Чтобы связаться с «Галина Сафонова-Пирус», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.

12. Не отдадим чужому нашу мамку!


Прошла зима, наступила весна радостная. Тепло, зелень кругом! Бывало, бягим на работу с девчатами босичком легко, быстро! А выходили рано, часам к семи, и работали, сколько кому нужно, - натрясешь кон, другой, а потом и отдыхаешь.
Поесть с собой брали, а иногда еще и булочку какую купишь или калач за копейку, а были эти калачи хоть не из белой муки, но до чего ж вкусны! Наешься, завалишься в свой кон на папуши и поспишь… потом опять работать, а когда с работы домой бяжишь, теплых булочек еще купишь. А раз так-то прихожу домой, а у нас гости: дедушка, бабушка и дядя незнакомый молодой, красивый! Мамка встречаить меня наряженная, причесаная! Встречаить и говорить:
- Ты, Маня, пойди, умойся, да платьице почишше надень...
А я и спрашиваю:
- А кто этот дядя?
- Он, - говорить, - отцом вашим будить.
Захожу в чулан, а там уже сидить Динка с братцем и оба ревуть. Входить и мамка к нам, входить и говорить:
- Ну, как дети, будете звать этого дядю отцом?
А мы как дали в три голоса:
- Не бу-удем! Наш папка помер!
И вот так-то поглядела, поглядела на мамку, а она стоить чужа-ая!.. ну совсем не наша! И думаю: куда ж наша-то девалася?.. тёпленькая, ласковая, а эта прямо королевна какая-то!.. Вошла к нам и бабушка, запричитала:
- Что ж вы делаете, антихристы! Как же матери вашей прожить с этих пор одной-то? - А мы ишшо громче! Тогда уговаривать стала: - Ну подумайте только своей головой! Земли много, хозяин на ней нужен, да и вас к делу приучать надо, а то будете по фабрикам мыкаться. Крестьянское ли это дело по подёнкам бегать? – Нет, мы и слушать не хотим: какому-то чужому дядьке и отдать нашу мамку? - Ну, что с ними делать? - бабушка-то... и к мамке: - Не обрашшай на них внимания, дочка, поревуть-поревуть, да обойдуца.
Вошел и дедушка:
- Успокойтеся, дети. Еще ничего мы не решили, а бабушка... пусть себе поворчить да успокоицца.
Притихли чуток, а мамка с дедушкой вышли из чулана*, поговорили о чем-то, поговорили, потом вернулася, она и говорить:
- Ладно, дети. Ни за кого я не пойду.
Да обняла нас с Динкой, посадила братца на коленки, вытерли мы с Динкой слезы, носы, прижалися к ней и опять стала она такая тепленькая, такая наша!

И было это в субботу, а в воскресенье дедушка с бабушкой уезжали домой и бабушка всё еще ворчала:
- Окаянные! Отбили счастье от матери!
А дедушка рассуждал:
- По-глупому мы все это сделали. Надо было взять его в работники, поработал бы лето, дети привыкли б к нему, а уж потом и повенчалися.
А мамка:
- Нет, папаш, видать судьба моя такая весь свой век вдовой коротать.
- Ну что ж, Дуняша, - подошел дедушка к повозке, подоткнул солому с краев и сказал: - Не ты первая, не ты последняя. - И еще прибавил: - Бог отпускаить горе людям по их достоинству, и тому больше, кто вынести можить.
Сел на повозку и стал выезжать со двора. Динку с Колей взял прокатить до поворота, а я осталася с мамой. Посмотрела она вослед дедушке и заплакала...
уж очень любила его!

* Чулан – кладовка в коридоре.

Будет продолжение.
Фото автора.  


Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 148
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Повесть
Опубликовано: 03.04.2014




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1