Чтобы связаться с «Виктория Авосур», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Виктория АвосурВиктория Авосур
Заходила 4 дня назад

Глава-24-58. Домик в лесу




       Предисловие к главе «Домик в лесу»
       Данная глава, которая называется «Домик в лесу», вся полностью написана по реальным событиям из жизни. Начинается она с описания моего сна, который действительно мне когда-то снился. Имена, в моих снах, почему-то никогда не озвучиваются, поэтому мне их пришлось придумать. Иначе было бы совсем не понятно – как этот сон рассказать.
       После Осознанного Сна идёт описание жизни отца моего мужа. Все даты в этой главе – реальные, но имена почти всех героев изменены. Есть и настоящие имена, но не все. Кроме имён, изменено, также, и название троих населённых пунктов. «Подлесье» на карте мира называется по-другому. Это село, в котором родился и прожил большую часть своего детства, мой муж. «Лесополье» – это второе село его Малой Родины. После нескольких лет жизни в «Подлесье» его родители построили дом в «Лесополье». «Цветущая» – это наш районный центр, и я его тоже закодировала, а «Старогорское» – это село, которое находится рядом с «Лесопольем», туда выехали много родственников отца моего мужа, и сама я тоже родом из «Старогорского».
       Даты, которые указаны в главе – точные, и взяты они – из документов, из исторических фактов, или с табличек на могилах родственников. Даже чувства, описанные в этой главе – тоже настоящие. Всё то же самое было сделано и в предыдущих главах.
       Глава-24 (58). Домик в лесу
       Виктория Авосур
       Это было во сне. Наверное, я больше узнала его по ощущениям души, чем по образу его тела, хотя и образ тела – тоже был его. Я точно знала, что в своём Осознанном Сне я встретила именно своего любимого, и уже ни чуточку в этом не сомневалась.
       Сначала мы шли по лесной тропинке и радовались, что всё вокруг слишком настоящее. Мы знали, что это сон, но деревья, трава, цветы, птицы, и даже веяние лёгкого ветерка были не только похожими на реальность, но даже ярче и чётче, чем это бывает в физическом мире. Всё, что мы видели вокруг себя – оно как бы излучало сияние.
       Особенно нам понравились лесные цветы. Они были с расцветкой голубого и фиолетового тонов. Мы не срывали их, а только любовались приятной красотой форм, и насыщенностью цветом и светом, поглаживая их нежные листочки и прекрасные лепестки пальцами своих рук.
После лёгкой прогулки мы с моим любимым вошли в какой-то брошенный маленький домик. Когда-то в нём жил одинокий человек – отшельник. Он уже был стариком, и однажды ушёл, и не вернулся к своему домику. Это было давно.
       Люди не знали об этом месте, а значит и гостей в нём не было никогда. Теперь вот появились мы – как первые гости хотя и слишком простого, но спокойного и уютного жилища.
–Такое чудесное местечко… И, главное, что до ближайшего посёлка несколько сотен километров,- сказал мне любимый в ту ночь с каким-то восхитительным удовольствием.
–Да, это так, и само место мне кажется совсем незаметным. Так спрятано, что даже если люди и будут проходить мимо, то вряд ли увидят этот домик,- ответила я ему.
–У меня появилась идея. Давай, когда нам захочется уединиться и просто побыть вдвоём – мы всегда будем приходить, или прилетать, в этот хорошенький домик.
–Согласна,- ответила я своему любимому. Потом подошла и обняла очень крепко, прижавшись всем своим телом к нему. Приятные волны сладостного тепла и блаженства наполнили меня с головы до ног. –Как чудесно, что мы с тобой встретились в ОСе!
–Хорошо быть свободными и не оглядываться по сторонам,- сказал он мне, и наши с ним губы соединились в горячем и страстном поцелуе. Мы целовались, и чувства в моём животе становились всё более резкими и всё более сильными, ударяя меня своими волнами по самым интересным местам.
       Я не знала, что чувствовал он, но мне хотелось, чтобы и ему тоже стало вот так,- не совсем обычно и интересно.
       После поцелуя я предложила ему немножко раздеться и поиграть в красоту и грацию форм. Любимый согласился. Я поднялась в воздухе, прогнулась назад, левой рукой и левой ногой соединилась в кольцо, а правую руку я подняла вверх и силой мысли начала раскручиваться вокруг созданной мной оси, с концентрацией на правой руке.
       Я заметила, что он тоже поднялся в воздух и делал что-то подобное.
Это было просто божественно! Мы с моим любимым меняли позы и виды движений, и наше интересное занятие дарило нам восхищение. И мне, и ему, очень нравились наши гибкость и податливость тонкоматериальных тел. И он, и я, по очереди, выдумывали разные виды своих летающих и играющих форм, которыми тут же и становились наши тела, выгибающиеся в разные позы. Не знаю, как ему, но мне было очень приятно так делать.
       То, что сильней всего, и я, и он, чувствовали, так это нашу с ним безграничную свободу, которая наполняла нас чувством лёгкости, и сиянием радости.
       После счастливого полёта свободы мы остановились, взялись за руки, и мысленно поднимали энергию по позвоночнику вверх, к межбровью, потом перемещали на место шишковидной железы (не знаю – была ли она у нас в таких телах) и разливали по всей нашей совместной энергетической оболочке, которая нас наполняла и пронизывала насквозь.
       Внутри меня двигались какие-то волны и, как светомузыка, энергия играла пульсациями в моём теле. Мне казалось, что и любимый тоже чувствует что-то подобное.
       Потом я начала поглаживать руками и целовать его тело. Сначала я целовала грудь, потом водила круговыми движениями язычка по соскам его груди... а потом опускалась всё ниже и ниже, получая удовольствие от щекотания волосками его тела по ладоням обеих моих рук. Я целовала его животик и целовала всё, что мне хотелось, ласково поглаживая его тело губами и даже кончиком носа.
       После такой восхитительной и нежной игры я поднялась опять на прямые ноги и подошла к столу, который стоял возле окна. Я знала, что он пойдёт за мной.
       Потом я стала лицом к окну и смотрела на лесные деревья. Любимый подошёл сзади и обнял меня. Он целовал мне шею и плечи, а руки его были у меня на груди, и он поглаживал мою грудь.
       Мне было очень приятно, и страстная энергия, которую мы пробудили ещё до полёта, и в полёте, усилилась. Она могущественными волнами опускалась в мой живот и в другие места…
       Мы играли в любовь и дружбу. Потом я опустила голову и не могла поднять глаза, потому что я стеснялась всего того, что у нас было, хотя мне и понравилось, и я была счастлива. Любимый это заметил, и спросил у меня – почему я на него не смотрю. Я молчала, но он всё понял.
       Он подошёл ко мне, а я отошла в сторону. Он опять подошёл, после чего я забежала в какой-то угол, и боком прижалась к стенке. Он развернул меня лицом к себе и попросил посмотреть ему в глаза, но я не могла. Потом любимый мне помог. Он своей рукой взял меня за подбородок и поднял его вверх, после чего наши глаза встретились, и новая волна энергии ударила мне в живот. От взгляда на его лицо, и от того, что мне пришлось перебороть смущение, меня накрыло ещё одно сильное возбуждение. Любимый об этом узнал по моему дыханию и начал меня ласкать руками…
       В конце ещё одной игры я опять стала на ноги, и мы с ним обнялись. Мне было хорошо, и думаю, что ему тоже. Наверное, мы так и стояли бы, наслаждаясь блаженством разливающейся, и пульсирующей у нас внутри, энергии, если бы не было опасности потерять наш чудесный домик, без возможности найти его ещё раз.
       Он сообразил это раньше меня и предложил запомнить наше прекрасное местечко до самых мелких подробностей. Я с ним согласилась, и так мы изучали окружающую нас обстановку, пока не проснулись.
       Это был чудесный, желанный и просто божественный сон. Он мне запомнился на всю жизнь, и я никогда его не забуду.
       За моего любимого, за сон, и за все пережитые мной чувства, и ощущения, я хвалила энергию жизни и любви, которую называют Богом, или Духом Святым,- кому как нравится: «Спасибо Тебе, Любовь и Жизнь! Спасибо Тебе, Сознание и Энергия! Спасибо Тебе, мой Господь, мой Бог, и любимый мой Дух Святой! Благодарю Тебя за бытие, за творческую игру форм, и за приятные, наполняющие нас чувства и вибрации! Благодарю за то, что Ты у нас есть,- наш многоименный, Сущий и Вездесущий Утешитель!
Боже, я люблю Тебя! Прими мою страстную любовь и сделай так, чтобы Свет Твоей безграничной Жизненной Силы всегда светил во мне, и в каждом, кто к этому стремится и имеет подобные до моих желания.».
       Эту молитву я говорила в состоянии между сном и реальностью, и сладчайшие волны экстаза разливались из области моего сердца, и потом поднимались по позвоночнику вверх – в голову. Там тоже были какие-то вспышки и разливы. Силой мысли я начала помогать не совсем понятной энергии двигаться, и это наполняло меня ощущением духовного огня.
       Через какое-то время я начала часть внимания удерживать на верхней точке воображаемого неба Вселенной, а вторую часть внимания я держала в пространстве перед собой. Такие эксперименты направили поток энергии в межбровье, и там я почувствовала какое-то давление. Ничего особенного не произошло, и «столб из сахасрары», как у Мариана Небесного, я не сделала, не сумела, но всё равно, играть с энергией, и любить Её, мне было приятно, интересно, и увлекательно.
       После чудесных игр я решила побывать ещё в какой-то реальности, и поискать Андрея,- друга моей ранней юности, с которым я дружила, когда мне было 15 лет, но не сразу же после сна о любимом человеке, а в одну из последующих ночей – как только у меня получится ещё раз войти в Осознанный Сон.
       Днём я занималась повседневными делами, без которых никто не может обойтись, а вечером я ещё раз достала блокнот с «Историей родословной» и решила дописать туда со своих черновиков рассказ о жизни Эдуарда Васильевича, которого я очень любила и уважала, как родного, и он был отцом моего мужа Ярослава.
       В селе Подлесье, Цветущенского района, была когда-то крайняя хата на Холодном Яру, и всегда она принадлежала родственникам моего мужа Ярослава, по отцовской линии. Там, где стоял этот дом, не было – ни электроэнергии, ни даже улицы с дорогой и домами, но не смотря на этот факт, хата отца моего Ярослава, а звали отца Эдуардом Васильевичем, всегда была для моего мужа – любимой, родной, и желанной.
       Этот дом был действительно маленький и старенький. Когда-то давно он принадлежал его дедушке – Василию Сидоровичу, который был отцом Эдуарда Васильевича, и у моего мужа часто появлялось желание этот дом нарисовать. Когда-то он в нём родился, и всегда считал его самым близким и самым родным местечком для своей души.
       Уже давно этого дома нет, и нет даже места, которое хоть чем-нибудь напоминало бы жилой двор. Жизнь бежит, не стоит на месте. Всё меняется, люди меняются, и рельеф местности тоже очень сильно изменился.
       Ту хату сначала кто-то купил из Степка, но не жили в ней, а разобрали на дрова.
       Да, Ярослав этот дом рисовал, потому что он пробуждал чувства в его душе, а то, что пробуждает чувства – оно же становится и вдохновением к творчеству. Его картины старенькой хаты с соломенной крышей, акварелью, десятилетиями стояли у нас дома на полке: то одна, пока не испортило время, и домашние насекомые, то другая. Как же ему было не рисовать эту хату, которая находилась на окраине    Подлесья, если так много всего у него связано с этим местом?!
       Сначала в этом доме жил дедушка Василий Сидорович, а потом, когда он умер, то в этом жилище жили любимые родители Ярослава – Эдуард и Алла. Отец Василий умер в 1953 году, когда ему было 62 года. У него случилось кровоизлияние в мозг.
       Василий Сидорович (20.04.1891 г. – 23.04.1953 г.) был сыном Сидора Андреевича и Евгении Кондратьевны. Он был родом из села Подлесье, Цветущенского района, имел высшее образование, работал бухгалтером, и ещё он шил обувь для людей.
       Вот такие интересные соединения профессий были в те далёкие времена. Работу общественную, на которой нужно было иметь высшее образование, люди соединяли с другой работой – с той дополнительной, которая была необходима для выживания семьи. Шили обувь или одежду, занимались строительным ремеслом, и ещё изготавливали деревянные изделия. Абсолютно то же самое было и в моём собственном роду. Значит у людей с образованием, зарплаты в то время, были совсем не большие, и они не давали возможности выжить. Такая у меня логика.
       Мама Эдуарда Васильевича – София Трофимовна (20.09.1893 г. – 4.07.1974 г.) была дочерью Трофима Зиновьевича и Василины Фёдоровны.
       Самым счастливым днём Василия Сидоровича и Софии Трофимовны было признано 29 сентября 1913 года, потому что в этот день они поженились, и обвенчались в Церкви пресвятой Богородицы в селе Лесополье, того же Цветущенского района.
       София и Василь родили и воспитали девять детей: Александру (05.11.1913 – 20.02.2002), Федота – 1915 г. рожд., Ивана – 11.04.1918 г. рожд., Григория – 1919 г. рожд., Павла – 1921 г. рожд., Марину, Андрея (1923 г. – 1944 г.), Ольгу (10.08.1924 г. – 6.03.2005г.), и Эдуарда – 1925 г. рожд.
       Рассказывала Алла Ивановна, что дед Василь всегда был очень серьёзным человеком, никогда не пил спиртного и не курил. В семье его уважали, и всё то, что он говорил – это был закон. Все дети выполняли любые его поручения, и с уважением они ему подчинялись.
       Старшие четыре брата Эдуарда Васильевича и сам Эдуард – имели высшее образование, и работали учителями.
       Федот закончил Киевский педагогический институт и работал учителем украинского языка и литературы в Медвинской средней школе №1. Григорий и Павел тоже были учителями.
Иван в 1938 году закончил школу. В сентябре 1938 года он проходил обучение на месячных курсах, которые были организованы на базе средней школы при Корсунской педагогической школе Киевской области.
       Сначала он два года работал учителем в Омельгородке Александрийского района – тогда ещё Киевской, а теперь уже Кировоградской области, а в 1938 – 1939 годах – учителем в Фундуклиевке.
С сентября 1940 года он работал сельским почтальоном и по совместительству – учителем вечерней школы для взрослых.
       С 3-го декабря 1940 года по июль 1941 года, то есть – аж до самой войны, Иван Васильевич работал редактором Цветущенской районной газеты.
       В период фашистской оккупации Иван работал на разных сельскохозяйственных работах в селе Подлесье, Цветущенского района. По причине болезни в Армию долго не призывался, но в 1944 году пошёл не фронт, не имея даже начальной военной подготовки. Погиб 03.04.1944 года на территории Румынии в районе города Яссы. Похоронен там же, в селе Типелище.
       Все четыре брата Эдуарда: Иван, Григорий, Федот и Павел – погибли в годы войны, и считались пропавшими без вести. Где они похоронены – не известно. Эдуард долго их искал и нашёл только одного брата – Ивана.
       Павел закончил военное училище и был офицером-артиллеристом. Он тоже погиб на фронте.
Жаль, что учителей тогда забирали на фронт, и они там гибли на передовой. Среди них, в то время, было много больших умов. Столько мудрых голов легли в землю, а они же могли годами писать научные диссертации, и поднимать технический, и технологический уровень страны, до самых её возвышенных и прославленных высот.
       Успех общества начинается в детском возрасте. Взрослых трудно в чём-то переубедить, а вот то, что вложено в головы наших детей и подростков учителями, оно же в будущем может дать положительные плоды. Среди убитой на войне интеллигенции погибло большое количество гениев, и это откинуло развитие нашего общества на несколько столетий назад. Только за счёт этого другие страны стали сильнее, чем наши славянские, и это было сделано совсем неправильно. Я так считаю, что умные головы надо беречь, их нельзя убивать. Да, это только моё мнение, но я уверена, что оно – всё же является важным и правильным.        Я предлагаю мировым лидерам к нему хоть в какой-то мере прислушаться. Умные головы – это не пушечное мясо, это лучшее будущее всех нас, и не только той страны, в которой возможно идут боевые действия, а и всего человечества в целом.
       Андрея, который был самым меньшим братом среди старших братьев Эдуарда, немцы убили в родном селе Подлесье. Пока наши были в селе, то в Армию Андрея не брали, потому что он был несовершеннолетним. Потом однажды мама София пошла к дочке в соседнее село Старогорское, а Андрей почему-то остался дома в Подлесье, и с мамой он не пошёл. Потом, в этот же день, в Подлесье ворвались немцы, и Андрей, со своим соседом, спрятались в яму. Немцы их всё равно нашли, вытянули из ямы, назвали комсомольцами-партизанами и, отведя немного дальше от ямы, расстреляли. Некому было доказать невиновность этих парней и защитить их. В годы войны очень мало можно было найти справедливости.
       Отец Василь часто и горько плакал, когда вспоминал своих погибших детей. Сядет было на стул, вспоминает их, и слёзы текли у него из глаз потоком. Имел он пять прекрасных и любимых сыновей, а выжил только один – самый меньшенький Эдуард. Это для него было очень большое горе.
       Эдуарда немцы захватили в плен, когда их гнали наши. Ещё они забрали Василя – отца Эдуарда, Ольгу – его сестру, и много соседей. Всех этих людей вывезли в Германию на рабские работы. Выехали они из родного Подлесья 17 января 1944 года.
       Эдуард работал простым рабочим на каком-то заводе в Бергедорфе, штате Гамбурге, и пребывал в лагере Визенфольд, а его сестра – у какой-то немки доила коров, убирала в доме, и готовила еду.
       Когда я это писала, то мне подумалось, что позже люди славянских стран – совсем добровольно, и миллионами, начали уезжать на работы в ту же Германию, и в другие Европейские страны, там они устроились на заводах, убирают в домах, и занимаются многими другими рабскими работами, а в годы войны – всё это было принудительно.
        Теперь мне знакомые говорят, что так было задумано, чтобы славяне стали рабами у европейцев, и всё уже частично свершилось. Причиной такого проигрыша, хорошо, что не полного, а частичного, опять же можно назвать – одно и то же глупое решение, которое когда-то было принято абсолютно неправильно. Европейцы всех своих гениев оставили в живых, и эти люди потом им гениально придумали – как можно все другие народы обмануть, чтобы на них работали, а славяне своих гениев отправили на фронт, и там они массово погибли. Для того, чтобы быть свободными и счастливыми, а не рабами – ни в коем случае нельзя убивать умные головы, и это, как мы видим по сложившимся обстоятельствам, наивысшая истина любого уважающего себя общества.
       Кроме того, большие умы всей нашей интеллигенции – совсем не агрессивные. Они только то и делают, что придумывают – как можно их стране, а также и всему нашему миру, научно и технологически хорошо жить, а не как надо вести кровопролитные войны. Все войны ведут воины от рождения, они же воины и в душе, у них – совсем другое предназначение.
       Когда солдаты Советской Армии освободили забранных в рабство жителей Подлесья, то Эдуарда сразу же забрали в Армию. Там он и служил – прямо в Германии, начиная с июня 1945 года – танкистом. Во время службы Эдуард общался письмами со своей любимой девушкой, Аллой, которая, уже после службы, стала его прекрасной и желанной женой.
       Ещё при немцах Эдуард Васильевич учился в техникуме, но потом, по причине войны, учёбу пришлось приостановить. Когда уже война закончилась – он работал в школе учителем, и заочно учился в Корсунь-Шевченковском педагогическом училище. 23.07.1955 года Корсунь-Шевченковское педучилище слилось с Уманским, поэтому Эдуард закончил учёбу в Уманском педучилище.
       Всю свою жизнь Эдуард Васильевич работал учителем в сёлах Степок и Лесополье. Преподавал почти все предметы в старших классах, кроме физкультуры. В учительском коллективе все учителя его сильно любили, и уважали, потому что он был очень добрым по характеру, старался понять каждого педагога в его работе, и каждого ученика. В тех школах, где он работал, регулярно его хвалили, на всех учительских собраниях, и давали Грамоты. Одну из таких Грамот, за февраль 1981 года, я случайно нашла, когда жила в их доме – у родителей Ярослава, и держала в руках.
       Дедушка Эдуард всегда был небезразличен к своим родным. Чем только мог – всем он помогал, ко всем родным ездил в гости, и всем писал письма, посылал открытки и поздравления с праздниками. В нашем доме даже и сейчас сохраняется много писем от Эдуарда Васильевича.
       До сих пор я хорошо помню – как он приезжал к нам в гости. Они с Аллой Ивановной всегда держали корову, поэтому он нам привозил молочные продукты. Ещё он привозил нам яблоки, груши, мёд, варенье в банках, сухофрукты, яйца, мясо и другое. Моим детям дедушка покупал конфеты и мандаринки. Я и сама очень сильно любила Эдуарда Васильевича. Такие люди, как он, встречаются очень-очень редко, и они, конечно же, достойны самой сильной, и самой настоящей любви.
       Тётя Валя, с которой я когда-то работала в бухгалтерии, и она – родная сестра моего мужа Ярослава, говорила мне то же самое: «Мама моя – хороший человек, но такие, как она, и среди других женщин встречаются, а вот таких мужчин, как мой отец Эдуард, я никогда в жизни не встречала. Все признают, что он самый добрый и самый хороший у нас в селе. Я никогда в жизни не слышала, чтобы он с кем-то ругался или хотя бы кого-то осуждал. Я никогда не видела его пьяным и не слышала от него нецензурных слов.      Никогда он ни у кого ничего не украл, он всегда был честным. Говорят, что если не украдёшь, то не проживёшь, но мои родители жили и не воровали. Они никогда ничего не украли – ни в людей, ни в колхозе».
       По той причине, что Эдуард Васильевич очень хорошо относился к людям – люди тоже отвечали ему взаимностью.
       Было время, когда он приезжал в Киев на курсы повышения квалификации учителей. Жил он в это время у родственника Ивана.
       У его отца Василия Сидоровича был родной брат Мусий (09.07.1894 г. – 07.09.1967 г.). Жил он в Подлесье, и почти напротив дома отца, но не совсем – напротив. Он с ними жил чрез огород. Мой муж    Ярослав хорошо помнит деда Мусия, который у них в селе был мужчиной с бородой, и говорят, что по внешнему виду – моложе своего брата Василия (20.04.1891 г. – 23.04.1953). Дедушка Василь Сидорович умер, когда Ярославу ещё не было и года, а Мусия Сидоровича мой муж очень хорошо помнит.
       У деда Мусия родилось трое детей: девушка и два парня. Тех парней, сынов его, звали Иваном и Николаем, всегда они жили в Киеве. Когда они приезжали в гости, к деду Мусию, то говорили на русском языке, и Ярославу было интересно слышать русскую речь. Так вот, именно у этого Ивана, который Эдуарду был двоюродным братом, Эдуард когда-то жил, когда приезжал в Киев на курсы повышения квалификации учителей. Позже, к сожалению, случилось несчастье. Иван заболел на лейкемию и умер.
       Среди самых близких по крови родственников у Эдуарда Васильевича были ещё и его родные сёстры: Александра, Марина и Ольга. От них, у моего мужа Ярослава, есть много родных людей по отцовской линии.
       Сестра Александра (05.11.1913 г. – 20.02.2002г.) вышла замуж в соседнее село Старогорское, и всегда она там жила. Она работала в колхозе, родила и воспитала четверых детей. Все они являются двоюродными братьями и сёстрами моего мужа Ярослава. Её муж – Иосиф Омелькович (04.04.1912 г. – 22.04.2002 г.).
       Надя осталась жить в этом же соседнем селе. Её муж Филипп (22.11.1931 г. – 07.02.2000 г.). Надя и Филипп родили и воспитали двое детей: Андрея и Лиду (07.11.1960 г. – 02.01.1997 г.). Филипп сильно болел, а дочь его, Лида, умерла в 37 лет от лейкемии. Эта девочка очень сильно мучилась, у неё болели все кости. Муж Лиды потом ещё раз женился. У них родилась одна девочка. Андрей был в далёком плавании, увидел много стран и народов.
       Двоюродная сестра Надя была на много старше моего мужа Ярослава. Они часто общались с Эдуардом Васильевичем и Аллой Ивановной, приезжали в гости, обменивались материальной помощью. Бывало, что кто-то кому-то посадочного лука даст, или ещё какие-то семена. Бывало, что Андрей Алле Ивановне что-то на машине привезёт, и другое.
       Ещё одна дочка Александры – Маруся, всегда проживала в том же самом, соседнем Лесополью селе – в Старогорском, Цветущенского района. Александра часто рассказывала о своей дочке Марусе, что они живут в одном дворе. Её муж – Алексей Романович (23.06.1940 г. – 14.10.2000 г.). У них есть сыновья Игорь и Славик. Игорь работал водителем на каком-то предприятии в Старогорском, а Славик – в Великой Березянке ремонтировал машины. Раньше он работал в спортивной школе.
       Сын Александры – Иван жил возле неё в одном селе, в Старогорском. Как я уже сказала – это соседнее село с Лесопольем. Он был женат, но потом у него случилась эпилепсия, он упал в озеро и утонул. Это произошло, когда ему было 38 лет. Жена его, Катя, вышла замуж за другого мужчину. Они не отказались от рода Александры, всегда их навещали, помогали, общались.
       Второй сын Александры – Володя закончил Киевский политехнический институт и работал на радиозаводе в Киеве, жил он тоже в Киеве. Потом уволился из радиозавода, и его директор продал ему свою машину. Дальше он занялся торговлей. В 1998 году Володя продавал подсолнечное масло. Женился он на женщине Тамаре из Крутых Горбов. У них с женой родилось двое детей: высокая и тоненькая Ира, а также мальчики – близнецы, а женились они 23.02.1982 года, и невесте Тамаре тогда было всего лишь 20 лет.
       Вот такие жизни обычных людей. Вроде и ничего особенного, но у всех свои маленькие радости, и свои маленькие трагедии.
       Ещё одна сестра Эдуарда Васильевича – это Марина. Она всю свою жизнь прожила в селе Подлесье, Цветущенского района, работала продавщицей в магазине. Первый её муж, Илья, погиб в годы войны. От Ильи родились девочки Надя и Вера. Второй раз она вышла замуж за Гавриила из Подлесья. Он работал водителем, у него умерла жена, и от этой жены он уже имел две дочери. Меньшая дочка – Катя, погибла на строительстве в Темиртау (Казахстан). Она работала на подъёмном кране и упала с него.
Одна из дочек Марины – это Надя, а муж у неё – Иван. Они вдвоём долго работали в колхозе. Тот наш предприниматель из Цветущей, который пастору Серёже из Харькова, верующему пятидесятницкой Церкви, хотел продать свой дом, является родственником Ивана – мужа этой Нади. Сама Надя всегда проживала в селе Подлесье, Цветущенского района.
       Иван и Надя родили и воспитали трое детей: Славика, Володю и девочку Таю. Володя и Славик поселились в Цветущей. 08.05.1993 года поженились – сын Саша, который является сыном брата Аллы Ивановны – Володи, и Тая – дочка Нади, которая есть родной дочкой Марины, сестры Эдуарда Васильевича.
Вторая дочка Марины – это Вера. Сначала она была замужем за Виктором из Лесополья, а потом она выехала в Кривой Рог. Её Люда 18.10.1960 г. рожд.
       Когда дочки тёти Марины – Вера и Надя выходили замуж, то мой муж Ярослав ещё был совсем ребёнком, а когда поженились Марина и Гавриил, то Вера и Надя уже были замужем. Бабушка Марина Васильевна прожила почти сто лет. Она была долгожительницей. Жила она в Подлесье, в доме Гавриила. Этот дом тоже стоял на Холодном Яру.
       Третья сестра Эдуарда Васильевича – это Ольга, которая вышла замуж за Григория – брата его жены Аллы Ивановны. Оля и Григорий родили и воспитали двоих дочек – Нину и Лену. Нина уехала жить в Мариуполь, Донецкой области, а Лена стала преподавателем географии в одном из сёл Цветущенского района.
       Эдуард Васильевич регулярно работал на строительстве дома у своей дочки Вали, с доброй помощью которой я познакомилась с её братом Ярославом, и вышла за него замуж. Строительство было в 1983 году в селе Старогорском, Цветущенского района. 07.08.1983 года у Вали уже была толока.
На строительстве у кумов Ярослава, которые тоже жили в Старогорском, у Нади и Саши, Эдуард Васильевич помогал им строить фундамент.
       В своём собственном доме он регулярно делал ремонты, работал на огороде, косил сено, пас коров в череде, и занимался большим домашним хозяйством. Дома у него всегда были куры, гуси, утки и корова. Очень часто они выращивали колхозного быка, чтобы потом сдать его и получить деньги.
Одним из любимых занятий Эдуарда Васильевича было ещё и пчеловодство. Он всегда имел ульи и много пчёл.
       Когда его жена Алла воспитывала внуков, то Эдуард тоже ей сильно помогал. Он играл с детьми, учил их что-то конструировать, и читал им книжки. Для мальчиков дочки Вали – для Саши и Серёжи, он демонстрировал кинофильмы, которые добывал в районной фильмотеке.
       Внуки, у дедушки и бабушки, жили не только летом, но часто они и зимовали у них, особенно это было тогда, когда они болели. Дочку Димы – Инну, в Лесополье развлекали где-то по одной недельке, а потом её забирали родители.
       В августе 1988 года – Эдуард Васильевич, а также брат его жены Аллы – Володя и второй Володя, который был мужем его дочери Вали, работали на строительных работах у Димы – в Цветущей. Отец Эдуард помогал ему строить веранду и другие очень нужные пристройки, а также перекрывать хату. Хлев у Димы строили аж в 1992 году.
       Дима всю свою жизнь был гордым, и от любой помощи он отказывался, но в 1988 году он поломал себе ногу, и был в гипсе, а тут ещё и строительство. Пришлось ему согласиться с помощью родственников.
       В октябре 1989 года Эдуард Васильевич помогал своей жене Алле на уборке свеклы. Это был не единственный случай, и он не стеснялся помогать жене на полевых работах, хотя он и был педагогом, а не колхозником.
       На пенсию Эдуард Васильевич ушёл в октябре 1985-го года. Его поздравляли всем педагогическим коллективом и дружно отпраздновали этот день. Такое памятное событие его коллеги соединили с Днём  Учителя, и праздник состоялся 06.10.1985 года. После отправки на пенсию Эдуард Васильевич продолжал работать, и по-настоящему он ушёл от педагогической работы в школе аж с 1-го августа 1993 года, когда ему было 68 лет. В декабре этого же года Эдуард и Алла провели себе газовое отопление.
       В старости у дедушки Эдуарда накопились некоторые болезни. Он мучился с язвой желудка, с болезнью сердца, и ещё он имел грыжу, которую постоянно подвязывал поясами из ткани. Если такой пояс ослабевал или развязывался, то надо было срочно лечь на дорогу и завязать. Все проходящие мимо люди смотрели на это событие так же само, как и на мои болезни. В минуты завязывания пояса на грыже – они с ненавистью кричали на всю улицу – «Бей алкаша!», хотя наш дедушка Эдуард вообще никогда не употреблял спиртного. Его больного сердца тоже не было видно, поэтому с сердечно-сосудистыми заболеваниями ему приходилось работать.
       Умер Эдуард Васильевич в июне 1998-го года. В тот день приходили Иван с Подлесья и Таня с Романом из Луки, обедали. Потом Эдуард сгребал сено, и в тот день было очень жарко. После ужина он послушал телевизор, который поломался, и не имел изображения. Потом он разделся, чтобы лечь спать. Алла Ивановна попросила завести будильник. Он сел на её кровать и начал падать на бок, его глаза закрылись.         Алла Ивановна испугалась, положила на кровать его ноги и побежала звать фельдшера. Пока пришёл фельдшер – Эдуард Васильевич умер. Перед смертью он открыл глаза, но это никак не помогло ему выжить. Алла Ивановна спросила: «Тебе уже лучше?», но он не отвечал.
*******
Я не поэт, и не писатель,-
В душе – я просто человек.
Своей реальности создатель.
Там жизнь, и безграничный век.
Я не хочу рабов и сплетен,-
Не надо выбор мой судить.
Не надо фраз из моих песен
Противникам любви дарить.
Я не стремлюсь владеть и править,-
Хочу лишь просто быть себе,-
И в своей памяти оставить –
Как создавать свободу. Где? 



Мне нравится:
0
Поделиться
Количество просмотров: 83
Количество комментариев: 0
Рубрика: Литература ~ Проза ~ Роман
Опубликовано: 29.01.2015




00
Есть вопросы?
Мы всегда рады помочь!Напишите нам, и мы свяжемся с Вами в ближайшее время!
1 1