Чтобы связаться с «Елена Волчкова», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Елена ВолчковаЕлена Волчкова
Заходила 26 дней назад

Коса и камень


Аннотация.

…На любое действие найдется противодействие. Группа беглых каторжников стремится к свободе, не гнушаясь никаких средств. Получится ли у них остаться безнаказанными?..

Вселенная – из книги «Охота за тенью». По хронологии события происходят в начале второй части, «Танцы с тенью».

***

Лес наблюдал за ними со всех сторон: тысячью глаз-звезд сверху, огоньками светлячков по бокам, и бликами на мелких лужах. Лес перешептывался, перенося сплетню о беглецах от дерева к дереву, от ветки к ветке, словно сопровождая людей, параллельно им летела стая летучих мышей.

Ночь давила на сознание, выжимала из сути человеческой ее основу: первобытный, дикий страх и желание выжить. Жить, жить, бежать чтобы жить, любой ценой…

Что это там хрустнуло? Может, замыкающий споткнулся и сломал хрупкую веточку сапогом. А может, она треснула под когтистой лапой, чей хозяин, пользуясь покровом мрака, ведет охоту на них??

Это светлячки? Правда, всего лишь светлячки!? Или сотни жадных, голодных глаз!?

-Бегом, волчья сыть! – Прикрикнул первый человек, оборачиваясь на миг. Из-за могучего плеча, покрытого грубой тканью тюремной рубашки, блеснули свирепые глаза. – Кто отстанет, того не ждут! Шевелите костями, песья кровь!

Это ветер шелестит в кронах? Или там прячутся неизвестные твари и точат на них острые зубы, почуяв живую плоть и кровь?? Вот-вот посыплются сверху, как голодные крысы, на головы и беззащитные спины…

Бегущий последним, хоть и кашлял от горящего в легких огня, прибавил шагу.

Каторжники размеренно сопели, экономя воздух. Они были уже на пределе, измотанные часами бега с перерывами на торопливую ходьбу. Закат скрылся за их спинами, казалось, каких-то пару часов… или вечность назад? Стены тюрьмы в скалах остались позади, и укрывший от погони лес с наступлением темноты перестал быть таким уютным. Он обратился одной огромной ловушкой, ощетинился сотнями когтей и зубов. Тысячью глаз со всех сторон.

Какие-то из них – настоящие. Следят за внезапными гостями, слышат предательский запах пота и страха. А впереди небо светать никак не торопится. До спасительного солнца еще бежать и бежать…

Семь человек в одинаковой одежде и типовой обуви, сражаясь с каждым шагом и каждым вдохом, продирающим горло, боролись за свободу. Их не будут преследовать до утра, пока не хватятся пропажи и не найдут двух задушенных часовых. И то, их тела по приказу предусмотрительного Ставра узники первое время тащили с собой, дабы унести подальше и оставить на трапезу местному зверью.

Умный он, этот Ставр. Не зря на воле был вожаком ганзы. Четверо из беглецов были его подчиненными еще до заточения, работали в одной банде. Они сохранили преданность главарю и получили за это долгожданную свободу вместе с ним. Пятого, вышибалу Туфа, туповатого громилу, «пригрели» уже за стеной, иногда скидывая на него часть работы. А шестой, тощий Ластер выбил себе право вступить в отряд беглецов умением обращаться с замками. Кабы не он, на них до сих пор бы брякали цепями тяжелые кандалы.

-Там… кто-то… сопит! – Полузадушенно крикнул он тем временем; заслышав тревожные звуки, паренек от страха обогнал Туфа, бегущего предпоследним. – Кто-то… за нами! Дышит!

Ставр снова обернулся на бегу. Так и есть: среди дальних светлячков, плавающих во мраке, одна пара горящих точек вела себя совсем иначе. Она рывками приближалась и отдалялась. Периодически припадая к земле, а порой замирая и подергиваясь в высшей точке, словно зверь принюхивался.

Ладонь бандита нашарила одну из железных заточек, продетых за пояс. Он сам, долгими ночами изготавливал их из украденных железных нагелей; заключенные трудились как на добыче и обработке руды, таки занимались изготовлением из нее заготовок под детали, в основном для кораблестроения.

Когда обнаглевшие глаза снова резко скакнули вперед, едва не догнав тяжело пыхтящего Туфа, сильный бросок с хрустом всадил заточку аккурат между них. Зверь не успел даже тявкнуть, когда упал на землю.

-Осади! – Приказал Ставр, и повозившись с трутом, зажег самодельный факел. В беге они не пользовались огнем; хватало света от звезд и слабого месяца, к которому привыкли глаза. Да и ни к чему привлекать к себе лишнее внимание. Но чтобы вытащить оружие из башки зверя, нужен свет.

В пляшущих отблесках пламени зубастая пасть морлока казалась особенно угрожающей, а вытянувшиеся по земле длинные лапы казалось, вот-вот оживут и взмахом когтей вскроют череп жадному Ставру – так думал Ластер, нервно потирая запястья. Но вожак деловито прижал сапогом голову животного и выдернул обратно драгоценную заточку. Он-то знал, что при свете дня такой зверь не страшнее дикой собаки.

-А ну встать, бабьё! – Зарычал он на остальных, которые пользуясь остановкой, похватались кто за дерево, кто за ветку, а кто и вовсе бессильно упал задницейна землю. – В пекле, мать вашу, отдохнёте!!

«Мы уже там» – Пронеслось в голове у Ластера. Вор с трудом шевелил ногами, поспевая за собратьями по заточению. – «Темнота, страх, и нескончаемый бег. Будто вечность. Будто мы застряли если не в пекле, то в чистилище, и будем до скончания времён бежать и бежать, спасаться от вечной погони…»

-Ты никак спишь на ходу, сопля!? – Рявкнул над самым ухом второй после Ставра, северянин Балаф.Вечный прищур хитрых глаз, сейчас плохо различимый в полутьме, ощупал его с ног до головы, словно тушку убитого оленя. – Или уже сам захотел, чтоб тебя схарчили?

И захохотал.

Как ему еще для смехавоздуха хватает?

«Ну все равно повезло, что взяли». – Бодрился парень, отыскивая внутри себя еще хоть какие-нибудь резервы. – «Сколько еще дюжих мужиков осталось, сколькие убили бы просто за шанс, а ты вот, поймал удачу за самый хвост! Пригодились и по эту сторону стены руки ловкие, эх! Только вот ноги бы им под стать. Подкашиваются, трясутся, как у подыхающего – а этим хоть бы хны! Двужильные они все, что ли…»

Бывшему вору было невдомек, почему из всех каторжников Ставр выбрал в помощники именно его. Да, воров там раз и обчелся, не каждому «везет» наткнуться на хозяина дома и неудачным ударом убить старика. Но ведь был еще Старый Хомут, был и Змей, с талантом делать отмычки вообще из чего угодно. А выбрали его. Повезло, еще как повезло…

Хотя если дать время подумать он бы понял, что ни Змей, гордый и независимый кочевник, ни тем более мудрый Хомут, не подписались бы на общее дело с шайкой Ставра.

Тем временем, вожак дал очередную отмашку на отдых. Приводя в порядок дыхание, беглецы пошли шагом по ковру из слежавшейся хвои. Деревья здесь росли по отдельности, будто сторонясь соседей, а поросли почти не было. Можно идти свободно.

Ставр то и дело поглядывал наверх, на звезды. Не из желания полюбоваться, а чтобы убедиться, что Скорпионий хвост, созвездие-ориентир на востоке, по-прежнему прямо перед ними. Потому первым преследователей увидел снова вор, тревожно оглядываясь по сторонам в страхе увидеть любое движение.

-Едрить твою! -Он едва не подпрыгнул, увидав вдалеке целое скопление глаз, ловящих отблески лунного света. И заорал, тычапальцем, будто остальные не поняли: - Там, там!! Стая целая!

-Холера. – Цыкнул зубом Балаф. – Я думал, до утра прорвемся без особых приключений.

-Никак, волкулаки? – Сонно уточнил Туф. Он всегда разговаривал так: сонно и будто бы заторможено.

-Будто кроме них погани мало. – Ставр сплюнул на землю. – Пошли. Может, увидят, что нас много, и остерегутся.

Снова торопливый шаг, со временем изматывающий не меньше бега. Снова деревья, мелькающие по бокам, снова ветви-лапы, метящие в лицо и цепляющие одежду. Ластер нарвался на куст шиповника и еле выдрался из его когтей.

-Не отстают. – Подметил Балаф негромко. Но у вора был хороший слух.

-И не нападают. – Глухо ответил Ставр. - Обожди. Может, так пройдем.

На долгие минуты, тягучие, будто застывающая смола, снова повисло молчание. Слышно было лишь топот, похрустывание хвоинокпод ногами, сопение и дальние звуки леса. Включая перетявкивание стаи, похожее на завывания лаек.

-Это не волкулаки. – Снова раздался полушёпот Балафа.

-Понял уже.

-Не пойму, кто тогда.

-Лесные цари молодняк выгуливают.

-Да ты что!?

-У них эта пора. Натаскивают на дичь. Сами кидаться не будут.

-Думаешь, нас обойдут стороной?

-Уже нет. Раз до сих пор не отстали.

До Ластера донеслись лишь обрывки разговора. К тому же вор находился в таком состоянии, когда до изможденного мозга не сразу доходил смысл услышанного. Еле передвигая ноги, жадно вдыхая прохладный воздух с привкусом ранней осени, он даже не заметил, что группа изрядно замедлила шаг. Ставр и Балаф проверяли, станут ли звери нагонять их.

И почти сразу вожак группы понял, что их уже загоняли. Растягивали стаю в длинный ряд и загибали края по бокам, чтобы сомкнуть кольцо. Медленно, не торопясь – но неотвратимо.

Лесные цари. Лесные химеры. Самые страшные звери, настолько сильные, что не боялись никого и ничего.

Ластер так и не понял, кто это сделал.

Кто-то шагнул ближе, вроде бы взял под руку, чтобы повести ослабевшего товарища – и от холодного касания металла горячий поток хлынул из артерии по рукаву. И взорвался в воздухе букетом ароматов для всех чувствительных носов на десяток верст вокруг.

-Что… - Вор опустил глаза, но его рванули за другую руку и сразу два ножа, по руке и спине, оставили новые раны.

И сразу, не дав дернуться и дать отпор или сбежать, в бедро с ходу вгрызлась заточка.

Вор с воплем упал, растянувшись на земле. Он кричал и кричал, сначала нечленораздельно – от боли – потом сыпал словами, как бусинами из порванного мешочка. Однако и вопросы, и проклятия остались без ответа. Балаф деловито, словно тряпичную куклу обыскал его и забрал комплект самодельных заточек. И не проронив ни слова, каторжники слаженным отрядом скрылись в сгустившейся темноте.

Вор напрасно продолжал проклинать их вслед и одновременно умолять вернуться.

«Они даже ничего не сказали» - Билось у него в мозгу. – «Ничего!! Мол, для этого ты был нужен, потому тебя взяли в команду, лесу нужен откуп. Хоть что-то, хоть какое-то пафосное, дешевое послесловие! Объяснение».

«А зачем?» - Трясся он в истеричном смехе, чувствуя, как кровь пропитывает ткань уже на штанах, неумолимо стекая по спине. Руки шарили в темноте, нащупывая осколки надежды на спасение. – «Я же уже труп. Зачем разговаривать с трупом!?»

Вокруг раздавался еле слышный шорох от хвои, сминаемой лапами. Под аккомпанемент предвкушающего урчания он нашарил, наконец, оброненный факел. Точнее, палку, обмотанную тряпкой. Дрожащими руками кое-как справился с трутом – у него был свой, спрятанный во внутреннем кармане.

Вспышка огня высветила десяток оскаленных морд.

Кричал он недолго.

***

<i>Сутки спустя.</i>

Мокрая тряпка шлепнулась на пол и с мерзким чавкающим звуком протащилась по доскам, подобно улитке оставляя влажный след.

Девчонка лет пятнадцати надулась как сова, а ее руки сжимали швабру так, будто это было древко глефы или алебарды. «Несправедливо» - Рассуждала она – «нечестно, я и вчера тут мыла полы! Один леший, гостей в эту пору, да в этих краях, дайте боги трех за неделю. После кого тут, скажите на милость, мыть?! Тем более, сейчас… при нём-то!?»

Она украдкой бросила взгляд на стойку, за которой ее отец, присев на высокий стул, держал в руках четыре карты. Мужчина озадаченно хмурил брови, прикидывая, что с таким раскладом можно сделать. Братишка, мелкий поганец, вился тут же, заглядывая в карты то ему, то гостю.

Гость сидел по эту сторону стойки, вытянув и скрестив в лодыжках длинные ноги. Он вообще, в отличие от отца с плечищами медведя, был весь из себя стройный и ладный: вольная осанка, гордый профиль, длинные пальцы, держащие карты с легкой небрежностью. Темные волосы хоть и вьются, но не торчат бараньими кудряшками… как вот, у неё.

Вздохнув, Рияна продолжила возить тряпкой по доскам, проклиная эту кормильню. Вот с таким бы красавцем да в ином месте встретиться. За работой над цветами, или вообще на какой-нибудь ярмарке. Прихорошиться, волосы красивой косой уложить, руки с ногтями от огородной грязи отмыть, в конце концов! А тут и удивляться нечего, что в ее сторону гость не смотрел ни разу. Кому такая, скрюченная со шваброй замухрышка в платье да косынке рабочей, понравиться может!?

Еще раз вздохнув, она сосредоточилась на отскребании мутного пятна, но мысли быстро упорхнули вдаль.

Вот однажды ведь должен прийти сюда ее суженый… И судьба сама на него перстом укажет, и все ладно подгадает: будет тогда и Риянка собой хороша, и весна будет сладко цвести, и мерзкий брат под ногами путаться не будет… Все же, не в глуши живем. Какая-никакая, а дорога.

Глядишь, как отец говорит, проложат на север путь через леса, товары возить напрямки. Оживет и их дорога в горы, забурлит как река по весне. Наполнится гостями кормильня, станут сюда заглядывать не только путники угрюмые, а молодые господа, да добрые парни. И среди них обязательно, вот прям зуб дать, будет и ее суженый… Да не один еще, быть может! Еще выбирать придется!..

-Рияшка-барашка, опять уснула!? – Обрадованно заверещал братец. Ему только повод дай, засранцу мелкому, подколоть ее. Ни шагу не дает пройти, покоя от него прямо нет!

Девочка поняла, что трет не пятно, а древесный узор на досках.

-Заснула-заснула, опять ворон считала!! – Прыгал мальчишка.

-Мален. – Строго покосился отец. – Не задирай сестру.

-Пусть-пусть, я повод накоплю, а потом все уши разом оборву ему! – Буркнула Рияна, окуная тряпку в еле теплую воду в ведре. Вот наверняка этот гость именно сейчас на нее и смотрит: когда руки в обмылках по локоть!

-Повезло, что мне мой брат в детстве уши не оборвал. – Усмехнулся гость, выкладывая на стол очередную карту.

-И ты младшим в семье был? – С интересом вскочил Мален. Он и его сестра уставились на гостя разными взглядами: «Он такой же, как и я!» и «И ты в детстве таким же был крысенышем!?»

-Был. – Ровно отозвался тот. И добавил уже их отцу: - Тройка.

Разочарованно цыкнув, мужчина опустил карты. Впрочем, не очень расстроившись: они все равно играли ради развлечения.

-Еще партию? – С надеждой спросил он.

Гость засомневался.

-Я ведь только ненадолго собирался остановиться...

-Что, в ночь пойдешь!? – Изумился мальчишка сбоку.

-Да нет, наверное. Передохну, да в путь уже с утра.

-Дело срочное? – Поинтересовался хозяин кормильни, втихомолку перетасовавший карты и раскладывающий партию заново.

-Да. Спешу. – Вздохнул гость, от которого не укрылись действия отца семейства.

С кухни высунулся старший сын, Нелет. После пропажи матери именно ему довелось заниматься готовкой. Хромая нога не позволяла другой тяжелой работы.

-Па, жаркое вниз убирать?

-Может, все-таки отужинаете? Ведь сами говорили, почти сутки в дороге. – Обратился хозяин к гостю. Тот покачал головой.

-Благодарю. Я, правда, не голоден. Кваса достаточно.

-Тогда убирай. – Распорядился отец. – А как вас, напомните, звать?

-Винич. – Уклончиво ответил тот. Наверное, не свое имя назвал, а имя семьи.

-Так, насчет партии как, господин Винич?

-Ну, только одну. – Уступил гость с вежливой улыбкой.

Сбоку подкрался разошедшийся Мален: как и всему семейству, ему было любопытно пообщаться с новым лицом, которое к тому же само было не против поговорить.

-А я учу язык жестов! – Заговорщицки поведал он.

Ему удалось привлечь внимание. Гость вскинул бровь.

-Интересно. А зачем?

-Охотником хочу стать. – Разулыбался мальчишка.

Собеседник удивился.

-Охотником? В смысле, орденским? Ну, на нечисть охотиться?

Мальчик опешил. Такое ему и в голову не приходило. В их стране мало слышали об этих, особых охотниках. В Эльвии с их работой справлялись местные маги.

-Не-е. Обычным. Следопытом. Мне папа и лук обещался сделать! А жесты у нас все следопыты знают, чтобы значит, в лесу голосом дичь не спугнуть. Вот! А ты знаешь?

-Немного.

-Ух ты! А что знаешь?

-Слово «отвали» знаешь, как показывают? – Проворчала Рияна уже от другой стены. Поняв, что от уборки ей не отделаться, она быстро шуршала тряпкой, торопясь закончить с этим неприятным делом.

Гость с улыбкой втихомолку показал жест «Сердиться». Мол, сердитая она у вас.

Мальчишка с удовольствием закивал.

-А знаете, как показать «Лиса»?

-Э… нет.

-А «Фазан»?

Гость в задумчивости нахмурился.

-Разве не общим жестом «птица»?

-Не. У наших охотников для каждой дичи знак свой. – Вздохнул Мален. – Ладно. У кого другого спрошу.

-Тупик. – Объявил гость, открывая карты в капитуляции. В принципе, продолжить игру можно было, если извернуться хитрым способом. Но хозяин понял желание усталого постояльца отдохнуть и кивнул, собирая карты.

-Спасибо вам, уж уважили! Из моих никто к картам пристрастия не имеет. Оно и к лучшему, да вот только вечерами скучно мне, тянет иногда. Вот, хоть с вами правила вспомнил. – Улыбнулся он. – Рина, покажи господину там, где гостить!

Путник встал, поблагодарив за прием. Хотя кроме кружки кваса, и то почти нетронутой, да двух партий в карты, ничего не получал. Подобрал пару дорожных сумок и накинув куртку, вышел наружу вслед за повеселевшей Рияной.

Кормильня приткнулась к самому тракту: зал, кухня, кладовая изадняя дверь, что выводила на хозяйственные постройки с загородками и сараями. На втором этаже была вроде, какая-то лавка, сейчас закрытая. В стороне, через широкий двор, расположилось жилоя строение в два этажа: верхний для гостей. Между ним и загородками был еще один, совсем крохотный домик; очевидно, там хозяева планировали жить, если постояльцам потребуются оба этажа. Но поток путников был довольно скуден, и домик оставался нежилым.

-Мы там сундуки со старьем складываем. – Поведала девчушка.

-Отец ваш сам строился? – Путник с явным одобрением осматривал дом.

-Ага! – Польщенно подтвердила Рияна. – Папа, он такой, все сам! Из дружины ему хотели помочь, за заслуги старые, да только он сказал, мол, свой дом своими руками и делать! Так-то вот.

-Повезло вам с ним. – Кивнул гость. О матери не спрашивал: и так понятно.

Помедлив, девочка последовала за ним.

-Провожу вас, пожалуй.

-Да вроде, не заблужусь. – Отшутился гость. Но девочка, хоть и косилась на него с толикой мечтательности, слишком больших глупостей в голове не держала.

-Скажите… А вот ваше дело, спешное которое…

-Ну?

-Вы ищете пропавшую любовь? – Мечтательно спросила она. – Угадала я?

Постоялец с удивлением поднял глаза. Впрочем, задумавшись, ответил вроде бы, честно:

-Вообще, совсем по другому поводу. Но- Он хитро улыбнулсяв пустоту. – Как получится.

-Это как так? Сами еще не знаете?

-Не знаю. И рассказывать не буду, уж извини.

-Спугнуть боитесь. – С понятливым видом закивала она. – А не знаете, как на картах нагадать? Мне бы научиться, как маме…

-Нет. И не советую.

-Отчего?

-Дурное нагадаешь и спать спокойно не будешь. Лучше уж жить как живется. И самому судьбу себе делать.

-Ладно… Доброй ночи вам. – Рияна кивнула на наружную лестницу.

-Которая комната?

-Да любая. Они снаружи не закрыты.

Девочка обнаружила, что все еще держит в руках ведро, которое собиралась вылить. Э, опять в облаках разлеталась да о земле позабыла. Считательница ворон – правильно ее дразнил братец.

-За тобой когда-нибудь придут. – Словно прочитав ее мысли, сверху сказал постоялец. Она удивленно подняла голову. Гость ободряюще улыбнулся.

-Всему свое время. Ты жди его, главное. Он уже сейчас где-то есть.

Воодушевленная девочка уставилась в темноту, прижав одну руку к груди. А ведь и правда! Есть где-то ее суженый, по свету бродит, этим же воздухом дышит, на то же небо глядит… Почему-то эта мысль очень воодушевила.

Поблагодарить за слово доброе – да куда там, постоялец уже дверь закрыл. Ну, ладно.

Рисуя в уме облик будущего суженого, который все меньше и меньше походил на темноволосого гостя, она, мурлыча песенку под нос, направилась к канаве. Выплеснула обмылки и едва ли не вприпрыжку направилась обратно в кормильню. Погладила здоровенного пса Войку, с сонным видом выбравшегося из будки. И вошла внутрь.

Не зная, что привлекла внимание чужих взглядов из леса.

***

Девчушка некоторое время хлопотала в кладовой; на утро надо подготовить продукты. И для своей семьи, и гостю. Ведь с утра-то он наверняка от завтрака не откажется. И вообще, отец давно говорил, что здесь надо прибраться. А раз не спится можно занять себя делом, пока мечтательные мысли порхают где-то высоко.

Выйдя в зал она едва не споткнулась, напоровшись на взгляд внезапного незнакомца, сидящего за столом. Он был не один: заслышав шаги, обернулся и его сосед, устремив на девушку холодный, почти змеиный взгляд.

-О! Дочурка твоя? – С нарочитой небрежностью спросил первый.

Ее отец сидел уже по ту сторону стойки, ближе к гостям. Правда, не похоже, чтобы ему так понравилось их общество. Скорее, он хотел видеть каждое их действие.

-Да. – Кратко ответил хозяин и спокойно продолжил: - Жаркое оставалось. И суп по семейному рецепту. Из питья квас, пива немного, да мараш можем приготовить.

-Нам из еды всего да побольше. – Вроде как, вежливо улыбнулся первый в густые темные усы. Второй, сверкающий лысым черепом, так и продолжал изучать взглядом настороженно замершую девушку.

-Ринка, передай Нелету на кухне. – Приказал отец. – И помоги там, чем надо.

Уже за спиной она слышала показавшийся странным разговор.

-А как звать нам тебя, кормилец?

-Галатом звать. Из питья что будете?

И уже на кухне поняла, что в беседе было странного: тона. Не слова. Оба собеседника казались спокойными, даже равнодушными, но оба очень внимательно следили друг за другом.

-Думаешь, плохие люди? – Тихо спросил Нелет, выглядывая в зал через приоткрытую дверь. Сестра торопливо нарезала копчености к супу: их клали перед самой подачей. Отвлекшись на вопрос, она едва не отрезала палец.

-Ой!

-Дай сюда. Я сам дорежу.

Брат непреклонно отнял нож.

-Они с гор, наверное. – Тихо предположил он. – Одежда не по ним сидит, или купили задёшево, или в приюте одолжили. Тот, с усами, какой-то начальник. Держится по-особому. А лысый – пустынник наверняка. Кожа темная, на пальцах вместо колец татуировки…

-Да какая разница, кто там они. – Оборвала сестра. – Не наше то дело. Лишь бы отужинали, да спокойно спать ушли.

-В том и дело, Ришка. Не похожи они на спокойных постояльцев. Ты это, когда пива спросят, разбавь его квасом обязательно. Чтоб не подурнели.

Он резко обернулся в сторону задней двери.

-Что такое? – Она едва не подскочила от неожиданности.

-Слышала?

-Что слышала?

-Ходит кто-то.

Рияна убрала волосы за уши, чтобы не мешали. Но все равно ничего не услышала. Кроме разговора в зале. Слов не различить, но тона, вроде бы, спокойные.

-Березка, наверное, отвязалась. – Предположила она. – Остальные козы в загоне спят, а эта девица горная вечно перелезет через забор и пасется под окнами. Э, да она сейчас до клумбы доберется!

-Я схожу. Меня она не боится. Ты вот, отнеси им поесть пока. – Брат скинул на стул полотенце и прихрамывая, вышел за дверь.

Она подняла здоровенный поднос, уставленный чашками, и толкнув спиной дверь, вышла в зал.

-О! Горяченькое! – Обрадовался усач. – Давай его быстрей сюда!

-А у нас еще пирожки есть! – Добавил вездесущий Мален, который без спроса уселся с ними рядом, жуя упомянутый пирожок. – С печенкой гусиной!

-Сойдет. И это неси, девица! Заплатить у нас есть чем. – Усмехнулся он, выкладывая на стол туго набитый кошелек. Ей показалось забавным, что у такого брутального мужика кошелек расшит алой нитью, будто женский. Может, супруга вышила? Оберег там какой-нибудь…

-Сейчас буду. – Пообещала она и скрылась на кухне. Там ее встретил лишь булькающий казан с жарким. Брат еще не вернулся.

-Нелет! – Робко позвала она, высунувшись в заднюю дверь. – Ты где там? Помочь тебе?

Ответа не было. Небось, хитрая коза почуяла неладное и решила устроить догонялки. Ничего, сейчас пирожки отнесу и помогу ему – решила она, складывая их в плетеную корзинку для хлеба.

-Где Нелет? – Поинтересовался отец, когда она снова подошла к столу.

-Козу пошел ловить. Говорила я, ее привязывать надо… - Отстраненно отозвалась его дочь. Убедившись, что гостям пока ничего не надо и они молча, жадно накинулись на еду, она собралась уходить.

С улицы послышалось… что-то похожее на треск. Будто кто-то сломал ветку. Или доску. К примеру, в заборе.

Гулким басом залаял Войко, судя по надрыву до предела натянув цепь. Галат успел ещё подумать что на ночь пса надо отпустить, как тот громко взвизгнул и тут же замолк. А следом донеслось тихое ворчание.

-Это еще что? – Галат выпрямился, настороженно уставившись в окно. Рияна замерла, ощутив как сердце заколотилось кажется, в самом горле.

-Это… звери? - Прошептала она. – Нелет же там, во дворе…

Хозяин одним движением встал, завернул за стойку и достал оттуда с полок двухзарядный арбалет.

-Ого. – Отреагировали гости, вдвоем уставившись на грозное оружие. Древки болтов были из древесины светлого, почти белого цвета, в которой легко угадывалась осина. – У вас тут что, нежить шастает?

-Нежить, нечисть… всякая тварь. – Отозвался Галат, быстрым шагом устремляясь к выходу. – Тут сидите. Я сейчас вернусь.

Рияна присела на его стул, стараясь унять дрожащие руки. На ее памяти всякое зверье часто лазало к ним в надежде поживиться. Поголовье коз сокращали пару раз. Но в основном защищал высокий забор, амулеты по углам участка, вкопанные в землю, да крепкие двери. На крайний случай особо наглых отстреливал отец, чья меткость нисколько не снизилась со времени службы. А у Нелета всегда с собой нож, тоже на всякий случай.

Да и нечисть тут водилась пугливая, слабая. Лишь в пору крайнего голода нападали на живность. А сейчас начало осени, в лесу еды полно…

Но мысленные успокоения не сработали. Предчувствие беды не отпускало, словно маленького зверька, почуявшего наступление грозы.

-И как вы тут одни живете? – Поцокал языком усатый. – Поди, в каждом углу оружие лежит?

-Ага. – Кивнула она, хотя с каждым углом посетитель сильно преувеличил.

-Ну, правильно, правильно. Вдруг нашествие с гор пойдет, или люди заявятся недобрые…

Оба переглянувшись, хохотнули.

-А лет тебе сколько, красавица? – Прищурился лысый. Она опомнилась, заметив что они больно уж веселы и расслаблены. Казалось бы, неведомо что за окнами творится, хозяин с оружием убежал, а они сидят себе, как ни в чём ни бывало.

-Пятнадцать полных. – Неохотно ответила она.

-Поди, от женихов отбоя нет? Вместе со зверями их отец от забора гоняет?

Оба снова рассмеялась. Ей показалось, что она говорит с волками, которых какой-нибудь колдун превратил в людей.

-Да. – Не зная отчего, соврала она. – Один посватался, сын купца. Выкуп за невесту сулит хороший, по традиции. Отец уже и согласие дал; у купца хорошие связи.

-Это дело. – Одобрительно хмыкнул усатый «волк», разламывая пирожок. Выкусил сердцевину с начинкой и по-свински бросил остатки на пол.

Мален, который хвала богам, не стал верещать про вранье сестры, обратил внимание именно на это.

-Вы чего, там же все вкусное! Пирожки что ли, есть не умеете?

-Мален, не умничай. – Приказала сестра.

-Рияшка козья какашка! – Он показал ей язык.

-Ах ты! – Она замахнулась полотенцем, схватив его со стойки. Но братец успел отскочить в сторону, откуда снова принялся корчить рожицы.

-Все отцу расскажу! – Бессильно пригрозила она.

-Ябеда-корябеда, язык как помело!

-Принеси нам лучше пива, девица. – Забавляясь, распорядился усатый. Девица фыркнула в сторону брата и ушла на кухню. – А ты, малец – Обратился мужчина к Малену. – Отвыкай. Будешь так общаться с женщинами, сам неженатым останешься.

-Да какая женщина, она ж сестра! – Тот надул губу, усаживаясь обратно, и без спроса схватил еще пирожок.

-Ошибаешься, малец. Еще какая женщина…

А сестра едва не позабыла совет Нелета: разбавить пиво. Что-то долго их с отцом нет! И звука с улицы тоже ни единого. Надо бы хоть выглянуть. Вдруг чего…

Она спешно вынесла пиво, расставила кружки. Убрала поднос на стойку.

-Я сейчас гляну, что там на улице. – Бросила она.

Лысый навязчиво поймал ее за руку.

-Да ты куда? Или думаешь, много будет от тебя там помощи? Подожди тут с нами, никуда папка твой не денется.

-Я все-таки гляну.

-Да ты не ерзай, в самом деле! – Он показал в ухмылке плохие зубы.

Она занервничала и выдернула ладонь. Постаралась улыбнуться, чтобы гости не обиделись и не разозлились. Да, отца надо позвать обязательно, это явно неспокойные посетители…

-Я на минуточку.

Но не успела обогнуть усача и обойти его: в стойку прямо перед ней впился стальной стержень, уйдя в древесину на целых пол-ладони.

Она обернулась. Усач держал в руке нож. В его взгляде было нечто… другое, хищное, какое-то звериное. Что-то такое злое, от чего кровь застыла в жилах.

-А… разве я давала вам нож? – Спросила она, чувствуя, как улыбка на лице застыла, как приклеенная.

-Сядь! – Приказал он. И его тон не сулил никому из них ничего хорошего. Ноги подкосились сами, бросив ее на ближайший стул.

Братишка продолжал ерзать к ней спиной, поедал пирожок и даже не понял, что творится неладное.

-Руки на колени положи. Говори, кто тут еще кроме вас. Кто гостит.

-Я… - Дрожащим голосом начала она. – Братец м-мой старший, Нелет, он хромой, ходит плохо совсем, его в детстве телега переехала да кость перебила…

-Зубы не заговаривай. – Он в ухмылке обнажил оные. – Продолжай, кто еще есть.

Он протянул руку и похлопал Малена по голове, как собаку. Близость ребенка и этих страшных, огрубевших рук, бросила ее в холод. А уж следы на запястье под сползшим рукавом и вовсе обездвижили перепуганную девочку. Следы от колодок. От тюремных колодок…

-Папа мой, ну вы знаете, на улицу вышел… - Под тяжелым, пристальным взглядом она чувствовала себя замирающей мышью. – И Мален. Братишка младшенький. Вчетвером мы живем.

-Постояльцы есть? – Въедливо уточнил беглый каторжник. В том, что к ним явились именно беглые, сомнений не оставалось. Вот почему одежда не по размеру. Они уже кого-то ограбили.

Девушка запнулась.

В этот момент Мален, начав что-то говорить с набитым ртом, запнулся. Согнувшись, он надрывно закашлял, пытаясь вдохнуть.

Она не задумываясь, слетела со стула. Благо, волки были не против, снисходительно глядя на задыхавшегося пацана. Она ударила Малена кулаком по спине. Еще раз. Не помогает! Тот все равно кашлял и хватался за горло с выпученными от страха глазами.

-Надо на живот надавить. – С ленцой посоветовал лысый.

-Хочешь, я ножом помогу? – Поинтересовался усач, прокрутив стальной проблеск между пальцами.

Мален начал сползать на пол. Она схватила его руками поперек живота и в этом же положении надавила. Братишка продолжал надрывно кашлять, а его лицо наливалось синевой.

Она в панике надавила снова, и тут высшие силы смиловались. Малька выплюнул на пол недожеванный кусочек.

-Па-паааа! – Завыл он испуганно. Но она не собиралась терять времени. Сестра перехватила его крепче и рванулась вперед, к двери на улицу. Бежать! Бежать!!

Дверь медленно открывалась.

-Папа!! – Закричала она. – Папа, они…

Договорить она не успела. Первый же вошедший ударом наотмашь опрокинул ее на пол.

***

Новые люди вошли, будто к себе домой. Светловолосый северянин громогласно обрадовался возможности наконец-то нормально пожрать. Двое деловито, будто мешок, втащили внутрь тело Галата.

-Папа! – Сиплым шепотом позвала Рияна, которую держали сзади за руки и не давали дернуться. Отец не отозвался. Его, окровавленного и избитого, оттащили в угол, где оставили со связанными руками. Мудрено связанными, локоть к запястью – не вырваться. Но если связали, значит же, жив?

Она пристально вглядывалась, пока не заметила, что он еще дышит.

Мален в ужасе попытался убежать. Северянин грубым ударом отшвырнул его от двери. Схватил за воротник и оттащил к Галату, где швырнул на пол.

-Сиди да следи, чтобы не помер!

Мальчик вцепился в отцовскую руку. Сначала бездумно, по привычке ища защиты. Потом нашел пульс, бившийся ниткой на запястье, да так и замер, про себя умоляя папу, чтобы тот их не бросал. Куда делся Нелет, он даже спросить боялся.

-Балаф, там на кухне еще полно жратвы, тащите сюда! – Распорядился усатый. – После нашей баланды – пища богов!

Мужики захохотали, будто он сказал что-то невероятно смешное.

Рияну пока не связывали. Северянин, усадив ее прямо на стол, забавлялся с маленьким ножом, водя его лезвием по шее и спускаясь к груди. Им же потянулся к коленям и задрал юбку под одобрительные комментарии остальных. Девчушка могла лишь отвернуть голову и хотя бы не видеть его действий.

-Мален, отвернись! – Отрывисто бросила она. Сестра дрожала, как осиновый лист, а лицо беспомощно кривилось от страха, но помощи ждать было неоткуда.

Мальчик оторопело уставился на нее.

-Отвернись, я сказала, крысиная ты задница! – Выдавила она. Мален послушался. Он уткнулся лицом в отцовский рукав у локтя и почти не слышал треск разрезаемой ткани, приглушенные всхлипывания сестры и смешки остальных мужчин.

-Обождите отдыхать, еще гостевые комнаты осмотреть надобно! – Жестко постановил усач, судя по гулкому голосу. – Ритан, Туф, берите пацана для подстраховки.

Рияна открыла глаза. Не глядя на свое платье, уставилась на вожака. Замысел был прост: если кого-то (точнее, кое-кого) все же найдут, то будут угрожать не ему, а брату. Ребенок – лучший заложник.

-Не надо… Оставьте его! Я с вами пойду!

Не слушая ее, здоровенный каторжник, похожий на медведя, подхватил Малена и вышел с ним за двери. Еще один, тоже светловолосый, со шрамом на щеке, поспешил за ним.

-Нет, девица. Ты здесь пригодишься. – Сально ухмыльнулся Ставр. И встав, пошел в ее сторону.

***

Нелет лежал за углом кормильни у загона, неподвижно и с надетым на голову мешком. Младший рванулся к нему, на что получил болезненный удар.

-А ну не рыпаться, хорёк! Отдыхает братец твой, нечего его трогать.

Вконец перепуганный мальчик лишь у входа вспомнил про гостя, который ушел спать еще вечером. Вспомнил, но окрикнуть побоялся. Здоровяк, легко удерживая его одной рукой как скрученный коврик, не убирал от шеи нож. Так что Малену оставалось молча смотреть, как они открывают двери на первый этаж.

Его опустили на пол, одной рукой удерживая за воротник, и мальчик открывал им двери, зажигая свет. Светильники у отца были дорогие, магические: две нанизанные на деревянный крюк бусины. По крюку они ходили свободно, если соединить – загорались ярким желтым светом. Чтобы погасить, нужно было всего лишь поднять верхнюю бусину, откуда она сама по себе не соскальзывала.

Он надеялся, что действия каторжников разбудят гостя, тот поймет все и сбежит. Хотя бы он сбежит, раз они не успели… а может, и помощь позовет. До деревни всего два-три часа пути. Но предусмотрительные беглецы вели себя очень тихо, так что даже кошку не разбудили бы, пройдясь перед самым ее носом.

Комнаты осматривали так же тихо, пока не проводя обыска в поисках ценностей. Убеждались, что людей тут нет, и шли дальше. Так же тихо поднялись по лестнице наверх. Хоть бы одна ступенечка скрипнула – но отец строил на совесть, все было идеально подогнано.

Мальчишка с замиранием сердца зажег светильник в первой гостевой комнате. Она была пуста. Простенькая койка у стены, две тумбочки: у окна и у двери. Нетронутое покрывало.

Во второй комнате движение пальцев высветило гостя, стоящего у скомканной постели с настороженным видом, будто только что с нее вскочил. Он на миг прищурился от ударившего по глазам света.

Туф моментально сориентировался и подхватив мальчика, приставил лезвие к его горлу.

-А ну замри, паскуда! Или я тебя его кровью искупаю!

Мален видел, как взгляд гостя быстро метнулся по ним, за один миг оценивая подготовку, телосложение, оружие, расположение в комнате… На один миг его взгляд был острым, цепким. Но на миг. Потом это исчезло.

Путник неуверенно поднял руки.

-Вы… разбойники? – Предположил он.

-Ага! – Хохотнул тот, что был помечен шрамом. – Самые настоящие. Приготовься, тебя будут грабить.

-А что это у вас за следы на руке? – Вроде как озадачился гость. Меченый не задумавшись, отвел рукав и обнажил следы от каторжных колодок. И опомнившись, сплюнул.

-На эльфийке женился, да браслеты носить надоело. Не видно, что ли? Закрой пасть!

-У меня богатая родня. – Робко заявил путник. – За меня могут дать выкуп. Хороший выкуп, золотом. Вы только не трогайте меня.

-Золотом? – Ободрился второй. – Но выкуп это не то, ждать долго. А с собой есть что, городская морда?

-Берите все деньги, что найдете. – Вежливо предложил гость. Мален зажмурился, изо всех сил держась, чтобы не захныкать. Он понимал, что любой лишний звук может привести к боли. А то и хуже.

Онслышал, как второй бандит встряхивает сумку гостя, выбрасывая содержимое на пол. Роется, восклицает обрадовано:

-Кошелек! Не врешь, значит? И вещички неплохие. Туф, может и в самом деле выкуп взять? Хороша же идея, будет с чем пожить, да покутить.

-Ставру сказать надобно. – Пробасил Туф над головой у мальчишки. Тот стоял смирно и здоровяк пока что поставил его на тумбочку у двери. Впрочем, Мален уже понял, что неповоротливость и медлительность этого громилы так же обманчива, как у медведя. Охотники и следопыты рассказывали: идет себе переваливается, а как надобно ему, так человека без труда догонит и обгонит. И нигде спасенья от него нет.

Мальчик решился приоткрыть глаза. Меченый, откинув в сторону куртку со стула, обнаружил небольшой фигурный футляр.

-Оба-на! А это что за шхурня?

-Скрипка. – Напряженно ответил гость. Ему явно не нравилось внимание к инструменту. А разбойник запыхтел, пытаясь открыть замок.

-Ты гляди, крепкий, зараза… Туф, а скрипка же редкая? Дорого стоит, а? Жалко если сгорит?

Туф не ответил. Он сам размышлял над тем, что поутру они собираются сжечь все дотла, заметая следы и скрипку, наверное, и вправду будет жалко оставлять…

Слабое покашливание.

Мален поднял глаза и понял, что гость пристально смотрит на него. Поймав взгляд, он указал глазами на свою левую поднятую руку.

Его пальцы сложились… в жест. Как же его… Мален точно знал этот жест, просто от страха позабыл, он даже мамочкино лицо чуть не позабыл, но что же за жест…

Еще раз. Согнутый указательный палец и резкое, перечёркивающее движение ладонью.

«Убрать».

Мальчик еле заметно кивнул.

Туф бдительно обернулся в его сторону, но заложник оставался неподвижным, даже глаза зажмурил. Приоткрыв их на щёлочку, из под ресниц убедился, что здоровяк опять смотрит на товарища. А тот все возится с футляром.

Новый жест. Согнутый мизинец с указательным, после чего сжимается весь кулак, а указательный палец очерчивает кружок. Этот жест Мален вспомнил легко.

«Солнце». Или же просто «свет».

«Убери свет».

Мален мог слышать, как колотится внутри его сердце. Прямо таки ходуном ходит, сотрясая ребра, будто вот-вот выскочит. Даже пошевелиться, даже моргнуть было невозможно.

Гость продолжал смотреть на него, пока рядом пытались раскурочить его скрипку, стуча футляром о пол.

Мален решился. Он прыгнул к двери, мазнув рукой по стене и сбивая светильник. И на всех упала кромешная темнота.

Рядом грохнул в стену Туф, пытаясь поймать заложника. Но Мален уже упал на пол и кубарем укатился в коридор.

-Режь его, Ритан! – Рявкнул Туф. И озадаченно замолк. Потому что вместо ругательства или ответа Ритан лишь сдавленно захрипел.

Туф размахнулся в темноту, в сторону гостя. Самодельная палица встретила лишь воздух. А хрипение напарника сменилось хлюпающим бульканьем, будто тот решил прополоскать горло… чем!?

Здоровяк рванулся к стене, нашаривая светильник. Тишина стала совсем уж оглушительной, когда он наконец-то смог активировать кристаллы.

Окровавленное тело Ритана упало на пол к его ногам. Голова под немыслимым углом откинулась в сторону, держась лишь на обрывках, алые брызги крови били из артерий во все стороны. И та же кровь сплошь покрывала руки гостя, стоящего посреди комнаты, и его рот, и левую щеку…

На месте мускулистого здоровяка остался лишь маленький Туф. Маленькому Туфу, от рождения Лемешу, бабушки рассказывали легенды о чудовищах, живущих по ту сторону гор. Чудовища эти ходят в ночи и поедают людей, прикидываясь такими же людьми. Они ходят как они – рассказывали ему при свете лучины – они выглядят и говорят как мы, они вылитые мы – но они нападут и съедят тебя, если останешься с ними в темноте.

Кошмар ожил.

Кошмар поднял руку и медленно вытер кровь со своей нижней челюсти.

Туф развернулся и выбежал в коридор, едва не раздавив Малена, прижатого спиной к открытой двери.

Гость стремительно рванулся за ним. Пару раз всего коснувшись пола, он пронесся мимо мальчика. Легко, будто по пригорку, взбежал по стене и обрушился на громилу сверху, с грохотом опрокинув того на пол. Мален не видел стремительного движения рук; гость просто встал, а тело Туфа осталось лежать неподвижной грудой.

-Мален? Сколько здесь каторжников?

Мальчик сморгнул. Перевел взгляд на гостя. Бояться его или нет, он еще не понял. Нормальный вроде человек, тот же что с ним в кормильне разговаривал, да улыбался. Такие же ямочки на щеках показывал, что и у него. Вон, ямочки и сейчас можно угадать. Выходит, это все тот же человек? А почему он тогда…

Не в силах осмысливать что-то, Мален поднял руку и показал четыре пальца. Потом посмотрел на Туфа, на тело в комнате и показал еще два пальца, а потом чиркнул по горлу.

-Четверо еще живы. – Понятливо кивнул гость. – Где остальные? Твоя сестра, брат, отец?

Мален опомнился, осознав, что Риянка осталась с теми, куда более страшными разбойниками. И внезапно для самого себя заревел. Так горько, как давно уже не ревел, с самого дня как мама ушла и не вернулась. Потому что понял, что от таких как эти нелюди, Риянка тоже не вернется. Он не знал, кто такие бандиты, не знал о насилии, однако нутром понял: сестренке и Нелету, и папе их, всем теперь конец.

…Гость куда-то его нес, прикрывая голову курткой, и что-то приглушенно приговаривал. Утешал, наверное. Мальчик быстро выдохся и тихо всхлипывал, снова боясь выдать лишний звук. Кругом царила темнота, изредка разбавляемая хаотичными штрихами. Очертания какой-то мебели, дверной проем…

Гость активировал светильник. Они были на первом этаже и окна здесь выходили на лес, не видимые из кормильни.

-Мален, ты хорошо знаешь этот дом?

Мальчишка кивнул.

-А ты… Ришку… спасешь? – Сдавленно прошептал он. Не про отца спросил, не брата – про Риянку противную. На маму так похожую, до тошноты. Он ведь потому ненавидел космы эти ее, что маму напоминала, но мамой не была, только душу бередила, а тут вот – ее может, и нету уже. Как мамы.

Мален сжался в комок, снова готовясь зареветь.

-Тише! – Осадил его гость. – Спрячься, Мален. Спрячься так, чтобы никто не догадался, никто не нашел. И сиди без звука, без писка единого, что бы ни слышал. Понял меня?

Четкое указание сработало, как и уверенный тон. Мальчик встал и побежал в горницу, где между печью и стеной был небольшой проем, заваленный корзинами. Там он привычно, будто в очередной раз играл впрятки, отогнул нижнюю корзину. Осторожно, чтобы не обрушить, пролез внутрь и затаился в самом углу. Тут его никто никогда не находил.

Он слышал, как гость аккуратно поправил верхние корзины. Гладкие прутья ловили отблески света.

-Жди здесь. Тихо. – Напоследок приказал гость.

И наступила долгая тишина.

***

…Проклятая усталость. Паскудная слабость, что свалила его с ног и швырнула в глубокий сон, из сетей которого сразу не выпутаться. Если бы не она! Если бы он только дремал и мог слышать все, что творилось в округе, не было беды!

Но этот сон… Как будто так легко отпустить видение, где есть она. Пусть это всего лишь растянувшееся до бесконечности воспоминание, где она все идет и идет впереди по темному лесу. И хотя он не видел лица, но мог слышать голос, ведущий с ним памятную беседу о страхах. И видеть, рыжие волосы, сплетенные в косу, горят в ночи неугасимым пламенем.

Дурак. Все никак не отпустишь свои шаткие надежды?

Будь время, он бы долго и с упоением бился головой о стену, но времени нет. Он сейчас виноват. Он не услышал. Он не предупредил, хотя мог.

Нужно узнать, что происходит. Что можно сделать…

Еле заметная тень утащила тело Нелета к маленькому домику. Пару минут возилась с ним. После чего скользнула в полумраке, бесшумно ступая по траве, и прильнула к стене кормильни. Оттуда прекрасно слышно все звуки, что доносятся изнутри…

***

-Квелая она какая-то. – Разочарованно цыкнул кочевник, прикладываясь к кружке. – Дрожит да молчит. Скука одна, ну ее. Вот та бабеха, что на дороге встретилась, то да! – Захохотал он. – Дай ей волю, мне бы глотку одними когтями разодрала! Так и крутилась, так и вертелась, пыталась развязаться до последнего! Боевая кошечка. А эта… Мышь дохлая.

Рияна сидела как кукла, с отрешенностью во взгляде, между ним и Балафом. Тяжелая мужская рука, лежащая на плечах, казалось, никак не волновала ее. И до рваного платья не было дела.

Ставр скрылся наверху, в одиночку проводя обыск в поисках хозяйских тайников. Все, что удалось выведать у еще соображавшей девчонки – что папа хранил ценности на втором этаже, в давно не работающей одежной лавке. Иногда сверху доносились его тяжелые шаги.

-Будто в жизни так не ел! – Третий каторжник, бородач по имени Закут, блаженно откинулся на спинку стула и погладил себя по животу. – Вот это я понимаю, после нашей-то мерзотной похлебки! Из чего они ее делали, из крыс?

-Да ты чего несешь-то, борода! Откуда в горах - крысы?

-А что же тогда…

-Лучше и не знать тебе. – Скривился кочевник, которому довелось работать на кухне.

Вопрос Закута перебил еле различимый звук снаружи.

Крик.

Разбойники замерли. Они знали: так дико, с отчаянным надрывом, кричит человек от боли перед самой смертью. Кого там могли пытать или жрать в лесу – им дела не было. Да только двое «разведчиков» ведь до сих пор не вернулись!

Балаф вскочил на ноги, когда крик повторился. Еще громче, еще надрывней, на пределе возможностей человеческой глотки. Тому, кто так кричал, будто заживо отъедали руки с ногами.

В лесу, будто в ответ, в унисон завыли сразу несколько волков. Или совсем не волков… Они были еще дальше, наверняка на холмах, но это лишь пока.

-Шхуров хвост! Что еще за холера!? – Кочевник тоже оказался на ногах.

-Говорят же, нечисть в этих местах непуганая. – Закут сидел с абсолютно серым лицом. – Запираться нам надобно. А Туфу с Ританом надо поторопиться. Или… - Он нервно потер лоб. – Помолиться.

К крику добавился новый голос, зовущий с дороги:

-Помогите!!! Люди добрые, помогите кто-нибудь!!

Разбойники переглянулись.

Дальние звери снова завыли хором, будто по команде. Кажется, уже немного ближе.

«Запираем все к шхурам» - Прочитали мужики в глазах друг у друга. Рияну сбросили со стула – та молча села на пол, спиной к стойке и снова безучастно застыла. Стулья и столы быстро устраивали грудой, блокируя открытие ставней и дверей. Закут метнулся на кухню, запереть заднюю дверь и заодно прихватить каких-нибудь ножей.

-Люди!! – Голос тоже приближался, будто его хозяин несся со всех ног. Не миновало и пары ударов сердца, как кто-то ударился в дверь с той стороны и заколотил по ней кулаками.

-Помогите!! Откройте!! Со мной раненый! Пустите, богами заклинаю, откройте дверь!!

Голос был чужой. Балаф быстро прикидывал, как заткнуть этого типа, пока тот не привел за собой всю окрестную нечисть, но услышал… Туфа.

-Нечисть… - С надрывом в осипшем горле, здоровяк выл на одной ноте. -Нечисть! Нечисть!

С досадой Балаф отбросил в сторону два сложенных стола и откинул засов. Чем ныть за порогом, пусть будут внутри. Все же больше рук. Да и будет кого скормить первым, как того же Ластера…

Внутрь ввалились двое. Один какой-то тощий хмырь, в щегольской кожаной куртке и неплохих ботинках. Уж неведомо как, но этот тип умудрялся тащить на себе громилу Туфа, поддерживая под руку.

Северянин едва не споткнулся, поневоле отступив назад, когда рассмотрел товарища. Да уж, здоровяку было от чего кричать! Левая рука оказалась начисто оторвана по локоть, из рукава свисали только лохмотья кожи. Другая рука, судя по виду, была полностью переломана. Да и прочие ссадины и мелкие царапины, будто от колючих веток, не делали его краше.

Еще мигом назад причитавший о нечисти, сейчас Туф был уже без сознания.

Рухнув вместе с ним на пол у стены, хмырь перевел дух и зачастил:

-Боги, я уж думал все, конец мне, куда без коня да без оружия, да ночью, да никого кругом… А тот смотрю – ба! – да тут кормильня, и ворота открыты, окна наверху горят, вот оно спасение-то! Ух, кабы не вы, люди добрые, уж и не знаю, что с нами там было-то…

-С вами!? – Балаф навис над незнакомцем, заставив того нервно сглотнуть и поневоле сжаться в плечах. – А ну признавайся, где ты Туфа встретил, если он туточки, во дворе должен быть! Никак, ты на него нечисть какую навел, а!?

Тот ошалел и даже нашел в себе смелость заорать в ответ:

-Чего!? Да этот он на меня их и вывел!! Я себе по дороге ехал, торопился ночлег найти, а тут он передо мной выскакивает, а у него на загривке тварь какая-то висит! И орет так, и под копыта кинулся… Я ж чего, я кнутом тварь огрел, у меня он завсегда с собой имеется… А он взял и упал. Я к нему – а они мою лошадь, лошадку мою, только купленную – в клочья!! - Хмырь поднял дрожащую руку и утер бледный лоб. – Съездил, называется, к теще…

-Да тихо ты! – Прикрикнул кочевник, стукнув по столу. Парень вздрогнул и оглянувшись, увидел окровавленного хозяина кормильни. И едва не подскочил на месте.

-Ёрш твою мать! А это кто!?

Прежде чем Балаф придумал ответ, незнакомец «догадался» сам. Ведь на хозяина пришлось навалиться втроем, бить и резать, и внешний вид теперь роднил его с Туфом.

-А… еще один. А с ней что?

Закут оглянулся на девушку.

-Головой ударилась.

-Тебе сказали заткнуться! – Снова не выдержал кочевник. – Или хочешь, чтобы сюда вся нечисть сбежалась?

Незнакомец замолчал. Он бросил еще один взгляд на Рияну.

Было опасение, что она удивлением или возгласом выдаст его. Но она даже движением зрачков не отреагировала на разыгранное представление, никак не обозначив, что узнала постояльца.

Легче от этого не стало.

Девочка сидела как мертвая, бессмысленно глядя в пустоту. Только еле слышное дыхание. Он мог слышать запах крови и видел ее пятна на подоле юбки, хаотично обмотавшейся вокруг худых ног.

Не успел.

-А кто хозяин? – Незваный гость зачем-то снял куртку, аккуратно сложил и отложил в сторону.

-Я. – Властно раздалось с лестницы. Ставр спустился вниз, уперев в него тяжелый взгляд. – Кто таков? Чего надобно?

-Реном звать, ехал ночлег искал, еду к теще! – Повторно поведал тот, со страдающим лицом разминая плечо, на котором притащил Туфа. – На друга вот, вашего нечисть напала, а я привел, спас почитай! Ух, и тяжелый же он, чисто медведь…

-Молчать. – Отрезал вожак. Он мельком осмотрел Туфа, оценив его повреждения, и снова обернулся к разговорчивому типу, уставившись сверху вниз как на шелудивого пса.

-А чего мокрый весь?

-Да там ручей какой-то или канава, по темени навернулся…

-Говоришь, нечисть гнала вас? Вижу… - Протянул Ставр. – И тебя цапнули?

-Вот леший, я даже не понял… - Пробормотал пришлый гость, опустив взгляд на свою одежду, на которой остались кровавые разводы. Что ж поделать, ее отмыть не так легко, как руки.

-Неужто и вправду тут зверья так много? – Потер подбородок вожак. Балаф пожал плечами.

-Ну не зря же арбалет за стойкой лежал?

Тем временем кочевник, осматривающий Туфа с повязками наготове, озадаченно поднял голову.

-Ставр, да он мертвый!

Гость услышав, отодвинулся от трупа.

-Батюшка светы… да они может, и вовсе ядовитые, зубы у них? – Выдавил он. – Помогите… Помогите, надо рану перевязать!

-Заткнись! – Окрикнул Ставр и замахнулся на болтуна. Тот вжался спиной в стену.

-Да вы чего… да я же…

-Ты же. – Отчеканил вожак. – Не в то время и не в то место попал. Заткнись и моли богов, чтобы я не разозлился. Иначе ему – Он кивнул на Туфа. – Позавидуешь. Усёк!?

Присмиревший гость затих. Балаф про себя подумал – интересно, он понимает, что молчи – не молчи, а до вечера все равно ему не дожить? Пока как живой откуп сгодится, а наутро уж нужен не будет.

Ставр тем временем потребовал Ластеровы отмычки. И с ними же ушел наверх, приказав сидеть смирно и не привлекать внимания.

-А… - Гость нерешительно подал голос, когда шаги вожака стихли. – А вы вообще кто?

-Тебе что-то в слове «заткнись» непонятно?

Хмырь наконец-то окончательно заткнулся и отодвинулся еще дальше, к самой баррикаде из мебели, что разбойники сложили у окна.

А кочевнику, что вернулся к столу за кружкой пива, что-то не давало покоя. Что-то не так было с телом Туфа. Ведь громила в свое время копьем в живот получил и выжил, а тут загнулся от кровопотери? Да еще за минуту? Неужто и вправду ядовитые твари попались? Странно…

Он вернулся к телу и еще раз, очень внимательно осмотрел его. Закатал рукав, осмотрев переломанную руку, дошел до плеча, шеи. Прощупал позвонки. Смещены! Вот тебе и причина смерти.

Но ведь здоровяк был еще жив перед дверью, когда ныл про нечисть! С этого момента и до открытия двери прошло совсем немного. Сломать ему шею в этот момент мог только…

В этот миг, не дав додумать, его оглушил и сбил в сторону удар стулом. Этим же стулом незнакомец, уже стоящий на ногах, швырнул в Балафа. Тот не успел увернуться и с грохотом упал на баррикаду из мебели.

-Ах ты сучий потрох! – Закут размахнулся и запустил в незнакомца тяжелой палицей. Тот же увернувшись, подпрыгнул… и оказался на потолке.

Мужчина онемел. Чудовище легко развернулось, перебежало на опорную балку у стойки, спрыгнуло, подхватило девушку на руки и развернулось в сторону кухни. Каторжник успел размахнуться и бросить в него кухонный нож. От этого хмырь не увернулся и упал вместе с ношей уже за стойкой, что-то вдребезги разбив.

-Балаф! – Свистящим шепотом позвал Закут. – Ты живой?

Тот закряхтел, пытаясь встать.

-Где этот ушлёпок?

-Там. – Ткнул пальцем бородач. Из-за стойки не доносилось ни звука.

-Покажись, выродок! – Рассвирепел Балаф. – Выходи, а не то я сам тебя вытащу на свет!

-Да он дохлый, наверное. – Расхрабрился Закут. – Я его ножом сбил.

-Да? Тогда проверь.

Бородач замялся, но показать опаску – все равно что сесть на пол и захныкать. Он ведь попал? Попал. Прямо в спину? Да. Значит, и волноваться нечего!

Бородач взял еще один нож на всякий случай и обошел стойку. Раздавшийся за ней шорох заставил его вздрогнуть, но лишь на миг. Обогнув угол, он увидел, что это трепыхается девчонка. То ли до нее стало что-то доходить, то ли в падении ее шмякнуло головой о пол, и в бабьих мозгах что-то переклинило. Вытаращив глаза на лежащее навзничь неподвижное тело, она беззвучно лепетала что-то, отползая спиной к стене с полками.

-Да дохлый он, все в порядке! – Успокоил бородач и склонился, чтобы вытащить обратно свой нож.

Стальная хватка на шее подавила крик. Чудище стремительно развернулось, будто не чувствуя ножа в спине, и рвануло его на себя. Острые зубы полоснули по горлу, пустив поток крови. Закут в остервенении замахнулся ножом, метя в висок этой паскуде. Но тот как почуял и с силой толкнул его, отшвырнув на пару шагов от себя.

Пока бородач хватался за горло, пытаясь остановить кровоток, а оторопевший Балаф бессильно ругался, пытаясь дозваться до оглушенного кочевника, гость с трудом сел. Попытался заглянуть за спину и бросил взгляд на Рияну.

-Помоги.

Та, вроде бы, поняла смысл сказанного, хотя и не сразу. Заторможено сморгнув, она потянулась к рукояти, торчащей у него под лопаткой, и потянула на себя. Хорошо хоть, она не задумывалась, больно ли ему и надо ли тащить аккуратней – просто выдернула и все, сэкономив немного времени.

Кивнув, он шепотом приказал оставаться на месте и вскочил на ноги.

***

Балаф не успел и размахнуться, когда незваный из-за укрытия рысью прыгнул на Закута, выхватил его нож и всадил в сердце. Северянин резко передумал бросать дубинку. Вооружившись кроме нее еще и тесаком, он прокрутил оружие в руках.

-Иди сюда, шхуров сын! Я тебя живо разделаю!

Гость выдернул нож из мертвого бородача и медленно поднялся на ноги. Покосился на кочевника, который все еще пытался прийти в себя. Кровь с затылка заливала каторжнику лицо.

-Проклятые души… - Хищно ухмыльнулся гость, и стали видны его острые клыки. – Беглецы. Лакомый кусочек. Те, кого можно убивать…

-Ставр!! – Завопил кочевник из угла. – На помощь!!

Медленно, неторопливо, чудовище стало наступать на северянина. Оно сверлило его тяжелым взглядом, и мужчина почувствовал, как все холодеет внутри. Взгляд поймал его как в капкан, и теперь будто кто-то забрался в его душу, схватил ее и стал медленно пережевывать. По спине градом катились капли пота, а сжимающие оружие руки дрожали и слабли, клонясь к земле.

-А ну хватит!! – Взревел он и замотал головой, обрывая зрительный контакт. – Хватит, тварь паскудная! Дерись честно, шхар тебя забери!

-Чес-стно? – Прошипел тот, будто гадюка. – С ней вы тоже… честно?

-Я эту шраабу и пальцем не трогал!

-Да от нее несет тобой за версту.

Балаф размахнулся и ударил дубиной – противник увернулся. Еще раз – снова ушел в сторону. Чудовище скользило вокруг, заставляя человека переступать на месте и пятиться к стене. Оно двигалось все быстрее и быстрее, пока не поднырнуло под занесенную руку. Полоснуло ножом по груди и отскочило. И снова закружилось. И новый удар.

Все кончилось быстро. Истекающий кровью северянин шатался, сражаясь до последнего, но уже не мог так быстро оборачиваться следом за противником. И тот, оттолкнувшись от стены, спрыгнул ему за спину. Рванул на себя и выломав руку с палицей, вгрызся в открытое горло.

На пол брызнула кровь.

Не выдержав зрелища, лысый каторжник с грохотом выломал дверь и выбежал прочь, лишь бы подальше.

…Ставр прекрасно расслышал, что внизу творится что-то, но спуститься смог не сразу, занятый вскрытием замка на сундуке. А когда сбежал вниз, гость уже бросил осушенное тело Балафа и скрылся в ночи.

***

Смерть настигла кочевника у самых зарослей.

Тот сломя голову несся по дороге, лишь бы подальше от этого демона. Будто вернулся на сутки назад, когда бежал по лесу бесконечную ночь, а за спиной стихали отголоски криков Ластера.

Ни топота, никаких других звуков за спиной он не слышал, и когда разогнавшийся кровопийца сбил его с ног, не удержался от вопля. Но сражаясь за жизнь, размахнулся и всадил заточку в бок убийцы несколько раз. Раздалось обозленное рычание, жесткая рука рванула его за волосы, подставляя горло под укус.

Даже когда жизнь стала стремительно утекать вместе с кровью, каторжник не сдавался и не переставал колоть противника, пока движения руки не превратились в судорожное подергивание.

***

Ставр не торопился. У него было время разобраться, что произошло. Сейчас он стоял на пороге, и свет из-за его спины прекрасно освещал пустой двор, окаймленный лесной порослью, напитанной мраком. Одна рука сжимала арбалет хозяина, а другая, прижав к себе дрожащую Рияну, держала у ее горла кухонный тесак.

-Выходи. Нечисть. – Мрачно приказал он.

Ответом была лишь тишина.

-Деваться тебе некуда. Я снесу ей голову.

Медленно, словно всплывающий на поверхность утопленник, из полумрака показался гость. Смысла притворяться больше не было; кровь на губах и тяжелый, пристальный взгляд отсвечивающих зрачков уже выдавал его.

-Тупик. – Усмехнулся он. – Убьешь ее и развяжешь мне руки. А дернусь я – и у тебя рука «дрогнет». Что же нам теперь, так и стоять до утра?

-Как раз утра я и подожду. Мне не трудно. – Процедил Ставр. – А солнце поджарит тебя за моих ребят, паскуда!

На это чудище лишь оскалилось и закинуло голову назад, зайдясь в искреннем смехе.

-Любезный Ставр. – Веселясь, протянул пришлец. – Ты что-нибудь о высших вампирах слышал?

Разбойник нахмурил лоб и плотнее прижал лезвие к шеедевочки. Его собеседник принялся неторопливо разминать пальцы.

-Я, конечно, в курсе политики в вашей стране. Мол только чистая кровь, никаких иных… Но неужели все настолько плохо? За несколько поколений вы вовсе забыли, какие твари существуют на белом свете? Не поверишь, но за горами такие, как я, живут вполне законно.

-Плевать что там, за горами. – Ощерился каторжник. – Меня заботит то, что тут. А тут сейчас – ты.

-Ага. Только вот поясню прямым текстом: утро тебе не поможет.

-Чего это!?

Тип склонил голову, уставившись на него исподлобья. Зрачки, отразив свет, зловеще сверкнули.

-Думаешь, я здесь один?

-Что-то дружков твоих не видно. – Ставр присвистнул. – Ау, мышки летучие! Тут вашего бьют, а вы и пальцем не шевелите! Видишь. – Усмехнулся он в ответ на тишину. – Никого кроме тебя.

-Это вопрос времени. И времени недолгого. – Равнодушно сказал хмырь. Его голос менял тон, понижая с каждым ударом сердца. – Положение вещей пора менять. Вам недолго осталось жить по законам «чистой крови». До утра здесь будет множество моих собратьев. Народ здесь, в отличие от антарцев, непуганый разумной нечистью. Есть где развернуться, раз за горами нам этого не позволяют. Понимаешь? – Улыбнулся он. – К чему я клоню?

Разбойник поневоле окинул взглядом лес. Тут и одного такого много, а если будут десятки? Он сглотнул.

Слово в слово по байкам и зловещим пророчествам выживших из ума старух. Сколько раз они это говорили: враги за горами когда-нибудь возьмут да и натравят на них своих нелюдей. С которыми кровосмешением и так давно породнились, паскудные ублюдки! Неужели… уже началось? То самое вторжение, которое малодушно считали сказкой!?

Будто зная, о чем он думает, чудище продолжало ухмыляться, обнажив клыки.

-Можем стоять сколько хочешь, а можешь бежать. Только далеко не уйдешь. Сдайся сейчас. Я тебя не трону. Иначе тебя догонят уже другие. Насколько быстро мы бегаем, ты уже понял.

-Врешь. – Отчеканил Ставр.

Собеседник вскинул брови. Но разбойник сам ощерился не хуже волка.

-Говоришь, вторжение идет? А с чего бы это нечисти, что роскошный пир задумала, печься о девчонке? Ты же шаг сделать боишься, чтобы я ее не прирезал. Брешешь ты. Сопля ты совестливая, что по любой букашке плачет. И несешь чушь всякую.

Вампир набрал воздуха, чтобы заговорить, но каторжник не собирался его дальше слушать. Воодушевленный, он злорадно продолжал:

-Зубы можешь не скалить, и мне их не заговаривай. Ты здесь один. Пока я не разозлился, доставай ремень и вяжи себе руки. Концом перехватишь ноги. И будешь сидеть тут, пока я не отойду подальше, а там уж отпущу девчонку. Иначе живой она не вернется.

Мрачный пришлец молча опустил руки на пояс, к брючному ремню. А Ставр, видя что он отвлекся, вскинул арбалет.

От болта вампир не успел увернуться. Толстая стрела с древком из осины – из чего же еще ее делать, если лес кишит тварями? – вошла прямо в сердце, ударом опрокинув его на землю, как соломенное чучело.

-И все… - Начал бандит, довольно глядя на поверженного противника и опуская руку с арбалетом.

Но рядом больше не было пугливой девочки. Вместо нее оказался кто-то другой, кто вытащив нож из вампира, припрятал за поясом.

Удар пришел сбоку. Острый нож вонзился между ребер, а она стремительно присела, уходя от расслабленной руки с тесаком. Охнув, Ставр выронил арбалет. А она, выдернув нож, размахнулась еще, попав по той же руке.

-Ах ты ж дрянь!! – Заревел каторжник, пошатнулся и перехватил тонкую руку. – Живьем шкуру спущу!

-Получай!! – Рявкнула она и как учил отец, с силой врезала ему между ног. Охнув, мужчина согнулся, и новый удар ножа пришелся ему возле ключицы.

Прорычав что-то нечленораздельное, он выпрямился и размахнулся, задев ее крылом арбалета, но снова пошатнулся. Постарался ухватиться за нож, чтобы вытащить – и не смог.

Рияна поняла, что это значит. Нелет добавил снотворного снадобья в квас.

Она молча налетела на мужчину и сбив на землю, вырвала нож. И с остервенением принялась кромсать все, что попадалось под руку. Грудь, горло, руки, подставляемые в попытке защититься...

Ставр снова заревел, стальной хваткой вцепившись ей в горло. Но она плевать хотела, что задыхается. Все, что с ней сделали в эту ночь, требовало отмщения, и она готова была умереть сама, но отправить мучителя в пекло.

Хватка слабла. В какой-то момент его рука и вовсе бессильно соскользнула. Сидя на трепыхающемся теле, девушка продолжала снова и снова заносить нож, с отрывистым воплем всаживая в чужое тело. Кровь брызгами покрывала ее руки, платье и лицо.

-Рияна…

Она не слышала.

-Рияна. Он мертв.

Горячие руки аккуратно отобрали у нее нож. Девушка подняла глаза, встретив взгляд вампира. Все еще живого, и уже без стрелы в груди.

Тот, не отводя глаз, медленно присел рядом.

-Тише… тише… тише… - Растягивая каждое слово, говорил он, внимательно глядя на нее. В глубине карих глаз зрачки будто мерно пульсировали. – Тише… тише… спи.

Получилось. Она закатила глаза и бессильно обмякла, упав в траву рядом с убитым Ставром.

-Забыл сказать. – Вампир покосился на того и не удержался от злорадства. – Осина меня тоже не берет.

***

Утреннему солнцу явилась довольно любопытная картина. За хозяйственным двором, за пригорком и ручьем, среди зарослей дикого клена чернело нутро здоровенной ямы. Две фигуры поочередно притаскивали к ней мертвые тела, оставляя лежать у края. Пока не насчиталось пять целых трупов и один расчлененный.

Последним был как раз Ставр. Зная, что его искромсали ножом, который до того отведал крови вампира, последний счел нужным подстраховаться.

Хозяин кормильни остановился передохнуть, утирая пот со лба. Раны почти не беспокоили, да и боль не была в новинку. Вот слабость раздражала, но это сейчас последнее, что его должно волновать.

-Ведунья поможет. – Отозвался на мысли подошедший вампир.

-Хм-м?

-Девочке. Я могу лишь на время ее усыпить. А ведунья поможет. Снадобьями полечит. И тело, и душу.

-Знаешь ли ты, о чем говоришь? – Хрипло выдавил Галат. На его скулах то и дело принимались двигаться желваки.

-Знаю то, что ведьма поможет стереть память. На два-три дня. Будто человек лишь в лихорадке валялся. Никто больше не знает. И не расскажет. И дочка твоя оживет снова. Без этого кошмара.

Хозяин молча смотрел на тела. Каждого из них онхотел видеть живым, чтобы долго, очень долго, убивать собственными руками. Осознание собственного бессилия, что ничего не мог сделать, травило пуще смертного яда.

Но если и вправду можно такое…

-Мален… - Оглянулся он на притихшего мальчишку, принесшего лопаты. Хотел спросить, не станет ли он рассказывать чего лишнего. Но осекся. Сын и так понял, и поднял глаза с такой обидой, что все понятно.

«Тишина» - Показал он жестом. С самого утра Мален не проронил ни слова, разговаривая лишь жестами. Галат надеялся, что это ненадолго. Или его тоже к ведунье отвести…

-Всего восемь лет… - Вслух, полушепотом, согласился вампир. И тоже посмотрел на мальчика. Тот казалось, повзрослел за эти часы лет на десять. Но эта ноша не по его возрасту.

-Мален, мы с папой твоим дальше сами справимся. Поди проверь, как там твои братец с сестрицей. Особенно за Нелетом пригляди. Может, повязку ему надо сменить.

Мальчик послушно удалился, медленно передвигая непослушные ноги.

-Они остались живы. Это уже много. – Тихо сказал вампир. И приподняв одно из тел, сбросил вниз.

Галат не ответил. Но понемногу буря внутри утихала.

-Это снадобье твое, точно ничего со мной не сделает? – Хмуро спросил он. – Больно быстро я на ноги встал.

-Только вылечит.

-Так там же кровь твоя?

-Ничего. Если кое-что с ней сделать, она становится лекарством. В Антарии золотой за стакан вампирьей кровушки дают не зря.

-И сколько… - Галат еще раз перевел дух и потащил к яме одного из каторжников. - …Лет-то тебе? Что такие премудрости знаешь.

-Вообще-то немного. Я раза в полтора тебя младше.

-Винич, Винич… - Человек покатал имя на языке. – Что-то я припоминаю. Есть такой менестрель… или просто музыкант… Лаурен Винич. Путники из Антарии рассказывали. Ты, что ли? Вроде, тот человеком был.

-Был. Так выпало, что пришлось стать таким, какой есть сейчас.

-Жалеешь?

Вампир с ожесточением пнул голову Ставра, сбрасывая в яму поверх остальных частей.

-Могу сказать точно, что прежний я вам бы мало помог.

-И то верно.

-Давай лопату.

И оба молча и быстро стали засыпать трупы землей.

***

Через полчаса путник уже покидал кормильню. Убедившись, что старший сын выкарабкается и без его помощи, а девушка продолжает пребывать в глубоком сне, он быстро собралсяи сообщил, что его дело не терпит.

-А ты как-то будешь тут? В нашей-то стране? – Озадаченно поинтересовался Галат, провожая гостя до ворот.

-Я через приграничный пост в горах прошел. У меня и грамота пропускная от них имеется. И в Эльвии я не в первый раз. К столице дорогу найду.

Мужчина хотел еще что-то спросить. Вампир понял.

-Молчать будем оба. В могилу с собой это унесем. И ты, и я.

-Ладно, ступай. И… - Галат и протянул вперед широкую ладонь, обменявшись с вампиром крепким рукопожатием. – Спасибо тебе от души всей. Кабы не ты…

Он запнулся.

-Не так уж много я сделал... – Хмуро пробормотал Лаурен.

-Очень много. – Твердо возразил хозяин. – Кто пусть что хочет, говорит про иных. А только я навек помнить буду, что нечисть семью мою спасла от выродков. И тебя запомню до конца дней своих.

-Ну… - Вздохнул вампир. – Скорее всего, не увидимся. Прощай, Галат.

-Доброй дороги, Лаурен.

Благодарно кивнув, вампир развернулся и, быстрым шагом двинувшись в путь, довольно скоро скрылся за поворотом. Жизнь продолжается, ночной налет со временем уйдет у этой семьи в далекое прошлое.

А его звала столица.



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 7
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Рассказ
Опубликовано: 30.05.2019




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1