Чтобы связаться с «Петр Гордеев», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Петр ГордеевПетр Гордеев
Заходил 2 дня назад

Бой под водой. Часть 2

Однажды замок королевский

Был войском сильным окружен,

И штурм начался мощный, дерзкий.

Отряды шли со всех сторон,

Всегда сражавшиеся славно.

Дружины рыцари вели,

Монарху верные недавно

И крепость скоро взять смогли.

Идут по замку, в залы входят

И вот в одной из этих зал

Монарха пьяного находят.

Он кружку пива допивал.

Маркизы, графы и бароны

Ему сказали, что носить

Не в праве больше он короны

И власть обязан уступить.

Король, мгновенно протрезвевши,

На них испуганно глядит,

Затем собою овладевши,

Своим вассалам говорит:

«Противно мне, ужасно стыдно,

И я страдаю день от дня,

Но так наказывает, видно,

За гордый нрав Господь меня.

Противен стал себе я даже.

Поверьте, рыцари, не лгу.

Гадюки стал себе я гаже,

И даже видеть не могу

Теперь свое же отраженье:

Едва лишь в зеркало взгляну –

О страшном вспомню униженье

И сразу в сильном отвращенье

Лицо скорее отверну.

Каким бы ни был я позором

Покрыт ужасным, все же суд

Не должен ваш таким быть скорым –

Вас просто люди не поймут.

А как же прежние заслуги,

Которых много у меня?

И их должны учесть вы, други,

Владыку яростно виня.

Давайте, ладно уж, судите,

Но только праведным судом,

И «за», и «против» все учтите,

Чтоб вам не каяться потом».

Его вассалы устыдились,

Порыв уняли злобный свой.

Слегка поспорив меж собой,

Они друг с другом согласились,

Что был король всегда герой,

Разумен был и благороден

И что к правленью, может быть,

Еще вполне пока пригоден.

Пусть только бросит столько пить.

Маркизы, графы и бароны

Решили все же не смещать

Пока еще монарха с трона

И дать возможность лучше стать.

Никак, однако, наказанье

Ему придумать не могли,

И, споря долго, совещанье

Об этом рыцари вели.

Весьма трудна была задача,

Поскольку можно наказать

Монарха только не иначе

Как трон иль жизнь его отнять.

Но вот один барон взял слово.

На всех лукаво он глядит,

Затем с усмешкой говорит:

«Да что тут трудного такого?

Проблемы нету никакой

Простой вопрос решить такой.

Ему придумать наказанье

Поможет нам его признанье,

Признанье в том, что он свое

Не может видеть отраженье,

И вот, пожалуйста, мое

Такое будет предложенье:

Должны владыке мы помочь

Свое не видеть отраженье,

Уж если так ему невмочь.

Давайте воинам прикажем

Убрать из замка зеркала,

Служанке утренней накажем,

Чтоб впредь за правило взяла

Всегда во время умыванья

С водою тазик так держать,

Чтоб он в воде при всем желанье

Не мог свой облик увидать.

Совет восставших предложенье

Охотно это поддержал,

И сделать принял он решенье

Как тот барон и предлагал.

И быстро вывезены были

Затем из замка зеркала,

Которым не было числа.

Причем конечно, не забыли

О блюдах, кубках дорогих,

А также о вещах других,

Зеркальным свойством обладавших.

Они со златом, серебром

И прочим замковым добром

Добычей сделались восставших.

...И вот прошел почти что год.

Душой измученной смиряясь,

Король в унынии живет,

Своим вассалам покоряясь,

Такую точно жизнь ведет,

Какую те вести велели:

В стране порядок он блюдет

И зелья хмельного не пьет.

При всем при этом в самом деле

За это время своего

Еще не видел отраженья.

И уж, конечно, униженье

Такое мучило его.

Причем особые страданья

Король испытывал тогда,

Когда во время умыванья

Ложился навзничь, чтоб вода

В тазу была за головою

Под краем ложа на полу,

Когда привычною рукою

Ему водила по челу

Его служанка, умывая,

В глаза при этом избегая

Всегда глядеть, а потому,

Что очень хоть она старалась,

Ей редко все же удавалось

Свое презренье скрыть к нему.

Презренье Эрик видел каждый

Почти что раз, когда глядел

В ее глаза. Король терпел,

Себя смиряя, но однажды

Сдержать обиды не сумел

И в диком бешенстве с лежанки

В одно мгновение вскочил

И дал пощечину служанке.

Ее бы сразу же убил,

Но та проворно увернулась,

Назад отпрянувши слегка,

И только чуть ее коснулась

Его могучая рука.

Была неробкая девица

Служанка эта, и едва

Она успела уклониться,

Оставшись чудом лишь жива,

Как тут же в сильном возмущенье

Ему сказала: «Стало быть

Теперь одно вам утешенье –

Невинных женщин слабых бить.

Оно понятно – их же внешность

Не столь ужасна, как того,

Вы дали тягу от кого,

Явив постыдную поспешность,

В штаны, должно быть, наложив,

И даже в бой с ним не вступив».

Ее слова больней кинжала

Удар внезапный нанесли,

И в сердце самое вошли

Они монарху, словно жало.

Вначале он остолбенел,

Не в силах был сказать и слова

И как безумный лишь глядел, -

Никак король не ждал такого –

Еще ни кем ни разу он

Так не был сильно оскорблен, -

Затем взревел свирепым рыком,

Рванул из ножен острый меч

И вдруг в порыве страшном, диком,

Желая голову отсечь

Своей служанке слишком дерзкой,

Удар обрушил в тот же миг.

Но хоть удар был сильный, резкий,

Он цели все же не достиг.

Опять служанка увернулась,

И, начав в ужасе визжать,

Она мгновенно повернулась

И сразу бросилась бежать.

Король догнать ее пытался –

По залам, лестницам, ходам

Мечом размахивая, мчался

За ней буквально по пятам.

Однако девушка сумела

Его удачно обмануть, -

Вбежавши в темный ход, успела

В проем какой-то прошмыгнуть

И в угол сразу же забилась,

И там, в полнейшей темноте,

Дрожа от страха, притаилась.

Король поблизости везде

Искал обидчицу, метался

С мечом неистово, кидался

В любой проход, любую дверь,

Ревя от ярости как зверь.

Но вот гигант остановился

И дух устало перевел.

Уже на девушку не злился

И прочь отсюда он пошел.

...Когда король из мрака вышел,

То стал совсем уже другим,

Как будто ростом даже выше

И снова гордым, удалым,

Каким он был, пока позором

Подавлен не был, и таким

Глядел при этом смелым взором,

Что сразу видно было – страх

Его оставил, и монарх

Во власти страстного стремленья

Скорее в бой с врагом вступить

И в схватке этой победить

Иль жизнь отдать без сожаленья,

Но свой позор ужасный смыть.

Он так спешит, что не желает

Доспехи даже надевать

И в этой спешке забывает

К тому же щит с собою взять.

Во двор из башни выбегает

Король с одним своим мечом

И сразу первого хватает

Коня, который под седлом,

И замок тут же покидает,

Скача стремительно на нем.

Дорогой горною петляя,

Коня нещадно погоняя,

Несется Эрик между скал

И скоро к морю прискакал.

Оно спокойно и сияет

Бескрайней ясной синевой

И берег мирно омывает

Лениво плещущей волной.

Король с коня проворно спрыгнул

И грудь могуче, гордо выгнул,

И воздух яростно рассек,

Привычно пробуя клинок.

Готовясь к схватке под водою,

В ушные полости вложил

Волшебной травки, что с собою

Всегда повсюду он носил.

Могучий Эрик входит в море,

Затем нырнул и, как дельфин,

В подводном сказочном просторе

Несется мощный исполин.

Ему поистине прекрасный

Открылся дивный под водой

Другой стихии мир подвластный,

Стихии водной, не земной.

Он видит скалы и каньоны,

Леса растений неземных

И рыб, и гадов миллионы,

Кишащих роем среди них.

Но вот в зловещее ущелье

Король вплывает. Меж камней

Он видит множество костей.

Пловец ко дну спустился с целью

Увидеть ближе их скорей,

И видит кости здесь людей.

Понятно рыцарю, что это

Дракона логово и где-то

В ущелье этом сам дракон.

Плывет король и видит – он

Ему навстречу выплывает

И чтоб сожрать его уже

Огромный рот свой открывает.

Хотя король опять в душе

И ужас дикий ощущает,

Но чувство это побеждает,

Плывет решительно вперед

И в бой с чудовищем вступает.

И здесь такой водоворот,

Поднятый яростным движеньем

Бойцов могучих начался,

Что море вздыбилось с бурленьем,

И шторм сильнейший поднялся.

Гринеям всем давно известно,

Что если шторм такой идет,

Что волнам будто в море тесно,

И крутит их водоворот,

То, значит, топит целый флот

Дракон, хвостом своим вращая

И вихрь подводный поднимая.

Но знают все, что уж давно

Не шло в бой судно ни одно.

Узнать желая в чем же дело,

Народ на берег повалил

И к морю бурному несмело

В большой тревоге подходил.

А море пенилось, бурлило

И в берег страшною волной,

Людей обрызгивая, било

С огромной мощью штормовой.

Но вот поменьше волны стали

И скоро берег перестали

С большою силой обдавать,

И буря начала стихать.

Тогда увидели гринеи

На море темное пятно.

Все шире делалось, чернее

И к людям двигалось оно.

А люди пятились в испуге,

Не зная, что таится в нем,

В большом зловещем этом круге,

Черневшем в море голубом.

И вот уже ударил в берег

Волною черною прибой,

И вышел вдруг из моря Эрик

В руках с ужасной головой.

На землю кровь ее стекает

Холодной черною струей.

Король трофеем потрясает,

Его к ногам толпы людской

С победным возгласом кидает

В крови испачканной рукой.

Гринеи в страхе отшатнулись,

Оскал свирепый увидав,

Но, прочь немного отбежав,

Обратно сразу же вернулись,

Поняв, что эта голова

Им не опасна и мертва.

Народ монарха окружает,

На руки радостно берет

И вверх героя поднимает,

И в город так его несет.

Народ шумит, народ ликует

И ноги рыцарю целует,

Ступить на землю не дает

И гимны доблести поет.

В восторге люди восхваляют

Его как в лучшие года

И род его благословляют

Над ними царствовать всегда.

Король опять триумф справляет,

Но сам при этом ощущает,

Что не был так еще он рад:

Тому, кто знал позора муки,

Триумфа сладостные звуки

Приятней, радостней в сто крат.

...Опять открылся мир гринеям,

А миру снова - Экерлей,

Который стал еще славнее,

Чем был до тяжких прошлых дней.

Плывут с товаром мореходы

Отсюда снова и сюда.

Гринеев множатся доходы

И сила их как никогда.

И снова шумно, многолюдно

На рынках в здешних городах,

И снова мастеру нетрудно

Продать товар свой на торгах.

Ремесла снова процветают,

Изделья здешних мастеров

Опять охотно покупают

Приезжих тысячи купцов.

Забыв уже про монстра злого

Спокойно в море рыболовы

Богатый промысел ведут:

Обратно их суда идут

Всегда с уловом. Им навстречу

Встает скалистый Экерлей,

Красив особенно под вечер

В сиянье розовых лучей.

Темнеют горы, замки, ели,

Багровый отсвет обретя,

Иные видны еле-еле,

В туман далекий уходя.

В теснины луч не проникает.

Таится там лиловый мрак.

И это все красиво так,

Что сердце даже замирает

При виде дивной красоты.

Природы северной черты

Душа с восторгом принимает.

Суровый край, твоя краса

И ратной силы чудеса

Твоих героев беспримерных,

В любых невзгодах тебе верных,

Веками будут вдохновлять

Поэтов песни создавать,

Как ныне мне они внушили,

Мой ум и сердце вдохновили

Поэму эту написать.



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 9
Количество комментариев: 0
Метки: Средневековая Европа в художественных образах. Замки, рыцари, демоны, драконы.
Рубрика: Литература ~ Поэзия ~ Поэмы и циклы стихов
Опубликовано: 06.05.2019




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1