Чтобы связаться с «Галина Сафонова-Пирус», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Сама по себе. Глава из повести.


Повесть «Сама по себе» составлена из ручейков моего сиюминутного сознания, в которые впадают и другие, - тоже из ощущений и чувствований жизни, но преломлённых и преображенных в вымысел, - и все они, то весело поблескивая, то затухая, безмерно изменчивы, словно блики солнца на поверхности бегущей воды.

Глава восьмая.
Привет, Комп, привет, моя радость! Давай-ка заглянем: снесла ли курочка яичко? Ага, есть весточка. Скопируем и-и - в файл «Переписка».
И зачем ты их копируешь-хранишь?
Да понимаешь… Дети, внуки или все вместе потом… когда… как навалятся на них!.. будут читать и плакать.
А чего плакать-то?
Ну, как чего? Теперь-то не ценят моего дара!
Ха-ха!
Чего хихикаешь? И ты не веришь в мой дар-р-р? Ну ладно, дар-ни-дар, но дарай… ой, давай сойдёмся на литературных способностях, мне и этого хватит.
Итак, рецка Галины Алининой на моё твор-рение «Добраться до собственного я»:
«Прошло то время, когда я специально искала философскую литературу и надолго погружалась в подобные размышления, а в один прекрасный момент что-то остановило. Теперь читаю Чехова, Аксакова и той философии, что в их произведениях, мне вполне достаточно».
Ну, что ж, достаточно, так достаточно.
А тебе?
А мне…

Ой, домофон… И кто там? Манька! Обычно-то по пятницам приходит.
- Мань, чего такая смурая? Не с мамой ли поругалась? Ну, раз просто так… Есть будешь? Правда, что в школе поела, не адманываешь?.. как мама твоя в далёком детстве говорила. Ну, тогда на тебе конфетки-батончики, которые спЕшали фо ю берегла. Вот и хорошо, полакомься, полежи, погрейся, а то бегаешь по морозу в курточке из-под которой пупок выглядывает. Давай я тебя еще и пледом меховым укрою, подарком мамы твоей и Глеба аж из самой Польши. Не плед, а чудо! Только им и спасаюсь в нашей-то квартире холодной. Нет, и всё же, может, с Яриком аськами поругалась? Ну, тогда улыбнись, успокой бабку. Вот и хорошо. А деньги у тебя еще есть? Ладно, через четыре дня пенсию получим, снова тебе подброшу. Ну, как не надо? Тебе ж хочется что-то купить. А мне уже не хочется. Ага, почти ничего. Не веришь? Поверишь, когда… Ой, Мань, я ж еще щи не доварила, да и кашу, а дед с прогулки придет и есть запросит. Побежала, а ты попробуй уснуть, у тебя ж круги под глазами от недосыпания, а женщине выспаться – самое главное, тогда она красивой сразу становится. Ну, может, и не сразу. Ну, может, и не самое главное, но главное из главных.

Бураки-морковка почти готовы, ложку томата туда, масла…
Не перелей, а то…
Ага, четыре только.
А лучше три.
Ладно, три, неча холестеринить еду. Теперь надо чесночок с сахаром потолочь. Ой, как пахнет!
А тебе нельзя чесночок-то.
А хочется.
А нельзя. Ну, что за жисть такая! И продукт под рукой дармовой, а нельзя.
Да ладно тебе, это - не самое страшное.
Хромушка прилетел на подоконник. Прыгает-то как смешно на своей култышке! Бедная птичка. Держи, хромуша, свою овсянку да клюй побыстрей. Вот так, так. Помнит, наверное, что рыжий может прилететь и сковырнуть. Вот безжалостные птицы-голуби! Своих же бьют из-за крошки хлеба! Воробьи-то клюют себе мирно все вместе да клюют, а эти… И на деревья не садятся, только на крыши да карнизы.
Всё, щи почти готовы, теперь курятину довести до готовности. Морковка, лук… Опять под колонкой какое-то пятно темнеет, ведь только вчера стёрла!.. Да, надо Алининой ответить, что, мол, настоящая литература как раз… Во, и по периметру раковины что-то нацеплялось. Ой, чуть ни выкипела моя тушеная! Теперь – за гречку. Вода вскипела, зальем, посолим, прокипятим минутку. Всё, кашка, хоре. Теперь, гречка моя драгоценная, иди на диван, под плед, разбухай, становись вкусненькой и полезной, а я…

Ну, что Компуша, хватит тебе отдыхать. Хватит, хватит! Не спорь, продолжим: «Мои документы» - «Письма Прозы» - «Добраться до собственного я» - Галина Алинина… Ага, вот с этого места и метнулась к Маньке. А отвечу вот так: «Настоящая литература, Галина, как раз и занимается тем же, чем и философия…»

- Да, Мань! Вот и хорошо, что хоть немного поспала, сразу и щечки заиграли, и улыбочка появилась. Домой? А у нас чего не останешься? Ну да, без учебников… А ты вечером приходи, чтоб утром по морозу не бежать на маршрутку. На маминой машине… А вдруг не заведется? Вот и приходи с ночёвкой. Бегаешь в короткой курточке… И что за манера без шапки ходить? Да капюшон плохо греет, поддувает под него. Еще как поддувает! Ладно, давай в щечку поцелую. Беги быстренько, чтоб не успело поддуть. Пока, моя золотая.

И сколько там, за окном-то? Восемнадцать. Да, холодновато. Наверное, у брата в хате утром ноль был. И как он выносит такой холод? Говорит, что привык. Ну, как можно к холоду привыкнуть? И скользко сегодня… вон, галка поскользнулась. Ну да, у них же когти, а не… И смешно-то как крыльями взмахнула! А голубь носом лёд долбит. Ну да, им же, бедненьким, без воды плохо, вот и… Интересно, а снег они клюют?.. вернее, пьют? Нет, наверное, на это у них мозгов не хватает, что б в клюве растопить и сглотнуть, растопить и…Тёма пришёл. Тём, обед готов, но я пока не хочу, а ты ешь. Что? Щи, курятина с кашей. Можно и наоборот.

Комп, и на чём я - от тебя? Ни-че-го-то-ты-не-помнишь! Да я-то вспомню, а вот ты, одноглазая механизьма, ни только не помнишь, но и знать не хочешь, что… Да ладно, не будем ругаться, нам же вместе творить. Ну, что ты опять хихикаешь? Хорошо, не творить, так отвечать. И что ответим Алининой? Может, просто: благодарю, мол, за отзыв, да и всё? Ну да, слишком куце… или куцо? Кстати, знаешь такое слово, заложено оно в твою эрудированную компьютерную башку? Ой-ой, не башку. Ну, ладно, не обижайся! Так заложено, али как? Нет, вроде бы. Ну, что ж, потом у Нета спрошу, а сейчас пойду на балкон и подумаю: и что б такое глубоко философское написать моей доброй поклоннице и умнице? Там воздух свеженький, морозный, может, ароматы кухни из головы выветрит и вместо них что-либо мудрое вдует… или надует?.. задует… А-а, пусть - вдует.

Ох, как же неуютно на улице! Инея нет, снега чуть-чуть, но зато гололёд!.. Вон бабуля чуть не шлёпнулась, хоть и шла-то по шагу в минуту… Может, как всегда, вначале Алининой что-то хвалебное пропеть, а потом уж поблагодарить?.. Но воздух! Обал-денный. А сколько машин развелоси-и! На моей площадке только раз, два… пять штук стоят. Это ж благодаря мне-е она есть! Когда двор-то асфальтировали, так я и подсказала рабочим, что б стоянку для машин сделали, вот теперь и… Нет, похвалю её, когда что-то её почитаю, а сейчас… Руки – в стороны. Вперед, в стороны. Раз-два, раз-два, раз-два-три. Теперь поклоны: раз, раз, раз, два. Теперь руки вверх, вниз, вверх, вниз и бедрами туда-сюда, сюда-туда. Ну ладно, хватит, морозновато что-то, надо уходить. Вон, и птицы почти все попрятались.

Итак, пишем. И сразу – быка за рога: «Галина, так ведь настоящая литература (не развлекательная) как раз и занимается тем же, что и философия, а вот «устроители жизни» (как вы пишете) философией могут и вовсе не заниматься…»
- Нет, Тём, чай не буду. Ну да, завари зеленый, если хочешь. Да нет, не в четвёртый раз та же заварка, а только во второй. Ну, и что? Вон, по телевизору говорили, что одну и ту же по несколько раз можно. Да не какой-то там особенный, а именно этот чай, английский «Ахмат». В Англии, может, и не растет, зато в колониях её бывших. Нет, всё равно не буду, а ты пей, пей.

«… у них задача другая: создавать тот самый тварный мир, о котором и пишу в своей миниатюре. А если в том мире будет уютно и философам, и тем, кто в них поверил, значит, неплохо поработали и большего от них требовать не надо».
И всё?
И всё. На сегодня хватит.
Перечитай, поправь кое-что.
Не, не буду. Пусть так, свежеиспеченным и… Только скопирую. Лети, ответик, моей далёкой читательнице! И во сколько он улетел? В двадцать пятьдесят восемь. Ой, через две минуты Александр Гордон! Обещал о нашем гражданском обществе поболтать. Побежала я, Компуша, побежала, а тебя в «Сон» окейну.

Да, Вить, слушаю. Нет, не разбудил, еще не ложилась и досматриваю передачу.
Да разбирается умная московская общественность: и что такое гражданство, и с чем его?.. Конечно, нет у нас еще гражданского, нет, выбили из нас коммунисты даже понятие это. Ладно, не заводись, не трать свои телефонные денежки на Сталина и его окр… Да, да, ты мне лучше скажи: сколько градусов у тебя в хате? Всего восемь? Хорошо, да не очень, у нас восемнадцать, и то я в двух свитерах и трех носках. Конечно, жалко, только в Италии от морозов уже больше ста… Ну да, и в Европе. Может, и конец света. Ментолом этот газ называется, он при потеплении океанской воды со дна поднимается и начинает менять погоду. Да ладно тебе об их пророчестве! Просто у этих майя на две тысячи двенадцатом году закончился тот камень, на котором они выбивали свои предсказания, а наши предсказатели и каркают: конец света, конец! Вот и надейся, что еще подержишь в руках свой роман книгой, если Люда уже в типографию его... Конечно, и мы почитаем, и дети. Ладно, пока не наступил конец света, затапливай свою печку. А котлеты мои еще не все съел? Ну, хорошо, через неделю еще пришлю. Конечно, кошки будут смотреть в глаза, им же тоже котлеток хочется. Да дай, дай им по кусочку, они ж тебя от мышей тебя охраняют. А как же, и собаке, она - от воров... Пока, спокойной ночи.

День-то как быстро увял, угас, захирел…
О дне так не гоже.
Ну хорошо, тогда захилел.
Так лучше.
Ага, так ласковей, ностальгически мило, правда? Захилел денёк, но зато все накормлены-напоены-обуты-одеты…
А вот обуты-одеты - лишнее.
Лишнее, конечно, мой придирчивый я-дружок, лишнее, а посему вычеркиваю и продолжаю: и тварная суета почти вся затихла, присмирела, улеглась…
И тебе можно опять - к Компу, да?
Ага. Давай, выходи из «режима», моя радость! И чем займемси-и? Опять грубишь. Недоспал что ли? Ну ладно, ладно, прощаю, ты же «механизьма», а не… Да не обижайся ты! Хоть и механизьма, а поумней многих биологических механизьмов, так что, давай, открывай моих коллег-графоманов, ибо сегодня сама уже графоманить не буду, а вот почитать… только на это моей головушки и хватит. «Пуск» - «Опера» - открыли, выбрали, развернули… И х-хто ж себя сегодни анонсируить? Ну и псевдонимы замелькали! Во, Непотребная Муза, Кровавая Мэри, Змееедка... Ну, что это! Совсем уж... А вот Антона Чижова почитаем. Рассказик. И название остроумное: «Аквариум для одинокого мужчины». И какой же мужчина будить плавать в ентом аквариуме?
«Это было неплохо, как в аквариуме. И думалось ни о чём. Вместо направленных мыслей и воспоминаний в сознании всплывали лишь невнятные, отрывочные картинки. Как пузыри болотного газа. Вдруг вспухнет, булькнет глухо и вонько, да и растворится, будто ничего и не было… Болотце, уютное и тёплое, в котором приятно посидеть, но двигаться лучше с оглядкой.»
Нравится мне Антон.
«Но со временем нежная нефритовая грусть переросла в плотную малахитовую тоску с тёмными прожилками отчаяния. Прожилки образовывали регулярные, не очень правильной формы круги, а они сдавливали мозг и, сужаясь, давили всё сильней и сильней».
Здорово. Длинный рассказ? Да вроде бы нет. Дочитаю, если не «сдавит мозг».

Ну, вот и дочитала. Надо теперь на балкончик… с дочитанным-то. И-и раз, и два, и-и раз, и два… а то совсем от такого чтения «малахитовая тоска» навалилась. Раз-два-раз-два… Да, стиль у Чижова! А метафоры! И как он их только придумывает? Раз-два-раз-два-три… Но тот, о ком пишет… Сколько ж таких аквариумных плывунчиков ходят в героях у авторов ПРОЗА. Ру! Хоть пруд пруди. Пьют, пьют, а потом и страдают, что их бросили. Раз-два-три… Но пишет Антон ярко, остроумно. Написать ему рецку? Но он умный, не опростоволоситься б… Кажется, подмораживает. Ой, хорошо бы, а то всё кап-да-кап, кап-да-кап! И как деревьям живётся в такую теплую зиму?
Да жарко им.
Ну да, им же вегетари…
Вегетативный период надо обязательно выстоять, а тут…
Ага, только теперь и подморозило, а то два месяца - вроде бы и зима, а вроде бы и не зима. Так, ни рыба, ни мясо.
Ну, что ты? О зиме и - так?
Ну, хорошо, пусть будет - ни то, ни сё.
Банально.
Ни солнце, ни вёдро.
Тоже банально.
А вот Антон нашёл бы как сказать.

Итак: «Антон! Пишете Вы, конечно талантливо-лихо, слог у Вас яркий, упругий, метафоричный и что здорово - остроумный. Но вот герой Ваш... Сколько же подобных - в Прозе.РУ! Кстати, вот и у совсем «свеженького» (для меня) - Сергея Сергеевича Смирнова-2 такой же рассказ. И ощущение, что век декаданса не ушел, а в самом разгаре, и ваши со Смирновым-2 герои похожи на цыплят, которые вот-вот должны пробить скорлупу, но не хотят этого делать... или не умеют?.. и все их чувства обращены только на себя, на себя любимого».
Не много ли настучала? Может, хватит?
Нет, усилю, спедалирую.
«Или: как будто бы играют они в шахматы, и люди для них - фигуры: вот пешка, которой можно и пренебречь, а вот тура, которой можно умно сходить, да и к королеве надо бы подобраться, ведь она так свободно перемещается и вот-вот поможет поставить мат королю.»
Может, спедалированное уберёшь?
Ладно, подумаю… Чай заварю и подумаю.

- Тём, на тебя чай ставить? Ну, хорошо, не на тебя, а для тебя. Так что, ставить? Зеленый или черный? (Вот человек! Всё ему равно)! Ну и что, что обоняния нет, но вкусовые-то рецепторы еще живы и вкус ветчины от дешевых сосисок вон как отличают! Вот то-то ж, хитрющие они у тебя: на мясное сразу отзываются, а на чай помалкивают. Всё, чай готов, ваша светлость. С мёдом желаете, али как? С «али как». Ну, тогда с вафелькой, что в шоколаде, хотя сладкого нам… А повадились, повадились вафельки покупать. Ну, как немного? В них, в проклятущих, почти один сахар, но вку-усные! Вот так человечество и губит себя понемногу вафельками разными, колбасками копчёными, селёдочками солеными. Кто, кто? Да Малышева со своими докторами каждый день об этом талдычат. Ну да, капусту да морковку грызли б, как зайцы, вот и жили б лет до двести. Как зачем? Ты новости всё смотрел бы, смотрел бы и смо… Конечно, не одни только, но всё же они для тебя глав… Ладно, ладно! Конечно, еще и читаешь. Ну да, да, и мно-ого читаешь, все книги наши, что на полках, почти… и уже… и даже. Может, подскажешь, куда пристроить то, что вычитали? Вот и я не… Ладно, иди опять читать, читатель мой бородатый. А я теперь не читатель, я больше писатель.

Вот и Чижову пишу:
«Короче, героям вашим совсем нет дела до людей. Да они и себя-то почти ненавидят, а поэтому нет в таких рассказах тепла, и герои их, как сосульки, - и на солнце вроде бы играют, и блестят, но чтоб неталантливому читателю можно было погреться возле них, найти утешение… Увы!»
Что ж ты напала-то на талантливого человека?
Да-а, загублю талант.
Да шучу я… но надо смягчить чем-то… как-то… зачем-то. Во!
«Заранее простите, Антон, если что - не так. Просто думаю: мир очень разнообразен и велик и всматриваться в него - одно из чудес дарованной нам жизни, а талант должен помогать этому, да и тем, кто рядом... или не рядом, чтобы однажды кто-то смог почувствовать себя (цитирую Вас) «не пескарём или задроченным сомиком, а, блин, вуалехвост(ом)».
Всё. Нормаль. Переписывать, и даже перечитывать не буду, вот только ошибки…
Опа! Лети, моя рецка!

Дорогой читатель, приглашаю на свой сайт, где кроме публикаций, много и моих фотографий http://galinasafonova-pirus.ru/fotografii1


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 185
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Повесть
Опубликовано: 02.07.2015




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1