Чтобы связаться с «Борис Голубов», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Лучшие стихи и проза современных писателей
Произведения современной поэзии и прозы
Бизона - cтихи, проза, плейкасты, конкурсы
Борис ГолубовБорис Голубов
Заходил 19 часов 4 минуты назад

Туда

­Перед началом повествования Автор заранее предупреждает
Читателя, что все, изложенное в произведении - вымысел, фантазия.
В реальной жизни ничего из написанного, не существует. Любые
похожести на отдельные элементы окружающего мира случайны.
Да и мало ли, кто на кого похож.
Данное предупреждение вынужденно, поскольку после
публикации рассказа «Бегемот» автор получил немало абсолютно
незаслуженных упреков.
Я - пехотинец армии Великой Всеславии. Скоро год, как
заключил контракт, после обязательной службы. Мне двадцать лет, и
вся жизнь впереди. Фраза банальная, но реальная. Городок у нас
маленький, заняться толком нечем. А здесь хорошо платят, одевают
и кормят. Занятия по боевому делу привычны и не напрягают.
Лишь бы войны не было , а ей, в последнее время, сильно пахнет.
Опять банальность. Но я же военный. И мысли мои ровные, как обеденный
стол.
Все из-за Шматландии. Аккурат, через неделю, после моего
рождения, там внезапно сменилась власть. Нехорошие люди захватили
управление. Нас, славов, объявили врагами. Стали угрожать и
оскорблять. А ведь когда-то жили вместе. В единой Империи. И
любили они центральную власть даже больше, чем мы. И жили
лучше, все-таки с Цивилизацией граничили.
У Империи с Цивилизацией великое противостояние было. Иногда,
войны случались, где славы со шматландцами бок о бок сражались.
Прошли те времена. Империя не выдержала собственного веса
и распалась. Стали жить порознь, как соседи. Но тогда вражды не было.
Многие славы в Шматландии жили на равных правах с местными.
Никто не жаловался.
А тут такая беда. Сразу в начале моей жизни. Я хоть простовато
мыслю, но многое понимаю. Читаю, слушаю, думаю. По моему пониманию,
вышло так. Если сосед стал злобным и агрессивным, надо его
максимально ослабить. Вот и помогла Всеславия жителям Шахтинска,
не желавшим портить с нами отношения прогнать местную шматландскую
власть и объявить о своей независимости. Правда, оттуда почему-то
уехали все бизнесмены, спортсмены, артисты, персонал разный. Остались
только работяги, которым деваться было некуда.
Решила их Шматландия наказать, но мы не позволили. Накачали
военной и гуманитарной помощью. Сформировали боевые отряды обороны
независимости. Разрешили ехать туда волонтерам, воевать. Специалистов
присылали, жизнь мирную наладить.
С обороной вышло хорошо. У Шматландии в то время даже
армии не было. Создали наспех, бросили необученных солдат в бой
и были жестоко побиты шахтинцами.
Тогда они что сделали. Поставили на границе с Шахтинском кордон,
укрепления и полностью изолировали от себя. Периодически пакостили.
То кого-нибудь убьют, то что-то жизненно важное перекроют.
А потом стали в Цивилизацию проситься. Те в ответ, наладьте
у себя хорошую жизнь, с правами, свободами, достатком. Тогда и проситесь.
И ведь наладили. Впрямую у нас об этом не говорили, но я еще в
школе между строк читать научился. Когда говорят, что много воруют,
значит есть, что воровать. Когда говорят о большой коррупции, значит с
ней идет борьба.
У нас не говорят ни о чем плохом, но же вижу, как живут
окружающие. Как дорожает жизнь. Хорошо, что в армии прилично
платят.
Но не это было бедой. В Шахтинске нормальную жизнь организовать
так и не удалось. Просто, гуманитарная помощь проедалась и все.
Плохо люди жили, и стали жалеть, что откололись от Шматландии. Видели,
как там теперь хорошо. Но боялись наказания за прошлые дела.
Тут и пошел слух, что в Шахтинске зреет заговор. Переворот.
Местные военные хотят власть свергнуть и в Шматландию вернуться.
Откуда узнал? Во Всеславии все государственные секреты на второй день
известны становятся. Несмотря на режимы хранения и угрозу жестокого
наказания.
И решила Всеславия соседа жестоко проучить. Наказать.
Пойти войной, захватить столицу и поставить у власти своих людей.
Все это под предлогом защиты шахтинцев и славов, до сих пор
проживающих в Шматландиии, от злобных и жестоких шматистов,
ненавидящих всех, кроме шматландцев.
Даже мне, простому воину по контракту, было ясно, что это лишь
отговорка. Двадцать лет назад, когда случился переворот, шматистов
было немало. Когда что-то заваривается, всегда наверх пена всплывает.
Были они агрессивны, опасны , вооружены. Убивали несогласных с ними.
Пока не было в Шматландии армии, первыми пытались прорваться в
Шахтинск и устроить там кровавую резню.
Но прошли годы. Власть окрепла и спокойно разобралась с такими
«помощниками». Кто-то сложил голову под Шахтинском. Кого-то
посадили. Некоторые, просто, исчезли. А остальные расползлись, как
крысы, по норам и вели себя тише воды, ниже травы, со страхом, ежедневно,
ожидая стука в дверь и доставки в места не столь отдаленные. Поскольку
было, за что.
Тут и осенила мысль о гениальности руководства нашей страны.
Если враг не существует, значит и победить его легко. Так передалась
мне, как многим, полная уверенность в скорой победе.
В последний отпуск запомнил слова отца: «В жизни, сын, можно
испытать все, кроме плена и тюрьмы». Я рассердился, сказал, что не
маленький и все понимаю. А он продолжил: «Времена могу настать тяжкие.
Я прощу тебя, если принесешь в семью горечь, но не смей приносить стыд и
позор». Мне стало стыдно за вспыльчивость, успокоил его, а слова
так и засели в голове.
Почти месяц наши легионы накапливались у границы Шматландии,
и сегодня утром началось. Приграничные пункты обороны превращены в
пепел. Я в составе манипула разведкогорты третьего легиона, выставив
автомат в огневое отверстие, внимательно гляжу в смотровую щель броника.
Никого. Мы идем, не встречая сопротивления. Проходим мост через
неширокую, но бурную реку. Они даже уничтожить его не догадались.
Видно, что толком не подготовили оборону.
Сильно растянулась наша колонна. Три легиона, один за другим.
Места по бокам болотистые. Жутковато. Хорошо, что не догадываются
подбить первую и последнюю машины. Тогда худо придется.
Если бы сопротивлялись, то сделали бы так. Но не делают.
Значит, не способны, и нервничать не стоит.
Внезапно, колонна останавливается. Вышел из строя супер тягач
«Мастодонт». Большая универсальная гусеничная машина. Мабута,
механик этого чудища, отчаянно ковыряется в двигателе, виновато
оправдываясь перед начальником технической когорты.
Командир нашего манипула получает приказ, организовать охрану
тягача, вплоть до починки. А то если сзади кто подойдет, мигом на запчасти
растащат.
Колонна уходит. Наступает непривычная тишина. Вылезаем из
бронника, разминаем затекшие мышцы. Нас восемь и мабута,
шуршащий внутри тягача. Командир организует пост охраны, остальные
проверяют экипировку и оружие.
- Абзац, - прерывает мирное настроение мабута, - Центральные
шестерни полетели. Это теперь саркофаг,- со злостью бьет ногой по гусенице
тягача.
- Что? Совсем никак? - интересуется командир.
- Его целый месяц один из трех собирали, - разводит руками механик.
Командир выходит на связь с командованием и докладывает ситуацию.
Там приказывают, охранять тягач до утра, потом передать группе тыловой
технической поддержки, доложить о выполнении и следовать по указанному
позже маршруту.
Устраиваем пункт обогрева. Хоть и май, но ночью холодно.
В свою очередь заступаю на пост. Тишина. Внезапно раздаются глухие
разрывы снарядов как в том направлении дороги, куда ушли легионы, так
и там, откуда мы пришли.
Срочно докладываю командиру. Он выходит на связь с командованием.
Вначале, ответа нет. Командир повторяет доклад.
- Все кончено! Легионов больше нет! Спасайтесь, кто может! -
отчаянно прорывается сквозь шумы и помехи сумасшедший, знакомый
голос связиста командного пункта, - Всех «Машуткой» накрыло…
Связь прервалась, и вернулась тишина. Гробовая. «Машутка» - система
управляемого огня. У них тоже она есть. Значит, заранее пристреляли
квадрат и ждали, пока мы туда выйдем. Вышли. Сожгли. Если попасть
под «Машутку», мало шансов уцелеть.
- Что оцепенели! - крик командира, - В бронник. А тебе особое
приглашение? - вытаскивает за шиворот из тягача мабуту.
- А как же?- в ужасе спрашивает тот.
- Никак, - отрезает командир, - Жечь и взрывать некогда. Только
внимание привлечем. Ноги уносить пора.
Мы забились в бронник, и водитель погнал машину на полной
скорости. Домой. Нам сильно повезло, что еще живы, но и везение
имеет свои пределы.
Переправа оказалась разрушена. По откосу водитель аккуратно
подогнал бронник к кромке воды.
- Перейдем? - с надеждой спросил командир у водителя.
- Должны, - неуверенно пожал плечами тот, и повел машину в воду.
Вошли хорошо. Плыли неплохо. Однако, выбраться на берег не
получилось. Слишком круто и кромка разбита. Винт-водомет не помогал,
а колеса не цепляли грунт. тем временем, сильное течение стало
разворачивать машину, и появился реальный шанс утонуть.
- Наверх, - крикнул командир.
Мы метнулись в аварийные люки, выбрались на броню и горохом
посыпались в воду у самого берега. Последним командир помог вылезти
водителю и выпрыгнул сам.
Потерявший управление бронник развернуло течением, он черпнул
воды и пошел на дно.
«Если не очень глубоко, потом можно будет достать»,- неожиданно
мелькнуло в мозгу. Ее тут же перебил охвативший тело холод, от сырости,
дрожь и дробь зубов.
- Вперед! - крикнул командир, и мы стали карабкаться наверх, по
крутому склону.
Усталые и измученные, растянулись в траве, слишком поздно
заметив, что здесь не одни. Их было не более десяти, в камуфляже.
С оружием у пояса, они с насмешкой наблюдали за нашими мучениями.
- Как водичка? - спросил один, судя по всему, старший,- Чистая
одежда, горячий чай и наше радушие ждут непрошенных гостей.
Они весело рассмеялись, наведя на нас стволы.
Наш командир поднял руку, указывая свое старшинство.
- Делай, как я! - крикнул он, положив на землю автомат и подняв
руки вверх.
Я увидел, как наши, по его требованию, безвольно сдаются, и
стало жутко обидно. Возможно, он прав, и нет иного выхода. Но обидно.
С трудом, удалось встать и сделать пару шагов назад, к краю
обрыва. На меня напряженно смотрели те и другие. Автомат, словно,
пристыл к правой руке.
- Не смей! - крик командира.
- Парень, не дури! - это старший.
Ну, очень обидно! И приклад автомата резко уперся в плечо.
Не помню, какая пуля принесла смерть. Та, что разбила голову.
Или та, что пробила сердце. Или та, что разорвала легкие. Или та, что
искорежила желудок. Все слилось в единый удар. Потом полет, и
снова в воду. Снаряжение не защитило, но уверенно потянуло на дно.
Туда.
Ты обещал простить, отец.



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество отзывов: 0
Количество сообщений: 0
Количество просмотров: 26
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Рассказ
Свидетельство о публикации: №1220924132821
© Copyright: Борис Голубов, 24.09.2022г.


00

Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь! Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!

1
1