Чтобы связаться с «Докторфилиус», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Крещение

Дни проходили за днями, но на Энской комендатуре пограничных войск в моей помощи никто не нуждался. Изредка приходили бойцы первого года службы, намозолившие пятки. Чтобы не страдать от безделья, я проверял санитарное состояние кухни, бани и спального помещения, проводил медицинские осмотры и обучал пограничников оказанию первой помощи при ранениях и травмах. Эти нехитрые заботы целиком заполняли мои командировочные будни, приближая момент возвращения в родной Душанбинский госпиталь.

Наше радио и пресса хранили молчание о раненых и убитых солдатах из Ограниченного контингента советских войск в Афганистане. Всё происходящее «там» было окутано завесой тайны. Но здесь, на границе, мы чувствовали, что обстановка накаляется с каждым днём. Всё чаще наши вертолёты, доставлявшие афганским друзьям гуманитарные грузы, возвращались с дырками в фюзеляже. Напряжённость росла, и я предвидел, что в скором времени знания, полученные мною на военно-медицинском факультете, придётся применять на практике…

— Товарищ лейтенант, проснитесь. Товарищ капитан, вставайте!

В моё сознание с трудом проникало это настойчивое требование, однако объятия Морфея были настолько крепки, что немедленно освободиться от них не было ни какой возможности. Наконец-то поняв, что меня пытаются разбудить, я титаническим усилием разверз очи, но пред ними, ещё не привыкшими к дневному свету, проплывали мгновения милого сновидения. Мучитель, домогавшийся моего пробуждения, победил! Я окончательно проснулся и узнал своего фельдшера.

— Товарищ лейтенант, на той стороне ранили пограничника…

Вокруг санчасти росли густые кусты тутовника. Утренний ветерок, играющий листвой, разрушал эту завесу и потоки света, преломляясь в оконном стёкле, рассыпались на множество солнечных зайчиков, прыгающих по потолку и стенам. Но любоваться их причудами, у меня не было времени. Надев сапоги, я помчался по дорожке, ведущей к штабу, придерживая одной рукой медицинскую сумку, нещадно колотившую по боку, а другой — панаму, норовившую слететь с головы.

Представ перед начальником оперативной группы, я откозырял, но рта раскрыть не успел.

— Доктор, ты не пограничник, а пожарник и место твоё на каланче! Там, — он махнул рукой в сторону Афганистана, — раненый…

На вертолётную площадку, которая была оборудована на песчаном берегу Пянджа, меня привезли на автомобиле. Там ещё шла предполётная подготовка: у вертолётов колдовали оружейники и топливозаправщики.

— Разве полёты ещё не начинались? — спросил я высокого роста парня, облачённый в комбинезон чёрного цвета.

— Нет, товарищ лейтенант. Готовимся…

Обрадованный этим известием, я пошёл к дощатому домику, в котором размещались вертолётчики. Слева от него находилась полевая кухня, из трубы которой струился сизый дымок. Чуть в стороне от неё колол дрова мой приятель доктор Данилин.

— Здравствуй, Володька! Когда начало полётов?

— Привет, Валерка! Идём, провожу на стоянку.

Пока мы обменивались знаками внимания, из домика вышел осанистый офицер, на голове которого красовалась зелёная фуражка с высокой тульей, а за ним следовала группа вертолётчиков, облачённых в светлые комбинезоны.

У кромки лётного поля я увидел кучу гильз — свидетельство недавней работы наших вертолётов. Чуть дальше возвышалась пирамида из ящиков, накрытых брезентом, которые стерёг автоматчик.

— Доктор, — окликнул меня командир вертолёта, — прошу на борт.

Заныл стартёр, завертелись лопасти. После короткого разбега вертолёт плавно взмыл в небо. За иллюминатором, у которого я примостился на жёсткой скамейке, крепко держась за автоматный стопор, промелькнули мутные воды Пянджа, проплыли жёлтые пески афганского берега и потянулись холмы, языки галечников, сменяющиеся нагромождениями валунов. Вскоре среди хаоса высокогорной пустыни я увидел боевые машины в пятнистой раскраске, а затем большие армейские палатки.

Вертолёт приземлился, но двигатель продолжал работать, и его лопасти со свистом рассекали разряжённый воздух. Раненого погрузили на борт, и мы тут же взлетели, взяв направление на Хорог…

Мой пациент был бледен, как больничная простыня. Сквозь повязку на бедре сочилась алая кровь. Я переложил жгут, ввёл обезболивающее и наладил вливание в вену противошокового раствора. Проверил артериальное давление и наполнение пульса — всё плохо. Впрыснул в вену ещё несколько тонизирующих средств. Вскоре пульс у раненого стал реже, артериальное давление пришло в норму, и он открыл глаза…

С той поры минул месяц.

В конце изнурительного рабочего дня я вышел из лечебного корпуса Душанбинского госпиталя, сел на лавочку и закурил.

— Здравия желаю, товарищ лейтенант! — приветствовал меня розовощёкий блондин, опирающийся на трость. — Вы меня не помните?

— Помню, товарищ сержант, и никогда не забуду…


© Завирохин В.А., 2003
© Издательский дом «Граница», 2003
ISBN 5-86436-329-4


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 10
Количество комментариев: 0
Метки: крещение
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Рассказ
Опубликовано: 02.10.2017




00



1 1