Чтобы связаться с «Галина Сафонова-Пирус», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

Ручеёк - 5


Наверное, еще нет восьми?.. Пролёт. Уже двадцать девятого. А серость!.. Ка-ак же надоело по утрам вставать, по вечерам ложиться, вставать-ложиться-вставать-ложиться… Суета-сует и ерунда какая-то получается. Что б катился да катился себе день… или ночь? Да нет, катились бы да катились людские заботы… нет, плохо… работы-заботы… А-а, лень с утра что-то придумывать, мозг еще не разогрелся, не разбежался… а, впрочем: катилась бы жизнь без сна и не надо было спать-просыпаться-спать-про… вставать. Ладно, еще минут пять поваляюсь и-и-…

Ах, какой сон видела! Вроде бы и незамысловатый, а радость от него!.. В густой траве резвится большая и почти белая собака… борзая?.. и носится она в этой высокой и стелящейся от ветра траве… и сама как ветер!.. и то и дело подбегает к маленькому мальчику… и тот бросается к ней, виснет на шее, но тут же со смехом срывается в траву, а пес, вроде бы испугавшись, бросается прочь, но снова возвращается с лаем и снова - игра… И в этой их игре такая радость неуёмная и светлая! И нет конца этой игре…
Интересно, и почему приснилось такое, что послужило, так сказать? Может, стихотворение моего любимого автора? Как там у него? Жить тихо, смириться со всем, и не пытаться разглядеть «в тоске своей острожнойни истины людской, ни замысла Творца».
Может, и оно. Грустное, но све-етлое…

А теперь, погрустив в постельке и глядя в потолок, определю приоритеты грядущего дня… А красивый у меня потолок получился, - как изморозь узорчатая надо мною. Сама технологию придумала! Дно баночки - в густой меловой раствор и-и аккуратненько - к потолку, в раствор - к потолку, в раствор… и так – по всей комнате. Хватило ж терпения!
И сколько лет назад его хватило?.. А уже лет двенадцать, наверное, Маньке тогда годика четыре было. Сейчас уже такой узорчатой красоты не сотворила б…
Что-то отвлеклась от приоритетов. Итак…
Да, надо наконец-то в туалете наклеить светлые обои на дверцы кладовки, а то входишь и сразу - словно в забор серый упираешься, а когда наклею, то… вошёл, а перед тобой вдруг - светлая перспектива, так сказать. Конечно, ощущение секундное, но и то – дай сюда… при моём-то дефиците радости. А еще коврик с египетскими древними рисунками под ноги брошу, и тогда вглядишься в иероглифы, в профили дев египетских, включишь воображение и хоть ненадолго, но окажешься на солнечных берегах плодородного Нила. Ляпота!

Всё. Встаю. Раз-два-раз-два… Массаж ноге моей бедненькой, массаж ушам моим… а ушки у меня не бедненькие, а весёленькие, маленькие, аккуратненькие и к голове прижатые… наверное, и слышу поэтому не очень. Вон, у Вильки какие большие были, как эхолокаторы!.. поэтому от новогодних салютов и сходил с ума… И куда пропал, мой любимый Вилька? Томился в последние дни, тосковал, подвывал, - как чувствовал! - и пропал. Уж три года как… Не, лучше и не вспоминать. С утра надо положительные эмоции в себя закачивать. Эй, вы, положительные, где вы, здесь я!.. Ой, только не все сразу, не все! Пожалуй, вот с этой и начну: ах, как же вчера Бутман играл с Алексеем Уткиным «Диалоги» от барокко до наших дней! Саксофон и английский рожок. О-бал-деть! Ну, где б я такое услышала, если б ни канал «Культура»? Слава, слава каналу «Культура»!

Вот иду в ванну… Вот иду на кухню… Вот подвязываю фартук, включаю рубильник… то бишь, поднимаю ключ, которым на ночь перекрываю газ… если не забываю, зажигаю горелки, ставлю ковшик для зелёного чая - себе, для чёрного - Тёме. Пошло-поехало!.. Сегодня у нас на завтрак – каша. Четыре ложки овсянки, плюс ложка риса, плюс две – гречки, две – пшена… Не, пшена сегодня не будет. Нету пшена. Тёма забыл купить. Забывает, забывает…
Ладно, не буду о грустном, надо положительные…

Тёма зачем-то на кухню пожаловал. Пообщаться хочет?.. А об чём общаться-то? Рутина и серость… серость и рутина. Но так уж и быть, пообщаюсь. Тём, хочешь почти анекдот? Вчера сюжет видела с Вологодчины о стариках в деревнях… Да послушай, смешно было… Ну да, о стариках, но смешно… Хорошо, валяю. В дальней деревне живут… а, вернее, доживают старики, к которым только раз в неделю добирается по бездорожью «будка»… Ага, как в послевоенные годы, но привозит эта будка не только хлеб, но и продукты первой необходимости… Не, второй и третьей не привозит… Да в этом, конечно, ничего смешного нет, но слушай дальше… Нет, ты всё ж дослушай! И вот на завалинке сидит бабка и рассказывает журналисту:«Значить так… Как только будка-то приедить, бярём мы тогда по восемь буханок хлеба, оставлям его в коридоре, он там замерзам, мы его потом разрубам, отогревам и съедам». Смея-ялась весь вечер!.. А что, не смешно разве? «Замерзам, разрубам, отогревам, съедам»… Да жалко, конечно, жалко старушек, но чего ж плакать-то?.. Вот и не плачь, бабки теперь пенсии получают, не то, что мама моя в советские времена, хватает им этих денег не только на хлеб да маслице… Хатки, конечно, у них старые и ветхие, но пойми! Ведь они так срослись с ними, что отрежь от них… то бишь, пересели в чистенькую и светлую квартирку, так помрут, поди, от тоски… Конечно, конечно, ты и дня бы в них… Вот и иди, иди пока в свою чистенькую и светлую и читай там…
Нет, блин, не получилось с мужем положительных эмоций, придется еще с кем-либо, когда-либо, как-либо… потом-либо…

Фото автора.


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 99
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Миниатюра
Опубликовано: 28.05.2014




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1