Чтобы связаться с «Галина Сафонова-Пирус», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

16. И что за ривалюция такая?


А война все приближалася, иногда и разрывы глухие слышны были, но спали мы спокойно. Смолетов-то тогда не было… можить, на фронте и были, но мы не видели их и не слышали. И снова пошла я работать на фабрику. Раз бягим так-то домой... а пасмурно было, холодно!.. глядь: поляки едуть в хурмАнках своих. Едуть, плачуть! И с детьми, и старые... Ну-ка, подумай ты только: легкое ли это дело бросить свою родину, дом и уехать от немца в чужую страну? Кому ж они нужны тутова? Правда, расставляли их по хатам, но это ж и прокормиться ишшо надо им было, обуться, одеться, а тут мы и сами голодные, разуты-раздеты. Да если б дома сидеть, так и ладно, а то, бывало, пока добягишь до фабрики, так аж посинеешь вся! Отвядёть мамка на кухню… она как раз там работала, усадить за печку, посидишь, отогреешься чуть, вот тогда и пойдешь работать.

И проходила на эту фабрику до января, а когда совсем уж сильные морозы началися, мамка и говорить:
- Давай-ка белье стирать с раненых. Вон, КЫрза говорить, что дело это крепко выгодное.
И, правда, хорошо нам платили, но так много стирки было! Пойдешь, как навяжуть тебе узел!.. Двадцать штанов, двадцать носков, двадцать простыней… Особенно трудно отстирывалося белье из операционной, но его, правда, давали всем по очереди. Хорошо мы тогда зарабатывали, да и Динка уже кое-что помогала, и братец печку растопить мог, воды наносить… А всёодно трудно было. Стирать-то еще ничаво, а вот полоскать!.. У нас на Ряснике обшество ключ содержало, доски там были положены, загорожен шшытами такими был, и вот ты только подумай: другой раз зимой цельный день в этом ключе полоскаешься! Хорошо как тепло, солнечно, а то не успеешь бельё из воды выхватить, как рОчагом (замерзало и не гнулось) становилося… на морозе-то, вот вскорости руки у мамки и стали болеть от этого полосканья. Да и сушить трудно было. Как, бывало, навешаешь белья этого по всей хате!.. а потом всю ночь только и топишь печку, и дежуришь возле нее: то мамка, то я, Динка. Насушим, а потом - гладить… О-о, и сейчас этот утюг!.. Грели-то углями, так сколько раз, бывало, так угоришь от него, что еле-еле от стола отвалишься. А гладить надо было обязательно, не глаженое не принимали, и приемшык был такой мучитель! Сейчас припрёшь ношу, - разворачиваить, смотрить... а потом швы-ырюх назад! Нашвыряить кучу цельную, а ты потом и перестирывай. Ну та-акой негодяй был, такой!.. Васей звали. И пришлося бросить эту стирку.

А как-то приходить к нам подруга и говорить:
- Давай-ка, Мань, булками торговать, вон как ребяты этим промышляють!
А надо было за булками этими выезжать с санками часа в три ночи, чтобы успеть купить в пекарне и в шесть утра подвезти к солдатским баракам. И поехали мы с сестрой. Приехали к пекарне, набрали булок, повезли к проволоке... Выручка была хорошая! Да и домой принесли булочек тепленьких. Так и начали: подъедем к баракам, солдат просунить нам деньги через проволоку, а мы ему - булку. Душа веселилася!.. А раз приезжаем, а проволоки и нетути!.. Кинулися к нам солдаты да как начали булки расхватывать! Кто сунить деньги, кто - нет!
- Что ж вы это делаете! – кричу.
А один и смеется:
- Ривалюция, девки, ривалюция!
Вот и порасхватали наши булки моментом! Отошли в сторонку, начали считать убытки. Восемь булок уташшыли!.. Стоим, рассуждаем: и какая такая у них ривалюция?.. А тут как раз мальчишки наши подбегають, спрашиваю у одного:
- Семен, и что эта за ривалюция?
А он:
- Да это царя прогнали. Нет у нас больше царя*.
И тут как раз светать стало... Стало светать, значить, и мы увидели: часовых нигде нетути и ворота, что вели к баракам, открыты. Побежали к ним, а там солдаты вольно ходють и на нас никто внимания не обрашшаить… Ну, подошли к бараку, где офицеры всегда сходилися и музыка играла, а оттудова ка-ак выбегаить офицер да за барак!.. а за ним - солдаты. Догнали и стали с плеч погоны срывать. Испугалися мы!.. Динка завыла:
- Домой пошли-и!
Да развернулися и к дому... а навстречу главный начальник на тройке с бубенцами мчится... А был такой злой! Солдат порол розгами, да и мы боялися как бы и нас... И тут к нему тоже подскочили солдаты, сташшыли с кареты, стали погоны срывать. Ишшо страшней стало!

А на улицах уже солдат!.. Да и у нас в хате один сидить. Помню, бабка Кырза еще и запричитала:
- Господи! Видать, конец света пришёл, раз царя-батюшку с престола согнали. Ведь царь-то… Бог земной! Как же можно поднимать руку на Бога?
А солдат и начал объяснять:
- Зато войне конец, и теперь все равные. Итюрем больше не будет.
Пооткроють их, значить, и всех преступников повыпустють. Во как... А Кырза еще громче завыла:
- Да что ж теперича будить? И конокрадов повыпустють? Придёцца на дворе с лошадкой ночевать?
И всё ж, что войне конец, все были рады: домой, мол, возвярнутся наши родненькие! Но событие это кре-епко всех озадачило, мужики всё ходили друг к другу, толковали и никто не знал: а что дальше-то будить?

Ну, взрослым ривалюция эта заботы принесла, а нам, детям, всё ж интересно! Говорил же солдат, что тюрьму откроють и всех повыпустють, мы и пошли в город узнать: а так ли это?.. Правда, и раньше к ней бегали на арестантов смотреть, как их в церковь к обедне выводили, и вот глядишь, бывало, и думаешь: во убийцы!.. И аж страшно становилося. Особенно один запомнился: большой, черный, но красивый такой!.. и как раз мать к нему на свидание пришла ма-аленькая, горбатенькая…
А тогда много народу к тюрьме приходило и особенно перед Пасхой. Приходили и приносили с собою кто яиц, кто мяса, а богатые даже по цельному окороку свиному привозили. Да и нам мать так-то дасть хоть яиц десяток, вот и снесём… а там уже надзиратель стоить и принимаить, принимаить… Навалють всего!
Ну, пошли мы, значить, и теперя посмотреть на эту тюрьму, а ее и вправду распустили. Раньше-то, как мимо идешь, так всё-ё арестант какой рукой помашить из-за решетки, а теперь - ни-ко-го! И тюремшыков нетути. Ну, раз никого нетути, так что ж смотреть-то? Развернулися да домой бежать по заречью. Помню, ишшо и в солдатские бараки заскочили, забралися на нары...
Да бараки эти пустые тогда уже стояли, вот мы и бегали к ним. Прибяжим, залезем на нары, найдем там или корку сухую, или табаку горсть, клочки какие… Это только потом опять солдатами наполнилися, когда с год прошло, а тогда-то, после ривалюции, им еще вольно жилося, даже с войны стали убегать, если на фронте какого убить не успели. Придёть такой-то, с недельку дома посидить, сумку хлеба, картошки набьёть, да в лес. Ишшы его там!.. Помню, покос как раз начался, так соседка Мамониха всё-ё из лесу сено возить, а кто ж его там косил-то?.. Вот бабы и стали поговаривать, что это, мол, Ванька ее в лесу в будке живёть. Да и о других толковали: тот-то пришел, тот-то... и никто их тогда не хватал, в тюрьму не прятал и в Сибирь не ссылал, как при Сталине, после второй войны-то...

А кому ж и хватать было? Раньше хоть становой с ними расправлялся: как вырвется какой солдат из-под проволоки в деревню, так тот его и схватить… и ушлють потом этого солдата сразу на фронт, а какого и розгами…
О становом тебе?.. Да крепко ж нехорош был, крепко ж лютый! Так и придирался, так и придирался ко всем, даже ряжеными на Святки запретил рядиться! Раньше-то, нарядюцца бабы и мужики кто барином, кто собакой, кто ведьмой, вот и ходють по улицам, а этот становой и запретил… Раз мамка цыганкой нарядилася, и пошла с соседками по дворам. Сидим, ждем ее… и ночь уже, и темно совсем, а нашей мамки нетути и нетути! А оказалося, становой их забрал! Как начали они там выть:
- Да отпустите ж вы нас! Дети ж одни дома сидять, ишшо перепугаюцца...
Причитали, причитали... так он, наконец:
- Ну, ладно... На сегодня отпущу. Но чтоб в другой раз этого не было, чтоб не смели ходить! Под ряженым может и солдат укрыться.
Ох, и су-укин сын был! Так с плеткой и ходил, так и ходил, без неё – ни шагу.
Вот раз солдаты и решили с ним разделаться: подкараулили так-то, сташшыли с седла, привязали к лошадиному хвосту и-и сноп соломы под него. И подожгли… Ка-ак пустилася эта лошадь, как помчала!.. и разбила его. С тех пор не стало у нас станового, как раз под Рождество это и случилося.

*1917-й, февральская революция, отречение царя Никлая второго.

Будет продолжение.


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 172
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Мемуары
Опубликовано: 06.04.2014




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1