Чтобы связаться с «Ирина Жалейко», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Лучшие стихи и проза современных писателей
Произведения современной поэзии и прозы
Бизона - cтихи, проза, плейкасты, конкурсы
Ирина ЖалейкоИрина Жалейко
Заходила 12 дней назад

Единение сердец сквозь поток времён


­­***
Каждый сходит с ума по-своему. Вот уж правильно на прощанье попеняли мне две мои подруги, усаживая в вагон, запихивая чемодан под сиденье и крепко обнимая. Мы вместе посмеялись над этой фразой. Они долго махали мне на перроне, вытирая слёзы, пока поезд не скрылся в изгибах дороги, зданий и остающейся позади меня Москвы.

Завтра они вчетвером, каждая со своим парнем, улетали на тёплое море, а я, несмотря на их уговоры, отправлялась в турпоход по Уралу. Я даже толком не могла им объяснить, зачем мне самой это нужно. Университет был позади. Диплом на руках. Последнее лето свободной жизни. До октября мне нужно было решить, что делать дальше со своей жизнью. Бабушка нашла мне уже два выгодных контракта в Москве. Отец подыскал место в магистратуре канадского университета. И опять они меня рвали на части. Но время подумать ещё оставалось.

До конца лета мы с подругами решили отдохнуть от жарких улиц, летних туристов и городской пыли где-нибудь вдали от московской суеты. Вот только наше понятие отдыха серьёзно разнились. Они хотели окунуться в разгульную жизнь морского побережья, а мне захотелось к медведям в тайгу. Они поначалу смеялись, думая, что я шучу. Но когда поняли, что нет, то были немало удивлены.

– Ты с ума сошла, Зарочка! Какие медведи? – закричала на меня Надя. – У моего Роберта есть брат. Потрясающий красавчик. А уж какой у него бархатный голос. А формы. Ты обязана с ним познакомиться. Я уговорю своего любезного взять его с нами. Тебе пора уже обзавестись парнем. Ну, а там уж, – на этом она многозначительно мне подмигнула.

– Зара, правда, ты чего? Какой лес? Какие палатки? – поддакивала ей Таня. – Ты ещё скажи, что там нет интернета и сотовой связи?

– Я не уверена, что там всё это будет. И вряд ли я найду в кустах розетку для зарядки. Это же тайга, Уральские горы, двухнедельный поход. Байдарки, костры, песни под гитару. И вы не волнуйтесь, парни в группе будут. Двоих вы точно знаете ещё с универа, – попыталась я хоть как-то оправдаться перед ними.

– И кто же эти везунчики, что с ними наша Зарочка поедет? – удивилась Надя.

– А кто нам помогал с дипломом? – вместо ответа я хитро посмотрела на неё.

Надя глотнула мартини, закусив оливкой и давая мне понять, что они не стоят её слов.

– Тю–ю–ю. Так это же был диплом, дорогая моя. Ты что, правда, поедешь с этими ботанами: Васенькой и Николя? Не смеши нас, – махнула на меня рукой Таня, потягивая тёплый глинтвейн и похрустывая вкусным печеньем.

Мы сидели в нашем любимом кафе. За окном шумел город в летней суете. А мы, уже дипломированные специалисты, наслаждались пусть и кратковременным, но вполне заслуженным отдыхом. Таня и Надя были моими самыми близкими подругами, с которыми я дружила ещё со школьной скамьи. Танины родители имели сеть салонов красоты. Поэтому она всегда блистала своей ухоженностью на зависть всем девчонкам. Надя была дочкой очень обеспеченных родителей. Её отец владел сетью автосалонов. Мама имела пару бутиков. Поэтому её гардеробу завидовала женская половина сперва школы, а потом и университета. И она толком ещё не решила, чем займётся в дальнейшем. Обе они могли меня спокойно познакомить с полдюжиной многообещающих и перспективных парней, что и пытались сделать вот уже много лет. Можно было подумать, что я в этой компании белая ворона. Но на самом деле это было не так. Таня и Надя, как ни казалось кому-то со стороны, не были избалованными, а выросли славными девушками. И математическую школу мы все окончили с отличием, а потом поступили в МГУ, сдав вступительные экзамены без проблем, правда, на разные факультеты. Таня училась на экономическом, Надя на юридическом, я же выбрала вычислительную математику и кибернетику, что не мешало нам продолжать дружить и после школы. Девчонки не любили новых знакомств, конечно если это были не парни. Они обожали блистать своей красотой, а конкуренция страшная сила, поэтому отметали от себя сразу всех и вся женского пола. Хотя красотой они от природы были не обделены. Высокие, стройные. Таня взмахом чёрных ресниц и взглядом карих глаз мало кого оставляла равнодушным. А уж её роскошные каштановые волосы, уложенные волосинка к волосинке, лишь подчёркивали её красоту. Надя была природной блондинкой с голубыми глазами. Тонкие черты лица, пухлые губы и ямочки на щеках оставили на дороге её жизни немало разбитых мужских сердец.

Я от них не отставала в росте. Метр семьдесят, и высокие каблуки возвышали меня над толпой, если бы я их носила так часто, как хотели мои подруги. Как они не старались снять с меня джинсы с кроссовками и нарядить, по их мнению, в более приличную одежду, удавалось это им редко. Попытка Тани затащить меня в салон красоты всегда проваливалась в районе входной двери. Мои светло-русые волосы так и не тронула ни одна краска. Попытка Нади сделать из меня светскую девушку в приличном платье, ну, или хотя бы в юбке, удавалась крайне редко. И они обе считали это огромной победой над моим пуританством, если я выходила в люди с причёской, маникюром и на высоченных каблуках. Занятие спортом не прошли бесследно для моей фигуры. Стройные ноги, подтянутое тело и быстрый обмен веществ держали меня всегда в форме. Девчонки порой завидовали мне, глядя на то, как я смело уплетаю гору конфет и пирожных, запивая всё это чаем. Иногда им всё же удавалось вытащить меня в клуб в платье от кутюр и волосами, худо-бедно уложенными ими самими дома, это и был их верх достижений и радости над моим преображением. То, что я рисовала на своём лице косметикой, макияжем было назвать трудно. Мои брови с ресницами были чёрными от природы, и я не понимала, зачем вообще их нужно красить. Зелёные глаза вроде в макияже не нуждались. Солярий я избегала, как самый страшный кошмар. Румянец на щеках был самым натуральным, а все тональные крема и пудры скрыл бы его. И в моей косметичке находилось только блеск для губ, расчёска, резинка для волос и маленькое зеркальце. В этом плане девчонки давно махнули на меня рукой. И радовались даже самым маленьким своим победам в изменении моей внешности. Взяла сумочку в руки – уже хорошо. Не выкинула подаренный шарфик – ах, умничка. Распустила и уложила свои шикарные локоны – ну, просто восторг. Поэтому со стороны и казалось, что я белая ворона в этой троице. Но с девчонками мы были не разлей вода с первого класса. А это уже без малого пятнадцать лет. Да и моя семья не очень отличалась по обеспеченности от их.

Но мы были настолько разные по характеру, и долгое время никто не мог понять, что нас свело вместе. Точнее меня с ними. Я была будто с другой планеты. Точнее не с их орбиты. Но мало кто знал, насколько мы сдружились ещё в школе. Мне было с ними о чём поговорить и помимо шмоток, краски для волос, джипах и гоночных машин. Нашим философским беседам позавидовал бы профессор университета. Посещение выставок не было обычной данью моде. Таня могла часами рассказывать про тона и полутона того или иного полотна, а порой плакала от восхищения возле какой-либо потрясающей, с её точки зрения, картины. Надя могла уйти в Ленинку[1] и проторчать там над каким-нибудь старинным фолиантом, с восхищением рассказывая нам потом краткие исторические сведения. Хоть училась она на юриста, история была её слабостью. Я таскала их на концерты классической музыки. И они с искренним восторгом слушали скрипку с оркестром, хотя в жизни не признались бы ни одному парню, что Моцарт и Шуберт для них так же интересен, как и рок с попсой. И больше всего я любила смотреть на вытянутые лица людей, когда одной умной фразой Таня или Надя ставили на место своих оппонентов или обидчиков. Что-что, а уж глупыми они точно не были. И быть может, именно различие наших характеров сплотило нас ещё в школе. Я нуждалась, по их мнению, в защите и помощи, чтобы не пропасть в этом суетном мире. А когда моё подростковое сердце было разбито первой любовью, то тут их старания просто не знали предела. И именно они помогли мне в тот период. А к кому мне было ещё идти за поддержкой?

Мои родители были очень хорошими людьми, но восемь лет назад они уехали в Канаду на работу. Поэтому я жила со своей бабушкой, папиной мамой, в огромной квартире, где повсюду был дорогой фарфор с хрусталём, шёлковые ковры и антикварная мебель. Мой дедушка был в советское время дипломатом. И бабушка с детства взялась за моё образование. Фано, танцы, три иностранных языка, книги классиков. Папа, программист одной крупной компании, настоял на математической школе. А мама, как бывшая гимнастка, отдала меня на лёгкую атлетику, потому что от гимнастики я сразу отказалась, сходив с ней на тренировку всего лишь раз. Так моё детство было превращено в череду занятий, среди которых свободные минуты были только на переменах и школьных вечерах. Меня словно пытались поделить на три части, вот только я была одна на всех. Моё имя отстояла бабушка, назвав Велизарой. Я даже понятия не имею, где она его откопала, и что оно означает. Но кто бы с ней стал спорить в выборе моего имени? Разве что я. Но младенцев в пелёнках ни о чём не спрашивают.

Девчонки и тут были моими спасительницами. Они сократили моё имя до Зары. И я одобрила это сразу же. А так как бабушка очень любила принимать у себя в гостях их матерей, ведь мы жили в соседних домах, она без проблем отпускала меня на ночёвку к одной из подруг. Как я любила эти вечера, где мы втроём предавались конфетопоеданием, рассматриванию журналов мод под музыку или какой-либо фильм. Их младшие братья и сёстры нам не мешали, потому что моим подругам были отведены огромные отдельные комнаты, куда малышню пускали разве что по праздникам. Мода меня интересовала мало. Я носила джинсы и кроссовки назло бабушке. Она всё пыталась сделать из меня светскую даму. Правильно сиди, правильно кушай, чинно веди беседу. Классическая музыка, литература, клавиши надоевшего мне рояля, который приобрёл ещё дедушка. Спорт я забросила в седьмом классе. У меня появился парень. Какой бег и прыжки? Мама долго не могла придти в себя, пытаясь меня вытаскивать почаще на дачу, где по часу бегала со мной по лесу. Я её успокоила тем, что постоянно ходила в тренажёрный зал. Только отец порой баловал меня, как единственного ребёнка в семье, скармливая мне втихаря леденцы, помогая с математикой и информатикой. Но больше мне нравилось время, когда он читал мне сказки на ночь. Он не перестал этого делать даже в мои двенадцать лет. Он продолжал мне читать на ночь, правда уже фантастику или фэнтези. И я засыпала под историю сказочных принцев, фей и магов, космических полётов, сражений армад и, конечно же, победы героев. Но это закончилось в тот день, когда они с мамой сообщили мне о своём переезде. Меня было решено не отрывать от моей привычной жизни. Бабушка отвоевала меня даже тогда. И хотя мне уже было на тот момент почти шестнадцать лет, никто моего мнения не спросил. Папа пытался отстоять меня, но женщины были против. Бабушка с мамой редко приходили к взаимопониманию, как две сильные личности, но когда они это делали, то спорить с ними было бесполезно. Все сошлись на том, что я возможно перееду к родителям сразу после школы. Папа лелеял эту мечту и даже подыскивал мне университет. Но бабушка слышать ни о чём не хотела. Мама же сказала, что они переезжают в неизвестное место, в другую страну и отрывать меня от школы не видит смысла.

Родители уехали, а я осталась среди дорогого фарфора и светской болтовни бабушкиных подруг. В это же время меня бросил мой парень. Боль первой любви, боль расставания с родителями. Эти удары судьбы почти сломили меня тогда, но спасли меня те самые Таня и Надя. Красавицы-зазнавалы для многих. Лучшие подруги для меня.

Но сейчас мне действительно захотелось побыть одной. Совсем одной. Я не хотела ехать в Канаду, точно так же как и отказалась учиться там в университете, на радость бабушке. Но я не горела желанием работать и жить в Москве. Я не хотела сблизиться с братом Роберта, даже если он так же красив, как о нём рассказывают, или с каким-либо другим представителем мужской половины человечества. Мои попытки сойтись с очередным парнем обычно продолжались не дольше двух недель. Одни меня раздражали своими умственными способностями, другие – расползающимися формами. А в лёгкой атлетике я уж насмотрелась на почти идеалы мужской красоты. И получалось, что или парень мне нравится внешне, но мне с ним быстро становилось скучно. Или он заинтересовывает меня своим интеллектом, но раздражает пивным животом, и годится разве что для дружеской беседы. Ещё, как выяснилось в старших классах, проблемой был мой рост. Мне хотелось смотреть на своего парня снизу вверх, а не наоборот. Девчонки только подшучивали надо мной, предлагая мне всё новые и новые варианты.

– Ты у нас даже нецелованная, – вздохнула Таня. – С кем ты там будешь флиртовать? С медведями?

– Я целовалась, – засмеялась я, делая глоток своего любимого пряного чая масала.

– Это что я пропустила? – удивилась Надя, посмотрев на меня пристально.

Я только вздохнула.

– Ой, оставь. Пять раз за руки подержалась да два раза чмокнулась. Сколько можно называть это поцелуями? – махнула на меня Таня.

– Ты явно перепутала два чмока с двумя годами, – пошутила я.

– Перепутала, как же, – вздохнула, глядя на меня, Надя. – Зарочка, сколько можно прятаться за прошлым, которого почти что и не было.

– Хорошо-хорошо. Не прячусь. Вот вернусь с похода, и ты меня познакомишь с братом своего Роберта, Надюш, – с твёрдой уверенностью в голосе пообещала я ей.

– Я запомнила и не забуду, – сказала повеселевшая Надя.

– Придумывай мне одежду, в которой я пойду с ним знакомиться, – улыбнулась я в ответ.

– Наша Зара, кажется, начинает браться за ум, – засмеялась Таня.

– Вот и договорились, – уже миролюбивым тоном подвела итог этой теме Надя. – Ой, девочки, что было со мной вчера.

И тут пошла обычная женская беседа о парнях, прекрасном вечере, и предвкушении тёплого моря, сильных рук возлюбленных и тому подобному. Таня с Надей обсуждали, что им нужно взять с собой, чтобы ничего не упустить. Я слушала их вполуха. Мысли мои были далеко в лесу, где медведи, комары и природа. Пусть люди. Пусть даже парочка знакомых лиц. Главное, что вдали от больших городов и толпы. Мне нужно было поставить жирную точку в прошлой жизни, чтобы начать новую. И решить, куда двинуться дальше.

После кафе мы отправились по магазинам. Девчонки старались экипировать не только себя, но и меня по моему списку к этой дурацкой идее – походу в лес. За сборами несколько дней пролетели быстро. Бабушка с каждой минутой ворчала всё больше, называя эту поездку капризом избалованного ребёнка. Но это было не так. Это был очередной мой протест. Меня хотели видеть родители в Канаде, бабушка у себя на даче. А я отдохнуть от них всех. И вот я уже в вагоне-купе еду навстречу новым приключениям.



***



Скорый поезд доставил меня до точки сбора тургруппы за сутки. В конце поездки я успела посмотреть все селфи и видео отлёта моих подруг на море и прочесть массу пожеланий. Постараться найти себе если и не любовь всей моей жизни, то хотя бы маленькое, но очень романтическое приключение, которое я запомню на всю свою жизнь. Мне даже не захотелось их разочаровывать фотографией моей туристической группы. Проводник – мужчина около сорока лет. Его волосы были слегка тронуты сединой, тело всё ещё в хорошей спортивной форме, густая борода, золотисто-карие глаза, кольцо на пальце и не очень оптимистичный взгляд на всех нас. Звали его Иван Никифорович. Вася и Коля, которые уговорили меня на эту поездку, отказались от неё. Впрочем, я этому была скорее рада. Никаких знакомых лиц. Это именно то, чего хотела я, или этого желало моё упрямство. Две семейные пары, я толком даже не расслышала их имён. А переспрашивать как-то не хотелось. Четыре подружки, судя по виду лет восемнадцати–девятнадцати, не вызвали у меня огромного желания с ними знакомиться. Трое парней около двадцати лет симпатичной наружности, явно были заняты этой группой девушек. Мне не осталось ничего, как подойти к проводнику, намекнуть, что долгие годы занималась лёгкой атлетикой, даже умею вправлять суставы, если не дай бог это понадобится. И честно сказала, что плавала пару раз по реке на байдарках. И меня торжественно записали в помощницы, отдалив ещё больше четырёх девушек, но при этом заинтересовав парней. Вот так в составе группы из тринадцати человек мы и отправились к деревушке возле реки, где нас ждали байдарки. Потом мы должны были разбить лагерь на три дня. Заглянуть в три пещеры и уже по течению вернуться назад тем же маршрутом. Горы возвышались над горизонтом, маня нас к себе. Такие высокие, величественные и зелёные.

Была середина июля. Погода радовала. Солнце грело, на небе не было ни тучки. Иван Никифорович посадил нас в микроавтобус и повёз на базу. Там мы закончили экипировать свои рюкзаки всем необходимым. Что нам нужно было взять с собой по списку, мы привезли, так что особых проблем в подготовке не возникло. Мне торжественно вручили одноместную палатку, спальник, мой рюкзак не вмещал ничего лишнего, что ещё раз убедило нашего проводника, что я не впервые в походе. Некоторых он заставил оставить часть вещей под охраной на базе. Каждому была дана небольшая рация. Зарядки как раз должно было хватить до деревни. Там остановка, подзарядка, если кому-то нужно, то и интернет. На всё про всё четырнадцать дней. Инструктаж был закончен. И мы выступили в поход.

Все наши сборы заняли полдня. Поэтому решено было пройти несколько километров до одного чудесного места, и встать там на ночёвку. По дороге мы раззнакомились друг с другом на небольших привалах. Семейные пары решили так же, как и я, отдохнуть от городской суеты Санкт-Петербурга. Каждый год они вчетвером ходят в походы, выбирая всё новые маршруты. В прошлом году они были на Кавказе. В этом решили насладиться красотами старых гор Урала. Они шутили, что надеются встретить саму Хозяйку Медной горы. Ну, а если нет, то уж красочно описать друзьям поход у них всё равно получится. Девчонки оказались не такими уж и плохими, как мне показалось с первого взгляда, парни были очень весёлыми и остроумными. Они приехали вместе с Вологды. И также иногда вместе ходили в поход. С ними должны были ехать ещё пару ребят, но из-за срочных дел они были вынуждены отказаться. Постепенно выяснилось, что двое парней идут со своими девушками, а третий имел виды на одну из двух других. Но меня это никак не огорчило. Мне правда придётся потом Тане с Надей что-то рассказывать и о себе. Особенно их заинтересуют подробности моего «романтического» похода, которого я тут не наблюдала. Но я что-нибудь обязательно придумаю к моменту встречи с ними. И в уже хорошем расположении духа я подошла к первой ночёвке.

Расставлять палатки, разжигать костёр, готовить походную кашу для меня было невероятным наслаждением. Рядом с лагерем находилось небольшое озеро. Лягушки уже начали свой вечерний концерт. Вскоре мы присоединились к ним с гитарой и песнями у костра. Иван Никифорович был уже в более благодушном настроении, радовался, что ему досталась хорошая группа, и начал нам рассказывать смешные истории других походов. Он вырос в этой местности, как раз в той самой деревушке, где мы собрались пересаживаться на байдарки. Там сейчас уже никто не живёт, кроме пары старушек и местного егеря по имени Тимур, который служил в армии контрактником, воевал на ближнем востоке, получил боевое ранение, был контужен и лишился памяти. А так как он был сиротой и вырос в детдоме, то и особо вспоминать ему было нечего, да и возвращаться некуда. Его комиссовали. Отмотавшись по госпиталям пару лет, Тимур всё же смог устроиться егерем в этом богом забытом месте. И хоть ему только стукнуло двадцать семь лет, он был очень нелюдим, предпочитая одиночество людям. Так что мы вряд ли его там застанем. Егерь старался не пересекаться с городскими белоручками, как он называл все группы Ивана Никифоровича. Но на всякий случай проводник нас попросил, если вдруг встретим с ним, не пялиться сильно на его лицо. Шрапнель пропорола ему одну щёку, чудом не задев глаз, но искромсав ему лоб. Поэтому когда Тимур смотрит на людей, то кажется или очень хмурым, или ненавидящим всех и вся, но это было не так. Просто за этим взглядом и бородой он прячет свою боль. Иван Никифорович пытался как-то вытянуть егеря на туристические маршруты с группами, но это не увенчалось успехом. Рассказывая это, наш проводник тяжело вздохнул. Словно всё это было историей жизни его сына, а не чужого ему человека. Я вздохнула своим мыслям.

Я любила своих родителей, но они отдалились от меня в тот момент, когда я нуждалась в них больше всего, бабушка никогда со мной и не сближалась. И я оказалась нужной только своим подругам. Хорошо, когда рядом есть люди, которым ты не безразличен, которым не всё равно, что с тобой. И у Тимура таким человеком был наш проводник. Вот только правильно ли я делаю, пытаясь убежать от всех? Выход ли это из положения? Я пыталась себе представить бессмысленное существование. Работа, которая мало принесёт мне удовольствия. Девочки зря надо мной шутили, что я от всех парней отгораживаюсь. Я столько раз уже делала попытки сойтись с ними. Наверное, я искала надёжную руку, на которую могла опереться, но не нашла ни одной хоть мало-мальски похожей на опору. О чём я мечтала? Просто о семье, где дети бегают друг за другом с визгом по дому. Муж, пусть иногда и в ссоре, но свой, родной и любящий. Работа, которая была бы мне по душе. Мечты и грёзы. Наверное, слишком много мне читал отец сказок на ночь. Принцы все остались только там. Я попыталась разогнать свои тревоги и дурные мысли. Где-то он всё же есть. Тот самый. И всё у меня будет хорошо. Хандра пройдёт после похода. И, наверное, я всё же решусь уехать в Канаду. Кардинальная смена обстановки будет мне только на пользу. Я успокоилась и стала подпевать песню. И пусть некоторые не попадали иногда в такт, пусть кто-то фальшивил. Что бы сказала на это моя бабушка? Но здесь, среди незнакомых людей, мне было хорошо. Я даже спела пару старых романсов под гитару, все остались в восторге от них. Вечер удался на славу. Я сразу уснула, как только залезла в спальник. Я даже не знаю, жужжали комары ночью или нет. Я спала сном младенца. А утро встретило меня солнечным рассветом. И я насладилась прохладой утреннего озера.

До деревни мы шли два дня. Там нас встретили старушки, для которых мы были единственной радостью и гостями. Мы попили чай из самовара с домашним вареньем на улице прямо под яблоней в саду, пока наши телефоны и рации заряжались в доме егеря. Его самого мы так и не увидели. Радовало, что тут была сотовая связь. Я сделала пару селфи со своей группой и в восторженных фразах написала о начале похода подругам. Они прислали мне видео с пляжа, подняли со своими парнями по коктейлю и пожелали мне удачного продолжения похода. И надеялись на моё селфи с медведем. А Надя выразила бурный восторг по поводу нашего провожатого Ивана Никифоровича. Что он мужчина о–го–го, по её мнению, и у меня всё же будет романтическое приключение. И мне не удастся уйти от подробностей. Таня намекнула, что парни также ничего, а на девушек можно не обращать внимание. Я – красотка что надо. И другие мне не конкурентки. Знакомые шутки подбодрили меня. Мы посмеялись вместе, и я попрощалась с ними на девять дней.

Подъём по речке вверх по течению было не таким уж и лёгким, но мы сюда пришли не для лежания на матрасах под палящими лучами солнца. Течение было несильным, река не была горной. Она медленно текла вдоль гряды, но нам всё равно пришлось изрядно попотеть. Зато спуск назад обещал быть достаточно быстрым и лёгким. И вот через три дня тернистого пути мы приплыли к подножью горы. Уставшие, голодные, но довольные. Группа была действительно замечательная. Никто не хныкал из-за поломанного ногтя или лишней тяжести. Никто не жаловался на комаров и жаркие дни. Погода нас радовала солнцем. А какие красоты открывались перед нами. Разве городской парк может сравниться с лесом? Медведей мы пока не видели. Но мы в волнении оглядывались по сторонам, то ли надеясь встретить хоть одного из них, то ли в надежде, что наши дороги не пересекутся.

И вот наступил он, долгожданный привал на три дня. Мы устроились у подножия горы, разбив лагерь. Пещер было несколько. Две из них имели озёра, красивые переливы сталактитов и сталагмитов. Третья была сухая, но там когда-то была небольшая выработка породы, поэтому тоннель шёл вглубь скалы. И там у нас был шанс найти по маленькому, но настоящему малахиту. Её решили оставить напоследок. Это будет замечательным завершением нашего пребывания у подножья Урала.

Первый день принёс нам потрясающие виды пещеры. Мы, вооружившись фотокамерами, как заправские исследователи шли под каменными сводами. Иван Никифорович рассказывал нам историю этого места. Тайны подземного озера, местные слухи и легенды. Когда видишь такую красоту не по телевизору, то не находишь даже слов, чтобы всё описать. Восторг, который не сравнить ни с чем. Нам действительно стало казаться, что Хозяйка Медной горы просто обязана выйти к нам поздороваться. Ведь мы в двенадцать голосов восхваляли эту красоту.

Выйдя наружу через несколько часов, мы поняли, почему на каждую пещеру проводник выделил по одному дню. Солнце уже клонилось к закату. Но зато, сколько тем у нас было для разговоров у костра. Мы просматривали снимки, показывая друг другу, если кто-то что-то упустил, или сделал потрясающий кадр игры света на стене пещеры. Поужинав, часть из нашей группы легла спать. Остальные посидели у костра немного и стали разбредаться по палаткам. Было столько впечатлений, мы устали от байдарок, даже на песни не осталось сил. Но боже, как мне было хорошо. Я поняла, что не думаю о городе, что жизнь прекрасна, что все мои тревожные мысли такие пустые. Тут на краю света. Где телефон не ловит сеть. Где звёзды касаются самой земли. Где гора занимает половину твоего мира, а остальная вся утопает в зелени леса. Я вдыхала вечерний воздух, наполненный запахом хвои, мха и костра. Лягушки квакали свои летние песни. Ветер забыл дорогу к нашей поляне. Деревья стояли в полном безмолвии. Мне было так же спокойно и уютно. Я уснула крепко без сновидений. Следующий день принёс нам не меньше впечатлений. Вторая пещера очень сильно отличалась от предыдущей. Розовый оттенок с переливами синего просто завораживал. А под светом фонариков игра цвета не просто восхищала, наверное, я ещё не придумала такое слово, чтобы передать всю эту красоту. Мне даже не помогли знаменитые классики со своими эпитетами и прилагательными. Это было непередаваемо. Вода этого озера была настолько чистой, что не ощущалась его глубина. Она была не просто холодной, а ледяной. Даже желание замочить ноги исчезло, когда я макнула в неё руку. Вода была минеральной и, как сказал Иван Никифорович, лечебной. В чём мы все поспешили удостовериться. Не скажу, что я пришла в бурный восторг от её вкуса. Минералка и минералка, разве что очень охлаждённая. Но это добавило прелести этой пещере. Возвращаясь к лагерю, мы все возбуждённо обсуждали друг с другом, как завтра пойдём к третьей добывать малахит. Вечер и ещё одна ночь пролетели словно миг под гитару и кваканье лягушек.

И вот добытчики малахита в полном составе радостно отправились в свою последнюю пещеру. Она очень отличалась от двух других. Было видно, что выработка тут велась, но очень недолго. Видимо рудничная жила была небогатой. Пещера была расчищена и расширенна людьми. Были видны остатки колеи от вагонеток. Внутрь вёл небольшой тоннель. И мы радостно двинулись навстречу своему кладу. Вскоре мы вышли к круглой пещере, от которой отходило три хода. Как сказал Иван Никифорович, они все очень короткие и заканчиваются тупиками. Так что мы можем смело выбирать любой и искать свои камни. Он указал на тот, где чаще всего находят малахит. У нас было три небольших каёлки. Семейные пары пошли в самый богатый проход. Парни с девушками во второй, ну, а мне достался третий. Наш проводник устало присел на камень в центре пещеры и следил за всеми тремя проходами. Мой тоннель действительно быстро заканчивался тупиком. Я посветила фонариком. И хотя Иван Никифорович показал нам малахит, объяснил, как его искать на стене пещеры, и даже отковырнул нечто, смутно напоминающее зелёный камешек, я мало верила в вероятность находки. Я светила фонариком по сторонам. Вдруг что-то блеснуло. И я решила посмотреть повнимательнее на это место. Я двинулась к концу тоннеля. Что дальше со мной произошло, я даже толком вспомнить не могу. Я увидела на освещённой части стены не просто блеск, а какое-то странное сияние. Я внимательнее присмотрелась к нему. Вдруг у меня закружилась голова. Земля будто ушла у меня из-под ног. Я попыталась опереться о стену, но ладонь словно провалилась внутрь породы. Я испугалась, резко убирая руку к груди и отступая на шаг назад, но споткнулась и кубарем полетела на землю. Фонарик упал в одну сторону, фотоаппарат в другую, а я стукнулась головой о пол пещеры и потеряла сознание.



***



Я попыталась открыть глаза. Голова ужасно болела. Я всё ещё лежала на полу пещеры. Фонарик при падении выключился или сломался. Было темно. Я провела рукой по лбу и почувствовала что-то липкое на пальцах. Видимо при падении поцарапала лоб. Я позвала Ивана Никифоровича. Но в ответ не услышала ни звука приближающихся шагов, ни вообще хоть что-то. Ни голосов остальных, ни их движение, ни шарканье ног. Ничего. Я попыталась нашарить фонарик, но с таким же успехом могла искать чёрную кошку в тёмной комнате. Я взяла себя в руки и заставила не паниковать. Я встала на ноги, осмотрелась. Увидела слабый просвет и пошла на него. Так я вышла в большую пещеру, вот только там не было никого. Да и эта пещера мне мало напоминала ту, в которую я вошла утром с группой. А вот тут я стала паниковать, что позволить себе никак не могла. Мне помогли мои спортивные тренировки. Нас учили успокаиваться перед соревнованиями. И сейчас я была готова расцеловать маму за эту подготовку. Я сделала глубокий вдох. Достала платок из кармана, приложив его ко лбу. Затем я пошла к выходу из пещеры. Меня подташнивало, голова кружилась. Видимо я получила лёгкое сотрясение.

Выйдя из пещеры и осмотревшись, я поняла, что сейчас самое время запаниковать. Лес. Это был какой-то странный лес. Высокие деревья, которые я даже не узнавала. Солнце уже клонилось к закату. И тропинки к нашей стоянке я не увидела.

– Помогите!!! – закричала я так сильно, как смогла. – АУ!!! – я пыталась не зареветь. – Я сильная. Я смогу. Я справлюсь, – я стала вслух убеждать саму себя.

Я опустилась на землю и принялась исследовать свои карманы. Спички на месте. Это радовало. Рация. Я попыталась её включить, но она лишь шипела. Три сигнальных факела красного цвета. Я зажгла первый и положила рядом с собой на землю. Я боялась встать на ноги, потому что меня всё ещё мутило. Захотелось пить. Я сделала пару глотков из фляги, которая была прикреплена к поясу. И когда я уже практически начала паниковать, из лесу вышел молодой человек.

– Вы – Тимур? – я попыталась встать, но опять опустилась на землю. – Помогите мне. Я из города. Я отбилась от группы Ивана Никифоровича.

Парень подошёл поближе, и я рассмотрела его лицо. На нём не было никаких шрамов. Это явно был не егерь Тимур. Он внимательно посмотрел на меня, немного наклонив голову в сторону. Я так и не поняла с гневом во взгляде или недоверием. Молодой человек был высокого роста и хорошо сложён. Одежда очень хорошо подчёркивала его спортивную фигуру и не сковывала его движения. Синего цвета штаны отдалённо напоминали джинсы, а рубашка – майку поло с длинными рукавами и воротником стойкой. Его светло-каштановые волосы были стянуты в хвост. Небольшая коричневая борода, чуть больше трёхдневной небритости, обрамляла его правильные черты лица, которые больше подошли бы натурщику классической живописи, чем егерю. Обут он был в полуботинки, которые идеально прилегали к ноге, но у них не наблюдалось ни шнуровки, ни молнии. Было понятно, что передо мной стоял очень натренированный человек. И я почувствовала в нём угрозу. От взгляда его пронзительных цвета малахита глаз на белоснежном лице мне захотелось или убежать, или закопаться поглубже в землю. Но ни того, ни другого я не могла сделать. Мне вдруг отказали силы и спокойствие. И, похоже, я всё же начала паниковать. Он молча смотрел на меня, словно решая, что со мной делать. Я даже не шевелилась, чтобы он не видел во мне угрозы.

– Помогите мне. Я потерялась. Я из города, – попыталась я воззвать к его добрым чувствам.

Он только взмахнул в мою сторону правой рукой. Меня словно какая-то сила оторвала от земли и потащила куда-то к деревьям. Я попыталась пошевелиться, но не смогла. Тогда я закричала, но с тем же успехом можно было это сделать со ртом, заклеенным скотчем. Парень посмотрел на мой сигнальный факел, протянул к нему левую руку, и я увидела, как сгусток красного пламени перелетел на его ладонь. Юноша сомкнул пальцы, и огонь погас. У меня бы расширились глаза от удивления или страха, но я не могла даже моргнуть. Я парила над землёй в той же позе, что и сидела там раньше. Парень ещё раз задумчиво посмотрел на меня и пошёл к кромке леса, а я летела по воздуху за ним, словно щенок на поводке.

Или я много слушала фантастики в детстве, или всё же хорошо приложилась головой к каменному полу. И сейчас я лежу без сознания в пещере и брежу. Лучше бы это было последнее. Рядом с деревом я увидела небольшой… Нет. Это было маленькое НЛО, подумала я тогда. Тарелка с двумя сиденьями, больше похожая на глубокую миску. Ни тебе рычажков, ни тебе кнопочек, ни тебе мониторов. Я опустилась на одно из кресел. Тело приняло его удобную форму. Мне стало полегче. Потому что долго находиться в положении, в котором парила, аки не знаю кто, я бы не смогла. Тело уже начало ныть от такой позы. Парень сел рядом со мной во второе кресло, даже не взглянув на меня. Тарелку накрыло, словно прозрачным энергетическим экраном, в результате чего наша миска превратилась в идеальный шар. Я бы посмотрела по сторонам, если бы могла крутить головой. Но лес внизу мне было видно хорошо. НЛО взмыл над вершинами деревьев и полетел. Я успокоила себя тем, что точно брежу, и лишь благодаря этому не впадала в панику. Или это пришелец в виде человека, и мне конец. Эта мысль мне понравилась меньше. Всё же хотелось верить, что он – человек, и, в конце концов, всё мне объяснит.

Вскоре в густоте леса я увидела маленькое озеро, небольшую полянку и двухэтажный дом. Вполне себе нормальный, не считая его странной архитектуры. Но чего сейчас только не строят. Мини дворец с помесью деревенского домика. Белый камень играл переливами под лучами уходящего солнца. Крыша была со скатом лишь в одну сторону, а под ней располагалась открытая мансарда. Туда и приземлился этот НЛО. Парень вышел, и я следом за ним вылетела. Впрочем, я уже даже не испугалась. Меня удивило лишь то, что он ничего не делает для того, чтобы управлять моим полётом. Словно у пещеры рукой прицепил ко мне поводок, а сейчас ведёт на нём. Я улыбнулась сама себе, глядя на его спину. А фигурой он был и правда хорош. И он бы обогнал меня не только на короткую дистанцию, но и на десять километров. В голову почему-то пришли воспоминания о соревнованиях. Это меня отвлекло. Я стала рассматривать его с точки зрения спортсмена и моего соперника. Так я забавляла себя, пока мы не спустились по лестнице на первый этаж. Меня тут же усадили в кресло. Обычное домашнее кресло. Мягкое и удобное. Ещё бы воды попить да руку ото лба убрать. В висках стучало. И я надеялась, что рана на лбу была не очень глубокой. Юноша словно понял меня, подошёл к стене, налил воду в обычную кружку и поднёс ко мне. Я так и не увидела, откуда она текла, потому что кранов нигде не наблюдалось. Я почувствовала, что могу двигать руками. Я выпила воду и посмотрела на платок, промокнув рану ещё раз. Кровь вроде остановилась. Парень взял меня за подбородок, приподнял лицо и поводил правой рукой над раной. Головная боль прошла. Я потрогала лоб и не почувствовала раны. Я удивлённо взглянула на него. Видимо это был хороший инопланетянин.

– Спасибо, – сказала я. – А вы умете разговаривать?

– Говор, – сказал парень приятным низким голосом и внимательно посмотрел на меня.

– Вас так зовут?

Парень взглянул на меня задумчиво и промолчал. Мне опять захотелось спрятаться за тридевять земель от этого взгляда.

– Имя. У вас есть имя?

– Воисвет, – сказал он мне.

Осталось понять, что он мне тут сказал. Я вздохнула. Руки может у меня и были свободны. И я уже могла разговаривать, но вот больше ничем пошевелить не могла. Даже головой покрутить из стороны в сторону.

– Имя у вас есть? Как мне вас называть? Меня зовут Велизара, – я показала на себя.

– Воисвет, – впервые за всё это время улыбнулся мне парень.

– Это ваше имя?

– Да. Воисвет. Имя у меня. Ты потерялась? – спросил парень, забирая у меня пустую кружку и платок.

– Да. Я отстала от туристической группы. Мы ходили в поход к горам, плавали на байдарках. Нас там тринадцать человек вместе со мной. А вы знаете егеря Тимура или Ивана Никифоровича? – с надеждой спросила я у юноши.

– Нет, – коротко ответил он.

Затем он поставил кружку на стол, который находился в центре комнаты, а вот платок зачем-то начал нюхать. Я удивилась, когда он лизнул мою кровь. Вампир, летающий на НЛО, с тоской подумала я. Воисвет посмаковал мою кровушку и сплюнул её в не то раковину, не то чашу возле стены, которая была приделана к ней на уровне пояса. Затем он набрал воды в рот и прополоскал его несколько раз. Я так и не поняла, откуда она льётся, потому что он заслонил мне вид своей спиной.

Я осмотрелась по сторонам, насколько мне позволял обзор. Внутри дом был деревянный. Приятный цвет красного дерева сочетался с ореховым. Вокруг стола стояло четыре стула странной формы. Видимо крутого дизайнера. Уж я насмотрелась на последние тренды сезона не только в одежде. И обстановка этого дома была очень богатой. В больших окнах открывался потрясающий вид на озеро. Рамы были настолько искусно спрятаны, что я их не видела, впрочем, как и ручек. Солнце уже скрылось за верхушками деревьев. В доме было всё так же светло, как днём, но я нигде не видела светильников. Ужасно громко зажурчало в животе. Захотелось кушать и сходить в туалет. Наверное, кушать хотелось меньше.

– Ты смешная и чуждая мне, но не чужая, – словно сказал что-то важное и умное для меня Воисвет, махнув в мою сторону рукой, и я почувствовала, что тело опять слушается меня целиком. – Иди за мной.

Я вздохнула, встала и пошла следом за ним, по дороге пытаясь найти что-нибудь такое небольшое, но очень тяжёлое, чтобы стукнуть его по макушке хорошенько. Он был выше меня почти на целую голову. Видно его рост был около метр девяносто. Вот я и нашла мужчину своей мечты. Я смотрела на него снизу вверх, и до той макушки ещё нужно было дотянуться. Но я была полна решимости это сделать. Мы прошли по коридору, из которого вели два проёма без дверей. В одну из комнат юноша пригласил меня рукой войти. Мне ничего не оставалось, как последовать предложению.

Наверное, это была уборная. Я осмотрелась. На стене висела такая же чаша, что и в столовой. В одном углу было сиденье, чем-то отдалённо напоминая унитаз. В другом углу была половина деревянной бочки, лежащей на боку. Возможно, это была ванна. Я не нашла нигде кранов с водой, душа или что-то отдалённо его напоминающее. Ни мыла, ни сушилки для рук, ни полотенец. Странные дизайнеры поработали тут. С безграничной фантазией.

– И где я могу сходить в туалет, не подскажете? – спросила я, взглянув на хозяина дома.

– Ты, – ответил он мне, улыбаясь.

– Что я? – переспросила я.

– Нет. Ты, не вы, – ещё раз попытался что-то мне сообщить Воисвет.

– Называть вас на ты? – уточнила я на всякий случай.

– Да, – усмехнулся он.

– Я столько на брудершафт не выпью, – сказала я сама себе.

– Пить не нужно. Нужда, – показал он на нечто похожее на унитаз. – Мыться, – показал он мне на бочку. – Мыться, – и показал на странную чашу на стене.

– А как включить воду? А полотенце где? Мыло. И хорошо бы зеркало, чтобы на себя взглянуть. И расчёску уже заодно, – попросила я, потому что мои волосы растрепались, и косу нужно было переплести.

Юноша опять склонил голову на бок, внимательно посмотрев на мне, то ли приглядываясь, то ли прислушиваясь. Я вздохнула.

– Подумай тут, – он показал на свою голову.

– Что подумай? – не поняла я.

– Что вопрос был. Подумай и покажи, – уточнил юноша.

– Мы что будем играть в «крокодила»? Угадай, что я размахиваю руками? – я взгрустнула, потому что терпеть не могла эту игру. – Полотенце, им вытираются, – я представила махровое полотенце, и как им вытираются. – Мыло – это то, чем моются. Вода – это то, что течёт из крана или душа, – я говорила, пытаясь всё представить себе в голове и показывая руками, как смогла.

Не знаю, хватило ли моих жалких попыток что-то объяснить, но, похоже, он понял меня. Потому что к концу этого представления мне хотелось плакать.

– Не нужда слёзы, – произнёс он мне, видимо пытаясь сказать, чтобы я не плакала. – Вода, – он подошёл к чаше, расположил над ней руку, и сверху полилась вода.

У меня отвисла челюсть. Она лилась из воздуха прямо ему на ладонь, стекая в чашу. Я подошла посмотреть, куда девается вода. Но она в прямом смысле исчезала со дна чаши, потому что там вообще не было ни слива, ни намёка на отверстие. Я посмотрела под неё, но там я также ничего не обнаружила. И к стенке чаша вообще не крепилась, а висела рядом с ней.

– Ты что волшебник? – я удивлённо посмотрела на Воисвета.

Он опять посмотрел на меня внимательно, склонив голову, и засмеялся. Его смех был таким искренним, что я засмеялась ему вослед.

– Нужда. Села, справила, – показал он мне на сиденье. – Вода, – подошёл он к бочке, протягивая руку над ней.

Мне показалось, что вода потекла с потолка, но нет. Она просто капала в бочку из ниоткуда, и, похоже, что так же исчезала в никуда.

– Мыла нет. Полотенце сейчас принесу, – сказал мне Воисвет, выходя из ванны и закрывая за собой дверь.

Я так и не поняла, откуда она взялась. Внешне дверь напоминала окно из бело-матового стекла. Ни ручек, ни зацепиться за что-то. Я бросилась к окну, такому же большому, как и в столовой. Вот только оно никак не открывалось. Да и я засомневалась, что это было стекло. Я постучала по нему. Оно не отозвалось ни единым звуком. Я пошла к двери, без надежды её открыть, и оказалась права. Я осталась стоять посреди комнаты, ожидая хозяина. Воисвет не заставил долго себя ждать. Он принёс нечто с натяжкой напоминающее полотенце из странной такни, но приятное на ощупь. Он также вручил мне чистую мужскую майку и штаны.

– Одёжа велика, но подкасать можно. Эту чисто надо, – он показал на мою спортивную форму, видимо намекая, что её нужно постирать. – Это полотенце, – он повесил всё это на стену.

Я бы сказала, что на крючки. Но нет, он просто прилепил их к стене. Я решила проверить себя в адекватности происходящего и подошла к полотенцу. Взяла его в руку. Оно легко отлепилось от стены. Потом я вернула его назад. Оно опять повисло, словно я его на гвоздик прицепила. Затем я подошла к раковине и протянула руку, полилась вода. Зеркала только не хватало, подумала я, ну и чёрт с ним. Переживу.

– Зер–ка–ло, – как-то странно произнёс Воисвет, махнув рукой перед моим носом, и на стене появилось моё отражение. – Рас–чёс–ка, – и протянул мне гребень. – После всего постучи, – он подошёл к двери и несколько раз стукнул костяшками пальцев по косяку, показывая, как мне нужно это делать и куда стучать.

Надеюсь, стук не был парольным. Я не запоминала ни последовательности промежутков, ни количество стуков. Хозяин дома опять задорно засмеялся, посмотрев на меня.

– Смешная, – сказал он и вышел, закрыв за собой двери.

Я так устала от всего пережитого, что мне уже было плевать, вампир он там, или волшебник–инопланетянин. Я всё ещё надеялась, что лежу без сознания на полу пещеры и нахожусь в своём болезненном бреду. Сходив по нужде, я приняла душ. Хоть мыла и не было, но я почувствовала себя очень чистой настолько, что кожа скрипела так, будто пропарилась в бане. Эта вода словно взбодрила меня, вселяя силы. Я вытерлась, переоделась в чистое бельё. Штаны были длинными, пришлось их закасать и подпоясать, а майка поло была с короткими рукавами, и они мне не мешали, но я в ней всё равно утонула. А ведь с виду казался таким стройным, подумала я про себя. Девчонки часто рассказывали, как они ходили по квартире в майках своих мужчин. Ничего привлекательного в этом я сейчас не видела. Свою одежду я прилепила к стене, рядом оставив кроссовки, чтобы не пачкать чистоту дома ничем. Босиком похожу. Я расчесалась. Заплела косу на мокрые волосы и постучала около двери, надеюсь в правильной последовательности. Она тут же открылась, а на меня смотрели задорные зелёные глаза хозяина дома. Похоже, я всё же нашла два малахита на свою голову. Выходит он всё время был с другой стороны. И у меня было чувство, что он подслушивает меня. Точнее мои мысли.

– Это верно, – сказал он мне и показал рукой в направлении столовой.

Что верно, я так и не поняла, и пошла в столовую, а там уже чего только не было понаставлено на стол. Видимо он не знал, что я ем, и достал все свои запасы. Вот только беда была в том, что я не узнавала ни одно из блюд. Но я была настолько голодна, что мне вдруг стало плевать, что это всё такое. Хоть вареные червяки в соусе из дуриана, заправленные цианидом. Отмучаюсь быстрее. На этой оптимистичной ноте я положила себе на тарелку что-то похожее на кашу. По вкусу ею и оказавшись. Вот только я не поняла из чего. Потом я попробовала еду из других блюд. Что-то мне нравилось, что-то нет. Насытившись, я попила воды, потому что иных напитков на столе не наблюдалась, и поняла, что сейчас или упаду со стула, или засну прямо тут за столом, оказавшись лицом в остатках каши на тарелке. Воисвет, всё это время молча наблюдающий за мной, даже не пытаясь кушать, встревоженно вскочил и подбежал ко мне. И успел вовремя, иначе бы я свалилась на пол. Он взял меня на руки, не пытаясь тащить на невидимом поводке, и понёс как нормальный человек куда-то на второй этаж. Но куда я так и не узнала. Потому что просто отключилась.



***



Утро было хорошим. Я понежилась в постели. Удобная подушка, мягкое одеяло. Я потянулась, вспомнила вчерашний день, осознала, что лежу обнажённой, и резко села, открывая глаза. Первая мысль, что мне пришла в голову, уж не надругались ли надо мной, пока я тут валялась без памяти. Оглянувшись по сторонам, наткнулась на уже знакомый задумчивый взгляд зелёных глаз. Поняла, что сижу перед Воисветом не прикрывшись, схватила одеяло и притянула к себе, взволновано глядя на него и покрываясь румянцем.

– Надругались означает что? – спросил он меня своим приятным баритоном.

Тут я раскраснелась ещё больше, решив не отвечать на вопрос. Но, похоже, очень бурно представила всё у себя в голове. Воисвет сперва нахмурился, раскрасневшись больше меня, а потом побелел от гнева. Я готова была поспорить на всё что угодно, что в этот момент его глаза просто пылали зелёным огнём. Я затаилась на постели, уцепившись в одеяло, как в спасательный круг. Он постепенно взял себя в руки.

– Так мой народ не поступает. Ни–когда. Ни–с–кем. Ни–где, – жёстко произнёс он мне, бархатные нотки исчезли из его голоса. – Твой язык. Ты сама. Всё чуждо мне… нам. Ты, – тут он запнулся и опять покраснел. – Тело должно восстанавливаться без одёжи, – он говорил очень медленно, словно подбирая слова. – Я убрал, – он запнулся – Освободил твоё тело от одёжи. Не надругался. Ни–когда.

– А ты спал всё это время в кресле? – попыталась я сменить тему.

– Нет сна. Я – воин–асы. Я, – он видимо пытался подобрать слова.

– Не спишь? – он замотал головой. – Стоишь на страже? – я попыталась подобрать нужное ему слово.

– Мало очень нужно мне сна. Я слушаю мир. Всё и всех. Стража. Да, – уже успокоившись, сказал мне Воисвет. – Твой язык мне чужд. Я его понимаю и не понимаю. Твои образы скудны. Думай тут, когда мне говоришь. Думай образ, – показывая на свою голову, попросил он меня.

– Я буду стараться это делать, – пообещала я. – А я где сейчас? Я приехала из города Москва, а это что за место?

– Из–го–ро–да́, – как-то странно произнёс он. – Не знать место.

– А Москва? – с надеждой спросила я.

Он только отрицательно покачал головой. Я вздохнула. День сразу перестал быть томным. Я сидела и ждала, не зная, что мне делать дальше. Я начала оглядываться по сторонам. Комната была уютной, хотя лишнего не было ничего. Два кресла, маленький, парящий над землёй столик. Что меня уже никак не удивило. Кровать. И мы вдвоём. Мне почему-то стало неловко рядом с Воисветом. Я почувствовала то, что, наверное, не должна испытывать к этому человеку. Если он вообще человек.

– Я – ас. Не человек, – улыбнувшись мне, произнёс он в ответ моим мыслям.

Хрен редьки не слаще. Ассоциаций у меня было мало. Разве что осы, но он точно на них не похож.

– А я – человек, – показала я на себя.

– Ты – людь. Не человек, – очень мягко поправил меня Воисвет.

– Люди – это все мы. Ну, то есть мой народ. Мы – человеки, – я попыталась ему объяснить, представляя себе этих самых человеков в голове.

– Ты, – тут он запнулся. – Ты не–правда, – сказал он мне.

– Я, правда, не вру, – вскричала я в порыве, размахивая руками и представляя себе людей, всяких разных, словно листая в голове картинки.

Воисвет всё так же внимательно уставился на меня, я поняла, что одеяло опять упало мне на колени, и в спешке притянула его к своей груди, снова раскрасневшись, но он будто этого и не заметил. Он смотрел не на меня, а сквозь меня.

– Людь растёт – есть человек. Человек растёт – есть ас. Я – ас из асов воинов. Я – воин–асы. Ты – людь.

– Хорошо, хоть людь, а не нелюдь, – согласилась я.

– Смешная, – он опять звонко засмеялся, вставая с кресла. – Туалет там. Я в–низу. Ты – одёжа и нужда в туалет. Я жду там, – показывая вниз. – Дверь нет, – он указал на свободный проём, где двери я не обнаружила вообще никакой, ни отъезжающей в сторону, ни закрывающейся. – Ты вольна. Дом. Везде. Из–дом нет, – сказал он мне и вышел из комнаты.

Я ущипнула себя за руку, проверяя реальность происходящего, но перестаралась. Было больно. Мои галлюцинации не прошли. Я в параллельной реальности. Это точно. Парящий стол. Люди и воины–осы. Чушь полная. На одном кресле лежала моя походная одежда. Рядом стояли мои кроссовки, сверкая своей идеальной чистотой. Они такими не были даже в магазине. Но когда я взяла спортивные штаны в руки, то поняла, что ткань другая. Мне не осталось ничего иного, как надеть на себя свою–не свою одежду. Ткань приятно прилегала к телу. Размер был идеально подогнан под мою фигуру, словно был сшит на заказ самым лучшим портным, о котором было известно Наде. Я пошла в ванную комнату, приняла душ, переплелась. Посмотрела в зеркало. Лицо моё, как ни странно, было не помятым. Ничто не указывало на мои ушибы, волнения и тревоги вчерашнего дня. Моя фигура в новой одежде выглядела просто шикарно. Я осмотрела себя критическим взглядом и не нашла к чему придраться. Может Воисвет был в хорошей форме, но я была в превосходной. Расправив плечи и выставив грудь вперёд, как учила меня Таня, я спустилась вниз. На столе опять стояло много тарелок, но только тех блюд, что мне понравились вчера. Уже не боясь отравиться, я стала кушать, после любезного приглашения хозяина, который опять ничего не ел, только лишь внимательно наблюдал за мной. Мне было неловко под его взглядом. Я периодически поднимала на него свои глаза, он нежно улыбался мне в ответ, но ничего не говорил. Если бы меня с Воисветом познакомили девчонки на какой-либо вечеринке, то уже через неделю я бы удавила любую женщину, которая посмела приблизиться к нему. И руки заодно поломала, чтобы неповадно было прикасаться к его телу. Я покраснела своим мыслям, потому что видимо Воисвет понял, о чём я думаю. Я попыталась переключить свои мысли на что-то иное, но не смогла. Раз уж это мой болезненный бред, то хоть понаслаждаюсь им в полной мере. Я бы даже не расстроилась, если он всё же предложил надругаться немного надо мной. Первый мужчина в жизни женщины – это важно. А мне, в мой-то двадцать второй год, пора было уже приобрести хоть какой-то опыт. И мой воин-асы был вполне подходящей кандидатурой для этого. Воисвет нахмурился.

– Так не–льзя. Это не верно. Муж и жена – верно. Остальное не верно. Ты не… Я не… – он ненадолго задумался.

– Тебе нельзя быть с женщиной? – уточнила я, покраснев по самые уши.

– Я – воин–асы. Я могу. Мы можем союз с женщиной быть. Но время. Нужно правильно, – попытался он что-то мне объяснить, и сам покраснел.

Его небольшая борода не могла скрыть румянца и какого-то странного волнения. Он вздохнул.

– То есть ты – воин. А потом, после службы, ты можешь жениться и завести семью. Правильно? – попыталась я ему помочь.

– Е–же–ли буду жить. Время. Может не быть жизни о–пос–ля, – протянул он последнюю фразу.

– Потом, – поправила я его.

– Потом, – согласился он. – Но не жена не могу, – уточнил он для порядка. – Мы… У нас… Мой на–род так не может. Ни–кто. Ни–где, – попытался он мне объяснить. – Мы – асы. Мы жить по… – тут он не нашёлся, что сказать, но я похоже его поняла.

В его мире или ты в браке, или никак. Мне этот мир даже чем-то начинал нравиться. Нашла себе человека по сердцу, вышла замуж, и жили они долго и счастливо, как мои родители. Я вспомнила про них и решила, что всё же поеду в Канаду. Они прожили всю жизнь вместе. И я так хочу. Один раз и навсегда. А не как Таня с Надей. Ищут себе что-то постоянно. И ведь находят приключения на свою голову. Потом плачут, но недолго. А затем опять всё по кругу. Хорошо живут. Весело и не скучно. А я всё перебираю да отбраковываю. И вот он – идеал моей мечты. Сидит напротив меня в моём болезненном бреду и улыбается. А ему нельзя. А я рано или поздно очнусь. Я вздохнула.

– Ты ела всё? – уточнил Воисвет.

– Да, огромное спасибо. Я покушала, – ответила я на очень странный вопрос.

Он взмахнул рукой, и вся посуда просто исчезла со стола. Натурально скатерть–самобранка. И удобно. Посуду мыть не нужно. Мечта домохозяйки. Точно я в бреду. Ну, хоть в хорошем.

– Ты из–го–ро́да. Нужно понять мне, – заговорил Воисвет.

– Я не из–го–рода, – повторила я это слово точь–в–точь, как он. – Я родом из города Москва, – произнесла я слова членораздельно. – Россия, планета земля, солнечная система.

Он засмеялся, я так и не поняла чему. Воисвет опять махнул правой рукой над столом, и над ним завис глобус в очень хорошем качестве. Вот только ось планеты не была наклонена. Океаны находились почти на своём месте. Земля была вся покрыта зеленью, и что-то я там не наблюдала никаких изгородов. Да и поселений вообще. Глобус продолжал крутиться передо мной, я высматривала знакомые мне континенты. Они были такими и не такими, как я помнила со школьной географии. На севере был странный остров. Антарктида, если это была она, вся зеленела. Моря не в тех местах, где я привыкла. Или их форма была непривычной для меня. Две Америки имели очень странное очертание, но смутно мне угадывались. Я вздохнула.

– Мидгард–земля. Дом я, – объяснил мне Воисвет, показывая сперва на планету, а потом на себя.

Это название смутно всплыло в моей памяти. Надя, как-то упоминала его, выйдя из очередного библиотечного запоя, пытаясь пересказать нам с Таней старинную летопись. Пока я пыталась вспомнить что-то ещё, глобус стал уменьшаться в размерах, и вокруг него появилось две луны. А вот тут ошибочка. У нас луна точно одна.

– Луна одна, – произнесла я вслух. – Не две, – представляя её в своей голове.

Воисвет опять задумчиво посмотрел на меня. И над столом по мановению его руки появился второй глобус. Он стал внимательно на него смотреть, сравнивая со своим. Моя земля имела наклон, как и полагалось. Континенты все были на месте. Вот уж не знала, что способна представить глобус в таких подробностях. Потом моя земля уменьшилась в размерах. Вокруг мидгарда вращалось две луны, и обе с голубой атмосферой. А вокруг моей была лишь одинокая серая луна.

– Это месяц, – уточнила я вслух.

– Нет. Это луна–месяц, – ткнул пальцем в один из спутников мидгарда. – Это луна–леля, – показал он на второй, затем он стал уменьшать свой глобус в размере, пока не появилась вся солнечная система. – Это Ярило–солнце, – он ткнул в звезду пальцем. – У тебя?

Я гордилась своим знанием астрономии и астрологии. Таня вынула нам весь мозг со своим звездочётом–астрологом. Леля. Что-то было мне смутно знакомое. Да и астрономию в школе я любила. Я попыталась представить себе нашу солнечную систему. Мой глобус начал уменьшаться. И если это были две звёздные системы сёстры, то уж точно не близнецы. Я присмотрелась к пятой планете на картинке Воисвета, вокруг неё было два спутника. Она вращалась на месте моего сиротливого пояса астероидов. Воисвет понял мою заинтересованность этой планетой.

– Дея–земля, – показал он на неё. – Луны: Летиция и Фатта.

– И остались от козлика рожки да ножки, – произнесла я вслух, показав на пояс астероидов.

– Время, – констатировал факт Воисвет.

Я вопросительно на него посмотрела. Он задумался ненадолго, словно совещаясь сам с собой. Его глаза прожигали меня насквозь. Будь обстановка порамонтичнее, я бы подумала про что-то другое. Но он явно копался в моей памяти. Правда, было бы там что найти. Я с тоской взглянула на две солнечные системы. Я поняла, что попала в параллельную вселенную или иную реальность. Но мне что-то не полегчало. Я очень сильно захотела перенестись в другое место. Море, пляж, песок и, хрен с ним, брат Роберта.

– Не ино–ре–ал–ность. Время, – поправил меня Воисвет, отодвинув обе голограммы в сторону, и нарисовал линию. – Мы–я тут, – он поставил на ней точку. – Время течёт. Ты там, тут. И поставил точку в другом месте. Будет. Потом. Время, – он вопросительно посмотрел на меня, видимо попытался понять, дошли ли его слова до меня.

Я заплакала. Не просто там, как капризная девочка. Я просто заревела, что очень давно со мной не происходило. Я больше себя не контролировала. Я захотела, чтобы этот бред закончился, чтобы уже очнуться. Я хочу домой. Пусть к бабушке. Я хочу назад. Воисвет подошёл ко мне и обнял за плечи, прижимая к себе. Я вцепилась в его боксёрку и плакала навзрыд. Он гладил меня по голове, словно маленького ребёнка, стоя около моего стула и не пытаясь нарушить мою истерию. Когда мои всхлипы стали редкими, он поднял мою голову за подбородок и нежно посмотрел мне в глаза.

Ирина Жалейко copyright, Республика Беларусь, г. Новополоцк.

   Прочитать целиком повесть можно бесплатно по ссылке:
  https://author.today/work/51973

 Все ознакомительные фрагменты фантастической саги «Воины Света» можно почитать тут:

https://author.today/work/series/816

Мой цикл «Сказы и сказания о славных Русичах» целиком можно почитать на портале Автор Тудей:

https://author.today/work/series/5490

Все мои книги можно приобрести как в электронном варианте, так и печатном (под заказ) на сайтах издательств:

Ридеро: https://ridero.ru/author/zhaleiko_irina_petrovna_clstp/

ЛитРес: https://www.litres.ru/irina-zhaleyko/

OZON: https://www.ozon.ru/person/zhaleyko-irina-147279950/

Amazon:

https://www.amazon.com/s?i=digital-text&rh=p_27%3AЖалейко+Ирина&s=relevancerank&text=Жалейко+Ирина&ref=dp_byline_sr_ebooks_1

Google Play: https://play.google.com/store/books/author?id=Ирина+Жалейко&hl=ru&gl=US

А так же на EBook. В печатном варианте 1-я книга Саги есть в магазине «Читай-город»:

https://www.chitai-gorod.ru/catalog/book/1260965/



Мне нравится:
1
Поделиться
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 112
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Фантастика
Свидетельство о публикации: №1191207101668
© Copyright: Ирина Жалейко, 07.12.2019г.


00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1
1