Чтобы связаться с «Дмитрий Плазмер», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Дмитрий ПлазмерДмитрий Плазмер
Заходил 2 месяца назад

Прошлое, настоящее, будущее-посиделки с Олегом 14

Часть вторая. Настоящее.

Поправив резким движением руки свои черные как смоль волосы Олег в ту ночь встал с кровати. Свет полой луны на правах не то чтобы властного хозяина, а скорее изучающего свои владения расплывчатой грацией кота обволакивал стекла и рамы окон, распахнутые шторы и подоконник.
- Диметрочка, проснись, дорогая, - нежно прошептал он протянув монотонно белую кружку. – Я принес тебе теплого молока.
- Дорогой мой, - улыбнулась Диметра.
- Ты сильно кричала, вот решил разбудить. Кружка молока – лучший способ уснуть.
- Да? Так кричала?
- Угу, - кивнул Олег, взяв ее за руку. – Ты часто кричишь по ночам, иногда даже бьешься кулаками в стену.
- Надо же, а я и не знала раньше.
- Конечно не знала, ты же до меня ни с кем не спала.
- Да, - кивнула Диметра.
- Пойдем, милая. Я уже приготовил ванную
- Ванная… Ночью… Настоящий сюрприз.
- Конечно, я же твой парень – настоящий мачо, - доброжелательно улыбнулся Олег обнажая свое прекрасное тело. – Сначала я наполнил ванную водой горячей-горячей, чтобы она достаточно прогрелась, потом слил ее и разбудил тебя выпив почти что залпом два литра воды. Твой нежный ротик ведь наверное заждался моей Золотой струйки?
- Да, милый, - кивнула Диметра забираясь в ванную вслед за Олегом и ощущая все накатывающее и накатывающее возбуждение.
Устроившись по противоположную сторону ванной, согнув ноги в коленях и положив в скрещенном виде обе руки на собственные гениталии она внимательно в тот вечер принялась рассматривать сидящего напротив Олега.
Она помнила его тело до мельчайших подробностей: без какого бы то ни было лака аккуратно подстриженные ногти украшали пальцы его ног, тонких аккуратных ног; острые овальные колени, гладко выбритый лобок, грудь со всегда торчащими сосками, черные как смоль короткие прямые волосы, которые он любит выбеливать до пепельного цвета. Его тело было идеальным объектом для мастурбации.
Для Диметры проблема сравнения виртуальных объектов для мастурбации с объектами из реальной жизни всегда казалась несколько парадоксальной. С одной стороны в режиме онлайн участвующие в виртуальном общении, люди из видеочатов, модели с платных эротических сайтов, эротические голосовые развлечения по схеме «Разговоры только для взрослых» качественно конкурировали с платными эскорт-услугами, вызовами парней или девушек на ночь или то же самое, но уже в апартаментах с полным набором эротических услуг. Парадокс для нее заключался в том, что ни те ни другие не обладали и малейшим намеком на свойство заполнить собой душевный вакуум. Еще со школьной скамьи, а в последствии и в чреве аудитории любого уважающего себя ВУЗа ученикам и студентам вводят в лексикон простейшие математические понятия переменных и констант, по сути являющихся прикладными – применимыми во всех сферах как онтогенеза так и филогенеза, В роли таких прикладных переменных выступают, в частности, своеобразные лотерейные билеты, на протяжении всего жизненного пути приобретаемые человеком – ни что иное как персональные иллюзии. Концептуальный смысл подобной иллюзорности бытия заключается в перспективе выигрыша при латентно сохраняющейся относительной неизбежности индивидуального проигрыша. Иллюзии, не зависимо от того, индивидуальные они или коллективные, рано или поздно, подобно гиперкубу из одноименного фильма, обретают измерения. Под измерениями следует понимать ту их многомерность, которая возникает при иерархическом формировании как множества иллюзий, так и только фантазией ограниченных подмножеств не способных сформировав атмосферу заполнить душевный вакуум. Данной способностью обладал исключительно Олег Ковалев.
Перед самым концом, когда Диметра была уже готова достичь коитуса Олег, присев прямо над ее приоткрытым ртом, оросил столь вожделенным мочеиспусканием ее жаждущие губы.
- Тебе нравится, дорогая, как я на тебя писаю? – нежно спросил он.
- Да, любимый, - задыхаясь от нахлынувшего оргазма едва могла ответить она облизвая пальцы с закрытыми глазами.
И вот наконец цель была достигнута, следы любви стекали с ее ног, и в ту ночь, еще одну ночь проведенную с Олегом Диметра была счастлива.
- О, боже! – воскликнула она медленно открывая глаза. – Как же я тебя люблю!
- Да брось, Плазик, - загадочно улыбаясь во все лицо и при этом хитро прищурив глаза вдруг начал Олег. – Ты любишь не меня, а только мой образ, тот мифический идеальный образ что существует в твоей прекрасной головке и не соответствует действительности. Признайся, что одень я платьице, накрась я ногти, отпусти я волосы – ты же первая бросишь в меня камень. Вот я – я действительно тебя люблю, Диметрочка. Уходя на работу мечтаю: лишь бы рабочий день, скучные лица моих больных, коллег – чтобы все это быстрее кончилось, быстрее настал вечер, чтобы прийти домой, обнять тебя, поцеловать вдыхая аромат твоего тела.
- Любимый, это не так. – губы Диметры задрожали и глаза были готовы заплакать. – Когда ты уходишь я тенью твоей мечтаю стать и ночь сна как самое тяжелое расставание.
- Ну все-все, тихо, - сжал он руку Диметры. – Только не надо плакать! Я про платье пошутил, одевал правда пару раз, но это было еще в школе, даже фотография «первый раз в первый класс» сохранилась, где в белом фартучке и с бантиками.
- А покажи.
- Уверена?
- Да.
Встав первым Олег продал руку Диметре, чтобы она не поскользнулась в сколькой мокрой ванной.
- Вот, а на этой фотке мне четырнадцать лет, - рассказывал он медленно перелистывая тяжелый альбом с фотографиями. – Я тогда сорок два килограмма весил.
- Какой красивый!
- Что и требовалось доказать! Тебе нравится только мое тело, а не я сам как таковой.
- Нет же! Я люблю тебя.
- Нет, Диметрочка. Это я тебя люблю, причем со всеми твоими недостатками.
- Недостатками?
- Ну да. Со всеми-со всеми.
- Например, с какими?
- А с такими, что ты не любишь ни себя, ни окружающих, - внимательно посмотрел на Диметру Олег. – Ты зла на весь белый свет, всем завидуешь. Это разрушает тебя.
- Не говори так. Это не так.
- А кто тебе еще скажет правду если не я? Слова другого ты в штыки воспримешь.
- А кто этот смешной молодой человек? – Спросила Диметра, глядя на очередную фотографию, на которой с ним был запечатлен обнимающийся Олег.
- А это мой первый парень, о котором я много тебе рассказывал. Он еще тогда весил восемьдесят. Смотри, какая пухляшка. А подсев на порошок он стал резко терять в весе, ну а чем это закончилось ты должна помнить.
- Да… Он умер у тебя на руках.
- Он был философом вроде тебя: по утру не мог вспомнить куда положил носки, зато помнил наизусть труды всех мало-мальски известных экзистенциалистов. Чудной был до жути. Когда я окончательно переехал сюда ухаживать за бабушкой, так он нашел меня пообещав уговорить мать прекратить водить меня по психиатрам.
- По психиатрам? – глаза Диметры раскрылись удивления. – Ты никогда об этом не рассказывал.
- А тут и рассказывать особенно нечего, - махнул рукой он. – Энгельс – это город очень маленький, слухи разносятся быстро. Маме кто-то донес, что я стоял и целовался с девочкой, после чего состоялся серьезный разговор.
- И что было дальше?
- Я не стал отпираться, рассказал что впервые я ощутил себя мальчиком в двенадцать лет и каждое утро говорю себе перед зеркалом: «я парень, я парень, я парень». После такое началось. . Она решила, что наши местные врачи не помогут, только московские. Так и состоялось мое первое знакомство со столицей нашей Родины.
- А дальше? Они упрятали тебя в психушку?
- Нет. Время брежневской карательной психиатрии к тому времени уже прошло. Я сумел убедить психиатра в том, что мое поведение и внешний вид связан с тоской по бабушке. Так, собственно говоря, я и остался в Москве. – Отложив фотоальбом он обхватил руками голову.
- Что такое? – заволновалось Диметра.
- ****ая мигрень снова обо мне, сука, вспомнила. ****ь! – Олег, согнув ноги, положил голову на колени сидящей на диване Диметре. – Расскажи что-нибудь, твои мантры успокаивают.
- Хорошо, - нежно гладила его по голове Диметра, перебирая его короткие волосы. – Оказывается, в ученых кругах всерьез обсуждается теория о нереальности нашего мира, всего того что нас окружает.
- Это вполне может быть правдой, - протяжно, расслабленный от поглаживаний Диметры заметил Олег, не открывая глаз. – Этот мир, люди, окружающие нас вещи – все это может быть нереальным.
- И даже ты. Я на самом деле могу сейчас лежать в больнице, в коме и все вокруг может быть нереальным.
- Как и я. Самое смешное, милая, что мы этого никогда не узнаем. Ты, например, может быть и не сидишь сейчас на диване, а летишь в кресле самолета или была за рулем попавшей в аварию машины.
- Но я даже водить-то не умею. Это ты любишь гонять на предельных скоростях.
- А ты уверена? Уверена, что твоя жизнь, знания, умения, навыки подлинные, а не очередной сон, всего лишь сон?
- Не уверена. Ни в одном из своих снов я не воспринимаю их в качестве снов. Наоборот, они ярки и реалистичны. Я часто вижу нас вдвоем в местах, где мы никогда не были.
- А что это был всего лишь сон понимаешь только просыпаясь? Так может сейчас ты спишь, а явь там, настоящая? Смотрела фильм «Тринадцатый этаж»?
- Нет. О чем он?
- В сюжете главный герой считал свой мир реальным, а потом по совету погибшего друга выбрал безлюдную дорогу и ехал до конца, увидев границы симулятора своей реальности.
- Возможно, весь наш мир всего лишь проекция, компьютерная модель.
- Ох, ну и голова у тебя, прямо дом советов. Пошли, лучше выпьем?
- Пошли. Как твоя голова?
- Прошла. Я всегда знал, что твои истории помогают.
- Странно, что мои истории так на тебя действуют.
- А в жизни все странно, - достал из холодильника бутылку с Мартини зеленого цвета Олег. – Я говорю… Мы же на самом деле может в данную минуту быть и египетскими фараонами, замертво лежащими в саркофагах своих пирамид; и плавающими в мире алкогольных картинок бомжами, лежащими под забором; и даже планктоном, проглоченным огромным китом, и вся наша жизнь – это всего лишь галлюцинация от того, что его желудок нас перерабатывает. Есть только один способ узнать правду, до ни тебе, ни мне он не подойдет.
- Какой? – Диметра поставила на стол два маленьких стаканчика, а Олег разлил по ним остатки Мартини.
- Выбрать самую высокую крышу и прыгнуть.
- Умереть собственноручно как-то страшно.
- За тебя, любимая, - произнес тост он и выпил холодный вернут практически залпом. – Я и говорю, что не подходит и даже не из-за страха смерти. Ты знаешь, Диметрочка, человек теряет за жизнь девственность всего четыре раза: при рождении, первом сексе, первой передозировке и смерти. Так вот задача каждого – это как можно дольше не лишаться четвертой.
- А у тебя была передозировка?
- Да, и это было страшно. Я не хочу сейчас об этом говорить. Ок? Пойдем лучше в бар?
- Но, - посмотрела на часы Диметра. – Сейчас половина третьего ночи.
- Ну и что? – улыбнулся во все лицо он и хитро прищурился. – Со мной не пропадешь в любое время дня и ночи. Так что одевайся!
Быстро одев темно-зеленые монотонные трусы Олег, присев на диван, натянул облегающие брюки песочного цвета, одел на выпуск на голое тело клетчатую рубашку с коротким рукавом и кеды под цвет брюк. Не отпуская руки Диметры он закрыл входную дверь на два оборота ключа и вот она – улица. Теплая, летняя, ночная улица приветствовала желтизной фонарей уличного освещения и свежестью только что вымытого поливальными машинами мокрого асфальта.
В баре тихо из динамиков доносилась электронная музыка в стиле дабстэп, настолько тихая что говорить можно было не повышая голоса. Усаживаясь на высокие стулья, стоящие перед барной стойкой, на которую падал приглушенный свет, Олег заметил пожилого мужчину, опершего рукой голову.
- Молодые люди, извините, - обратился тот к Олегу и Диметре. – Не угостите ли вы старика рюмкой водки?
Осмотрев одетого в черные хорошо начищенные лакированные туфли, черные брюки костюмного типа, синюю рубашку и покосившийся галстук Олег, подозвав бармена характерным жестом, заказал:
- Два чистых Мартини Бьянко и одну водку.
- Спасибо вам, молодой человек, - поблагодарил старик, поправляя седые короткие волосы.
- Дорогой, добавь, пожалуйста, в мой бокал несколько волшебных капель.
- Конечно, дорогая.
- Капли? Что-то наркотическое?
- Да, мы с женой не живем без этого, - достал пузырек Олег и, накапав по пятнадцать глазных капель в свой бокал и бокал Диметры, убрал его обратно в карман.
- Я конечно не хочу читать вам мораль, молодые люди, - выпил рюмку и не запивая и не закусывая продолжил тот. – Но вы получаете удовольствие не заслуженно Наркотики – это не выход, есть и другие способы достичь того же самого эффекта.
- Это какие? – Олег сделал очередной глоток.
- Дело в том, что я нейрофизиолог, профессор, - начал старик. – Наш научно-исследовательский институт занимается не только нейрофизиологией. Мы изучаем возможности воздействия электро-магнитных волн на мозг человека, изобрели не имеющий аналогов в мире аппарат, позволяющий проецировать спонтанные образы непосредственно в мозг и нам нужны добровольцы для проведения необходимых экспериментов.
- И вы хотите сказать, что это безопасно?
- Безопасно на все сто процентов. Эффекты, описанные испытуемыми просто ошеломительные, сильнее всех существующих галлюциногенов.
- Мне уже интересно, - допила Диметра.
- Если вы согласны, но давайте хотя бы познакомимся? Меня зовут Сергей Матвеевич Небылицин.
- Меня Диметра, для удобства можно Плазмер или просто Плаз.
- А меня Олег, друзья обычно зовут меня Кай.
- Кай? Сказку о снежной королеве любите?
- Нет, мне больше нравится герой Роджера Желязны Кай Крапивник, который творил целые миры в бутылках.
- Да, действительно впечатляющее произведение. Держите, вот моя визитка с телефоном и адресом. Звоните, приходите если надумаете принять участие в эксперименте.
- Хорошо, мы подумаем, - заинтересовалась Диметра.
- Спасибо за предложение, - поблагодарил Олег, потянув за собой за руку Диметру. – А теперь мы вынуждены с Вами попрощаться.
- Всего доброго и спасибо!
- И Вам всего!
Разгоряченные вермутом тела не мог остудить и порывистый ветер ночной летней улицы. До дома оставалось перейти через улицу по зебре перехода. И вдруг в это врем тишину буквально разорвал грохот. Хлопки, похожие на выстрелы, озарили ночное небо.
- Вот это да! Смотри как красиво, Ди!
- Где?
- Вот же. – Олег встал сзади нее, обхватил голову Диметры руками, чтобы направить ее взгляд в нужную сторону.
Это был фейерверк. Огненные полосы взметали в небо, обращаясь то в красные цветущие астры .то в зеленые шары, то в желтые полосы.
- Какая красотища!
- Ага, - покачнулся Олег и зашел чуть вперед.
Вскоре вкус его поцелуя окрасил и без того потрясающее впечатление от ночной прогулки. Кодовый замок двери подъезда как всегда не работал и поэтому (начиная с первого этажа и заканчивая пятым) на лестничной клетке в огромном количестве валялись совершенно пустые, а так же не допитые бутылки от пива, цельные и мятые банки так же от пива и слабоалкогольных коктейлей. Особую достопримечательность составляли стены: нецензурная брань на русском, не грамотные предложения на английском, множество совершенно нечитабельных слов всеми цветами радуги красовались на стенах и даже входная дверь квартиры номер одиннадцать – жилища Олега и Диметры – и та была изрезана и исписана, как впрочем и все остальные.
- Дорогой, гляди, нам опять изрисовали дверь, - грустно заметила Диметра следуя за Олегом.
- Это еще ерунда, - махнул рукой Олег, запирая за собой дверь на оба оборота ключа.
- Вот во времена моей незабываемой юности подростки четко разрисовывали двери нашего с мамой дома матом.
- Какой ужас.
- Да… Это потому что мой отец умер рано, я его даже толком не помню.
- Тебе наверное было тяжело?
- Сначала нет, - пожал плечами он. – Я старался быть в доме настоящим мужчиной, во всем помогал маме и поддерживал ее, а в один прекрасный день ей рассказали что я целовался в туалете с девушкой, разразился жуткий скандал. Мама кричит такая на весь дом: «я никогда не думала, что воспитаю лесбиянку» и все в таком духе.
- Ужас.
- Угу, потеря взаимопонимания с самыми близкими – это всегда ужас, - раздевался до голв Олег. – Пойдем спать? У меня просто не осталось сил.
- Пойдем, дорогой, - согласившись разделась Диметра.
Ранним утром сигал телефона вырвал его из мира реалистичных сновидений.
- «Я соскучилась по тебе, очень. Приезжай поскорей, у меня кое-что для тебя есть. Ты не сможешь отказаться», - гласило сообщения с номера Веры.
- «Приеду часа через полтора-два», - наскоро ответил Олег.
- «Хорошо. Я буду ждать. Целую»
Не одеваясь он направился на кухню, достал из шкафчика две кружки, в свою он насыпал десять ложек растворимого кофе и положил два кусочка сахара, в кружку Диметры – четыре кофе и один сахар. Густой горький запах кофе и опустевшая постель моментально разбудили Диметру. Потянувшись она встала, накинула халат и направилась на кухню, увидев достающего что-то из холодильника Олега.
- О! Моя проснулась! Доброе утро, дорогая.
- Доброе.
- Как спалось? Что во сне виделось? – Олег протянул ей маленькую стеклянную банку с белковой черной икрой. – Откроешь? А я пока порежу хлеб.
- Держи, - открыла она, а Олег принялся намазывать икру ножом на хлеб.
- Ну вот, сейчас позавтракаем. Я сделал тебе кофе.
- Спасибо, любимый, - поблагодарила Диметра, откусывая бутерброд и запивая его горячим кофе.
- А нас сегодня ждет бурный вечер и не менее бурная ночь с волшебным порошочком, - похвалился Олег хитро прищурившись.
- Вот это новость! – улыбнулась Диметра.
- Еще какая! Один барыга позвонил… В общем все должно получится. Ехать мне нужно прямо сейчас.
- Мне грустно оставаться одной, без тебя.
- Ничего страшного, зай. Я же вернусь, - одевался Олег.
- Все равно грустно.
- Ну милая моя, хорошая, не грусти, - обнял Олег и, взяв за руку, увлек за собой в спальню. – Садись. Ты вчера сказала, что не смотрела «Тринадцатый этаж». Вот, я его давно скачал и пересматривал раз сто. Садись, я сейчас включу и обещаю вернуться до окончания фильма.
- Ну ладно, - всмотрелась Диметра в титры начала фильма.
- Зай, а ты не видела диск Shpongle? По дороге хочу послушать.
- Он лежит на верхней полке, - обернулась она и буквально застыла от красоты Олега. – Какой же ты красивый.
- Мне необходимо быть хорошо одетым, иначе в даже в аптеке глазных капель не продадут, а барыги пошлют на хер.
- Я не про одежду. Твое тело…
- Ничего в моем теле особенного, ты мне льстишь. Так, кожа, кости да шрамы, - покраснел он. – Все, я поехал. А ты пока смотри фильм, ок? А когда приеду я обещаю выпить два литра воды и пописать на тебя, может даже дам пальцы своих ног вылизать.
- Ок.
Возле привычного и прекрасно знакомого фасада Рецитала – замаскированного под обычный салон красоты оказывающего все виды интимных услуг заведения стоял внушительных размеров так же хорошо знакомый Олегу охранник в строгом черном костюме, белой рубашке и черном в серую полоску галстуке.
- Привет, - по-мужски подал руку охраннику Олег.
- Доброго времени суток! Ты к Вере Сергеевне? – ответил рукопожатием охранник.
- Угу.
- Проходи. Она давно отдала приказ тебя пропускать в любое время дня и ночи.
Кабинет, строгий хорошо знакомый кабинет с черным кожаным диваном и одетая в сарафан на голое тело Вера. Все дальнейшее происходило без слов. Олег в тем утром вошел в ее кабинет, закрыв дверь и повернув ключ на один оборот, чтобы никто не смог им помешать. Приблизившись с Олегу Вера держала в руке красную как кровь эйвоновскую помаду, которой впоследствии густо и небрежно накрасила Олегу губы перед страстным длительным поцелуем. После этого он стянул с Веру резким движением сарафан, а она принялась расстегивать пуговицы его одетой на голое тело рубашки нежно голубого цвета. Его мальчишеская грудь с торчащими сосками тут же обнажилась, оказавшись в умелых руках Веры, теребящей соски тонкими пальцами, от чего они начинали торчать еще сильнее, пропорционально влаге по телу разливалось тепло.
Снеся рукой со стола кипу бумаг, канцелярских принадлежностей Вера, сев на стол, развела ноги, а он, став на колени, сначала коснулся ее влагалища языком, а потом и губами.
- Да… Так… - шептала Вера запрокинув голову назад и опершись руками о стол при заведении их назад. – Так…
По завершении Олег достал их кармана пакет влажных салфеток и, вытащив одну, вытер ею лицо.
- Возьми столько сколько сможешь с собой унести, - одеваясь бегло проговорила Вера Сергеевна. – Ты же помнишь код.
- Я не привык лазать по чужим вещам, - застегивал рубашку на своей вспотевшем теле Олег.
Подойдя к очень качественной репродукции картины Сальвадора Дали «Галлюциногенный тореадор » Вера аккуратно сняла ее со стены, обнажив тем самым дверцу сейфа с кодовым замком, набрала код, открыла и достала картонную коробку из под туфель полностью набитую маленькими запаянными пакетиками с белесым порошком внутри. Олег стал жадно набивать ими карманы облегающих брюк телесного цвета.
- Верочка, спасибо, - вожделенно проговорил он.
- Не за что, - налила в специально низкий стакан виски она. – Это твоя жизнь, хочешь травиться – травись и своего Диму трави.
- Ха! – ухмыльнулся Олег. – Виски тоже отрава!
- Не такая как снег. Ну ладно, не хочу с тобой спорить. Ты мне лучше вот чего объясни. Почему вы так Эммануила Давидовича обижаете? Бедный дед уже замучился вас с Димой на литературные вечера приглашать, а вы все не соглашаетесь и не соглашаетесь.
- Ты же знаешь как я устаю от людей на работе. Всем лечить, держаться на позитиве, всем постоянно глупо улыбаться. Диметра тоже.
- Ты это брось! Вот вам два флаера в клуб, вечер состоится в эту субботу. Чтоб были там оба!!!
- Ну… Если ты настаиваешь, - взял две цветастые бумажки он.
- Все будет на высшем уровне, море бесплатного шампанского и чистейшего белого снега. Вам понравится.
- Хорошо-хорошо. Я согласен. Попробую Диметрочку уговорить.
- Уж попробуй! А теперь иди с глаз долой, у меня работы по уши.
- До свидания! И спасибо, - послал воздушный поцелуй он с порога кабинета.
И вот он уже снова в машине, готовый ехать домой, но что-то не давало ему покоя.
- Черт! Черт!! Черт!!! – три раза он ударил лбом о лежащие на руле руки.
По лицу покатились огромные слезы, предательски не желая останавливаться.
- Черт бы все побрал!!! – вытер рукой слезы он и повернул ключ зажигания.
Ровный звук двигателя успокаивал. Вытащив из кармана один пакетик он разгрыз его, высыпал содержимое на тыльную сторону руки и вдохнул. Эффект не заставил себя долго ждать. Сочетающаяся с бурным потоком всевозможных идей и подобных звучащему радио голосов в голове все тело накрывала оглушительная, ошеломительная волна тепла и эйфории, безудержного желания творить, что-то делать, делать и делать. Когда Олег резко вдавил педаль газа в пол и визг шин взорвал тишину утренней улицы его не покидало странное, немного гнетущее чувство будто в машине помимо него кто-то есть и всю дорогу наблюдает, читает или даже ворует его мысли, любовные посвященные Диметре строки.
- «Убирайся из моей головы!», - крикнул мысленно он своему невидимому наблюдателю.
Как ни странно виртуальный товарищ послушался – голоса замолчали, светофор огорчил красным светом.
- «Деточка, любимая моя! Я уже еду и у меня с собой целых два сюрприза!», - написал Диметре СМС он.
- «Ура! Я так тебя заждалась! А какие сюрпризы? Мне уже любопытно».
- «Приеду – увидишь!»
- А вот и я, зай!
- Милый, как я рада! А я фильм посмотрела, просто в восторге!
Фильм «Тринадцатый этаж» по сюжету немного отличался от рассказа Олега. В нем рассказывалось о двух программистах, создавших некую игру, реалистичный симулятор Лондона начала века. Один из них так заигрался, что его убили, но перед смертью он оставил второму послание там, в симуляторе. А именно: необходимо было выбрать дорогу и ехать по ней до конца на полной скорости. Каково же было удивление главного героя, когда в конце казавшейся ему реальной дороги своего мира он увидел пресловутые границы симулятора, осознав что весь его мир не реален, является всего лишь компьютерной моделью.
- Дорогая, смотри сколько снега я принес, - выкладывал из карманов пакетики на стол он.
- Вот это сюрприз! – попыталась обнять она.
- Зай, подожди, - отшатнулся Олег раздеваясь. – Сегодня очень жаркий день, мне нужно срочно принять душ. Но я скоро вернусь! А ты пока отвари спагетти, я жутко проголодался.
- Хорошо.
Спустя сорок минут, вытирая волосы полотенцем, он вернулся на кухню .Заметив подавленно настроение Диметры Олег аккуратно подошел, обнял ее за талию сжади:
- Зай, ну не дуйся на меня. Я же твой лучший друг, который всегда выслушает и в беде бросит; старший брат, который поможет; любящий отец, преданный муж. Все, мир? – протянул руку он.
- Я люблю тебя, - сжала обеими руку Олега она.
- А я-то тебя как! Ты моя сочная сарделечка.
- А ты моя свежая баварская сосисочка, - перекладывала Диметра спагетти в глубокую тарелку, а Олег достал из холодильника кетчуп, майонез, горчицу, всем сразу полив спагетти поясняя:
- Соусов должно быть больше, чем основного блюда, - перемешал и, наматав на вилку, попробовал, - М-м-м, как вкусно.
- Да?
- Угу. – Следующую порцию с вилки он дал попробовать ей.
Дальше импровизированный обед так и продолжался: Олег кормил Диметру, не забывая есть сам и вскоре тарелка спагетти была съедена.
- Совсем забыл! Вот второй сюрприз, - протянул две цветные бумажки он. - Мы идем на литературный вечер.
- По мне, так лучше побыть дома.
- Подожди. Ты сначала на программу вечера взгляни: место у микрофона для всех желающих, спектакль «Красная шапочка для взрослых» в конце. По-моему вечер обещает быть интересным.
Не успела Диметра возразить как раздался звонок в дверь. Убрав тарелку в раковину и накрыв бумажной салфеткой пакетики со Снегом Олег проговорил быстро:
- Сиди, я открою.
- Здравствуйте! – За дверь стояла девочка лет двенадцати во вьетнамках, мешковатых песочных шортах и такой же мешковатой, совершенно не облегающей серой майке в черную полоску, волосы были ниже плеч, русые, убранные в розовую резиночку.
В ее руках был маленький рыжий котенок.
- Здравствуйте, - растерянно ответил Олег.
- Извините, я вот живу в соседней квартире, - стесняясь начала девочка. – У вас не найдется стакана молока для Чаки?
- Конечно. Проходи.
- Здравствуйте, - поздоровалась она с Диметрой.
- Здравствуйте, - встала из-за стола та.
- Это соседка. Ей котенка нечем покормить, - прокомментировал Олег доставая молоко и наливая его в широкий низкий стакан.
- Это Чаки, - протянула она котенка.
- Ми-и-и, - пропищал котенок в ответ на поглаживание Диметры.
- Спасибо вам огромное! Стакан завтра или я или мама занесет.
- Да не за что, - закрыл за девочкой дверь он и вытащил пластиковую разделочную доску, на которую высыпал содержимое четырех пакетиков. – Чистейший Снег.
Измельчив белесую смесь порошка, комочков и гранул лезвием «Джилет» практически в пудру и разделив на две ровные кучки Олег взял зубчатый нож для нарезки хлеба с широким лезвием и очень аккуратно высыпал им одну кучку пудры себе на тыльную сторону ладони. Диметра, зажал большим пальцем правую ноздрю, вдохнула пудру с его руки после чего Олег повторил процедуру и вдохнул оставшееся и тут же закурил. Эффект не заставил себя ждать.
- Дорогой, выключи пожалуйста радио.
- Зай, как я могу выключить радио если оно работает в твоей голове?
- Ну пожалуйста!
- Чик! – нажал на кончик ее носа он.
Какофония голосов тут же прекратилась, лишь волны одна за другой застилали ее тело, учащали сердцебиение неостанавливающимся потоком идей, желанием делать хоть что-то лишь бы не сидеть на месте, нестерпимым половым возбуждением.
- Пошли, теперь я на тебя пописаю, - увлек за собой он в ванную.
Устроившись по разные стороны ванной Олег и Диметра принялись раасматривать тела друг друга, касаясь при этом гениталий. Коротко постриженные пальцы его согнутых в коленях и разведенных по бортам ванной ровных тонких ног, под кожей живота проступающие очертание ребер, мальчишеская грудь со всегда торчащими сосками, узкие плечи, тонки, с длинными как у пианистов пальцами руки – все это не могло не возбуждать Диметру. И вот она! Струйка! Откинувшись до предела Олег развел ноги еще сильнее и струйка его мочи, прозрачная и аромата миндаля вожделенным потоком покрывала ее руки, гениталии. Диметры облизывала свои руки, чтобы уловить вкус Олега, его запах.
- Вылижи мне анус, - прошептал Олег, встав, повернувшись к ней спиной и разведя свои ягодицы.
Вскоре ее влажный язык коснулся плоти нежного, ароматного ануса Олега. О, как же ее это возбуждало!
Результат не заставил себя долго ждать. По окончании Диметра, заметив провалившегося в сон Олега, не стала включать воду. О, какой же он красивый спящий. Смотреть на него поучилось в тот вечер недолго. Тишину неожиданно прервали доносящиеся из комнаты шаги. Выйдя из ванной Диметру удивила вибрация пола. От тех шагов сотряслись стены, вибрировал пол. Рыжий кот ростом сто семьдесят-сто восемьдесят сантиметров плавно разгуливал по спальне виляя своим полуметровым хвостом.
- Чаки?
- Я не Чаки – я котоголубь! Разве ты не видишь мои крылья? – спросил кот, неестественно улыбнувшись как клоун.
- Нет, я не вижу, - испуганно ответила Диметра.
- Знаешь, ты не права насчет вселенной, - лег кот рядом с батареей тотчас с нею слившись в единое целое.
Батареи отопления в их квартире были стары, чугунные, гармошкой. Дальше фразу продолжила батарея, двигая своими секциями будто ртом:
- На самом деле мироздание представляет собой рабочий стол компьютера, а люди в ней – это всего лишь выполняющие определенные функции компьютерные программы, и пользователь волен решать какую из них запустить на выполнение, а какую – закрыть.
- И что же происходит после закрытия?
- Возьми блокнот и ручку, - ползала батарея по полу.
- Хорошо, - выполнила Диметра.
- Ложилась печатью пыльца.
- Ложилась печатью пыльца, - записала.
- Были сочными травы.
- Были сочными травы.
- У ночи нет лица.
- У ночи нет лица.
- Оборотни подземельные правы.
- Оборотни подземельные правы.
- Какие красивые стихи, Медузочка, - подошел сзади Олег.
- Их.. Мне… Продиктовала.. – Посмотрев на стоящую неподвижно на свое месте батарею, как ей и полагалось, Диметра прервала фразу. – Не важно…
- А я так сон только что видел – закачаешься, - повел в спальню он. – Будто из стены в нешей ванной открывается выход на огромное пшеничное поле, и над ним на небе висит не одно солнце, а целых три.
- Вот это да!.. А я такое видела!
- Завтра расскажешь, нам на работу вставать. Так что спокойной ночи, милая.
- Спокойной ночи.
До конца рабочего дня Диметры оставалось полчаса, последний клиент ушел, оставалось только ввести в компьютер результаты тестов и сформировать отчет, когда раздался стук в дверь ее кабинета.
- Войдите, - удивившись, пригласила она.
Дверь в тот вечер медленно открылась, из-за нее показалась хорошо знакомая рука с тонкими длинными пальцами и аккуратно коротко постриженными ногтями, держащая огромную белую розу.
- Привет, дорогая.
Темно-синие кеды с толстыми длинными белыми шнурками, одетые без нижнего белья тонкие летние темно-синие облегающие джинсы, заканчивающиеся широким черным кожаным ремнем с большой квадратной блестяще серебристой пряжкой, чуть обнажающая и подчеркивающая плоскость живота и стоячесть сосков одетая на голое тело тонкая белая майка с красными по диагонали полосами и точно такими же красными буквами и английскими словами разного, местами газетного шрифта, призванные скрыть расширенность зрачков, характерный прищур уберечь от света солнцезащитные очки с массивной черной оправой и закрывающими половину лица круглыми желтыми стеклами, хорошо пепельные короткие волосы с растрепавшейся от ветра челкой, легкий мужской аромат с летними огуречными нотками, плавна грациозная походка –от Олега невозможно было оторвать взгляд.
- Любимый! Вот это сюрприз, - взяла цветок она, обняв.
- Я знал, что ты обрадуешься.
- Еще бы. Мне тут еще минут двадцать торчать. Хочешь холодного чая?
- О-о-о, с удовольствием.
- Сейчас, - налила в кружку чая с малиновым вкусом Диметра.
- Та-а-а-к, а это что такое? – вошла в кабинет полная женщина в возрасте. – Чаи в рабочее время гоняете?
- Ну, вообще-то я клиент, - быстро нашелся Олег, чтобы не подставлять любимую.
- Клиент значит? – не поверила негативно настроенная женщина, разглядывая и тот час попадая под его обаяние. – И что же Вас беспокоит?
- Ой, вызнаете, вид крови.
- Вы боитесь крови? Что ж, весьма распространенная фобия.
- Нет. Когда делаю операцию, то у меня возникает непреодолимое желание ею измазаться, попробовать ее на вкус.
- Боюсь, это не по нашей части, - указала взглядом на дверь ошарашенная женщина, после чего обратилась к Диметре, - Ты тоже можешь идти, я распечатаю отчет.
- Всего доброго, - попрощался Олег.
- И Вам не хворать.
- Твоя начальница? – повернул ключ зажигания он.
- Угу. Она не всегда такая. Просто на днях была комиссия, шерстили всю документацию.
- А-а, так это везде так, - вдавил в пол педаль газа Олег. –У нас что ни месяц, то комиссия, то линейный контроль. Ничего, сейчас расслабимся.
Здание Дома Культуры выглядело не приветливо: фасад с облупившейся краской, стоящие возле широкой лестницы пивные бутылки и окурки, треснутые стекла, взвесь вековой пыли внутри – настоящий ад для астматиков и разного рода чистюль.
- Кай, Медуза! – воскликнул пожилой мужчина в черных сандалиях, черный костюмного типа брюках, не скрывающей пивного живота синей рубашке, старых очках в роговой оправе, подчеркивающих его седые волосы.
- Здравствуйте, Эммануил Давидович,- по-мужски подал руку Олег.
- Вы пропустили все самое интересное, осталась только «Красная шапочка».
Если окинуть взором все происходящее, то гости вечера сгруппировывались по возрастному признаку. Олег и Диметра, естественно, прибились к компании самого пожилого гостя – организатора и бессменного руководителя Эммануила Лихтенштейна потому что со старшим поколением всегда было о чем подискутировать.
- Ну и как «Красная шапочка»?
- О, как же изменился мир, как же поменялись времена - вздохнул Эммануил Давидович, усаживаясь за стол напротив Олега и Диметры.
- Ерунда! Мир прежний и времена всегда одинаковые, - возразил Олег.
- Попробовали бы они в советское время выйти голышом на сцену и, извините, совокупиться.
- Ну что Вы людей-то в заблуждение вводите? Вас послушать – в советское время все было прекрасно и удивительно. А репрессии? А карательная психиатрия?
- За то в наше время не было такого разврата! Где это видано: голый мужик в костюме волка совокупляется в полуголой Красной Шапочкой?
- Похоже, мы пропустили самое интересное, - взял два бокала бесплатного шампанского у проходившего мимо официанта Олег.
- Спектакль еще продолжается, - с грустью в голосе пояснил Эммануил Давидович. – В жестокое время вы живете, молодые люди.
- Да ладно. А что, раньше не было жестокости, ксенофобии? Мы болели за Спартак, а ребята с соседней улицы уже не помню за кого. Каждый вечер мы били, били нас, шли стенка на стенку, в советское время.
- Уж чего-чего, а ксенофобии не было. Помню, со мной в классе учился грузин. Так мы максимум могли посмеяться над его акцентом, но чтобы убивать, - посмотрел он укоризненно на Диметру, впоследствии продолжив – И мы хотя бы во что-то верили. Я внучку сколько раз спрашивал: «молодежь, во что вы верите, какие у вас идеалы», а она в ответ лишь включает свой речитатив на полную громкость. Вот Вы. Да, девушка, Вы. Вот у Вас какие в жизни идеалы? Во что Вы верите? Какая у Вас мечта в жизни самая главная?
- Я верю в окончательную победу в мире духа над телом, - ни чуть не задумываясь ответила Диметра. – А что касается мечты… Я живу с Олегом – моим любимым мужчиной. Мечта сбылась.
Недавно разносивший шампанское официант снова появился, по на его подносе лежала горка пакетиков с белым порошком.
- Снег даром! По два пакетика на человека, - рекламировал тот.
Взяв четыре Олег сразу высыпал их содержимое в тарелку, измельчил, высыпал на тыльную сторону ладони, вздохнул часть и, протянув оставшееся Диметре, прокомментировал:
- Как-то не штырит, скорее всего Снег разбавили порошковым молоком или смесью для детского питания.
- А по-моему нормальный.
- Не, разбавленный.
- И наркотиков в наше время не было.
- Вынужден Вас разочаровать, дурь в том или ином виде была всегда, - продолжал возражать Олег. – Дорогая, пошли на второй этаж поднимемся, хваленую Красную шапочку посмотрим?
Уже поздней ночью с пятницы на субботу Олег так до конца и не понял очередного крика Диметры. Самым странным ему казалось то, что просыпаясь она во-первых ничего не помнила, во-вторых каждый раз искренне удивлялась его рассказам как она кричала.
- Дорогая, я вот что подумал, - гасил Олег свет в спальне и забирался, будучи обнаженным, под тонкое одеяло. – Помнишь того старика из бара?
- Который попросил у нас водки?
- Он самый. Я думаю, что стоит принять его приглашение.
- Да ну. На мой взгляд он ни чем н =е отличался от тех шарлатанов, которые ходят по квартирам предлагая то чудодейственные приборы, то таблетки от всех болезней сразу.
- А что мы теряем? Не понравится – уйдем.
- Вообще-то ты прав.
- Вот так всегда бы, зай. А то тебе бы только со мной поспорить. Вот завтра и поедем.
Здание городского института нейрофизиологии выглядело внушительно: белое шестнадцатиэтажное квадратное здание подобно оправе драгоценного камня обрамлял высокий кованый металлический забор, окрашенный черной краской, получаемой путем растворения битума в бензине. Перед массивными воротами был разбит сад, радовала глаз ароматная распустившаяся сирень.
- Я очень рад, что вы пришли! – протянул руку Сергей Матвеевич.
- Мы вот с женой подумали-подумали и решились, - ответил рукопожатием Олег.
- Прекрансо! Как я уже говорил, нам нужны добровольцы. Пойдемте, - проводил он в лифт.
Подвальное помещение было огромным, освещенным холодным белым светом газовых ламп. В углу за компьютером в белом халате сидела в белом медицинском халате светловолосая девушка и что-то сосредоточенно анализировала на мониторе.
- Здравствуйте, профессор.
- Добрый день, Маша. Вот, к нам пришло двое добровольцев.
- Отлично.
Практически все помещение подвала занимали похожие на приборы для проведения магнитно-резонансной томографии большие белые трубы с проводами и кушетками внутри.
- Это и есть комплекс нашей аппаратуры.
- А это безопасно для здоровья, - продолжал осматриваться Олег.
- Совершенно безопасно. В нашем последней опыте к системе было подключено сразу двадцать человек и ни у одного не ни одного побочного эффекта не наблюдалось. Вы же знаете, все то что мы видим, слышим, обоняем и осязаем является по сути всего лишь набором посылаемых в мозг электрических импульсов. Доподлинно как выглядит кошка, собака, ваша соседка – этого точно никто не знает наверняка, никто и не знает какой на самом деле вкус у фисташкового мороженного. На этом и построен принцип работы нашего аппарата – мы посылаем в мозг сходные с его собственными волны. И в результате без приема психотропных веществ или галлюциногенных люди видят реалистичные картины, путешествуют по закоулкам не только собственного мозга, но и мозга всех подключенных не вставая с кушетки.
- Звучит заманчиво. А можно один вопрос?
- Да.
- А какова с какой целью Вы этот прибор создали?
- Цель очень проста. Вы, то есть психонавты, любители наркотических и галлюциногенных веществ получаете свои ощущения, мягко говоря, не заслужено. Йоги, тибетские монахи на протяжении всего жизненного пути идут к просветлению, чтобы хоть однажды увидеть то, что вы видите под действием веществ следуя по наименьшему сопротивлению, губя свои организмы. Католические и православные священники ради того, чтобы хотя бы одним глазком взглянуть на запредельные дали галлюцинаторного мира отдают себя служению Богу. Поэтому предо мной стала задача с минимальным ущербом для здровья вызывать подобные эффекты.
- Спасибо за емкий ответ.
- Ваше имена? Можно прозвища. Это не суть важно.
- А зачем это? – удивилась Диметра.
- Для анкеты.
- Кай.
- Медуза.
- Возраст, место рождения, проживания, род занятий?
- Сорок два. Энгельс. Москва. Врач-хирург.
- Двадцать девять. Москва. Психолог.
- Какими-либо еще заболеваниями хроническими страдаете? Ну, кроме психонавтики?
- Вроде бы нет, - задумалась Диметра. – Иногда мне снятся кошмары.
- Тоже нет, - уверенно ответил Олег. – Раньше близкие замечали за мной лунатизм. Я мог ходить по ночам, даже питаться, но когда познакомился с Диметрой все это прошло, не повторялось.
- Распишитесь в своем согласии на эксперимент и в согласии с нашими манипуляциями?
- Хорошо. Закатите рукав.
- Укол?
- Да, совершенно безвредный препарат Аминазин. Это необходимо для расслабления.
- Хорошо.
- А теперь ложитесь в аппарат и считайте до ста. Он автоматически накатает кушетку внутрь. Главное, помните что время здесь и время там течет неодинаково. Ни чему не удивляйтесь. Аппарат способен проецировать ваши самые скрытые желания.
- Как это? – легла на кушетку Диметра, положив голову на маленькую мягкую белую подушку.
- Вам когда-нибудь снились сны такого содержания, когда в их действии за ночь проходило гораздо большее количество времени?
- Да, - подтвердила Диметра. – Я как-то задремала в кресле минут на пятнадцать, а во сне проделала на автобусе яркую красочную дорогу от Москвы до Твери, с пышной листвой, водоемами и оврагами.
- Так вот это то же самое. Отключите телефоны и снимите очки и часы. Рядом вы видите специальные полочки, вещи можете положить туда.
- Часы? – Олег, снимая солнцезащитные очки с черной массивной оправой и стеклами желтого цвета, закусил губу. – Вы понимаете, мои часы – они мне очень дороги, это подарок одного человека, которого нет в мире живых. Я снимаю их только дома.
- Не волнуйтесь. Все ваши вещи останутся в целости и сохранности.
Диметра сняла часы молча и вместе с очками покорно положила их на полку.
Абсолютно мертвый штиль: ни дуновенья ветра, ни звуков мегаполиса, ни шелеста листвы, ни привычных ударов крыльев пролетающих птиц не было слышно внутри полутемного ангара с матовыми от пыли полуразбитыми стеклами расположенных в метрах трех от пола окнах. Темно-зеленая, но не цвета хаки облетевшая краска огромных распахнутых ворот приглашала выйти. Похожее на ангар для самолета здание продолжалось огороженной по обе стороны колючей проволокой асфальтовой дорогой, обрамленной желтым песком. На небе естественного голубого цвета не было ни тучи, лишь яркое ласкающее солнце и даже поросший осокой берег реки казался знакомым. На деревянном самодельной мостике, откуда обычно прыгают в воду дети, а взрослые -ловят рыбу – сидел на корточках Олег, внимательно всматривающийся в рябь воды.
- Любимый…
- А вот и ты, дорогая. Смотри, профессор не соврал. Здесь все как настоящее: ветер свежий, вода мокрая.
- Так может быть это все и есть реальность?
- Нет, милая, это сон, - сошел с мостика Олег. – Смотри, я пальцем на песке нарисовал сердце. Вода омывала его тысячи раз, но рисунок не смылся, не разрушился. Значит, все это сон, нереально.
- А жаль. Здесь очень красиво.
- О-о-о, ты еще не видела самого главного, Диметрочка.
- Чего?
- Сейчас увидишь, - расстегнул брюки Олег и спустил их.
Тотчас обнажился его эрегированный пенис.
- Сначала я даже своим ощущениям не поверил, а потом.. Отлил два раза. Представляешь?
- Вот это да.
- Диметрочка, - покраснел Олег и опустил глаза. – Не могла бы ты мне его помассировать?
- Помассировать – это слишком просто. Давай, я сделаю тебе минет?
- Конечно, дорогая.
- Ну, как путешествие прошло? – отключал Сергей Матвеевич аппаратуру.
- Это… Это было великолепно! – воскликнула Диметра, преодолевая легкое головокружение.
- Да, - подтвердил Олег. – Ангар, дорога…
- Так ты видел все то, что видела я? – удивилась она, одевая очки и часы.
- Обычно участники чувствуют легкое недомогание. Это от Аминазина, скоро пройдет.
- Угу. Песок, дорога…
- Электрические галлюцинации коллективны.
- Но все было так реально… Язык не поворачивается назвать увиденное обычной галлюцинацией.
- Зая, ты в норме? Я до сих пор не могу в себя прийти, - вышли они из здания института.
- Признаться, и я.
Жара, полуденная жара и не думала отступать, ослабевать хватку на горле города. Поодаль стояла торговая палатка с вывеской, сообщающей о продающихся соках, водах и пиве. Молодая, светловолосая продавщица худощавого телосложения явно не замечала интересующихся ассортиментом витрины потенциальных покупателей, а рассматривала журнал с девушками с пышными бюстами, держа при этом правую руку в своих спортивных обтягивающих шортах и мастурбируя.
- Извините, а коктейли алкогольные у Вас есть в продаже холодные? – чуть опустил очки Олег и посмотрел на продавщицу исподлобья.
- Да, - неохотно ответила девушка. – Есть Ягуар, Рэд Дэвил, Страйк.
- Тогда мне, пожалуйста, Рэд Дэвил похолоднее и пачку Беломора.
- Сто пятьдесят с Вас.
Расплатившись, нажав кнопку на брелоке для снятия машины с сигнализации, увидев характерное мигание фар и звук, он открыл Диметре дверцу, после чего сел и сам, открыл банку коктейля, сделал глоток, благодаря чему салон наполнился ароматом характерного тройника: спирта, витаминов группы Б и таурина с виноградной отдушкой. Передав половину банки Диметре Олег повернул ключ зажигания, вскоре машина резко рванула с места.
Ни Олег, ни Диметра толком и не заметили как наступил вечер, легкий теплый летний вечер, ласкающий дуновениями свежего воздуха из открытой форточки.
- А я почему-то не хочу спать совершенно, - прервал тишину Олег.
- Везет тебе, - улыбнулась Диметра. – У меня вот глаза просто слипаются.
- Ну хорошо, давай спать.
- Сегодня твоя очередь рассказывать сказку на ночь, - шутливым и чуть детским тоном заметила Диметра.
- Хитрюга, - рассмеялся Олег и сел на кровать в позу лотоса, освещаемый только светом полной луны.
- Ну твоя же очередь, правда, - положила голову она вплотную к его ногам. – Ты ни разу не рассказывал о своей передозировке, первой передозировке.
- Ну, если тебе это так интересно, - вытянул ноги Олег, на которые Диметра переложила голову, а Он в свою очередь медленно и нежно ее поглаживал.
- Но.. Если тебе не приятно об этом говорить…
- Ладно, слушай, - продолжал перебирать нежно ее волосы он и начал издалека. – Все эти святоши, особенно христианские – они врут, врут насчет существования райских кущ с золотыми воротами, ангелами, богом и прочей дребеденью.
- Ты не веришь в существования параллельного мира, называемого в христианских источниках раем?
- Я верю в то, что видел своими глазами, слышал своими ушами, чувствовал всей кожей, - продолжил Олег. – Тот день, день моей первой передозировки ни чем не отличался от обычных. Моя тогдашняя девушка Лена, устроив дикую сцену ревности с пощечиной и битьем посуды, ушла, а я. Я ввел в вену сначала пять кубиков, потом еще пять, потом еще и еще. И предстали пред моими очами мелкие треугольники, образующие один большой треугольник, красочные, разноцветные, потом похожие на мишени большие круги, каждый последующий из которых графически вытекал из предыдущего, перламутровым заревом переливаясь всевозможными цветами. По-моему, подобные геометрические полиморфизмы называются Фракталы. И предстала за ними предо мной пустыня, не было ей ни конца, ни края. Частично утратившие человеческий облик, источавшие смрад, обгоревшие на безжалостном солнце обитатели пустыни добывали ртуть, постоянно запихивая обратно вываливавшиеся из под кожи кости. Я стоял в ужасе и оцепенении. И подошло ко мне девять стражников того странного места, и представились они следующим именами: Велзевул, Пифон, Велиал, Асмодей, Сатана, Мерезим, Абаддон, Астарота, Маммона. Все они были в белых набедренных повязках, обладали внешностью киноактеров.
- Они следили, чтобы обитатели этого места не сбежали? – легла Диметра на подушку.
- Угу, - лег рядом Олег. – Центр пустыни занимало огромное круглое зеркало из ртути, около километра в диаметре. Я подошел к зеркалу, а один из стражником взревел нечеловеческим голосом: «Убирайся отсюда! Тебе здесь не место». И увидеть можно было в зеркале все прошлое, настоящее и грядущее, все миры, все эпохи.
- Давай спать, милый? – взяла его за руку Диметра.
- Давай, зай, - сжал в ответ руку он.


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 38
Количество комментариев: 0
Метки: эротика
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Эротика
Опубликовано: 02.02.2019




00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1