Чтобы связаться с «Елена Кравец», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Елена КравецЕлена Кравец
Заходила 1 день назад

Золото предков или напутствие гробокопателям



Заброшенный деревенский погост. На этом кладбище уже давно не было скорбных похоронных процессий, один только ветер гуляет по заброшенным могилам и перекатывает сухую опавшую листву деревьев, которые густо и буйно разрослись как вокруг кладбища, так и возле старых, уже давно всеми позабытых могил. Эти деревья, как подземные кабельные коммуникации, словно паутиной опутали своими корнями гробы.
В этих, почти древних гробах лежат уже давно истлевшие останки. На скелетах практически ничего не осталось. Одежда - давно превратилась в прах, лишь кое-где, в редких случаях, кое-какие мелкие украшения и драгоценности могли сохраниться и дойти до наших дней в их первозданной целости и сохранности.
Идиллическую тишину и покой нарушают многочисленные стаи ворон, которые в великом множестве вьют свои гнёзда и высиживают птенцов в кронах могучих тополей, берез и лип. Птицы кричат так громко, что их крик слышится уже на далеких подступах к этому, всеми забытому кладбищу.
Это заброшенное кладбище уже давно находится под пристальным вниманием, и, стало вожделенным объектом гробокопателей, которые так и норовят завладеть этим заброшенным участком земли и быть полноправными его хозяевами.
Местные власти давно уже махнули рукой на этот огороженный покосившимся полусгнившим деревянным забором земельный надел. Для местных властей эта земля лежала тяжким бременем и, было бы намного выгоднее проложить здесь магистраль нефтепровода, получая за это солидные дивиденды, чем ещё на несколько десятилетий не иметь никакой пользы и выгоды.
В деревне Мхово, которая находилась неподалёку от кладбища, уже давно никто не живет. Некогда здесь проживал весьма не бедный, зажиточный люд. Жителей этой деревни в послереволюционный период 1917 года почему-то называли кулаками. Семьи были большие и все от мала до велика, вносили свою посильную трудовую лепту в благосостояние своих больших и дружных семей. Поэтому: девки - непременно носили золотые серьги и кольца, а у мужиков было зазорным не иметь на шее солидного золотого креста и, отсутствие массивного обручального золотого кольца у женатых мужиков - считалось знаком неприличия. Даже после смерти все эти весомые атрибуты богатства и положения в обществе так и уходили в сырую землю вместе со своими владельцами. Никто не осмеливался снимать с покойника то, что ему принадлежало по праву, но, даже и самой мысли такой ни у кого не возникало.
Но вот, наступили времена, когда жизнь в деревне стала понемногу угасать. Люди начали потихоньку разъезжаться в разные концы огромной страны. Во дворах становилось всё меньше живности, а в домах детских голосов. Ранее, некогда добротные строения, в отсутствие своих хозяев понемногу разрушались или их по бревнышку на дрова растаскивали оставшиеся доживать свой век на родной земле старики и старухи.
Лет двадцать назад во Мхове умерла её последняя жительница - Степанида. На похороны почти столетней старушки приехали только дальние родственники и привезли с собой сынишку, которому в ту пору шёл восьмой годок.
Перед тем, как забить крышку гроба и опустить его в могилу Сенька, тот, самый сынишка, вдруг заметил в бабкиных ушах массивные цыганские серьги, а на заскорузливом пальце старинное золотое кольцо. Уже у края могилы он то и дело дергал за руки то мать, то отца и делал не двузначные намёки на то, что не мешало, бы снять эти сокровища. Но на слова отпрыска его родители, как им казалось, не к месту сделанные замечания не обращали никакого внимания. Они только и делали, что горестно вздыхали и утирали слезы, которые почему-то текли сами собой по щекам.
Так и ушла со своими драгоценностями в вечное упокоенье бабка Степанида, оставив после себя обветшалый и давно не ремонтировавшийся дом и поросший луговой растительностью кусок земли.
После похорон родственники скромно помянули покойницу и, после поминального обеда провели ревизию хозяйства покойной, но, не найдя ничего чтобы представляло какую то ценность, решили ограничиться тем, что каждый должен взять на память какую ни будь безделушку.
В то время, когда родственники ломали себе голову над тем что бы такое взять, Сенька со своей детской непосредственностью нарушил скорбный переполох. Он, теперь уже с обидой на всех и вся сообщил, что самое ценное ушло с бабкой в могилу.
Он в самых ярких красках расписывал красоту большого бабкиного золотого кольца и не менее массивных серьгах и, к удивлению всех присутствовавших во время похорон - на эти драгоценности ни кто почему-то не обратил никакого внимания.
После восторженного рассказа ребёнка все вдруг, словно проснулись и, вспомнили, что действительно, чадо право. Ведь никто даже и не заметил, что на бабке было целое состояние! Все сначала поохали, поахали, затем всё переросло в перебранку и закончилось тем, что не будут же они из-за этих серёг-колец раскапывать могилу и вскрывать гроб. Значит, так и должно было и быть! И, чтобы навсегда закрыть эту тему - сначала еще раз выпили за упокой бабкиной души, а уж затем и мировую.
Так все родственники и разъехались по своим городам.
Когда уже ехали в машине домой, родители наблюдательного мальчугана вспоминали про то, что когда-то в этой деревне золото не носили разве что свиньи и коровы. Вспомнили и тот, неизвестно кем заведённый обычай, по которому золотых вещей с покойников никто не снимал и эти непринуждённые разговоры взрослых глубоко засели в детской голове парнишки.
Сенька взрослел и, чем старше он становился, тем сильнее влекло его в ту деревню, где после бабкиных похорон он так ни разу и не был.
Все чаще перед его глазами всплывал образ лежащей в гробу бабки и то золото, которое так, не принеся никакой пользы, ушло с покойницей в землю.
Он долго вынашивал свой дерзкий план изъятия из бабкиной могилы этого драгоценного металла, но, он смутно помнил где, собственно говоря, она эта могила находится. Единственным, верным ориентиром могилы - был черный намогильный камень, сделанный в форме шара, который лежал на соседней могиле.
В одиночку ему было явно не справиться. Для того, чтобы раскопать могилу - требовалось усилие не менее трех человек и, уже повзрослевший в ту пору юноша стал тщательно, с большой осторожностью, чтобы не вызвать никаких подозрений, начал искать среди своих друзей и знакомых двух таких же, как и он, единомышленников-авантюристов.
Но, проходило время, а единомышленников на горизонте так и не было видно. Кто-то отказывался от этой затеи, кто-то просто, до банальности, боялся мести мертвецов. Юношеская мечта детства так и оставалась несбыточной. Он злился, но идти в одиночку на это столь рискованное дело - не решался. Начитавшись-насмотревшись по телевизору историй-страшилок о мести ушедших в мир иной - у Сеньки порой пропадало всякое желание заниматься гробокопательством, но, то, бабкино золото, всё никак не давало парню покоя, ни днём, ни ночью.
Сеньке стукнуло двадцать восемь. Почти все его друзья-одноклассники переженились, некоторые уже успели развестись и жениться по второму разу и обзавестись детьми. Чуть ли не каждый день его мать пилила за то, что тот всё никак ни женится, а ей уже давно не терпится понянчить внуков.
Молодой мужчина, естественно, по этому поводу то и дело психовал и, чтобы хоть как-то успокоиться - уходил в залы игровых автоматов. Ему, как ни странно, всегда везло, хотя крупных выигрышей никогда не было, но в проигрыше он практически никогда не оставался. На выигранные деньги он покупал своей родительнице, какую ни будь необходимую в хозяйстве вещь. С видом глубокого безразличия вручал матери очередную безделицу, которую так широко рекламируют по радио и телевидению и, после «торжественного» её вручения заваливался спать. Мать, в свою очередь, ровно на неделю переставала пилить своего непутевого, как она считала, сына.
Приближался Сенькин день рождения. По этому знаменательному поводу его мамаша решила пригласить гостей. Ему было абсолютно безразлично, будут гости или нет.
Между тем, мать решила не упустить подвернувшегося удобного случая, который для неё был как нельзя кстати.
У её сотрудницы была дочь. Она так же, как и её сын, все никак не могла найти себе свою половинку. Коллега не раз делала прозрачные намёки в отношении Сеньки. Но, всё, почему-то, ни как не получалось. То дочка, куда-то уезжала, то сыночек пропадал неизвестно где.
Дочку сотрудницы звали Лика. Она была года на четыре младше Сеньки. Её лучшими друзьями были: родной брат Жорка, который был на два года младше самой Лики и, кузен Ромка - одногодка Жорки. Эта троица с самого детства была неразлучна и друг за друга всегда, и везде стояли горой.
Лика, узнав о намерении своей неугомонной матери сосватать её - заартачилась, но любопытство взяло верх. Немного подумав, сообщила, что без друзей-братьев, она ни в какие гости не пойдет. Мать, немного подумав, согласилась, решила, что эти два оболтуса, уж так и быть, пусть идут с ними.
Ликина мамаша предупредила Сенькину, что дочь без братьев не желает никуда идти и, что если они не пойдут, то их намеченное сватовство может вообще никогда не состояться.
В свою очередь Сенькина мать была готова на всё, лишь бы женить своего непутёвого сына. Она была согласна с тем, что если вся загвоздка стоит только из-за этих ребят то, путь и братья приходят и, наконец, благодаря их присутствию, дети смогут наконец-то познакомиться.
Наступили день и час ИКС. Праздничный стол ломился от разносолов и яств. В квартире стоял умопомрачительный аромат, который исходил от заставленного едой стола. Сенька то и дело ходил вокруг праздничного стола, накручивал круги и, глотал тягучую голодную слюну. Мать в свою очередь зорко следила за тем, чтобы сын со стола ничего не брал.
Наконец послышался долгожданный звонок. Мать засуетилась и отправила сына встречать гостей. Он что-то пробурчал и с недовольным видом поплелся открывать дверь.
В дверях стояло четверо гостей. Троих из них Сенька видел впервые. Коллегу матери, тётю Клаву - он уже давно знал, но вот девушку и двух парней он никогда не встречал. Про девушку он сразу понял, что эта та, самая дочь тети Клавы, про которую мать ему прожужжала все уши.
Наступил торжественный миг - все уселись за праздничный стол. Застолье удалось на славу. Гости пили-ели, не забывая делать щедрые комплименты в адрес хозяйки дома, поскольку все блюда были отменными и изумительны. После очередного тоста за мать и сына - молодые люди отправились на балкон курить.
Поскольку Ромка и Жорка были близкими родственниками Лики - у Сеньки с ними сразу сложились приятельские отношения. Ромка и Жорка сразу приняли потенциального жениха в свой тесный круг и уже считали его своим, поскольку так же, как и их любимая мать и тётушка, хотели, чтобы сестрёнка поскорее вышла замуж.
И, вот, наступил знаменательный день. Лика и Сенька в ЗАГСе в торжественной обстановке получили свидетельство о браке. Родители новобрачных от умиления утирали сами собой катящиеся слёзы счастья и между собой, уже по-родственному, целовались
Свадьба была скромной. Гостей было мало, все, в основном, самые близкие родственники, от чего этот праздник оказался действительно домашним. Молодые были счастливы не столько из-за того, что обрели друг друга, сколько из-за того, что, наконец, родители отстанут от них и, наконец, оставят в покое.
За столом уставшей вдруг Лике стало нехорошо - сказались предсвадебная суматоха и нервное напряжение, поэтому, она - предупредив мать и свежеиспечённую свекровь - удалилась отдыхать. Ромка, Жорка и Сенька остались догуливать и, выпивая очередную рюмку водки - клялись друг другу в вечной дружбе и взаимопомощи.
Уже перед тем, как закончился свадебный вечер, у этой троицы оказались общие интересы, то есть - Жорка обожал читать исторические романы и смотреть кино, Ромка - до фанатизма увлекался нумизматикой, и его коллекция старинных монет была довольно внушительной. Ромка мог до бесконечности говорить о каждом своем экспонате, убеждая своего слушателя про то, с каким тяжким трудом он приобрёл эту монету. Но Сеньку - история вообще не интересовала, а уж о старинных монетах тем более не хотелось говорить - ему всё не давало покоя вожделенное золото бабки Степаниды.
Оно, это золото, словно гвоздь в пятке сидело в Сенькиной душе и, было настолько реально-ощутимым, что однажды, он не выдержав - поделился своей идеей с братьями жены. Он в ярких красках поведал новым родственникам о реальных сокровищах, закопанных в кладбищенской земле заброшенной и опустевшей деревни Мхово. Рассказал братьям о том, что сам видел, как бабка лежала в гробу с кучей золота в ушах и на руках. Его рассказ настолько впечатлил братьев, что те были готовы хоть сейчас, сию минуту ехать в эту деревню.
Долгожданный для мечтательного, уже взрослого парня день, наконец, наступил. Об этом дне он мечтал более двадцати лет. Жену, чтобы не задавала лишних вопросов и не мешала осуществлению заветной мечты своего детства - отправил отдыхать в санаторий, при этом, убедил её, что перед родами ей просто необходим отдых, набраться новых сил и поправить своё здоровье. На это предложение Лика с радостью согласилась, так как ей безумно надоела кухня, кастрюли и прочий быт.
Наконец, проводив Лику - троица начала свои приготовления. У своих знакомых Ромка арендовал металлоискатель, Жорка приволок увесистый рюкзак, наполненный всякой, по его мнению, необходимой ерундой, Сенька раздобыл три сапёрные лопаты.
Для того, чтобы свои выходные полностью посвятить раскопкам, дружная троица в пятницу, сразу после работы - отправилась в ту, заветную деревню.
До деревни было около ста километров. Сенькина машина по дороге не ехала, а плыла и, от такой приятной поездки всем было весело и у всех было отличное и бодрое настроение. Этому прекрасному настроению еще добавляло предвкушение богатой добычи и, каждый мечтал, на что он потратит свою долю.
Вдалеке показались очертания деревни. Дорога в саму деревню была грунтовой и покрыта дёрном. Сюда уже почти никто не ездил. Сенька еле нашел бабкин дом. От старости эта жалкая лачуга уже начала разрушаться. Крыша просела и была готова в любой момент рухнуть. Стены покрылись глубокими, словно старческие морщины, трещинами, кое-где, будто глубокие раны, в стенах зияли огромные дыры. В окнах не было ни малейшего намёка на стекло. Эта картина разрушения произвела на парня и его друзей удручающее впечатление.
Троица решила в дом не заходить. Так, на улице, они и расположились. Возле машины разбили палатку, наскоро перекусили и договорились, что вставать будут с солнцем, а уж затем улеглись спать.
Ночь была тихой и тёплой. Небо было усеяно мириадами звезд, среди которых полная луна казалась монстром. От чистого, наполненного ароматом разнотравья деревенского воздуха ребятам не спалось. Звонкий стрекот кузнечиков изредка приглушался шорохом листвы деревьев. Троица оживлённо делилась своими впечатлениями. Разговор шёл о звездах, луне и вообще о природе.
Сенька ждал лишь одного - он с нетерпением всматривался сначала в горизонт, затем на часы. Ему казалось, что время застыло на месте. Но, лёгкая дрёма постепенно перешла в крепкий сон.
Его сон был недолгим, но содержательным. Во сне он снова видел похороны, но гроб на сей раз, был позолоченным и в этом гробу мёртвую бабку. Видел, как в позолоченную крышку гроба вбивают массивные золотые гвозди и, когда опускали в могилу гроб - он вдруг звонко стукнулся о землю. Сенька во сне вздрогнул и, проснулся.
На небе луна уже давно сменилась солнцем. Высоко в небе пели жаворонки, лёгкий летний ветерок лениво шевелил листву. В заброшенной людьми и Богом деревне стояла необыкновенная для городского жителя тишина. Здесь не было даже собак, только ставшие дикими кошки нашли здесь свой приют в этих ветхих, почти разрушенных домах.
Неразлучная троица планировала свой день.
Кладбище находилось за деревенской околицей и, парни, чтобы меньше привлекать к себе внимание - решили поближе подъехать к кладбищу, а машину закидать ветками. Так они и сделали. Сами надели маскировочную форму, взяли Жоркин рюкзак со всем его содержимым, Ромкин металлоискатель и, смело отправились в поисках приключений.
На кладбище Сенька долго не мог сориентироваться. Он долго ходил от одного еле заметного в густой траве могильного холмика к другому, чертыхался и, матерился. И, вот, только хотел произнести очередное ругательство, как вдруг, споткнулся и, чуть не упал. Машинально посмотрел себе под ноги - облегченно вздохнул.
Это был тот самый, черный могильный каменный шар, который почти наполовину врос в землю. Парень был вне себя от радости. Он поспешил поделиться приятной новостью с братьями.
Сенька начал вспоминать, с какой же конкретной стороны был этот камень в день бабкиных похорон и, наконец, определив его местоположение - по еле заметным признакам начал отыскивать бабкину могилу.
От деревянного креста в земле торчал полусгнивший колышек. По этому колышку и была определена бабкина могила.
Сенька командным тоном руководителя работ подозвал к себе Ромку, чтобы тот металлоискателем обследовал этот участок. Ромка, настроив прибор, начал тщательно рамкой прибора водить над поверхностью могилы. Прибор словно взбесился. Сигнал в наушниках издавал протяжные, резкие звуки и, на Ромкином лице было написано – «Есть!» Ромка снял наушники и сообщил, что здесь, наверное, зарыт целый сундук с сокровищами.
Троица, не мешкая, взялась за лопаты. Долго копать не пришлось. Сгнивший бабкин гроб оказался на незначительной глубине. Парни даже не успели устать, как их лопаты обо что-то стукнулись, после чего они стали с большой осторожностью втыкать в землю свои лопаты.
Сенька, копнув очередной раз - вывернул из земли что-то круглое. Когда он внимательнее присмотрелся, то от ужаса чуть не выронил лопату - это был, как он решил, бабкин череп. Пустые глазницы черепа с укоризной смотрели в самую душу своего потомка.
Он взял бабкин череп в руки, мысленно просил у неё прощения, и, бережно, чтобы ненароком на него не наступить – отложил его в сторону, а затем - продолжил копать.
Ромка снова взял в руки металлоискатель. На том месте, где звенел сигнал - втыкал в землю палочки. Обследовав всю могилу - снова взялся за лопату. Из земли на свет Божий появился первый предмет. Это была золотая бабкина серьга. Сенька был вне себя от счастья. Это была первая их удача. Братья, увидев массивную цыганскую серьгу - пришли в состояние дикого, неописуемого восторга. Сенька, со знанием своего дела сказал, что должна быть еще одна и еще огромное золотое кольцо.
Уходя всё дальше, вглубь могилы, друзьям стали попадаться кости далеких Сенькиных предков. Время от времени из земли, наконец, начали появляться драгоценности: кольца, кресты, серьги и браслеты. Все ценности имели довольно внушительный вид и, Ромка, как коллекционер, ценитель и знаток древностей всё найденное оценил в стоимость трёхкомнатной квартиры с евроремонтом и мебелью в придачу. В уме, подсчитав и поделив на равные три части - объявил, что каждый заработал по приличной машине.
Солнце уже клонилось к закату. По вечернему небу проплывали легкие облачка, и солнце их окрашивало в почти кровавый цвет.
После трудов праведных троица отдыхала. Подкрепившись и выпив за удачный день, решили никуда от кладбища не отъезжать. Палатку разбивать не стали. Из веток соорудили некое подобие шалаша, пол шалаша застелили палаткой.
Жорка с Ромкой уснули мгновенно, только к Сеньке, хотя он и дико устал, сон никак не приходил. Ему всё не давало покоя найденное золото.
Его мозг разъедала чёрная желчь алчности. Он совершенно не желал ни с кем делиться. В конце концов - это золото должно принадлежать только ему одному. Ведь это его предки лежат в той могиле, а он, их потомок. Если он - потомок, то это значит, что это его и только его наследство. Он и только он единолично может распоряжаться этим богатством, только он один может решать - кому и сколько дать.
Он посмотрел на часы. Стрелки показывали полночь. Выполз из шалаша, и далеко не отходя от него - нервно закурил. Выкурив одну сигарету - тут же прикуривал другую. Когда дошло до третьей - у Сеньки родилась страшная мысль. Он решил, что братьев надо убить.
Ним будто кто-то руководил. Он прислушался, оценивая, насколько крепко спят братья. Они спали крепким, богатырским сном. Достав из рюкзака Ромкин охотничий нож, стал его рассматривать. Лезвие ножа было внушительным и, самое главное, безукоризненно острым. Сенька ещё раз прислушался, всё было как нельзя кстати - братья спали по-прежнему - крепко.
Соблюдая осторожность, он сначала подкрался к Ромке, поскольку тот был младше его самого, но намного сильнее, поэтому Сенька решил убить его первым. Он осторожно взял Ромку за подбородок, немного приподнял и, со всей силой полоснул лезвием ножа по горлу. Ромка умер мгновенно, только кровь чёрным, маслянистым пятном растеклась по брезенту палатки. Сенька, почему-то нисколько не испугался, он даже ощутил внутри себя прилив неведомой энергии и какое-то облегчение. Но, для полной лёгкости и уверенности в самом себе – ему было необходимо совершить ещё одно убийство. Жорка умер также, мгновенно.
Чтобы не оставлять под открытым небом трупы - с большим трудом убийца перетащил их в бабкину могилу, причём предварительно обшарил все карманы, чтобы в землю ничего ценного не ушло.
Уложив кое-как тела - сверху бросил окровавленную палатку, затем забросал землей и закрыл могилу ветками.
Уставший, потный, перепачканный землей и кровью братьев - Сенька встречал восход Солнца. На капоте машины он дрожащими от волнения руками разложил своё наследство - золото своих предков. Оно было прекрасно и похоже на блеск самого солнца. Убийца радовался и ликовал как дитя. Как вдруг, его словно ударило током. Он вспомнил, что забыл закопать бабкин череп. Сгреб с капота золото и разложил его по карманам. Вернулся к могиле, осмотрелся, нашел череп, погладил рукой по его гладкой поверхности и, решил, что заберёт домой, поставит в антресоль, и каждый день будет благодарить бабку Степаниду.
Вернувшись к машине, Сенька бережно положил череп на заднее сиденье, побросал в багажник нужные и полезные, как он считал, вещи - двинулся в обратный путь, домой.
Дорога была легкой и приятной. В карманах штанов парень ощущал приятную тяжесть. Мечта детства сбылась! Этого золота хватит надолго. Теперь - он богат.
Тут, ему вдруг еще раз захотел взглянуть на «своё» богатство. Не сбавляя газа - вытащил из карманов их содержимое и разложил на полочке панели приборов. Сенька любовался СВОИМ золотом, оно ласкало его взгляд и заставляло трепетать душу. Вдруг, одно кольцо покачнулось и, покатилось прямо ему под ноги. Он по инерции попытался поймать его и, естественно, снял обе руки с руля. Машину стало водить в разные стороны. И, вот, сзади, машину вдруг ударил загруженный под завязку лесовоз. Огромные стволы спиленных деревьев, будто спички, рассыпались по дороге и, самый огромный ствол, проделав невероятную траекторию - стукнул в переднее лобовое стекло и насквозь пробил его. Этот ствол с невероятной силой ударил Сеньку в грудь, затем непонятно каким образом, повернулся и, напрочь снёс парню голову. Голова упала на заднее сиденье и легла возле бабкиного черепа.
Золото, словно крупные градины - блеснуло и рассыпалось по полу машины, а то заветное кольцо бабки Степаниды непонятно каким образом легло возле её черепа.
Бабкин череп будто смеялся над Сенькиной головой. Череп пустыми глазницами равнодушно взирал на вывалившиеся из оторванной головы глаза, которые легли возле кольца.
Правильный был обычай в деревне Мхово - то, что по законному праву кому-то принадлежит, то это должно с ним и остаться.















Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 13
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Ужасы
Опубликовано: 10.11.2018




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1