Чтобы связаться с «Юрий Сосновский», пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
Ваш E-mail:Пароль: 
Запомнить

Сказ про ЯРОСЛАВА МУДРОГО


СКАЗ О КНЯЗЕ ЯРОСЛАВЕ МУДРОМ
==========================================================================
Ярослав Мудрый – (ок. 978 – 1054), великий князь Киевский (1019), сын Владимира 1; Изгнал Святополка 1; боролся с братом Мстиславом, разделил с ним государство в 1026 г.; в 1036 году вновь объединил государство.Одержал ряд исторических побед, обезопасил южные и западные границы Руси. Установил династические связи со многими странами Европы.Во время княжения Ярослава Мудрого была составлена«Русская Правда».
==========================================================================
1.
Звоны бьют. София княжья молится.

Медный гул разлился до земли.
Отзвуком на городских околицах
Молотками звонят ковали.
В разогретых горнах металл плавится,
Стынет в формах злато, серебро.
Издавна в престольном граде славится
Мастеров кузнечных ремесло.
Ведь не зря над наковальней с молотом
Мастера колдуют с рани в рань.
Оживёт металл красой и золотом:
Здесь тебе и чернь и филигрань.
Весь Подол под цеховыми знаками.
Стук рабочий полонит дворы.
Сукновалов ряд за кожемяками,
За сапожным рядом – гончары.
Ярмарка гудит над всей Почайною,
Жвачкой сладкой заняты волы.
На продажу мелочь не случайную
Отовсюду бойко навезли.
Жито, сбруя, вина из мальвазии,
Тыквы, дыни, рядом рысаки.
Здесь вам и Европа, здесь и Азия,
Здесь трясут мошною казаки.
Вот боярин, весь в мехах и с гривнами, –
Купит всё, что требует душа.
Ходят со зверушками предивными, –
Здесь и смерды – вовсе без гроша.
Вот дедок продал детишкам «пищики».
Толпы возле уличных борцов.
Кругом грамотеи переписчики
Жалобы выводят на купцов.
Гомон с ярмарки стекает волнами.
По-над валом ниспадает в ров.
На Горе, над княжескими холмами,
Церкви и дворцы – краса дворов.
Купола их золотом политые,
Серебром ворота слепят взор.
Делали-то зодчие маститые,
Чтоб прославить в мире Кия Двор.
Стольный Киев-град стоитв величии,
Здесь не зря трудился простой люд.
В гордой славе, миром возвеличенный,
Вольных поселенцев вечный труд.
Здесь в Софии за дверями литыми,
Нет ни денег, ни живой воды –
Книги здесь и манускрипты свитками, –
Ярослава Мудрого труды.
В каждой, за кленовою оправою,
Мудрость знаний и заветов миг.
Книги есть и хитрые, лукавые –
Всё здесь есть, кто в грамоту проник.
Ярослав не знал и не надеялся,
Что собрал он, сохранит народ.
По Руси дух грамоты развеялся,
А труды его читают, по сей год.
Но не всё на свете гладко стелется –
Двести лет, как тучи унесло.
Не добро, а зло в веках лелеется,
Как и в княжьем роде ремесло.
Славы нет потомкам Ярославовым! –
Рвали Русь, как волки на куски;
А вражда плескалась, будто лавами,
И земля стонала от тоски.
Киев-град объятый был тревогой.
Волком выла непогодь с утра.
Гридни наблюдали за дорогой:
«Нет ли там орды из-за Днепра?»
2.
Вздрогнули однажды лес, и долы,
Разом лист, осыпав на кусту.
Тучами татары и монголы –
Кони бьют копытом по мосту!
Вырвался вперёд бунчук Батыев.
Храп коней и посвист степняков.
Окунулся в ужас древний Киев,
Глохнут уши от стальных подков.
Под стеною бой, толпа подмята.
Закипает ненавистью кровь.
Ржут надрывно где-то жеребята,
Рёв верблюдов, и рекою кровь.
За арбой арба в пыли грохочет,
Вот уж и тараны у ворот.
Поселянин вышел – биться хочет,
Чтобы защитить родимый род.
Батый в юрте пьёт кумыс неспешно, –
Беззаботно ждёт победы хан.
Цель одну преследует он грешно, –
Дань собрать у гордецов славян.
Превратит народ в раба-холопа, –
Нет преграды для орды нигде!
Перед ним падёт тогда Европа,
Станет ханом всюду и везде!
Над Горой, над дивным лесным раем,
Криком журавлиным клики сурм.
Вот уж Субудай за Бурундаем
Повели свои войска на штурм.
Хан Орды направил катов-ханов
До ослабших Лядовских ворот.
Славно бьётся город Ярославов,
Но ордынцы множат строй сирот.
Взбешен хан под каменной стеною,
Зычно призывает татарву.
Вновь летят на штурм подобно рою, –
Смерть встречает их в глубоком рву.
Снова бьют машиной стенобитной.
Пламя полыхает на валу.
Встали поселяне массой слитной –
Сверху льют на головы смолу.
Все здесь: гридни, кметы и изгои:
Все равны, не замечают ран.
Взявши меч руками, – значит воин –
Значит должен сгинуть басурман!
Вот уж Днепр широкий обагрился:
Кровь святая слилась с кровью злой.
Воевода Дмитрий прислонился,
Трижды ранен острою стрелой.
Вкруг него стоят стеною в строе –
Ни на пядь не отступил никто.
Бьются насмерть Киева герои, –
Степняков на каждого по сто…
3.
Весельчак сапожникжил
В славном Киев-граде.
Красные сапожки шил,
В коже и в наряде.
В своём деле удалец.
Чоботка все знали.
Прямо диво, а не швец, –
Лучше не видали.
Плетешок из полосы
Держит кудри русы.
Брови, пышные усы –
Любят его русы.
Рядом жил его сосед,
Княжий переписчик.
Хоть и стар, да важный дед, –
Иннокентий Пищик.
Чоботок с дедком дружил, –
Изучал цитаты.
За науку даром шил
Сапоги без платы.
В грозный час, как враг насел,
Стиснув древний город,
Швец обуться не успел, –
Выскочил за ворот.
Сапог левый на ноге,
Правый – в руке справа.
Словно палица в руке –
Вот его расправа!
Много в граде дюжих рук, –
Бьются они дружно!
И сапожник наш не вдруг
Вышел когда нужно…
Только рушатся ряды
Обороны града.
Потому что тьма орды –
Столько бы не надо!
Небо – чёрный океан.
Пелена туманов…
Перебили киевлян
Орды лютых ханов.
Пламя в гору поднялось,
Языками змия;
В храмах зарево взялось, –
Вся в огне София.
Бьётся Дмитрий без руки…
Вздрагивают горы…
А купчишки, сундуки
Тайно прячут в норы.
Ещё бьётся славный швец,
Сапогом махает,
А боярин свой ларец
В тайники пихает…
Загорелся лес и дол,
Терема и хаты;
И Гора, и весь Подол
Пламенем объяты.
Горе горькое в душе,
Смута сердце съела.
Все товарищи уже
Полегли за дело.
Вдоль по валу швец бежит,
Глядь: «Батыя сыщик!»
А во рву, в крови лежит, –
Иннокентий Пищик…
Наклонился к деду: «Свой!» –
Закрывает очи.
Только дед ещё живой –
Сказать что-то хочет…
4.
Молвил княжий раненый писец,
Книг и манускриптов переписчик:
- Чоботок, не жив я, не мертвец,
Но уже не Иннокентий Пищик…
Божье дело, сын мой, сотвори…
Будет вечной тебе честь и слава!..
Книги из Софии забери…
Сохрани богатство Ярослава!
Как вода сплывут, лихи лета,
Канут безвозвратно и набеги.
Деньги, вещи, злато – суета.
Но не сгинет мудрость наша – книги!
Чоботко бежал, спешил, сколь мог,
Вскинув руки в пасмурное небо:
- Где вы, братья?! Кто бы мне помог?!
Свято дело, поважнее хлеба!
Отозвался кмет на громкий клик, –
Вышел обессиленный из сечи.
Сам без шлёма, головой поник,
5.Слыша Чоботка призывны речи.
Взявшись за мечи и топоры,
Снова в бой шагнули непокорный…
Книги выносили, как воры,
Из секретной кельи книгосборной.
Хоронились от стрелы шальной, –
Оставляли книги, поднимали…
Но дошли к пещере потайной –
Книги Ярослава закопали.
5.
Выпал снег наутро, как туман;
Вперемешку с пеплом, с горьким дымом.
В храм Софии въехал Бату-хан,
С Бурундаем, ханским побратимом.
- Где же скарб хваленый ваш, рабы? –
Кровью наливались глаза ката.
Выгнулись боярские горбы,
Золотом наполнилась палата.
Мало хану. Супит брови хан.
На лице безмолвие от злости!
Приказал лечь оземь киевлян,
Сверху доски – аж трещали кости!
Топает по доскам Бату-хан,
По настилу едут, словно гости.
На помосте стелят достархан –
Хан банкет справляет на помосте.
Бубны бьют, пирует достархан,
В медных казанах кипит конина.
Только гневен хмурый Бату-хан.
О, как ненавидит он русина!
Пол-Одры в той битве полегло.
С кем идти на запад Окраины?
Где же княжье тайное добро?..
Кругом тлен, пожарища, руины!
Ропот от Протасовых яров
Докатился до святой Софии.
Конница Батыевых воров,
Пленника вела в петле к Батыю.
К ногам хана пали воры в снег, –
Заблестели головы, как дыни:
- Это он, хан, совершил набег
Ночью выкрал княжеские скрыни!
Хан повёл глазами, словно лис,
На подушке умастился скучно.
Пьет из чаши квашеный кумыс.
Чоботку подал он саморучно.
- Пей, русин! Героев я люблю!
Где добро?.. Порадуй Бату-хана…
Если нет – карать тебя велю,
Хоть и жаль батыра великана.
Чеботарь глотнул-то глотка два,
Дабы жажду притупить велику,
А остатки кислого питва
Выплеснул по басурманью лику.
- Киев ты в неволю взял, разбил.
Только знай, коварный басурманин, –
Княжеских богатств ты не добыл,
И не ты, ни род твой не достанет!
Вытер хан холстиною лицо,
На минуту замер изумленный.
- Дам в подарок ценное кольцо,
Если клад укажешь, раб презренный!
Затряслась у хана борода,
И метались неспокойно руки.
Онемелав храме том орда,
Подхватив сапожника на крюки.
Рассмеялся смелый чеботарь,
Смех с луною вырвался за тучи.
Хан Батый лишь зыкнул на татар –
Чоботка швырнули в Днепр с кручи…
6.
Русь веками куталась в дурман, –
Долго нас рубали басурманы.
Бойней любовался Бату-хан,
Только Русь не скрыли и туманы.
Княжий скарб, упрятанный в тайник,
Рвался издавна к познаньям света,
И однажды луч борьбы проник, –
Земля дедов дождалась рассвета.
Сколько в землю Чеботков легло,
Скарб ума, не выдав, не продавши?
Память руса, сердце сберегло, –
На века их имена назвавши.

^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^^


Мне нравится:
1
Поделиться
Количество просмотров: 17
Количество комментариев: 1
Рубрика: Литература ~ Поэзия ~ Поэмы и циклы стихов
© 28.11.2016 Юрий Сосновский




00
Сергей Майгуров

Замечательно!
28.11.2016   18:24:01 | Комментировать
 
1 1