забыв про обиду, в глазах загорелась страсть непревзойденного экстрима испытать жажду дикой скорости
— Исключительно только с сауны Изабеллы, там как раз установлен плазменный телевизор, чтобы участники гонок, что отдыхают и развлекаются там, смогли следить за результатами прошедших гонок — объяснил Романов, прижимая Оксану за бедра к себе как будто так надо
— И я так понимаю — говорила Оксана, пользуясь обаянием своего тела красуясь грудью, перед раскрытым ртом этого мужчины, сидя у него на коленях — У вас нет команды гонщиков
— Вас Оксана Владимировна это не касается — заявил Романов, плавно, держась ладонями обеих рук, за бедра скинул со своих колен, Оксану на сиденье рядом с собой — Вас никто и близко к машине не подпустит пока тут в нашей местности проходят такого рода развлечения
— Я могу быть вашим гонщиком — с ярким отблеском в глазах заявила Оксана
— Оксаночка наденешь вот это — протягивая, говорила Власова, красное велюровое аккуратного пошива свернутое длинное пальто с капюшоном
— Я что так пойду — была не согласна Оксана,
— Если хочешь, можешь идти хоть голой — заявила Виктория стервозной ухмылкой на розовых губах, надевая на свое голое тело белую меховую шубку
— Виктория успокойся — упрекнул Романов, строго посмотрев на юную девушку, что что-то себе нашептывала под нос, надевая на себя белую меховую короткую шубку — Сегодня будите ночевать у нас, завтра ваш отец приедет за вами вместе с вашей матерью
— Блядь — вновь грязно выругалась Оксана, разглядывая материю красного велюра, что Власова кинула к ней на колени — Не надо только их приплетать
— Я бы с радость — улыбнулся Романов, не решаясь пока выходить, когда лимузин остановился возле каменного крыльца особняка — Но только он узнал о случае в больнице, мне с трудом его удалось уговорить, чтобы он не начал вас воспитывать сегодня
— Да ему то, что надо от меня? — выразила Оксана эмоции, громко прокричав
— Волнуется ведь — взяв в руки красное длинное велюровое пальто, стал медленно его расправлять, держа на кончиках пальцев обеих рук — Он ведь как-никак он ваш отец — ощущала она приятный на ощупь материал, что начал так пленительно обволакивать обнаженное тело
— Отец — унылым голосом согласилась Оксана, ощущая приятные теплые руки Романова, что с поразительной нежностью надевали на неё красное велюровое пальто — Свалился блядь тоже на мою голову
— Оксаночка хватит материться! — сделала замечание Власова, надевая на себя черный плащ, аккуратно расправляя руками его материю по телу
— Пускай материться — с коварной улыбкой говорила Виктория, положив ногу на ногу, изящно демонстрировала красоту обнаженного бедра, застегивая пуговицы белой шубки — Я посмотрю, как она будет радоваться, когда я её заставлю сосать какой-нибудь грязный член
— Смотри, как бы ты им не подавилась первой
Огрызнулась Оксана, ощущая как крепко Романов держал, крепко обвив руками её талию, положив руки на приятную нежную материю красного пальто из велюра, что так красиво облегало её обнаженное тело.
— Виктория ты будешь с Оксаной до завтрашнего утра — распорядилась Власова, изображая хладнокровную коварную ухмылку на своих губах, застегивала медленно пуговицы черного плаща — Так что на сегодня её счастье это твоя забота
— Виктория ты поняла — предупредил Романов, коснувшись пальцами дверной ручки задней двери лимузина — Счастье Оксаны Владимировны это твоя проблема, по крайней мере до того как не изменит свое мнение моя жена — говорил он открывая заднюю дверь лимузина
Завораживающая прохлада тут же хлынула в пропитанный, сексуальной страстью атмосферу воздуха в салоне черного лимузина. Знойный холод тут же окутал ноги Оксаны, пытаясь проникнуть за грань красного велюрового пальто. Оксана начала расправлять нежную приятно облегающую материю этого пальто, аккуратно разглаживая его ткань на бедрах, пока Романов покидал автомобиль первым. Эротическим жестом Елизавета Валентиновна выгнула спину, выставляя шикарную притягательную эластичность бедер напоказ, покидая лимузин, звонко стукая каблуком черных туфель о цветную каменную плитку.
— Вижу Сергей Викторович атмосфера праздника, что устроила ваша семья в самом разгаре, заметно как ваши гости веселятся — ерзала Виктория, своими розовыми развратными губками, покидая салон черной элегантной машины сразу же за Власовой
— А чтобы им не веселиться — ухмыльнулся Романов, злорадной коварной ухмылкой, протягивая руку Оксане — Прошу Оксана Владимировна не стесняйтесь, столь великодушное общество, радушно примет вас
— Очень на это надеюсь — ответила Оксана, ухватившись за его руку прохладную руку своими нежными пальцами, покидала машину, надевая на голову мощный красный капюшон — Не очень-то люблю подобные мероприятия
Огромное количество народу скопившегося на площади возле дома Романовых, нисколько не смутило Оксану, тем более каждый из них был занят своим делом. Каждый из неизвестных Оксане гостей был занят своим делом в этот знойный прохладой зачарованный холод на улице. Мужчины, хозяева дорогих красивых спортивных автомобилей, что выстроили вокруг фонтана, открыв капот, своего железного коня, хвастались поразительной выдаваемой механической мощностью, что резким громким гулом разносилась по окрестности. Девушки в менее привлекательные теплые, красные, синие и розовые пальто, приоткрывающую их красоту упругих эластичных бедер, с небольшими серебряными разносами, на которых стояли бокалы с шампанским, разносили этот чудесный напиток гостям этого роскошного дома. Некоторые из гостей просто веселились, распевая бокалы, с шампанским встав у фонтана любуясь красотой спортивных выставленных возле него спортивных машин, с поразительными удивительными лицами, высказывали глубокое впечатление, в то время как некоторая часть находившегося там женского общества громко звонко смеялись.
— Алексей Константинович….
Обратился неизвестный мужской голос к одному из мужчин, что находился на площади, рядом с черным лимузином и как не странно разговор именно конкретно этих двух мужчин привлек внимание Оксаны. Не обращая внимания, как Романов стал мило любезничать с некоторыми незнакомыми дамами, что тут же подошли к нему, как только он закрыл за Оксаной дверь лимузина. Оксана стала медленно пробираться через толпу находящуюся рядом, скрывая истинную красоту своего лица и чудесной пышности золотистых волнистых волос, под покровом красного капюшона с пышным слоем меха по краям. Выражая в себе гордую походу, красиво покачивая бедрами, шикарно сгибая ногу в колено, приоткрывая завесу красной материи пальто, выставляя напоказ прекрасную эластичную сексуальную кожу ног. Эротическим прикусом Оксана покусывала краешек губы, облизывая губы краешком языка смоченного богатым изобилием слюны придавая им необычайный блеск.
— У нас проблема — продолжил говорить этот мужчина
Оксана встала в нескольких метрах от компании этих загадочных неизвестных мужчин, взяла у проходящей рядом девушки бокал с шампанским и опираясь одной рукой на бедро. Согнув одну ногу в колено, Оксана поставила каблук черных туфель на бордюр, возле маленькой дорожке, открыла прелесть бархатистой кожи, что скрывалась под завесой красного пальто. Красиво выгнув спину, выставив изящную роскошь своих бедер, Оксана начала пить шампанское с бокала. Оксана обратила внимание, что мужчина, к которому обращался этот парень лет двадцати пяти, был в компании двух очаровательных милых девушек, что с обеих сторон облепили его тело. Черное драповое пальто этого мужчины, отлично сочеталась с его удивительной разности оттенков черного делового костюма, что прекрасно гармонировала с ярко видной белой рубашкой с его черным пиджаком. Начищенные до блеска черные туфли, этого загадочного мужчины даже в такую, смуглую затянутую темными облаками небом все равно отражали едва видный отблеск поверхности мужской обуви в глазах Оксаны.
— Что случилось Эдуард? — поинтересовался безразличной интонацией своего голоса мужчина, обвивая руками талии молодых девушек, одна из которых медленно подносился бокал с шампанским к его губам — Разве ты не должен уже договариваться по поводу следующего заезда в гонках
— Очень жаль Алексей Константинович — с чувством сожаления или так симулировал этот парень тон своего голоса — Водители нашей команды напились уже в сауне хозяйки этого дома, они не смогут ни сегодня не завтра тоже участвовать в заездах
— Твою мать! — вспылил этот мужчина, отталкивая бокал в сторону, что девушка подносила к его губам
В свободном падении бокал начал падать на землю, коснувшись в сию же секунду земли, он раскололся на мелкие десятки осколков, расплескивая в стороны, находившиеся в нем шампанское. Молодые девушки, что были по обе стороны этого мужчины, взвизгнули от испуга, застучали каблуками нервно по плитке, ощущая видимо, как показалось Оксане на тот момент, капли стекающего шампанского по их обнаженным ногам. Мужчина был крайне обеспокоен по своему лицу, от услышанного, отпустив девушек, он отошел в сторону, и посмотрел в сторону стоящих там двух серебристых автомобилей марки Audi.
— Нам некого поставить на замену нашим водителем — говорил отчаянно парень в спортивном сером костюме, в тоже время, пытаясь сохранить к себе былое уважение
— Ты же должен был следить за ними Эдик — возмутился мужчина — Какого черта ты их подпустил к женщинам и выпивки
— Я думал, все будет не так сложно
— Чем ты думал? — возмутился он, повернувшись к нему, с весьма раздраженным лицом — Кого мне прикажешь сейчас вывести на гонку?
«Хм… возможно, если я хочу развлечься, то это мой шанс проявить себя в качестве гонщика, тем более кое-какой навык у меня есть», подумала Оксана, медленно приближаясь к этим ругающимся мужчинам.
Вызывая к себе чрезмерное внимание со стороны общественности своей чарующей взглядом походкой, шикарно покачивала бедрами при каждом шаге, звонко стукая каблуками. Жадно осушив бокал шампанского на ходу, Оксана, медленно двигаясь, изящно выражая скрытую красоту бедер, чем привлекла к себе оценивающее мужское внимание парней, водителей спортивных машин, мимо которых она проходила. Приоткрывая красоту ног, Оксана будто специально, с диким голодом глотая шампанское на ходу, хотела привлечь к себе внимание. Под тихое звучание мелодичных нот музыки из открытого багажника одной из спортивных машин, Оксана словно старалась двигаться в такт звучания электронной песни dubstep.
— Возможно…
— Оксана Владимировна — прерывая Оксану, схватил Романов её за руку и развернул к себе — Куда вы пропали, вам нужно в дом, веселье в сауне моей жены уже в самом разгаре, советую отлично вам там провести время
— Нет! — возразила Оксана, упираясь ногами не желая идти с этим мужчиной
— Что значит, нет?! — возмутился Романов, посмотрев на Оксану весьма удивленным взглядом, забрав у неё из рук пустой бокал из-под шампанского
— У этих людей проблема с гонщика и я могу им помочь — повысив тон голоса, заявила Оксана
— Это исключено?! — отказал Романов, поставив пустой бокал на поднос мимо проходящей девушки, что разносила на нем наполненные бокалы с шампанским
— Что?! — возмутилась Оксана, наглой решительности со стороны Романова обвить рукой её талию, пытался потащить её за собой — Но почему?
— Потому что тут все опытные гонщики
Пояснил Романов, радушно улыбаясь гостям своего дома, хотел явно удалиться с Оксаной с этого места, где она привлекла огромное количество постороннего внимания.
— Да я тут большей половине, этих зрелых новичков нос утру в гонке — старалась перекричать звучание музыки, громким криком излила Оксана своим намерения
— Не сомневаюсь, вы превосходно водите машину — выразил Романов свое почтение, таким вежливым образом обхватав рукой за талию Оксаны, тащил за собой её в сторону дома
— Что вы себе позволяете?! — возмутилась Оксана, когда внутри почувствовала, как сильно она возбудилась от ощущения мужской руки на своем теле
— Но это не вполне легальные гонки и проходят они на весьма опасной трассе, а я не могу позволить вам рисковать своей жизнью, вы мне еще нужны живой
«Блядь еврейская морда», злорадно подумала Оксана про этого мужчину, хотя внешне он таким совсем не казался.
— Десять дел строго по назначению Тихонова — решила торговаться Оксана, понимая, что криком и скандалами этот вопрос не решить
— Нет!
— Плюс пять дел ваших
— Я же сказал вам нет! — Романов повысив тон своего голоса, крикнул он на Оксану
— Я буду жить у вас, сколько захотите и делать все, что скажите вы
— Оксана Владимировна — смягчил тон своего голоса Романова — Там люди разбиваются чуть ли не насмерть, машины разлетаются в хлам
— Отлично это по мне — радушно улыбнулась Оксана, замечая, как подозрительно Виктория кокетничала с молодыми парнями возле белых спортивных автомобилей
— Я же вам сказал Оксана Владимировна, что нет вы, почему такая упрямая? — возразил, возмущаясь Романов, когда они подходили к ступенькам мощного крыльца роскошного особняка
— Но почему?
— Оксаночка хватит говорить о том, что и так известно — вмешалась в разговор Власова, обхватив свободную руку Романова, посмотрела возмущенным взглядом на Оксану
— А вас Елизавета Валентиновна — возразила Оксана, громко вскрикнув, так, что её голос был звонко слышен даже при такой громкой музыке на площади возле дома Романовых — Я бы попросила заткнуться нахрен!
Возбужденный порывом ярости крик Оксаны привлек к себе слишком большое внимание со стороны людей, что находились рядом. Пара мужчины и женщины, что стояли рядом с бокалом шампанского, расступились в сторону, уступая дорогу Романову и его женскому обществу. Оксана понимая, что из хватки Романова не вырваться, когда он одной рукой обхватил её талию ,а другой схватил за руку, очень медленно вел к массивным ступенькам крыльца своего дома. Вокруг играла громкая музыка, так что атмосферу скандальной истерики почти никто не заметил. Некоторые представили гоночных команд, пытались подкупить судей, чтобы сфальсифицировать результаты гоночных нелегальных заездов. Проходя мимо красной спортивной машины марки Ferrari, Оксана заметила, как мужчина в серебристом деловом костюме, передавал деньги парню в кожаной коричневой куртке.
— Сделаешь все как надо и получишь больше? — тихо прошептал он, в метре от проходящей мимо него Оксаны — Только не подведи меня — передавая запечатанный пачку денег парню, еще раз повторился он
— Конечно — любезно с улыбкой ответил светловолосый парень — Все будет в лучшем виде, можете не беспокоиться
— Теперь вы понимаете, Оксана Владимировна — обратился Романов к Оксане, подходя к массивным каменным ступенькам крыльца — Что тут играют люди не совсем честным путем
— Почему же вы не участвуете в этом мероприятии?!
Удивилась Оксана, открывая прелесть изящной бархатистой кожи ноги, наступила ступеньку крыльца, звонко при этом топнув каблуком черных туфель по поверхности ступеньки.
— М… наверно потому что такого рода развлечения меня не привлекают
Любезно ответил он, отпуская руку Оксаны, но при этом другой рукой, что была на её талии, кончиками пальцев коснулся бедра. Ощущая нежность мужских пальцев на своих бедрах, Оксана улыбнулась распущенной прелестью улыбки, размазанная помада и форма изящной эротической улыбки выражали нехватку сексуальной страсти. Специально поднимаясь по ступенькам, Оксана выставляла красивые упругие бедра, на обольщение мужчине, что обвил её талию рукой. Скрывая за завесой капюшона на голове красоту развращенной ухмылки, Оксана медленно поднималась по ступенькам, на которых расположились самые распущенные развратом гости этого дома. Мужчина в красивом черном пиджаке и удивительном пальто, такого же цвета, страстно целовался с женщиной в роскошном черном вечернем платье, декольте на спине которой так привлекло внимание Оксаны.
— М… Алина ты у меня просто восхитительна — отрываясь от губ женщины, радостно похвалил мужчина, голос которого Оксане очень сильно показался на Коновалова
— Сергей Викторович — узнала Оксана теперь уже Коновалова, но все еще продолжала скрывать свое лицо под завесой массивного капюшона на голове — Какой великолепный праздник устроила ваша семья
— Спасибо Сергей — ответила тут же Власова за Романова, продолжая спокойно подниматься мимо парочки Коноваловых вверх по лестнице — Мы рады, что вам и вашей супруге понравилось тут
— М… вижу у вас снова интересная загадочная женщина Сергей Викторович — обратил Коновалов внимание на Оксаны, но по тону его голоса, она поняла, что он её не узнал
Оксана снизила шаг, словно внутри все замерло, мужчина, который когда-то был для неё очень дорого, обратил на неё свое внимание. Сердце стало бешено стучать, в жилах бешенным тактом гоняя кровь, голова стала словно в плену навязшего дурмана. Открыв рот, Оксана стала тяжело дышать, хватая воздух ртом, делая это незаметно. Оксана прошла мимо этого мужчины в максимальной близости, выражая перед ним, все самые откровенные притягивающие внимание мужских глаз сексуальные моменты своего тела, что были скрыты под тканью красного велюрового пальто.
— Да еще и с такой поразительной красивой фигурой — изображая наглостью перед женой комплементы в сторону Оксаны — Кого-то она мне напоминает своей походкой, так тока делала…
— Твоя шлюха Оксана так делал….
Прошипела змеей Алина Коновалова, наградила своего мужа крепкой пощечиной, она привлекла своим жестом всеобщее внимание гостей, что стояли на лестничном крыльце, распивая шампанское в бокалах. Направилась быстрым шагом, стала подниматься по лестнице, звонко стукая каблуками черных туфель в сторону открытых дверей особняка Романова. Слабым, но все же точно нанесенным ударом женской руки, Коновалов от такого неожиданного, потерял равновесие, стал падать на перила крыльца лестницы. Ударившись ребром о перила, он упал на ступеньки, стал жадно потирать свою щеку, со звериной злостью посмотрел вслед убегающей жене в сторону открытых дверей особняка.
— Оксана Владимировна — тихо начал шептать Романов, когда уже Оксана хотела сорваться и догнать эту девушку, чтобы принудить к ответу за оскорбление — Поверьте, она этого не стоит
— Вы дорого мне за это ответите — шепотом грозно заявила Оксана, вырываясь из его рук, спокойно стала подниматься вверх по лестнице
— Елизавете Валентиновна — послышалось сзади возражение Романова — Пускай выпьет и успокоиться, я потом с ней поговорю
— А пока думаю — сменила Власова тон своего голоса на эротический — Нам с вами есть о чем поговорить
«А еще меня называют шлюхой!», с горькой обидой подумала Оксана, входя в открытые двери особняка Романовых, чуть не сбив с ног одну из выходящих пьяных женщиной.
— Смотри куда прешь курва — возмутилась женщина, разливая на свое черное короткое платье часть бокала с шампанским, что держала в руке
— М…. какая интересная девушка — похвалила подруга возмутившейся на Оксану женщины
— Чего в ней интересного — возразила женщина, растирая платком, что вытащила из сумочки мокрое платье — Молодая красивая дура, еще не понимает куда пришла
— М… сестры Филимоновы — восхитительной интонацией дьявольского коварства и в тоже время приветливо сказал Романов, подходя к ним с Власовой под руку
Пышная атмосфера праздника царила в гостиной у Романовых, когда Оксана, игнорируя возмущения пьяных распущенных развратом этого дома женщин, с которыми столкнулась на входе, вошла в открытые двери особняка. Большое разнообразие столов и кожаных диванов, заполонило гостиную Романов, свет которой был слегка притушен, задвинутыми красными шторами из шикарного бархата. Пропитанная до такого атмосфера воздуха сильным запахом алкогольных средств, вермута, испанского дорого коллекционного вина, а так же сама жаркая атмосфера разврата в гостиной, еще больше горячила гостей этого дома, когда в само помещение, с улицы, буквально врывалась жуткая прохлада свежего воздуха. Горящие по периметру восковые свечи в серебряных подсвечниках, а так же тихая спокойная мелодичная музыка, звонкие ноты белого рояля так сильно возбуждали людей в этом доме, что страсть в их головах побуждала их на откровенные эротические шалости.
— Стоило бы только догадаться…
Услышала Оксана возмущенный голос Алины Коноваловой, что сидела на высоком стуле у барной стойки в гостиной, светловолосый парень, с короткой стрижкой и кожаном жилете, оголяющим его мускулистый торс, на вид лет тридцати эффектно делал для неё порцию коктейля. Красиво вращая бутылки в руках, он наполнял стеклянный бокал чудодейственным зельем, при этом пытался строить глазки проходящим рядом молодым девушкам, юные прекрасные женские тела которых были лишь слегка прикрыты легкой накидкой. Алина сидела на стуле, положив ногу на ногу, открывая прелесть бархатной кожи бедра, со стороны выреза платья, ерзая попкой на деревянном лакированном стуле она, будто специально демонстрировала декольте на спине своего платья перед мужчинами, что обращали на неё свое внимание.
— Как только появляется эта шлюха Оксана, так мой муж сразу млеет перед ней….
— Алина Андреевна….!
Кокетливый, возбужденный порывом необузданной страсти, голос Изабеллы из толпы возле барной стойки, действительно привлек внимание Оксаны к себе. Вдобавок ко всему Оксана смогла уловить стойкий чарующий аромат лаванды, коронной прелести парфюма, зеленоглазой змеи, словно как цветок, имеющий свой определенный запах, такой же определенный запах и имела Изабелла. Стук обладательницы женских каблуков, прекратил музыку рояля как по заказу, вскоре через некоторое время скопление людей, возле барной стойки постепенно начала расступаться. Шикарный фасон темно-зеленого платья, выполненного из шифона, строгой ручной работы, хозяйки этого дома, что открывал её плечи, преображал сексуальную форму груди, откровенное декольте на спине, даже вырез со стороны бедра, все в этом платье только приукрашивало свою хозяйку. Сочетание к такому великолепному платью служили такие же темно-зеленые туфли на поразительной красоте высоком каблуке, что дополняли особой эротической силой образ этой темноволосой зеленоглазой женщины. Восхитительные волнистые черные волосы, посыпали тело этой женщины, нежно касаясь шеи, словно водопад покрывали оголенные плечи этой женщины, лаская открытую прекрасным декольте спину Изабеллы.
— Нельзя же так грубо выражаться о людях — стервозной манерой своего пленяющего лаской железного женского голоса говорила Изабелла
— О таких как эта….
— Кто эта, а Алина?! — с гордой самовлюбленной походкой подошла Оксана со спины к девушке, что так грубо и громко её оскорбляла — Что ты вечно меня пытаешься унизить?
— Да потому что ты...!
— Так хватит! — возразила Изабелла, схватила за руку гордую девушку, что держала бокал с чудодейственным напитком, весьма недовольно посмотрела в её глаза — Я конечно против тебя Алина пока еще ничего не имею, можешь напиваться тут хоть до ужаса, но я тебе пока по хорошо прошу, прекрати немедленно этот цирк
— Прекращу — заявила Алина Коновалова, залпом осушив свой бокал с темной жидкостью, похожей на бренди — Когда придушу её — указала она дрожащим указательным пальцем руки на стоящую перед ней Оксану
— Что за бред! — рассмеялась Изабелла, обвиваю талию Оксаны одной рукой, притянула её к себе
— О… да! — злорадно говорила Алина, всхлипывая от обиды назойливо растирая нос, поставила пустой бокал на стойку перед барменом, требуя вынуждающим взглядом повторить — Я бы её галстуком бы душила, запихивая его кончик в её грязный ротик да Оксана
«Блядь когда Коновалов проделал такой трюк со мной, тогда я почти испытала оргазм», размышляла Оксана, представляя в голове столь бурную эротическую картину, что вызвало у неё массу возбуждающихся эмоций.
— Мне вот интересно….
Начала говорить Оксана решила поразить всех рядом стоящих людей, своим распутным характером, по прежнему скрывая свой облик лица под завесой огромного капюшона красного велюрового пальто. Опираясь одной рукой на бедро, Оксана изящно выгнула спину, приоткрыв завесу своей ноги, согнув её в колено, опираясь каблуком черных туфель на подставку для ног, свободного высокого деревянного стула, возле барной стойки. Сексуально ерзая алыми губами, Оксана прикусила краешек губы, немного мешкая с ответом, но все же решила произвести огромное впечатление на публику, что распивала рядом спиртные напитки.
— Как ты заставишь меня открыть рот — говорила Оксана, опираясь ладонью руки на лакированную сияющую отблеском падающего на неё света барную стойку — Если в этот момент ты меня будешь душить?!
Спросила Оксана, отображая в своих лазурных голубых глазах отблеск голубого света от неоновой лампы сверху барной стойки.
— Оксана! — глубоко поразилась Изабелла — У меня нет слов
— И не надо — распущенной полным развратом улыбки, оценила Оксана окружающую её обстановку, как пучину сексуальных соблазнов — Я просто хочу расслабиться, на меня стока навалилось в последние дни
— И ты знаешь — возбуждающей нежностью шлепнула Оксану жестом легкой похоти по бедру, заявила Изабелла — Я тебе в этом непременно помогу, пойдем со мной Оксаночка
— У тебя просто нет другого выбора — прикусывая вновь краешек губы, согласилась с её намерениями Оксана, позволяя рукам Изабеллы аккуратно за талию повернуть её к себе
— Как ты относишься к сауне?
Поинтересовалась Изабелла, взяв предложенной её молодой девушкой, в откровенном эротическом костюме, в виде полностью открыто белого прозрачного платья выполненного из льна, наполненный бокал шампанского, что игристыми пузырьками исполнял внутри стеклянного сосуда танец страсти. Изабелла, подставляя локоть свободной руки, отходя пару шагов назад от барной стойки, словно принуждала Оксану, чтобы она обвила её руку, прижимаясь к телу этой женщины почти вплотную. Рука Изабеллы была поистине холодной, но чувствительно нежная кожа, так и манила к себе, а красота её поистине прекрасного тела, пленила всех присутствующих в этой гостиной. Отходя от барной стойки, Оксана дальше не стала придаваться вниманию возмутительной речи Алины Коноваловой, что жадно глотая бренди, сидя на высоком стуле, пытаясь старательно своими пьяными возгласами унизить её репутацию.
— Тогда прошу за мной
Предложила Изабелла, направляясь деревянной двустворчатой двери, под руку с Оксаной, изящно выражая красоту своего тела. Изабелла коснулась пальцами своей руки, что обвила талию Оксаны её бедра, стала с соблазнительной привлекательностью шлепать по попке. Играя в игру застенчивых взглядов с Оксаной, Изабелла пыталась пленить свою жертву, окутывая её чарующими путами соблазна, поднесла наполненный бокал шампанского к своим губам. Оксана чувствовала сильную притягательность к телу этой женщины, мечтала оказаться своими обнаженным телом в её настолько прекрасных нежных руках, с удовольствием бы позволила бы ей сделать все, что она пожелает.
— Надеюсь, ты мне там расскажешь — говорила чарующей привлекательностью своего голоса Изабелла, проходя по просторному коридору, под руку с Оксаной — Что же там произошло в больнице, что мой муж, тут же сорвался с праздника, чтобы уладить какой-то компетентный вопрос
— М… как попросишь Изабелла — застенчиво играя лазурными голубыми глазками, оценивая тело этой женщины, ответила Оксана
— О… не переживай — заверила Изабелла, поднося бокал с шампанским к красивым алым губам, быстро допила его содержимое — Я очень хорошо тебя об этом попрошу — поставила она пустой бокал на комод, рядом с которым они проходили
— Я и не сомневаюсь…!
Улыбнулась Оксана распущенной прелестью сексуальной улыбки, глубоко вздохнула, набрав воздух, тут же его выдохнула на настенный подсвечник. Горящие яркое пламя большой белой, восковой свечи, тут же почти затухло, погружая, таким образом, часть коридора по которому Оксана направлялась с Изабеллой под руку в поразительный, вызывающую эротическую симпатию, темноту.
— Ха… — громко рассмеялась Изабелла — Любишь романтику
— Люблю эротику — шепотом прошептала Оксана на ухо женщине, с которой шла под руку, выражая глазами в коридоре, опустившемуся во мрак, свои эротические возбужденные эмоции
— Это у тебя уж точно не исключено сегодня — согласилась с таким доводом Изабелла, продолжая дальше свой путь по темному коридору распущенного сексуальным соблазном дома
«Блядь, какая Белла все-таки сука, но сука, от которой я бы сегодня не отказалась», эротическим жестом облизывая кончиком языка алые губы, представила Оксана мысленно сексуальную страсть с этой женщиной, что так нежно обвила её рукой за талию.

***
Приятная согревающая атмосфера сауны, вдохновляла своими изысканными маслами березового дерева, в сочетании с гармонией цитрусовой прелести насыщали воздух в этом огромно помещения своим изысканным вкусовым аромат. В центре этого помещения находился большой бассейн, который занимал всю основную площадь. Сама парилка располагалась на другом конце помещения, чтобы добраться до неё, нужно было обойти с какой-либо стороны бассейн, в котором купались голышом пьяные извращенные поведением гости Романовых. Большая часть людей, что находилась в этом помещении, была пьяная, некоторые девушки, сидел голыми на деревянных лавочках возле накрытых богатым изобилием продуктов круглых столиков. Извращенная обстановка этой местности не знала границ, некоторые мужчины, пользуясь высоким уважением семьи Романов, напились почти до беспамятства, начиная уже за своими столика, в открытую, эротически любезничать со своими дамами. Блеклая пелена пара из сауны наполнила само помещения бассейна, вокруг которого, стояли столики с деревянными удобными лавочками, насыщая воздух изысканной корой березы.
— Знаешь Изабелла — делилась впечатлениями Оксана, оценивая обстановку беглым взглядом, входя в открытые двери этого огромного помещения — Я всегда знала насколько извращенно могут вести себя твои гости, поэтому меня это почему-то не удивляет
— Люди ведь просто отдыхают Оксаночка — ответила с поразительной эротической формы губ Изабелла — И ты можешь так же отдохнуть
— Я и отдохну — согласилась Оксана, играя в любезности с этой женщиной, шикарно выставила бедра, опираясь одной рукой на ягодицу — Фу… как ту жарко — чувствуя через красное велюровое пальто, как обнаженное тело под ним насыщается чрезмерным теплом
— Так ты раздевайся — предложила с шикарной поразительной красоты ухмылкой на лице Изабелла, звонко стукая, по белому кафелю, каблуками темно-зеленых туфель — Светочка дорогая, ты не принесешь мне и моей уважаемой гостье по белому махровому полотенцу
Обратилась шикарная телом темноволосая львица с зелеными глазами, к молодой русой девушке в белой похоже на шелк накидке, что так свободно открывала и в тоже время еще и просвечивала черты прекрасного женского тела. Встав за спиной у Оксаны, Изабелла вынуждающей возбудиться лаской рук, помогала ей расстегивать блестящие металлические пуговицы красного пальто. Оксана, стоя спиной к Изабелле, закрыв глаза и чуть приоткрыв алые изнывающие жаждой поцелуя губы, запрокинула голову к ней на плечо, позволяя её нежным прохладным рукам расстегивать пуговицы пальто. Сексуально покачивая бедрами, Оксана почувствовала, прохладу рук этой женщины, что обвили её талию, медленно принуждая повернуться к себе лицом.
— Ты такая горячая Белла — изнывая сильным желанием сексуальной страсти, простонала Оксана, слегка открыв алые губы, насыщалась прелесть приятного шампанского, которым приятно пахли губы Изабеллы — М… твои губы меня возбуждают…
— Тш… — прикоснулась Изабелла подушечкой указательного пальца к губам Оксана, обвивая так приятно руками её талию — Не надо лишних слов Оксаночка
— А слов и не нужно — заявила Оксана, медленно приближаясь своими губами к губам Изабеллы
Поразительное слияние губ Оксаны с пылающими огнем губами Изабеллы, произошло с хищной страстью воссоединения. Изабелла словно командовала во время поцелуя, диктуя свои условия, принуждала язык Оксаны повиноваться её желаниям и жестом, нежно покрывая его богатым изобилием слюны. В момент поразительной сексуальной страсти жаркого поцелуя, потеки слюны сочились с губ Оксаны, когда она была вынуждена подчиниться рукам Изабелла, что с поразительной нежностью скинули с неё красное велюровое пальто на холодный пропитанный влагой воды кафель. Оксана, не уступая коварной темноволосой искусительницы, в жаркой пламенной игре плотских любовных обольщений, вцепилась в лямки платья Изабелла, с порывом голодной похоти оголила её плечи. Вскоре не прекращая целоваться с Изабеллой, Оксана полностью представила её голое тело на обольщение пьяной публике гостей, что находились в этом помещении.
— М…. Оксана — сладостно простонала Изабелла, отрываясь от губ Оксаны — Я за тобой словно не успеваю = пленяющим движением кончика языка, она облизывала своим губы
— А и не надо успевать — возразила Оксана, делая шаг навстречу к Изабелле, очень изящно в этот момент выразила сексуальную прелесть своих бедер, чем еще больше возбудила эту женщину
Вновь сокрушительная ласка голодно поцелуя воссоединила губы Оксаны и изнывающими губами Изабеллы. Закрыв глаза, Оксана чувствовала бурную стихию языка Изабеллы в своем рту, богатое изобилие слюны снова начало обволакивать поверхность её языка своей завораживающей прикосновением слизью. Оксана, положив руки на талию к Изабелле, чувствовала как уже теплые руки темноволосой женщины, начали с нежностью ласкать её пышную сочную грудь.
— М… Белла— Оксана с поразительной нежностью покинула обитель губ Изабеллы, отходя на шаг от этой женщины назад — Ты не предложишь мне что-нибудь выпить охладиться я вся горю предвкушая бурную страсть
— Изабелла Романова — подошла светловолосая девушка со спины к Оксане — Вот ваши полотенца, что вы просили
— Спасибо Светочка — медленно протягивая руку за спин к Оксане, она взяла одно полотенце — А сейчас будь так любезна, развлеки нашу гостью — предложила Изабелла, обворачивая свое тело плотным слоем белого махрового полотенца
— Изабелла?! — возмутилась Оксана, позволяя рукам молодой девушки ,что встала у неё за спиной обернуть тело полотенцем
Плотные оковы белого махрового полотенца, под властью рук светловолосой девушки, поразительно чудесно обернули обнаженное тело Оксаны этой приятной материей.
— Оксаночка не переживай — провела Изабелла нежностью теплой руки по волнистым волосам Оксаны, чарующим взглядом голодной похоти зеленых глаз посмотрела ей в глаза — Мне просто нужно ненадолго отлучиться
— Ты что оставишь тут меня скучать одну? — надула обиженно влажные пропитанные слизью слюны губы Оксана
— Ну не одну — возразила Изабелла, обвивая рукой талию Оксаны, притянула её к себе — И к тому же с такой обаятельной юной девушкой
— Что с вами сегодня такое? — возмущенно вскрикнула Оксана, вырываясь из рук Изабеллы
— Тише Оксана — пленяющей интонацией, говорила Изабелла прикрывая открытые губы Оксана своим пальцем — Я быстро вернусь к себе
— Надеюсь так быстро — с обидой говорила Оксана, убирая палец этой женщины со своих губ — Что я не успею даже глазом моргнуть
— Постараюсь Оксаночка — чарующая прелесть улыбки и форма губ, с которой улыбнулась Изабелла, пленила сознание Оксаны — А пока Светочка покажи нашей гостье специально приготовленный для неё столик
— С удовольствием — послушно ответила девушка — Прошу за мной Оксана Владимировна
Вежливо попросила светловолосая девушка, повернувшись к Оксане спиной. Прозрачная белая ткань полностью и отчетливо просвечивало тело этой девушки, отображая напоказ всю самую сочную красоту её тела. Изнывая сильным сексуальным возбуждением, Оксана проследовала за девушкой вдоль бассейна, звонко стукая каблуками черных туфель по кафельной мокрой плитке. Эффектно сгибая ногу в колено при каждом шаге, Оксана специально выражала напоказ пьяной публике гостей Романовых, что совершенно голые, купались в бассейне, свою сексуальную прелесть бедер, так заманчиво ими покачивала.
Небольшой круглый деревянный столик располагался в дальнем конце этого огромного помещения, насыщенный разными приятными сытными блюдами, он манил к себе изобилием разных вкусовых ароматов. Насыщенная атмосфера пара в воздухе, наполненный березовой изысканной силой запаха, веяла из открытой двери самой сауны, где разносился уже звонкий пьяный женский смех. Проходя рядом мимо одного из столиков, она заметила, как мощный накаченный обнаженный мужчина, по мнению Оксаны, вполне привлекательный своим телом мужчина, придавал ласки тело белокурой голой девушки, что сидела у него на коленях, с большим бокалом светлого пива, что держала обеими руками. Обнаженные пьяные две девушки сидели в бассейне, распивая светлое холодное пиво, они составляли очень красивую компанию четверым мужчинам, что их окружили и своими мощными руками ласкали с поразительной нежности их тела. Две другие девушки, полностью обнаженные стояли на четвереньках на длинном прямоугольном столе, сладко целуясь с горячей страстью, они пытались произвести впечатления на четверых каких-то знатных гостей мужского пола, допускали делать с их телами все что позволит мужское разнообразие.
«Блядь вот бы мне так», смачно облизывая губу, подумала Оксана, проходя мимо круглого стола, на поверхности которого лежала голая девушка, мужчина, что стоял над нею, прямо не стесняясь публике, засунул свой член в её открытый рот, когда её голова свисала со стола.
— Оксана Владимировна вот ваш столик — обратилась девушка, к Оксане легонько касаясь её руки
— Да-да конечно — ответила, не обращая внимания на девушку Оксана
Оксана с жадностью сексуальной извращенной фантазией наблюдала, как второй мужчина, развел в стороны ноги девушке, что лежала на столе, держа твердый член одной рукой, другой рукой раздвинул губы влагалища, начала медленно всовывать в неё свое мужское крепкое достояние. Девушка, лежа спиной на столе издала глухой изнемогающий стон с членом другого мужчины во рту, максимально насколько это было возможно, выгнула спину, запрокинула голову, выставила грудь, вперед вцепившись пальцами обеих рук в края стола. Мужчина крепко схватился за изящную женскую прелесть скромной груди всей пятерней пальцев, от чего она полностью раскрыла от испытанного эротического шока глаза, пока другой рукой, этот же мужчина, держал девушку за роскошную прядь русых волос, прижимая вплотную лицом к своим гениталиям.
— Вас это удивляет? — спросила Светлана, держана за кончики пальцев руки Оксану
— Меня это впечатляет — улыбнулась Оксана распущенной прелестью извращенной похотью улыбки, в тайне желая оказаться на месте этой девушки — И так Светлана не покажите мне, где же семья Романовых приготовила мне уютное место
— Да вот же оно — ответила девушка, что была её гидом, коснулась с поразительной нежностью руки талии Оксаны, указывая взглядом на волне приличный круглый обставленный хорошо стол
— Хм… — оценивая по достоинству хорошее место, Оксана, испытывая сексуальное возбуждение, поерзала губками — Ладно, спасибо вам Светлана и если вы не будите возражать, я бы хотела бы побыть одна
— Я даже не знаю, что и сказать — хотела возразить девушка, но понимая, что Оксана её не станет дальше слушать — Ладно, если что, скажите Изабелле, что это было исключительно ваше желание
— Безусловно — шикарно сгибая ногу в колено, Оксана продемонстрировала мужчинам, что пили пиво за соседним столиком изящную эластичную кожу бедра
Разнообразие сытной еды, просто поражало своим богатством, Оксана просто не знала, что выбрать, когда поправила конч